Le Roi Soleil - Король-Солнце

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Вневременные Хроники или Летопись Золотого Века » Маскарад на улице Турнель (продолжение)


Маскарад на улице Турнель (продолжение)

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Отправлено: 23.06.15 03:11. Заголовок: Маскарад на улице Турнель (продолжение)

    ... или
    Под маской жизнь - игра!

    Время: Февраль 1661 года, последний вечер перед Великим постом
    Место действия: Париж, особняк Ланкло на улице Турнель
    Действующие лица: Ее Высочество герцогиня Анна-Мария-Луиза де Монпансье, Его Высочество крон-принц Ференц Ракоши, Его Высочество принц Филипп Орлеанский, маркиз дю Плесси-Бельер, графиня Олимпия де Суассон и другие маски

    Смешала полночь краски, и в этот волшебный час
    Мы все наденем маски, никто не узнает нас.
    Итак, ура! Вот это маскировка!
    Теперь держись, плутовка, под маской жизнь – игра!

http://www.aveclassics.net/_nw/26/32907866.jpg

    Не имея возможности дать бал в своем Люксембургском дворце, опальная герцогиня де Монпансье, тайком прибывшая в Париж для встречи с Конде, решила устроить маскарад для избранных в доме своей подруги Нинон де Ланкло, "отдыхающей" в этот момент в одном из отдаленных монастырей по повелению королевы-матери. Рассылая приглашения друзьям, Мадемуазель надеялась, что Нинон сумеет вырваться из монастыря и приехать в Париж хотя бы на один вечер, но на надежды, как известно, лучше не полагаться, обманут.

2

Отправлено: 13.01.16 22:33. Заголовок: Войдя в кухню, Франс..

Маскарад на улице Турнель

Войдя в кухню, Франсуа-Анри почувствовал себя героем знаменитой поэмы Данте, точнее сказать, он ощутил на собственной шкуре жар от котлов из того раздела чистилища, куда попадали за грехи сладострастия и обжорства. Поежившись, он с надеждой посмотрел на окно, но рамы его оказались наглухо заколоченными, так что впустить свежий воздух не представлялось никакой возможности.

- Окна заколочены по всему первому этажу особняка, -
подсказал уже знакомый маршалу слуга, помешивавший соус в огромном котле черпаком на длинной рукояти, - Это мадемуазель де Ланкло распорядилась, после того как один вельможа пытался пробраться в особняк через окна карточного салона.

- Я даже догадываюсь, кто это мог быть, - усмехнулся Франсуа-Анри и огляделся вокруг, - Вы уже приняли решение насчет службы у меня, сударь?

- О да, месье, не сомневайтесь, завтра же я постучу в двери Вашего управляющего, - заверил его слуга и отложил черпак в сторону, - Соус уже готов.

- Я отнесу его, - дю Плесси насмешливо кивнул в ответ на удивленный взгляд, - Мадам Скаррон попросила нас помочь ей накрыть стол к ужину. Кстати, как мне называть Вас?

- Жан-Батист Мария Жозеф Жезу, по фамилии Орей. Но, я не против, когда меня величают проще, Батистеном, -
представился ново обретенный слуга маршала и вылил соус в фарфоровую соусницу, - Я так полагаю, из прислуги никого не позвали?

- Батистен? Тем лучше, - согласился маршал и подхватил блюдо, на которому стояла соусницу, - К чему будить этих добрых людей. Нет, нам никто не понадобится. По крайней мере сейчас.

- Я ведь уже могу считать себя Вашим слугой, месье маршал? - Батистен украдкой оглянулся на приоткрытую дверь в вестибюль, - И значит, формально с момента нашей встречи я состоял у Вас на службе?

- Да. А что в том такого? - пожал плечами маршал, едва не разлив соус на серебреное блюдо.

- Ну, я бы не стал докладывать Вам чего-то, что показалось мне сомнительным, не будь Вы моим господином, -
оправдал свои расспросы Батистен и, понизив тон до шепота добавил, - Но, раз Вы мой господин, то я скажу. Слуга госпожи... не мадам Скаррон, а той, другой...

- Я знаю, о ком Вы, - нетерпеливо перебил его Франсуа-Анри, - Продолжайте.

- Так вот, этот слуга, его зовут Рене. Его послали призвать сюда стражников из городской гвардии. Только я думаю, что не дошел он туда. После того, как Вы и те иноземные господа уехали, мне было приказано позвать экипажи гостей, который стояли ниже по улице Турнель. Когда я выходил из ворот, то видел, что трое человек напали на кого-то и уволокли прочь. Может то и не был слуга госпожи... той самой госпожи. Да только нет его и нет. Вот и подумалось мне, может, случилось с ним что-то.

- Ясно, - коротко ответил дю Плесси и направился к двери, - Никому из слуг об этом не говорите. И вообще, не говорите ничего про этот вечер.

Нести тяжелую фарфоровую соусницу до краев наполненную густой жидкостью, от которой все еще валил пар, было далеко не простым делом. Только тогда Франсуа-Анри оценил проворство и силу рук лакеев, с невозмутимыми лицами обслуживавших своих господ за обедом. Он прошел до гостинной и обрадовался тому незначительному обстоятельству, что обе створки дверей были все еще распахнуты настеж.

3

Отправлено: 15.01.16 00:59. Заголовок: - Минус два! - подоз..

- Минус два! - подозрительно весело констатировал Конде, проводив взглядом удалившуюся в соседнюю комнату пару. - Но одного стула, тем не менее, все равно не хватает.

Мадемуазель, следившая за тем, как Каринти раскладывает столовые приборы у расставленных ею тарелок, рассеянно заметила:

- Там должно быть достаточно стульев. Как минимум за двумя столами сидело по четыре игрока, я видела.

- Но мы же не можем отправить за ними третьего, - принц уже откровенно веселился. - Это было бы по меньшей мере неделикатно. Не так ли, сударь... как вас там?

- Кузен, вам непременно хочется нарваться на ссору? - окрысилась Анна, когда до нее дошел, наконец, намек. - Не рассчитывайте на свою неприкосновенность, как минимум один из присутствующих вам ровня, да и остальные вряд ли станут делать скидку на разницу в положении. Будь вы хоть король!

