Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Сеть тайных коридоров. 2


Дворец Фонтенбло. Сеть тайных коридоров. 2

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Отправлено: 13.08.11 22:33. Заголовок: Дворец Фонтенбло. Сеть тайных коридоров. 2

    02.04.1661

https://d.radikal.ru/d01/1902/4b/600868e7d6b6.png

2

Отправлено: 16.08.11 18:18. Заголовок: Около семи часов утр..

Около семи часов утра.

// Фонтенбло. Казармы королевских мушкетеров. 4//

Обещание мадемуазель было принято Бонтаном с должным кивком головы, однако, в глубине души, он нисколько не сомневался, что молодой девушке непременно захочется поделиться услышанным и увиденным ей хотя бы с ближайшей подружкой. На этот счет у Бонтана был припасен план, но он решил не прибегать к нему, если ему не покажется ничего подозрительного. Ора де Монтале показалась ему вполне рассудительной, хотя и не без доли безрассудства. Он неодобрительно обернулся на легкий присвист кого-то из мадьяр. Да, требовалась изрядная доля легкомыслия, чтобы пуститься ни свет ни заря на свидание с молодым кавалером... если только это не другое. Бонтан бросил взгляд из-под густых бровей сначала на довольно улыбавшегося де Виллеруа, а потом на де Монтале, мельком улыбнувшуюся кому-то из кавалеров. Бонтан мог бы с легкостью угадать, кому из мадьяр была адресована эта дружеская улыбка, но это его не касалось. Его заботило, чтобы романтическая встреча этих двоих не помешала, романтическим планам другой пары.

Вместо того, чтобы вести всех троих к главному дворцовому крыльцу, Бонтан увел их немного в сторону от Большой Лужайки, проведя через сад Дианы, стараясь, чтобы ни мадемуазель де Монтале, ни маркиз де Виллеруа не попались на глаза случайным свидетелям из тех, кто решил бы прогуляться в такое чудное раннее утро по дорожкам сада. Едва он подумал о том, что слишком много романтики навевают на сердца и дух придворных все эти тенистые аллеи и дорожки, как ему пришлось замереть на месте и остановить своих спутников, чтобы не столкнуться лоб в лоб с бежавшей мимо них дамой. Не придав большого значения этой колоритной группе, во главе которой был королевский камердинер, у которую сопровождал сержант мушкетеров, дама стремительно прошла мимо них, даже не обернувшись. Эта явная спешка успокоила Бонтана, если женщине есть что скрывать и к кому спешить, она вряд ли придаст значение случайным встречам. Зато каким же было его собственное удивление, когда они, не успев пересечь садовую дорожку, ведшую к терассе дворца, повстречали точно также спешившего куда-то графа деСент-Эньяна. Впрочем, самому графу было явно не до случайных встреч, потому как и он промелькнул мимо них настолько быстро, что наверное и не успел заметить, кто именно повстречался ему на пути.

Бонтан едва не вскрикнул от страха и удивления, но взял себя в руки и на всякий случай, чтобы не быть узнанным, повернулся к графу спиной, делая вид, что говорил о чем-то с маркизом, которого он уже несколько минут хотел примерно отчитать за чрезмерно громкие разговоры и рассеянное внимание. Дважды этот молодой человек умудрился задеть ветки деревьев да так, что вся компания едва не оказалась обрызганной каплями утренней росы и дождевой водой, не успевшей испариться за ночь.

- Тихо, ради всего святого, месье маркиз! Вы провалите всю затею! - из-под насупленных бровей взгляд Бонтана казался еще более внушительным и суровым, он улыбнулся девушке, нисколько не заслужившей порицания, и добавил более мягко, - Мы скоро уже прибудем. Я Вас прошу еще раз быть тише и ступать как можно осторожнее. В коридоре будет довольно скользко... там всегда сыровато. Мадемуазель, помните о данном Вами слове. Если бы не строжайший королевский приказ, я бы ни за что не напоминал бы Вам о том.

Поднявшись на ступеньки террасы, все четверо прошли вдоль окон опустевшего и но все также великолепно и помпезно выглядевшего Большого Зала, освещенного яркими лучами солнца, отражавшимися в бесчисленном множестве зеркал, хрустальных подвесок и позолоте тяжелых рам. Бонтан на ощупь нашел маленький рычаг, нажатием на который он заставил открыться узкую панель, так мастерски скрытую в каменной кладке стены, что никто другой не догадался бы искать на ее месте вход в таинственный лабиринт секретных ходов Фонтенбло.

- Осторожнее, господин сержант. Я сейчас разожгу свечу, - в руке королевского камердинера оказался канделябр со свечой, видимо оставленный им после прошлого посещения лабиринта, он разжег ее и осветил темный коридор перед собой. Впрочем, даже при свете пламени, лабиринт не переставал казаться жутковатым и темным, - Ступайте немного вперед, а я закрою дверь. Не бойтесь, мадемуазель...

Бонтан и сам не верил собственным словам о безопасности лабиринта, события прошлого вечера убедили его в том, что о лабиринте было известно не только близким приближенным короля, но и кому-то вне этого круга. Кому-то чрезвычайно опасному и жестокому... и карликам. Впрочем, о том, что карлики часто шныряли тут и там по всему дворцу нисколько не удивляло Бонтана, и не пугало. У них были свои дела и свои цели, да и никогда еще он не видел этот маленький народец в коридорах, по которым обычно ходил сам или сопровождал Его Величество.

- А теперь позвольте мне вести вас. И ради бога, не сворачивайте никуда, идите строго за мной и позовите меня если только перестанете видеть мою свечу. Здесь очень легко заплутать... и уж поверьте, найтись будет очень трудно, - напутствия Бонтана прозвучали как нельзя более зловеще, под звуки капающих с потолка капель сырой влаги, скапливавшейся там с незапамятных времен.

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 3 //

3

Отправлено: 17.08.11 19:11. Заголовок: "Жмурки" - н..

//Фонтенбло. Казармы королевских мушкетеров. 4//

"Жмурки" - не зная зачем, повторял Франсуа название забавной детской игры, которую Его Высочество герцог Орлеанский, когда-то назвал пустой затеей, напыщенно надув губы... де Виллеруа едва не рассмеялся, вспомнив, как Филипп, тогда еще носивший титул герцога Анжуйского, наткнулся с завязанными глазами на тяжелый кринолин мадам де Шемро, приняв ее за одну из камеристок принцессы Генриетты Английской, составлявшей иногда компанию для игр юному королю и его брату. Какие же глаза были у Филиппа, когда сорвав повязку с глаз, он уже был готов закричать - "Поймал!", а вместо того пролепетал испуганное "ой"... интересно, как Его Высочество отнесется к этой затее сегодня, если предложить...

- Но постойте, Ора, ведь пикник будет только для фрейлин Ее Высочества и Их Величеств? А как же... - он запнулся и посмотрел на широкую спину Бонтана, шествовавшего впереди всех, указывая дорогу, - А что же, тогда понадобилось королю в такую рань? Если это не охота и не выезд в другой какой-нибудь дворец...

Он покраснел. Рука Оры все еще покоилась в его ладони, и он вел ее так, словно они были партнерами в балете и готовились к очередной репетиции. Однако, вместо того, чтобы по своему обыкновению смутиться и отпустить руку девушки, Франсуа только плотнее сжал ее и улыбнулся. Что бы там не понадобилось королю, это нисколько не испортит их чудесные планы, тем более, что Его Величеству легко стать их соучастником, и тем самым обернуть все возможные возражения и недовольство потревоженных во премя пикника дам на себя. Да и кто будет возражать против королевского общества? А где сам король, там и его свита... и таким образом никто даже не станет задаваться вопросами, отчего маркиз оказался в обществе фрейлин Ее Высочества.

- О, я непременно покажу Вам грот... там... там просто чудесно! - с азартом заговорил Виллеруа, следуя скорее своим собственным мыслям, чем теме их разговора, хотя ему впору было задаться вопросом, отчего была нужна такая таинственность с его освобождением из казармы.

Так же как и Бонтан Франсуа нисколько не удивился встрече в саду со спешившей куда-то принцессой де Монако, хотя раскрасневшиеся щеки и блестевшие глаза молодой женщины явно свидетельствовали, что она вышла вовсе не затем, чтобы подышать утренней свежестью садов Фонтенбло. Появивление в конце аллеи графа де Сент-Эньяна ни на секунду не показалось маркизу связанным с принцессой. По лицу графа было видно, что он спешил... но разве можно было представить себе, что эта "скала, обращенная в человеческий облик" может даже подумывать о свидании с дамой, тем более в то время, когда его скорее всего ожидают с докладом в королевских покоях. И все-таки, Франсуа не удержался от удивленного переглядывания с Бонтаном, чье лицо не выказывало ровным счетом никакого интереса. Но маркиз прекрасно знал цену этому выражению лица королевского камердинера, с точно таким же лицом, Бонтан сообщал посланцам королевы Марии-Терезии о том, что Его Величество изволят быть занятыми с министрами, тогда как Людовик мчался во весь опор к Охотничьему домику в обществе вовсе и не министров и даже не своих фаворитов...
Усилия Бонтана сделать как можно более таинственным их поход в лабиринты тайных коридоров заставили Франсуа улыбаться. Он уже успел позабыть о том, какой испуг вызвал у него этот лабиринт накануне вечером, когда они прошли из покоев короля на терассу. Он легко пожал пальцы руки де Монтале и шепнул ей на ушко:

- Это считается самым жутким местом во всем Фонтенбло. Говорят, что без Бонтана отсюда не выходил ни один человек... а еще...

Суровый тон Бонтана заставил его замолчать и Франсуа закивал головой, делая вид, что помнит обо всех наставлениях камердинера и ни за что не упустит его из виду и не потеряется.
Пока Бонтан чиркал кремнем, вызывая искру, чтобы зажечь свечу, Франсуа наклонился к ушку девушки и шепнул еще раз:

- Не бойтесь... я с Вами.

Он чувствовал себя едва ли не героем рыцарского романа. Если поднапрячь воображение, которое не иссякло не смотря на ночные приключения, то можно было представить, что он спасал свою подругу от преследователей, воспользовавшись древним тайным ходом... а впереди них шагал вовсе не королевский камердинер, а лесной дух... и только бряцанье шпор и шпаги, шедшего позади них мушкетера сбивало Франсуа с мечтательных мыслей. Он смотрел на лицо Оры, едва угадывавшееся в темноте, и старался понять, о чем она думала. Интересно, а на что были похожи ее мысли? И отчего Бонтан взял с нее слово о молчании, если для освобождения маркиза у него был приказ самого короля?

