Le Roi Soleil - Король-Солнце

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Вневременные Хроники или Летопись Золотого Века » Что написано пером... Февраль 1661


Что написано пером... Февраль 1661

Сообщений 101 страница 115 из 115

1

Отправлено: 18.05.10 15:12. Заголовок: Что написано пером... Февраль 1661

"Что написано пером..."
Время: Февраль 1661 года, вечер
Место действия: Париж
Действующие лица: Ее Высочество герцогиня Анна-Мария-Луиза де Монпансье, Его Высочество крон-принц Ференц Ракоши, папаша Мекано, Слепец Тэо и другие

Великая Мадемуазель пишет:

- Человек, рекомендовавший "Боевого петуха" как самое надежное место в Париже, был либо глупцом, либо предателем, - она откинула постылую вуаль и смерила бродягу оценивающим взглядом.
- Так какого же обещания ждет от меня Париж в обмен на свою забывчивость?


http://img-fotki.yandex.ru/get/4133/56879152.171/0_c551f_e018994d_orig
Таинственные приключения Великой Мадемуазель и князя Ракоши благополучно завершились только на рассвете...
Ференц Ракоши пишет:

- Приехали! - раздался голос Рене и стук колес смолк, уступив звуку отпираемых ворот внутреннего двора особняка.


http://img-fotki.yandex.ru/get/9309/56879152.26d/0_dcc6d_5ebc76a7_orig

101

Отправлено: 27.02.13 12:49. Заголовок: - Так значит, Мекано..

- Так значит, Мекано к покраже отношения не имеет? Это радует, а то я уже было решила, что люди, направившие меня в его трактир, более доверия не заслуживают, - заметила герцогиня вслух. Мысленно же утвердилась еще более в своем намерении искать убежища под кровом Нинон, дабы не стать случайной жертвой еще одной разборки между враждующими бандами Парижа. В конце концов, за кошелем всегда можно было послать Рене, который уж отыскал бы способ вернуть не заработанные трактирщиком монеты.

А вот фраза, оброненная нищим в адрес Сент-Амана, радовала куда меньше. Мысль о том, что француз, да к тому же аристократ старинного рода, мог пособничать турецким нехристям в охоте на кузена Ракоши, была более чем неприятна. Нет, Анна давно перестала удивляться тому, что благородное сословие оказалось способным торговать своею шпагой за золото, причем не всегда французское: за годы Фронды и после нее она насмотрелась на всякое, включая переход победителя при Рокруа на службу Испании, немало остудивший ее романтическую привязанность к Конде, но турки? Разве не делом всей христианской Европы была борьба с османским злом, отвоевывающим у католиков и протестантов все новые и новые земли, над которыми теперь вместо креста реяло знамя с полумесяцем? Горькие слова подступали к губам, но осуждать свое сословие перед слепцом герцогиня не желала, и потому молча дослушала его предложение, прерванное жесточайшим приступом кашля.

- Дайте-ка, я посвечу Вам, сударь, - взяв лампаду, она подошла поближе к Ракоши, который силился разглядеть на полке нужную склянку. - Что же до твоей просьбы, старик, то я бы с радостью замолвила слово за парижскую бедноту, если обвинения против нее и впрямь ложны. Но, во-первых, мне самой лучше не попадаться на глаза людям короля, а во-вторых, такое заявление потребно подтвердить. Особенно если в убийствах и впрямь виновны люди благородной крови. Подобными обвинениями не бросаются голословно. Известно ли тебе, кто за злодеяниями стоит, или ты судишь лишь исходя из веры в своих людей?

102

Отправлено: 27.02.13 22:37. Заголовок: - Ну, довольны? Фер..

- Ну, довольны?

Ференц только хмыкнул в ответ, он привык к запанибратскому обращению со стороны дворян из собственной свиты, с которыми сблизился за время странствий по европейским дворам, но рядом с ним стояла кузина короля и принцесса крови.

- Так ты говоришь, что Мекано не при делах? - прищурив глаза, спросил князь, решая про себя, верить ли словам слепого главаря нищих, - А что твой мальчишка забыл у особняка де Сент-Амана? Ты если уж говоришь, то договаривай, - хотел было пригрозить Ференц, но слепой не слушал его, продолжая свою речь, пока хриплый кашель не перебил его, сам же князь, пораженный услышанным, не сразу понял, о чем его попросил слепой.

- А что искать то? - переспросил он, не сообразив, отчего слепому понадобилась склянка, - А что эта банда Деревянного зада, или как ты его назвал, это они пытались выкрасть письма из особняка Кольбера. Кто им платит? Сам де Сент-Аман или кто другой?

Его уже не интересовали пропавшие девицы и дети и то, что за все преступления полиция предпочитала наказать тех, кто был ближе всех к руке закона, нищих обиталей парижских дворов чудес. Но герцогиня повернула разговор в это русло и по-видимому не только из праздного интереса.
Слово. Да, ведь и посланец этого слепого говорил о том же - они желали получить взамен за украденные письма слово чести от самой герцогини и от князя, и теперь становилось ясно, зачем была нужна эта странная плата.

- Ты просчитался, слепой, - насмешливо ответил Ференц, нашаривая на полке пыльную склянку с жидкостью, - Вот эта? Держи... погодь, я откупорю... - он вынул струганную деревяшку, заткнутую в горлышко склянки вместо пробки и поморщился от запаха снадобья, - Гадость какая.. держи свое зелье, старик. Так вот слушай, зря ты отказываешься от обычной платы. Я хоть и не могу много золота тебе отсыпать, но все же монета в руке она вернее будет, чем обещание помочь от скитальца вроде меня. Думаешь, к моему слову хоть кто-нибудь прислушается?

103

Отправлено: 28.02.13 21:58. Заголовок: - Вы очень любезны, ..

- Вы очень любезны, мадам, - откашливаясь прохрипел Слепец, как будто бы не молодой князь, а сама Великая Мадемуазель подала ему склянку с настоем от мучавшего его кашля, - Все бы ничего, до весны недолго осталось дожить то, да эти снегопады, будь они не ладны... сиднем сидеть под снежком да на каменных ступенях... куда мне старому...

