Le Roi Soleil - Король-Солнце

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Вневременные Хроники или Летопись Золотого Века » Что написано пером... Февраль 1661


Что написано пером... Февраль 1661

Сообщений 21 страница 40 из 115

1

Отправлено: 18.05.10 15:12. Заголовок: Что написано пером... Февраль 1661

"Что написано пером..."
Время: Февраль 1661 года, вечер
Место действия: Париж
Действующие лица: Ее Высочество герцогиня Анна-Мария-Луиза де Монпансье, Его Высочество крон-принц Ференц Ракоши, папаша Мекано, Слепец Тэо и другие

Великая Мадемуазель пишет:

- Человек, рекомендовавший "Боевого петуха" как самое надежное место в Париже, был либо глупцом, либо предателем, - она откинула постылую вуаль и смерила бродягу оценивающим взглядом.
- Так какого же обещания ждет от меня Париж в обмен на свою забывчивость?


http://img-fotki.yandex.ru/get/4133/56879152.171/0_c551f_e018994d_orig
Таинственные приключения Великой Мадемуазель и князя Ракоши благополучно завершились только на рассвете...
Ференц Ракоши пишет:

- Приехали! - раздался голос Рене и стук колес смолк, уступив звуку отпираемых ворот внутреннего двора особняка.


http://img-fotki.yandex.ru/get/9309/56879152.26d/0_dcc6d_5ebc76a7_orig

21

Отправлено: 12.12.12 12:49. Заголовок: - Письма! Проклятье,..

    - Письма! Проклятье, письма! - чуть не плача, воскликнула женщина, высвобождаясь из непрошеных объятий. - Клянусь Господом, это было подстроено!

    Чертова женская деликатность. Согласись она на предложение Мекано подняться наверх, они бы уже разобрались с проклятыми конвертами, и ничего бы не случилось. Господи, отчего ж я не мужчина! - во второй раз мелькнула отчаянная мысль. А вдруг...

    - Это Вы не знаете, во что ввязались, глупец! - женщина рванула руку, охваченная внезапным подозрением, но стальные пальцы сжали ее запястье так, что она едва не вскрикнула от боли. Ее тащили к выходу, неодолимо и неудержимо, и сердце воинственной амазонки впервые сжалось в тягостном предчувствии.

    Похищение.

    Все и вправду было подстроено: разбитая телега, лишившая ее охраны, Мекано, продавший ее тайну людям Мазарини, наемники - швейцарцы или немцы - поджидавшие ее в трактире, весь этот отвлекающий маневр с письмами... Взгляд ее заметался по залу, но кроме суетящихся в чаду и дыму фигур Жанены и поварят, тушивших разгорающуюся на полу солому, искать помощи было не у кого. Оставалось бороться, и она боролась, вырывая руку, цепляясь за столы, упираясь скользящими каблуками в пол и шипя, как разъяренная кошка.

    - Пусти, пусти же меня, мерзавец! Гнусный негодяй, грязный наемник, предатель чертов! - потеряв в возне с похитителем наколку с вуалью, женщина осыпала его всеми известными ей проклятиями, начисто забыв о пресловутой деликатности и пытаясь ухватиться за косяк двери, последнюю надежду на спасение.

    - А ну, оставь ее! - рявкнул знакомый голос, и Рене, выросший из темноты на пороге, с легкостью сгреб молодого чужестранца за грудки и, приподняв, как следует встряхнул. Высвободив, наконец, руку, госпожа его тут же отскочила в сторону, потирая ноющее запястье.

22

Отправлено: 13.12.12 22:51. Заголовок: Оказавшись на тракти..

    Оказавшись на трактирном подворье, Ференц не успел опомниться как кто-то схватил его за грудки и тряхнул, заставив выпустить руку женщины. Отправив удар левой наугад, князь уперся кулаком под ребра стоявшего перед ним здоровяка.

    - Князь, где Вы? – раздалось из глубины трактира, но Ференц, занятый борьбой с неожиданным защитником его новой знакомой, не успел ответить, получив ответный удар, соскользнувший по челюсти и угодивший в шею.

    Пошатнувшись от силы удара, князь устоял на ногах, но не успел замахнуться кулаком, как кто-то навалился на его противника сзади, сбив его с ног.

    - Оставь, Ласлов! Не трогай, он мой! – крикнул Ференц, но драка уже завязалась и в тусклом свете предвечерних сумерек можно было разглядеть только один большой ком тел, сцепившихся между собой в борьбе.

    - Сударыня, отзовите своего пса! Если трюк с лампой не Ваших и не его рук дело... – он отдышался, уперевшись руками в колени и повернул голову к бежавшему со стороны улицы мадьяру, - Это могут быть мои недруги. Вам лучше не ввязываться в это дело. Ласлов! Оставь его! Сударь, я не желал ничего плохого ни Вам, ни Вашей даме!

    Ласлов грубо оттолкнул от себя навалившегося на него сверху противника и поднялся с земли,отряхивая штяны и пряча в ножны кривой нож.

    - Убежал. Я только увидел карету со знаками. Попадись он мне еще раз, так я точно узнал бы его! – крикнул вернувшийся после неудачного преследования Каринти и посмотрел на ощерившихся друг на друга противников, - Вы в порядке, мой...

    Хотя Каринти и говорил на венгерском, Ференц прервал его речь, не дав обратиться к нему с упомининанием титула и имени.

    - Сударыня, мой человек сказал, что похититель скрылся в карете с гербами и он бы узнал эти гербы, если бы увидел снова. Я думаю, что ему не составило бы труда и нарисовать их. Сумеете ли Вы узнать их по рисунку? Поверьте мне, я не подстроил все это, - довершающий удар в челюсть оборвал речь князя, и едва не свалил с ног, - Полагаю, это заслуженно, - процедил он сквозь зубы, потирая щеку ладонью, - Но следующий удар будет стоить Вам жизни, сударь, кто бы Вы ни были.

    В руке Ласлова снова сверкнуло лезвие ножа, но князь жестом остановил его. Все еще потирая ударенное место, он приблизился к женщине и вгляделся в ее лицо, не скрытое более под густой вуалью. Решительно вздернутый подбородок, сверкающие гневом глаза... и эта запоминаяющаяся слегка оттопыренная губа. Однако, услуга за услугу, кто бы ни была эта женщина, он не назовет ее имени, ожидая взамен то же.

    - Согласны ли Вы уделить время мне и моим людям, сударыня? Клянусь честью, мне важно добыть мое письмо до того, как оно попадет не в те руки. И огласка имени моего корреспондента может стоить... очень дорого. Думаю, что Вам это должно быть понятным. У меня нет никаких намерений к Вам кроме как предложения объединить наши поиски похитителя.

23

Отправлено: 13.12.12 23:58. Заголовок: Гнев, переполнявший ..

    Гнев, переполнявший ее и грозящий перехлестнуться через край, был так силен, что мнимая виконтесса и пальцем бы не шевельнула, чтобы удержать Рене от смертоубийства. Даже подоспевший на помощь чужестранцу сообщник ее не встревожил: Рене доводилось защищать ее и от большего числа врагов. Но незнакомец отозвал своего человека первым, и в голосе его прозвучало нечто, заставившее женщину вглядеться в него пристальней. Уж больно властно прозвучал его приказ для простого наемника кардинала.

