Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Парк Фонтенбло. Павильон Дианы. 3


Парк Фонтенбло. Павильон Дианы. 3

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Отправлено: 27.01.14 00:14. Заголовок: Парк Фонтенбло. Павильон Дианы. 3

    02.04.1661, вечер.

    Дуэль между герцогом Бэкингемом и маркизом де Курсийоном в парке на берегу озера напротив павильона Дианы.

    Филипп де Курсийон пишет:

     цитата:
   

Раздался звон скрестившихся клинков, скрежет металла и глухие вскрики атакующих друг друга противников. Филипп, старался сохранять хладнокровие и думать, что это была просто учебная разминка, но это становилось невозможным с каждым новым выпадом, проведенным герцогом, стремительно атаковавшим его после каждого контр-удара.


https://d.radikal.ru/d11/1902/5f/0f884afc6efd.png

2

Отправлено: 27.01.14 20:51. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Гостевые покои. 4 //

После захода солнца мало кто решался выйти на аллеи парка без сопровождения слуг и факельщиков. До начала турнира было еще много времени и распорядители празднеств не спешили зажигать свечи в гирляндах китайских фонарей, развешанных между деревьями вдоль главных аллей. В садах давно смолкли разговоры и смех прогуливавшихся там парочек и компаний было слышно только тихое журчание воды и песни первых певчих птиц. Тишина и темнота царили в огромном парке Фонтенбло. И тем отчетливее были слышны решительные шаги нескольких мужчин, шагавших по гравиевой дорожке через густые заросли английского уголка парка к берегу озера. Они направлялись к тому месту, откуда узкий мостик соединял берег со старинным павильон, одиноко возвышавшимся над гладью озерной воды. Двое из них, одетые по придворной моде были Джордж Вильерс герцог Бэкингем и лорд Чарлз Сэквилл, впереди них шагал мальчик слуга, несший факел, и замыкал шествие второй слуга, несший под мышкой внушительных размеров саквояж.

- Вы решительно настроены драться, милорд? - спросил Сэквилл, обращаясь к герцогу.

- Пути назад нет. Я послал вызов маркизу де Курсийону через герцога де Грамона. А позднее я встретил самого маркиза вместе с его секундантом и повторил мои требования.

- Не может быть, чтобы французы согласились драться прямо в королевском парке... это ведь не Гайд-парк, черт возьми. И их король не наш Добрый Чарлз. Им по меньшей мере грозит ссылка.

- С каких это пор Вас стали волновать вопросы о будущем Ваших соперников, Сэквилл?

- А разве Вас это нисколько не волнует, милорд? Ну, допустим, Вы получите удовлетворение от маркиза. И что дальше? Если Ваша шпага не убъет его, так это может с успехом довершить палач на Гревской площади. Или маркизу придется искать убежища за пределами Франции. Мне кажется, это по меньшей мере нечестно.

- Что? - резко остановившись, герцог схватил своего спутника за локоть и заставил остановиться, - Вы обвиняете меня в том, что я намерено строю козни против этого выскочки? Я не ожидал этого. Не от Вас, Сэквилл!

- Извольте. Я всего лишь высказал свои соображения по этому поводу. Гамильтон между прочим и вовсе отказался сопровождать Вас.

- Могли бы тоже отказаться. Герцог де Грамон любезно согласился быть моим секундантом, - буркнул Джордж, отпуская локоть Сэквилла, - Еще не поздно, Вы можете вернуться во дворец. Я не стану винить ни Вас, ни Гамильтона.

- Ну вот еще! Я никогда не отказывался от хорошего веселья, дорогой мой герцог. Но мне претит только одно но. И это я предпочту высказать лично Вам и до того, как это "но" станет "если бы".

- И что же это?

- Я не желаю, чтобы мой противник в этой дуэли пострадал после нашего боя, каким бы не был его исход. И посему, дорогой герцог, имейте в виду, я не покину Францию, не покину Фонтенбло, даже под страхом ареста и заключения в эту их... место, куда заключают дворян, совершивших государственное преступление.

- В Бастилию, - хмуро поправил своего секунданта Бэкингем.

- Вот именно.

- Ну что же, пусть так. Тогда и я даю Вам слово, Сэквилл, что без Вас не покину пределов Фонтенбло, будь на то даже приказ самого короля Чарльза. Этого Вам достаточно, друг мой?

- Вполне!

Рыжеволосый Сэквилл, только что высказавший далекие от легкомыслия соображения относительно возможных последствий предстоящей дуэли, вскинул вверх подбородок и весело рассмеялся.

- Смотрите-ка, смотрите, милорд! Вон актерские кибитки! А я и не предполагал, что эти господа все еще здесь. Их выступления были сорваны из-за сегодняшнего турнира. В пору пожалеть об этом, ведь я надеялся полюбоваться на ножки той рыжеволосой красотки, что танцевала в интермедии в первый день свадебных торжеств.

- Полюбуетесь еще, Сэквилл. Господин Мольер объявил о своем намерении дать как минимум пять представлений на этой неделе. А герцог Орлеанский пообещал ему щедрую плату за то.

- Он любитель театра, этот Месье? - одобрительным тоном произнес Сэквилл, извлекая на ходу свою шпагу из ножен, - Пожалуй, они найдут много общего с нашей принцессой, Вы не находите?

- Не нахожу, - ответил было Джордж, задетый за живое тем, что у кого-то кроме него самого могло быть что-то общее с Генриеттой Анной.

Сэквилл не заметил резкую перемену в настроении милорда, протирая лезвие шпаги тонким лоскутом замши, чтобы стереть несуществующие пятна и заставить ее сверкать еще ярче.

- Это здесь, - объявил Бэкингем, когда они подошли к мостику, ведущему к павильону.

Знал ли маркиз д'Антраг, что именно этот павильон послужил королю вдохновением для похищения английской принцессы в первый же вечер ее свадьбы? Может быть выбор этого места был не спроста и маркиз желал таким образом напомнить герцогу о первом поражении на французской земле, которое он потерпел? Джорджу стоило огромного труда для того, чтобы отогнать непрошенные мысли прочь. Похищение принцессы хоть и произошло на глазах у половины двора, однако же, было спланировано самим королем и, как поговаривали, его фаворитом, маршалом дю Плесси-Бельером. Никто не мог знать, куда именно король намеревался увезти свою пленницу, как никто не поручился бы за то, что это похищение и вовсе состоялось. Даже сам Филипп на следующее утро хоть и был мрачнее тучи, и виду не подал, что его супругу увезли у него на глазах. Вряд ли маркиз д'Антраг, по виду нисколько не походивший на придворного франта из ближайшего окружения короля, мог знать о подробностях несостоявшейся первой брачной ночи Месье и Мадам.

- Я ищу врагов там, где их нет, - тихо урезонивал самого себя герцог, разминаясь перед предстоящим боем, - Наказать маркиза за его нелепую попытку ухаживать, вот что сейчас важно. Черт возьми, ведь он даже представления не имеет, какой скандал вызвало его письмо! Неосторожность не может быть оправданием.

- О чем Вы, милорд? - спросил Сэквилл, отвлекаясь от выпадов против воображаемого противника, - Может, расскажете все-таки, чем Вам насолил этот де Данжо?

- Это слишком серьезно, Чарлз, - ответил Бэкингем, вкладывая шпагу в ножны, - Я не имею права разглашать эту историю.

- Будь по-Вашему. Однако, уже время. Где же эти французы? Пунктуальность не входит в число придворных добродетелей, как я посмотрю.

3

Отправлено: 27.01.14 23:20. Заголовок: // Фонтенбло. Приемн..

// Фонтенбло. Приемная Ее Величества Анны Австрийской //

Прохлада. Воздух. Ветер.
Филипп с облегчением прикрыл глаза, выйдя на широкое парадное крыльцо дворца. Прежде чем спуститься по ступеням, он вдохнул и выдохнул несколько раз, наполняя легкие влажным и прохладным вохдухом апрельского вечера. Последние пары опьянения еще клубились в его голове, но уже нисколько не мешали трезво мыслить и говорить настолько членораздельно, чтобы слова его, а главное, намерения были бы понятны и однозначны. Он обернулся к шедшим рядом с ним дАнтрагу и де Грамону и неловко улыбнулся. Было поздно благодарить их за дружбу и содействие и предлагать отступить. Да он и сам не оставил бы друга в такой ситуации, а на месте маршала де Грамона также постарался бы до последнего отсрочить или даже отменить кровавое разрешение вопросов чести. Как это ни странно, но именно он, миролюбивый гуманист оказался вызванным на дуэль. Парадоксально, не иначе.