4

Отправлено: 22.08.11 23:47. Заголовок: Ах, ну как же это по..

Фонтенбло. Казармы королевских мушкетеров. 4

Ах, ну как же это по-мужски: сначала таинственным шепотом сообщить, что вот сейчас они покинут свет и радость весеннего утра ради путешествия по самому жуткому месту Фонтенбло, а затем немедля предложить ничего не бояться! Ора, еще минуту назад с рассеянной улыбкой слушавшая многообещающие рассказы Виллеруа о предстоящих ей удовольствиях, без особого энтузиазма заглянула в темный и сырой проход.

Надо ли говорить, что сухое напутствие месье Бонтана заставило девушку внутренне содрогнуться и ответить на ободряющее пожатие руки лишь слабым движением похолодевших внезапно пальцев? Воистину, любопытство было пороком, недостойным благонравной молодой особы – вот и сейчас оно опять довело мадемуазель Монтале до загадочного и не то, чтобы очень желательного приключения. А ведь она вполне могла бы отказаться от предложения королевского камердинера и вернуться в замок тем же путем, что и пришла. Правда, тогда ей бы пришлось распроститься с бедным маркизом еще на полпути, но, как знать, не нашелся бы ей в провожатые кто-нибудь еще?

Мысленно пожурив себя за ветренность и легкомыслие, Ора ответила молодому человеку бодрой улыбкой, призванной скрыть от всего мира нелюбовь девицы Монтале к тайным ходам, полным призраков и паутины.

- Я не боюсь. С Вами мне ничего не страшно, месье Отважный Рыцарь. Тем более, что господин Бонтан вряд ли прячет в этих темных закоулках настоящего дракона.

И вправду, чего же ей бояться в обществе троих мужчин, один из которых надежно держал ее за руку, второй освещал путь, а третий грозно бряцал оружием и лихо крутил ус всякий раз, когда на нем останавливался взгляд маленькой брюнетки? Ничего, ровным счетом ничего. Почти убедив себя в этом, Ора еще крепче сжала руку Виллеруа и отважно шагнула в пахнущий сыростью и пылью коридор. Судя по горящим глазам и решительно сжатым губам маркиза, он готов был грудью защитить свою спутницу от любых привидений, буде оные забудут о том, что петухи давно пропели, и решат немножечко попугать дерзких вторженцев в свои владения. И хотя в глубине души Монтале догадывалась, что главная опасность потайного хода крылась в его запутанности, и призрак зарезанного любовника шведской королевы вовсе не крадется за ними по пятам, выжидая удобного мгновения, дабы продемонстрировать перепуганной публике свои ужасающие раны, она то и дело поглядывала на Франсуа, близость которого странным образом успокаивала.

- Вы часто ходите этими коридорами, маркиз? – они только что в очередной раз завернули за угол, и Оре подумалось, что без Бонтана найти обратную дорогу в этом лабиринте и вправду будет нелегко. – Должно быть, мы прошли уже половину замка, или мне только кажется из-за темноты? Признаться, когда господин Бонтан говорил о коротком пути, я подумала, что буду на месте всего за несколько минут, а мы… ой, а куда же мы идем?

Единственное, что Монтале могла с уверенностью определить – они все еще были на первом этаже, а ведь покои Мадам и ее свиты находились этажом выше. Неужели…

- Месье Бонтан, - не без робости в голосе окликнула она идущего впереди камердинера. – Месье Бонтан, Вы не забыли обо мне? Мне бы не хотелось оказаться в покоях Его Величества, где меня никто не ждет…

Ора в смущении взглянула на Виллеруа, ища у него поддержки.

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 3 //

5

Отправлено: 23.08.11 18:51. Заголовок: Даже если он не мог ..

Даже если он не мог видеть лица Оры из-за того, что то и дело с опаской смотрел под ноги, не желая споткнуться и упасть лицом в неизвестность и пыль, он чувствовал взгляд девушки на себе. Это наполняло его приятным чувством гордости и отваги. Маркиз неимоверно гордился тем, что вызывал несомненное доверие, разве он мог сомневаться в том, что мадемуазель де Монтале всецело доверяла ему? И кроме того, он был готов в случае малейшего признака опасности броситься вперед и защищать свою подругу от всякой угрозы, в духе или в плоти, не важно. Франсуа даже отчасти сожалел, что позади них шел сержант королевских мушкетеров, явно готовый точно так же как и он броситься на любую опасность, могущую подстерегать их из-за угла.
Де Виллеруа крепче сжал ладошку Оры и шепнул в ответ ей, стараясь придать своему голосу как можно больше уверенности и бравады:

- О, да, Его Величество часто ходит по этому лабиринту... да и по этому ходу куда проще попасть в апартаменты... Ее Величества, - он был готов проглотить собственный язык, едва не проговорившись о том, к кому именно король ходил по этим коридорам, - Но собственно это не я, а месье маршал чаще сопровождает Его Величество... а я вот... Но Вы правы, мы прошли достаточно далеко. Этот путь короче, потому что нам не придется идти через приемные и коридоры, там сейчас полно народу. И нас могли бы увидеть все придворные... ну, почти все. Мне кажется, месье Бонтан ведет нас в покои Его Величества. Но... ох... да конечно же! – он хлопнул себя по лбу правой рукой, но в темноте это вышло несколько неуклюже и больнее, чем он хотел бы, Франсуа невольно промычал от боли, - Ведь покои Их Высочеств находятся над личными покоями короля... а лестница, та, которая ведет, кажется, из приемной Ее Высочества, ведет к внутреннему дворику.. туда, где оранжерея. Вот видите, теперь Вы знаете, как попасть в сад Его Величества. Там очень красиво, и уже цветут розы. Просто об этой лестнице знают далеко не все. Когда та часть дворца была занята свитой Ее Величества, то мои сестры иногда спускались по лестнице в сад... Франсуаза обожает розы. Она такая милая. Вы непременно должны познакомиться и с ней тоже. Она вернулась ко двору совсем недавно. Она замечательная... ой...

Когда Бонтан скрылся вместе со свечой за очередным поворотом, ослепленный в темноте сержант со всего маху наступил на пятку маркиза, угрожая оторвать задник туфли вместе с каблуком. Носок грубого ботфорта со всей силы ударил по щиколотке Франсуа. Если бы не маленькая ручка Оры, которую маркиз держал в своей руке, он бы схватился за ушибленную пятку и запрыгал бы на одной ноге. Какая боль! Даже риск потерять новую только привезенную ему из Марэ туфлю, не шел ни в какое сравнение с болью в щиколотке и пятке.

- Месье, Вы наступили мне на ногу...

- Прошу прощения, месье маркиз. Темнота, черт бы ее побрал. Хоть глаз вырви... простите, сударыня... черт возьми, - бряцанье шпор и шпаги слилось с выразительными ругательствами, по-видимому, сержант потерял равновесие и споткнулся.

- Ничего страшного, - соврал де Виллеруа, стараясь не прибавить к этому более крепкого выражения в адрес самого бестолкового сержанта во всей роте королевских мушкетеров, - Ох... моя нога... но Вы, о нет, нет, не бойтесь, дорогая Ора. Бонтан знает кратчайший путь к покоям герцогини, и поэтому и ведет нас прямо к покоям короля. Только вот наверное он возьмет с Вас слово никому не говорить об этом. Такой он и есть этот месье Бонтан, - прошептал Франсуа, когда они свернули за угол и снова оказались в полосе света свечи, - Более таинственного камердинера Вам не встретится во всей Франции. Ему известны все тайны и секреты короны. Поверьте. Больше его знает разве что личный духовник короля.. да и тот, наверняка не слышал и половины, - не удержался от шутки маркиз и едва не рассмеялся, когда вспомнил, как еще года два тому назад Людовик рассказал ему о том, как на исповеди он не получил ни единого "Аве" или "Верую" в качестве обычной епитимьи за еженедельные грехи, потому как святой отец, принимавший королевскую исповедь, соизволил уснуть крепким сном в исповедальне, так и не дослушав до конца покаянную историю юного короля о малых и больших искушениях и о том, сколько раз он оказался проигравшим в неравной войне с ними.

- Мы кажется уже пришли. Не волнуйтесь, - когда они остановились перед запертой дверью в ожидании, пока Бонтан подберет нужный ключ, Франсуа поднял руку Оры и горячо пожал ее. Этот порыв удивил его самого, и, боясь показаться бестактным невежей, он не нашел лучшего выхода, как поцеловать пальчики девушки прежде чем отпустить, - Не волнуйтесь. Я провожу Вас к той лестнице. Только пообещайте мне... то есть нет, не обещайте. Мы обязательно увидимся с Вами на пикнике. Ведь правда? И я непременно познакомлю Вас с Франсуазой. Она в свите королевы и наверняка тоже будет на пикнике.

//Дворец Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 3//

6

Отправлено: 02.12.12 01:59. Заголовок: - Здесь шею сломать ..

// Дворец Фонтенбло. Покои рядом с Опочевальней Его Величества Короля. 3 //

- Здесь шею сломать недолго, - проворчал камердинер маршала, в очередной раз оступившись на скользких плитах ступенек.

- Не урони свечу, Жан, иначе нам придется искать путь наощупь, поверь мне, это будет куда кошмарнее, - ответил ему дю Плесси, но на всякий случай выждал несколько секунд перед тем, как сделать следующий шаг.

Заплесневелый воздух, царивший в коридоре заставлял дышать чаще, так чтобы не вдыхать в полную грудь, это изматывало нисколько не меньше, чем подъем по самой крутой лестнице. Опираясь одной на трость, другой рукой маршал ощупывал стену справа от себя, пытаясь определить, где именно они находились. Пройдя по коридору, ведшему от его опочивальни к королевским покоям, которые он узнал, как только услышал за стеной ворчания Бонтана, они с Жаном перешли в следующий коридор, выбрав дальнюю дверь, которая по расчетам Франсуа-Анри должна была вывести их к лестнице на второй этаж. Было трудно разглядеть что-либо в темноте, которую не мог рассеять свет, падавший от свечи в руке Жана. Но маршал был уверен в том, что какие-то опознавательные знаки должны были быть, ведь не зря же каждый раз когда они проходили по этим коридорам с королем, Бонтан, провожавший их, обычно держался рукой за стену.

- Стой, Жан! Обожди немного, - позвал маршал, чувствуя, что задыхается.