    С другой стороны, ничто не мешало какому-нибудь мелкому немецкому или австрийскому князьку наняться к Мазарини со всей свитой и ради французского золота вершить любые угодные итальянцу козни. И об этом забывать совсем не стоило.

    - Вам нет нужды уверять меня, что к краже наших писем Вы не прилагали руку, сударь. Я видела, как Ваши люди кинулись в погоню, слишком рьяно и суматошно для разыгранных ролей, - холодно бросила она, храня самообладание, но в душе ожидая заслуженных упреков в том, что упустила из рук драгоценные конверты. И тут же прикрикнула, оборотясь к замахнувшемуся было вновь слуге, - Довольно, Рене. Ты же видишь, со мною ничего не случилось. Лучше ступай да отыщи мою вуаль, покуда ее не втоптали в грязь.

    Ворча что-то о безбашенной глупости господ и утирая кровь из рассеченной брови, старый солдат отошел в сторону, глядя под ноги, но не забывая при этом кидать косые взгляды в сторону госпожи, окруженной шайкой потрепанных бандитов.

    - Так значит, Ваш человек готов нарисовать гербы? Прекрасно. А Вы, судя по всему, не приняли мои заверения в незнании геральдики за чистую монету? Туше, - женщина чуть наклонила голову. – Я помогу Вам, поскольку не меньше Вашего заинтересована в том, чтобы адресованное мне письмо не было прочитано чужими глазами. Ну а пока Ваш зоркий друг ищет бумагу и перо, позвольте Вам напомнить кое-что, милостивый государь. Когда мы спорили у лестницы, трактирщик обронил, что знает получателя третьего конверта. Вы ведь заметили, что писем было три? Не удивлюсь, если весь этот балаган был затеян для того, чтобы мы не успели прочитать третье письмо. Так отчего бы нам…

    Она не докончила фразу, улыбнувшись. Улыбка вышла хищной: в темноте трактирной залы, освещенной сейчас только огнем камина и парою зажженных Жаненою огарков, холодно блеснули зубы.

24

Отправлено: 14.12.12 16:41. Заголовок: - Тысяча чертей,Жане..

    - Тысяча чертей,Жанена! Что происходит в моем трактире! Эй ты, ну-ка поди сюда, - выбравшись из погреба, Мекано тяжело отдуваясь оперся рукой на плечо мальчишки поваренка и доковылял до стойки. Осмотрев следы погрома, произведенного перепуганным людом всего за несколько минут, папаша крякнул в кулак и смахнул со щеки одинокую слезу, вызванную нет, не отчаянием и не жалостью к себе, а дымом, валившим из залитого кем-то очага.

    - Ироды... гуся... я ж его родимого самолично откармливал... и что теперь? Тушеную тушку кто будет есть? Коты и те отвернутся... руки бы пообрывал тому, кто затеял все это. Жанно, а ну поди сюда. Говори как на духу, кто на втором этаже ошивался? Видел кого?

    - Не кипятись, папаша, трактир твой цел, гуся собакам скормишь... – сержант городской стражи подошел к трактирщику, отряхивая копоть с рукавов, - Будешь писать жалобу на высочайшее имя? За пол-пистоля справлю тебе такую, что до самого Ла Рейни пройдет. Давай бумагу и перо, я засвидетельствую порчу... На кого думаешь? – сержант деловито осмотрел лица остававшихся в трактире гостей, - Вон, глянь, тот на цыгана похожий, наверняка его рук дело. Эй, парни, а ну хорош чистоту наводить, не на свидания собираетесь. Хватайте-ка вон того малого, за дальним столом сидит.

    - М-не... за пол-пистоля, месье сержант? – папаша пожевал губами и блеснул слезящимися от дыма глазами, - Да на что Вашей Милости такие хлопоты? Оставьте, пустое это дело... ну канделябра старая, так давно уж сменить собирался... веревочка перетерлась, бывает и такое ж...

    - Случайность, думаешь? – сержант обратил к Мекано настороженное лицо и сделал своим людям знак обождать, - Так значит, бывает? А ведомо ли тебе, папаша, что намеренное или ненамеренно нападение на городскую стражу карается по закону?

    - Но никто ж не пострадал? – захлопал глазами Мекано, и осторожно скосил глаз на вернувшихся в трактир мадам и месье, которым доставлялись письма через его трактир, а ну как и эти захотят расправы? – Ну дык то ж случайностью вышло. А малый тот, что с него взять? Две руки да две ноги, а вместо головы винная бадья, ей-богу.

    - Две руки да две ноги сгодятся на рудниках или на галерах Его Величества, - ответил сержант, не желая выпускать добычу из цепких лап, - Мне зачтется поимка преступника, а к тебе, папаша, и впредь будет люд добрый ходить будет. Или мне придется привлечь к ответу тебя, как хозяина таверны. Ну, что скажешь?

    - О, господин сержант, не хорошо то как выходит, - Мекано потер голову, щуря глаза, как будто задумав что-то, - А ежели виновник всего убегнуть успел? Навочто ему ждать покуда Ваши бравые господа стражники схватят его? Да Вы ж присаживайтесь, месье сержант, в ногах правды нет. А я вот и вина принесу Вам. В счет заведения, чтобы этот маленький казус так и остался казусом.

25

Отправлено: 14.12.12 20:04. Заголовок: Снисхождение, хоть и..

    Снисхождение, хоть и холодное, прозвучало в тоне женщины и Ференц отвесил шутовской поклон, не желая показаться ей чрезмерно галантным и выдать свое происхождение не подходившими его облику манерами. Скорее всего она приняла его если не за наемника, то за какого-нибудь провинциала, не слишком высокородного, чтобы принимать извинения в грубости. Для того, чтобы и впредь оставаться в тени, не выдав своего приезда в Париж, было бы лучше и вовсе ретироваться из трактира куда подальше. Но сделанного не воротишь, а украденные письма было необходимо вернуть пока не стряслось большей беды.

    Направляясь к дверям трактира, князь подал руку даме, и указал своим людям следовать за ними. Папаша знал его как месье Франсуа, что с того, если ему вздумалось угостить новую знакому хорошим ужином в трактире, в который не гнушались заходить даже городские старшины и их верная гвардия.

    Уже с порога, князь заметил, что его расчет на тихий разговор за дальним столом не оправдается. Сержант городской стражи о чем-то говорил с папашей Мекано, а тот отчаянно потирал затылок, скомкав грязную засаленную бандану в кулак. Чем пригрозил ему страж порядка? Арестом или наветом в Канцелярию? Да разве мало шпионов ходит по всем парижским кабакам? Если Ле Рейни требуется узнать что-то об этом заведении, так он точно не стал бы дожидаться доноса городской стражи. Скорее всего сержант пытался надавить на папашу, чтобы по ложному доносу забрать первого попавшегося в качестве козла отпущения и получить за него наградные.

    - Мадам, поверите ли Вы моему слову, что у меня и в мыслях нет ничего неприглядного в Ваш адрес? Верьте или нет, но разговор прямо здесь в трактирном зале привлечет ненужное внимание. Пусть мои люди останутся здесь и следят за всем, что происходит. А мы поднимемся наверх. Я снимаю комнату у Мекано и... - взглянув во вспыхнувшие глаза незнакомки, Ференц поспешил убрать руку от ее и добавил, - Ваш человек может пойти с нами, если того требует Ваша щепетильность, мадам. А мой приятель нарисует нам гербы, которые видел на карете. Янош! Бери свечу. Бумагу справим там. Найдется среди старых писем и бумаг.