- Не время философствовать, но как-то тянет помыслить о непознанном... это наверное и есть те самые последние мысли перед дуэлью, не так ли, господин маршал? - спросил Филипп с нарочитой усмешкой в голосе, чтобы друзья не подумали о том, что он объят скорбью о своей судьбе.

Темная аллея вела их вперед и была освещена только светом луны, пробивавшимся сквозь черные силуэты ветвей. Маркиз пожалел, что не подумал об освещении и не предложил взять с собой слугу с факелом, но тут же вспомнил о цели их прогулки и только пожал плечами. Понимание того, что это все происходило именно с ним и не было глупым розыгрышем все никак не хотело укорениться в его сердце. Он надеялся на то, что если герцог Бэкингем и не перестанет злиться на него невесть за что, то хотя бы внемлет гласу разума.

- А если и впрямь произошло что-то, что могло опорочить имя Ее... той дамы, - снова начал свои рассуждения вслух маркиз, оглядываясь по обе стороны от себя на шагавших рядом маршала и маркиза, - А если эта дама и правда замешана в каком-то несчастьи? Не подвергнем ли мы ее репутацию еще большему вреду, если позволим состояться этой дуэли? Нет, я не боюсь... что Вы, герцог... нет, - хоть он и не мог видеть выражения лиц своих спутников, но опасался, что его рассуждения могли быть расценены как трусость, - Нет, я готов драться. Вчера друзья, сегодня соперники. Хотя бы я буду знать, что дрался с одним герцогом и моим секундантом был другой... и Вы, друг мой, - он дружески похлопал по плечу д'Антрага, - Когда-нибудь, когда Вы будете в маршальском чине руководить битвой сродни той, что была при Рокруа... тогда я с гордостью буду писать, что маршал Леон де Бальзак д`Илье д`Антраг, сеньор де Маркусси и Буа-Малерб был моим секундантом... да.

Великолепная память на имена и титулы, а также события, связанные с ними, если она еще не изменяла ему, значит, гадкое снадобье Ламара и впрямь оказалось действенным. Можно было не сомневаться и в том, что рука его окажется столь же твердой, сколь ясным был рассудок. А это уже немало.

- Кажется, мы пришли, господа, - тихо проговорил Филипп, заметив в конце аллеи силуэт павильона и мостика, ведшего к нему от берега, - Там какие-то люди... полагаю, они ожидают нас.

4

Отправлено: 03.02.14 01:48. Заголовок: Главным недостатком,..

// Фонтенбло. Приемная Ее Величества Анны Австрийской //

Главным недостатком, но одновременно и преимуществом павильона Дианы была его относительная удаленность от главных променадов парка. С одной стороны, это означало, что обоим маркизам и присоединившемуся к ним герцогу пришлось изрядно напрячься, чтобы успеть вовремя к назначенному месту, зато с другой вынужденный марш-бросок на достаточно солидную дистанцию в сочетании со свежим воздухом немало способствовал возвращению ясности ума. Пожалуй, они с Курсийоном неплохо обошлись бы и без дьявольского зелья, которое подсунул им добряк Ламар.

Редкостная мерзость, думал Антраг, слушая разглагольствования Филиппа, на которого, как это часто бывает перед поединком, напала жажда выговориться. Знал бы, ни за что не связался бы с чертовым медикусом.

Даже сейчас, когда в конце аллеи показался бледный призрак павильона, озаренный неверным светом одинокого факела, маркизу все еще казалось, что внутри него плещется жидкий лед, с каждым размашистым шагом норовящий выплеснуться наружу, оставляя на языке отвратительный привкус. А может, дело было вовсе не в пресловутой мятной настойке, а в отвращении, которое Леон испытывал к идиотской ситуации, в которую умудрился непонятным образом угодить его новый друг.

- Какое бы несчастье не приключилось с пресловутой дамой, Филипп, не понимаю, какое отношение к нему имеете Вы. По моему скромному разумению милорд просто бесится от ревности, как всякий отвергнутый поклонник, и готов драться с первым подвернувшимся под руку противником, лишь бы тот был ненавистным французом, - Антраг поморщился, вновь ощутив на губах леденящий вкус мяты и жалея, что его нельзя запить бокалом доброго вина. – Положительно, в семействе Бэкингемов сделалось доброй традицией губить своим вызывающим поведением репутацию французских принцесс. Я бы охотно списал это на неосторожность, но сдается мне, что англичанин делает это нарочно, чтобы поддержать фамильное реноме.

Эх, караул мушкетеров оказался бы сейчас как нельзя кстати. По мнению Леона ночь в мушкетерских казармах была бы для Филиппа куда меньшим злом, чем поединок. Надо было исхитриться и предупредить Ресто, но сия пользительная мысль, как всегда, пришла в голову маркиза слишком поздно. Тактик из него был еще более скверный, чем стратег, какой уж тут маршальский чин.

- Полно, Филипп, если кто из нас и сделается маршалом, то только Вы. Мне для этого не хватает как минимум головы, - хмуро пошутил Антраг, всматриваясь в темные силуэты, отбрасывающие длинные тени на стены павильона. – Вижу, наш англичанин не позабыл захватить с собой факел. Похвальная предусмотрительность, ведь я было решил, что Его Светлость тоже слегка перебрал за обедом.

Он покрепче прижал локтем два факела, которые нес подмышкой незажженными, чтобы сберечь их на время дуэли, и, сняв шляпу, поклонился Бэкингему и его спутнику. Этого английского лорда он уже видел сегодня на пикнике охотящимся на ленточки французских красавиц.

- Однако вы заставили нас ждать, господа, - процедил юнец в ответ на поклон, смерив французов недовольным взглядом.

- Прошу прощения, сударь, но нам как-то не пришло в голову, что за Ла-Маншем не только календарь, но и время отличается от французского, - Леон вернул шляпу на голову и протянул факелы стоящему рядом мальчику-пажу. – Слышите? Это бьют часы на башне замка.

Чистый звук башенных курантов растаял над притихшим темным парком. Леон оглядел лужайку перед павильоном, прикидывая, как расставить факелы, чтобы они не слепили дуэлянтов. Пусть старый гасконский лис де Грамон ведет переговоры с безумными англичанами, его дело проследить за тем, чтобы все правила были соблюдены с дотошной четкостью. Ну и не дать этому лондонскому хлыщу – Секвиль, его звали Секвиль или что-то в этом духе – продырявить себя, буде тот станет настаивать на том, чтобы драться с секундантом маркиза де Данжо.

5

Отправлено: 03.02.14 19:55. Заголовок: Часы и впрямь только..

Часы и впрямь только начали бить половину восьмого, заставив Сэквилла сменить надменную и недовольную гримасу на извиняющуюся улыбку или подобие того.

Предоставив Сэквиллу вести все приличествовавшие ситуации переговоры с противной стороной, Джордж угрюмо смотрел в сторону противоположного берега. Маленькие огоньки китайских фонариков, украшавших черные стрелы гондол, отражались на ребристой поверхности озера. Слышался плеск весла, мерно опускавшегося в воду, приглушенный скрип уключины, когда весло поднималось вверх, и журчание воды, тонкими струйками стекавшей с него. Эта мелодия вечернего катания на гондоле отвлекла мысли герцога от беседовавших за его спиной секундантов. Ему вспоминались речные катания на Тэмзе, маленькая принцесса, устроившаяся вместе с любимой собачкой под алым балдахином из плотной парчи, не пропускавшей солнечные лучи, так нестерпимо обжигавшие лицо и руки Джорджа, сидевшего напротив. Юная, не познавшая еще силы своего очарования, Генриетта Анна смеялась его шуткам, весело и беззаботно. Опускала руку в воду и посылала в его сторону мириады брызг, хохоча в голос над тем, как насупившийся от неожиданного холодного душа поклонник обиженно отворачивал свое лицо в сторону. Между ними были только шутки и игры, всего лишь беззаботное времяпровождение, к которому не могли бы придумать нареканий никто, даже сама вдовствующая королева Генриетта Мария.
Или же напротив он не слышал ничего, что было неприятно его слуху, предпочитая считать, что никто не замечал ничего предосудительного в его открытых ухаживаниях за принцессой, которые со временем становились более настойчивыми?
И быть может точно так же, как он не замечал осуждающих взглядов тогда, в Англии, он и во Франции предпочитал не видеть откровенное пренебрежение к себе со стороны Генриетты Анны?

