Le Roi Soleil - Король-Солнце

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Версаль. » Версальский парк. Павильон Гонди. 4


Версальский парк. Павильон Гонди. 4

Сообщений 21 страница 31 из 31

1

Утро, 03.04.1661.

Ручей, пересекающий дорогу на подъезде к павильону Гонди

https://img-fotki.yandex.ru/get/9105/56879152.3b1/0_ff13e_3aeeb419_orig

21

Отправлено: 27.02.15 23:47. Заголовок: Рассказ умирающей же..

Рассказ умирающей женщины то и дело прерывался из-за того, что с каждой минутой ей делалось все труднее дышать. И каждый раз де Сент-Эньян опасался, что со следующим вздохом душа бедной женщины отлетит без должного упокоения и раскаяния. Держа свою руку на ладони мадам Годар, граф машинально пожимал ее всякий раз, когда глаза ее закатывались вверх.

- Мадам, это все? Есть ли еще что-то, что должно знать мне... что важно для короля? Говорите же, мадам, прошу Вас, - шептал де Сент-Эньян стараясь не упустить ни слова из тихой исповеди супруги кастеляна.

- Это все... поверьте мне, месье, я сказала все, что знаю сама. Мне слабой женщине не под силу знать больше о всех делах. Но Вы должны знать, месье, бывшие хозяева этого замка... - она сглотнула воздух сухими от жара губами и нервно сжала холодеющие пальцы в ладони де Сент-Эньяна, - Те, кто был здесь раньше, они не оставили его насовсем. Под землей есть тоннель. Он ведет к сокровищнице хозяина замка. Мои родичи были всего лишь хранителями этого подземелья. Когда король и его люди отыщут сокровища, пусть знают, то не стоило ни единой капли крови доброго христианина или иноземца. Все, что там есть, принадлежало... - глубокий вздох прервал ее речь и де Сент-Эньян потянулся за кружкой с водой, - Это наследство Гонди, - договорила мадам Годар прежде чем припасть губами к глиняной кружке.

- Приезжал ли он сюда, мадам? - спросил де Сент-Эньян, помогая умирающей напиться воды, - Присылал ли кого-то вместо себя? Кто его эмиссары, мадам? Кому он доверил эту тайну кроме Вас?

- Священник... священник церкви Святого Михаила, что в деревушке недалеко от Версаля. Он знал. Он теперь аббат. Где-то у Барбизона. Сен-Мартен-ан-Бьер, так называется обитель, - прошептала мадам Годар после того как отдышалась.

- Вам потребуется священник, мадам. Ведь Вы понимаете, в каком Вы положении?

- Да. Я готова написать для короля. И прошу милость Его Величества. Пусть привезут священника из церкви Всех Святых Мучеников, что у Сент-Антуанских ворот. Он знает... он крестил таких как я.

Глаза бедной женщины закрылись, но дыхание при том оставалось ровным, хоть и едва различимым. Понимая, что разговор с ним доставил ей большие мучения, де Сент-Эньян счел за лучшее оставить мадам Годар одну, предоставив ей необходимый отдых прежде чем требовать от нее написать необходимые письма. Он отошел к двери и осторожно приоткрыл ее, чтобы подозвать служанку. В голове его крутились сообщенные сведения, разрозненные и все-таки, имевшие некую систему, связь, если задуматься.

- Мадам! - воскликнула девушка, едва заметив белое лицо кастелянши и неподвижно лежавшие на груди руки.

- Она спит, - успокоил ее граф, предупреждающе тронув за локоть, - Дайте мне знать, как только она придет в себя. И оботрите ее влажным полотенцем, это облегчит ее страдания.

- Месье, - присев в коротком реверансе, девушка быстро и точно выполнила указания графа, налив из кувшина воды в чистый таз и сняв с крючка на стене висевшее там полотенце.

Де Сент-Эньян оставил мадам Годар заботам ее служанки и вышел из хижины. Тогда же из леса со стороны версальского замка прибыли мушкетеры, сопровождавшие кастеляна замка, его сына и горе-хирурга, бледного от тряски в седле, по-видимому, совершенно непривычного к верховой езде.

22

Отправлено: 01.03.15 00:01. Заголовок: - В этом павильоне м..

- В этом павильоне много примечательных уголков, граф. Я хочу, чтобы Вы со всей тщательностью изучили эти чертежи и сравнили их с тем, что мы уже видели. Возможно, тоннель и подземелье далеко не единственные в этой округе. Месье Гонди, как я посмотрю, был любителем не только военных игр, но и всякого рода шарад.

Людовик показал лейтенанту снятую с птичьей лапки записку и хмыкнул, пока тот читал ее.

- Та еще шарада, не так ли? У меня есть опасения, что кто-то подговаривает мадам Годар сравнять с землей подземелье и тоннель. Покуда этим людям известно лишь о том, что мы случайно отыскали их сокровища. Но, кто знает, как долго они будут оставаться в неведении относительно судьбы их сообщницы.

И снова мертвецы... об этом, по крайней мере он не станет рассказывать Олимпии, чтобы не омрачать и без того недоброе путешествие в Париж.

- Граф де Сент-Эньян высказал сомнения по поводу священника. Возможно, - осторожно подбирая слова прежде чем выдать свое суждение о человеке, облеченном саном священника, Людовик подумал с минуту, - У нас есть основания подозревать, что он не тот, за кого выдает себя. А конюшни здешние держались в полном порядке. Кстати. Я отыскал там целый арсенал вооружения и запасов, которых хватило бы на длительную осаду или побег. Вопрос лишь в том, кто, кому это все служило. И мадам Годар должна нас в это посвятить. А до тех пор ее муж будет оставаться под охраной.

