Le Roi Soleil - Король-Солнце

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Вневременные Хроники или Летопись Золотого Века » Что написано пером... Февраль 1661


Что написано пером... Февраль 1661

Сообщений 1 страница 20 из 115

1

Отправлено: 18.05.10 15:12. Заголовок: Что написано пером... Февраль 1661

"Что написано пером..."
Время: Февраль 1661 года, вечер
Место действия: Париж
Действующие лица: Ее Высочество герцогиня Анна-Мария-Луиза де Монпансье, Его Высочество крон-принц Ференц Ракоши, папаша Мекано, Слепец Тэо и другие

Великая Мадемуазель пишет:

- Человек, рекомендовавший "Боевого петуха" как самое надежное место в Париже, был либо глупцом, либо предателем, - она откинула постылую вуаль и смерила бродягу оценивающим взглядом.
- Так какого же обещания ждет от меня Париж в обмен на свою забывчивость?


http://img-fotki.yandex.ru/get/4133/56879152.171/0_c551f_e018994d_orig
Таинственные приключения Великой Мадемуазель и князя Ракоши благополучно завершились только на рассвете...
Ференц Ракоши пишет:

- Приехали! - раздался голос Рене и стук колес смолк, уступив звуку отпираемых ворот внутреннего двора особняка.


http://img-fotki.yandex.ru/get/9309/56879152.26d/0_dcc6d_5ebc76a7_orig

2

Отправлено: 18.05.10 17:12. Заголовок: Париж... Сердце на с..

Париж... Сердце на секунду возликовало, осветив лицо хищной улыбкой, когда сладкие, смешанные с гнилью, плесенью и сыростью, с тенью приторных духов, с налётом лошадиного пота и уличных помоев, и, в то же время, с тонким ароматом истинной, бурлящей жизни, запахи этого города ударили в нос путешественнице. Она успела изрядно устать за дорогу, и, казалось бы, даже придремала, облокотившись тяжкой головой на лазурную сафьяновую, дорожную подушечку. Но как только карета въехала в Париж, и колёса застучали по разбитой въездной мостовой, а внутрь проникли звуки и ароматы вечереющего города - путешественница встрепенулась и раздула ноздри, поглощая, впитывая в себя всё это без остатка, чтобы наполниться до краёв, чтобы стать частью этого, пусть и тайно, ненадолго. Её пальцы судорожно, побелев костяшками, вцепились в край каретного окна, а глаза пытались обхватить всю открывающуюся панораму, со снующими крестьянами, возвращавшимися с полей той же дорогой, с торговцами,  залихватским криком подгонявших носильщиков, чтобы успеть свернуть торговые лотки до ночи, с прачками, визгливо перекрикивающимися о последних событиях в собственной жизни, с монахами, деловито шаркающими сандалями и постукивая чётками в складках дерюжных ряс, с изредка появляющимися в поле зрения всадниками, закутанными в плащи и позванивающими шпагой в такт аллюру лошади и колыхания пера на шляпе... Всё это был так знакомо, так близко её измученному тяготами лишений сердцу, что у путешественницы вскоре появились на глазах слёзы, которые она секундой позже смахнула ажурным платком.

Вскоре карета замедлила ход и остановилась, прямо посредине дороги, бурлящей людьми и ездоками. Наша путешественница вздрогнула и озадаченно посмотрела в окно, но, не увидев там ничего проясняющего данную остановку, постучала сильной рукой в стенку кучеру. Тот слез с козел и обойдя карету, не имея наглости заглядывать в окно, проговорил скрипучим басом:

- Впереди затор, Ваша светлость, придётся обождать.

Дама в карете вздохнула и открыла дверцу, подав кучеру руку, который не ожидал такого поворота событий, и чуть запоздал с поклоном, в итоге оступился левым башмаком в лошадиный навоз, и нахмурившись помог ей выйти.

- До "Петуха" совсем не далеко, я дойду пешком, Рене. Ты доедешь как только сможешь проехать. - Путешественница прищурила взгляд своих блестящих глаз, и поправила плотную, чёрную вуаль.

- Не опасно ли, Ваша светлость? Всё таки вечереет. Сброду всякого хвататет, а вы, видно, дама богато одетая... - кучер Рене промямлил слова заботы, нервно теребя край собственной холщовой куртки, не поднимая глаз на госпожу, что было весьма верно с его стороны, ибо после его слов та обернулась и одарила его убийственным взглядом, казалось, прожигающим вуалетку.

- Ты, верно, бредишь, Рене. Чтобы я боялась какой-то парижский сброд?! У меня два заряженных пистолета под плащом и кинжал, поверь, это местному отребью стоит спрятаться по своим норам и не высовывать своих грязных носов! - и путешественница лихо развернувшись на каблуках, подняв ворох дорожной пыли тяжелым подолом тёмно-синего платья, направилась через колыхающуюся толпу в сторону нужного ей места.

Пройдя несколько десятков метров, она обнаружила на дороге сломанную телегу водовоза, у которой отвалилось колесо, сломав переднюю ось. Телега была полна водой, а чтобы поменять колесо, требовалось приподнять её, что, ввиду тяжести, было не возможно. Мужики уговаривали водовоза слить воду в канаву, но тот отпирался, не желая на ночь глядя снова тащиться за водой к колодцу. С минуту Дама созерцала происходящее.

"Да, такими спорами это явно надолго! Врят ли удасться выбраться из Парижа заполночь!"