- Господа, приветствую Вас от имени милорда Вильерса, герцога Бэкингема, - слышался голос Сэквилла, - Полагаю, стороны могли принести друг другу извинения за недоразумения, но раз этого не произошло, единственно возможный вариант решения конфликта, дуэль. Имею честь представиться, Чарльз Саквилл, я секундант милорда Вильерса. И Вы? - Дорсэт вопросительно вежливо посмотрел на маркиза д'Антрага, очевидно не принимая в расчет присутствие маршала де Грамона в качестве возможного секунданта маркиза де Данжо, - Заранее спешу заверить Вас, месье, что в мои намерения не входит искать с Вами ссоры, равно как и решения спорных вопросов путем поединка, но будет Вам угодно скрестить с мной шпагу, я даю слово дворянина и джентльмена, что не оставлю поле битвы до прихода соответствующей помощи, если в ней будет необходимость.

Слушая пространные разглагольствования Чарльза, видимо, пожелавшего поразить французов своими познаниями в галльской словесности, Джордж уже несколько раз хмурил брови и порывался прервать его речь. Невозможно было довести его до большей степени нетерпения.

- Чарльз, время, - тихо, но достаточно внятно произнес герцог, снимая с себя камзол и жюстокор, - Я полагаю, господа так же, как и я, желают поскорее приступить к делу. Поставьте факелы по периметру и обговорите условия с маркизом д'Антрагом и маршалом де Грамоном.

Дорсэт отошел в сторону, отмерив дюжину шагов от кромки берега в глубь небольшой поляны и взял факел из рук слуги, чтобы воткнуть его в землю. Затем он также отмерил расстояние в перпендикулярном направлении и остановился, давая понять пажу, что следовало воткнуть второй факел в том месте, отмечая видимую границу для ведения боя.

Когда с разметкой границ было покончено, Сэквилл подошел к маршалу де Грамону, полагая, что Его Светлость явился к месту дуэли в качестве мирового судьи, независимого от обеих сторон.

- Ваша Светлость, есть ли у противной стороны возражения против установленных границ или против выбранных герцогом и мной клинков? Я готов презентовать мою шпагу для осмотра. И мой кинжал, если бой будет вестись в обе руки. Если же все эти вопросы можно счесть улаженными, то я предлагаю начать, господа.

6

Отправлено: 03.02.14 22:01. Заголовок: Ноги продолжали вест..

Ноги продолжали вести его к месту, назначенному для предстоящей дуэли, но в душе Филипп начал испытывать паническое желание немедлено прекратить этот фарс. Шутка зашла слишком далеко! - мелькнуло в его голове при виде фигуры упражнявшегося со шпагой человека. Он нервно сглотнул и не ответил на замечание д'Антрага. Трудно было поверить, что ему предстояло драться на дуэли с милордом Вильерсом. С тем самым герцогом Бэкингемом, его вчерашним сотрапезником в "Трех шишках", показавшим себя превосходным собеседником и галантным кавалером. С тем самым Джорджем Вильерсом, которого не без дружеского к нему участия  рекомендовала Нинон де Ланкло. Тем самым дворянином до кончиков ногтей, искавшим справедливости и правосудия для безвинно осужденного шевалье де Лоррэна, готовым потребовать ответа от самого Монсеньера и если пришлось бы, то от самого короля.

- Мне очень странно видеть подобную перемену в этом человеке, - проговорил Филипп, вспоминая вчерашние разговоры и то немногое, что ему было известно о Бэкингеме и его знаменитом отце, - Нарочно... вот то самое слово, что не сходит у меня с языка. У меня все это время такое же ощущение, что герцог делает это нарочно. Словно его кто-то подталкивает к этому. Может быть виной и впрямь ревность. Но я даже не знаю... впрочем... может быть речь идет о мадемуазель де Ланкло? Но... он отчетливо говорил о муже... а Нинон свободна как вольный ветер в поле. Значит, все-таки, в этом деле замешана принцесса... и снова я в недоумении.

Они почти подошли к лужайке перед мостиком, ведшим к павильону Дианы. Филипп остановился на самом краю лужайки, оставаясь на аллее. Пусть теперь дАнтраг и маршал де Грамон решают все формальности. Ему следовало приготовиться. Но именно об этом, де Курсийон напрочь позабыл, увидев своего противника, стоявшего у кромки воды. С каким задумчивым видом Бэкингем вглядывался вдаль. О чем он мог думать? Повинуясь неуемному любопытству, маркиз едва не позабыл о собственной роли в предстоящем предприятии. Он сделал несколько шагов вперед и тут же остановился, увидев, что герцог снимал с себя перевязь и камзол. Черт! Он едва не протянул ему руку для дружеского привествия, намереваясь спросить, о чем тот думал!

"О чем только я сам думаю?" - спросил себя Филипп и последовал примеру Бэкингема.

Он бросил на землю короткий плащ, затем развязал ленты и шнуры на камзоле и бросил его на плащ. Простая кожаная перевязь с ножнами от шпаги глухо упала на землю у его ног. Оставшись в одном жюстокоре, Филипп зябко поежился, не решаясь снять и его, но увидев, что Бэкингем разделся, оставшись только в панталонах и нижней рубашке, он устыдился своей мерзлявости и скинул с себя жюстокор и кожаный жилет, между прочим, служивший неплохой защитой не столько от холода, сколько от ударов кинжалов. Еще армейская привычка не раз сослужила ему добрую службу в Мадриде, наводненном наемниками и уволенными без всякого жалования солдатами, не знавшими другого ремесла кроме грабежа и убийств.

Оставшись в одних панталонах и рубашке, Филипп несколько раз рассек воздух шпагой, повращал кистями рук и плечами, чтобы размять мышцы, сделал несколько выпадов на траве, проверяя не сильно ли скользили подошвы его башмаков на мокром покрове.

"Готов. Это все. Это не розыгрыш. Господь, храни мою душу... не позволь убить и не дай быть убитому..." - шептал про себя Филипп, вверяя душу Господу, но по большей мере из желания обрести хладнокровное спокойствие перед боем. Вспоминалось волнение и лихорадочный мандраж, которые он всякий раз испытывал перед тем, как отдать приказ своим подчиненным броситься в атаку. Но ведь тогда перед ним был враг, настоящий враг. Хладнокровный и безжалостный. Готовый убить его. Желавший его смерти. А нынче перед ним стоит человек, запутавшийся в переживаниях и ревности, отчаянный и безумный. Враг ли он ему? Как приготовить себя к бою с человеком, еще вчера называвшим себя его другом? "Это не может быть... это какая-то чудовищная ошибка... мы не можем сражаться. Не можем желать убийства друг друга" - звенело в голове Филиппа, пока он дожидался сигнала от секундантов.

7

Отправлено: 04.02.14 19:51. Заголовок: Слушая краем уха раз..

// Фонтенбло. Приемная Ее Величества Анны Австрийской //

Слушая краем уха разговор молодых людей, де Грамон сделал для себя единственный утешительный вывод - ссоры между герцогом Бэкингемом и маркизом де Данжо не было, а были лишь ничем не обоснованные подозрения герцога относительно поведения маркиза. На этом можно было основывать попытки к примирению сторон до того, как их клинки скрестятся в поединке. Но надежды таяли на каждом шагу, де Курсийон далеко не робкого десятка, бывший военный капитан. Он мог и не держать обиды на зарвавшегося англичанина, но тем не менее из чувства долга вряд ли уступит первым. Дело могло обернуться далеко не шуточной развязкой, если только вызванный им лорд Райли не подоспеет со своими слугами. Уж у Его Светлости точно найдутся действенный рычаги, чтобы надавить на Бэкингема, к тому же англичанину лучше знать, какие доводы необходимо пустить в ход, чтобы избежать глупого кровопролития.

- Неужто пришли? - удивился де Грамон, когда впереди замелькали огоньки факелов в руках слуг, явившихся на место дуэли вместе с герцогом Бэкингемом.

Сдержанный обмен любезностями между секундантом герцога и маркизом д'Антрагом развеял и без того призрачные надежды маршала привести противников к примирению. Боже, ну кто же, кто начинает переговоры с упреков! О, эти дотошные англичане, время им, видите-ли, жалко, - проворчал про себя де Грамон, осматривая выбранную для дуэли лужайку. Недурственное место для упражнений в фехтовании, даром что находилось прямо напротив королевского павильона... или уже павильона Мадам? До ушей де Грамона дошли слухи о том, что король передал ключи от павильона Дианы Мадам... было ли это знаком братского внимания или же даром в обмен? А, пустое, герцога это занимало в последнюю очередь, тогда как отмеряемые шагами Сэквилла углы предстоящего периметра для боя, привлекли его живейшее внимание.