- Прибыли, из Версаля, Ваше Величество, - доложил вбежавший по каменному остову парадного крыльца мушкетер, огласив руины павильона троекратным эхом.

- Господин граф, я приказываю Вам не впускать месье Годара к его жене, даже если она будет при последнем издыхании, пока она все не расскажет. Ей известно слишком много и я пока еще не уверен, не причастен ли месье Годар ко всей этой истории. Возможно... впрочем нет. Я доверял этому человеку... будь у него хоть малейшая причина опасаться Вашего приезда сюда, то посланные вчера записки достигли бы Фонтенбло не раньше сегодняшнего утра... а то и вовсе не дошли бы. Нет, Годар не мог... не мог.

Он повторял это, словно уверяя самого себя в невиновности кастеляна охотничьего замка. Невозможно, чтобы настолько близкий ему человек оказался предателем, разве не месье Годар служил в Версале на протяжении десятков лет, не раз доказывая не только свое умение выслеживать и поднимать дичь для любой охотничьей забавы, но и полную самоотдачу?

- Ступайте, граф.

Времени на тщательный просмотр всего найденного в тайнике над каминной полкой, а также принесенного ему сундука, не было, и Людовик быстро как только мог собрал и уложил все без разбору. Надавив на пухлые пачки документов, перевязанные бечевками, он утрамбовал их в сундуке, так чтобы закрыть его крышку. Затем он задвинул панель тайника на место, убедившись прежде, что он был совершенно пуст. Никаких других выдвижных панелей он не обнаружил, но уже не был уверен в том, что их не существовало вовсе. Оставалось довериться графу д'Артаньяну в том, что он сам досмотрит еще раз останки сгоревшего павильона и сверит их с полученными чертежами.

Как же свежо и ярко было снаружи! Луи стоял на почерневших от пепла и копоти каменных плитах крыльца и вдыхал воздух полной грудью, словно это помогло бы очистить легкие и самое душу его от черной копоти узнанных тайн о заговорщиках, замышлявших не только против его власти, но и против его и его брата жизней. А что они намеревались сделать с их матерью? Луи вспомнил выхваченные наугад из всей кипы бумаг листы с договором и внутренне содрогнулся, словно и не прошло столько лет с того времени как удалось подавить гидру фрондерского восстания.

- Господа, подойдите сюда, - подозвал король мушкетеров, дожидавшихся его приказов возле крыльца, - Теперь возьмите сундук, который стоит возле камина и погрузите его на телегу. Я хочу чтобы его доставили в Версаль, а оттуда в Фонтенбло вместе с моими личными вещами. Господа, я полагаю, что мне нет необходимости говорить, что Вы честью и головой отвечаете за содержимое. И все же. Будьте бдительны.

- Будем стеречь пуще плащаницы святого Мартина, Сир, - лихо заломив шляпу на затылок, отсалютовал один из мушкетеров, прежде чем последовать за товарищем.

- Господин граф! - Людовик заметил прохаживавшегося перед дверью в хижину де Сент-Эньяна, - Надеюсь, у Вас есть положительные новости? Что мадам? - чуть тише спросил он, заметив приближавшихся к нему кастеляна с сыном под охраной мушкетеров.

23

Отправлено: 01.03.15 22:11. Заголовок: Вопрос короля застал..

Вопрос короля застал де Сент-Эньяна врасплох, как раз в тот момент, когда он пытался связать воедино нити неоднократно прерванного повествования мадам Годар. Некоторые ее слова казались порождением бреда, другие звучали настолько таинственно и невероятно, что ужасали графа больше, чем прямые угрозы.

- Сир, - вскинув голову, граф взмахнул шляпой, но его поклон больше походил на попытку отмахнуться от груза опасений, - Новости есть. Но я не назвал бы то, что услышал от мадам Годар, положительным. Здесь явно имеет место заговор. Сама мадам хоть и замешана в него, не располагает всеми сведениями. Она скорее была лишь связующим звеном, одной из многих в целой цепочке.

Нетерпение, написанное на лице короля, было настолько красноречивым, что де Сент-Эньян решил свести к минимуму свой доклад.

- Она рассказала о тайнике, который Вы обнаружили, Сир. Принадлежал он вовсе не банде парижских воров. Нет. Возможно, он и пополнялся за счет их деятельности, но во главе всего стояли бывшие хозяева замка. Она так и сказала - они не оставили его.

Приняв приглушенный голос короля за предостережение, граф и сам заговорил шепотом.

- Это наследство Гонди. И священник из близлежащей деревушки частенько наведывался сюда от его имени. Теперь он аббат в Сен-Мартен-ан-Бьер, - де Сент-Эньян потер лоб, силясь припомнить, при каких обстоятельствах он слышал об этой обители, - Это название отчего-то застряло у меня в памяти. Где-то я уже слышал его и совсем недавно.

Он посмотрел на группу мушкетеров, ведших под конвоем месье Годара и его сына. Кастелян Версаля шел прямой и уверенной походкой, как человек, убежденный в своей невиновности, тогда как его сын брел следом за ним, понуро опустив голову, исподлобья поглядывая на окружавших их мушкетеров.

- Боюсь, что мадам недолго осталось, - еще тише прошептал граф, не спуская глаз с Годара, - Она просила о милости Вашего Величества, чтобы послали за священником из церкви Всех Святых Мучеников, что находится в Сент-Антуанском предместье. Это не близко... успеет ли? Сейчас она в беспамятстве. Как только придет в себя, можно будет продиктовать ей письмо. Хотя, сумеет ли она удержать перо в руке? Она действительно слаба.

Послышался топот конских копыт и шум приближавшейся кавалькады. Несколько мушкетеров подъехали на взмыленных лошадях. Двое из них держали в руках мушкеты с еще дымившимися дулами.