Высосав все содержимое склянки, он с сомнением потряс ей перед ухом, проверяя, не осталось ли чего, и убедившись в полной никчемности пустой склянки, швырнул ее в сторону.

- Я о Ваших делах знаю, мадам. Может не так верно, как в канцелярии у кардинала, ну да и мои воробьи стараются не хуже агентов Его Преосвященства, Вы уж поверьте старику. Нынче веры то Вам нет, то правда. Но этому недолго быть. А я Вам не просто так говорю тут о правде да кривде. Что мне с того, что я знаю, каких людей у себя принимает этот де Сент-Аман, ни беды, ни выгоды. А вот Вам это сгодится. И ежели Вы словом своим потом уж направите людишек префекта по верному следу, то уж нам будет платой. Поверьте. Дошли до меня слухи, что этот Ла Рейни собрался ни много ни мало, а все дворы чудес в Париже разорить. Кто нам тогда защитой будет? А никто.

Он покряхтел, распрямляя плечи, затекшие от долгого пребывания в сгорбленном положении.

- Нелегко оно человеку то с моим ростом, горбуна немощного изображать из себя. Да вот пока изображал, так и стал таким... теперь то и выпрямиться как следует не могу, - проворчал он, обращаясь в темноту перед собой, потом поворотил лицо в сторону, откуда чутким носом своим слышал ароматы парфюма герцогини и натянул капюшон до самых глаз, - Имена я Вам покуда не скажу, окромя этого графа де Сент-Амана. Турок, что остановился у него, вроде как простой путешественник, мои мальчишки не видали, чтоб он к королевскому дворцу направлялся хоть раз. Да и кроме особняка де Сент-Амана и своей квартиры на Вожирар он никуда больше не ходок. А еще другие басурмане там отмечались... но те не из простых. На каретах блямбы ихние... гербы что ли. И конными с ними ездят стражники, в чалмах да в перьях что петухи на ярмарке. Такими мне их описывали. Так вот эти то и посылали своих людей в к Деревянному заду, - Слепой повернулся вокруг себя, пытаясь определить, где находился князь, - Этих я бы опасался. Ну да, время нам тоже не в друзьях. Вам бы ехать уже, чтобы стража вас второй раз не застала на площади. Они то долго за моими воробушками бегать не будут.

104

Отправлено: 03.03.13 20:04. Заголовок: Слепец был прав, чем..

Слепец был прав, чем дольше они с кузеном оставались в ризнице, тем выше был риск возвращения ночного караула, которому наверняка захочется узнать, убралась ли с площади перед церковью подозрительная карета.

- Что же, старик, ты и вправду не возьмешь у нас ни монеты за услугу, которую нам оказал? - брови Ее Высочества удивленно взлетели вверх. - Я буду помнить о твоей щедрости, обещаю. И посмотрю, какие ниточки можно дернуть, чтобы достучаться до Ла Рейни и обратить его внимание в сторону поиска истинных виновников. Но это потребует времени, потому что мне придется либо выждать удобного момента, либо пробовать действовать через друзей, которых у меня в Париже не так уж много. Что же до планов префекта разорить воровские гнезда, то тут защиты от меня не жди, старик. Но если твои воробушки вдруг окажутся без крова или захотят сменить свое опасное ремесло на спокойную, но честную жизнь, у меня всегда найдется для них место. Пусть только отыщут меня да передадут, что принесли свечи из ризницы Сен-Жерве.

Она нагнулась, чтобы поставить лампаду на место, и взгляд ее упал на оловянную кружку для сбора милостыни, мятую и, должно быть, дырявую. Кошель ее остался в "Боевом петухе", но ведь были же еще кольца. Стоя спиной к мужчинам, Анна стянула перчатку с левой руки и сняла с пальца перстень с небольшим изумрудом в обрамлении мелких жемчужин. Он чуть слышно звякнул о дно кружки, и герцогиня с довольной усмешкой натянула перчатку обратно и повернулась к Ракоши.

- Идемте, кузен, нехорошо подвергать наших людей опасности. Бог даст, мы успеем улизнуть с площади незамеченными. А не даст...  - она философски пожала плечами, готовая ко всему теперь, когда заветное письмо было надежно спрятано у нее на груди.

105

Отправлено: 04.03.13 02:09. Заголовок: И снова этот де Сент..

И снова этот де Сент-Аман... имя графа уже было на слуху у Ференца, князь слышал о бывшем посланнике французской короны в Персии еще в при дворе в Аугсбурге. Но что могло связывать де Сент-Амана с темными делами, происходившими в Париже? Или правда то, что граф вывез из своих дипломатических поездок на Восток не только ценную коллекцию редкостей, но и связи с султанским двором? Турки... возможно ли, что они уже успели протянуть свои руки и до парижской черни? Особняк на улице Вожирар... следовало держать ухо востро, слепой и впрямь был не так прост, как казалось, он знал о передвижениях турецкого эмиссара и наверняка и тех, с кем он встречался и вел дела в Париже.

- Особняк на улице Вожирар? Но который? Какой именно? Ах да, время... Проклятие, время и впрямь позднее, - князь спохватился о том, что оставленная ими карета снова могла привлечь нежелательное к себе внимание, а это было бы весьма прискорбным исходом для них, - Старик, коли ты плату не берешь, то сочтемся как пожелаешь. Но учти, ничего против чести я делать не стану.

Умно ли было указывать старику на возможную нелицеприятность платы, которую он мог запросить у него, Ференц не стал задумываться. Только на душе повис мертвым грузом камень неудовлетворенности - ему нужно было столько еще спросить у слепца, знавшего Париж как свои пять пальцев и имевшего свою сеть соглядатаев и информаторов по всем дворам и закоулкам.

- Да, идемте, мадам, - машинально ответил он кузине и подал руку, чтобы вывести по темному коридору к выходу, - Я вернусь сюда еще, - сказал он слепому, обернувшись, прежде чем выйти из ризницы, - Я долги не забываю.