- Буду, дорогая кузина, непременно буду, - неожиданно тихо отозвался Конде, но тут же умолк при виде Валета Пик с дымящейся соусницей в руках.

Если бы он сунул герцогине горсть снега за шиворот, она и тогда вздрогнула бы не так сильно. Словно ведро ледяной воды пробежало по спине, оставив за собой полосу неприятно покалывающих мурашек. Но Мадемуазель смолчала, надеясь, что в скудном свете оставшегося на столе подсвечника никто не заметит ни ее побледневшего лица, ни судорожно сжавшихся губ. Шуточки Луи де Бурбона местами и временами попахивали не просто дурным вкусом, а прямо таки государственной изменой. Если были шутками, на самом деле.

4

Отправлено: 15.01.16 02:43. Заголовок: Маскарад на улице Ту..

Маскарад на улице Турнель

В сумраке карточного салона легко было потерять ориентиры - ведь все окна были завешены плотными гардинами, а счет от трех-свечного канделябра в руке Ракоши едва лишь рассеивал темноту у самых дверей. Ба! Разве же нехватка света когда-то останавливала бравого мадьяра! Князь смело ступил в темную комнату и тут же с болью в бедре ощутил острый угол стола, на который наткнулся. Стараясь не показать свою досаду, он поставил канделябр на стол и отвернулся от мадам Скаррон, чтобы потереть ушиб.

- Вот здесь есть стулья... -
тихо прошептала Прекрасная Индианка, скорее почувствовав досаду своего спутника, чем заметив причину для того, - За этим столом играли четверо.

Ференц подошел ближе к уже знакомому ему столу. О, ему бы не потребовалось ни одной свечи, чтобы узнать то место, где сидела его прекрасная итальянка - вот же ее стул. Легкий флер духов все еще витал над разложенными на столе картами, впрочем. это могло быть плодом воображения князя, рассматривавшего последнюю комбинацию карт, разложенных на столе. Как причудливо тасовалась колода - оба были при козырях и ни один не уступил бы другому, если бы Валету за каким-то чертом не вздумалось отложить карту старшей масти в сброшенные карты... зачем он это сделал? Не зная тонкостей игры наверняка, Ференц все-таки подумал о намеренном проигрыше Валета. На что он рассчитывал? Возможно, на то же самое, что и он сам - на проигрыш в финальной игре и заветный фант от Дамы Пик. Но что если бы этот фант был вовсе не тем, что ему так хотелось получить?

Вспомнив о условиях игры, князь весело вскинул голову и потер ворот своего жупана. Ему стало интересно, какой же все-таки фант наложила на Валета Пик победительница карточного турнира.

- Позвольте... я понесу этот стул, а Вы несите вот эти два, -
робко предложила мадам Скаррон, не догадываясь о том, что могло так увлечь молодого человека, добровольно напросившегося ей в помощники, - И я хотела... мне показалось, что Вы знаете, что случилось с Червовым Валетом, - тихо спросила она, намереваясь спросить о судьбе незадачливого поклонника, исчезнувшего с половины вечера.

- А? -
вернувшись на землю из облачных далей открывшихся ему наяву, Ференц рассеянно кивнул головой и подхватил два указанных стула за спинки, - Да, я донесу их сам и вернусь. Подождите меня.

Так и не ответив на вопрос о де Невере, Ференц вынес стулья из салона и поставил их на середину зала. Он не услышал ничего из разговора кузенов за столом, но по сосредоточенному лицу Каринти, делавшему вид, что считает приборы, расставленные на столе, понял, что тема беседы была не только не приятна, но и не подобающа для посторонних ушей. Обладатель же "посторонних ушей" как раз вошел в зал, неся дымящуюся соусницу на огромном серебряном блюде. Ференц перехватил насмешливый взгляд Конде, обращенный на маршала, а затем уловил тихий, но очень явственный выдох кузины. Какая бы собака не пробежала между кузенами, Ференц решил не уделять тому внимания больше, чем это могло его касаться - он полагался на кузину Анн Мари в том, что она сама решит, доверяться ли ему в этом вопросе или решать самой.

Вернувшись в карточный салон, Ференц нашел Франсуазу Скаррон все там же у карточного столика, опиравшейся на спинку стула. Она медленно повернулась к вошедшему и князь заметил блестящую дорожку от влаги на ее щеке. Он что-то упустил, что-то важное и неразрешимое. Этой прекрасной и чуткой женщине требовался ответ, возможно его помощь, а он вместо того витал в облаках!

- Вам нехорошо? - спросил он, подойдя ближе.

- Нет нет, это минутное. Пройдет, - еще тише ответила Скаррон, опасаясь, что слезы в голосе выдадут ее душевное состояние.

- Вы спросили меня о чем-то? Это... о том молодом кавалере, в костюме Валета Червей? - проявил догадливость Ференц, осторожно положив руку поверх ладони Прекрасной Индианке, - Поверьте мне, Ваше воображение обманывает Вас. Вы услышите о нем скорее, чем Вы думаете. И если он не сумеет объяснить свой поступок, то поверьте, в том нет его вины. Ничьей вины нет. Просто, так сложилось... карты так сложились, - попытался пояснить он, видя в глазах женщины еще большее недоумение чем прежде, - Простите, плохой из меня утешитель, - усмехнулся он, не зная, как забрать стул, чтобы не проявить неделикатность.

- О нет, Вы прекрасный человек, сударь. И утешитель, - с горячностью возразила мадам Скаррон, спохватившись из-за того, что сама невесть как поставила молодого кузена герцогини де Монпансье в неловкое положение, - Я понесу свечи. Спасибо.

Смущенный и слегка покрасневший Ференц подхватил стул и понес в зал, следуя за Франсуазой.

5

Отправлено: 15.01.16 23:13. Заголовок: Поставить блюдо с тя..