И она снова направилась в сторону таверны "Боевой Петух", вывеска которой уже ярко мелькала впереди по улице.

Достаточно скоро, отчитав по дороге в весьма грубой форме какого-то ремесленника, толкнувшего её в бок, и пообещав, если они ещё раз встретятся по той же причине - попросту перерезать ему "его паршивую глотку", наблюдаемая нами высокая и гордо державшая спину, Дама, наконец-то зашла в таверну, размашисто хлопнув дверью. Скинув, уже слегка запылённый плащ, на руки к тут же подбежавшей жене трактирщика, но не сняв вуали, путешественница вложила в её руку настоящий золотой экю, заставивший глаза тавернщицы загореться, а тело согнуться в низком поклоне.

- Для меня должно быть письмо. Письмо без подписи, но на имя виконтессы де Бресс. - голос путешественницы прозвучал так тихо, что женщине, к которой она обращалась, пришлось напрячь слух и она приподнялась на цыпочки.

- О, да, доставлено два дня назад. - закивала она и быстро прошмыгнула в соседнюю маленькую комнату.
Путешественница, будем называть её временно дальше виконтессой де Бресс, несколько нервно огляделась по сторонам и подёрнула плечами, поймав на себе несколько любопытных взглядов посетителей, находившихся в общей зале у камина. Вскоре снова появилась тавернщица, неся в руках белый, запечатанный сургучом без вензеля, конверт и, поклонившись ещё раз, передала его виконтессе. Та быстро взяла конверт, вложив при этом в мозолистую, серую руку трактирщицы ещё один экю.

- Я возьму комнату. Любую. До полуночи. - голос звучал всё так же тихо, Дама совсем не сомневалась, что женщина услышала её и исполнит всё в точности. Она лишь отошла немного в тень, ожидая, что её проводят, и задумчиво сжимая в ладони белый конверт без подписи...

3

Отправлено: 01.06.10 17:11. Заголовок: День прошел неладно ..

День прошел неладно и уныло, вечер сказался как никогда тихим. Из всех обычных своих посетителей Мекано выделял лишь тех завсегдатаев, чьи обеды, переходили в обильные ужины и заканчивались буйными попойками. То были мушкетеры Его Величества, давно уже избравшие "Боевого Петуха" как вторую резиденцию своей роты. И вот именно этим бравым молодцам случилось отбыть из Парижа вместе с королевским кортежем. Как сболтнул еще утром паренек, хаживавший вместе со слепым Тэо вместо поводыря, обе мушкетерские роты поднялись засветло и конным строем направились к Лувру. А если их не было видно по дороге к воротам Сен-Дени, значит, ехали они в другую строну. И видимо, это была не охотничья забава молодого короля.

- Бес их знает, этих высокородных господ, куда им вздумается везти нашего короля, - пробурчал Мекано, слушая очередные сетования свояченицы Жанены на то, что ее лучшая баранина стынет и пропадет пропадом, так и не попав на стол, - Да не ной, и без того тошно, - Мекано только хлопнул ладонью по стойке, явно не желая вступать в споры и рассуждения, - Сколько та дама дала тебе за письмо?

- Денье.. или нет, пять су.... кажется, - неуверенным тоном ответила Жанена, поспешно схватив половник, чтобы помешивать варившуюся на огне похлебку.

- Не лги, - Мекано даже не повернул к ней голову, - Положишь деньги в ящик. Нам сейчас каждый экю сгодится. Пойду ка я провожу ее в комнату сам. Эта виконтесса или как ее еще там величают наверняка останется и дольше. В таких нарядах на ночь глядя да еще и без провожатого не гуляют по Парижу.

Он глянул в свое отражение в начищенной до блеска медной сковороде и поправил красную засаленную но еще не утратившую первозданный цвет алую повязку на голове. Сдвинув ее на одну бровь, он щеголевато прищелкнул пальцами и подпер кулаком бок. Заметив, что за его манипуляциями следил мальченка поваренок, он угрожающе сдвинул брови.

- Брысь! Поди спроси, может кто и пожелает сегодня ужина в добавок к выпивке. Не пропадать же твоему барашку. А, кума? - сверкнув зубами в оскале, который должен был подразумевать улыбку, Мекано вышел из кухни и направился к углу, где стояла дама. Благородного виду, но по одежде видно было, что провинциалка. Может, ждала вестей от кого-то из власть имущих, а может, справляла свои судейские дела у стряпчего. Много их тут бывает. Мекано встречал не раз и поблагороднее. Сначала они ведут себя аки герцоги-пэры-короли. А когда поиздержатся, да утомятся ожиданиями, так и рассказывают о своих горестях. Тут уж лучше Мекано слушателя и не найдется. Он и выслушает, и вина подольет. Да и жаркое предложит в утешительной манере. А тайны, о, все тайны Парижа намертво заперты в его голове, как в сундуках казначейства. До поры до времени. Но кто же подумает, что недалекий на вид, словоохотливый трактирщик когда-то вспомнит о секретах, поведанных ему в заполночный час? Да и кто вспомнит? Наутро господа хорошие приходят в себя, требуют горячей воды и вина, а коли остались еще и деньги, то и завтрак подать велят в комнаты к ним. А Мекано и виду не подаст, что всю ночь слушал, как изливали ему свои горести под винными парами. Так и уезжают себе господа хорошие, оставляя свои секреты и тыйны с Мекано трактирщиком. А уж он то знает, как добром распорядиться. Знает, что и почем нынче, а что и подождать может.