На площади было тихо и снежно. Снег валил из черноты ночного неба и устилал мостовую и ступеньки церкви белым ковром, скрывая недавние следы парижской городской стражи и полосы колеи, оставленной каретными колесами. Возле кареты никого не было, Рене подремывал на козлах, а все трое мадьяр, сопровождавших князя, боролись со сном и холодом внутри кареты.

- Эй! Хорош спать! Едем! - крикнул Ференц, похлопав по стенке кареты, - Ласлов, на козлы!

- А что я снова? - засопел Ласлов, потягивая занемевшие руки.

- Дорогу чтобы запомнить, - пояснил князь, распахивая дверцу перед лицом невыспатого шевалье, - Мы еще вернемся сюда... потолковать со слепым.

- А ну.. ежели так, - свежий порыв метели вместе со снежком взбодрил мадьяра, мигом заставив позабыть о вопросах и лишних препираниях - чем скорее они уедут с площади, тем скорее будут в тепле, в папашиной ли комнатушке на втором этаже или в гостеприимном особняке, оно то конечно дело ясное, Ласлову куда приятнее улыбалась перспектива погостить в особняке, где им повстречалась скромная хозяйка с большими задумчивыми глазами.

- Прошу Вас, мадам, - князь галантно поклонился кузине и откинул лесенку, - Куда прикажете? - спросил он, с опаской оглядываясь на соседние улицы, не послышится ли шум приближения городской стражи. Только бы не появились в последний момент... при всей находчивости и безрассудной смелости их спутников, такая встреча была бы слишком рискованной. К тому же, как дворянин и как будущий король он не мог допустить, чтобы в его присутствии допрашивали или обвиняли даму, тем более его кузину. Ему придется вступить в бой и это будет вопрос не разумного выбора, а дела чести.

106

Отправлено: 04.03.13 21:22. Заголовок: - Дай то бог, чтобы ..

- Дай то бог, чтобы моим воробушкам не пришлось искать кормушки для себя... но ежели чего, - слепой набожно перекрестился, угадывая чутьем легкий дымок вившийся от лампадки, - Даст бог, и Вам и Вашему спутнику удастся вернуться туда, откуда Вас вывела нелегкая в эту ночь. Коли решите наведаться под крылышко петуха к Мекано, так передайте, что слепой из Сен-Жерве передает ему, что масла в лампадку подлить надо к святой пятнице. Он поймет, что делать... - Тэо моргнул слепым глазом и на тонких губах его появилось подобие улыбки, - Могу поспорить на мою клюку, что папаша уже успел приберечь Ваши денежки и за нынешнюю ночь и за недельку другую вперед. Это так на него похоже... был наймитом с Большой дороги им и остался... ну да с Вас ему нечего спрашивать. Скажите ему про масло в лампадке и пусть хоть на все сент-антуанское предместье раскудахтается, а денег с честных людей не удерживает. Так Тэо сказал.

С этими словами Тэо вышел на площадь следом за герцогиней и князем, кашляя на ходу так, что можно было перебудить два квартала вокруг.

- В добрый путь, сударыня! - прокаркал он на последок сквозь новый приступ кашля, - И Вы, сударь, не поминайте лихом! Обо всем, что Вам потребно будет расспросите папашу... а ежели заминаться будет, так напомните ему... о святой пятнице, про масло то намекните. Пусть знает, с кого мзду брать, а кому ответы давать. Ну да храни вас бог и святой Гервасий... с богом что ли.

Старик оперся на клюку и свистнул, коротко и пронзительно. Его мальчишка поводырь, сидевший взаперти в карете вместе с людьми князя, заслышав свист юркнул в дверцу кареты и стемглав промчался черной тенью к потайной двери в ризницу. Ночной снег быстро замел и его следы и две цепочки следов, оставленных герцогиней и князем... и кто скажет, что был кто-то на площади у церкви Святого Жерве...

107

Отправлено: 06.03.13 20:13. Заголовок: Маленькая тень, мель..

Маленькая тень, мелькнувшая чуть ли не под самой юбкой, когда кузен галантно распахнул для Анны дверь, едва не сбила ее с ног и тут же растворилась в парижской тьме, которую почти не рассеивал свежевыпавший снег.

- Фу, постреленок! - беззлобно чертыхнулась герцогиня, спеша укрыться от февральского ветра в карете, где спертый воздух был едва ли теплее, чем снаружи. - В особняк Нинон, Рене!

Она с трудом разместилась в углу сидения, подобрав плащ и юбку, чтобы Ракоши хватило места рядом.

- Вы ведь не собираетесь заночевать в "Боевом петухе", господа? Я испросила у мадам Скаррон гостеприимства на нас всех, так что вам нет нужды возвращаться в сей милый и уютный трактирчик, - последние слова были произнесены с достаточной долей сарказма. - Опять же, скоро четыре, а в пять Париж начнет просыпаться, и сон ваш рискует оказаться кратким, тогда как в отеле де л'Анкло у всех нас есть шанс спокойно выспаться, благо окна спален выходят во внутренний двор, да и особым многолюдьем улица Турнель никогда не отличалась. Позвольте же мне вас уговорить.

Анна просительно коснулась рукава Ракоши, понимая, что лишь его слово имеет в этом деле вес.

- Но если вы все ж намерены воротиться к Мекано, то возьмите мою карету, господа. Ночной Париж - дурное место для прогулок, и еще вопрос, что хуже: встретиться на улице с одной из парижских шаек или же с городскою стражей. И то, и другое в равной мере опасно и для кошелька, и для жизни.

108

Отправлено: 07.03.13 01:09. Заголовок: Масло, пятница и свя..