Поставить блюдо с тяжелой соусницей на стол, не произведя при этом никакого шума и тем более суеты - о, да это, оказалось непосильной задачей для маршала. По счастью рядом оказался светловолосый шевалье из свиты Диониса. Он молча перехватил соусницу под ручки, обжигая руки до покраснения, и переставил ее на подставку на столе. Коротко улыбнувшись в ответ на тихую благодарность, он отошел в сторону, чтобы закончить расстановку кубков из чеканного серебра, каждый из которых был украшен медальоном с выгравированной на нем сценки из античных полу-анекдотических мифов о жизни олимпийских богов.

Дю Плесси обошел вокруг стола и придвинул к себе один из стульев. Он и не заметил, что выбрал место как раз напротив Дианы, тогда как Конде со свойственной ему надменностью занял стул во главе стола, взяв на себя роль хозяина вечера.

- Может начнем уже? Мы же не на званном обеде, в конце-концов, и соблюдение формальностей вовсе не нужно, -
предложил Конде и поманил к себе мадьяра, ожидая что тот, будет прислуживать ему вместо лакея.

- Без формальностей? Что ж, это имеет смысл, - согласился Франсуа-Анри и посмотрел в холодные глаза принца, - В таком случае, не взять ли Вам на себя обязанности радушного хозяина, коль уж Вы заняли место во главе стола. Пожалуй, я бы начал с жаркого... и положите немного паштета.

Он откинулся на спинку стула и скрестил руки, всем своим видом показывая, что ожидал от принца именно того, что тот намеревался вменить в обязанность шевалье. Конде громко хмыкнул в ответ на вопиющую наглость дю Плесси, глухо пробубнив себе под нос что-то о молодых выскочках, все таланты которых сводились к постельным подвигам и охмурению красавиц, близких к королевскому алькову. Будь это сказано им чуть громче и гроза была бы неминуема, но то ли сам Конде так рассчитал, то ли это оказалось случайностью, но в зал вошли Дионис и мадам Скаррон и все внимание было обращено на них.

- Ой... все уже ждут, -
мадам Скаррон быстро избавилась от тяжелого канделябра и подошла к столу, - Позвольте, я возьму на себя роль распорядительницы. Господа, я прошу Вас, садитесь же, - позвала она мадьяр, топтавшихся у буфетного стола в ожидании, когда их князь первым займет свое место за обеденным столом, - Месье... - бархатные глаза Прекрасной Индианки были обращены к Конде, который с любезным оскалом тут же указал ей на жаркое, - Сию же минуту. Немного соуса? И попробуйте этот паштет... его приготовили по особенному рецепту самого месье Вателя.

- Плевать мне на Вателей и всех кулинаров вместе взятых, милочка. Накладывайте все, что есть. Я чертовски голоден и съел бы собственные подметки, если пришлось ждать больше.

- Пожалуй, это было бы лучше, - тихо процедил сквозь зубы дю Плесси, при этом улыбаясь сидевшей напротив него Диане одной из своих фирменных обольстительных улыбок.

6

Отправлено: 18.01.16 02:19. Заголовок: Обилие горячей и сыт..

Обилие горячей и сытной еды всегда действует на мужчин умиротворяюще. Эту нехитрую истину Ее Высочество обнаружила давно, в тот год, о котором она, с одной стороны, вспоминать не любила, а с другой, вспоминала с тайной гордостью в душе. Вот и сейчас, стоило на тарелках появиться душистому паштету и сочным ломтям жаркого под густым соусом, как над столом воцарилась благостная тишина, прерываемая лишь скрипом ножей по фаянсу и звуком жующих челюстей. Крепких мужских челюстей, которые какую-нибудь пару минут назад готовы были сомкнуться на горле друг у друга. Воистину, удачная идея – предложить этим буянам ранний завтрак.

Что бы еще им столь же удачно предложить?

Мадемуазель, не испытывавшая особого аппетита после непонятной и опасной шутки кузена Конде, молча ковыряла мясо, время от времени оглядывая своих неожиданных сотрапезников. Ощущение стойкого дежавю не покидало ее: десять лет назад она вот так же угощала ужином герцогов Бофора и Немура и их дворян, которых Конде прислал в Орлеан под ее начало. Разумеется, сходство было условным, поскольку никто из сидящих за столом едоков не мог соперничать с Бофором и его зятем в тупости и никчемности, но зато накал чувств и взгляды, которыми обменивались два ее кузена с маршалом двора, один в один напоминали вражду между двумя генералами фрондерской армии. Вражда эта закончилась для нас всех плачевно, напомнила себе герцогиня и, принудив себя проглотить кусок паштета, произнесла:

- Господа, нам следует решить, что…

Дверь в залу отворилась, заставив остановиться все челюсти разом. Мужчины за столом, как один, повернулись к двери, причем кое-кто не преминул схватиться за разного рода оружие.

- Рене? – нахмурилась Анна при виде крепко сбитого вояки лет пятидесяти с лишком в потертой и латаной куртке из бычьей кожи, бесформенной фетровой шляпе с петушиным пером и длинном плаще-пальто. И если его добродушное, на первый взгляд лицо, на котором сквозь седую щетину проглядывали не только морщины, но и шрамы, могло бы ввести в заблуждение случайного встречного, то тяжелая шпага-скьявона с плетеной гардой безошибочно выдавала бывшего рейтара, ветерана Тридцатилетней войны. – Где ты пропадал почти всю ночь?

- Так ведь пока тело-то оттащил в подходящее место, пока до городской стражи достучался, да на вопросы всякие отвечал, да еще пару кувшинов вина пропустил с ихним сержантом, чтобы он того, не артачился, - объяснил телохранитель Мадемуазель, снимая шляпу и комкая ее в руках с преувеличенно скромным видом. – Зато теперича к этому особняку следов никаких, ни подозрений нет и быть не случится. Все улажено в лучшем виде, Ваше, кхм…

Рене покосился на двух незнакомцев за столом и замялся, не зная, как обратиться к госпоже при посторонних.

- А мы боялись… то есть, думали, что стража придет сюда, - слабо улыбнулась вдова Скаррон. – Значит, теперь все в порядке?

- Как есть в порядке, сударыня, - заверил ее Рене и попятился обратно к двери с явным намерением улизнуть из слишком благородного общества.