Подъем узким ступенькам был гораздо утомительнее, к тому же лестница была винтовой и получалось, что поднимавшиеся по ней кружились вокруг своей оси. Отдышавшись, дю Плесси снова протянул руку к стене и сделал еще несколько шагов вверх, чтобы догнать камердинера. Его пальцы нащупали две поперечные зарубки, сделанные на гладком склизком от сырости камне. Он провел чуть дальше и натконулся на вмятину, из которой торчало небольшое железное кольцо.

- Спускайся сюда, Жан, я кажется нашел что-то.

Огонек свечи колеблясь приближался к тому месту, где стоял маршал, и в его неровном свете проступили очертания двери, которую из-за онемевших от прохлады пальцев дю Плесси принял за каменную. Толкнув ее ногой в попытке открыть, маршал не добился результата, и потянул за кольцо на себя. Дверь поддалась и в проем на них пахнуло сыростью нового коридора.

- Но ведь мы не дошли еще...

- А мы куда-то спешили, старина? - насмешливо спросил маршал и прошел внутрь, - Это и есть второй этаж, Жан. Если бы мы поднимались выше, то добрались бы до слухового окна. Смотри, видишь там у самой двери зарубки? Их две, второй этаж. А теперь тихо. Стены дворца кажутся массивными и непроницаемыми, хоть кричи, но мы то знаем, что внутри они полые и на самом деле не толще яичной скорлупы. Те, кто знают расположение всех дворцовых комнат, наверняка пользуются ими не только для прогулок. Слышишь... шшш

Он приложил палец к губам и сделал знак камердинеру подойти ближе. Из-за стены до них доносились глухие голоса и смех.

- Кажется, это господа мушкетеры... тут должно быть их караульная комната... идем дальше.

- А Вы уверены, месье, что мы тут только одни? - спросил Жан, нерешительно ступая вперед.

- С чего ты взял?

- Мне послышалось наверное.

- Идем, - дю Плесси сам прошел вперед в самую кромешную темноту, осторожно ощупывая стену, полагаясь больше на таинственные пометки, чем на свет стремительно догоравшего огарка свечи. Он прислушался, аккуратно переступив с ноги на ногу. Его туфли мягко шелестели по каменным плитам пола, а кроме клацающих шагов Жана, были явственно слышны еще и другие шаги, звенящие... как будто бы шпоры ударялись о плиты или задевали друг друга.

Ощупывая себе путь рукой по стене и тростью впереди себя, маршал острожно продвигался вперед, жалея о том, что вместо трости не мог держать шпагу или кинжал, с которыми чувствовал бы себя куда увереннее.

- Стоять! Кто вы и зачем здесь? - приказ прозвучавший из темноты заставил Жана охнуть и выронить свечу.

- Черт подери! Сударь, назовите себя прежде чем отдавать приказы! - выкрикнул в темноту маршал и оглянулся назад, - Жан, поднимай свечу выше, я хочу увидеть, кому это вздумалось нарушить приказ короля.

- Приказ короля? Назовите себя, месье. Я здесь по приказу короля, и не знаю никого кроме господ лейтенантов дАртаньяна и де Ресто, кто мог бы отдать разрешение на вход. Откуда вы вошли? И по какому праву? - не переставая задавать вопросы прямо на ходу к ним приблизился мушкетер, вооруженный пистолетом и невысоким свечным огарком, едва освещавшим серебряный крест на его плаще и посеребряный эфес шпаги.

- Я маршал дю Плесси-Бельер. Уберите Ваш пистолет это лишнее. Как видите, при мне только трость, а мой камердинер вооружен только свечей.

Устыдившись собственной подозрительности молодой мушкетер убрал пистолет за пояс и поднял огарок свечи выше перед собой, чтобы осветить собственное лицо и лицо встреченных им.

- Прошу прощения, Ваша Светлость, я не узнал Вас в темноте. Но разве Вы... - он замялся, подбирая наиболее деликатный способ узнать отчего раненому маршалу понадобилось гулять по тайному лабиринту.

- Да да, я должен быть в постели и как раз там меня ожидает застать мой врач. Но к делу, месье. Ваше имя?

- Сен-Пьер, Ваше Превосходительство. Сержант де Сен-Пьер. Проверяю вверенный под мою охрану отрезок. Лейтенант де Ресто приказал проверить этот коридор, месье маршал. Есть подозрение, что здесь прячется кто-то из той шайки, что орудовали...

- Что за подозрения? Вы знаете, куда ведет этот коридор? - прервал поток объяснений Франсуа-Анри и сделал знак Жану, чтобы он шел впереди них.

- Позади Вас дверь на лестницу. И она ведет к покоям Его Величества. Но поскольку там столько дверей как сот в улье, я еще не проверял их. А вот впереди нас будет дверь в галерею Франциска. А еще далее двери в приемную Ее Величества королевы-матери и там коридорчик небольшой ведет еще к апартаментам фрейлин королевы.

- А Вы не боитесь запутаться в них, сержант?

- Так на них зарубки есть. Главное, не прозевать нужную. И еще, на слух определиться можно, - с энтузиазмом ответил мушкетер и продемонстрировал одну из зарубок, осветив ее свечей, - Вот, это был раньше вензель одной из королев. И не скажу которой. Но теперь это галерея Франциска. А ежели дальше пройти...

- Хорошо, ясно. Чуть помедленнее, сержант. И потише.

За стеной, на которую указывал де Сен-Пьер слышались голоса, но в отличие от громких и грубоватых голосов, которые доносились из караульного зала мушкетеров, эти голоса были едва различимы, как будто собеседники шептали друг другу. Маршал прислушался, стараясь различить отдельные слова, но сдавшись, сделал знак своим спутникам идти вперед.

- Так Вы успели изучить этот коридор, сержант? Проводите нас до апартаментов королевы.

- Месье... но время ли сейчас? - зашипел ему в ухо Жан, но маршал отмахнулся от него и зашагал следом за мушкетером, тяжело опираясь на трость.

- Апартаменты то найти нетрудно... там несколько выходов будет... в приемной. В зале для дежурных фрейлин.. в апартаменты статс-дам. И там еще...

- Мне нужны покои королевы, Сен-Пьер. И еще коридор, по которому ходят карлики Ее Величества.

- О, этот коридор не здесь, Ваша Светлость. Он идет напрямик из личных покоев королевы. Там как раз сегодня утром, когда Ее Величество изволила отбыть, слуги показали нам коридор и лестницу в Малые покои. Но там шею свернешь, ей-богу... стены то невысокие, будто сами карлы и строили их.

- Туда и ведите, сержант.

- Но Ее Величество может вот вот вернуться, месье маршал, - попробовал опротестовать и это решение своего господина Жан, не видевший ничего хорошего в безумных затеях, которые разве что на плаху не привели бы посягнувшего на покой самой королевы Франции.

- Вот нам и следует поторопиться, Жан, - отрезал дю Плесси, неистово стуча тростью по каменным плитам, стараясь не остать от мушкетера, который успел уйти далеко вперед от них, не смущенный ни праведным благочестием перед покоем государыни, ни нывшей от боли раной в боку.

- Вот здесь, месье маршал. Но учтите, тут выход прямо в опочивальню Ее Величества, - заговорщически прошептал де Сен-Пьер, указывая свечой на маленькую дверную ручку прямо под выцарапанной на стене пометкой, означавшей то ли вензель одной из бывших королев, то ли странный знак, знакомый разве что архитекторам, строившим эту часть дворца, - Но я с Вами не пойду, месье маршал. Мне было велено проверить коридор перед приемной Ее Величества королевы-матери. Вы уж как соберетесь назад, то лучше воспользуйтесь обычным путем. Так то оно вернее, покуда чертежей нет.

- Да у нас...

- Да, месье, мы так и сделаем, - ответил дю Плесси, пресекая чуть было не выдавшего его Жана, совершенно не к чему было распространяться о том, что у него были чертежи этих самых коридоров, - Прощайте, месье.

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 3 //

7

Отправлено: 03.02.14 01:16. Заголовок: Погасив свечу, как б..

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Высочества крон-принца Ференца Ракоши. 3 //

Погасив свечу, как было велено, Ласлов шел впереди всех, нащупывая каменную стену ладонью, чтобы удержать равновесие и к тому же не потерять ориентир в темноте. В кромешной тьме, когда глаза сколько не напрягались, не могли ничего разглядеть, слух обострялся втройне и были слышны не только звуки дыхания шедших позади него князя и Вереша, но даже шорохи обитателей этих кошмарных коридоров. Скребущиеся звуки наверняка принадлежали мышам, а вот чавкающие... похожие на шаги...
Ласлов остановился и поднял руку, давая знак своим товарищам застыть на месте. Вереш, не увидевший на поднятую руку Ласлова, ни то, что его друг остановился, налетел на него со всего разбегу, свалив с ног.

- Черррт! Глаза разуй, - сыпал проклятиями Ласлов, пытаясь на ощупь отыскать выроненный им огарок свечи.

- Оставь, так доберемся... - послышался шепот Вереша, отряхивавшегося позади него.

Ласлов поднялся, все еще поминая друга на чем свет стоял, но только уже про себя. Он прислушался, надеясь снова услышать те самые звуки, которые привлекли его внимание, но все как будто бы замерло. Даже мыши попрятались в свои норы, заслышав бряцанье их сабель при падении.

- Я что-то слышал. Может быть кошка... а может быть кто-то еще прогуливался тут, - сказал Ержи, оглядываясь назад и не видя ни лиц, ни даже силуэтов своих спутников, - Черт возьми, вы еще здесь? Не вижу даже собственного носа.

- Да уж, тогда это точно кромешная темнота, - насмешливо заметил Вереш и похлопал товарища по плечу, - Мы идем позади тебя, Ласлов. Но лучше иди не спеша. Мы ведь не хотим перепутать нужный поворот и попасть не в те покои.

Они прошли дальше, держась за стену и осторожно наступая на каждом шагу, опасаясь наткнуться на что-нибудь омерзительное или противное, что казалось бы должно было непременно населять такие темные и заброшенные коридоры. Наконец, ладонь Ласлова нащупала угол поворота, который находился как раз у винтовой лестницы, ведшей на первый этаж. Он выставил левую руку вперед, чтобы перехватить Вереша и прошептал тихо, как будто свистя:

- Стоп. Здесь.

Затаив дыхание, он прислушался. Шумное дыхание у него за спиной выдавало Вереша и князя Ференца, а кроме того... слышал ли он что-то еще или это был слуховой обман внушенный страхом?