    Он посмотрел в глаза дамы. Зачем ей нужна вуаль, если в закопченной полутьме трактирной залы и без того не разглядеть лиц? Или она скрывала не просто свое пребывание в "Боевом Петухе", но и приезд в Париж?

    - Как решите, мадам? - спросил Ференц, оглядываясь на слугу незнакомки, отряхивающего тонкую вуаль, - Время не терпит. Но я не доверяю жадности стражей порядка. Они за хорошую плату и мать родную отдадут в Шатле. Лучше не вести никаких переговоров у них на глазах.

    - Я послал к слепому, он найдет твоего вора, если цену правильно назовешь, - шепнул проходя мимо князя оборванец с огромным рубцом на запястье оголенном из-под разодранного в суматошной потасовке рукава. Ференц только повел правой бровью вверх, но не сказал ничего в ответ, как будто бы и не слышал. О Слепом, наводившем порядки в низовьях Парижа, он слыхал, но не знал, чего ожидать от этого короля французской черни.

26

Отправлено: 15.12.12 14:19. Заголовок: Одного взгляда в сто..

    Одного взгляда в сторону камина, у которого трактирщик мялся и кряхтел перед насупленным стражником, было довольно, чтобы лже-виконтесса выхватила у слуги бархатную наколку и торопливо водрузила ее на голову, пряча лицо под вуалью.

    - Можете не сомневаться в том, что я не верю ни одному слову относительно приглядности Ваших намерений, - процедила она, стряхивая руку незнакомца. - Но моя щепетильность бледнеет по сравнению с риском, которому я подвергла своих друзей из-за того, что Вам тоже приспичило воспользоваться почтовыми голубками папаши Мекано. Раз в Вашей комнате найдутся перо, чернила и бумага, нам лучше уединиться там, но Рене пойдет со мной. За его молчание я ручаюсь, и он, по крайней мере, не служит никому, кроме меня.

    Выпустив последнюю стрелу, женщина подобрала юбки и молча, с видом оскорбленного достоинства, проследовала за молодым человеком до самой лестницы, даже не взглянув на подвернувшегося им под ноги пьянчужку. Но стоило им подняться наверх и оказаться в недосягаемости для любопытных взглядов и ушей, как она дернула своего провожатого за рукав, требуя внимания:

    - Что Вам сказал этот бродяга? Он видел вора? Знает его? Отчего Вы отпустили его, ничего не спросив?

27

Отправлено: 16.12.12 14:28. Заголовок: Мекано сжал сухую ла..

    Мекано сжал сухую ладонь стражника, оставляя в ней мзду из горсти медяков за то, чтобы и ему и его людям было легче совладать с совестью и предоставить наведение порядка в таверне и ее окрестностях папаше и его подручным. Он коротко кивнул долговязому оборванцу, шепнувшему что-то на ухо чужестранцу, и скосив глаза, указал тому идти прочь.

    - Ну так и вот, и договорились, дорогой мой сержант. Ну что Вы, какие тут могут быть волнения и беспокойства с Вашей то стороны? Вы всегда мой самый дорогой гость. И Ваши люди также! Эй, Жанена! Жанена! Слышь, поди к старику Жако, пусть он заколет гуся... того, что я приберег к жирному вторнику. А и пусть его... я потом ему на замену нового приволоку, кто и заметит?

    - Только бы тебе в долги влезть, Мекано... никакого проку нету с тебя, если деньги направо и налево раздаешь, - зло буркнула свояченница, подбирая подол юбки, чтобы отправиться во двор, - Лучше б проверил веревки... смотри вон и лестница все накось, а ну как господа с нее полетят головами вниз... Ой, простите, мадам, это я в сердцах... свояк ума лишился, шикут вон, а трактир на одном гвозде держится.

    Недовольный взгляд дамы под вуалью Жанена отнесла на свой счет и потому заторопилась ретироваться поскорее, чтобы не вызвать гнев важной дамы, которую как она слышала Мекано называл мадам виконтессой.

    - Месье, мадам, я ежели чего нужно к вам наверх в сей же миг донесу... - задрав голову, так что жиденькая рыжая бородка смешно вздернулась вверх, Мекано позвал поднимавшихся наверх "виконтессу" и "виконта", ухмыляясь про себя, а нечто оба виконты, так может и договорятся промеж собой в комнатах и не нужно ему поднимать на ноги половину квартала на поимку вора. Но сделанного не воротишь, а за слепым уже послали. Говорил ему Тэо не ввязываться в дела с иноземцами, вот оно и пришло ему боком.

28

Отправлено: 16.12.12 16:39. Заголовок: Веселая усмешка мель..

    Веселая усмешка мелькнула на лице Ференца, его начинало забавлять то, как неизвестная ему дама упорно старалась разглядеть в нем мерзавца. Неужели при дворе его кузена ей не доводилось встречать людей в отчаянном положении не только перед законом, но и кредиторами. Или при дворе новоиспеченного Солнца Евпропы все одеваются в золотую парчу и лазурный бархат? Так или иначе, но князь упорно не хотел признавать очевидное - то, что незнакомка не принимала его слово чести на веру и не только сомневалась в его намерениях, но и не готова была устпупить дело поимки вора их писем.

    - Идемте, - но даже этого ему не уступили - закрыв лицо вуалью, мадам Таинственность напустила на себя такой вид, что даже идя впереди нее, Ференц чувствовал себя едва ли не лакеем, разве что канделябра в руке нет.

    - Я не знаю его. Но, видимо, он прекрасно знает цель моего пребывания в этой таверне. Или Вашего, мадам. Мне незачем было задерживать его. Тот, о ком он сказал мне, сам придет к нам. Возможно, нам следует договориться о плате, которую мы сможем пообещать ему за поимку вора.

    В комнате, которую Ференц снял для себя в "Боевом Петухе", пахло сырыми дровами, которые трактирный слуга уже битый час тщетно пытался разжечь, чтобы растопить ими камин. В полутьме плясали отсветы от огня в камине. На мутном стекле отражались всполохи факельного света со двора таверны. Там еще ругались меж собой слуги мадам и мадьяры.

    - Янош, садись и рисуй. Бумага и чернила на столе. Если Шерегий не извел все на свои серенады.

    Князь запер дверь позади угрюмого слуги незнакомки и сел на табурете напротив нее и взглянул мельком на старательно выводимое Яношем изображение змея, ползущего вверх.

    - Вы думаете, это имеет смысл? Что это? Похоже на змея? или нет? Кто станет рисовать змею в своем гербе? - задумчиво спросил Ференц, закрыв рот ладонью, - Я думал, что там были ядра... или лилии... но это не говорит мне ни о чем. А Вам, сударыня?

29

Отправлено: 17.12.12 01:32. Заголовок: Деньги. Что ж, такой..

    Деньги. Что ж, такой разговор был ей близок и понятен. В этом мире, где она вынужденно оказалась, за деньги можно было купить многое, от чужого письма до чужой жизни. К счастью, из всех ее проблем деньги были наименьшей.

    - Если за возвращение наших писем придется заплатить, соглашайтесь на назначенную цену, не торгуясь, - зайдя вслед за незнакомцем в его комнату, лже-виконтесса поморщилась: из камина тянуло дымом. Судя по тому, что чужестранцам недоставало денег на сухие дрова, вряд ли они могли позволить себе выкуп.