- Он сбежал, - коротко доложил старший из них, остановив коня в двух шагах от короля, - Мы гнались за ним до самой чащи, но там глушь... на лошадях не продраться. Жако подстрелил его в ногу. Я думаю.

- Ну, может и нет.

- Священник сбежал? - спросил де Сент-Эньян и тут же повернулся к королю, - Ваше Величество, этот человек не тот, за кого себя выдавал. Он самозванец и шантажировал мадам Годар. Это из-за его угроз она не хотела отвечать на вопросы. Он опасный человек.

24

Отправлено: 13.03.15 23:10. Заголовок: - Гонди? - удивленно..

- Гонди? - удивленно переспросил король и его громкий голос привлек внимание стоявших поодаль мушкетеров, - То, что от господина коадьютора нам достались не только стены павильона, но и содержимое, я уже понял... но, черт возьми, видели бы Вы те сокровища!

Обретя прежнее спокойствие, точнее, видимость его, Людовик заложил руки за спину и зашагал по тропинке к хижине.

- То есть, он продал павильон через доверенное лицо. Продал его короне. Но при том не переставал использовать его. Какая дерзость, граф... нет, это более чем дерзость, - голос короля звучал все глуше и только близко знавший его де Сент-Эньян не обманулся бы в суждении, что намерения короля не предвещали ничего хорошего беглому коадьютору, - По возвращении в Фонтенбло я хочу переговорить с господами Летелье и де Лионном. Нет, это не будет заседание Королевского Совета. Я хочу видеть этих господ в качестве глав дипломатического ведомства. Мы должны пресечь любые попытки господина коадьютора проникать в дела нашего государства. Его письма, его шифровки, даже приветы крестникам или там кузенам третьей воды на киселе - все, все должно проходить через перлюстрацию. Отныне господин де Рэц должен во всей мере ощутить прелести своего добровольного бегства. Что же касается причастия для мадам Годар, то да, пошлите за тем, кого она просила... пошлите, - медленно добавил король, раздумывая вслух, - Быть может, там отыщется еще какая-нибудь зацепка. Скажите, граф, отчего нам может быть знакомо название этой церкви?

Вернувшиеся из леса мушкетеры потрясали разряженными мушкетами и по их лицам можно было с легкостью судить о постигшей их неудаче. Но все же Людовик задал им вопрос, чтобы знать наверняка.

- Что со священником, господа? Вам удалось остановить его?

Невеселые вести были встречены королем с высоко поднятой головой, он лишь сузил глаза, вглядываясь в лица мушкетеров, и усмехнулся в ответ на нарочитую скромность одного из них.

- Подстрелили? Ну, тем лучше. Теперь объявите в розыск мужчину, старше сорока лет, хромого. Возможно, выдающего себя за священника. А возможно и нет. Если он оказался настолько умен, чтобы переодеться священником и шантажировать мадам Годар, то как знать, не попытается ли он выдать себя еще за кого-нибудь. Господин лейтенант! -
крикнул Людовик, подзывая к себе графа д'Артаньяна, - Позаботьтесь послать гонцов в Фонтенбло с описанием этого негодяя. И пусть господин Ла Рейни разошлет своих агентов с приметами по всем селениям в округе. Вплоть до Парижа.

Обводя взглядом шеренгу прибывших из Версаля мушкетеров, Людовик наконец заметил прибывших месье Годара и его сына. Он невесело улыбнулся кастеляну и кивнул ему, приглашая подойти ближе.

- Месье Годар, я полагаю, Вы не осознаете всей серьезности положения Вашей супруги. И Вашей, месье, в том числе. У меня нет времени на то, чтобы объяснять Вам. Этим займутся другие. Но лично от меня Вы должны услышать следующее, месье. У меня нет оснований подозревать Вас в сговоре, хотя, Ваша супруга и Ваши сыновья достаточно замарали Ваше имя. Если Вам было что-то известно или Вы подозревали что-то, или просто напросто что-то неординарное заставило Вас усомниться, то сейчас самое время обо всем сознаться. Помните, Ваша судьба и жизни Ваших сыновей зависят сейчас и от Вас.

- Но, Сир, как можно! Я верой и правдой... да как же я? Да что же моя жена такого натворила?

- Месье, своими словами Вы оскорбляете правосудие и суждения короля, - резко прервал его Людовик и в его глазах сверкнул гнев, - Но я прощаю Вам эту выходку. Я понимаю, что для Вас эта ситуация не из легких. Но впредь не тратьте наше время и наших следователей на бессмысленное отрицание. Вы служили мне. И мадам Годар также. И все же, - широким жестом левой руки король указал на еще дымившиеся руины павильона, - Все это произошло вопреки Вашей верности нам. У Вас будет возможность встретиться с мадам Годар. После того, как она выполнит требуемое от нее.

- Она сделает все, что от нее потребуется, Сир! Клянусь душой, клянусь моими сыновьями, мадам Годар добрая женщина. Если она что и совершила, так то не по доброй воле, клянусь Вам!

- Ждите, месье, - коротко ответил король и повернулся к двери в хижину, которую по его знаку тут же раскрыли, пропустив его и графа де Сент-Эньяна внутрь.

25

Отправлено: 15.03.15 20:33. Заголовок: - Господин лейтенант..

- Господин лейтенант, - тихо подозвал де Сент-Эньян, пока король расспрашивал мушкетеров, - Пошлите гонца за священником церкви Всех Святых Мучеников, это в Сент-Антуанском предместье. Мадам Годар просила именно его к причастию, - пояснил свою странную просьбу граф, заметив вздернутые вверх брови гасконца, - Полагаю, что она сама родом из тех мест, вот и зовет священника, который, возможно крестил ее или ее детей.