- Нет, должно быть показалось, - прошептал он и прошел в левую сторону, - Сюда... теперь почти до самого конца. Кажется, дверь в кабинет была где-то за поворотом.

Сколько же этих поворотов в проклятом лабиринте! Ласлов к своему ужасу обнаружил, что по левую сторону был еще один поворот, в который он едва не угодил по инерции. Но он помнил, что в прошлый раз шел, ориентируясь по правой руке, значит, нужно было пройти до поворота вправо... а потом несколько шагов и они окажутся у тайной двери в кабинет Фуке.

- Ты уверен, что не перепутал? - спросил Вереш, скорее для того, чтобы обнаружить себя в темноте и услышать, был ли их проводник еще в досягаемости.

- Да. Это здесь. Вот эта дверь. Я запомнил ее на ощупь.

- Ну и пальцы у тебя, - недоверчиво проговорил Вереш и остановился, упершись в плечо Ласлова, - Князь, осторожнее, мы здесь.

- Теперь тихо. Он может быть еще в кабинете, - предупредил Ласлов и тихонько надавил на бронзовую дверную ручку.

Дверь поддалась вперед и всем троим пришлось отступить назад, чтобы раскрыть ее полностью. Перед ними оказалась занавесь из плотного полотна, скорее всего такого же гобелена, как тот, который разодрала сабля Ласлова.

- Там никого, - шепнул шевалье, приникнув к маленькому просвету в темном полотне, который видимо служил для того, чтобы подсматривать за тем, что творилось в кабинете.

Ему не удалось ничего разглядеть, так как все свечи были потушены и даже огонь в камине едва лишь тлел на углях, не отбрасывая никакого света. Но если в кабинете было темно, то это могло значить только, что там никого не было, подумал мадьяр и тихонько подцепил руками гобелен, чтобы приподнять его край.

- Тяжелый... черт... - проворчал он, входя в кабинет и стряхивая налипшую на плечи паутину.

// Дворец Фонтенбло. Покои господина суперинтенданта Никола Фуке. 2 //

8

Отправлено: 25.02.14 20:33. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Покои господина суперинтенданта Никола Фуке. 2 //

Замешкавшись в темноте, Гошер заплутал в коридоре, дойдя до самого тупика.
Он старательно выискивал в стене описанный знак в виде Андреевского креста, но не найдя его, вернулся к месту, где перекрещивались сразу несколько коридоров. Надо ли было сворачивать или идти прямиком? Не напутал ли он чего? Подумав с минуту, он решил идти прямо и снова достиг тупика. Пошарив рукой по стене, он уже потерял надежду отыскать нужную дверь или хоть какой-то намек на нее, когда пальцы его коснулись старой выщербины, сделанной ножом прямо в каменной кладке. То был крест, без сомнений, но тот или нет? Только тогда Гошер понял, что ему следовало спросить у Миллионщика, что представлял собой тот самый Андреевский крест. Перекрещенные между собой перекладины могли означать крест, но был ли он именно тот, на которой ему указали?

Осторожно прощупав стену возле выщербленного камня, Гошер нашел деревянные панели запертой двери. Ему пришлось изучить ее ладонями вдоль и поперек, прежде чем он сумел найти маленький рычаг, отпиравший ее. Застывшая на десятилетия на заржавевших от сырости петлях дверь с трудом поддалась его напору и отворилась с грустным протяжным скрипом.

Цыган оказался на пороге маленькой ниши, скрытой за пыльным массивным гобеленом, который судя по всему также не поднимали уже добрых три десятка лет.

В комнате было темно, но сильный запах плавленного воска и гари свидетельствовал о том, что с минуту назад там горели свечи, а значит, были и те, против кого Миллионщик готовил свои козни. Не долго думая о том, кому именно могла принадлежать богато украшенная опочивальня, Гошер на цыпочках обошел ее и осмотрелся, ища куда бы спрятать переданный ему мешочек с бриллиантами. Секретер на невысоких ножках, уставленный маленькими коробочками и флакончиками, был на виду и мог вполне послужить укрытием. Тем более, что Миллионщик потребовал, чтобы мешочек был спрятан в месте, где его с легкостью могли бы обнаружить. Зловещий блеск в глазах цыгана не предвещал ничего хорошего содержимому коробочек, но он помнил предостережение своего нанимателя и воздержался от проверки, насколько ценными могли быть его находки.

Поцеловав мешочек с бриллиантами, не доставшимися ему и сулившими беду не ведавшим о том обитателям покоев, Гошер оставил его в одном из выдвижных ящичков секретера и поспешил скрыться.

Он почти дошел до середины пути к тому месту, где пересекались несколько коридоров потайного лабиринта, когда услышал голоса. Едва успев вжаться в стену, Гошер замер на полу-вздохе и затаил дыхание. Он прислушался, не смея даже повернуть голову в сторону, откуда доносились голоса.

Несколько человек шли по тому же коридору, по которому направил его Миллионщик. Шедший впереди всех, нес свечу, неровный свет которой не давал достаточно света, что и спасло Гошера от обнаружения. Говор тех людей не был похож на привычную его слуху речь дворян, отрывистые и крикливые звуки напоминали ему кого-то из недавнего прошлого. Но, вспомнить ему так и не пришлось, потому что не успел он отдышаться после того, как незнакомцы прошли мимо него, и решиться на вылазку, как их голоса снова послышались издалека. Теперь цыган мог разглядеть, кто именно разгуливал по тайным коридорам замка. Это открытие позабавило Гошера, напомнив о верности пословицы, которую любил повторять в свое время Слепой Тэо "Пути Господни неисповедимы, а людские и подавно" То был венгерский принц со своими людьми собственной персоной, и шла вся эта веселая компания со стороны кабинета Фуке, что заставило Гошера недобро усмехнуться. Значит, пока Миллионщик строил свои козни, думая, что был недосягаем для других, против него складывался небольшой заговор. Стоило ли предупреждать его о неожиданных визитерах? Цыган тряхнул головой, глядя вслед быстро удалявшимся молодым людям, и на лице его появилась недобрая усмешка. Нет, ему платили за исполнение поручений, но не более того. Пусть Миллионщик сам выпутывается из ловушек, которые ему роют другие руки, Гошера и его цыган это не касалось. Сам же князь хотя бы вызвал у некоторых из таборян симпатию своей любовью к простому люду и их танцам и музыке.

Пропустив венгров мимо себя, Гошер проскользнул к винтовой лестнице и поспешил вниз. Прочь, прочь! Он отыщет Маритану и таборян. Но без помощи лукавого и ненадежного в своих обещаниях Миллионщика.

// Дворец Фонтенбло. Подвалы под восточным крылом дворца //

9

Отправлено: 10.04.14 00:42. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Галерея Оленей //

- Уж поверьте мне, мой князь, у кузины Вашей зуб на этого Фуке, голову могу положить на то.

- Не клади свою голову в заклад, Ласлов. Мне ты еще понадобишься с головой и с руками. А кто на кого тут зуб имеет, еще бабушка надвое сказала. Но кузина права, не к добру подарок был. Лучше бы ты не светился с той ракеткой на  турнире, - ответил князь и прошел в спрятанную за старинным гобеленом нишу, - Идем уже, чем скорее доберемся... тем быстрее покончим с этим делом. Малого этого осторожнее веди. Смотри, чтобы не вырвался.

Шли молча, не переговариваясь между собой. Только когда кто-нибудь случайно натыкался рукой на зазубрины выщербленной кладки в стене или спотыкался о неровность мощенного грубо отесанными булыжниками пола, под низкими сводами потайного хода раздавалось глухое ругательство на мадьярском языке.

- Осторожнее, господа! Тише! Здесь за стеной проходит коридор... и он полон народу, - шепотом предупредил друзей Каринти.

Он шел впереди всей компании, неся в руке свечу, одолженную с одного из знаменитых золотых канделябров, которые украшали галерею Охотников. Ференц шел позади него, а все их шествие замыкал Ласлов, ведший за собой пойманного карлика, которого для верности связал поясом.

- Там впереди поворот к Вашим покоям, князь. Я зарубку на стене нащупал. Запомнил ее по пути в галерею. Вернемся или сразу пойдем в кабинет того господина? - спросил Каринти, стараясь даже шептать чуть слышно, чтобы не быть подслушанным.

- Идем, - решительно ответил Ференц и кивнул Каринти, - Как бы этому господину не пришло в голову заглянуть в кабинет, случайность может и не нашу сторону сыграть.

- Тогда нам направо, мой князь.

Карлик, все это время покорно бредший на поводу у Ласлова, вдруг заартачился и уперся ногами, не желая идти дальше. Ференц обернулся и угрожающе шикнул, чтобы тот не закричал.

- Не пойду туда. Хоть режьте не пойду! Убьет он меня... порешит ножом или гароттой, с него станется. А прежде чем порешить еще и пытать будет. Не ведите меня... все скажу. Все как есть скажу. Только не ведите меня к нему! - взмолился карлик, внезапно обретя дар речи, да еще какой!

- Что ты говоришь, черт тебя подери? - вспылил князь и подошел ближе к карле, забившемуся в истерике, - Кто тебя пытать станет? Мы же обещали, что не тронем твою шкуру.

- Да что мне ваши угрозы... вы то грозить горазды... хоть тот, другой господин и выглядел сущим наемником, что на Большой дороге грабят честный люд.

- Больно много ты честного люду повидал, - с презрением произнес Каринти и посветил свечей впереди, - Надо спешить, князь. Пусть Ласлов заберет этого найденыша в покои... там он живо в себя придет. А если что и всыпать можно ему.

- Понял? - спросил князь у карлы и дал ему хорошего шлепка по затылку, - Ступай за этим господином. И не вздумай кричать. Ласлов, можешь придушить гаденыша, ежели только пикнет.

- Не надо... не душите, добрый человек, - заскулил уродец и покорно засеменил следом за Ласловым, - Только не ведите к нему... туда не ведите...

- Куда туда? - пожал плечами Ференц, - Янош, сворачивай там направо. И до конца коридора. Там дверь будет, - он указал шевалье направление к потайной двери в кабинет Фуке, а сам остался, глядя вслед Ласлову и его пленнику, дивясь про себя тому, насколько тот был перепуган неведомым мучителем. Придворная жизнь в королевских дворцах казалась ему все менее легкомысленной и беззаботной, чем прежде. А ведь опасностей в этих коридорах таилось куда больше, чем даже на улицах ночного Парижа... было какое-то мрачное сходство между Дворами Чудес и Двором Людовика, и там, и там под масками скрывались совершенно неожиданные секреты и опасности.