- Любую комнату, сударыня? О, я предложу Вам только лучшую, только самую лучшую! - одной рукой он подхватил подсвечник, другой указал на лестницу жестом, которому позавидовал бы любой трагик с постков Бургундского отеля, - Прошу за мной, сударыня! Лучшие комнаты и лучшее вино от Мекано всегда к Вашим услугам!

4

Отправлено: 02.06.10 13:28. Заголовок: Проводив сосредоточе..

Проводив сосредоточенным взглядом удаляющуюся на кухню женщину, наша путешественница стала задумчиво оглядывать зал. Посетителей явно не много, что было только к лучшему. Меньше свидетелей, меньше забот - так всегда рассуждала эта женщина, ведь последнее, что она хотела бы сейчас - чтобы её узнали. Дама опять нервно поправила и без того идеально лежащую вуаль, и посмотрела на белый конверт в своих руках. Даже сквозь плотные, чёрные перчатки, одетые лишь для того, чтобы скрыть фамильные перстни от случайных глаз, его поверхность загадочно холодила кожу, заставляя поглаживать его указательным пальцем.

"Что бы там ни было, это письмо не должно попасть в чужие руки. Иначе я пропала, а я не могу этого допустить! Второго шанса, в таком случае, у меня уже не будет."

Названная виконтесса ещё раз оглянулась на кухню, откуда доносились чудесные ароматы жаркого, соуса и варёных бобов. Долгая дорога имеет свои недостатки, а именно, возникающее, сосущее чувство голода и жажды.

"Пожалуй, нужно поужинать, а только затем заняться делами! На пустой желудок даже пушки не стреляют!" - и под плотной вуалью сверкнула короткая улыбка.

Трактирщик подошёл незаметно, заставив женщину слегка вздрогнуть и инстинктивно, прижав конверт к высокой груди, незаметно вторую руку опустить под плащ. Если бы в этот момент на ней не было вуали, и трактирщик увидел бы её взгляд - он мог всерьёз опасаться за свою жизнь. Но, лишь секунда потребовалась этой странной даме, чтобы осознать отсутствие опасности и она, выдохнув, выпустила что-то, спрятанное во внутренний карман плаща, и немного расслабилась. Названная виконтесса саркастически усмехнулась взгляду, каким окинул её одежду трактирщик...

Вот он - мой удел: запылённый плащ, стоптанные туфли и платье не по моде. Ничего, ещё немного...и я вернусь, а там уж, кто не спрятался - я не виновата...

- Месье Мекано, благодарю. Вскоре должен подъехать мой экипаж и кучер Рене. Распорядитесь пожалуйста, чтобы лошадей покормили, а карету поставили под навес - тёмные тучи накануне явно несли дождь со снегом на Париж.

Она даже не задумывалась, что у трактирщика явно вызовет удивление тот факт, что такая дама появилась в его таверне раньше собственного экипажа. Но обращать внимание на такие мелочи было не в её характере, ведь это всего лишь трактирщик.

Поднявшись по добротной, радушно поскрипывающей в такт шагам, лестнице вслед за Мекано, виконтесса де Бресс остановилась и сверху ещё раз озабоченно окинула взглядом зал. Что-то тревожило её, какое-то лёгкое, мимолётное предчувствие. Трактирщик, повозившись немного с замком при свете трепетавшего пламени свечи, открыл массивную дверь одной из комнат, приглашая жестом гостью войти, но сам прошёл в комнату вперёд и зажёг подсвечник, стоявший на столе. 

Комната была достаточно просторная, но без излишеств и роскоши. Удобная большая кровать, умывальник в углу, массивный деревянный стол и два таких же стула у стены, и, даже, небольшое зеркало в углублении рядом с умывальником - всё, что составляло убранство этой комнаты. Единственное, что скрашивало строгий стиль - это ярко синее шёлковое покрывало на кровати и такого же цвета шторы на двух окнах, отливающих выбитым орнаментом при неровных отсветах свечей.

"По сравнению с армейской палаткой - просто дворец! А уж с замком Шантильи, где мне пришлось провести в лишениях столько времени под стенания Конде - так вообще рай" - усмехнулась женщина чему-то из своего туманного прошлого и прошлась по комнате.

- Вполне неплохо, благодарю.- произнесла она, развязывая шнурки подбитого мехом плаща, и аккуратно повесив его на стул. При всей осторожности, находившееся в карманах плаща оружие всё таки звякнуло о жёсткую спинку стула. Виконтесса слегка побледнела под вуалью. Это уже было слишком, ей не нужно было любопытство трактирщика к женщине, путешествующей с целым арсеналом в карманах, это могло быть опасно. - На дорогах сейчас не спокойно. - быстро произнесла дама, и поспешила достать бархатный, вполне тугой кошелёк. - Месье Мекано, не подскажете мне, кто у вас сегодня ещё остановился? - и она, не глядя, высыпала на стол несколько блестящих, жёлтых экю.

5

Отправлено: 05.06.10 21:24. Заголовок: Аромат жаркого из ба..