- Вот и славно! – Мадемуазель оглядела сидящих за столом и остановила холодный взгляд на маркизе дю Плесси-Бельере. – Раз мой слуга так вовремя вернулся, вам, милостивый государь, нет никакой надобности утруждаться в качестве эскорта. Рене прекрасно справляется с ролью кучера, да и экипаж у нас тоже есть. Вы можете спокойно вернуться к себе и забыть обо всем, что случилось этой ночью.

Последняя фраза прозвучала скорее как категоричный приказ, чем как предложение.

- И вы, кузен, можете вернуться на постоялый двор и спокойно почить на лаврах,
- добавила Анна в адрес князя Ракоши.

- Гениальная идея. Целиком и полностью поддерживаю ваше решение, дражайшая кузина, - Конде отложил нож, вытер рот салфеткой и с сытым видом откинулся на спинку стула. – Но раз уж все свободны, то и мне некуда спешить. После такого завтрака неплохо бы и поспать, ночь выдалась до безобразия бессонная. Вы ведь не откажете мне в гостеприимстве на несколько часов, мадам?

И он одарил Прекрасную Индианку условным подобием улыбки, как обычно, скорее похожим на волчий оскал.

7

Отправлено: 19.01.16 00:14. Заголовок: Во время еды Ференц ..

Во время еды Ференц то и дело ловил на себе насмешливые взгляды Другого кузена. Причем, как только он поднимал голову, чтобы посмотреть наглецу прямо в глаза, тот бесстрастно отворачивался в сторону мадам Скаррон, делая вид, что отвечал на ее взгляды. Что было на уме у этого человека, хотел ли он просто раззадорить князя, чтобы спровоцировать ссору или в самом деле имел виды на Прекрасную Индианку? Горячее сердце князя конечно же подсказывало именно вторую причину оказываемого мадам Скаррон внимания, но к чему столько театральности и вся эта показная бравада? И чем именно пригрозил ему маршал?

- Господа, нам следует решить, что...

Не сговариваясь между собой, все трое мадьяр тут же подняли головы, оторвавшись от еды. Каринти бесшумно опустил на стол свой стакан и повернулся к князю, чтобы высказать свое мнение относительно ночных поездок за пределы Парижа - конечно же, нет, говорил его взгляд. Ференц вскинул голову, упрямый взор синих глаз был готов испепелить шевалье. Он еще не успел забыть похищение прекрасной итальянки и не простил самонадеянного наглеца, будь он хоть трижды кузен герцогини де Монпансье, хоть четырежды принц!

Но перепалка между мадьярами так и не состоялась так как в зале показался еще один участник ночной трагикомедии без масок. Узнать Рене, закутанного в длинный плащ, и в низко надвинутой на глаза шляпе, было бы трудно, попадись он им на встречу где-нибудь в темном переулке, но реакция Великой Мадемуазель была настолько неоднозначной, что глупо было переспрашивать вошедшего, кто он такой.

- Вот... черт, -
с восхищением в голосе проговорил Ласлов и демонстративно отсалютовал старому вояке стаканом с вином, - Я бы ни за что не догадался бы.

- Ага... выложил бы как есть - мы тут веселились, а у нас кучера под шумок закололи, - проговорил Каринти.

- Тихо вы, - призвал князь к молчанию.

Пока Рене говорил, Ференц смотрел в сторону принца, стараясь уловить хоть малейший признак, выдавший бы его участие в гибели несчастного кучера Дамы Пик. Но тот был сосредоточен на последнем куске жаркого, с завидным аппетитом поглощая еду под скупые подробности, которыми бывший рейтар сопроводил свой рассказ.

Последовавшие сразу же после ухода Рене предложения кузины прозвучали не много не мало как самые настоящие армейские приказы. Еще немного и на столе появится карта с диспозицией войск, подумалось Ференцу, и он впервые за весь вечер вспомнил о боевом прошлом кузины де Монпансье.

- Лучше согласиться, -
прошептал Каринти, тронув князя за рукав.

Этот уговаривающий жест не ускользнул от внимания принца. Тот тут же выразил громкое согласие с идеей кузины. Соглашаться или нет, вопрос стоял вовсе не в том. Едва только вопрос о гостеприимстве сорвался с языка принца, как Ракоши вспыхнул и, если бы не железная рука Ласлова, удержавшего его на месте, он бы вскочил из-за стола.

- Я согласен, - хрипло проговорил князь, отпил вина, чтобы промочить просохшее горло и уже более громко и отчетливо договорил, - Ваш слуга может отправить нашего гостя на тот постоялый двор. Ночи зимой длинные, сударь, Вы еще успеете перехватить пару часов крепкого сна. А мы вернемся к себе. Тогда.

8

Отправлено: 19.01.16 01:30. Заголовок: Однако же, не поспеш..

Однако же, не поспешил ли он с обещанием позабыть обо всем, приключившемся с ними в эту ночь? Франсуа-Анри тихо постукивал по столу кончиками пальцев, слушая рассказ слуги. Его заинтересовали подробности махинаций, предпринятых им для отвода глаз городских гвардейцев, но как расспрашивать чужого слугу, не привлекая к тому ничьего внимания? К тому же, если бы он напрямик спросил этого человека, не видел ли он, как какого-то мужчину уволокли силой в близлежащий тупичок, это выдало бы другого слугу, оказавшегося не в меру зорким. А он пообещал Бастиану не только место у себя на службе, но защиту от длинных рук Конде. Так от кого же еще избавился бывший фрондер, пока бдительный страж королевского спокойствия развлекался на балу?

Он поймал на себе вопросительный взгляд слуги герцогини, но промолчал, сделав вид, что был всецело поглощен последним кусочком нежнейшего паштета из гусиной печени.

Мадам Скаррон выдохнула с облегчением, да и ее высокородная подруга, как видно, была рада не только новостям о миновавшей их необходимости принимать у себя городскую стражу, но и появлению слуги. Как ловко все разрешалось - она была избавлена и от опасного общества кузена, и от не менее опасного для ее инкогнито общества маршала двора, и от хлопот, связанных с горячим нравом ее иноземных гостей. Дю Плесси холодно усмехнулся, уловив нотки торжества в голосе Конде, когда тот с видимой радостью согласился на предложение кузины.