// Дворец Фонтенбло. Покои господина суперинтенданта Никола Фуке. 2 //

10

Отправлено: 04.05.14 01:19. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Галерея Дианы //

- Короткий путь? Но разве нам не в другую сторону? – удивилась было Генриетта, однако же безропотно последовала за мужем, подстегиваемая извечным женским пороком, именуемым в просторечии любопытством. - О небо, да это настоящая потайная дверь!

Секрет, открытый Филиппом, был не так уж и удивителен, Минетт и раньше приходилось видеть ходы, устроенные для прислуге в толще стен старинных замков. Такие двери в неожиданных местах попадались и в старом сен-жерменском дворце, где они с матушкой милостью Мазарини жили последние годы, и в Хэмптон-Корте. Правда, она ни разу не заглядывала в них, боясь темноты и грязи, но знала, что подобные пассажи, несмотря на их романтичный вид, редко служили тайным целям и обычно использовались слугами, чтобы не оскорблять вид парадных покоев ведрами с грязной водой, метлами и прочим хозяйственным скарбом, необходимым для поддержания дворцов во всем их блеске и величии.

- А мы… мы не заблудимся? – Генриетта послушно приняла из рук Месье подсвечник, но все же заколебалась на пороге, не решаясь последовать за ним в темный и узкий коридор, убегающий в обе стороны.

Мимолетная улыбка скользнула по ее губам: как это было похоже на Филиппа – беречься от капель воска и не задуматься о пыли и паутине. Но, может, тайные проходы в Фонтенбло содержались в образцовом порядке, раз принцам разрешалось в них играть? Вздохнув поглубже, она пересилила мысли о пауках и том-что-таится-в-темноте и позволила захлопнуться двери, которую все еще придерживала рукой.

Канделябр Месье сиял впереди подобно солнцу, заставляя тени разбегаться во все стороны в испуге. Минетт с любопытством огляделась, отмечая, что ее детские опасения были не так уж и беспочвенны: ходом, безусловно, пользовались, но назвать его чистым она бы не рискнула. Стены, некогда выбеленные, покрывали темные, сырые полосы, и каждая неровность, каждый выступ были укутаны мягким пушистым слоем вековой пыли. Что творилось у нее над головой, Ее Высочество предпочитала не знать: высокий свод коридора терялся в темноте, и она не решалась поднять подсвечник, страшась увидеть над собой пыльные лохмотья паутины.

Пока она стояла в нерешительности, оглядывая странное место, в котором оказалась по прихоти супруга, Филипп успел уйти вперед. Спохватившись, Генриетта кинулась следом, подобрав на всякий случай юбку, дабы подол не оказался вымазан в пыли.

- А что, такие тайные ходы есть только в этом крыле, или и в наших покоях тоже? - спросила она, стараясь смотреть только в спину мужа.

На самом деле ей хотелось поинтересоваться, уверен ли он, что они идут в нужном направлении, что ему удастся отыскать нужную дверь, и что та окажется незапертой. Но тогда Филипп наверняка догадался бы, что она боится, а выказывать перед ним страх ей не хотелось. И все таки, голос ее прозвучал напряженно и тонко, резанув слух. Минетт покраснела и покосилась на отверстия в стене, из которых падали золотистые лучи света. До нее не сразу дошло, что отверстия эти вовсе не случайно располагались примерно на высоте ее глаз. Однако же, Ее Высочество была не настолько наивна, чтобы не догадаться об их предназначении. Вслед за этим немедля пришла мысль, которую она тут же озвучила, не успев подумать, уместно ли это.

- Филипп, этот коридор… он ведь не для прислуги, да? Он сделан специально для того, чтобы можно было наблюдать за тем, что происходит в галерее? Должно быть, его устроили еще при королеве Екатерине… бррр, как это гадко.

Теперь ей еще сильнее хотелось узнать, есть ли подобные ходы в ее покоях. Не хватало только, чтобы кто-нибудь ходил по ним и наблюдал за ней, молча, неслышно. Минетт содрогнулась, понимая, что отныне не сможет не то, что откровенно разговаривать, но и покойно находиться в своих комнатах.

11

Отправлено: 04.05.14 17:58. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Галерея Дианы //

- О, заблудиться здесь проще простого! - улыбнулся Филипп, верный своему оптимизму, - Впрочем, и выход отыскать всегда можно. Правда, некоторые из этих дверей выводят к совершенно неожиданным местам. Однажды мы потеряли де Вивонна... он вышел в одну из этих дверей и оказался в запертых покоях мадам де Ноайль, которой не было во дворце. Бедняга так боялся темноты, что не решился вернуться в потайной коридор и провел в покоях графини два дня, пока не явились слуги, чтобы прибрать перед ее приездом.

То ли позабыв напрочь подробности того приключения, то ли из скромности, однако, принц не упомянул о том, что они с де Гишем слышали призывы на помощь перепуганного де Вивонна и долго хихикали над ним. А когда же решились прийти к нему на выручку, то успели заплутать в запутанных коридорах настолько, что не сумели отыскать, в которую из дверей вышел их неудачливый друг.

- В наших покоях имеются такие же дверцы, не сомневайтесь, - с тем же энтузиазмом отвечал Филипп, не обратив внимания на то, что послужило поводом для этого вопроса, он уверенно шагал вперед размашистыми шагами, стараясь держать в своем представлении примерный план дворцовых коридоров, чтобы угадать, где именно они шли.

- Наблюдать... да, - остановившись он обернулся.

Там где стояла Генриетта как раз на уровне ее глаз в стене были просверлены два отверстия, золотистые лучи света, проникавшие сквозь них, падали на лицо принцессы на подобие солнечных зайчиков.

- Да... самый удобный размер... для подсматривания. Интересно, что там? - прошептал он и заглянул одним глазом в ближайшее к себе отверстие, - Кажется, мы только подошли к Большому Салону... ага, бездельники, да они все там еще! Так я и знал, стоило оставить их, чтобы увидеть, что они просто ни на что не способны.

Отойдя от стены Филипп недовольно стряхнул с курточки капли воска, упавшие со свечей, и растекавшиеся вниз, грозя оставить прелестные восковые подтеки на его штанах. Но это уже мало заботило принца, ощутившего укол неудовольствия и ревности внутри при виде того, как его любимцы занимались легкомысленным ничегонеделанием в его отсутствие, не выказывая никаких признаков беспокойства или попыток отыскать его. Впрочем, последнее было бы излишним, Филипп не желал, чтобы его и Генриетту нашли в темных потайных коридорах, да еще и у столь удобного для тайной слежки местечка.

- Гадость и в самом деле, - произнес герцога и подал свободную руку супруге, - Идемте же, здесь нам нужно будет повернуть в одном месте и спуститься вниз.

Уловив в лице Анриэтт неудовольствие смешанное с гадливостью, Филипп догадался, о чем она могла думать и нахмурил брови. Он и сам не слишком-то доверял стенам королевских дворцов. Разве можно было здесь быть до конца с кем-то откровенным и открытым, если за каждой стеной могли прятаться глаза и уши следивших за тобой недругов? А недруги, как известно, при дворе были у всех, и чем выше было положение, тем больше врагов и завистников. Но...

- Доступ к этим коридорам есть далеко не у всех, душа моя, - попробовал ободрить супругу принц, хотя, и сам не слишком верил в это, - Да и кто теперь может с уверенностью сказать, что знает, куда выводят эти коридоры... ну, конечно же, кроме основных, которыми до сих пор пользуется прислуга.

Он с нежностью пожал свободную руку супруги и ободряюще подмигнул ей, тут же сделав устрашающую гримаску, отставив канделябр со свечами от себя на расстоянии вытянутой руки:

- Я велю убить любого, кого заподозрю в наушничаньи под нашими дверьми, - заявил он тоном, в котором трудно было угадать, шутил ли он или говорил на полном серьезе.

Длинный коридор, похожий на тоннель со сводчатым потолком, местами настолько низким, что Филипп чувствовал как перья на плюмаже его шляпы задевали его, вскоре вывел их к пересекающемуся с ним коридору, ведшему из противоположной стороны.

- Мы почти пришли. Только тихо, душа моя, - прошептал Филипп, внезапно его самоуверенность сменилась опаской, - Лучше чтобы нас никто не заметил, когда мы выйдем. Это будет комната для прислуги... туда обычно выносят грязную посуду со столов и все такое... не хочу, чтобы белоручка де Гиш узнал об этом.

Он прошел несколько шагов и осторожно провел по казавшейся гладкой стене. Белая штукатурка под его ладонью шелохнулась, заколыхавшись от прикосновения, оказавшись всего навсего обманной краской, покрывавшей холст.

- Здесь, - прошептал Филипп и послюнявив пальцы затушил свечи на своем канделябре.

Вдруг он вздрогнул и с силой дунул на все еще горевшую свечу в руке Генриетты, схватил ее за запястье и потянул за собой. Толкнув ногой дверь, которую прикрывал выбеленные штукатуркой холст, он вышел в каморку, больше похожую на чулан, нежели на подсобное помещение для прислуги, обслуживавшей королевские обеды.

Не говоря ни слова, Филипп поставил реквизированные из галереи Дианы канделябры на стол среди нагроможденной посуды и увлек Генриетту в самый темный угол в противоположной от двери стороне. Загородив ее собой, он обернулся, чтобы проследить за потайным ходом, который с внутренней стороны также был замаскирован заштукатуренным холстом. Затаив дыхание он ждал. И как оказалось, не зря, еще через минуту за той же самой дверью послышались чьи-то осторожные шаги.

- Так мы не вызовем никаких подозрений, - шепнул Филипп.

Он обнял Генриетту и закрыл ее полу-раскрытые в удивлении губы поцелуем.

12

Отправлено: 04.05.14 22:39. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Покои господина суперинтенданта Никола Фуке. 2 //

Оставлять Виллэма одного в покоях, устроенных для Сюзанны де Руже было немыслимо, но другого выбора у Фуке не было. Либо помочь мерзавцу избежать ареста, предоставив убежище прямо под носом у мушкетеров, либо идти ко дну вместе с ним. Виллэм со всей определенностью дал понять, что предвидел все возможные варианты, к каким мог прибегнуть Фуке, и был готов ко всему с его стороны. Выиграть время, единственное, что оставалось Никола в этой ситуации. Не допустить, чтобы Сюзанна оказалась в своих покоях до того, как ему удастся убедить голландца покинуть Фонтенбло. Но как? Доверие к нему со стороны бывшей возлюбленной и без того исчислялось каплями и держалось лишь на тонкой ниточке воспоминаний о былом... о том времени, когда оба ее сына были на военной службе, вдали от двора и от интриг, а сам Фуке пользовался безоговорочным доверием Мазарини, а через Его Высокопреосвященство и самой королевы-матери. И что же теперь - последние ниточки связи с единственной верной ему союзницей рвались прямо у него в руках.