Масло, пятница и святой Гервасий... эта и тому подобная чепуха прочно засели в голове Ференца. Поеживаясь от крепчавшего к утру мороза, он устроился в карете рядом с кузиной, все еще обдумывая и складывая в уме, что могло значить странное напутствие слепого вожака нищих и парижской детворы. Стаи воробьев, храбро отстаивавших крохи хлеба у важных голубей на ступеньках соборов и фланировавших над набережной чаек, теперь навсегда будут ассоциироваться с мальчишками-воробушками, поводырями и соглядатаями слепого Тэо... кажется, так он называл себя... а папаша с уважением и даже страхом звал его слепым. Может быть это была его кличка или даже какое-то воровское обзначение положения вроде барона или князя у дворян?

Карета тронулась и медлено раскачиваясь поехала назад к особняку на улице Турнель. Ференц благодарно посмотрел в глаза кузины, щедро предложившей гостеприимство особняка ее подруги ему и его товарищам. Как хотелось ему не отказаться от такого заманчивого и во всех отношениях лучшего предложения провести хотя бы остаток ночи в тепле и уюте, не говоря уже о славном ужине, который вполне сошел бы и за ранний завтрак...

- Я не могу позволить Вам уговаривать меня, мадам. Это я должен просить Вас о милости и гостеприимстве. Моей первой мыслью было отринуть всякую мысль об отдыхе, покуда мы не разобрались с этим мошенником Мекано... да и письмо, которое осталось у нас... его необходимо вернуть. Только Мекано знает, кому он может передать его так, чтобы на нас не пало ни малейшего подозрения в причастности к его исчезновению. Если наши письма были вскрыты и прочтены, мы узнаем об этом уже завтра к вечеру... если не скорее. Но есть шанс, один на целый миллион, что Кольбера отвлекли, когда он только вскрыл письма... видите, он ведь вскрыл их топорно, не трудясь остаться незамеченным. А значит, он не знал, от кого они и кому адресованы. Он не боялся, что его поймают с поличным. И не намеревался возвращать эти письма. Это только мои догадки... но мы будем в выигрыше, если оригинал этого письма сохранится у нас, тогда как он или связанная с ним дама, думает, что получили свою корреспонденцию из рук Мекано не вскрытой. Может быть со временем это письмо послужит нам лучше чем целое состояние.

На поворотах карету сильно раскачивало, а когда они проезжали по мосту, то поднявшийся ветер заставил рессоры жалобно заскрипеть. Ференц с улыбкой подумал о том, что случилось как раз в следующую секунду - карету так раскачало, что герцогиня по инерции упала на его плечо и оказалась бы в его объятиях, если бы он только захотел того. Но напротив них сидели Каринти и Шерегий, хоть и делавшие вид, что дремали, на самом же деле, исподволь следившие за каждым движением князя и его кузины.
А жаль, подумалось Ференцу... но он тут же отринул все легкомысленные и фривольные мысли, напомнив себе, что хоть герцогиня и являлась ему дальней кузиной, прежде всего она была кузиной короля и внучкой самого Генриха Великого, той Великой Мадемуазель, перед которой Париж, как оно оказалось очевидным этой ночью, до сих пор был готов преклонить колени.

- Приехали! - раздался голос Рене и стук колес смолк, уступив звуку отпираемых ворот внутреннего двора особняка.

- Мы воспользуемся Вашим приглашением, мадам, - ответил князь за себя и своих спутников, - Ваша правда, Париж уже пробуждается от ночного сна, и нам будет небезопасно добираться до "Боевого Петуха". А встреча с городской стражей тем более нежелательна сейчас, - он похлопал себя по груди, где было спрятано полученное столь нетривиальной ценой письмо, - Возможно, мне будет разрешено представление ко двору... это решится на днях. И первой, кому я хочу об этом сообщить, будете Вы... мадам, - ему хотелось назвать герцогиню по ее титутлу или лучше кузиной Анной, но сидевший напротив Каринти многозначительно щурил глаза, а Шерегий настолько отчаянно делал вид, что рассматривал узоры на занавесках, что у Ференца не оставалось никаких сомнений - оба знали с кем именно они провели целую ночь в Париже, и все же, правила игры в инкогнито требовали молчания до самого конца, и они будут соблюдены.

Выпрыгнув первым из кареты, Ференц хотел уже подать руку герцогине, но решивший размяться после сидения на козлах Ласлов опередил его и открыл дверцу кареты с другой стороны, услужливо откидывая удобные ступеньки прямо под туфельками герцогини.

109

Отправлено: 10.03.13 16:52. Заголовок: Анна слушала кузена ..

Анна слушала кузена и кивала, даже не столько в такт его словам, сколько своим мыслям. Кто вскрыл их письма? Приспешник Мазарини или незнакомка в мужском платье, желавшая отыскать предназначенное ей послание? Сама герцогиня склонялась ко второму, а раскрошенные печати только укрепляли ее мнение. Однако же она совсем позабыла о третьем письме.

- Ну вот, я все переживаю из-за своего кошелька, вот только про любовную записочку месье де Вилларсо позабыла совершенно. Да, будет лучше вернуть копию Мекано с утра пораньше, как знать, во сколько эта незнакомка решит наведаться в трактир за своей потерей. А она вернется, без сомнения. И если эта дама из семьи Кольбера, то оригинал письма может оказаться сильным оружием... но только в борьбе за что? Вот если бы знать наверняка, что она имеет влияние на кардинала Мазарини. А что, если это одна из его племянниц? Мария или Гортензия? Мои друзья писали, что эти сумасбродные девицы склонны к опасным приключениям и не чураются мужской одежды, верховой езды и даже упражнений в фехтовании. Вот было бы забавно...

Она мгновение поиграла с этой мыслью, но тут же покачала головой с неуловимой усмешкой.

- Но Вы никогда не воспользуетесь таким оружием, сударь, не так ли? Любовные письма это уже не политика, а обыденный шантаж. Проклятье, о чем думает Рене на поворотах? Бьюсь об заклад, что он уступил поводья Вашему приятелю, - сердито проворчала она, восстанавливая пошатнувшиеся позиции.