    - Меня устроит любая сумма. За оба письма, - великодушно добавила она, опускаясь на отодвинутый Рене стул.

    - Что-то пропало, госпожа? - вставшему за ее спиной телохранителю довольно было чуть наклониться, чтобы вопрос его, произнесенный шепотом ей на ухо, не был слышен за треском дров в камине и доносящимся с улицы гулом сердитых голосов.

    - Глянь, что там за шум за окном, - буркнула женщина, не желая сознаваться, что упустила из рук то, ради чего приехала в запретный для нее Париж, и перегнулась через стол, чтобы разглядеть незаконченный рисунок.

    - Змею в гербе рисуют многие, сударь, - в голосе ее прозвучала назидательная нотка.

    - Миланские Висконти, к примеру. Я бы сказала, что человек Ваш пытается изобразить их герб, но змее не хватает завитка вот тут, - она ткнула пальцем в первый изгиб змеиного тела, - и торчащего из пасти человека. Хотя в темноте такие мелочи можно и проглядеть. Вот только что делать в Париже...

    Умолкнув, женщина резко выпрямилась.

    - Лилии? Откуда в этом притоне возьмется карета с лилиями? Во Франции не так много семей, удостоенных права носить их в своем гербе, и ни одну из них я бы не рассчитывала здесь увидеть.

    Внутри у нее снова похолодело от дурного предчувствия. Неужто этот глазастый молодец разглядел таки печать на ее конверте и теперь пытается дознаться правды?

30

Отправлено: 17.12.12 15:21. Заголовок: Ференц уловил легкую..

Ференц уловил легкую усмешку Яноша, едва поднявшего голову от своего рисунка,  кажется, ему также было забавным слушать рассуждения женщины о завитках и вензелях на нарисованном им гербе. Женщины - все то им красоту подай, еще потребовала бы раздобыть пастель и раскрасить.

- Нет, мадам, в Париже миланцам делать нечего... покуда. Но я знаю человека, который достаточно амбициозен, чтобы превратить простого ужа в геральдический знак, - с долей почтения в голосе ответил Каринти и добавил еще несколько штрихов на листе бумаги прежде чем протянуть его незнакомке.

- Лилии, ядра, грифоны... да что там, - поняв свою ошибку, Ференц развел руками, но его внимание привлекла резкость ответа дамы - а что собственно было такого, если кто-нибудь из его многочисленной родни голубых кровей, решил запустить свой нос в его дела? - О ком Вы говорите, Каринти? Есть ли имя у этого человека?

- Это Кольбер. Он ведает канцелярией кардинала. А еще он на короткой ноге с префектом парижской полиции.

- Вам что-нибудь говорит это имя, мадам? - князь вопросительно посмотрел сначала на незнакомку, потом на Каринти, - А что нужно канцелярии кардинала на этом убогом подворье?

Блефовать он так и не научился, наверняка видно было и волнение и беспокойно сжимавшиеся кулаки и двигавшиеся желваки под скулами, Ференц уже и не рад был тому, что позволил Каринти нарисовать проклятый герб. Если всплывет наружу, что кардинальские ищейки охотились за его перепиской, не видать ему помощи... да и папаша Мекано перестанет быть столь гостеприимным. Но кто на самом деле вызвался помочь? Не эти ли люди подстроили похищение, чтобы сорвать куш?

- Этот тавернщик... Мекано. Вы давно пользуетесь его... хм.. голубятней, мадам? - спросил Ференц, - Мог ли он узнать гербы на письмах? Он не так прост как хочет казаться.

В дверь тихо поскреблись. Послушный молчаливому приказу князя Каринти отпер дверь и впустил все того же оборванца, который шепнул Ференцу о поимке вора.

- За ним следят, месье. Ежели пропажа у него, то там и останется покуда.

- Кто это? И кто следит за ним? - спросил Ференц, не зная о ком из своих немногих парижских знакомых думать.

- Деревянный Зад. Это его человек обокрал Вас, мадам. Они прячут покражу в Нельской Башне.

- О чем ты говоришь, бродяга? Какая Башня? Дудки все это, кн... месье, - раздался голос Ласлова из-за спины оборванца, - Я собственными глазами видел, как тот, кто выскочил из таверны бросился к карете. Вот и Каринти подтвердит. Он за ним побежал... покуда я Вас выручал.

Ференц молча прикидывал в уме шансы того, что одна из парижских банд могла быть нанятой одним из его недругов для того, чтобы перехватывать его письма. А могло быть и иначе. Он потер кудрявую голову рукой, пропуская вьющиеся волосы сквозь пальцы и задумчиво посмотрел в окно. Нельская башня, воровской притон, куда даже городская стража нос не сунет. Значит, все-таки письма выкрали не из-за врагов, нажитых заносчивостью этой незнакомки, чей профиль был слишком похож на потреты его кузена, вычеканенные золотых монетах. Вряд ли ей стоило опасаться быть узнанной в таверне, где даже самый состоятельный из посетителей никогда не держал на ладони новенький блестящий луидор.

- Мадам, я думаю, что охотились за моим письмом. А это значит, что и цену за него следует назначить мне, - заявил Ференц, стараясь разглядеть глаза незнакомки под густой вуалью.

31

Отправлено: 17.12.12 17:56. Заголовок: - Кольбер? - женщина..

- Кольбер? - женщина наморщила лоб, пытаясь вспомнить, а когда память выудила, наконец, нужное имя, чуть не застонала от досады. - Проклятье, кажется, это тот из помошников Мазарини, которого мадам де... одна моя знакомая окрестила "месье Севером" за всегдашнюю угрюмость. Говорят, кардинал доверяет ему набивать свои сундуки, чтобы самому руки не пачкать, а порой поручает и более деликатные делишки.

Она в отчаянии швырнула листок на стол. Если письмо ее попало к человеку кардинала, ей следовало немедля убираться из этого трактира, пока еще был шанс спасти свою шкуру.

- Мои письма и раньше доставлялись через эту голубятню, сударь, но сама я здесь в первый раз. Человек, рекомендовавший мне Мекано, ручался, что трактирщик никогда не сует свой нос в чужие дела, если его глаза удобно прикрыты золотыми кружочками. У меня не было повода его заподозрить, но после того, что случилось, оставаться здесь я далее не намерена. Рене, - окликнула она застывшего у окна слугу, - крикни там, чтобы не сгружали багаж, мы заночуем в другом месте.

Тот немедля распахнул окно и, перегнувшись через подоконник, прокричал конюху распоряжение своей госпожи. Снизу завопили что-то невразумительное, женщина уловила только слово "цыгане", но имело ли оно отношение к ее лошадям и карете, разобрать было трудно.

Оставив бурные переговоры на свесившегося из окна Рене, она мрачно воззрилась на явившегося снизу оборванца. От визитера несло так, что ей пришлось прикрыть лицо краем надушеной вуали, зато слова его сулили пусть слабую, но надежду на то, что вора и вправду интересовала переписка чужестранца, который в глазах ее мало помалу снова превращался из наймита Мазарини в испанского или австрийского шпиона.

- Цена меня мало беспокоит, сударь, назначайте, кто же против. Я всего лишь предложила заплатить. Не знаю, во что Вы цените ускользнувшее от Вас послание, а за свое я готова платить щедро.

- Да Вы, никак, письмо потеряли, Ваше... Ваша Милость, - Рене захлопнул окно и подошел к столу, кося недобрым взглядом на чужестранцев. - Не это ли, случаем?