- Осторожнее, Никола... эдак можно оказаться в кромешной тьме, - прошептал сам себе виконт, когда едва не оступился на выщербине в каменном полу.

Он шел по темному коридору тайного лабиринта, надеясь не только сократить путь до Обеденного Зала, но и успеть к началу второй части приема. Было необходимо заручиться свидетельствами очевидцев в том, что он все время был неотлучно на приеме. Если правда то, что королевский шталмейстер, этот молодой маркиз д'Антраг узнал Виллэма и успел вызвать мушкетеров, то не нужно гадать у цыганки, к каким выводам могли прийти эти молодые стервятники. Де Ресто не долго прослужил в чине лейтенанта и Фуке не успел еще толком распознать его нрав и выдвинуть дельное предложение о пожизненной пенсии в обмен на лояльность к себе. А это означало, что в своем рвении мушкетер не станет считаться ни с кем кроме собственного понимания ситуации.

- Эти молодые рвачи при особе короля... слишком честные, чтобы делать правильные выводы из идущих к ним же в руки выгод, - бормотал про себя суперинтендант, продвигаясь дальше в темноте, освещаемой тусклым светом свечного огарка, который он захватил перед уходом в своем кабинете, - Глупцы, они ставят призрачные понятия чести превыше всего... а ведь все так просто - цель, вот что важно. У них нет целей, никаких личных амбиций помимо глупой преданности королю и при случае влюбленности в какую-нибудь красотку. Как мельчают нынче желания.

Впереди забрезжили яркие точки света. Кто-то нес канделябр с несколькими свечами, какая невиданная халатность! Или же глупость? Кто стал бы бродить по тайному коридору со столь ярким освещением? Это не мог быть один из карликов или кто-то шпионов Виллэма, они были приучены бегать по тайным коридорам в темноте, определяя дорогу по вырезанным в стене знакам.

Задув свечу, Фуке медленно приблизился к источнику света, стараясь узнать, кто бы это мог быть. Двое. Женщина и мужчина, шли как ни в чем не бывало и чем-то тихо говорили между собой. У Никола отлегло от сердца, он усмехнулся и остановился у поворота, чтобы дождаться, когда влюбленная парочка выйдет из коридора. Скорее всего это были кто-то из свиты короля или Месье, из тех, кто знали про существование секретных переходов во дворце и решили воспользоваться ими для тайного свидания.

Вскоре свет впереди погас и Никола решительно направился вперед. Следовало поспешить. Мало ли, на кого еще он мог наткнуться в этом коридоре по глупой случайности. Он нашарил рукой холстину, скрывавшую потайную дверь и осторожно повернул вниз ручку замка, чтобы отворить ее. Запах только что потушенных свечей заставил подумать о худшем. Засада! Его поджидали! Он уже хотел остановиться и выйти из коридора через другую дверь, но дверь за спиной глухо хлопнула, оставив его в темной каморке. Если его поджидают, то должно быть это последний момент... Но тут он почувствовал легкий флер духов, таких узнаваемых и знакомых ему. Кто бы это ни был, но уж точно в их намерения не входило нападать на него и тем более выдать собственное присутствие.

Стоп! - сказал сам себе Никола и заставил немыслимый и неконтролируемый страх отступить, - Они же сами искали уединения... это не засада. Они сами не хотят быть узнанными и наверняка выжидают, когда я удалюсь.

Прислушавшись к доносившемуся из угла приглушенному дыханию и легко узнаваемому звуку ласкающих губы поцелуев, Никола едва не рассмеялся над самим собой. До чего довел его постоянный стресс из-за страха быть разоблаченным, он уже видит угрозу в банальном уединении парочки любовников, не нашедших другого подходящего места для своего свидания.

Сделав вид, что он никого не заметил, Фуке прошел к другой двери и вышел в галерею, ведшую прямиком ко входу в Обеденный Зал, которым пользовались слуги, обслуживавшие пиршественный стол.

// Дворец Фонтенбло. Обеденный Зал. 2 //

13

Отправлено: 06.05.14 11:10. Заголовок: Повороты, крутые лес..

Повороты, крутые лесенки со стертыми ступенями, убегающие в темноту. Странные шорохи и глухие отзвуки голосов, доносящиеся местами из-за стен, которые, судя по проникающему в тонкие щели свету, не были стенами. Настоящий лабиринт.

Минетт честно старалась не обращать внимание на подозрительные пятна и не менее подозрительные запахи, источаемые изъеденными временем стенами. Пару раз ей показалось, что по ногам скользнуло что-то маленькое и пушистое, исчезнувшее в темноте с испуганным писком. Ее Высочество только крепче стиснула зубы, не желая пасть в глазах Филиппа, который, кажется, перестал наконец видеть в ней худенькую и угловатую девочку в траурном платье, навязываемую им с братом в партнеры по играм и танцам к вящему неудовольствию обоих Бурбонов.

- Д-далеко еще? – вырвалось у нее все таки, когда они достигли очередной развилки, и Филипп, как ей показалось, заколебался, решая, какой из туннелей выбрать.

Но Его Высочество так уверенно заявил, что они почти пришли, что Генриетта успокоилась и даже смогла улыбнуться, заметив смущение супруга при мысли о том, что их могут застать выходящими из чулана с грязной посудой. Вот уж чего она сама и не подумала бы опасаться: довольно было принять величественный и уверенный вид, и любые вопросы и насмешки сами собой умерли бы на устах у случайных свидетелей. А там хоть потоп.

В конце концов, что дурного в том, чтобы быть замеченным вместе с молодой женой? Разве весь двор не ожидал от них всяческих демонстраций нежных чувств, приличествующих молодоженам? Судя по шуточкам, долетавшим до ее ушей в день подписания брачного контракта, а затем и в день свадьбы, им с Филиппом вообще полагалось не отходить друг от друга и искать уединения при каждой возможности. Другое дело, что, как показали первые дни супружества, принцу и принцессе крови уединение давалось с большим трудом и требовало изрядных усилий. И все же, им удалось. Удалось!

Краснея и улыбаясь при мысли о неожиданно приятных сторонах пресловутого уединения, Генриетта не сразу заметила беспокойство мужа, и только когда у нее отобрали свечу и бесцеремонно затолкали в угол погрузившегося во мрак чулана, поняла, что происходит что-то, чего Филипп не предвидел, отправляясь с ней в сомнительное путешествие сквозь стены Фонтенбло.

- Что случилось? – она инстинктивно перешла на шепот. – Каких... каких подозрений?

Филипп не только не ответил ей, но и положил конец дальнейшим расспросам типично мужским бесцеремонным способом. Минетт едва успела возмущенно пискнуть, подобно спугнутым в коридоре мышам, когда до слуха ее донеслось шарканье чужих подошв по каменному полу и шелест отодвигаемого холста. Она похолодела и застыла в объятиях мужа, почти не чувствуя поцелуя и не испытывая на сей раз ни малейшего желания зажмуриться от удовольствия.

Свеча в руках вошедшего следом за ними человека на минуту ослепила принцессу, и она заморгала, прежде чем снова скосить глаз поверх пышного банта на плече Месье. Человек со свечой бросил беглый взгляд в их сторону и исчез из поля ее зрения, но этого было довольно, чтобы Генриетта удивленно охнула, за что была тут же наказана новым поцелуем. За спиной Филиппа скрипнула и захлопнулась дверь, и в чулане вновь сделалось темно. Не раздумывая, она оттолкнула мужа, вырываясь из его объятий.

- Не смейте затыкать мне рот, Филипп. Никогда, слышите? Никогда! Это… это было возмутительно.

Настолько, что больше всего ей сейчас хотелось избавиться от общества собственного супруга. Где-то здесь должен был быть выход. Натыкаясь на мебель, Минетт рванулась в ту сторону, где исчез застигнувший их… она вспомнила лицо, промелькнувшее перед ней в неверном свете свечи, и недоумение вновь охватило ее. Что могло понадобиться этому человеку, столь далекому от ребяческих шуток и проказ, в этих мрачных и страшных переходах?

http://img-fotki.yandex.ru/get/2712/56879152.3fa/0_10e7ca_69db1686_orig.png

14

Отправлено: 06.05.14 22:06. Заголовок: Он слышал дыхание за..

Он слышал дыхание замершего на минуту человека, видимо, разглядывавшего их с бесцеремонной наглостью. Вскипавшее внутри негодование давно уже перекрыло всякое чувство неловкости и страха и было готово вырваться наружу в гневном окрике. Филипп расслабил руки. Поцелуй прервался сам собой. Он уже хотел обернуться и крикнуть затаившемуся незнакомцу, чтобы убирался прочь, но скрип отворяемой двери заставил его повременить.

Свет погас и они снова окунулись в кромешную тьму, ориентироваться в которой было крайне неловко.

- Я хотел только, - обиженным тоном заговорил Филипп, но тут же замолчал, в свою очередь возмущенный тем, что Генриетта предпочла извратить его благие намерения оградить супругу от возможных сплетен и бесцеремонного полоскания ее репутации в одном чане с самыми немыслимыми кокетками и лицедейками двора, - Я ничего не хотел, - буркнул он, до глубины души задетый возмущением супруги.

Что именно задело его, он и сам не мог бы сказать, может быть то, что его поцелуи сочли за возмутительную выходку, а может быть то, что его оттолкнули как какого-нибудь неуклюжего мальчишку. Несколько мгновений он молча наблюдал, точнее слушал, погром, который устроила его маленькая супруга, натыкаясь на столы заставленные посудой и стопками свежих салфеток. Шаловливая мысль о том, что было бы, окажись они в этом чуланчике не до, а после обеда, немного смягчила обиду. Но не стерла ее.

Вспомнились зачитываемые де Лорреном отрывки из "галантных писем", где герой-любовник непременно уговаривал свою пассию позволить ему "минуту-две наедине" и обычно завершал недолгие уговоры нехитрым способом - "печатью поцелуя он накрыл ее уста" В действительности же это нисколько не работало, а напротив, вызвало нелицеприятную сцену возмущения на грани ссоры. "Новой? - подумал он, - "Новой? Или первой? О, Фило, зачем мы читали эти глупые книженции, в которых ни слова правды... женщины, они и правда дикий и неизведанный континент, друг мой... тебе не понять, мой шевалье, мой рыцарь Мальтийского креста"

- Минутку, душа моя, - проговорил Филипп своим обычным пренебрежительным тоном и отодвинулся от стены.