Пожав руку гасконца, де Сент-Эньян невесело ухмыльнулся и взглядом указал на короля:

- Кто бы мог подумать, что из легкомысленного побега нашего государя мог произойти весь этот кавардак. А ведь господин де Рэц действовал у нас под самым носом уже несколько лет. Боюсь, что разбирательствам теперь конца края не будет, ведь кто-то должен был знать обо всем этом... и помалкивать.

Уловив внутренним чутьем, что король ждал его, граф еще раз пожал руку лейтенанта мушкетеров и быстрым шагом поспешил к хижине. У самого входа он вопрошающе посмотрел в лицо Людовика, как будто собираясь сказать что-то, но король не дал ему и рта раскрыть. Решительность бывшего воспитанника внушала одновременно гордость и опасения. Как бывший воспитатель, де Сент-Эньян прекрасно знал, насколько непредсказуемы могли быть решения короля. Но он также хорошо знал и то, что всякое решение Людовик тщательно взвешивал про себя, задаваясь вопросами о возможных последствиях и исходящей выгоде или потерях. Решения, которые любому стороннему наблюдателю могли показаться скоропалительными и необдуманными, на самом деле занимали достаточно времени на размышления и подготавливались загодя. Твердость, проявленная Его Величеством в отношении бедного Годара, заставил де Сент-Эньяна смиренно опустить взор на полуслове, чтобы не возразить королю. Возможно, излишняя строгость и была незаслуженной в отношении кастеляна, но в свете происходившего, невольно вспоминалась любимая поговорка господина д'Артаньяна - "на войне как на войне".

- Господа... Сир, - девушка, оставленная де Сент-Эньяном подле постели мадам Годар, вскочила с табурета и молитвенно подняла руки, скрестив их на груди, - Прошу Вас, не тревожьте мадам... она в забытьи. Бредит о чем попало. Не в себе она. За священником уж пора послать. Где же отец Лафон?

- Сударыня, - граф мягко перехватил локоть девушки и отстранил ее, заставляя уступить место королю, - Довольно уже. Отец Лафон уехал. Мы послали за другим священником. Покуда он приедет, король желает говорить с мадам Годар. И Вы будете мешать нам. Идите же.

Обомлевшая от жесткой суровости, звучавшей в голосе вельможи, девушка сникла и пошатываясь отошла к двери. Тихо скрипнули дверные петли, прошелестели юбки, задевая дверной косяк, и светлая тень скрылась за дверью, грубо сколоченной из разномастных досок, почерневших от времени.

- Мадам, слышите ли Вы нас, - позвал де Сент-Эньян, заметив легкое движение век, - Король желает говорить с Вами, мадам. Готовы ли Вы выполнить требуемое?

- Бумага... - чуть слышно прошептала женщина, не открывая глаза.

- Какая бумага, что?

- Бумага... ящик... - едва шелохнувшаяся рука указала на стоявший в углу секретер, через-чур вычурный и богатый для убогой обстановки хижины, - Там.

26

Отправлено: 26.03.15 22:47. Заголовок: - Там, - кастелянша ..

- Там, - кастелянша едва шевельнула безжизненной рукой в попытке указать ему на бюро.

О, Людовик прекрасно знал, где именно лежали письменный набор и бумага. Не дожидаясь указаний, он и сам подошел к массивному столу из красного дерева с целым набором выдвижных ящиков, расположенных под инкрустированной столешницей. Открывая один за другим ящики, он быстро отыскал бумагу и набор великолепно заточенных перьев. Там же отыскалась и наполовину еще полная баночка с чернилами и коробочка с песком для присыпания готового письма.

Разложив бумагу на столе, Людовик оперся ладонями о столешницу и некоторое время смотрел на пустой еще лист, раздумывая, хватило бы сил у кастелянши записать требуемое письмо под его диктовку.

- Я запишу, - послышался тихий голос из угла комнаты и король резко обернулся, словно услыхал голос призрака.

- Черт... - тихо прошептал он, ругая себя за мнительность и подозвал забившегося в угол мальчугана к себе, - А вы, значит, не только капканы на кроликов ставить умеете, сударь?

- И письму обучен, Сир, - ответил младший Годар, выходя из тени полога кровати, где он сидел, прячась все то время, - Я все запишу, что скажете. Я для матушки писал. Она письму не обучена была. Это я писал за нее. А она ставила закорючку, вроде как подпись.

- Проклятье, - проворчал Людовик, передав перо мальчишке, - Я решительно не понимаю, граф, как это могло случиться, что у меня на службе состоят малограмотные люди, не умеющие даже писать!

- Но читать матушка умеет, -
вступился за мать мальчишка, опасаясь, что навлек на нее еще большую немилость, - И молитвенник у нее есть.

- А что же по службе ей не приходилось писать? А расходную книгу ты за нее составлял? - смягчаясь спросил король, глядя на то, как мальчишка деловито раскладывал приборы на столе, готовясь записать требуемое.

- Расходную книгу мой старший брат вел. И батюшка. Это ихнее дело. А матушка следила за прислугой в Версале. И здесь порядок держала. А когда нужда была, она мне диктовала, вот я и писал для нее.

- Месье Годар знал об этом?

- Нет, Сир. Матушка строго настрого запретила говорить отцу о том, что я писал за нее. Сказывала, что супруге кастеляна королевского замка не годится неграмотной быть.

- Не годится, то верно. А что за записки ты писал? Помнишь хоть?

Тихий вздох из-за полога постели отвлек обоих. Мальчишка вспыхнул лицом и обернулся к матери, лицо которой не было видно из-за завешенного над постелью полога.

- Пиши, - строго сказал король, - Пиши так... Миллионщик ждет в "Трех Шишках" завтра в полдень.

- Так не поверят, -
деловито заявил малец, почесывая пером за ухом, - Матушка не так диктует.