- Интересно, в скольких дуэлях принимал участие этот молодой человек? - вполголоса обронил маршал, стоя рядом с д'Антрагом, - Ведет себя крайне уверенно, а ведь через каких-нибудь пять-десять минут вопрос будет на кончике шпаги, а не в углу этого пресловутого периметра. Вы готовы, Леон? Этот английский хлыщ кажется желал сказать, что буде Вам вздумается драться с ним, он готов разделить с Вами все последствия. Как бы не так! Не позвольте этому юноше оставить Вам хоть одну царапину на память, Леон. Он не стоит таких воспоминаний.

Хмыкнув в кулак, де Грамон прошелся по лужайке, проверяя, не было ли в траве каких-нибудь невидимых глазу кочек или неровностей, словно это ему предстояло драться. Бэкингем что-то громко сказал Сэквиллу, а тот подбежал к маршалу.

- Ваша Светлость, есть ли у противной стороны возражения против установленных границ или против выбранных герцогом и мной клинков? Я готов презентовать мою шпагу для осмотра. И мой кинжал, если бой будет вестись в обе руки. Если же все эти вопросы можно счесть улаженными, то я предлагаю начать, господа.

Герцог молча взглянул на протянутую ему шпагу, оценив качество ковки и прекрасную балансировку клинка и рукояти. Да, в умелых руках эта шпага и впрямь была опасным оружием. Но, к счастью, только в умелых. Подняв глаза на Сэквилла, де Грамон усмехнулся. Кроме юношеского запала и желания ни в коем случае не ударить в грязь лицом, не было ни уверенности в том, ради чего он должен был драться, ни желания добиваться какой бы то ни было справедливости.

- Полагаю, у противной стороны не будет никаких нареканий касательно выбранного места и границ боя. Шпаги выглядят вполне удовлетворительно у обеих сторон. Так что, господа, вы вольны начать бой, как только каждый из вас будет готов. Месье Секвиль, месье Д'Антраг, решаете ли вы также вступить в бой, в качестве секундантов герцога Бэкингема и маркиза де Данжо, или будете наблюдать за боем? Предупреждаю, что если Вы решите не драться, я не позволяю Вам обнажать оружие до тех самых пор, пока сражающиеся не окончат свой бой. А Вы господа, - он обратился к Бэкингему и глянул в сторону де Данжо, - До каких пор Вы намерены продолжать бой? До первой крови или до абсолютного поражения одной из сторон? Будут ли слова "прощение и милость" достаточным поводом для окончания боя? И, - тут герцог сделал паузу и обвел строгим взглядом всех участников дуэли, - И если каждый из вас в точности знает цели и причины этой встречи. Герцог, я не услышал от Вас вразумительных объяснений касательно вины, возлагаемой Вами на де Курсийона. Вы обещали ввести меня в курс этого дела с тем, чтобы я мог посвятить в это маркиза и его секунданта. Покуда ни я, ни эти господа не получили никаких разъяснений. Согласитесь, вызванный Вами на дуэль господин имеет право знать, в чем его обвиняют. Равно как и те, кто оказались замешанными в этом деле. Итак, герцог, прошу Вас. И, властью данной мне как одному из судей Придворного Суда Чести, прежде чем хоть кто-нибудь скрестит здесь шпаги, я произведу решение, стоит ли это дело того, чтобы затевалась дуэль или нет.

Оттянуть время как можно дольше, это был единственный способ не дать драчунам схлестнуться в бою, в котором, даже при всем старании не обошлось бы без ран и царапин. Де Грамон не надеялся на то, что разгоряченный какими-то одному ему известными причинами Бэкингем уступит хотя бы на йоту, но рассчитывал только выиграть, а точнее оттянуть время.

8

Отправлено: 07.02.14 02:28. Заголовок: Интересно, что сказа..

Интересно, что сказал бы де Грамон, не без ехидства усомнившийся в дуэльном опыте молодого англичанина, если бы узнал, как ничтожен опыт Леона по этой части? Нет, вздумай герцог спросить его о том, в скольких дуэлях пришлось участвовать ему, маркиз честно ответил бы, что ни в одной, если не считать пары случаев, когда ему пришлось быть секундантом в результате неудачи попыток к примирению. Но вопроса не прозвучало: по всей видимости, де Грамон, о дуэлях которого в армии ходили легенды, не питал никаких сомнений на его счет, да и на счет Курсийона тоже, хотя Леон готов был биться об заклад, что для Филиппа это сомнительное развлечение тоже было внове.

- Искренне надеюсь, что мы все обойдемся без царапин, - коротко заметил маркиз и подошел к Данжо, разминавшему руку с видом человека, который никак не может понять, зачем все это.

- Будьте осторожны, Филипп, - произнес он вполголоса, взглядом знатока оценив тяжелую боевую шпагу друга. – Этот Бэкингем считается первоклассным фехтовальщиком. По крайней мере, у себя на родине. Если Вы знаете какой-нибудь хороший прием, позволяющий выбить у противника шпагу, советую сделать это при первом удобном случае. Де Грамон наверняка захочет максимально обезопасить условия дуэли, предложив драться до первой крови. Если хотите, я могу добавить, что потеря оружия так же будет засчитана за поражение.

Намерения герцога Антраг угадал верно: не успел он сделать Филиппу свое предложение, как де Грамон заговорил об условиях, и маркиз удовлетворенно кивнул, услышав из уст старого гасконского лиса те же слова, которые произнес бы и сам на месте маршала. Но прежде чем оба дуэлянта успели высказать свое мнение на сей счет, Грамон заговорил о поводе для вызова, и Леон, ободряюще хлопнув Данжо по плечу, поспешил присоединиться к маршалу.

- Его Светлость прав, поединок невозможен до тех пор, пока нам неизвестна причина вызова. Согласитесь, довольно странно, когда одна из сторон осведомлена о поводе для поединка, а вторая нет, - он повернулся к Сэквиллу, который все еще стоял перед маршалом с оружием в руках. – Вы говорили об извинениях, которые не были принесены, сударь, мы же в недоумении пытаемся угадать обвинения, которые не были произнесены. Маркиза де Данжо, равно как и меня, не оставляет ощущение, что в данном случае имеет место некое прискорбное недоразумение.

Особой надежды услышать от Бэкингема или его секунданта «вразумительные разъяснения» у Антрага не было, скорее всего, милорд опять отговорится намеками на оскорбление дамы, имя которой называть не следует. Но зато маркиз успел заметить, что де Грамон уже пару раз украдкой глянул в сторону ведущей к замку аллеи, и припомнил, что они с Курсийоном успели изрядно углубиться в парк, прежде чем маршал их догнал. Неужели ему тоже пришла в голову мысль об удобстве «случайной» встречи с одним из обходящих парк караулом? Да нет, вряд ли, этот прожженный дуэлянт наверняка не стал бы прибегать к подобным методам в делах чести, пусть даже они и грозят вылиться в скандал и омрачить затеянный герцогом Орлеанским турнир. И почему этим англичанам недостает дуэлей с ракетками? В сущности, такой же способ для сведения счетов, только не отягощенный угрозой наказания за нарушение королевского эдикта.

9

Отправлено: 07.02.14 16:36. Заголовок: Сделать вид, что не ..

Сделать вид, что не слышал ничего из речи маршала де Грамона было невозможным, тот говорил настолько же уверено и громко, как на параде своих полков. Вряд ли де Данжо осмелится скрестить свою шпагу с ним до того, как гасконец не будет окончательно удовлетворен по всем требованиям дуэльного кодекса.
Глухо прорычав английское ругательство, Джордж выступил вперед и остановился, опираясь обеими руками на эфес шпаги.