Сунув руку за полу потрепанного камзола, он вынул измятый и перепачканый в грязи конверт и положил его на стол перед своей госпожой.

32

Отправлено: 18.12.12 01:10. Заголовок: - Если этот человек ..

- Если этот человек пришел от того, о ком я сейчас думаю, то цена будет выражена не в денежной сумме, не так ли? - князь посмотрел на испещренное рубцами от ножевых порезов лицо босяка и провел ладонью по глазам и лбу. Если замешаны цыгане из Нельской башни, то как знать, не наняты ли они кем-то из баронов парижских кварталов? Те как известно собирали отовсюду все даже мельчайшие сведения обо всех хоть сколько-нибудь значимых людях, чтобы использовать их в своих интригах с целью получения власти. Власть над властьимущими, вот что на самом деле могло быть на кону, а его письма могли быть всего лишь разменной монетой в большой игре.

- Мне не доводилось встречать этого господина, - вежливо ответил Каринти, получив насмешливую ухмылку от князя, - Но я слышал, что господин кардинал доверяет ему весьма деликатные дела.

- Все то Вы слышали, друг мой... - проговорил князь и сделал знак Ласлову войти, - Что такое, шевалье, Вы сомневаетесь?

- Еще бы. И Вы, мадам, не слушайте его... - Ласлов снял шляпу и прошел в комнату, отпихнув плечом оборванца, - Этим прощелыгам лишь бы монету сорвать... пообещают все что угодно. Никакие банды тут не замешаны. Этот господин, Кольбер или как там его, скорее всего работает на кого-то из придворных, у кого есть толстый кошель да руки коротки, чтобы отследить переписку своей женушки. Вор то... вор то был не мужчиной вовсе. Я только сейчас понял, с чего он мне странным показался. То женщина переодетая.

- Ну-ууу... это уж слишком. Сначала помощник министра, а теперь еще и переодетые женщины? Может, все дело в крепленом вине папаши Мекано? - присвистнув пошутил Ференц, которого забавляли выдумки его свиты, - А ты что скажешь? - вдруг совершенно серьезно спросил он бродягу и нацелил на него такой испытующий взгляд, что оба его друга переглянулись и положили руки на рукояти шпаг.

- Дело Ваше, сударь. Не нужны Вам те письма и пускай. Мое дело сказать. А теперь отпустите меня, мне папаша обещался кружку бургунского поставить.

- Папаша обещался? С каких таких щедрот? - спросил Ласлов, надвигаясь на оборванца, но его прервал внезапный порыв князя, подскочившего к столу.

- Это письмо.. откуда оно у Вас? - спросил он у слуги и занес было руку, чтобы взять конверт со стола, но остановился, - Мадам... я всецело доверяюсь Вам. У меня нет выбора. Взгляните на печать. И если это письмо адресовано Вам, я не стану препятствовать Вашему уходу. Но заклинаю Вас, не пытаться забрать не принадлежащее Вам письмо. Это не угроза, - он предупреждающе поднял руку, заметив угрожающий взгляд слуги, - Это предупреждение, мадам. Взгляните же.

33

Отправлено: 18.12.12 13:22. Заголовок: Первой ее мыслью был..

Первой ее мыслью было схватить со стола письмо, прежде чем до него дотянулся чужестранец. К счастью для себя, она давно переросла тот возраст, в котором уступают первым побуждениям, и теперь с холодной усмешкой следила за тем, как молодой человек, которого она про себя успела окрестить рейтаром за плохо скрываемую привычку командовать своими товарищами, отдернул руку. Борьба между честью и недоверием так ясно читалась на его подвижном лице, что, не будь нервы женщины раздражены до крайности, она бы могла и сочувствием проникнуться. Теперь же она вместо этого подобрала письмо демонстративно небрежным жестом и, подвинув к себе свечу, откинула вуаль.

- Благодарствую за предупреждение, сударь, - беглого взгляда на печать было довольно, чтобы уголки губ ее разочарованно опустились. - Нет, это письмо адресовано не мне. Ни у кого из моих корреспондентов нет в печати вздыбленного льва. Должно быть, это Ваше.

Она протянула конверт месье Рейтару и вновь укрыла лицо свое вуалью.

- Однако же должна сказать, что Вы напрасно вините друга своего в податливости крепленому вину. Сейчас и я припоминаю, что пьяница, прошедший мимо, и мне показался странен. Чересчур уж тощ и гибок для мужчины. Правда, я тоже отведала до этого вина из погреба папаши Мекано, и Вы вольны и к моим словам отнестись с таким же небрежением.

Сопроводив передачу письма сей милой шпилькой, лже-виконтесса, тем не менее, пристально следила за выражением лица чужестранца, на котором так ярко отражались его чувства. Рене вопросительно взглянул на нее из под густых бровей. "Уходим?" - явственно читалось в его глазах. Но госпожа его отрицательно качнула головой.

- Откуда у тебя этот конверт, старый пройдоха, - негромко спросила она.

- Так заяц этот потерял, что выпрыгнул на меня из трактира, - Рене хмыкнул. - Щупленький, да шустрый. Парень прав, это точно была девка, она и пискнула так тоненько, когда я чуть было не схватил ее, но увернулась и припустила через двор, а я заторопился к Вам, почуяв, что неладное тут деется. И хорошо, что успел.

Он недобро покосился на сгрудившуюся по другую сторону стола троицу и потер ссадину на скуле:

- Я бы за плащом Вашим сходил, да боюсь оставлять Вас с... этими, госпожа. А плащ бы Вам не помешал.

- Ты прав, - отозвалась его хозяйка, зябко поводя плечами и с теплом вспоминая об оставшейся в карманах плаща паре заряженных пистолетов. - Ты прав...

34

Отправлено: 18.12.12 23:50. Заголовок: Ференц рукой отстран..

Ференц рукой отстранил Ласлова, едва не перегнувшегося через весь стол, чтобы разглядеть конверт в руках дамы, личность которой все больше интересовала князя. Кто она такая, эта дама, привыкшая только повелевать и скорее всего редко встречавшая на своем пути кого-либо одного с ней ранга. Придворная дама вряд ли стала бы путешествовать в карете и к тому же останавливаться в богом забытом сент-антуанском предместье Парижа. Королевская площадь, вот обычный адрес подобных ей особ, чьи поместья могли находиться и сотни лье от Иль-де-Франс. И все-таки, от провинциалки ее отличала одежда, подобранная со вкусом, и манера говорить, отличная от почти непонятного для мадьярского слуха провинциального говора.
Снова вспоминились королевские профили на сверкавших новизной луидорах, но кто из многочисленной родни Бурбонов?
Переглянувшись только на секунду с Каринти, который встал из уважения к присутствовавшей в комнате женщины, Ференц пристально следил за незнакомкой, мысленно примеряя для нее то одно, то другое имя из всех известных ему высокородных иностранок, кто как и он могла только что приехать в Париж, не успев еще представиться при дворе короля Людовика.

- Не Вам? - почти одновременно воскликнули все трое мадьяр.

Ласлов протянул было руку за конвертом, но Ференц опередил его. Одного взгляда на печать было достаточно, чтобы увидеть на гербе вздыбленного льва. Нет, не его. И ни от кого из тех, от кого он ожидал ответов. Разве что... князь еще раз поднес коверт ближе к глазам и потом поднес его перед самые глаза Каринти.