Аромат жаркого из баранины поплыл над головами редких посетителей таверны. Жанена собственноручно несла на второй этаж огромное блюдо, прикрытой серебряной крышкой - непозволительная роскошь, которую тавернщик оказывал только избранным гостям. Сама Жанена не понимала, чем серебряные блюда и столовые приборы лучше медных, и вообще зачем все это обилие вилок и ложек, когда завсегдатаи в "Боевом Петухе" сносно управлялись своими собственными руками, помогая себе при необходимости ножами, которые носил за поясом каждый хоть сколько нибудь дороживший своей жизнью парижанин. Но на что объяснять глупой женщине, что в столовое серебро и все эти прихоти в виде серебряных блюд и тазов Мекано вкладывал доходы от своих не слишком ярких операций, скрываемых за стойкой его таверны. Приятели и недруги, видевшие это подобие роскоши могли судить о состоятельности трактирщика, но вряд ли бы стали заваться вопросом, а было ли у него за душой более того, что он так спешил показать.

- А вот и ужин, сударыня. Все в лучшем виде. Жанена хоть и не слишком учтива к моим постояльцам, но готовит недурственно. Барашек в чесноке это ее коронное блюдо. Рекомендую к нему красное анжу, я сам привез его с виноградника моего кузена.

Он откупорил принесенную с собой бутылку и услужливо налил вино в бокал. Пусть во дворцах и не каждому подадут именной бокал, но в таверне у Мекано каждый гость будет чувствовать себя как король. А уж Мекано знает, как услужить по-королевски. Недаром он слушал росказни господ мушкетеров, а те бывали на обедах с самим королем! Правда, обладатели синих плащей с серебряными крестами и лилиями не заботились уточнить при этом, что на королевских обедах они обычно стояли по периметру зала, охраняя персоны короля и его гостей от нежданных злоумышленников, да и просто составляя красочное дополнение к интерьеру королевских столовых.

- Отведайте и это рагу, сударыня. Не пожалеете о том, что решились приехать в Париж. Нда.. так что? Кто остановился? - хитрые глаза тавернщика сузились, как будто он силился вспомнить, - Да уж время то такое, кто не приезжает, все только мимоходом... да и я с моей скромностью, разве ж спрошу, кто и как... - он выразительно глянул в лицо постоялицы - уж ее то он не спросил, кто она была на самом деле, хотя, чем дольше он говорил с ней, тем больше убеждался, что она была явно высокого ранга и привыкла не просить, а приказывать, не спрашивать, а требовать ответа.

- Да вот разве что компания молодых людей заехали. Да шут их знает, кто такие. Говорят как вороны - не разберешь ни слова, язык бесовский, не христианский я бы сказал. Хотя сами вроде как и благонравны и девок к себе не водят. Но знать не знаю, ведать не ведаю, кто.

Мекано слукавил, сказав, что не знал ничего о происхождении молодых постояльцев. Он слышал как отчасти их разговоры за столом в общей зале, когда молодые люди заговаривали с захаживавшими на кружку вина мушкетерами. Одного из них они точно уважали больше других, и даже выделяли - он жил один в целой комнате, тогда как его товарищи делили другую комнату на четверых. А каждую ночь один из них сидел за столом у самой лестницы и пил вино, но видно было, что сидел он не просто так, а как будто сторожевой пес - охранял и бдил покой сотоварищей, или точнее сказать, одного своего товарища.

- Да вот окромя них то и нет никого. Разве что иногда заглянут сюда кто из проезжих господ... ну да и кавалеры с мадамами, выряженными в кавалеров, - Мекано ухмыльнулся, - Я то вижу, но делаю вид, что и ведать не ведаю. А на что мне? Коли платят, так пусть хоть содомиты, прости господи... Ну да до чужих грехов мне делов то нету...

Он поспешил умолкнуть, явно смекнув, что дама, с которой он говорил и сама могла быть в Париже не только по стряпчим делам. Кто ж знает... вот если б Жанена не песпешила отдать письмо, он успел бы глянуть. Как знать, может там и адресок был обратный.

6

Отправлено: 06.06.10 17:11. Заголовок: Осмотревшись и обдум..

Осмотревшись и обдумав своё дальнейшее пребывание в этом месте, наша путешественница только собралась попросить у Мекано ужин, как женщина, отдавшая ей письмо, уже вносила в открытую дверь благоухающее блюдо. Именовавшая себя де Бресс повела носом, впитывая ноздрями каждую каплю сочащегося с тарелки аромата, и от удовольствия чуть не всхлипнула. Есть хотелось нещадно, и если бы не воспитанное статусом благоразумие - она бы накинулась на еду сразу. Предусмотрительный и разговорчивый трактирщик быстро откупорил вино и налил его в высокий бокал.

- Да уж, месье Мекано, вы как заправский бретёр - работаете на опережение! Я только успела подумать об ужине и хорошем вине, как ужин уже у меня на столе, а вино играет гранями в бокале! Пожалуй, я не зря так много слышала о вашем заведении хороших отзывов и воспоминаний! - поспешила гостья похвалить хозяина, что явно пришлось ему по вкусу.