- А как же? - спросил Людовик, скрестив на груди руки, - Ну-ка, расскажи, как записать такое послание?

- Миллионщик сам ждать не станет. От его имени всегда Рыжий идет. Он будет.

- Ну тогда пиши, что Рыжий будет ждать в "Трех Шишках" завтра утром. Пиши убористо, чтобы отрезать можно было.

- Знаю. Для голубки. Матушка эти записки всегда с серохвостой отправляла. Я ее сам приручил, она самая быстрая.

Разговорившись с королем, мальчишка как будто бы оттаял от недавнего шока и даже на щеках его появился легкий румянец, как будто бы и в душе он вдруг поверил в чудесное избавление своей матери от недуга. Король был милостив и вовсе не груб с ним, а значит, мог и зла и не таить на них всех, думал про себя малец, старательно выводя по буквам продиктованные ему слова. Закончив, он тщательно присыпал невысохшие чернила песком.

Людовик взял листок и присмотрелся к почерку, знакомому ему по увиденным раннее запискам. Получала ли мадам Годар свои записки назад или хранила на будущее, чтобы отослать их потом?

- Пусть подпишет, - сказал он вслух, протягивая лист и перо де Сент-Эньяну, - Теперь это все.

27

Отправлено: 29.03.15 00:28. Заголовок: Томительно медленно ..

Томительно медленно тянутся минуты ожидания, когда толком и не знаешь, к чему быть готовым. Но вот когда выдается время затишья и появляется хоть и короткая возможность замереть и забыться в дремоте пусть даже стоя, о, вот это время пролетает с такой стремительностью, что хоть четверть часа, хоть целый час - не уследишь. Д'Артаньяну казалось, что он только что привалился плечом к стволу огромного дерева, раскинувшего свою крону над крышей старой хижины, когда один из его мушкетеров осторожно тронул его за рукав.

Сурово глянув на смельчака, дерзнувшего отвлечь его, лейтенант поправил шляпу и выпрямился, ожидая, что его тот час же вызовут к королю.

- Что такое, месье? - строгим голосом спросил он, подавив зевок.

- Вернулись уже.

- Кто? - встряхнув руками, чтобы вернуть нормальный ток крови и взбодриться, д'Артаньян похлопал сам себя по бедру, - Из погони? Что, догнали?

- Докладывают Его Величеству уже, - мушкетер указал на короля и стоявшего рядом с ним графа де Сент-Эньяна.

Д'Артаньян мог бы поклясться, что дремал всего несколько минут, но и этого было преступно много. Долго, слишком долго бездействовал, а между тем король уже отдавал новые распоряжения и кажется уже не замечал смертельную усталость невыспавшегося за тревожную ночь лейтенанта.

- Позаботьтесь послать гонцов в Фонтенбло с описанием этого негодяя. И пусть господин Ла Рейни разошлет своих агентов с приметами по всем селениям в округе. Вплоть до Парижа.

- Уже, Ваше Величество, - залпом на одном выдохе выпалил лейтенант, не позволяя себе медлить даже с ответом - что усталость, что сон, если негодяй сбежал и мог еще натворить бед! - Де Круа! Сюда, ко мне. Писарский набор с собой несите!

К нему подошел де Сент-Эньян и, пока секретарь проворно раскладывал письменный набор, прилаженный к широкому кожаному ремню прямо у него на плечах, тихо заговорил.

- Господин лейтенант, пошлите гонца за священником церкви Всех Святых Мучеников, это в Сент-Антуанском предместье. Мадам Годар просила именно его к причастию. Полагаю, что она сама родом из тех мест, вот и зовет священника, который, возможно крестил ее или ее детей.

- Церковь Мучеников? - переспросил д'Артаньян, растягивая слова, - Вы уверены, что она назвала именно эту церковь? Как странно... впрочем, да. Я пошлю. Сейчас же. Вы правы, этим разбирательствам и расследованиям конца края не будет, - ответил он на замечание де Сент-Эньяна, раздумывая про себя, было ли то простым совпадением, что исповедник мадам Годар был тот же священник, к которому обращался за помощью цыганский барон, когда похитил Жаклин.

- Я пошлю нескольких человек... хотя нет, пожалуй, это привлечет внимание.

Похрустывая костяшками пальцев, граф медленно разминал кисти рук, сцепив их между собой. Он обдумывал содержание донесений, которые следовало продиктовать секретарю. Сузив глаза, он сосредоточенно составлял описание сбежавшего священника, стараясь вспомнить не только черты его лица и общий облик, но и что-нибудь примечательное, вроде шрама на лбу или подрезанной мочки уха. Нет, ничего подобного в голову не приходило, а время меж тем летело. Король скрылся в хижине, где лежала мадам Годар, а следом за ним пошел и де Сент-Эньяна. Месье Годар стоял чуть поодаль, потерянный и бледный, словно это он, а не его жена, был готов испустить дух.

- Пишите, де Круа, - начал диктовку д'Артаньян, - Человек под пятьдесят лет, крепкий, не страдающий видимыми признаками нездоровья или увечий...

- Он ранен в ногу, кажется, - подсказал секретарь, усердно записывая диктуемое.

- И это запишите также, - согласился лейтенант и откашлялся в кулак, прежде чем продолжить, - Выдает себя за священника.

- А по словам графа де Сент-Эньяна он и впрямь может быть священником, - снова отвлекся от записи де Круа и поднял лицо, глядя в глаза д'Артаньяна, - Простите, господин лейтенант. Я рядом стоял. Слышал.

- Так. Так и записывайте тогда.

- Он священник, - де Круа медленно с тщанием прописал новые сведения о мнимом отце Лафоне и посмотрел на готовую запись, - Примет вроде никаких. Хотя нет, я заметил... он левша. Да. Левша. Я заметил, что он распятие всегда теребил на груди левой рукой. А знаете как оно...