Сузив глаза, маршал посмотрел в сторону мятежного принца, но, прежде чем он успел вставить хоть слово, мадьярский князь выступил со всей присущей ему горячностью. Лицо Конде, только что с хищной улыбкой посылавшего авансы в сторону Прекрасной Индианки, потемнело, но он тут же взял себя в руки и с вызывающей улыбкой плеснул в свой бокал вина и поднял его вверх:

- Пью за здоровье нашей очаровательной хозяйки! - проговорил он, не спуская взор с черных глаз мадам Скаррон, побледневшей от дурного предчувствия новой грозы.

- Я всецело согласен с Вашей Божественностью, -
медленно проговорил Франсуа-Анри, нарочито растягивая слова, чтобы привлечь к себе всеобщее внимание, тогда как друзья мадьярского князя стреляли оскорбленными взглядами в сторону Конде, - Отличная стратегия, право же. Это сделало бы честь любому военачальнику. Не будь Вы Дианой, я первым назвал бы Вас Афиной Палладой, сударыня, - его голос все больше становился похожим на мурлыканье, но чуткое ухо уловило бы в нем и хищное урчание приготовившегося к нападению тигра, - И я рад, что Вы нашли этот план достойным, сударь. Однако, я бы позволю себе отговорить Вас от промедления. Выехать из ночного Парижа достаточно сложно. Но не столь же хлопотно, так как сонным караульным достаточно звонкой монеты на прощание и какой-нибудь безделицы вроде курьерского поручения для причины отъезда. Другое дело с рассветом - смена караула, свежие, выспавшиеся стражники куда как внимательнее вглядываются в бумаги и лица проезжающих. Ах да, бумаги... а есть ли они у Вас? И к тому же, после того как сержант городской гвардии проспится после возлияний во здравие... за кого они там пили, я не ведаю, но, проспавшись, не пошлет ли он дозоры на улицы в поисках убийц? Я бы посоветовал Вам немедленно отправляться в путь, сударь, - синие глаза маршала блеснули холодком, - Прекрасная поговорка - все, что случилось в особняке на улице Турнель, остается на улице Турнель. Ха, теперь я вижу куда больше смысла в этой присказке... пусть так и будет.

9

Отправлено: 20.01.16 01:20. Заголовок: Если Ракоши и Валет ..

Если Ракоши и Валет отнеслись к ее предложению с разной степенью энтузиазма, в одном они оказались трогательно единодушны: желание немедля спровадить Конде куда подальше плескалось в их взглядах бурно и откровенно.

- К чему такая спешка, господа? - сухо осведомилась она. - Ночь уже позади, городские ворота открыты, и как известно, стражу интересуют лишь въезжающие в город, да и то только потому, что с них можно содрать пошлину. И если моему кузену не составило труда выехать из Парижа ночью, днем это ему тем более по плечу.

- Да уж, при всем моем легендарном тщеславии, я отнюдь не претендую на то, что меня способен узнать каждый караульный в Париже, - лениво ухмыльнулся Господин Принц, ковыряя в зубах вилкой. - Увы, мой профиль пока еще не чеканят на монетах.

Он перехватил быстрый взгляд Мадемуазель и ухмыльнулся еще шире:

- И слава богу, вряд ли он украсил бы собой золотые луидоры. Говорят, наше золото и так теряет в цене на биржах Амстердама, а уж с таким профилем луи и вовсе перестал бы пользоваться спросом. Но видите ли, дражайшая кузина, эти господа так жаждут лично убедиться в том, что ноги моей больше нет в Париже, из-за странной уверенности, что, стоит им покинуть этот гостеприимный особняк, как я тут же наброшусь на прелестную хозяйку с пылом изголодавшегося ландскнехта - не так ли, господин Дионис? - а затем немедля помчусь на поиски известной нам особы, дабы выместить на ней горечь троекратного отказа - не так ли, господин Валет?

Небрежно кивнув сначала одному, а потом и второму молодому человеку, принц подмигнул покрасневшей до корней волос вдове Скаррон и церемонно промокнул губы салфеткой.

- Все это было бы оскорбительно, господа, когда бы не было так смешно, - фыркнула Анна, прочитав по лицам князя и Валета, насколько метко были угаданы их мысли. - Кузен, я охотно уступлю вам свою кровать, потому что мне все равно уже не до сна. А мы с мадам Скаррон проводим гостей и займемся чем-нибудь полезным. Кхм... вышиванием. Да, именно. Вышиванием. И не зачем так скалиться, Ваше Высочество, я не сказала ничего смешного.

10

Отправлено: 20.01.16 22:56. Заголовок: "Что случилось в..

"Что случилось в особняке на улице Турнель, остается на улице Турнель," - эти слова маршала кольнули Ференца в глубине души, отозвавшись горьким привкусом потери. Он проглотил подкативший ком и холодно посмотрел в лицо Каринти, по-своему истолковавшего его реакцию.

Герцогиня де Монпансье была холодна с ним как это уже было однажды во время их первой встречи на постоялом дворе у папаши Мекано. Ее сухой тон выдавал задетую гордость за честь семьи вопреки утверждению, что выпады обоих молодых людей были ей смешны. Каринти выстукивал рукоятью столового ножа такт, ударяя им по скатерти всякий раз, чтобы выразить свое согласие с доводами Великой Мадемуазель. Сам князь был вынужден принять правоту кузины, хоть ни минуты не сомневался, что его подозрения относительно намерений Конде были также верны, как то, что через два часа должен был последовать восход.

- Мы отправляемся через минуту, - нехотя проронил князь, посмотрев в голубые глаза кузины.

Он хлопнул ладонями по столу и поднялся. Отвечать кузену герцогини, кем бы он ни был, хоть принцем крови, хоть Сыном Франции, было невозможным, не высказав повторный вызов на дуэль. Но он дал обещание той, чье имя так и не узнал, и это обещание связывало его обязательством не ввязываться в ссору с этим человеком. Что-то подсказывало Ференцу, что забудь он данном слове, его прекрасная незнакомка непременно узнает о том, хорош же он будет в ее глазах при их следующей встрече, если пренебрег единственной просьбой, оставленной ему в залог.