- Альбион... похоже, но кажется, у них лев в короне, - проговорил он по-венгерски и обратил лицо к даме, - Вы хотите сказать, что мой друг прав относительно... хм... маскарада нашего вора? Но это не объясняет ровным счетом ничего, увы. Если эта женщина хотела выхватить свое письмо, то вряд ли ее интересовали наши письма... но та карета? Или этот месье Кольбер прибегает к помощи переодетых женщин? Мой бог... что сказал бы господин кардинал, - Ференц присвистнул и перемигнулся с Ласловом, - В моей стране только женщины легкого нрава и актерки переодеваются в мужской костюм... не то чтобы я не одобрял это, - поправился он, перехватив тяжелый взгляд слуги его собеседницы, - При необходимости и моя матушка могла держаться в седле в мужском платье не хуже любого из наших гайдуков. Но... к делу. Если наши письма все еще в руках у похитителей, то нам следует не мешкая пуститься в погоню. Или... эй, малый, - он окликнул оборванца, все то время спокойно наблюдавшего за попыткой распознать герб на письме, подпирая дверной косяк, - Какую цену просят за то, чтобы отвести меня и моих людей к этой... как ее, Нельской башне?

- А вас туда никто не поведет, сударь. Ищите дураков.

- Спокойно, - остановил Ференц сверкавшего глазами Ласлова, - А как же мы получим наши письма? Разве ты не об этом говорил?

- Я сказал, что за условленую цену, эти письма будут у Вас, сударь. Или у этой дамочки. Кто заплатит, тем и доставим.

- Вот так запросто что ль и доставите? - усмехнулся Ференц.

- А как доставим то уж наша забота, - уклонился от ответа пьянчуга и перетоптался с ноги на ногу.

- Какова же цена?

- Ваше слово. Или слово этой дамы.

- Так просто? Ну надо же... и где же этот милостивец, который удовольствуется всего лишь словом незнакомца? - насмешливо спросил Ласлов, которому не терпелось схватить оборванца за грудки.

- Слепой знает все о Вас, князь. И о Вас... - бродяга промолчал, но пристально посмотрел в лицо лже-виконтессы, как будто видел под густой вуалью не только ее лицо, но и самое ее имя и титул, - Пушки на Бастилии еще дымятся после Ваших подвигов, сударыня. Такое не скоро забудут в славном Париже.

35

Отправлено: 19.12.12 16:57. Заголовок: - Так что же, выходи..

- Так что же, выходит, письмо и не мое, и не ваше, господа? - острый взгляд голубых глаз обежал вытянувшиеся разочарованно лица молодых людей, и, оценив иронию момента, женщина негромко, отрывисто рассмеялась. - Воистину, судьба играет сегодня злые шутки. Наш воришка умудрился сбежать с письмами, которые ему вовсе ни к чему... но только при условии, что вор действительно был адресатом третьего письма, а не кем-то, подосланным со стороны.

Пальцы ее нервно забарабанили по столу. Два возможных пути: сделка с хозяевами воровского мира, уверяющими, что письма у них, или погоня за каретой, увезшей переодетую даму, и обмен попавшего им в руки конверта на желанную корреспонденцию. Чему поверить и на что решиться? Что, ежели положившись на оборванца, сулящего вернуть пропажу, они упустят время, и их письма окажутся в руках этого Кольбера, доверенного человека Мазарини? Чем это угрожает смешливым чужестранцам, она не ведала, зато... нет, о дурном не стоит думать, меньше вероятности, что оно случится. Так или иначе, вступать в переговоры с привалившимся к двери бродягой ей вовсе не хотелось, уж больно слова его отдавали шантажом. Не то, чтобы ей было жаль золота, но бросать его на ветер герцогиня не любила, а слова оборванца все более и более попахивали именно ветром в поле.

- Мне кажется, мы только тратим время на пустые разговоры, - сердито бросила она, когда нищий отказался быть их провожатым. - Не видите, из нас же просто хотят вытянуть побольше денег, суля нам воздух. Давайте-как лучше распечатаем письмо, чтобы узнать, кому оно написано и кем. Глядишь, и похититель сам собой отыщется. А прощелыгу этого отправим к Мекано за честно заработанным бургуднским.

Слова ее были ошибкой. Ответный выстрел оборванца был столь меток, что на мгновение превратил мнимую виконтессу в изваяние Медузы Горгоны. Ей показалось, что волосы ее встали дыбом и зашевелились вокруг лица. Оцепенение было кратким: в сумраке маленькой комнаты блеснул нож, и она едва успела ухватить за рукав метнувшегося вперед Рене.

- Стой! Это ни к чему теперь, - Рене дернулся было, но, уловив нотку безнадежности в голосе госпожи, нехотя шагнул назад.

- Человек, рекомендовавший "Боевого петуха" как самое надежное место в Париже, был либо глупцом, либо предателем, - она откинула постылую вуаль и смерила бродягу оценивающим взглядом. - Так какого же обещания ждет от меня Париж в обмен на свою забывчивость?

Это был шантаж. С самого начала. И кража была только предлогом. С вероятностью, подстроенным от начала и до конца, чтобы поймать ее в ловушку.

36

Отправлено: 21.12.12 03:03. Заголовок: Ответ оборванца заст..

Ответ оборванца застронул за живое не только Ференца, но и попавшую в одну с ним беду незнакомку. И даже больше чем его самого. Вглядываясь при неровном  свете каминного огня и тусклых свечей, расставленных слугой по всей комнате, Ференц убедился в своей догадке, но придержал свои домыслы при себе, пока мадемуазель сама не решит назваться. И кто из них двоих был главной целью новоиспеченных самаритян? Он, ведший переговоры с баварским относительно устроительства для него встречи с сирийским послом, которого Ракоши надеялся склонить на свою сторону, равно как и шаха. Нейтралитет Сирии относительно продвижения Османской Порты на запад можно было пошатнуть, а недавняя вражда между этими государствами могла бы изрядно поспособствовать делу Ференца в освобождении занятой турками Венгрии. Эти переговоры не могли быть преданы огласке, так же как и то, что Ференц, будучи во Франции прибегал к посредничеству другого монарха. Но что это в сравнении с дерзостью ссыльной принцессы крови, появившейся в Париже вопреки строжайшему запрету короля?
Князь не без уважения посмотрел в лицо герцогини, отмечая ее железную выдержку перед явным разоблачителем ее инкогнито. Риск дело благородных глупцов, говаривал его учитель фехтования, но добавлял еще, что только те, кто умеют рисковать по-настоящему, добиваются успеха. Эта женщина играла на крупных ставках. Но какова же ее цель?

- Сдается мне, что цена, которую хотят запросить эти люди, выражается не в деньгах, - проговорил Ференц и поманил жестом бродягу подойти ближе, - Кто сказал слепому о нас?

- Никто, - просто ответил оборванец, дыхнув крепким абре дешевого вина, - Слепой сам знает то, что ему нужно.

- Ага, еще скажи, что он всевидящий господь, - буркнул Ласлов.

- Для того чтобы знать, слепому не нужно видеть, - осклабился щербатой улыбкой бродяга, - Ему нужно слово. Ваше, сударыня. И Ваше, сударь. А за платой он пошлет. По чести и совести. Не больше чем раз. Услуга за услугу.