- Ну, пишите тогда. Пишите, де Круа, - устало ответил д'Артаньян, не в силах размышлять над тем, что рассказывал ему молодой человек, - И припишите, что опасный черт. Обвиняется не только в самозванстве, но и в убийстве священника. Содержать под бдительной стражей.

- Святый боже, - писарь прервался и набожно перекрестясь, поцеловал крестик, висевший у него на шее.

- Так, а теперь перепишите это трижды... нет, четырежды. Две записки пошлите в Фонтенбло. Одну лейтенанту де Ресто, другую к Ла Рейни. Еще одну пошлите в Париж в Шатле. Четвертую оставьте пока что.

Пока он диктовал письмо, месье Годар, изведенный томительным ожиданием, громко всхлипнул и сквозь удушливый кашель от дыма, поднявшегося с ветром в их сторону, позвал лейтенанта.

- Господин д'Артаньян, позвольте мне с ней поговорить. Она женщина добрая и зла никому не желала. Я уговорю ее во всем сознаться как на исповеди.

- Всему свое время, месье.

Д'Артаньян с сожалением посмотрел на слезящиеся от дыма глаза Годара. Может, то и не от дыма вовсе. Каково это быть мужем обреченной на суд не только Божеский, но и королевский? Знал ли он, кто была его супруга? Молчал и ждал, когда само Провидение подведет черту, которую он не осмеливался очертить сам? Было бы предательством, если бы он, зная о делах своей жены, выдал ее? И можно ли назвать предательством молчание? А что же сам он? Тяжелый вопрос, непрошенный и не торопивший с ответом, давно тяготил душу лейтенанта. Единственно, что он знал наверняка, это то, что вопрос этот так и останется не отвеченным до самого последнего его вздоха.

28

Отправлено: 11.04.15 23:44. Заголовок: - Месье, - мальчик п..

- Месье, - мальчик протянул лист бумаги дрожащей рукой и, как только отдал его де Сент-Эньяну, тут же стер со щеки крупную слезу, - Теперь все? - всхлипнув, спросил он, обратив лицо к королю.

Граф отошел к постели и немного отодвинул полог у изголовья. В скупом свете, попадавшем в хижину сквозь затуманенное стекло маленького оконца, лицо мадам Годар казалось ужасающе бледным, почти мертвенным. Если бы не горевший лихорадкой взор ее черных глаз, можно было подумать, что душа ее уже отошла к праотцам.

- Мадам, соблаговолите поставить подпись, - обратился к ней граф и осторожно вложил перо в ее холодную руку, - Вот здесь... постарайтесь, я прошу Вас.

Собрав все оставшиеся силы, мадам Годар слабо шевельнула рукой и нацарапала маленькую закорючку в указанном месте. Ее губы дрогнули в подобии улыбки, а из уголков глаз медленно стекли капли слез. Не привычный к подобным сценам, де Сент-Эньян дрогнувшим от переживаний голосом поблагодарил кастеляншу и с той же осторожностью забрал из ее руки перо. Он подошел к столу и посыпал лист песком, чтобы чернила успели просохнуть, прежде чем оторвать клочок с запиской.

- Теперь все, Сир. Мы можем отправить это послание и ждать ответных шагов уже... - он покосился на Годара-младшего и замолчал.

Может быть этот мальчишка и желал помочь с написанием этой записки, но кто мог поручиться, что точно также он не написал бы и другое послание. И может быть тому же человеку? Словно угадав его мысли, мадам Годар вновь шевельнула рукой и подняла указательный палец, словно желая что-то сказать.

- Мама!

Юркнув мимо стоявших перед ним короля и де Сент-Эньяна, сын кастелянши подбежал к ее постели и уронил голову рядом с ее плечом.

- Жанно, я заклинаю тебя ради твоего отца и твоего брата... -
тихо прошептала мадам Годар, - Никогда не предавай короля. Он был добр к нам. И мои грехи были плохой платой за его доброту. Не предавай твоего короля, Жанно. И мне не придется пожалеть, что я предала наших сородичей. Я сделала это ради вас троих, мой дорогой.

Не желая слышать хриплый шепот умирающей женщины, граф отошел к двери с побелевшим от волнения лицом.

- Идемте, Ваше Величество. Нам еще нужно отправить эту записку. Я видел в одной из клеток голубку с серым оперением на хвосте.

29

Отправлено: 14.04.15 02:07. Заголовок: Людовик кивнул в отв..

Людовик кивнул в ответ и вышел в раскрытую перед ним дверь. Оказавшись снаружи, он с облегчением вдохнул свежий воздух, тогда только осознав, насколько тягостно было находиться внутри хижины. Он шел вперед, не оборачиваясь, уверенный в том, что граф де Сент-Эньян неотступно следовал за ним.

- Надо скорее покончить со всем этим, граф. Завтра же надо выставить караулы на парижской дороге. Нет, сегодня же. Кто знает, может быть эти негодяи пустятся в дорогу сразу как только получат известие. Рыжий... Кто бы это мог быть, по-Вашему?

За его спиной послышались торопливые шаги и сбитое дыхание бегущего человека. Людовик остановился и с недовольным лицом повернулся к догонявшему его месье Годару. Тот был взволнован и размахивал руками, словно помогая этой нелепой жестикуляцией отогнать надвигавшиеся над руинами павильона тучи.

- Ваше Величество, я прошу милосердия для моей бедной супруги! Позвольте нам... мне...

- Да, месье, - нетерпеливо прервал его король и махнул рукой мушкетерам, собиравшимся силой остановить кастеляна, - Теперь Вы можете повидаться с Вашей супругой. Имейте в виду, Вы не священник и Ваш разговор с мадам Годар не есть исповедь. Так что, никаких тайн быть не должно. Позднее я передам распоряжения о Вас и Ваших сыновьях господину де Ла Рейни.