Стараясь не подать и виду, что был глубоко уязвлен выпадами принца и тем, что кузина Анн Мари пожелала принять его сторону, не смотря ни на что, Ференц подошел к ее стулу и поклонился. Стоя спиной к принцу, продолжавшему надменно ухмыляться, князь поднял руку кузины к своим губам и вежливо коснулся кончиков пальцев, пахнувших розовой водой. Тряхнув кудрями, так что непослушные пряди щекотно мазнули по щеке кузины, он улыбнулся ей.

- Благодарю за теплый прием и великолепный ужин, дорогая сестрица. Я буду с нетерпением ждать нашу следующую встречу. Не забывайте Вашего верного кузена, когда бы я не понадобился Вам. Обещайте же мне.

Сидевшая рядом с Монпансье мадам Скаррон скромно опустила глаза, как будто собиралась тот же час приняться за вышивание, но князь не оставил и ее своим вниманием. Он приблизился к ее стулу и, прежде чем, Прекрасная Индианка успела подняться к нему навстречу, чтобы присесть в реверансе, он опередил ее и поклонился первым.

- Мадам, я восхищен Вами и буду польщен, если Вы и впредь не забудете меня и окажете мне честь приглашением.

- Я буду рада видеть Вас... -
мадам Скаррон запнулась, не зная, как лучше обратиться к князю, но неожиданно в сцену прощания вмешался Конде, перебив и без того тихий голос вдовы.

- Так прощайте же, господа! И да будет по словам... нашего вездесущего Валета - что было на улице Турнель, то там и остается. Никакой недоброй памяти, не так ли? -
в том, что должно было прозвучать как просьба позабыть о произошедшем, было столько вызова, что князю потребовалось все его самообладание, чтобы не швырнуть перчатку через весь стол прямо в лицо надменному гордецу.

- Господин Валет, Вы это правильно заметили. Я постараюсь не забыть эту истину, - проговорил Ференц, выдержав насмешливый взгляд хищных глаз принца и кивком головы поклонился ему и Валету Пик, - Честь имею, господа.

Выйдя прочь из салона, он резкими движениями выхватил из рук Ласлова шапку и перчатки, позволил Каринти накинуть себе на плечи плащ с меховым воротником и застегнуть пряжку под горлом.
Не оборачиваться. Не смотреть. И все-таки, глядя на себя в темном отражении в зеркале, он разглядел лестницу, уводившую наверх. Те самые ступеньки, по которым Прекрасная Итальянка увлекла его в комнату Нинон де Ланкло.

- Что случилось в особняке на улице Турнель, остается на улице Турнель, -
прошептал князь и направился к выходу во двор.

- Что? -
переспросил Ласлов, лихо заломив шапку набекрень, - А что собственно случилось? Ну, покрали девицу, так вернули же. Э, да будет Вам, князь! Едемте к папаше, я знаю, что ему на днях отличное вино прислали с бургундских виноградников. Уж помяните мое слово, я сумею надавить на него так, что у нас к завтраку и вино лучшее будет, и самый лакомый кусочек от жаркого.

- Лошади готовы, - прервал веселые разглагольствования друга Каринти и через минуту все трое были уже в седлах, на пути к воротам особняка.

11

Отправлено: 21.01.16 02:10. Заголовок: Следовало отдать дол..

Следовало отдать должное герцогине, она не только проявила зачатки недурственного стратега, но в добавок к тому обладала завидным здравомыслием. Не будь ее за столом, они вцепились бы друг другу в глотки после первых же любезностей. Все угрозы и яростные выпады, готовые сорваться с языков, тонули под ледяным спокойствием, плескавшимся в ее голубых глазах. Трудно было поверить, что она была дочерью своего отца, всю свою сознательную жизнь бросавшего один заговор против королевской власти ради того, чтобы тут же кинуться с головой в другой, еще более безумный и абсурдный.

А ведь она была кузиной короля... Пока мадьярский князь выказывал знаки почтения и почти мальчишеской верности Великой Мадемуазель, Франсуа-Анри наблюдал за Ее Светлостью со своего места, отмечая определенное сховдство в чертах лица последней с ее царственным кузеном. Тонкий почти орлиный нос, видимо, унаследованный обоими от их великого деда Генриха Четвертого, слегка оттопыренная нижняя губа... странно, а ведь поговаривали, что Людовик унаследовал ее матери, инфанты из рода Габсбургов, тогда откуда же такое сходство? Или ему это только показалось?

Он опустил голову, рассеянно глядя на узор, выписанный на фарфоровой тарелке, стоявшей перед ним, когда вновь раздался насмешливый вызывающий голос Конде.

- Так прощайте же, господа! И да будет по словам... нашего вездесущего Валета - что было на улице Турнель, то там и остается. Никакой недоброй памяти, не так ли?


Не рано ли он торжествовал? Дю Плесси поднял голову, стараясь стряхнуть с себя сон, навеянный сытным ужином и добрым вином, и бросил острый взгляд в сторону принца. Он был уверен, что Конде примет всерьез его угрозу представить королю доказательство его пребывания в Париже, но, судя по всему, принцу было глубоко наплевать на это обстоятельство. Равно как и на то, что дю Плесси обезоружил его в коротком поединке на пустыре. Заносчивость на грани безрассудства, интересно, он выигрывал все свои сражения только благодаря этим двум качествам, или за всем этим фанфаронством скрывался тонкий расчет и умение угадывать шаги противника?

Мадьяры удалились и дю Плесси невольно сделался центром всеобщего внимания, оставаясь за столом. Он промокнул губы тонкой салфеткой и аккуратно сложил ее вчетверо, прежде чем отодвинуться от стола. Настаивать на немедленном отъезде Конде было бессмысленно - не станет же он в открытую приказывать принцу крови в присутствии кузины короля? Сила убеждения была на стороне герцогини и с этим приходилось мириться. К тому же, у маршала возник свой план относительно того, как использовать промедление Конде, усыпив его бдительность. Пусть думает, что молодой маршал, выбившийся в высокие чины благодаря невесть какой храбрости и умению очаровывать, не видит в нем большей опасности, нежели угроза спокойствию безвестной итальянской певички.