Видимо, шевалье, игравший в кучера на козлах, тоже посчитал себя виноватым, потому что скорость, с которой перед герцогиней распахнулась дверца кареты, заставила бы покраснеть самого вышколенного из ее форейторов и лакеев. А когда ее замерзшая нога соскользнула со ступеньки, Анну подхватили под руку и, несмотря на рост и вес, благополучно удержали от падения.

- Благодарю Вас, шевалье, - величаво кивнула Мадемуазель, не без труда освобождаясь от крепкой хватки. - Но я вполне способна сама держаться на ногах.

Чтобы доказать это, она бодро взбежала по ступенькам парадного крыльца, стараясь не обращать внимания на боль в застывших за время их ночного приключения пальцах. Каждая неровность каменных ступеней отдавалась через тонкую подошву дорожных башмаков, будто она босиком ступала как минимум по щебню. Стиснув зубы, Ее Высочество поскребла в дверь, прежде чем кто-либо из предприимчивых мадьяр решил бы воспользоваться дверным молотком в четыре утра. Как она и ожидала, дверь распахнулась почти сразу: стук колес по булыжному мощению двора разбудил дожидавшегося их слугу Нинон. В вестибюле было темно: свечи, освещавшие лестницу, давно погасли, и старый слуга засуетился, разжигая из от своего огарка. Обращаясь к догнавшему ее Ракоши, Анна понизила голос, чтобы не разбудить еще кого-нибудь: даже скрип половиц под их ногами гулко отдавался в предутренней тишине.

- Я всячески желаю Вам успеха, мой кузен. Быть может, письмо, которого Вы столько ждали, и есть желанный ключ к воротам Лувра. Но если Вам придется ждать еще, то может статься, что Вы не успеете порадовать меня благою вестью, поскольку я пробуду в городе не более недели, а может, и того меньше, - она покосилась на возвращающегося с двумя подсвечниками слугу. - Но Вы всегда можете мне написать. Только бога ради, не через Мекано. Люксембургский дворец будет более надежной голубятней: секретарь моей мачехи знает, где меня можно отыскать... кхм, почти всегда.

Взяв один из подсвечников, Анна кивнула слуге на ввалившихся в дом мадьяр, которые торопливо стягивали с рук перчатки, чтобы согреть застывшие пальцы.

- Проводите моих друзей в их комнаты, Берто, а мне надо еще кое-что обсудить. Вы ведь позволите задержать Вас еще на полслова, кузен?

Уверенная в том, что ей не откажут, герцогиня толкнула дверь в салон, в котором несколько часов тому назад мадам Скаррон угощала их вином и сыром. Камин, у которого они грелись, давно погас, но в комнате все еще было тепло, куда теплее, чем в вестибюле. Анна поставила подсвечник на стол и повернулась к князю.

- Подозреваю, что Вы вполне доверяете своим людям, Ваше Высочество, но все таки будет лучше, если мы поговорим о просьбе слепого наедине. Что Вы думаете об этой истории с похищениями, которую он нам поведал? Следует ли мне толковать его намеки как обвинение в адрес Ваших врагов турок, поселившихся в Париже? Или же Вы думаете, что он имел в виду де Сент-Амана? Я мало знаю этого вельможу, но все таки это звучит чересчур чудовищно. Мысль об этом тревожила меня всю дорогу сюда. И да, что мы решим относительно оригинала письма, о котором мы говорили в карете? Возьмете ли Вы его себе на всякий случай? Я в любом случае покину Париж, уладив все мои дела, и вряд ли буду иметь в нем нужду, ведь мне пока никто не обещает возвращение ко двору.

110

Отправлено: 11.03.13 00:56. Заголовок: Наградив Ласлова исп..

Наградив Ласлова испепеляющим взглядом, Ференц в один прыжок догнал кузину и взошел по ступенькам крыльца следом за ней, следя за тем, чтобы маленькие туфельки Мадемуазель не соскользнули по обледенелым ступенькам. Тихое поскребывание в дверь показалось ему до невозможного смешным и Ференц глухо шмыгнул носом в перчатку, стараясь скрыть смех. Если бы это был постоялый двор папаши Мекано, то на такое царапанье в дверь не среагировала бы даже ленивая кошка папаши, обычно спавшая возле очага.

Старый слуга, казалось поджидал у самой двери, так проворно он отворил ее. Ференцу и в голову не пришло, что о их приезде мог услышать весь квартал, шутка ли сказать четверка лошадей пронеслась по пустынным и глухим улицам. Эхо от стука лошадиных подков по обмерзлой мостовой все еще раздавалось по улице Турнель и соседствующим переулкам.

- В письме не приглашение, а только обещание ускорить его получение, - чистосердечно признался Ференц прижимая ладонью письмо, спрятанное на груди, - Но оно прислано от человека, которому я доверил бы и собственную жизнь. Его слово стоит того. Так... кхм... - он прикашлянул и продолжил приглушенным голосом, чтобы даже его друзья не расслышали их разговор, - Вы позволите мне послать Вам весточку с благими новостями? Я бы не хотел оказаться первым из нас при дворе. Но если судьба распорядится таким образом, то я не забуду о Вас. Не обещаю, - добавил он, помня о том, насколько мало доверия у женщин заслуживали клятвы, сказанные в рассветные часы, даже если рассвет был встречен едва ли не под дулами пистолетов и со звоном шпаг, - Я хочу сделать это и поступлю так. Я знаю, мадам, что также поступили бы и Вы сами.

Ни у кого из троих шевалье, прибывших вместе с князем, не возникло вопросов или сомнений, они проследовали наверх следом за слугой и были рады наконец-то оказаться в тепле и спокойствии. Сам Ференц был уверен, что каждый из трех, перед сном непременно проверит заряжен ли пистолет и легко ли вынимается шпага из ножен. И все-таки, для них это была возможность спокойного отдыха впервые за многие недели. Знала ли сама герцогиня, какую услугу оказала своему кузену и его друзьям, позволив остаться под гостеприимной крышей особняка ее подруги?