- Но, Сир, - услыхав имя королевского префекта полиции, месье Годар побледнел и застыл на месте, как будто у него не осталось сил, - Нет, Сир, я прошу Вас! Только не моих сыновей! Они ни в чем не виноваты, я клянусь всем святым! Я заклинаю Вас Пресвятым именем Богородицы, Сир!

Не слушая его, Людовик направился к груде вещей, спасенных от пожара, среди которых были и две клети с голубями, которые были спасены из голубятни на чердаке павильона.

- Он еще удивится тому, что узнает о замечательных способностях своих сыновей, - проговорил король, присаживаясь на корточки перед клетью, - Неужели возможно прожить столько лет вместе под одной крышей и совершенно не знать о секретах собственной жены и сыновей?

Привлеченные его голосом, белоснежные голубки забили крыльями, стараясь каждая обратить на себя внимание. Один из мушкетеров подошел ближе, но остановился, не решаясь нарушить беседу короля с обер-камергером. Заметив его, Людовик сам подозвал его.

- Сир, голубкам корма кто бы дал. И питья. Они, здесь с самой ночи крыльями бьют.

- Так дайте же им хлеба хотя бы, - ответил Людовик, присматриваясь к оперению птиц, - Вы знакомы с голубиной почтой, месье?

- Баловство одно. В родовом замке у нас голубятня была... камердинер отца разводил почтарей для продажи, - ответил мушкетер и со знанием дела отворил клеть, чтобы раскрошить высыпать туда припасенный за отворотом ботфорта хлеб, - Эти голубки почтовые. Сразу видать. На лапках у них тесемки для подвязывания записок. Странно, с чего бы в таком пустынном месте держать почтарей.

- Более чем странно, - лаконично ответил король и указал на птицу, в хвосте которой красовались несколько серых перышек, - Достаньте мне вот эту. И повяжите к ее лапке записку.

- Сию минуту, Ваше Величество.

Мушкетер осторожно просунул руку в клеть и захватил указанную голубку, бережно обхватив ее за спинку, так чтобы она не била крыльями. Он ловко продел свернутую в трубочку записку в маленькую петлю в тесьме и затянул ее на лапке, чтобы крепко держалась. Поглаживая голову притихшей в ожидании птицы, он предложил ей крошки со своей ладони и подождал, пока она склюет их. Людовик поднялся и отряхнул колени, наблюдая за тем, как серохвостая голубка послушно склевала предложенный ей корм и после того с любопытством поворачивала голову то к мушкетеру, то к нему, словно понимая, от кого именно последует приказ доставить почту.

- Отпускайте теперь, - приказал Людовик.

Мальчишка не соврал, голубка и впрямь была хорошо выдрессированной и тут же взмыла вверх. Покружив над трубами, возвышавшимся над обгорелыми руинами павильона, она расправила крылья и понеслась прочь, стремительно исчезнув облачной дали.

- Теперь в Версаль. Господин д'Артаньян, командуйте сбор моему эскорту! -
крикнул король и пошел к перекладине, к которой были привязаны лошади, - Граф, я думаю, мы слишком долго пренебрегали столь простым и действенным способом для передачи донесений. Хотя... как знать, так ли надежна эта почта. Гонца могут подстрелить из засады. А голубку может перехватить ястреб. Да, у всего есть свои минусы.

"Но и плюсы," - подумал он про себя и улыбнулся, - "Для личной переписки", - он подумал о Ней и о том, что в будущем Эрмитаже можно разместить личную голубятню графини де Суассон с птицами, выдрессированными доставлять его письма из любого места.

- А теперь едем. И граф, я прошу Вас, составьте дарственный документ о передаче павильона как можно скорее. Я хочу уже сегодня же встретить одного рекомендованного мне архитектора. Он реконструировал дворец для виконта де Во. Полагаю, что и с этими руинами у него не возникнет проблем.

// Версаль. Сады вокруг замка и старый пруд //

30

Отправлено: 16.04.15 23:05. Заголовок: Хлопанье крыльев отв..

Хлопанье крыльев отвлекло д'Артаньяна от невеселых мыслей. Он обернулся в сторону дымившихся руин и долгим взглядом проводил улетавшую прочь голубку. Надежен ли был выбранный королем способ выманить негодяев из их логова? Простая математика не выходила из головы лейтенанта - голубка долетит до парижской заставы часа через полтора, если ее не измучает сильный апрельский ветер и не подстрелит кто-нибудь забавы ради. А гонцу, которого он собирался послать за священником, потребуется всего два часа хорошим галопом, чтобы домчаться до церкви Всех Святых Мучеников. А если священник в той церкви и был получателем записок, то не удивит ли его то, что его призвали для последнего причастия к женщине, которая всего два часа назад отослала к нему голубку с посланием?

- Гонцы отосланы, Ваше Сиятельство, - доложил де Круа, тихо приблизившись к нему. Д'Артаньян задумчиво посмотрел на голубой мушкетерский плащ и покрутил ус.

- Мне нужны четыре человека, де Круа. Они должны отправиться сейчас же в Париж. Двое пусть останутся в трактире "Королевские Лилии", это как раз в пол-пути до места. Пусть приготовят свежих лошадей и еще одну вдобавок на обратный путь и ждут. А двое должны доставить в трактир священника из церкви Всех Святых Мучеников. Они должны забрать его под видом ареста, не объясняя ничего и не говоря ни слова о том, что здесь произошло. Они не должны оставлять священника без надзора ни на одну минуту. Ни с кем, - лейтенант испепелял глазами своего секретаря, словно тот возражал ему на каждое сказанное слово, - Пусть возьмет только то, что необходимо для проведения обряда причастия.