- Эк, какой он сговорчивый, - усмехнулся Ференц и похлопал все еще нераспечатанным конвертом по ладони, - Пошлет. А если названная им впоследствии цена окажется выше... разумного, то что?

- Я не гадалка, сударь. Воля Ваша. Выбирайте. Слепой не предлагает дважды.

Глупо было попадаться на удочку банды бродяг и оборванцев. Но за время своих скитаний по европейским столицам Ференц привык не бросать на ветер подворачивавшиеся ему возможности, даже если они не подавались ему на золотых подносах в виде пергаментных грамот о щедрых кредитах. Что-то в уверенности этого бродяги и в том, что он знал на какие именно рычаги надо было давить, заставляло Ференца быть настороже. И верить.

- Вот что, пойди промочи горло. Скажи Мекано, пусть добавит и от меня тоже. А заодно, пусть поднимется к нам сюда. Вина да закусок принесет, чтобы до ужина от голода не помереть. Мои друзья и гости голодны как тысяча чертей. Так что пусть сам придет за заказом.

Уловив недоумевающий взгляд Каринти, князь только пожал плечами, а когда дверь за бродягой захлопнулась, быстро повернулся к герцогине:

- Сударыня, мое обещание в силе. Я не стану интересоваться ни Вашим именем, ни Вашей перепиской. Сейчас сюда поднимется Мекано. У него мы и спросим, что это за слепой, знающий все воровские притоны Парижа и узнающий путешественников, желающих остаться неузнанными. Но скажите мне, сам трактирщик знает ли о Вас и о Вашем корреспонденте? Мог ли он выдать Вас? В отношении себя я могу с уверенностью сказать, что по гербам на конверте он не прочел бы имени персоны, с кем я веду переписку. Для него это скорее любовная интрига. Что же до моего имени и титула, то они также не могут быть известны... разве что, кто-то из конюхов знает наш язык.

- Кхм... - Каринти прикашлянул в кулак, обращая на себя внимание собеседников, - Вы ошибаетесь. Мекано прекрасно информирован о всех, кто у него останавливается. Уж не знаю, как ему это удается, но я слышал как он называл Ваши титулы, когда думал, что никто не прислушивался к его кряхтению. Я стоял под лестницей, когда он спускался и ворчал... а у меня есть привычка, прислушиваться ко всему, когда упоминают Ваше имя.

- Только то и всего... а я тут маскарад разыгрываю, - с наигранным смирением произнес Ференц, разводя руками, - Нам остается только договориться, как самим обращаться друг к другу.

37

Отправлено: 21.12.12 21:41. Заголовок: А и правда, что же н..

А и правда, что же на самом деле известно Папаше Мекано? Вопрос этот занимал Великую Мадемузель не меньше, чем ее собрата по несчастью. Собрата? Она невольно усмехнулась, поймав себя на том, как стремительно менялось ее отношение к стоящему напротив молодому человеку. И четверти часа не пролетело с того момента, когда она про себя окрестила его бесчестным наймитом Мазарини, а сейчас, глядя в его удрученное лицо, уже готова числить в союзниках, пусть всего лишь в деле возвращения пропавших писем. Это ли не вопиющий пример женского непостоянства, отсутствием которого она привыкла так гордиться?

- Мекано знает меня под именем виконтессы де Бросс, а корреспондента моего не должен знать и вовсе, письма его доставляются в Париж доверенными людьми и попадают сюда через многие руки. Предполагается, что ни одна из этих рук не должна быть осведомлена о том, кто передает ей корреспонденцию, и кто ее получает, но после сегодняшних откровений - весьма для меня неожиданных и неприятных, должна признать - я уже ни в чем не могу быть уверена. Кроме того, разумеется, что трактир этот вовсе не является таким уж безопасным местом. Все это наводит меня на крайне обидную мысль о том, что и разыгрываемый мною маскарад не стоит в глазах трактирщика и выеденного яйца. Что же до Вас, сударь, можете по-прежнему именовать меня "мадам". Моя щепетильность не заходит столь глубоко, чтобы настаивать на неточности сего обращения.

Голос ее звучал ровно, но встревоженный взгляд Рене был недвусмысленным намеком на то, что наигранное спокойствие госпожи нисколько его не обманывало. Он не ошибся: на душе у герцогини было скверно, ах, как скверно. Мало того, что безопасность ее пребывания в Париже внезапно оказалась под угрозой, мало того, что она не получила долгожданного письма и не представляла пока, как поступить далее, и что теперь будет с их планами воспользоваться надвигающейся кончиной Мазарини. Все это было скверно само по себе, но куда сквернее оказалось то, что она проиграла в игре в кошки-мышки. И кому! Последнему парижскому отребью. Гордость Анны была узявлена, уязвлена настолько, что, будь ее воля, она немедля отправилась бы в Ратушу и вернулась в трактир во главе отряда гвардейцев, как в недобрые, но такие славные старые времена. Вернулась бы и камня на камне не оставила от этого гнусного притона.

- Что Вы намереваетесь узнать у Мекано, милостивый государь? Что бы мы ни спросили у него, он солжет, в этом у меня нет ни малейшего сомнения. Что же до возмутительного требования этого неведомого Слепого... Да, я понимаю, чего он хочет: услугу за услугу. Но требование его неприемлемо и непомерно: как я могу дать слово подобному человеку, не будучи уверена в том, что просьба его, когда она прозвучит, в конце концов, не окажется противна закону, моему положению, моей чести, наконец? Сама мысль об этом оскорбительна.

В порыве охватившего ее гнева герцогиня и не заметила, как пальцы ее смяли листок с рисунком герба. Отшвырнув в сторону комок бумаги, она поднялась со стула и, тяжело дыша, отошла к окну и подняла створку, чтобы охладить лицо вечерним ветром.

- Если Вас не затруднит, попытайтесь уладить дело с этими людьми в меру вашего разумения, господа, - проговорила она, не поворачиваясь.  Суета во дворе уже улеглась, и карета ее сиротливо стояла посреди грязного двора. - Вы пробыли здесь долее меня и знаете их лучше. Денежную сторону дела я готова взять на себя, это не составит мне труда. Но более всего я бы желала знать, кому предназначалось третье письмо, и где можно отыскать получателя. И сдается мне, - женщина, наконец, повернулась с жесткой усмешкой на лице, - что в этой комнате достаточно мужчин, чтобы вытряхнуть правду из одного трактирщика. По хорошему, мне бы хватило для этого и одного Рене, но я готова приберечь этот аргумент на самый крайний случай.

38

Отправлено: 22.12.12 21:41. Заголовок: - Я хочу узнать у не..

- Я хочу узнать у него про этого слепого всезнающего, - ответил Ференц, отмечая про себя справедливость возражения виконтессы, как он решил называть про себя попавшую в одну с ним беду особу, - Если он солжет, что не знает ничего об этом человеке, то это только подтвердит и то, что все остальные его заверения не стоят и выеденного яйца, как Вы изволили выразиться, мадам. Трактир не безопасен, с этим я соглашусь. Но не будет ли еще более рискованно отправиться на ночь глядя в другое место, где ни Вы, ни я не знаем на кого можно полагаться. Париж велик, но не настолько, чтобы найти в нем приют для тех... кого здесь не ожидают. Вы не считаете это справедливым?