- Мы изрядно задержали вас, сударыни, - с мягкой улыбкой проговорил Франсуа-Анри и обошел вокруг стола, чтобы принести личные знаки уважения каждой из дам.

Сначала он подошел к герцогине и склонился к ее руке, намеренно не замечая насмешливый взгляд голубых глаз. Ее рука оказалась твердой и гладкой, несколько более тяжелой, чем обычная женская рука. Ощутив ее холодное прикосновение, маршал тут же выпустил ее из своих рук.

- Это был незабываемый вечер, Ваша Божественность, -
проговорил он, сохраняя улыбку в уголках губ.

Расточать шарм и воистину непревзойденное очарование перед Прекрасной Индианкой было куда проще - огромные бархатные глаза смотрели на него с улыбкой и вежливым благоволением. Франсуа-Анри поцеловал ее руку и склонился в поклоне, несколько ниже, чем требовалось.

- Благодарю Вас за приглашение на маскарадный бал, дорогая мадам. Этот вечер принес мне доказательства того, что я все еще являюсь любимцем Фортуны, а это много стоит. Я надеюсь, мне будет позволено навестить Вас после Святых празднеств, мадам? Мне интересно узнать новости о нашей общей знакомой, - с намеком на личное знакомство с мадемуазель де Ланкло, сказал он, прищурив синие глаза.

С другого конца стола донеслось нетерпеливое хмыканье, но маршал не обратил внимания на откровенные попытки Конде свести к минимуму церемонию прощаний. Он отвесил еще один поклон обеим дамам, до конца сыграв свою роль Валета Пик - короля Ренессанса и образца галантности.

- Милые дамы, оставляю Вашим заботам этот гостеприимный дом. И Вашего гостя. Месье, я надеюсь, что мне не доведется более встретить Вас... вопреки приказам Его Величества, - произнес он перед уходом, - Прощайте же.

- Щеголь... как же, не придется, - язвительным тоном ответил ему Конде, ковырнув вилкой не начатый пирог, красовавшийся перед ним, - Иначе для одного из нас это будет последняя встреча.

А вот это вряд ли, - подумал про себя дю Плесси, уверенный в том, что при следующей встрече никакие обстоятельства не помешают ему арестовать принца-мятежника и предателя короны и предъявить его правосудию Его Величества.

Выйдя из зала, он быстро отыскал свой берет и перчатки, перекинул через руку короткий плащ с пиковыми наконечниками и вышел на крыльцо, занесенное снегом настолько, что его туфли в одно мгновение утонули в мокрой снежной кашице. Микеле подкатил карету как только мог ближе к крыльцу и маршал залез внутрь, трясясь от холода.

- К дому, синьор марчезе? - спросил флорентиец, дважды стегнув бичом по бокам лошадей.

- Да! Теперь только к дому, - ответил дю Плесси и погрузился в раздумья, как осуществить задуманный им план слежки за Конде так, чтобы тот не заметил ни единого намека на незримое присутствие длинной руки "вездесущего Валета Пик". Пока Конде оставался в Париже, он был опасен, и не только для отвергнувшей его домогательства итальянской певицы, но и для короля, а значит, маршалу предстояло неусыпно следить за всеми его передвижениями в пределах королевской столицы.

12

Отправлено: 30.01.16 00:40. Заголовок: Когда и за Валетом П..

Когда и за Валетом Пик закрылась дверь, в полутемной зале воцарилось неловкое молчание. Мадемуазель изучала скатерть, Конде, отложив вилку, барабанил пальцами по столу. Невольно заглядевшись на эти длинные, холеные пальцы, герцогиня поймала себя на мысли о том, как несправедливо распределились щедроты неба в семействе Конде. Старшей дочери досталось все – и ум, и красота лица и тела. Среднему сыну – фигура Марса и лицо сатира с крючковатым носом, ужасным подбородком и еще более ужасным ртом, в котором не помещались слишком большие и кривые зубы. А младшему сыну природа, наоборот, надела голову Адониса на тело Вулкана, искривленное, горбатое и хромое.

- Перестаньте на меня глазеть с таким отвращением, дражайшая кузина – я и без вас знаю, что не красавец, - грубо оборвал мысли Анны предмет ее наблюдений. – Мадам Скаррон, я искренне прошу у вас прощения, что дерзнул сесть за стол без маски и тем самым лишил вас аппетита.

Вдова вспыхнула, резко поднялась и схватила почти полную тарелку.

- Прошу прощения, я просто не успела проголодаться, Ваше Высочество, - пробормотала она. – С вашего позволения, я пойду распоряжусь на кухне.

Она не стала уточнять, чем именно.

- Ступайте, мадам, разумеется, ступайте! - оживилась Мадемуазель. Наконец-то они останутся вдвоем.

- Чувствую, вам не терпится прочитать мне нотацию о поведении, приличествующем истинным Бурбонам, кузина. Я угадал? – принц поднялся из-за стола. – К сожалению, я не настроен каяться. Так что оставьте эту неблагодарную идею.

- Нет, стойте, я хотела спросить вас о совсем другом, кузен! – Мадемуазель тоже вскочила, видя, что добыча вот-вот ускользнет от нее. – Это ваше «пока» не дает мне покоя. Скажите, скажите же, что это была всего лишь одна из ваших шуточек, Луи!

Возможно, он и ответил бы, но за дверью послышались громкие голоса, среди которых явственно выделялся бас Рене.

- Что за черт! – прошептала Мадемуазель. – Неужто все таки полиция или городская стража? Кузен, вам лучше…

Дверь приоткрылась, и в щель просунулась седая голова ее телохранителя.

- Ваше Высочество, тут люди какие-то настойчиво видеть вас желают. Клянутся, что они из свиты монсеньора, и что случилось неладное…

- Мои люди? Ха! Пустите-ка! – Конде распахнул обе двери и шагнул в вестибюль, где нервно переминались, гремя шпорами, человек десять, вооруженные до зубов и заляпанные грязью с ног до головы.