Осторожно нашаривая путь вытянутыми руками, Филипп приблизился к Генриетте. Праведная обида на неуместное по его мнению возмущение, все еще давила на горло, заставляя думать о далеко не самых уместных и любезных шуточках, которыми он обычно награждал маленькую принцессу кузину, с которой его заставляли разучивать менуэты в то время как Луи доставались партнерши одного с ним роста и всего на год или два младше его. И главное - они всегда были веселы и ярко одеты в отличие от мадемуазель Унылость, предпочитавшей серые тона всем остальным. Принцу никогда не приходило в голову, что выбор платьев английской принцессы мог быть продиктован и вовсе тягостными обстоятельствами, в которых оказалась вся ее семья в изгнании.

Одной рукой он ловко обхватил тоненькую талию супруги, обходя возле нее, а другой нашарил на двери перед ними ручку. Принц осторожно надавил на холодный металл ручки, приоткрыв дверь ровно настолько, чтобы полоска света, упавшая в дверном проеме могла осветить каморку и их самих.

- И потом, не собираетесь же Вы выйти в свет в таком виде? - прошептал Филипп, совершенно неосознанным, скорее привычным жестом, смахивая пыль с бантов на платье супруги и поправляя локоны на ее плечах, - Немного пудры не помешало бы... Ваши щеки горят, мадам.

Нет, вот на этом следовало остановиться и позволить гордячке выйти в ярко освещенный коридор как она была, с локонами в паутине, упавшей видимо за время их прогулки по тайным коридорам, и со смятыми складками на платье. И непременно же сделать вид, что ни сном ни духом не ведал о том, что могло послужить причиной столь неопрятному виду. Пожалуй, еще день назад Филипп непременно так и поступил бы, не слишком терзаясь по поводу чувств, испытываемых Генриеттой.

- Хотите взглянуть на себя, Анриетт? Этот локон следует поправить... на нем ленточка развязалась, - с заботой, неожиданной и что там, крайне нежелательной в виду того, что его только что обидели, Филипп протянул супруге маленькое карманное зеркальце, оправленное в виде медальона, которое всегда носил в нагрудном кармашке жюстокора, - Взгляните... и если позволите, я сам перевяжу. Я умею, - просто и уже без всякой обиды и издевки в голосе добавил он.

Обиды обидами, но выйти они должны были вместе, равно как и появиться пред светлые взоры обеих королев и придворной публики. А если бы они поспешили, то могли бы узнать, кто именно решил, как и они, воспользоваться этими проклятыми коридорами, и для чего? Но для этого следовало спешить, а вот этого Филиппу хотелось меньше всего.

15

Отправлено: 09.05.14 01:28. Заголовок: Обида, тяжелая, липк..

Обида, тяжелая, липкая, повисла над новобрачными напряженным молчанием. Генриетта все еще кипятилась, но раздражение ее стремительно улетучивалось, сменяясь разочарованием. Нет, не в Филиппе. В конце концов, он действительно хотел, как лучше. А она… она сама все испортила, разбив хрупкое нечто, затрепетавшее было между ними. Скверно, очень скверно. И это после того, как она дала себе зарок не ссориться с Филиппом из-за пустяков. Хорошо же вы держите слово, Ваше Высочество.

Смущенная и расстроенная, она сжалась было, когда рука Месье поймала ее за талию, ожидая заслуженных упреков, насмешек или… единственное, чего Минетт не ждала вовсе, так это заботы, сквозившей в голосе и жестах мужа, так неожиданно проявившего великодушие, как будто в наказание. Право же, впору было расплакаться от осознания собственной черной неблагодарности.

- С-с-спасибо, - выдавила из себя принцесса, тут же закусила задрожавшую было губу и уткнулась носом в зеркальце, пытаясь разглядеть собственный кошмарный вид в узкой полосе света.

Филипп был прав: показываться в подобном беспорядке перед всем двором, включая иноземного посла, а паче того перед собственными поклонниками, не годилось вовсе. Одного рассыпавшегося в беспорядке локона было довольно, чтобы развязать языки придворным сплетницам и сплетникам. И пусть они не сделали ничего предосудительного (да и что такого предосудительного возможно между супругами?), наверняка, найдутся те, кто и осудит, и ославит. А ведь если бы не Месье, она бы так и явилась на людях. Пальцы ее потянулись к обвисшим концам ленты и замерли неуверенно.

- Если… если вас не затруднит, то… пожалуйста? – главное, не думать, на чьих это локонах ее молодой супруг успел наловчиться в завязывании бантов. – И… простите меня, Филипп.

Генриетта покаянно вздохнула и подняла глаза на мужа.

- Господи, да вы немногим чище меня, Ваше Высочество. Паутина в волосах, какой ужас! – пересилив себя, она смахнула с черных кудрей Месье мохнатые от пыли нити и легко коснулась щеки, стирая с нее тонкую серую полоску. – Быть может, в ваших карманах отыщется и пудра? Должна заметить, что цвет ваших щек тоже далек от элегантной бледности. Можете убедиться сами.

Повернув голову, чтобы Филиппу было удобнее завязывать бант, принцесса снова глянула в зеркальце и едва заметно улыбнулась своему отражению, прежде чем вернуть полезную вещицу владельцу.

// Дворец Фонтенбло. Обеденный Зал. 2 //

16

Отправлено: 09.05.14 23:36. Заголовок: Закусив высвобожденн..

Закусив высвобожденную из прически Генриетты шпильку, Филипп ловко обернул тугой локон вокруг пальца, накрутил на виске и с легкостью профессионального куафера подхватил его шпилькой. Следовало бы поинтересоваться, не имелись ли у самой Генриетты свободные шпильки в запасе, но привычный ко всему, что касалось доведения до безупречности своего облика, Филипп выудил из другого кармашка жюстокора еще парочку шпилек и отправил их следом за первой удерживать непослушный локон в прическе.

- Пустяки, душа моя, - прошептал он, подавив рвавшееся наружу капризное "Вы же не нарочно", - У нас еще столько всего впереди...

Он покраснел и умолк, сделав вид, что сосредоточен на рассматривании плодов своего творения. Зачем он только сказал это? А вдруг Анриетт поймет, что он думал на самом деле о неудавшемся тет-а-тет и желал исправить собственную грубость? Но нет, к вящему облегчению Филиппа, принцесса ткнула пальчиком на пыль, собравшуюся на его роскошных кудрях и показала его отражение в зеркальце.

- Ах да... эта пыль... как жаль, что в Обеденном зале будет яркое освещение. Легкие тени на щеках чудесно смотрелись бы в приглушенном свете... романтичная томность, слегка утомленный вид, - улыбаясь уже как ни в чем не бывало, пошутил принц, старательно вытирая пыль со щек при помощи тонкого батистового платочка, - Пудра... мой бог, а не забыл ли я свою коробочку на Вашем туалетном столике, пока приводил себя в порядок Вас ожидаючи?

О, за этот удивленный взгляд Филипп был готов простить все обиды, как и за улыбку, адресованную пусть и собственному отражению, но все-таки, вернувшуюся на лицо Генриетты. Легко отходчивый по натуре, он скоро забывал обиды, не терзаясь долгими томлениями над планами мести обидчикам.

- Я шучу конечно же, пудры у меня нет, - признался он, но зеркальце взять не преминул, ведь мало услыхать о нанесенном его облику уроне, следовало воочию убедиться, насколько он был ужасен, - Теперь нам тем более следует вести себя как примерные супруги и держаться за руки, Мадам, - уже прежним беззаботным тоном констатировал герцог, пряча драгоценное зеркальце в кармашек, - Если мы появимся в зале в таком виде, держась под руку и воркуя как голубки, то весь этот беспорядок сойдет нам с рук.

Он снова обхватил правой рукой талию Генриетты, а левой завладел ее рукой, поднеся ее к губам. Игривая улыбка светилась в его глазах, освещенных полосой яркого света, падавшего через приоткрытую дверь. Он видел ответное озорство в глазах супруги и этого было достаточно, чтобы объявить новое перемирие... а может быть и долгий мир? Пусть великие женоненавистники из его свиты осмеют его и будут стрелять остротами весь предстоящий вечер, что с того? Наедине с Генриеттой он все меньше чувствовал себя скованным. И все-таки...

Соприкоснувшись почти нос к носу с Анриетт, Филипп прищурил глаза и отклонил лицо без всякой попытки поцеловать супругу еще раз. Нет, вкус последнего поцелуя, неудачного и лишенного своей сладости, все еще теплился на его губах. Наверное женщинам поцелуи нравятся куда меньше, чем они в этом признаются, и уж точно они усматривают в этом действе нечто враждебное к себе. А может быть все было гораздо проще... но при этой мысли Филипп густо покраснел и отвернулся к двери. Не хватало еще, чтобы даже его супруга сравнивала его с другим. С тем, кому возможно все-таки достался ее первый поцелуй.

Сглотнув подкативший к горлу ком, Филипп досадливо помахал кистью руки, словно пытаясь отмахнуться от нежелательных воспоминаний и тем паче объяснений.

- Идемте же, моя дорогая. В таком виде нам лучше появиться вместе со всеми, а не отдельным гран-парадом, - пошутил Филипп, распахивая перед ними дверь чуланчика и представая под руку с супругой на виду у расступавшихся в удивлении придворных.

// Дворец Фонтенбло. Обеденный Зал. 2 //

17

Отправлено: 08.06.14 00:53. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Высочества крон-принца Ференца Ракоши. 3 //

- Ни с места! - угрожающе шепнул Ференц в самое ухо суперинтенданта, когда тот попытался дернуться назад к двери, - Тихо, - приказал он и уткнул рукоять сабли в ребра.

Пока Ласлов передвигал убогий стол к двери для пущей надежности, князь молча стянул с лица маску и заставил Фуке развернуться. При свете маленького огарка свечи, который виконт захватил с собой для прогулки по тайным коридорам, можно было разглядеть блестевшие гневом глаза и недоумевающую глупую улыбку.

- Не ожидали? - с улыбкой спросил Ференц, приблизившись вплотную к виконту.