Князь посмотрел на молчаливого слугу виконтессы, у которого явно было свое мнение на счет каждого из пунктов его речи. Нагловатая ухмылка на обветренном и выдубленном лице делала его похожим на одного из тех солдат удачи, которые продавали свою рапиру и опыт на поприще убийств любому, кто заплатит. Как далеко этот малый способен зайти за плату, которую ему предложила виконтесса? Есть ли у него кроме понятия оплаченных услуг понятие долга и верности нанявшему его лицу? Короткие реплики, которыми виконтесса обменивалась с ним создавали впечатление доверительности и некоторой близости в отношениях. Наемник, верный своему нанимателю, а бывает ли такое в природе?

- Простите меня, мадам, за то, что я вступил в переговоры и от Вашего имени с этим оборванцем. Безусловно, и речи быть не может, чтобы уступать их требованию и давать слово обещания в неизвестно какой услуге. Я хотел только убедиться в том, что этот малый и в самом деле послан сюда этим воровским бароном, кто бы он ни был. Я предлагаю... я предлагаю посулить ему наше согласие и отправить к этому слепому. А потом проследить за ним и найти этот воровской притон. Сдается мне, что он с такой легкостью обещает достать наши письма только потому, что они уже у них в руках.

На лестнице послышались тяжелые шаги и характерное кряхтенье трактирщика. Ференц быстро глянул на своих мадьяр и на Рене. Слова виконтессы о вытряхивании правды из Мекано заставили его покраснеть, не столько чудовищностью своего смысла. Князь не мог бы позволить себе производить подобные пристрастные допросы в пристутствии дамы, даже если она всего несколькими минутами раннее полностью доказала свою способность смотреть любой неприятности и неприглядности в лицо.

- Мадам, мы попробуем для начала по-хорошему, - прогвоорил он, глядя женщине в глаза, - Но это письмо... позвольте я взгляну на него, - он нагнулся и опустился перед виконтессой на одно колено, чтобы поднять выброшенный ей скомканный коверт, - Львы... нет, пожалуй, мне они не говорят ничего... но печать сломана, - он попробовал оторвать восковую печать от листа окончательно, чтобы развернуть письмо, но не успев этого сделать из-за прихода Мекано, засунул конверт к себе за пазуху и поднялся с колена.

- А, Мекано, старина, проходи. Я бы хотел задать несколько вопросов тебе. И не твоем поставщике вина. Нет, - сурово глядя в морщинистое лицо тавернщика сказал Ференц, - Речь пойдет о слепом. Кто это? Чем занимается? Что тебе известно о нем?

39

Отправлено: 22.12.12 23:08. Заголовок: - Эй, папаша! Налей ..

- Эй, папаша! Налей мне обещанного вина. И побольше. Тот славный господин, что наверху беседует с красоткой под вуалью, посулил заплатить за мою выпивку.

- Все горазды обещать, - проворчал Мекано и протянул руку к глиняной бутыли, он взял ее за покрытое паутиной горлышко, откупорил и принюхался. Покачал головой и отставил в сторонку, выбрав другую бутылку, даже если этот славный господин Хороший и принесет хоть какую выручку за этого бродягу, не переводить же на всякого оборвыша свое лучшее вино.

- На, пей. И запомни, Мекано всегда слово держит.

- А на что мне запоминать? - огрызнулся бродяга и отхлебнул из кружки, - Ты ступай к тому молодцу то. Звали тебя. Вина просили, да и еды заказать хотят. Видно они у тебя надолго тут осядут, - оборванец протянул жилистую руку, покрытую рубцами от ножевых ран к рукаву папаши и потянул его к себе, - Слушай, что скажу тебе, Мекано. Ты балагур тот еще. Но не дай бог тебе сболтнуть чего лишнего. Понимаешь? А то как бы заведеньице твое не прозвали "Безголовым Петухом".

Оставив за спиной хрипло смеявшегося бродягу, папаша наскоро собрал, что было под рукой из снеди на широкое деревянное блюдо и пошел к лестнице.

- Эй, Жанена! Как гусь подоспеет, пошли Жана с ним наверх в комнаты, что я молодому господину сдал. И вина пусть еще донесет.

Кряхтя и ругаясь на темноту папаша поднялся по скрипучей лестнице, думая по дороге о недвусмысленном предупреждении бродяги. Что было за дело у Слепого до благородий? Или переписка мадам виконтессы была вовсе не из тех легких на мысли и предложения авантюр, за которыми обыкновенно охотятся только обманутые мужья? То, что шевалье, не пожелавший назвать трактирщику свое имя, был не прост, понятное дело. Не зря ж его молодцы по струнке перед ним ходили. Принц или герцог какой из опальных, верное дело. А то что говор у них не французский, так мало ли в Париже гасконцев или тех же лотарингцев, говоривших на невесть каких наречиях. А может и князек какой из немецких беглых.

- А вот и я, господа хорошие... - в глазах Мекано мелькнул испуг при виде сурового лица молодого шевалье и уставившихся на него двоих из его людей.

Оглянувшись на виконтессу, стоявшую у окна, и ее угрюмого слугу, сцепившего пальцы рук как заправский палач перед допросом, папаша сглотнул, поняв, что ничего хорошего ему эта компания не желала.

- Слепой? Какой слепой? Да мало ли слепых в Париже то? Вот и на паперти, как в воскресенье не приди к мессе, а там не протолкнуться то и зрячему, слепых что пчел в улье. А что мне о них знать? То ж не мои завсегдатаи, понятное дело то. Не с их медяками по тавернам то ходить... да Вы, шевалье, отведайте вот ветчины... я Вам лучшей нарезки принес. А вот и вина Вашей даме предложите. Тонкий вкус... а аромат, - в попытке выкрутиться Мекано состряпал самую благодушную мину на своей физиономии.

40

Отправлено: 23.12.12 00:53. Заголовок: Вопрос чужестранца, ..

Вопрос чужестранца, как и надлежало предполагать, остался без ответа. Герцогиню это не удивило и даже не рассердило: она заведомо не ожидала от трактирщика ни искренности, ни особого желания помочь. Пока перед глазами Мекано не заблестит реальная пожива, он будет тем, что есть, увертливым и скользким будто угорь, решивший во что бы то ни стало избежать рыбацкой корзины.

Трактирщик засуетился, заговаривая им зубы и расставляя на столе глиняные тарелки и миски со снедью. Женщина едва заметно кивнула своему слуге. Им не надобны были слова: эти двое давно научились понимать друг друга с полувзгляда, полунамека, одного движения руки.

- Так тебе неведом тот слепец, который посылает в твой трактир своих людей шпионить за постояльцами, хозяин? - холодно осведомилась она, наблюдая, как за спиной трактирщика Рене занимает место у двери.

Привалившись к косяку точно в такой же вальяжной позе, что и бродяга до него, старый солдат засунул руки в карманы и приобрел обманчиво сонный вид. Только госпожа его, хорошо изучившая повадки Рене, знала, как пристально умеет он следить за всеми из под опущенных тяжелых век.

- Что же, быть может, тогда ты просветишь нас относительно того, кому предназначалось третье письмо? Помнится, там, на лестнице, ты заявил, что знаешь адресата. Или он тоже не из завсегдатаев "Боевого петуха"?

Подойдя к столу, она двумя пальцами взяла с блюда полупрозрачный лепесток окорока и кивнула с видом знатока:

- А ветчина и верно знатная, трактирщик. Жаль будет съезжать из заведения, где подают такую.


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Вневременные Хроники или Летопись Золотого Века » Что написано пером... Февраль 1661