- Рувиньи, Сен-Фелис, Дюпре! Что вы тут делаете, канальи? – гаркнул принц так, что хрустальные подвески на бронзовой люстре тоненько зазвенели.

- Ваше… Ваше Высочество, вы здесь! Вы живы!– на разные голоса зашумели рейтары принца. – Слава небесам!

- Мы кинулись за вами следом, монсеньор, как только сумели переседлать лошадей. Эти мерзавцы, что увезли вас, все подпруги перерезали. Но в городе мы потеряли след! – начал один, но его тут же отпихнул другой вояка.

- Вот мы тогда и решили ехать прямиком сюда и упредить госпожу герцогиню, что ее гости вас похитили. Кто-то же должен был их знать. Ну а уж мы тогда б не сплоховали.

- Великолепный план. Кто его придумал? Ты, Рувиньи? – Конде ткнул пальцем в грудь высокого брюнета с черной бородкой клинышком, и тот кивнул, напыжившись от гордости. – Так я и знал. Хвалю, хвалю. А теперь проваливайте все отсюда и ждите меня там, где вам было велено.

- Все? Но…

- Это приказ, - сухо оборвал протесты принц.

Поколебавшись, отряд нехотя развернулся и направился к дверям, но когда они уже надевали шляпы у порога, Мадемуазель, вернувшаяся было в зал, вновь услышала голос Конде.

- Рувиньи?

- Да, монсеньор?

- До меня донесся слух, что ты оставил после себя мертвое тело на конюшне мадемуазель де Ланкло.

- Ну… это… я подумал, что будет проще, если я займу место кучера, - лицо брюнета побледнело и утратило самодовольный вид. – И чтобы грязный итальяшка не поднял тревогу раньше времени…

- Согласен, лучший итальянец – мертвый итальянец, - ухмыльнулся принц и, посуровев, добавил: - Но это дом мадемуазель де Ланкло, скотина! Мне следовало бы сдать тебя городской страже за убийство, но…

Рувиньи отер ладонью мокрый лоб и робко улыбнулся хозяину.

- Сен-Фелис, отбери шпагу у этого умника, свяжи и брось в карету, в которой везли женщину. Эта колымага мне не понадобится. Один из вас вполне справится с ролью кучера, а лошадей возьмете в поводу.

- Ваше Высочество, умоляю… - Рувиньи кинулся было к принцу, но ему тут же выкрутили руки и оттащили обратно к двери.

- Спросите веревку на конюшне и повесьте его на первом попавшемся дубе за стенами Парижа. Я, кажется, видел лесок по дороге к трактиру. Вот там и повесьте. Мне будет приятно взглянуть на торжество правосудия на обратном пути.

- Ваше… - взвизгнул арестант, но его тут же вытащили во двор. Последний из рейтар, взмахнув шляпой, поклонился Луи де Бурбону и его двоюродной сестре и бесшумно прикрыл за собой дверь.

- Бедняга Рувиньи. Вот что значит - не повезло с моментом выхода на сцену, причем смертельно. Полагаю, прибудь ваши люди на четверть часа раньше, пока здесь был Плесси-Бельер, вы не были бы так строги, кузен? – скорее констатировала, чем поинтересовалась герцогиня.

- Как хорошо вы меня понимаете, бесценная кузина! Как никто другой! – Конде с шутливым поклоном припал к ее руке. – Ну все, а теперь – только отдых и безмятежный сон.

С этими словами он, однако, вместо того, чтобы подняться вверх по лестнице, направился в темный коридор первого этажа.

- Куда вы? – окликнула его Анна, недоумевая.

- Монсеньор, та спальня занята! – охнула вдова Скаррон, появившаяся из кухни.

- Ах да, там же уложили Валета Червей, который перебрал вина! Но зачем… кузен, вы обещали все забыть!

Мадемуазель хотела было кинуться следом, чтобы помешать принцу наделать еще каких-нибудь глупостей, но мадам Скаррон выбрала именно этот момент для того, чтобы картинно рухнуть в обморок.

- Ах ты черт! Рене, воды! Нюхательную соль! Нет, лучше перо подожги! – герцогиня опустилась на колени рядом с бесчувственным телом и пару раз неделикатно шлепнула вдову по щекам. Та застонала, но глаз не открыла все равно, притворщица.

- Канальи, мерзавцы, кретины! – послышалось из темного коридора.

Анна отвлеклась от оказания первой помощи и подняла голову навстречу кузену, выскочившему на свет с белым от ярости, перекошенным лицом.

- Что? Что там еще? – устало спросила она, готовая уже к любой катастрофе.

- Не он! Эта пьяная морда, что дрыхнет там, - Конде ткнул в сторону коридора, - не он! Это не Невер, это какой-то смазливый хлыщ! Ваши хваленые мадьяры обвели вас вокруг пальца, моя дорогая. Я был глупцом, когда позволил вам посвятить их в это дело! Надежные, как сталь! Настоящие друзья! Черта с два! Эти побирушки прибыли в Париж за золотом Мазарини и армией кузена Людовика, и куплены с потрохами, слышите! Все из-за вас, черт бы вас побрал!

Не обращая внимания на слезы, навернувшиеся на глаза Мадемуазель после такого обвинения, он взбежал по лестнице на второй этаж, но на площадке обернулся с недоброй ухмылкой. (С другой стороны, когда его ухмылка бывала доброй?)

- Вы спрашивали меня про «пока», Анн-Мари? Обещаю, мы вернемся к этой теме, когда я получу обещанные мне бумаги. У меня еще остались настоящие сторонники в Париже, как это ни странно. Доброго вам утра!

И исчез, оставив обеих женщин на полу.

- Какой ужасный день. Точнее, ночь, - прошептала вдова Скаррон, когда наверху хлопнула дверь, видимо, в спальню Нинон.

- Да уж, маскарад удался на диво, - Мадемуазель покачала головой и вздохнула. – Но кто мог знать, что затея окажется настолько плоха. Кто мог знать!

FIN


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Вневременные Хроники или Летопись Золотого Века » Маскарад на улице Турнель (продолжение)