- Вас тоже не оставила равнодушной история слепца? Обычно во всех грехах первыми винят бродяг и нищих. Это и понятно, у них больше причин желать зла миру, обошедшемуся с ними несправедливо... - задумчиво проговорил Ференц, еще раз вспоминая сказанное королем нищих в ризнице, - Что он говорил, что в особняке де Сент-Амана проходят какие-то странные встречи. Граф некогда был посланником в Персии... но между персами и турками всегда были какие-то трения. Что у них там сейчас война или мир, один черт знает...

Он помолчал, но потом, как будто спохватившись своего неприличествующего языка в обществе женщины, посмотрел ей в лицо.

- Простите. Хоть мы и пережили за эту ночь столько приключений, что я могу довериться Вам без оглядки, да только это не означает, что мне позволительно сквернословие в Вашем присутствии, мадам. Вы должно быть сочтете меня грубияном и неотесанным мужланом, привыкшим жить в конюшнях и иметь дело с подобными тому слепому и его подельнику Мекано. Должно быть оно и так. Но я не оправдываю себя. Это непростительно для дворянина. И принца.

Он снова умолк, кусая губы и ругая себя за ненужную лирику тогда как решался вопрос куда более серьезный и важный.

- Я не имею никаких оснований подозревать причастность графа де Сент-Амана к этим чудовищным преступлениям. Только лишь на основании слов слепого нищего... это уж слишком. Но нельзя не принимать это во внимание. Вряд ли слепой стал бы нам наговаривать о пустых делах, если бы не был заинтересован в нашей помощи. Он не взял никаких денег... значит, для него важнее другое. Я узнаю, что там творится у де Сент-Амана. Тот же стряпчий может помочь мне или Каринти состряпать какую-нибудь бумагу на подложное имя. Де Сент-Аман любитель масочных развлечений. Вот я и заявлюсь к нему... один или с товарищами. Там и посмотрим, каков он на самом деле, этот бывший посланник. Да и моих недругов, турок, неплохо бы иметь на виду. Но за ними уследить трудно. Не таковы они, чтобы в открытую действовать. Эти нанимают для своих целей другие руки... и ножи. А письмо... я и сам не приемлю шантаж как средство для достижения целей. Но, если нас к тому вынудят обстоятельства... или месье Кольберу вздумается угрожать Вам. Позвольте мне в том случае прибегнуть к этому оружию, мадам. Но пусть оно лучше хранится... не у меня. Пока я не принят официально кузеном Людовиком, моя жизнь и мое состояние не надежны. Отнюдь.

111

Отправлено: 11.03.13 20:07. Заголовок: Извинения Ракоши чут..

Извинения Ракоши чуть не вызвали у Ее Высочества приступ здорового бурбонского хохота, но ей вовсе не хотелось обидеть кузена, по молодости лет еще желавшего быть истинным рыцарем, поэтому Анна только наклонила голову, притворившись, что разглядывает извлеченное из кармана письмо. Возмущение мадьяр повадками француженок, не гнушающихся щеголять в мужской одежде, было еще так свежо! Она представила себе, как пересказывает этот эпизод Нинон, и усмешка ее сделалась еще шире. Предугадать реакцию бесстрашной куртизанки было несложно, но, с другой стороны, Нинон ведь не видела этих забавных молодых людей живьем, и оттого суждение ее было бы в корне неверным. Черт, это все старческий цинизм, с долей грусти подумалось герцогине, а ведь каких-нибудь лет десять назад слова и поведение Ракоши и его людей идеально соответствовали бы ее иллюзиям об истинном дворянстве. Однако же, теперь она была старше и, как ей хотелось верить, мудрее, и потому не было и речи о том, чтобы пересказать сегодняшнее приключение в письмах к мадемуазель де Ланкло в том же иронично-насмешливом тоне, в коем была выдержана вся переписка двух подруг.

- Ну вот что, письмо я оставлю здесь, в особняке л'Анкло, и попрошу мадам Скаррон отдать его Вам по первому Вашему требованию. Из всех маловероятных мест этот дом, пожалуй, будет последним, куда могут нагрянуть воры, в мундирах или без. А вот насчет турок... Если я призову Вас быть осторожнее, добывая информацию, прислушаетесь ли Вы к моей просьбе, кузен? Боюсь, что нет, но все таки прошу о том Вас.

Герцогиня снова убрала письмо и подняла подсвечник, хмуря брови над пришедшей ей в голову мыслью.

- А если и впрямь окажется, что женщин и детей похищают турки для своих утех, возможно ли будет Вам раскрыть их преступления королю, не подвергая себя подозрениям в попытке очернить Ваших врагов? Подумайте об этом, прежде чем делать любой рискованный шаг в пользу нашего ночного знакомца. Быть может, я вскоре снова окажусь в Париже, если слухи о свадьбе Месье окажутся правдивы, и если не случится ничего, что помешало бы планам Мазарини на сей счет. И если нам доведется встретиться при дворе... если же нет, я подумаю, кто мог бы с безопасностью выдвинуть столь необычайное обвинение против неприкосновенного посольства. Так или иначе, не спешите, кузен, чтобы не навредить ни себе, ни невинно обвиненным. А теперь позвольте проводить Вас на второй этаж, благо дом этот я знаю хорошо и не рискую заблудиться.

Уже у двери Анна вновь остановилась, прежде чем выйти в коридор, где поскрипывал паркет под тяжелыми шагами дожидавшегося хозяйки Рене.

- Скажите моему слуге, во сколько разбудить Вас, кузен. Он отвезет Вас с Вашими друзьями в трактир в моей карете и заодно уладит с Мекано маленький вопросец о не заработанных деньгах. Признаться, я очень полагаюсь на лампадное масло в этом деле, - и она улыбнулась, вспомнив важный вид, с которым нищий слепец давал указания двум особам королевской крови.

112

Отправлено: 12.03.13 02:14. Заголовок: Призыв герцогини быт..