- Господа, я предельно ясно высказался о причинах, побудивших меня искать удовлетворения. Задета честь дамы, черт возьми, неужели этого мало? Впрочем, если у французов принято подходить ко всему с дотошностью судейских клерков, то я готов удовлетворить Ваше любопытство, месье маршал, и Ваше, месье маркиз, - он с вызовом посмотрел в глаза дАнтрага, - Рукой месье де Курсийона было написано анонимное послание в адрес одной дамы... - Джордж сделал неопределенный жест рукой, но видя выжидательное выражение на лице де Грамона, выдохнул и произнес на одном дыхании, - В деле замешана принцесса Генриетта Анна... письмо, адресованное ей, вызвало скандал. Месье не только видел его, но и посчитал меня автором. Это немыслимо, господа! Если вы пожелали бы нанести урон репутации дамы, то большей глупости придумать невозможно. Его Величество король Карл поручил лично мне следить за благополучием его сестры, Ее Высочества. И поэтому мне и только мне надлежит потребовать удовлетворения у обидчика. Есть ли у Вас возражения на этот счет? Как бы поступили Вы, месье маршал, окажись на месте Ее Высочества, мадам де Монако? А теперь, не будете ли вы любезны господа, отойти за пределы периметра. Вы пришли к согласию относительно условий дуэли? От лица Ее Высочества я приемлю только полные извинения, без условий и без апелляций... или бой. До первой крови? - на этой фразе Джордж насмешливо скривил губы, в нем уже закипала новая волна гнева и несколько капель крови, пролитых его противником, казались насмешкой, а не искуплением, - До просьбы о пощаде, сопровожденной полными извинениями. И вы, господа, должны будете засвидетельствовать об этом перед лицом Ее Высочества и перед лицом Месье. Я желаю, чтобы скандальная выходка с письмом была смыта из их памяти.

Если на иных людей долгие речи влияют успокаивающе и даже умудряют их на толику разумного, помогая найти оптимальный и наиболее резонный выход из ситуации, то в случае герцога Бэкингема звук его собственного голоса и повтореные обвинения в адрес де Курсийона только еще больше распаляли его. Он даже не расслышал предложение, высказанное Сэквиллом, не настаивать на продолжении дуэли после первого пролития крови.

- Оставьте это, Чарльз. Оставьте. Займите свою позицию и не вмешивайтесь. Я не желаю торговаться там, где речь идет о чести дамы, чести сестры моего короля, черт возьми.

- Но, милорд, у противной стороны есть право высказаться в ответ. Может быть этот маркиз имеет желание передать нам свои извинения? Не принять их будет означать, что Вы ищите вовсе не удовлетворения в вопросе чести, а простейшей драки. Это не достойно Вас.

- Что? - нагнув голову вниз, Бэкингем исподлобья посмотрел на своего секунданта, словно оценивая, с какой стороны наброситься на него, чтобы сразу же раздавить и уничтожить, - И это говорите мне Вы? Мальчишка!

Оттолкнув Сэквилла плечом, герцог вышел в центр периметра, отмеченного по четырем углам горевшими факелами, воткнутыми в землю. Он медлено очертил полукруг шпагой, разминая запястье правой руки, встал в первую позицию, изящно отставив левую руку назад, и отставил левую ногу перед, чтобы сразу же начать бой с атакующего выпада.

- Месье де Курсийон, я жду Вас. Ан гард!

10

Отправлено: 07.02.14 19:53. Заголовок: Филипп поднял голову..

Филипп поднял голову и посмотрел в черноту неба, надеясь заметить там хотя бы одно облачко из тех, что недавно пролили щедрый ливень на Фонтенбло и окрестности. Охладить бы пыл герцога, холодным ли дождем или купанием, чем угодно, думал про себя маркиз, но тут же пресекал легкомысленные рассуждения, призывая себя собраться перед решающими минутами.

- Я опасаюсь не его мастерства, а одержимости. Ей-богу, Леон, я не могу взять в толк, зачем ему нужна эта дуэль, - ответил он д'Антрагу, опустив шпагу клинком вниз, - Выбить шпагу, говорите? Хм... боюсь, что в подобном состоянии герцог скорее разъярится еще больше и изыщет новый предлог для того чтобы драться со мной. Здесь нужно что-то более действенное... - задумчиво проговорил маркиз, разглядывая клинок своей шпаги, тускло поблескивавший в свете горящих факелов, - Черт, знать бы, что его задело.

Услышав последние распоряжения маршала де Грамона, Филипп поднял голову и прислушался. Маршал был прав, не имея веских оснований в виде четко обвинения высказанного в лицо предполагаемого соперника, Бэкингем вряд ли мог рассчитывать на удовлетворение, если только у них в Англии не дерутся забавы ради или ради того, чтобы сорвать собственную злость на ком угодно и каким угодно способом.

- Пусть, пожалуй, поражение будет считаться по первой крови, Леон. Я намерен положить конец этой комедии, но не ценой наших репутаций. Герцог желает крови и войны, что же, он получит ее. И да поможет мне бог.

Смело сказано, да. Род де Данжо не будет посрамлен, усмехнулся внутренний голос совести, далекой от того же спокойствия, которое Филипп видел в действиях и словах старого маршала. Легко сказать, до первой крови, но ведь эту кровь ему предстояло пролить. Ранить человека, которого только вчера называл другом, с которым планировал освобождение попавшего в беду шевалье и строил планы того, как вернуть ко двору одну весьма очаровательную особу, восхищавшую не только взоры, но и умы и сердца мужчин по обе стороны канала. Хватит ли у него хладнокровия для одного точного удара, чтобы пустить кровь и остудить пыл своего противника?

Слова д'Антрага вселили толику надежды в сердце де Данжо, что быть может, еще найдется способ найти мирное разрешение недоразумению, возникшему между ними. Но последующая речь Бэкингема напрочь отмела все надежды. Герцог не только глубоко заблуждался на счет авторства пресловутой записки, но и взял на себя миссию защищать интересы супруги Месье. Записка была анонимной, а значит, отрицать свое авторство и причастность к этой истории как таковую было бесполезно. Это скорее выглядело бы как попытка уклониться от боя, трусость. Оправдания не украсили бы ни его самого, ни имени Ее Высочества, с которой у Филиппа не было возможности говорить и даже оказаться наедине.

Даже попытка Сэквилла дать противной стороне высказаться не привела ни к чему. Что же, чему быть, тому быть. Филипп кивнул маршалу де Грамону и маркизу д'Антрагу, обернувшимся к нему в ожидании ответа на обвинения, брошенные Вильерсом.

- Господа, я по-прежнему утверждаю, что мы стали заложниками заблуждения и досадной ошибки. Но тем не менее, я готов ответить герцогу на его требование, если это единственный приемлемый для него ответ.

Бэкингем уже поджидал его, встав на изготовку в центре обозначенной площадки для боя. Не доходя до середины, Филипп остановился и, прежде чем встать в позицию перед началом боя и демонстративно скрестить шпагу с герцогом, еще раз посмотрел в сторону д'Антрага, а затем в сторону Сэквилля, стоявшего с противоположной стороны периметра.

- Господа, я не желаю, чтобы эта ошибка привела к последствиям, о которых все мы несомненно будем сожалеть, и посему, прошу Вас отстраниться от участия в этой дуэли с максимальной возможностью. Маркиз, и Вы, милорд, я прошу Вас воздержаться от участия в бою. Ради моей совести, господа, и ради нашей дружбы.

Высказавшись, Филипп в два шага достиг положенного места, с которого имел право начать атаку на своего противника и поднял свой клинок.

- Я готов, милорд, - ответил он на вызывающий призыв Бэкингема начать бой, - Ан гард!

Раздался звон скрестившихся клинков, скрежет металла и глухие вскрики атакующих друг друга противников. Филипп, старался сохранять хладнокровие и думать, что это была просто учебная разминка, но это становилось невозможным с каждым новым выпадом, проведенным герцогом, стремительно атаковавшим его после каждого контр-удара. Нет, дружескими царапинами тут не обойтись, мелькнуло в голове маркиза, когда острие шпаги герцога в очередной раз мелькнуло в опасной близости от его рубашки, едва не вонзившись в него. Отводя один удар за другим, Филипп шаг за шагом отступал от изначальной позиции назад, стараясь при этом просчитать частоту ударов противника, чтобы вычислить удобный момент для перехода в контр-атаку и атаку. Еще один шаг назад и он окажется за пределами периметра... черт бы побрал все эти нелепые правила... если он оглянется, то потеряет не только драгоценные секунды... теряя хладнокровие, Филипп разозлился на слепую ярость и упорство Бэкингема, не перестававшего теснить его. Он резко наклонился вниз, провел полукруг одной кистью руки, удерживая шпагу герцога, зацепив ее выступом гарды своей шпаги, крутанул в обратную сторону и затем сделал выпад на правую ногу, резко выпустив руку вперед. Острие шпаги герцога выскользнуло из ловушки и оцарапало запястье Филиппа. До крови? Нет, не может быть. Распаленный схваткой, он и сам позабыл о благоразумии и продолжил атаковать, но уже выступая поочередно то, с левой стороны, то с правой, чередуя захваты клинка противника с точными и резкими выпадами, приводившими к одиночным уколам.

