Le Roi Soleil - Король-Солнце

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Королевские тюрьмы. » Париж, Бастилия. Камера неизвестного арестанта


Париж, Бастилия. Камера неизвестного арестанта

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

04.04.1661

http://img-fotki.yandex.ru/get/9318/56879152.336/0_f2ceb_d2fea17f_orig

2

Отправлено: 28.05.14 19:54. Заголовок: // Париж, Бастилия. ..

// Париж, Бастилия. Камера маршала дю Плесси-Бельера. 2 //

Пусть к "восточной" башне проходил через весь внутренний двор крепости, поросший крапивой и пыльным подорожником, проросшим прямо между булыжниками в кладке мостовой. Этот каменный мешок оставался прохладным и сырым практически все время из-за того, что полуденное солнце едва успевало подняться над зубчатыми башнями и согреть булыжники в кладке мостовой. Слушая глухой печатный шаг охранника, маршировавшего перед ним, Франсуа-Анри пытался воспроизвести в памяти шелест платья и легкий перестук каблучков Великой Графини, проходившей по этим самым плитам с ним под руку.

Очарование полуденной прогулки с Ее Светлостью испортил только предмет их разговора, отнюдь не о красотах комендантского сада. Губы маршала дрогнули в улыбке, когда трость неловко прошуршала по гравию дорожки, уводившей к садовой калитке, напомнив о счастливых мгновениях прощального поцелуя.
Нет, ничто не могло испортить очарование той встречи. Мадам де Суассон обладала поразительной способностью заполнить даже самые короткие минуты общения с ней запоминающимися моментами, отнюдь не только легкомысленного свойства. Ее слова, с какой бы осторожностью она не подбирала их, достигали самой глубины души и заставляли сердце всколыхнуться тем вдохновением, которое художники и музыканты привыкли называть явлением Музы. А для маршала это было больше похоже на озарение, внезапное прояснение сути происходящего, выводы, которые казалось бы напрашивались сами собой. Не прошло и нескольких часов со времени их расставания у придорожного трактира на пути к Фонтенбло, а Франсуа-Анри уже чувствовал легкую тоску в сердце и нестерпимое желание видеть ее вновь.

- Сад заперт, Ваше Превосходительство. Это личный уголок месье коменданта, точнее, его супруги, мадам де Монлезен, - пояснил охранник, заметив долгий взгляд, брошенный маршалом в сторону калитки, - Вход туда открыт только для маркизы. Никогда не видел, чтобы господин комендант впускал туда кого-нибудь. Ну разве что того арестанта, к которому Вы идете. Он садовник или архитектор какой-то. Давал Его Превосходительству советы как засеять бастионы и рассадить кусты. До нашего коменданта здесь был пустырь. Гнилое место, скажу я Вам. Вода во рвах летом воняла на весь Париж, что хоть помирай. А нынче и не узнать этих мест то. Все не так стало. Да что там, новый комендант превратил бы и всю Бастилию в сад ради своей женушки, будь его воля.

Слушая разглагольствования солдата, Франсуа-Анри не спеша следовал за ним, по ходу репетируя изящную походку с тростью, чтобы вернувшись ко двору, щеголять своей тростью, не вызывая ни в ком сомнений в том, что это был всего навсего модный аксесуар. Он отмечал про себя также маленькие нюансы из незатейлевой жизни королевской крепости-тюрьмы, вроде тех, что оказывается Бельфлеру также как и ему дозволялось покидать стены своей камеры.

- Сюда, господин маршал. Не извольте спешить. Я побегу наверх, предупрежу охранников, чтобы отпирали замки, покуда Вы... покуда... - не желая указывать маршалу на очевидный недостаток его положения - невозможность быстро подниматься вверх по лестницам, честный малый так и не подобрал подходящих извинений и помчался вверх по ступеням, громыхая своим мушкетом и палашом, цеплявшимся за камни, выступавшие из кладки стены.

- Ничего... это преходящее, - проговорил Франсуа-Анри, с наслаждением делая глубокий выдох, который не мог позволить себе при других, - Медленно но верно, кажется, это одна из любимых пословиц дорогой крестной. Интересно, что бы сказала мадам герцогиня о такой любви к садам. Наверное ее цепкий глаз заметил бы и в этом столь невинном занятии некий умысел. Засеивали бастионы травой... а что, разве для зеленой поросли нынче требуются особенные познания? Почему де Безмо советовался с арестантом, тогда как мог позвать любого другого садовника... архитектор, проектировавший реконструкцию Ла Рошели это не совсем садовник? Или?

Поднимаясь все выше, с каждым новым лестничным пролетом маршал ощущал все более сильное желание остановиться и отдышаться. Но время было так же дорого как и силы. Бледный и запыхавшийся он поднялся наверх, уступив своему провожатому всего несколько минут. Драгоценных минут, которые однако же подарили ему несколько занятных мыслей касательно женских капризов и военных конструкций.

- Месье маршал дю Плесси-Бельер к арестанту! - объявил охранник, с трудом распахивая перед маркизом дверь камеры, ответившую грохотом проржавевших петель, - Арестант встать!

- Не надо, не надо, - махнул рукой Франсуа-Анри и кивнул охраннику, - Ждите меня за дверью.

Дождавшись, когда дверь захлопнулась с таким же оглушающим лязгом, дю Плесси прошел до середины камеры, такой же просторной как и его, но гораздо более сумрачной из-за того, что солнечные лучи попадали в нее только с наступлением вечера.

- Месье Бельфлер, я полагаю? - спросил он у узника, сидевшего на постели состоявшей из грубо сколоченных досок, накрытых худым тюфяком, набитым соломой.