Призыв герцогини быть осторожнее приятно отозвался в груди Ференца волнением и щемящей остротой. Он отвернулся на секунду, чтобы не быть застигнутым с разлившейся по щекам краской. Будь его товарищи поблизости, они немедлено подняли бы его на смех за чрезмерную сентиментальность. Да что там... каждый из них оставил позади разоренные родовые гнезда, позабыл так же как и Ференц, каково оно чувствовать родную кровь рядом с собой. А ему довелось... по воле случая или же по воле неведомого им до сей поры короля нищих, хоть степень их родства с герцогиней де Монпансье и была весьма условной и отдаленной.

- А я не откажу Вам, - ответил князь и на лице его снова появилась улыбка и задор, - Я буду осторожен, моя дорогая кузина. Хотя бы для того, чтобы встретить Вас снова и рассказать Вам обо всем, что мне удастся разузнать.

При упоминании о лампадном масле вновь всколыхнуло кровь в жилах мадьярского князя, он усмехнулся, вспоминая лицо папаши Мекано и его расстройство при известии о перемены планов "виконтессы". На какие ухищрения готов пойти этот проныра, чтобы не расставаться с кошелем, отданным ему герцогиней. Уверенность, с которой слепой отдавал им напутствия в ризнице, не оставляла сомнений в том, что командовал он не только своими мальчишками-воробушками.

- Мы отправимся... - Ференца прервал гул церковного колокола, отбивавшего пять часов утра, он сжал в кулак пальцы и снова разжал их по одному, осчитывая время, а потом посмотрел в лицо кузины, ожидавшей его ответа, в свете свечи оно было гораздо мягче и менее воинственным, а может быть более усталым, а забота, проявленная к нему, делала ее черты, выдававшие в ней бурбонскую кровь, роднее и ближе, - Пусть мои друзья поспят еще немного... надеюсь, восемь часов не будет слишком поздним сроком для улаживания вопросов о лампадном масле. Мне вдруг пришла в голову одна мысль... но чтобы проверить ее... Правильно ли я понял Вас, что в Париже есть немало других голубятен? Есть ведь и побольше. Такие, которые занимаются переправкой грузов. Скажем... - он развел руками, обводя ящик или что-то вроде того, - Клетки или ящики, в которых можно спрятать не только ценный груз, но и людей. Я слышал, что на турецких невольничих рынках, да и вообще по всему Востоку белые женщины и дети ценятся как дорогой товар. Что если речь идет о торговле людьми? Тогда в этом могут быть замешаны не только турки... сами они не могут организовать переправку...

Пламя свечи колыхнулось, должно быть от вздоха кузины, и Ференц осекся на полуслове.

- Уже поздно, а я все еще задерживаю Вас. Непростительно. Не принимайте мои идеи всерьез, дорогая кузина. Я должен проверить все прежде чем утверждать что-либо. Завтра же я постараюсь найти ответы на вопросы касательно кражи наших писем и того, что связывает господина Кольбера с нашими адресатами, только ли случайность или нам следует чего-то опасаться с его стороны. И если ответы появятся скорее, чем я думаю, то я пошлю весточку в Люксембургский дворец... пусть это будет донесение от одного из Ваших поставщиков, - князь задумчиво намотал на палец прядь вьющихся волос.

- Да хотя бы вина... хотя, мои токайские виноградники вряд ли приносили урожай в последние три года, я вполне еще могу сойти за знатока, - говорил князь уже по пути на второй этаж, - Или от Вашего парфюмера... да кого угодно. Назовите мне имя, которым будет безопасно подписывать мои послания к Вам, так чтобы они не привлекали ничьего внимания и не навредили Вам.

113

Отправлено: 12.03.13 23:02. Заголовок: Отдавал ли Ракоши се..

Отдавал ли Ракоши себе отчет в том, как пугал идущую впереди него женщину стремительный поток мадьярской мысли? Быть может, для несчастных венгров, давно живущих бок о бок с турками, торговля людьми уже сделалась чем-то обыденным, неизбежным злом, но герцогиня, будучи доброй христианкой несмотря на скверную привычку к божбе (черт побери это наследство доброго короля Анри), содрогалась при одной мысли о том, что ее соотечественников могут везти куда-то в тесных клетках, связанных, как последний скот, чтобы продать на невольничьем базаре в чужой стране, где цена человеческой жизни измеряется горсточкой монет, которую хозяин изволил отсыпать за белую рабыню, и где даже смерть - ужасная смерть без исповеди, без причастия, без надежды на царствие небесное - не сулит избавления.

- Я буду верить и молиться, что все не так ужасно, как Вы подозреваете, кузен, - она тревожно заглянула в глаза князя, остановившись в начале коридора. Одна из дверей была приотворена, и слабый свет свечи ложился на ковровую дорожку узкой полосой. Судя по тому, что спальня Нинон, приготовленная вдовой Скаррон для герцогини, находилась в противоположном конце коридора, свечу оставил заботливый Берто, чтобы последний из прибывших с Мадемуазель дворян не ошибся дверью. - Напишите мне обо всем обязательно и передайте письмо напрямую привратнику дворца, чтобы никому не пришло в голову делать с него копию. А подписью пусть будет... да хоть Франсуа Рогнар. Парфюмер, да, это будет лучше, чем поставщик вина, ведь я не покупаю вин в Париже, и это известно многим.

Тепло и уют особняка делали свое дело: к стыду своему Анна чувствовала, что еле держится на ногах, и одно лишь усилие воли спасало ее от того, чтобы зевнуть в лицо кузену самым невежливым образом.

- Желаю Вам доброго остатка ночи, каким бы коротким он не оказался, мой кузен, - она устало улыбнулась и зачем-то добавила. - А знаете, я ведь собиралась замуж за Вашего дядю Фердинанда. Жаль, что этого так и не случилось, в качестве тетушки-императрицы, пусть и вдовствующей, я могла бы быть куда полезнее Вам в Вене, чем в Париже.

Герцогиня покачала головой, дивясь прихотливым капризам Проведения, и с тихим смехом отняла у князя руку, которую он намеревался поднести к губам.