11

Отправлено: 08.02.14 00:17. Заголовок: - Тысяча чертей, где..

- Тысяча чертей, где же эти бездельники, - проворчал себе в усы маршал, обернувшись в сторону парковой аллеи, откуда по его расчетам с минуты на минуту должны были появиться люди из свиты королевы Генриетты Марии.

- Этот просто так не отступит, - шепнул он на ухо Леону в разгар обвинительной речи Бэкингема, - Эк, высоко метит, в фавориты самой герцогине Орлеанской... ага... и теперь мы пешки в его игре под названием "Убить драконов ради Прекрасной Дамы"... только уверен ли наш герцог в том, что его Прекрасная Дама в курсе его подвигов? Какой варварский способ поклонения, однако... и ведь не прицепишься - честь дамы задета. Кто тут разберет, виноват наш Филипп или нет, ежели письма анонимные... а может и вовсе подметным было. Нынешние времена, мой дорогой Леон, совсем не те, что были.

Неодобрительно хмыкнув в ответ на выставленные Бэкингемом условаия боя, де Грамон скрестил руки на груди и хмуро поглядел в сторону де Курсийона. Последнее слово было за ним. И черт его подери, он сделал единственно возможное в такой ситуации - принял бой.

- Да, наш маркиз не уронит честь французского клинка, разрази меня гром, - не удержался от одобрительного восклицания маршал и отступил за черту пресловутого периметра, в котором сам он не видел никакого смысла и вовсе - что это, границы воображаемой клетки для сражения со львами? Какие к чертям границы, когда все они попраны выступлением англичанина, возомнившегося себя божьей десницей и защитником чести и имени кузины самого короля?

- Филипп, Вы в праве отказаться. Ни я, ни маркиз не верим ни слову из этого обвинения. И в свою очередь я бы вызвал этого заносчивого выскочку за оскорбление. Но, в таком случае, собственно, мы уже все в сборе. Поступайте, как считаете верным, Филипп.

Дав краткое напутствие маркизу, маршал махнул рукой, давая сигнал к началу, на который впрочем ни один из противников не обратил никакого внимания.

- Я крайне недоволен... крайне, - проговорил де Грамон, адресуя замечание то ли неудачной попытке привести стороны к примирению, то ли столь же неудачным начальным выпадам маркиза де Курсийона, - Нет, это совершенно никуда не годится.

Из-за звона и скрежета стали, атакующих выкриков сражавшихся и возгласов одобрения или сожаления сочувствовавших сторон, де Грамон едва услышал,шум приближавшейся к месту дуэли группы людей с факелами.

- Господа, прекратите бой! Шпаги в ножны, тысяча чертей! - приглушенно крикнул де Грамон и сшиб на землю ближайший к нему факел, - Д'Антраг, Секвиль, тушите факелы... это могут быть гвардейцы или мушкетеры.

В тот самый миг де Курсийону удалось провести вращательный удар и зацепить шпагу Бэкингема так, что тот на мгновение ослабил хватку. Де Грамон замер на месте, следя за развитием тактики маркиза, от всей души надеясь, что ему удастся выбить шпагу из руки противника, тем самым подведя дуэль к уговоренному завершению. Но, к несчастью, все оказалось далеко от финала. Острие шпаги герцога полоснуло запястье маркиза, оставив после себя багровый след на рукаве рубашки. Филипп отскочил на шаг назад, потеряв преимущество, и бой продолжился, привлекая к себе внимание новых зрителей.

- Тысяча чертей! - прошептал де Грамон, озираясь назад, и тут же прошептал благодарственное "Аве", заметив на камзолах подошедших людей, эмблемы английской короны, - Слава богу... успели.

- Браво, господа, браво! - человек, возглавлявший подоспевшую помощь, оказался никем иным как лордом Дорсэтом, - А теперь я прошу Вас прекратить этот бой.

- Условием было до первой крови... увы, она уже пролита, - проговорил вполголоса де Грамон, повернув голову к Дорсэту, - Мне очень жаль, милорд, но я не сумел повлиять на эти горячие головы.

- Ну, я бы на Вашем месте тоже не устоял бы, - усмехнулся Дорсэт, явно не видевший большой беды в нарушениях эдиктов на властвовавшей над ним короны, - Однако, из уважения к королевской резиденции, где мы находимся, я должен согласиться с тем, что эта дуэль должна быть прекращена и немедленно. Чарльз, с Вами я переговорю позже, - прикрикнул он в сторону молодого Сэквилла, понуро стоявшего со своей стороны периметра, - Милорд Бэкингем, именем королевы я запрещаю Вам продолжать бой. Если Вы не желаете, чтобы до сведения королевы дошли слухи о том, что Вы уже второй день подряд попадаетесь под стенами дворца с обнаженной шпагой, то поступите благоразумно и следуйте за мной. В противном случае я, как глава охраны посольской миссии буду вынужден требовать Вашего ареста и передам Вас во власть королевской гвардии.

- Как бы не так, этого мы не допустим, - хмыкнул в свою очередь де Грамон, прекрасно понимая, что королевская гвардия не успокоится, получив только одного участника дуэли, - Господа, прекратите бой. Маркиз, Вы ранены. Герцог, Вы тоже... теперь, - с долей удовлетворения констатировал де Грамон, словно подсчитывая очки в турнирном матче, - Один один и ничья, господа. Мировая!  Секвиль, сознайтесь, в том саквояже, который Вы велели принести с собой, наверняка найдутся парочка бутылок хорошего бургундского, а? Я бы не прочь выпить за примирение, - заметив удивленный взгляд лорда Дорсэта, маршал расхохотался и со всем присущим ему дружелюбием похлопал англичанина по плечу, - Полно-те, милорд! Наши принцы только что поженились, подав прекрасный пример любви и примирения, не можем же мы не последовать им хотя бы в изъявлении доброй воли. Ну, что я говорил, вино, как есть вино принесли. Поверьте мне, дорогой милорд, мой нос способен учуять запах не только хорошей драки, но и превосходного вина. А, д'Антраг, верно я говорю?

12

Отправлено: 11.02.14 00:25. Заголовок: Жизнерадостности Гра..

Жизнерадостности Грамона можно было только позавидовать. Каких-нибудь пять минут назад он, вытянув шею и затаив дыхание, следил за бликами на скрещивающихся шпагах, и вот уже смеется, хлопает англичан по плечу и намекает на дружеский тост за благополучное окончание дуэли.

Мне бы ваши нервы, герцог, - подумал про себя Леон, вытирая ладонью мокрое от испарины лицо. Сам он едва мог вспомнить все, что произошло с того мгновения, как Курсийон шагнул вперед, и его шпага скрестилась со шпагой герцога. Злость на англичанина, тревога за друга и еще целый вихрь эмоций… право же, жаль, что ему не пришлось драться с Сэквиллом, это было бы куда проще, чем сжимать кулаки в роли бессильного свидетеля дуэли. Стиснув зубы, маркиз следил за каждым выпадом, так пристально, что порой ему казалось, что это его кисть поворачивается, ловя очередной удар противника на клинок.

Отлично, Филипп, отлично, - шепча беззвучно похвалы и чертыхаясь на каждый неудачный промах, Антраг так увлекся боем, что не сразу услышал предупреждающий возглас де Грамона, и только когда Сэквилл метнулся к ближайшему факелу, чтобы потушить его, догадался, что дуэль рискует привлечь к себе нежелательное внимание. Ему едва удалось перехватить ретивого англичанина, который кинулся было разнимать дуэлянтов, и оттащить его в сторону.

- Вы с ума сошли, сударь, - зло прошипел Леон, хорошенько встряхнув молодого человека, оказавшегося весьма субтильным под пышным костюмом. – Только последний глупец бросается на шпаги. Не хватало только, чтобы кто-нибудь из них, не успев остановиться, проткнул соперника и вас в придачу. Да тише вы, черт бы вас побрал!

Англичанин с глухим ругательством вырвался из рук Антрага и схватился было за эфес собственной шпаги но, увидев в свете уцелевшего факела лица приближавшихся людей, стушевался и быстро шагнул в сторону, словно хотел затеряться в тени павильона. Поздно, его заметили, и вельможа, возглавляющий вновьприбывших, бросил ему что-то отрывисто на английском, отчего Сэквилл сник еще больше, в один миг превратившись из задиристого молодого петуха в нечто, более напоминающее щенка, побитого хозяином за щенячьи проказы.