Женщина взяла бокал и, осушив его несколькими глотками, стала разглядывать разложенные на блюде явства. Да, кухня у Мекано и вправду, видно, была отменная: чудесная баранья вырезка, подкопчёная и поджаренная с боков, покрытая румяной бурой корочкой, сочившаяся светлым, янтарным, ароматным соком и, в довершение, покрытая соусом из рубленного чеснока, базилика и тушёного лучка. Один вид этого чревоугодного блюда приводил изголодавшуюся путешественницу в сотояние блаженства. Дама лёгким, широким шагом пересекла комнату и плеснула немного воды из глиняного, холодного кувшина в медный таз, отозвавшийся глубоким гулом и стоном. Сняв перчатки, и тщательно споласкивая руки в ледяной воде, она слушала повествования словоохотливого трактирщика с безразличием обычной женщины, стоя к нему спиной, и, время от времени, поглядывая на него сквозь складки вуали в висевшее с боку зеркало. Со стороны могло показаться, что она почти не слушает Мекано, охотно болтающего всякую чепуху. Но её тонкий, тренированный ум, успевал, как просо от плевел, очистить нужную ей информацию от потока слов трактирщика, от эмоций, которыми он тщательно старался прикрыть собственное любопытство к своим постояльцам.

"Значит на этаже ещё и чужестранцы - мало приятного. Интересно, кто они? Надо будет после ужина спуститься к камину, посмотреть. Мне не нужны неприятности, а значит лучше продумать всё заранее."

- Упаси тебя наш Господь Бог от содомитов, трактирщик! Сам не ведаешь, чего просишь... - проговорила женщина, вытирая руки о чистое холщовое полотенце. В её голосе звучало что-то мрачное, брезгливое, известное ей одной. Дама прошла к столу и села, аккуратно, как бы невзначай, отложив смятое полотенце в сторону. На её пальцах сейчас не было ни одного кольца, хоть как-то указывающего на её статус или достаток. Слишком заметен был герб на одном из них, чтобы свободно демонстрировать его всем подряд.  Она, по-мужски обхватив винную бутылку за горлышко, сама налила себе ещё вина, что, кажется, её нимало не смутило, и с изяществом приступила к еде.

- А сейчас извольте меня оставить, господин Мекано. После ужина я хотела бы спуститься вниз и выпить вина там. Мне нужно дождаться приезда моего экипажа и с ним багажа. - и женщина грациозно махнула рукой в сторону двери, и по этому жесту не возможно было догадаться: выпроваживает она хозяина таверны или просто поправляет манжету рукава.

Вуаль заботливо скрыла нервный взгляд, брошенный в сторону свёрнутого, лежащего рядом полотенца...

7

Отправлено: 23.06.10 20:41. Заголовок: Вечер оставил темные..

http://img-fotki.yandex.ru/get/15484/56879152.3eb/0_10bc92_bff80884_orig

Вечер оставил темные пятна за окнами таверны - редкая роскошь для предместья по тем временам. В зале с прокопчеными дочерна стенами и лоснящимся от жира и капель потолком было немноголюдно. Некоторые столы пустовали, зияя испещренными царапинами деревянными столешницами. За несколькими столами сидели несколько групп.

- Трактирщик! Клянусь Святой Богородицей, я велю насадить на вертел первого попавшегося поваренка из твоей кухни, если ты не подашь нам ужин сию же минуту! - вызывающе громкий хриплый голос принадлежал одному из городских гвардейских старшин, сидевших за лучшим столом прямо у огромного камина.

Молодые люди, сидевшие за столом в углу зала, обернулись. Один из них недовольный наглостью постояльца приподнялся из-за стола, подняв кинжал, которым только что разделывал окорок. Его сосед положил руку на ему плечо и что-то негромко сказал. Это не осталось незамеченным старшинами, успевшими осушить уже несколько бутылок вина. Тот из них, что звал трактирщика, заносчиво перекинулся через весь стол и рассмеявшись крикнул на всю таверну, обращаясь к молодым людям:

- Что, красны девицы, не для ваших ушек? Как грубо, а? - старшины загоготали в ответ, трое молодых людей поднялись со своих мест, но сели снова, повиновавшись строгому окрику своего товарища, - А, что? Или ваша матушка настоятельница будет гневаться? - обидные слова захмелевшего гвардейца прозвучали под аккомпанимент разбиваемых глиняных бутылок - городские старшины разошлись не на шутку, - Трактирщик! Одним кислым  вином будешь нас поить весь вечер? Клянусь всеми святыми, нас не заставят ждать! А ну-ка пойдите в кухню и притащите все, что есть, - двое сотоварищей пошатываясь направились к стойке, чтобы выполнить приказ, но перед ними выросла дородная фигура свояченицы трактирщика Жанены.

- А куда это вы собрались голубчики? Марш к столу! И покуда я еще хозяйка этой кухни, вы не получите ничего кроме того, что я пожелаю вам приготовить сама!

- Где эти господа успели так надраться, - обрнил один из посетителей, обращаясь к своему собеседнику. Его слова раззадорили главу старшин, тот пошатываясь поднялся из-за стола и подошел вплотную.

- А разве вы недоумки не слышали? Его высочество принца Анжуйского сговорили за английскую принцессу. И ты не поднимешь свою кружку во здравие?

По таверне пронесся гул, всеобщее изумление сменило едва не начавшуюся ссору. Жанена подперши бока так и стояла бы у стойки, если бы не один из постоянных завсегдатаев таверны не крикнул ей принести лучшего вина, чтобы все выпили за здоровье нареченных и короля. Молодые люди сели на свои места, стараясь более не привлекать к себе внимания. Они еще говорили о чем-то между собой, но язык их был настолько чудной и непохожий ни на один жаргон, на которых говорили обитатели парижских дворов, что вскоре к ним перестали прислушиваться, а гвардейцы занялись распитием вина.