- Арест? Королевские мушкетеры никогда...

- Де Круа, я сказал, под видом ареста, а в этом огромная разница. И еще вот что, пусть они оставят свои плащи здесь. Все, что могло бы указать на их принадлежность к полку.

- Но если их встретит на дороге гвардейский патруль или мушкетеры из роты де Ресто?

- На этот счет... хм... запишите быстро, я продиктую.

Де Круа приготовился писать, а лейтенант нахмурил густые брови, обдумывая текст приказа. Однажды у него в руках оказался приказ, оправдывавший все содеянное важностью на благо государства... и он сгодился ему для оправдания себя и товарищей после совершения одного убийства. А если продиктованный им приказ точно также окажется в чужих руках?

- Пишите... господа де Беранжер, де Туара, де Монтэнь и де Круа...

- И я?

- Да, и Вы, - сверкнул глазами д'Артаньян, - Так будет лучше, Вы знаете, что делать. Пишите, вышеозначенные господа выполняют мой приказ во благо короля и Франции. Записали?

Выхватив из рук де Круа листок бумаги, лейтенант расправил его на коленке, поставив для удобства ногу на валявшийся ящик, и поставил свою размашистую легко узнаваемую по степени нечитабельности подпись.

- Де Круа, священник должен узнать о цели своего приезда сюда только у постели мадам Годар. Небом клянусь, это задание поважнее штурма бастионов и прочих военных игр. И запомните, до возвращения никто из вас не должен упоминать ни мушкетеров, ни короля, ни павильон Гонди. Можете говорить о картах, кружевах и вине...

- И о женщинах, господин лейтенант?

- Черт подери, да! Все, езжайте!

- Теперь в Версаль. Господин д'Артаньян, командуйте сбор моему эскорту! - крикнул король и лейтенант махнул рукой выбранным им мушкетерам.

- Все, господа! Как только священник будет здесь, не спускайте с него глаз. Оставите его в Версале вместе с Годарами под арестом до моего возвращения. Теперь прощайте!

// Версаль. Сады вокруг замка и старый пруд //

31

Отправлено: 19.04.15 22:18. Заголовок: Граф следовал за кор..

Граф следовал за королем, прислушиваясь к его голосу, но ему стоило огромного труда для того, чтобы внимать вопросам и размышлениям Людовика, тогда как и его самого занимали неразрешимые вопросы относительно того, насколько долго мог затянуться вопрос с юридическим переоформлением собственности на сгоревший павильон. Вряд ли молодому королю было известно о тонкостях передачи в дар какого-либо недвижимого имущества так, чтобы после никто не смог бы предъявить претензий.

- Рыжий... Кто бы это мог быть, по-Вашему?

- Кто, простите? - переспросил де Сент-Эньян, занятый списком известных ему парижских стряпчих, кто мог бы пронести документы в парламентскую канцелярию и получить все необходимые свидетельства без привлечения излишнего внимания, - Вы, кажется, называли еще какое-то имя, когда диктовали записку, не так ли, Сир?

Прерванная нить размышлений как камешек, брошенный в пруд, поднял круги по воде, всколыхнув старый ил со дна. Воспоминания нахлынули одной массой, высвечивая в воображении лица то одни, то другие.

- Кто мог бы быть Миллионщиком, Ваше Величество? Мне кажется, что из всех, кто имеет доступ ко дворцу, именно ко дворцу, это может быть некто, обремененный миллионным богатством. Кто-то из принцев крови, быть может? Я бы... - он подумал о богатейшей наследницы во всей Франции, но тот час же отринул эту мысль, как невозможную, ведь подразумевали наверняка мужчину, а не женщину, пусть и палившую в свое время из пушек по королевской армии.

- Я думаю, что этого Рыжего следует искать в окружении одного из знатных людей, обладающих значительным состоянием, - говорил он, между тем как Людовик передал мушкетеру, ухаживавшему за птицами, записку для почтаря.

- Граф, я думаю, мы слишком долго пренебрегали столь простым и действенным способом для передачи донесений. Хотя... как знать, так ли надежна эта почта. Гонца могут подстрелить из засады. А голубку может перехватить ястреб. Да, у всего есть свои минусы.

- Минусы есть и у гонцов, Ваше Величество. На них могут напасть в пути и ограбить или убить. Те, кто заинтересован в донесениях, посылаемых врагами, пойдут на все, чтобы выкрасть их. Так что, я бы не полагался ни на какой из отдельных способов.

Король скомандовал "В Версаль!" и на лицах тех из мушкетеров, кто были избраны сопровождать Его Величество в качестве почетного эскорта, засияли улыбки. Де Сент-Эньян не стал бы упрекать молодых людей в желании поскорее покинуть это унылое пристанище коварства и измены, вряд ли и ему самому захочется вспоминать об этой поездке позднее. О, если бы король и графиня не набрели на этот заброшенный павильон и не открыли его тайны... как знать, не был бы этот день еще одним счастливым днем в неведении о том, какое зло гнездилось у них под самым носом. Де Сент-Эньян не мог быть уверенным в том, сколько лет или месяцев мадам Годар удавалось бы сохранить свою тайну, рано или поздно Людовик вспомнил бы о существовании одинокого павильона в лесу и он пожелал бы превратить его в свой охотничий домик для уединенных свиданий. Но граф был точно уверен, что не случись это открытие накануне, то этот вечер и полночь он не провел бы в обществе короля и графини за веселым ужином в качестве гостя, и в качестве кавалера, сопровождавшего в Версаль княгиню де Монако.

// Версаль. Охотничий замок. Коридор на втором этаже, 2 //


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Версаль. » Версальский парк. Павильон Гонди. 4