Зато де Грамон разом воспрял духом и уже, похоже, нашел общий язык с явившимся на выручку Бэкингему английским вельможей. Интересно, чем закончилась бы дуэль, не прервись она столь неожиданным образом? Или ожиданным? Антраг вновь припомнил взгляды, которые маршал де Грамон украдкой кидал в сторону замка, и покачал головой, подозревая, что арбитр чести на сей раз слегка запачкал свои руки чем-то, что совсем не пришлось бы по вкусу ни Данжо, ни, тем паче, Бэкингему.

- Я бы предпочел, чтобы в оном саквояже отыскались бинт и корпия, Ваша Светлость, хотя вино тоже неплохо сгодится, чтобы смыть кровь и промыть уколы, - заметил он вежливо, но сухо, не желая присоединяться к неуместному, как ему казалось, веселью маршала. – Как вы, Филипп? Дайте-ка мне глянуть на вашу руку, дружище.

Леон подошел к тяжело дышащему Курсийону, который вслед за англичанином нехотя опустил шпагу и стоял, наклонив голову и переводя дух. Темная полоса на белом рукаве рубахи не спешила увеличиваться, как и пятно на сорочке Бэкингема. Царапины, слава богу. За Данжо он не опасался, широкий рукав рубашки скроет повязку, и даже если полученная Филиппом царапина окажется глубокой, она не помешает ничему. Оставалось надеяться, что и укол Курсийона не вынудит англичанина выбыть из турнира, дав тем самым нежелательный повод для вопросов, слухов и сплетен, которые наверняка долетят до ушей и Анны Австрийской и, что хуже, не в меру бдительного Ла Рейни.

13

Отправлено: 12.02.14 01:46. Заголовок: Еще минуту назад его..

Еще минуту назад его шпага молнией рассекала воздух, прорывая оборону противника в самых неожиданных местах, едва не достигая цели. Если бы им дали только минуту! Он уже успел полоснуть Данжо по запястью, перекрыв его умелую атаку с захватом и переведя преимущество на свою сторону... о, если бы еще только одна минута!
Его обожгло неожиданно и резко. Опасный маневр, проведенный им с целью заставить противника отступить на шаг назад и изменить позицию, отвлек его самого. Пропустив удар слева, неожиданный и дерзкий, он хотел тут же воспользоваться неловким положением маркиза, когда острие шпаги полоснуло по правому плечу, ужалив его.

- Проклятье! - выкрикнул Джордж в запале, не желая прекращать бой, как было уговорено, после первой пролитой крови, - Продолжаем! Дьявол, я еще не закончил с Вами, маркиз! Ан гард!

Но вместо того, чтобы скрестить свою шпагу вновь, де Курсийон отступил на шаг. Краем глаза Джордж заметил, что зрителей со стороны парка прибавилось и рядом с де Грамоном и д'Антрагом появились фигуры в черных плащах, на которых были вышиты эмблемы королевской стражи королевы Генриетты Марии.

- Черт подери...

Не ожидавший такого оборота, Бэкингем также отступил на шаг, прислушиваясь к тому, что говорили подошедший во главе стражников лорд Дорсэт и герцог де Грамон. Не глядя в сторону Дорсэта, Джордж поклонился де Курсийону и отвел свою шпагу в сторону.

- Нам придется подчиниться обстоятельствам, маркиз. Не могу сказать, что я рад такому исходу.

- Милорд, вложите Вашу шпагу в ножны, - требовательным тоном перебил его Дорсэт, подойдя ближе, - Иначе я буду вынужден потребовать у Вас ее.

- В этом нет необходимости, сэр, - запальчивым тоном ответил герцог, вкладывая шпагу в ножны, - Маркиз, я готов признать, что наша дуэль исчерпана по причине исполнения поставленных нашими секундантами условий. Однако, вопрос, сударь, остается нерешенным, - добавил он, глядя Филиппу прямо в глаза, - Берегитесь, месье. Проявите благоразумие и отступите пока не нанесли больший вред известной нам обоим особе.

Поклонившись маркизу, а затем его секундантам с достоинством победителя, Бэкингем отошел к Сэквилу, с понурым видом, дожидавшимся окончания спектакля. Он натянул на себя камзол, не замечая нывшую царапину в плече и то, что просочившаяся сквозь ткань кровь окрашивала предплечье в темно бордовый цвет.

- Милорд, в саквояже есть корпия и бинты. Если Вы хотите, мы можем перевязать Вам рану здесь же, - предложил слуга Сэквила, но Бэкингем надменно отстранил его.

- Вина, милейший. Вина господам французам и нам также. Надеюсь, здесь больше чем две бутылки? Сэквил, Вы не одолжите мне Ваш плащ до возвращения в замок? Этого будет достаточно.

Голос предательски дрожал, сказывалась и усталость от напряженного боя, и вечерняя прохлада. Герцога трясло как в лихорадке, но он скорее дал бы себя убить, чем признался, что царапина, нанесенная ему де Курсийоном, была хоть сколько-нибудь серьезной.

https://c.radikal.ru/c43/1902/92/ab8bd98fa768.png

// Дворец Фонтенбло. Большой Салон //

14

Отправлено: 13.02.14 01:33. Заголовок: Рана в руке предател..

Рана в руке предательски заныла, как только Филипп попытался поднять шпагу, внезапно сделавшуюся тяжелее обычного. В запале борьбы он клял себя и Леона за то, что позволил ему согласиться на условие вести бой только до первой крови. Еще только один выпад и он сумеет сравнять счет... его шпага блеснула в опасной близости от груди противника. Нет, промашка. Еще один ложный выпад и отскок...

То, что произошло дальше, могло бы выбить из колеи и менее хладнокровного человека, нежели де Курсийон. Их окружили люди с факелами и гвардейскими пиками, в которых он, даже взглянув краем глаза, узнал телохранителей королевы Генриетты Марии. Неужели счастливое совпадение не могло привести этих людей несколько раньше или лучше позднее. После того, как он сведет счет с Бэкингемом к равному. Бросившись вперед, Филипп едва не наскочил на выставленный вперед клинок герцога, но тут же и сам воспользовался промашкой противника в обороне и провел удар в плечо. Есть!

Проклятия, выкрикиваемые Вильерсом были лучшим доказательством того, что удар попал в цель и счет сравнялся. Филипп отошел на два шага назад и опустил шпагу, повинуясь, хоть и запоздало, приказу английского дворянина. В нем он узнал графа Дорсэта, возглавлявшего не только охрану королевы, но являвшегося главой дипломатической миссии после лорда Райли, формально являвшегося послом английского короля.

- Господа, я вынужден подчиниться приказу, - с достоинством не уступавшим Бэкингему сказал Филипп и с сомнением посмотрел на окровавленный клинок прежде чем вложить его в ножны, - Милорд, я не имею к Вам никаких претензий.

То, что герцог сказал ему, глядя в глаза, заставило Филиппа вспыхнуть до корней волос. Он хотел было возразить, но Бэкингем уже отошел в сторону Сэквила.

- Весьма странно себя чувствую, Леон, - ответил он д'Антрагу, когда тот подошел ближе, - Нет, не из-за царапины. Она пустячная, хотя, и досадная. Чертовски не люблю проигрывать в первом же раунде.

В глазах друга маркиз заметил суровое неодобрение всеобщему веселью, зачинщиком которого выступил герцог де Грамон. Он пожал руку Леона, прекрасно понимая, что все они рисковали гораздо большим, чем банальные царапины от досадно пропущенных уколов.

- Надо бы поскорее убираться отсюда, пока не нагрянули швейцарские гвардейцы. Те вряд ли станут церемониться с распитием английских вин. Черт... - протянул он, заметив в свете факела бурое пятно на рукаве рубашки, - А я то думал выйти для судейства в этой же рубашке и жюстокоре, чтобы отличаться от зрителей... мне необходимо замыть это пятно. Не поверите, Леон, но в моем багаже есть все две рубашки. Вторую я отдал... - он покраснел, что к счастью не было слишком заметно в пляшущих отсветах факельного огня, - Отдал в починку только сегодня утром.

Признаваться в такой ничтожной скромности своего быта было крайне неловко и Филипп никогда не сделал бы этого, если бы не предстоявший турнир, на котором должны были присутствовать первые лица королевского двора вдобавок к заморским гостям. Выйти на люди в испачканной рубашке было немыслимо, даже более немыслимо, нежели сражаться на дуэли в королевском парке.