- Господа, сегодня я ожидаю ответ от кардинала. Никто пока не должен знать о том, что я здесь. Не забывайте, турецкий султан требует мою голову, и вашу, Каринти, в довесок, - говорил на венгерском князь Ракоши, обращаясь к своим спутникам, - Мы не должны выдать себя. А ввязавшись в драку с гвардейцами, мы откроем себе двери не в Лувр, а в Шатле. А там прямиком в подарочной корзине в Турцию, к Османскому султану. Не подводите меня, Ласлов.

В залу спускался Мекано, а за ним, чуть отстав для того, чтобы разглядеть посетителей сверху, спускалась дама, одетая в простой дорожный плащ, слишком дорогой ткани, чтобы не вызвать к себе внимания. Венгры тут же повернулись, чтобы рассмотреть незнакомку, но не поднялись, ожидая, как решит поступить князь.

8

Отправлено: 24.07.10 20:42. Заголовок: Парижская пыль, как ..

    Парижская пыль, как ты назойлива. Как ты липка!
    Вряд ли на свете существует пыль более едкая, чем та, что в изобилии своем витает над крышами и мостовыми бывшей Лютеции.
    Она оседает на губах горожанок. Въедается в плащи горожан. Почти намертво прилипает к носкам и каблукам туфель. К голенищам сапог. … Если бы автор сей рукописи был бы поэтом, он, несомненно, посвятил бы парижской пыли одну из своих эпиграмм. Но, как известно, эпиграммы в наш век не в чести, а у самого сына пера есть куда более важное творение, нежели чем, то, в котором ямбы и хореи взялись устроить меж собою спор.

    Однако именно парижская пыль, эта мука чувств парижских, вызвала неудовольствие на лисьей физиономии юного шевалье, чей экипаж февральским вечером 1661 года остановился неподалеку от таверны «Боевой Петух», чье имя было не безызвестно молодому дворянину.
    Сей искатель приключений, закутанный в черный плащ, являл собою зрелище презабавное, о котором, несомненно, необходимо упомянуть.
    Представьте себе юношу, ростом и хрупкостью едва ли превосходящего самую изящную девицу из тех, кем принято восхищаться и сравнивать с фарфоровым чудом, изящно умостившимся на туалетном столике столичной красавицы.
    Эта красавица упала бы в обморок от зависти, если бы Фортуна дозволила бы ей лицезреть белую гладь тонких пальцев юного вельможи, его бархатный, с золотой искринкой, взор, капризную линию рта, который теперь кривился в презрительно-ироничной усмешке, как нельзя лучше отражая то состояние, которое испытывал его обладатель, спешным шагом прокладывая себе путь в толпе, дабы без опоздания достигнуть заветной цели.
    Однако, всё та же чаровница, с подозрением взглянула бы на лилейную бледность слишком гладких щёк на коих, и нам, поверьте, сие достоверно известно, очень редко появлялся естественный румянец. На густой локон огненно рыжих кудрей, запрятанных под шляпу с пышным плюмажем.
    «Ах, поверьте, не у одного юноши я не видела таких длинных, таких роскошных локонов!» - с досадливым воодушевлением поспешит сообщить Вам, дорогой читатель, эта Афродита, жеманно закусывая меж передними зубами кончик языка и язвительно усмехаясь.
    «Здесь»,- она продолжит, с деланно-скромным видом опуская свой взор долу – «Конечно, не обошлось без мужчины. Но, клянусь своим сердцем – пред нами девица, а не кавалер!»
    Что ж, слова лукавой кокетки истинны. В представшем пред нашем взоре шевалье, от мужского был лишь костюм, под которым сторонний искушенный взор без труда бы угадал вполне женственные формы.
    Так что же принудило сию особу, несомненно, благородную и богатую, переодевшись мужчиною, на ночь глядя, отправиться в наемной карете к таверне «Боевой петух»?
    Мы и теперь положимся на слова неизвестной красавицы. Здесь не обошлось без мужчины.

    Покусывая губы, Гортензия де Бриссак, а именно она скрывалась за нарядом расфранченного шевалье, украдкой оглядевшись по сторонам, резко дёрнула на себя тяжёлую, обитую железом, дверь таверны и юркнула внутрь, про себя вознося молитвы всевышнему за то, что полумрак харчевни как нельзя лучше потворствует ее вынужденному маскараду.
    Запах жира, рагу и вина, смешавшись в малопривлекательную мешанину, коснулся тонких ноздрей госпожи де Бриссак.
    Нахмурившись, женщина поспешила вынуть из-за кружевного манжета надушенный, батистовый платок и поднесла его к лицу. Только явившейся не кстати, тошноты ей не хватало!
    Продолжая скользить взором своим по залу, невольно останавливаясь взглядом то на одном, то на другом лице, Гортензия, с возрастающим негодованием выискивала среди гостей трактирщика Мекано, чьими услугами привыкла пользоваться при более чем щекотливых ситуациях.
    Громко хлопнула дверь, возвещая всех присутствующих о прибытии нового гостя. Рыжекудрая баронесса вздрогнула и сочла за благо присесть за один из широких, отскоблённых до гладкости, столов, дабы унять отвратительную, липкую дрожь, внезапно охватившую всю ее целиком.
    Обмахиваясь источающим фиалковый дух, батистом, рыжеволосая парижанка, наконец, поймала взор того, ради помощи коего сорвалась с места, облачившись в привычный, но всё же, маскарадный, костюм и поспешила незаметно кивнуть трактирщику, впрочем, не спеша оного бросать свои дела. Спешка всегда лишь путает планы …

9

Отправлено: 28.07.10 16:37. Заголовок: - Да. да. да... спеш..