- Чему обязан, господин маршал? - спросил Бельфлер глухим отрывистым голосом, выдававшим в нем молчуна.

3

Отправлено: 29.05.14 21:12. Заголовок: Прежде чем отвечать,..

Прежде чем отвечать, дю Плесси осмотрелся. В сумраке, царившем в камере Бельфлера, он разглядел жалкие остатки трехногого стола, прислоненного к стене, табурет, служивший подобием ночного столика возле ложа арестанта. На противоположной от кровати стене висело тусклое зеркало из начищенного до блеска листа олова. Вряд ли в нем можно было что-то разглядеть, но инженерная мысль Бельфлера оправдала себя в том, что от поверхности зеркала отражался тот скудный свет, который попадал в камеру, что давало чуть больше света арестанту. Судя по всему, Неизвестный Букве Закона узник давно уже не получал субсидий на собственное содержание, так как вид не только его камеры, но самое себя, оставлял желать лучше. То, что он был небрит и на худощавом лице его резко выделялись скулы и тонкий выдававшийся вперед нос, не удивило маршала настолько же, как одежда Бельфлера. На нем была рубаха, слишком широкая для его плеч, сшитая из простой мешковины. Такие носили гребцы на галерном флоте в те немногие месяцы, когда даже на Средиземье царила прохлада и веяли студеные ветры. Ноги арестанта были поджаты в коленях, но от взора не ускользали потертости на коленях, тщетно подшитые грубыми заплатами, содранными со слишком длинных рукавов рубахи.
Это была арестантская одежда, но подходившая арестанту Шатле или каменоломен, а отнюдь не такой тюрьмы как Бастилия, куда по обыкновению попадали узники из дворянского сословия или достаточно высоких чинов.

- Ваша одежда, месье, оставляет желать лучшего, - произнес наконец Франсуа-Анри, пододвигая ногой табурет ближе к себе.

- Это первое, что Вы желали узнать, месье франт? - усмехнулся Бельфлер, подхватив едва не упавшую с табурета кружку, - Я не приглашал Вас к себе, но Вы можете присесть. Если Вам угодно.

- Угодно, сударь, - просто сказал маршал и сел, - Что с Вашей одеждой, месье Бельфлер? - спросил он, в упор глядя в темные глаза арестанта, - Это одежда каторжника. А Вы, насколько я понимаю, не были осуждены на каторжные работы.

- Попытка к бегству лишила меня милостей моего, с позволения сказать, благодетеля, - невесело отшутился Бельфлер, спуская тощие ноги на пол, - Я в этом отребье с января месяца. Если верить вот тем зарубкам, - его узловатый палец указал на стол, - Эти мерзавцы не нашли ничего лучшего как спилить ту ногу стола, на которой я делал зарубки в самом начале... думали, что я забуду счет времени. Перестану считать. Но нет, я не забыл. Не забыл ничего, я делаю маленькие пометки.

- У меня мало времени, месье. Скажите мне, кто Вас сюда заточил и по какому обвинению, - прервал его маршал, нетерпеливо глянув в сторону двери, зарешеченное окошко на которой мгновенно потемнело, как будто кто-то отскочил от него, - Скажите мне и я доведу это до сведения короля.

- Эх, сударь, что может сделать для меня Его Величество? Он такой же узник при своем дворе, как я здесь, в Бастилии. Заложник. И не он один, - Бельфлер слегка наклонил голову на бок и замолчал, некоторое время изучая лицо собеседника, - Нет. Не в Вашей власти освободить заложников, - повторил он наконец, делая ударение на последнем слове, - А без того, что мне Ваша помощь?

- Может быть я могу быть полезным Вам каким-то другим образом? - спросил Франсуа-Анри, так же как и Бельфлер наклонив голову на бок, - Может быть, прислать Вам перемену одежды? - он вынул из кармана платок и промокнул им виски, на которых появилась испарина от изнурительных подъемов по крутым ступенькам башен, - Книги? Вам дозволяется писать и читать? - едва слышно спросил он, помахивая перед своим лицом платком с таким видом, будто страдал от духоты или смрада.

- Заберите эту рухлядь, месье, - закашлявшись ответил Бельфлер и снова указал на стол, - И велите принести мне новую мебель... это все. Все, что Вы можете сделать. Покуда... - он многозначительно посмотрел в глаза маршала и на долю секунды Франсуа-Анри разглядел в его взгляде просьбу, - Покуда... Времена меняются. Может и в мои паруса подует свежий ветер.

- Да будет так, - ответил маршал, поднимаясь с табурета при помощи своей трости, - Ну что же, месье, я распоряжусь насчет Вашей мебели...

- Да да, заберите эту рухлядь, месье. Заберите его с собой, - все еще кашляя повторил Бельфлер и лег на постель спиной к посетителю, разразившись глухим не прекращавшимся кашлем.

- Охрана! - позвал маршал, подойдя к двери, которая распахнулась даже скорее, чем можно было ожидать.

Не сказав ни слова на прощание, дю Плесси вышел из камеры, поспешив вниз по ступенькам. Он догадывался о том, почему Бельфлер не пожелал говорить о своих прегрешениях и о человеке, обрекшем его на узилище. Понятно было и желание архитектора, чтобы он взглянул на колченогий стол, видимо, служивший ему не только местом для зарубок на дни и месяцы его заключения. Но как... каким образом заполучить этот стол так, чтобы не вызвать подозрений не только у де Монлезена, но и у того, кто стоял за арестом Бельфлера, о чьем имени маршал конечно же догадывался?

Париж, Бастилия. 2


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Королевские тюрьмы. » Париж, Бастилия. Камера неизвестного арестанта