Они преследовали его по всему коридору от самого Обеденного зала. Князь видел, как Фуке говорил о чем-то с аббатом Бюнелем, служившим мессы в дворцовой часовне, заметил также, как суперинтендант подозвал к себе лакея в ливрее королевского дома и отослал его с поручением. Аббат вероятно тоже получил какое-то указание. Подобострастный поклон, который он отвесил виконту, годился скорее епископу или кардиналу, чем скромному служителю министерства Его Величества. Зная о том, что Фуке был замешан в какие-то темные интриги, Ференц нисколько не сомневался, что и на этот раз беседа со святым отцом не имела ничего общего со спасением души виконта. Но, какое поручение он дал аббату, выяснить не было возможности, не потеряв при этом из виду самого Фуке. Да и надо ли следить за каждой интригой этого человека?

- У меня к Вам серьезный разговор, месье. И речь пойдет не о цветочках. И не о камешках, которыми Вы изукрасили ракетку... я кстати оценил Ваш подарок, - с издевкой говорил князь, глядя в глаза виконта, - Я хочу напомнить Вам о двух известных нам особах. Не оскорбляйте меня попыткой отделаться непониманием. И не вынуждайте переходить на манер ведения беседы по-нашему, по-мадьярски. Уверяю Вас, Вам это не понравится и к тому же очень навредит Вашему облику. А ведь Вам еще весь вечер надобно улыбаться Их Величествам.

Покончив со вступлением, Ференц умолк на некоторое время, оценивая по лицу суперинтенданта степень его желания понять всю серьезность его положения. Потом он вынул из ножен тонкий кинжал и осторожно провел указательным пальцем над его лезвием, едва не касаясь остро заточенной грани.

- Виконт, до моего слуха дошли сведения о том, что Вы намереваетесь навредить двум особам, состоящим на службе у герцогини Орлеанской. А также одному дворянину, которого некто из Ваших приспешников якобы видел в моем обществе вместе с этими двумя особами во дворцовой часовне. Не надо имен, - князь предупреждающим жестом остановил Фуке, - Вы знаете, о ком идет речь. Вы уже пытались бросить тень на репутацию этих особ. И это очень огорчило меня. Очень, месье виконт. Но еще больше это огорчило мадемуазелей, чья репутация оказалась под угрозой. Так вот, месье, я имею все основания требовать от Вас сатисфакции за клевету. Намеренную или нечаянную, мне решительно наплевать.  А когда я говорю о сатисфакции, то я имею в виду именно это, - он вложил кинжал в ножны и сжал ладонью рукоять сабли, - Не вынуждайте меня нарушать законы гостеприимства во дворце моего кузена. В следующий раз я могу и поступиться ими. Вы понимаете? Шевалье Ласлов подтвердит, что я не шучу. У Вас нет никаких оснований чтобы заблуждаться насчет моих намерений. Я убью Вас, если с Вашего языка слетит хотя бы намек на еще одну грязную сплетню, порочащую имена этих мадемуазелей, - Ференц наклонил лицо нос к носу Фуке и с угрожающей улыбкой повторил, - Убью.

Он отошел на шаг назад, позволив Фуке отступить на безопасное от него расстояние и кивнул ему.

- Надеюсь, Вы понимаете мой французский. Повторять я не стану.

18

Отправлено: 08.06.14 21:08. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Обеденный Зал. 2 //

Неожиданный толчок в бок заставил Фуке замереть на месте. Он попытался обернуться, но тут же последовал предупреждающий укол чего-то тупого под ребра. Кто-то передвигал в темноте мебель, видимо, желая забаррикадировать дверь. Не веря самым мрачным предположениям, рождавшимся в охватившей его панике, Никола постарался расслабиться и не подать и виду, что испугался.

- Это Вы?

Страх тут же сменился удивлением, из всех, кого он подозревал во враждебном к себе настрое, виконт менее всего ожидал встретить князя Ракоши. Но, судя по суровому лицу молодого принца, он не был намерен тратить время на шутки и был настроен решительно.

- Я полагаю, Ваше Высочество, что у Вас есть серьезный повод... для подобного обращения, - ответил Фуке, справляясь с дрожью в голосе, - Очень рад, что мой скромный дар пришелся Вам по вкусу. Но согласитесь, способ, каким Вы изволите это передать, несколько неординарен.

О каких особах говорил князь? Нечистая совесть крайне настойчиво предлагала виконту вспомнить о его недавних попытках сблизиться с несколькими дамами из свиты вдовствующей королевы. Неужели, у князя были виды на одну из них? Кто же эта особа, успевшая захватить сердце князя настолько, что он решил пренебречь даже приказом о домашнем аресте? Глаза Никола невольно выдали его насмешку, ему вспомнилось нечаянное признание шевалье Ласлова о ленточке, полученной князем для участия в турнире. "Так так... наш мадьярский принц не на шутку увлекся кем-то," - насмешливо подумал Фуке, но тут же пожалел о шутливом настрое, заметив в руках князя кинжал.

- Я не желаю оскорбить Ваше Высочество, я далек даже от мысли о таком поступке... считая себя другом Вашего Высочества, я все-таки надеюсь, что мы оба попали во власть заблуждений. Это должно быть досадное недоразумение, князь.

В ответ на его попытки пойти на переговоры, Ракоши перешел к прямому обвинению, причем, голос его сделался настолько угрожающим, что у Никола не оставалось сомнений относительно серьезности его намерений. Нервно сглотнув, Фуке оглянулся на наблюдавшего за ними со стороны Ласлова. Он слушал угрозы Ракоши, чувствуя, как задрожали колени, едва не подкашиваясь. Скрестив руки на груди, чтобы унять предательскую дрожь, Фуке постарался взять себя в руки и не дать страху окончательно овладеть им. Ракоши мог угрожать ему сколь угодно, но надо было быть окончательным глупцом, не жаловавшим ни собственную жизнь, ни свою судьбу, ни судьбу своего трона, чтобы угрожать министру короля Франции.

Постепенно до сознания Никола дошло понимание, о ком именно говорил с ним князь. Если бы рука его не сжимала эфес сабли и он не грозил расправой, то Фуке постарался бы свести все дело к шутке. Да и можно ли было на полном серьезе говорить о репутации девиц, умудрившихся сделаться притчей во языцех и мишенью для самых пикантных сплетен всего за три дня, проведенные при дворе? Возможно, очень даже, что князь имел самое прямое отношение к тем скандальным слухам, которые дошли до ушей Фуке, и именно потому опасался их огласки. Да да, значит, во дворцовой часовне и впрямь дело было нечисто. Но тут же, подумав о часовне, Никола похолодел от ужаса. Откуда, как? Ведь он не говорил еще никому о том, что ему было известно о свидании фрейлин из свиты герцогини Орлеанской с князем и маркизом де Виллеруа во дворцовой часовне. Откуда князь мог узнать о том? Неужели Виллэм проговорился?

Глядя в лицо Ракоши, Никола видел такую железную уверенность, что нисколько уже не сомневался в том, что могло произойти с его управляющим. Недооценивать решительность князя было нельзя.

- Я уверен, князь, что мы с Вами оказались жертвами какого-то недоразумения, - примирительным тоном заговорил Фуке, отступая на шаг назад, - Вы можете быть уверены, князь, что я не желаю ничего плохого ни Вашему Высочеству, ни упомянутым Вами особам. Право же, я даже предположить не могу, - князь не дал ему договорить, вновь повторив свою угрозу и Никола только согласно кивнул, - Я все понимаю, - ответил он, обещая про себя, что непременно расквитается с заносчивым изгнанником, теперь уже непременно, но покуда он был бы рад избавиться от общества мадьяров в полутемном запертом чулане, - Вам нет необходимости повторяться.

// Дворец Фонтенбло. Обеденный Зал. 2 //

19

Отправлено: 11.06.14 01:37. Заголовок: - Я далек от того на..

- Я далек от того настроения, чтобы шутить, месье, - холодно парировал Ференц в ответ на попытку Фуке свести их разговор к шутке, - Еще раз повторюсь, я не желаю больше слышать о подобных недоразумениях в отношении известных нам обоим особ.

Отпирательства виконта злили Ференца еще больше и не пообещай он кузине Анне Марии вести себя осмотрительно и осторожно, то наградил бы зарвавшегося выскочку хорошей оплеухой.

- Если Вы все понимаете, то тем лучше, - с тихим лязгом он вытянул шпагу на четверть из ножен и также тихо водворил ее обратно, - Мне трудно найти оправдания тому, как Вы поступили давече на пикнике. Сдается мне, что манеры и благородство дворянина не были переданы Вам вместе с купленным Вами патентом на виконтство, - с вызовом сказал князь, вставая в выжидательную позу, - И если Вы уверены в том, что мои слова это всего лишь недоразумение, то я буду рад дать Вам весомое подтверждение того, что я полностью и всецело уверен во всем сказанном. Дайте мне лишь повод, виконт. Лишь один повод... я не посмотрю, что Вашему дворянству нет и десятка лет. Дуэль со мной окажет Вам честь. Но это будет последней почестью на этой грешной земле. Так и знайте.

Как странно было слышать собственные угрозы в отношении человека, до той поры ни чем не вызывавшего у него ни симпатий, ни ненависти. Ференц сделал еще один шаг назад, упершись спиной в стену, чтобы не искушаться желанием броситься на Фуке с кинжалом. Дуэль... что ему только взбрело в голову. Вряд ли негодяй, подсылавший наемных воров в чужие покои, ответил бы на его вызов. Скорее всего подошлет убийцу или даже нескольких. Разве не по его приказу маленький уродец следил за князем и его свитой не только в последние дни в Фонтенбло, но и еще раньше в Лувре? И все же, следовало прекратить угрозы на уже высказанном, иначе Фуке мог задаться вопросом, откуда князю были известны подробности о его планах на маленький шантаж маркиза де Виллеруа. Но при каждой мысли о том, что мерзкий шантажист мог навредить и Смугляночке, Ференца охватывала дрожь и желание вцепиться в горло и задушить мерзавца собственными руками.

- Уходите, сударь. Вон! - крикнул Ференц, не сдерживая свой гнев, хотя, прекрасно понимал, что выйдя из темного чулана, Фуке непременно решит отомстить за угрозы и за тот страх, который его заставили испытать, - И упаси Вас бог думать, что все это только розыгрыш и следующая сплетня сойдет Вам с рук также легко и без последствий, как и все прошлые, - пригрозил князь напоследок и дал знак Ласлову отодвинуть стол и выпустить виконта прочь.

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Высочества крон-принца Ференца Ракоши. 3 //


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Сеть тайных коридоров. 2