- Да. да. да... спешу, а как же. Горланьте больше, господа хорошие, а будете сидеть и ждать, когда Мекано изволит подойти к вам. Завели мне моду тоже, грозиться... ну да, известное дело, какой петух не станет петушиться даже если за ним кошка по пятам через весь двор... - негромкое ворчание трактирщика едва долетало до ушей его постояльцев, а он, уже давно привыкший разделять свои мысли и выражение лица на диаметрально противоположные, добродушно улыбался, спускаясь по скрипучим ступенькам лестницы, - городская стража, хм, хм... гхм... стало быть, на улицах тихо, коли они здесь песни горланят... давно уж, как я погляжу. Вона какие рожи красные от вина. Сидите, голубчики, сидите... Жанно! Эй, Жанно! Отнеси ка вот жаркое вон тем господам, ага. Да бутылку поставь им, скажи, от хозяина. Пускай пьют себе, - Мекано оглядел таверну и взгляд его встретился со взглядом мужчины, поспешившего усесьться за один из немногих свободных столиков. О да, этот взгляд он запомнил. Коротко кивнув в ответ, трактирщик только улыбкой дал понять расфранченному господину в плаще и в шляпе с дорогущим плюмажем, что заметил его.

- Тэк-с, что у нас тут... письма письма... Арно, поди сюда. Поди говорю! Оставь  свои ножи, наточишь еще. Где письма, что принесли нынче? Как ты не знаешь? Стервец такой, я что тебе за ножи плачу или за то, чтоб выполнял, что велено?

Мекано уже замахнулся было, чтобы залепить увестую оплеуху здоровенному на вид увальню, когда его окрикнула свояченница, тоже спускавшаяся следом за ним.

- Не тронь моего крестника, Мекано! Я взяла те письма. Нечего на меня так глазеть. У Арно руки в масле были, а письма поди для благородий, вот я и забрала. Здесь они, - она выудила из кармана своего передника два свертка. Каждый был перевязан тонкой атласной нитью, на одном нить была бордовой, на другом зеленой.

Мекано вытер руки о штаны, скорее по привычке, нежели, боясь заляпать письма, и сгреб свертки своими узловатыми сильными пальцами. Повертел перед собой, вглядываясь, не было ли каких надписей или отметин. Кому ж какое отдавать? Одно было для молодого вельможи, который остановился в "Боевом петухе" со своей свитой и почти никуда не выходил, ожидая послания невесть от кого. Второе было назначено тому господину, что вошел только что. Какое же кому? Ох, и проглядел же на свою голову, какой лентой были обвязаны письма, когда их принесли ему. Трактирщик сокрушенно покачал головой, делая еще одну попытку прочесть надписи на печатях. Но это было бесполезно, так как печати были сделаны по обычаю того времени при помощи перстней и разве что эмблемы могли указать на автора письма. Кто ж разберет, кому принадлежит вот эта - то ли птица, то ли лев, леший его забери? А другая так и вовсе какие-то ключи да загогулина.

- Вот незадача... - бормоча про себя, Мекано заметил, что его манипуляции со свертками уже привлекли к себе внимание потенциальных адресатов. А вот это было опасным. И тому, и другому, он поклялся страшнейшей клятвой сохранить тайну. Хмыкнув еще раз, Мекано погладил ладонью свою жиденькую бородку и шагнул в залу, делая вид, что направляется к господам. Не торопясь, по ходу заговаривая с постояльцами, он шел так медлено, чтобы вызвать нетерпение своих клиентов. А пущай сами подойдут. Авось, узнают по лентам или печатям, чье письмо какое? А была не была!

10

Отправлено: 03.08.10 13:46. Заголовок: Только сейчас она по..

Только сейчас она позволила себе расслабиться и выпить. Пить она умела, и делала это не хуже какого-либо вояки или мушкетёра, осушив залпом два бокала вина подряд и лишь слегка поёжившись в приятном ощущении тепла, разливающегося по телу. Женщина уже было собралась приступить к еде, но, сделав неверное движение затянутой в атласный рукав рукой, опрокинула пузатую бутылку из тёмного стекла на пол - раздался звон бьющегося стекла, отражающийся в сознании гулом, и вот уже пол был усыпан мелкими осколками в луже кроваво-красного вина. Женщина недовольно цокнула языком и выругалась по мужски, такие слова были достойны, пожалуй, самого отчаянного бретёра, но сейчас не было никого рядом, чтобы уличить её в этом. Она в немом созерцании на растекающуюся лужицу на полу посидела немного, постукивая тонкими, длинными пальчиками по столу, затем вздохнула и встала, снова опустив вуаль. Сделав пол шага к двери, она вдруг обернулась к столу, и, схватив из под полотенца свои перстни, спрятала их за туго затянутый корсет. Затем взгляд голубых, настороженных глаз метнулся к белому конверту, перевязанному зелёной лентой, и тонкая рука нервно схватила его, зажав в ладони. Только теперь, когда всё самое ценное было у неё с собой, женщина так же грациозно и гордо, как и всё, что она делала, вышла за дверь.