- Герцог, я благодарен Вам за все, что Вы сделали для меня в этот вечер, - де Курсийон отсалютовал подобранной с земли шляпой и поклонился де Грамону и стоявшему рядом с ним лорду Дорсэту, - Вынужден просить Вашего позволения откланяться, господа. У меня есть еще неотложное дело. Маркиз, - он посмотрел на д'Антрага, - Могу ли я положиться на Вас? Боюсь, что я в два счета потеряюсь в коридорах дворца, так и не найдя свою комнату. А мне еще нужно отыскать комнату господина Бонтана. Он любезно согласился передать мою одежду в починку своей супруге, мадам Бонтан.

// Дворец Фонтенбло. Коридор для прислуги, первый этаж //

15

Отправлено: 13.02.14 21:53. Заголовок: Как только бой был о..

Как только бой был окончен и противники принесли друг другу формальные заверения об окончании вражды между ними, де Грамон весело похлопал в ладоши, приветствуя дуэлянтов.

- Господа, я рад, что все окончено миром! Поцелуйтесь и расходитесь... впрочем, забудьте о первом, лучше поспешим со вторым, - докончил он короткую речь, оглянувшись на мелькавшие за стриженными кустами можевельника факелы, - Лорд Дорсэт, Вы привели с собой только людей из охраны Ее Величества и никого больше?

- Никого, милорд, - ответил Дорсэт, в свою очередь оглядываясь назад, - Если это охрана, то не из моих людей. Поспешим господа! Чарльз, велите слугам собрать эти проклятые факелы и ради бога, никакого вина! Здесь далеко не самое лучшее место для пирушки.

- Да уж... с этим я кажется дал маху, - согласился де Грамон и отошел к молодым людям.

- Филипп, как Ваша царапина? Надеюсь, не помешает Вам самостоятельно дойти до замка? Антраг, друг мой, я буду Вам очень обязан, если Вы останетесь покуда с маркизом. Надеюсь, господа, у Вас есть... эхм... подходящие для турнира костюмы? Ни слова более, если Вам что-либо будет нужно, спросите мои покои и воспользуйтесь услугами моего камердинера. Полноте, господа, я когда-то тоже был молод... и не обременен лишним багажом, так что ничего нового не услышу. Ну, а мне надлежит вернуться в приемную Ее Величества, покуда меня не хватились де Лионн или кто-нибудь из черных кумушек из свиты королевы-матери. Жду Вас на турнире, господа. И если вам удастся объявиться на приеме у королевы, то тем лучше. Меньше подозрений, - понизив голос добавил он, скосив взгляд в сторону англичан, - На лорда Дорсэта и его людей я полностью полагаюсь. Им нет необходимости распространяться о том, что их буйный соотечественник только что искал ссоры во имя Неизвестной красавицы.

Это было сказано с таким нескрываемым сарказмом, что невозможно было не понять, кого именно имел в виду герцог.

- Англичанам этот скандал так же не нужен, как собаке пятая лапа, можете поверить мне. Филипп, не берите в голову то, в чем Вас обвиняли. Скорее всего это недоразумение чистой воды и самое лучшее забыть о нем. Иначе пострадают те, кого мы меньше всего хотим вовлекать в скандал. А господин Ла Рейни оттанцует гавот на собственном столе от радости, что хоть кого-то угораздило попасть к нему в лапы.

Напутствовав молодых людей сим бравым выступлением, герцог кивнул обоим и присоединился к лорду Дорсэту, чтобы вернуться во дворец вместе с ним, как ни в чем ни бывало обсуждая недавнее выступление труппы господина Мольера. Хоть де Грамон и не смыслил ни черта в стишках, которые декламировались со сцены, он не упускал случая побывать на спектаклях, особенно тех из них, которые ставились труппой этого самого Мольера. Хорошенькие актрисы не были в диковинку в Париже, но когда они при своей миловидности еще и танцевали ловко и разыгрывали комедии так, что от смеха живот надорвать можно, то однозначно привлекали внимание неувядающего душой маршала.

// Фонтенбло. Приемная Ее Величества Анны Австрийской //

16

Отправлено: 17.02.14 01:11. Заголовок: - Однако, каков наха..

- Однако, каков нахал, - процедил сквозь зубы Антраг, едва Бэкингем, завершив угрозы в адрес Филиппа, повернулся к ним спиной. – Сдается мне, что укол в плечо ничему не научил этого английского петуха, и не слишком удивлюсь, если он вздумает искать реванша. Но каков…

Он быстро умолк при виде приближающегося де Грамона, не желая показаться герцогу недовольным исходом дуэли. Исходом, к которому маршал явно приложил свою руку.

- Филипп, как Ваша царапина? Надеюсь, не помешает Вам самостоятельно дойти до замка? Антраг, друг мой, я буду Вам очень обязан, если Вы останетесь покуда с маркизом, - провозгласил Грамон до отвращения бодрым и веселым голосом.

- Я безусловно не дам ему потеряться в недрах замка, Ваше Сиятельство, и ручаюсь, что мы будем на турнире вовремя и в платье, делающем честь королевскому дому, - если ответ Леона и прозвучал чуть суше, чем обычно, можно было надеяться, что герцог спишет это на простительное волнение, вызванное дуэлью и царапиной друга. А скорее, не заметит вовсе в расстройстве из-за упущенного шанса оценить выбор англичан по части вин.

- Идемте отсюда, Филипп, - маркиз помог Курсийону одеться и привести себя в приличный вид, насколько это было возможно в темноте, рассеиваемой теперь, когда все факелы были потушены, только бледным светом луны, то и дело нырявшей в гонимые свежим ветром облака. – Я бы все равно не стал пить с этими господами, даже если они захватили с собой отменное бургундское. И да, с рубашкой придется что-то сделать, Вы положительно не можете появиться в обществе с рукавом, запачканным кровью.

Голоса де Грамона и графа Дорсета доносились уже из-за мостика, соединяющего павильон Дианы с парком. Судя по смеху англичанина и отдельным словам, долетавшим до Антрага, беседа удаляющихся царедворцев носила сугубо мужской характер. Не желая плестись в хвосте за тонкими знатоками женских прелестей, маркиз указал другу на узкий проход в живой изгороди, по которому можно было попасть на аллею, ведущую к Овальному двору замка.

- Не могу обещать Вам, что отыщу Вашу комнату, Филипп, но зато с удовольствием провожу Вас до комнаты Бонтана и познакомлю с ангелом-хранителем королевского гардероба. Даже и не знаю, за что Бонтану привалило такое счастье в лице его очаровательной супруги. Хотя нет, о чем я? Господин первый камердинер просто кладезь всяческих достоинств, не зря же Его Величество отличает его больше всех других. Но мадам Бонтан! Впрочем, не стану ничего Вам рассказывать, чтобы не испортить первого впечатления.

За спиной у друзей послышались голоса и бряцанье стали. Оглянувшись, Антраг коротко хмыкнул при виде караула гвардейцев с двумя факелами, нырнувшего в тот проход, из которого они только что вышли.

- Надеюсь, что англичанам хватило благоразумия отложить распитие вина и убраться от павильона. Если нет, их ждет не самая приятная беседа с дворцовой стражей, обыскивающей парк. Кстати, если это утешит Ваше самолюбие, Филипп, то мне показалось, что рана, которую Вы нанесли Бэкингему, будет посерьезней Вашей царапины. Не знаю, как этот безумец собирается махать ракеткой в честь самой королевы Анны.

Он прислушался, замедлив шаг, но из темноты до них пока не долетело никаких подозрительных звуков, свидетельствующих о том, что драчливые британцы поплатились за свою неразумность. Бросив сие пустое занятие, маркиз догнал де Курсийона и успел подхватить его под локоть, когда тот споткнулся о камень на дорожке.

- Полно, дружище, нам нет нужды так спешить и ломать ноги в темноте. В отъезде Его Величества есть своя польза: пока короля нет в Фонтенбло, его свита может делать все, что ей заблагорассудится. Так что, что бы ни думал на сей счет герцог де Грамон, наше присутствие или отсутствие на приеме у королевы-матери не будет замечено ровным счетом никем, - последняя фраза прозвучала несколько меланхолично, хотя сам Антраг, не будучи рабом амбиций и честолюбия, вряд ли отдавал себе в этом отчет.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Парк Фонтенбло. Павильон Дианы. 3