- Бросьте, бросьте эти куртуазности, молодой человек, и ступайте-ка лучше спать. Завтра я навряд ли встану до обеда, а потому пожелаю Вам удачи прямо здесь. На всякий случай, знаете ли, - вздох неплохо замаскировал зевок. - Удача нам обоим не помешает. Доброй ночи.

С этими словами Анна, в знак того, что аудиенция окончена, отвесила церемонный полупоклон, вполне достойный императорского двора, и устремилась к долгожданной спальне, забыв обо всем, кроме желания сбросить, наконец, тяжелый плащ и туфли, которые немилосердно жали отекшие к утру ноги. Какого дьявола я всю ночь таскала пистолеты?

114

Отправлено: 13.03.13 23:15. Заголовок: Только услыхав нотки..

Только услыхав нотки неподдельной тревоги в голосе кузины, князь понял, что его размышления вслух были может быть и не лишены смысла для нее, но пугающи и вряд ли после такой беседы, Ее Высочеству удастся уснуть.

- Франсуа Рагнар... - потирая подбородок, повторил Ференц, - Я запомню это имя... да, почему бы нет. Спрошу у графа Шерегия, что он знает о парижских парфюмерах и о том, что принято приносить дамам вместе с приглашениями посетить модную лавку.

Вена... императорский двор, извечно покровительственный тон и обращение с ним как с вассалом, хотя унаследованная им Трансильвания никогда не была и Ференц свято верил, что и не будет, подчиняться австрийским Габсбургам.

- Если бы Вы были моей тетушкой, дорогая кузина, то у меня был бы огромнейший повод для того, чтобы остаться в Вене... И Вы были бы не только самой любимой тетушкой, но и почитаемой своим народом императрицей. Но мы встретились с Вами здесь, в Париже. Кто знает, не рука ли Провидения свела нас у папаши Мекано.

Он поклонился и взял герцогиню за руку, желая оставить на прощание не только пожатие сообщника, но и почтительный поцелуй. Тихий смех, с которым Анна де Монпансье отняла свою руку, не дав ему поцеловать ее, нисколько не обидел Ференца, а напротив заставил улыбнуться и рассмеяться вместе с ней.

- Спасибо за Ваше пожелание, мадам. Удача мне и впрямь понадобится и очень скоро. До скорой встречи, дорогая кузина! Доброй ночи, - добавил он, обращаясь уже во след спешившей удалиться герцогине.

Оказавшись в отведенной ему комнате, Ференц к удивлению своему и радости обнаружил приготовленную постель с пахнущими свежестью и лавандой простынями. Неужели это ему не снится? На минуту он даже подумал было крикнуть слугу герцогини и велеть ему не будить его до полудня. Спать хотелось смертельно, но в самый последний момент, когда князь уже почти приоткрыл дверь в коридор, мысль о незавершенном деле с третьим письмом и важности встречи с тавернщиком, заставила его остановиться. Нет. Дела вперед. Надо убедиться, что кто бы не вскрыл их письма, ничего не узнал о их содержании и назначении, и главное, что этот человек не мог бы навредить ни герцогине де Монпансье, ни ему самому. Но все это утром... через три часа... после сна...

Турки с заломленными над белоснежными тюрбанами руками размахивающие кривыми саблями ... замученные девушки и пропавшие без вести дети... длинные жилистые руки, тянутся к его горлу... слепые глаза, смотрят прямо в душу... и каркающий голос над самым ухом...

- Восемь часов, Ваша Милость, войска готовы к выступлению.

Ференц открыл глаза и первым же порывом было потянуться за лежавшим под подушкой пистолетом.

- Это Вы, Рене... я буду... я выйду через пять минут.

- Горячая вода в тазу. Кувшин на столе. Я позволил себе слегонца починить Ваш камзол. И плащ почистил. К королевскому двору в таком виде не сгодитесь, но для постоялого двора папаши Мекано вполне прилично. Солнце уже высоко над Парижем, ежели Вы задумали дела обстряпать, самое время ехать.

- Да. Я сию минуту... я буду готов, - ответил Ференц, садясь на постели.

Как пролетел короткий остаток ночи, он вспомнить не мог, также как и то, как он раздевался и когда этот тихий проныра, слуга герцогини, успел зайти к нему. Но времени на раздумья не было, он обещал быть через пять минут внизу, и он будет там.

115

Отправлено: 16.03.13 01:46. Заголовок: Париж, особняк Нинон..

Париж, особняк Нинон де Ланкло, половина девятого утра

Ее Высочество имела обыкновение спать крепко, почти без снов. "Как невинный младенец", - любила шутить на сей счет ее компаньонка графиня де Фьеск, что всякий раз вызывало у Мадемуазель приступ неудержимого презрения к этой, без сомнения, почтенной, но недалекой и бестактной даме.

Этим утром "младенческий" сон герцогини был особенно крепок. Так крепок, что она не слышала ни скрипа полов под ногами прислуги, ни хлопанья дверей, ни голосов у парадной двери особняка, ни тихого ржания лошадей. Только когда колеса тяжелого экипажа загремели по булыжнику, Ее Высочество вынырнула из подушек и нехотя приоткрыла один глаз, чтобы немедля закрыть его снова.

- Удачи, маленький кузен, - пробормотала она и сладко зевнула в голландское кружево, которым были украшены наволочки Нинон. - Мы непременно встретимся при дворе, черт побери.

Пальцы Анны скользнули под подушку, нащупали сложенный лист бумаги: то самое письмо, из-за которого ей пришлось пережить бурную и бессонную ночь, и которое она так и не удосужилась прочесть, сморенная сном. Письмо было по-прежнему на месте. Успокоившись на сей счет, женщина перевернулась на другой бок, подгребла под себя пуховую подушку и снова провалилась в глубокий здоровый сон, в котором не было места ни слепым, ни трактирщикам, ни ворам.

FIN

http://img-fotki.yandex.ru/get/4814/56879152.358/0_f98d1_1a01c78_orig


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Вневременные Хроники или Летопись Золотого Века » Что написано пером... Февраль 1661