"Сейчас закажу ещё вина этому словоохотливому трактирщику, а его своячнице пусть велит прибрать у меня. Придётся какое-то время провести здесь, внизу, в этом сомнительном обществе..." - Женщина обвела зал глазами, которые, как и всё лицо, всё так же были скрыты вуалью, на секунду остановившись на нескольких примечательных особах, но решив, что сейчас мало о чём стоит волноваться, и врятли её кто-то выследил, стала быстро спускаться по скрипучим, протёртым сотнями жильцов, ступеням лестницы. Уже спустившись, она резко обернулась в поисках Мекано, и в этот момент столкнулась с ним, идущим, видимо, по своим трактирным делам, всем корпусом, больно ударившись об его стальную челюсть лбом. Не ожидая такого большого препятствия, она не удержалась и, слегка качнувшись, пытаясь сохранить равновесие, мягко осела в падении.

- Ты что? Не видишь куда идёшь, трактирщик? - взревела она, но тут же осеклась, опасаясь, что такое поведение и речь привлекут слишком много внимания. Она итак своим падением притянула несколько любопытных взглядов.

- Оставь меня и не трогай ! Я встану сама! - дама отпихнула предложенную ей в подобострастном и извинительном поклоне руку Мекано, сопровождаемую каким-то лепетом, и, облокотившись на перила, легко подтянулась и встала.

- Будь ты повнимательнее, ничего бы этого не случилось! Вина мне принеси, и пусть твоя Жанет уберёт в моей комнате! - снова рявкнула она ему в лицо, тщетно пытаясь успокоиться. Она прошлась руками по кромке вуали - не задралась ли, и отряхнула корсет и юбку. В какой-то момент её рука замерла и она резко выпрямилась.

- Где письмо? - прошипела она, - Где моё письмо, болван?!

Хоть женщина и говорила это трактирщику, её взгляд нервно пробежался по комнате и остановился почти у самых своих ног, где лежали три одинаковых белых конверта, а ленты, которыми они были перевязаны слетели при падении и лежали веером вокруг. Она судорожно сглотнула и подняла глаза на трактирщика.

- Чьи это письма? - молчание. - Я спрашиваю тебя, чьи это были письма, чёрт тебя дери, пока я не спалила всю твою избушку, а тебя не отправила к праотцам! - это было слишком грубо, но контроль над собой она уже потеряла, и сейчас держалась изо всех сил, чтобы не отвесить такому солидному мужчине оплеуху. Не смотря на жар и страх, охвативший её сейчас, она отчётливо понимала, что не успела разглядеть свой конверт и узнать его сейчас среди этих трёх, казалось, на первый взгляд, одинаковых писем, она просто не способна. В отчаянии закусив губу, она кинулась вниз и сгребла нервным жестом все три письма.

- Думаю, я разберусь сама! - выдохнула она и оглянулась...

11

Отправлено: 06.08.10 20:49. Заголовок: - Господа, кажется, ..

- Господа, кажется, наш трактирщик несет долгожданные сведения! - воскликнул Ракоши, увидев старину Мекано, протискивавшегося между скамьями и столами к нему навстречу. Может и не к нему, было трудно угадать точное направление трактирщика, когда он то и дело останавливался то у одной компании, то у другой.

Принц отпил из своей кружки, стараясь обрести как можно более равнодушный вид. В конце концов он ожидал письмо от от кардинала, а не от какой-нибудь красотки, зацепившей его взгляд. Что такого? Если письмо отправлено, значит, его высокопреосвященству было что сказать, а точнее, предложить. Значит, все дело в шляпе и можно было поставить последние сто луидоров на то, что письмо было ни чем иным, как приглашением князю и его свите прибыть ко двору его величества.

- Господа, господа! - с наигранной суровстью Ференц попытался унять друзей, состязавшихся между в своеобразной борьбе, позднее получившей название армрестлинг от господ из-за Ла-Манша, - Спокойнее, ради всего святого, вы привлекаете больше внимания, чем целый цыганский хор, вздумай они выступать посреди мессы в кафедральном соборе.

Но всеобщее внимание было привлечено вовсе не развеселившимися от вина и предвкушения долгожданных вестей мадьярами, а самим папашей Мекано. Точнее громогласными криками и ругательствами дамы, которую он едва не сбил с ног. Ракоши тщетно вглядывался в лицо разгневанной женщины, скрытое за густой вуалью. Помимо того, что ее голос и манера держаться выдавали властную и привыкшую отдавать команды женщину, положение которой мешало ей появляться на людях с открытым лицом, Ференц не мог сделать никаких выводов. Его бы и не привлек этот инциндент, если бы дама не выхватила из рук опешевшего Мекано свертки. Среди них могло быть и письмо, предназначенное ему. Нет, не могло, а наверняка было, ведь Мекано шел именно к их столу.
Ракоши инстинктивно положил ладонь на эфес шпаги и направился к даме. Странное решение, ведь перед ним была дама. Но что-то в ее облике и поведении настораживало.

- Мадам, я прошу Вас, позвольте, - под гневным взглядом незнакомки Ференц лихорадочно искал оправдание своему вмешательству, - Позвольте мне помочь Вам... мне кажется, что один из этих светрков адресован мне, - подкупающая улыбка на этот раз вышла совершенно нелепой и немедлено сползла с губ князя, - Я буду признателен Вам, если Вы позволите мне взглянуть на печати... я полагаю, Вы понимаете необходимость конфиденциальности?

Он говорил тихо, едва ли не в самое лицо даме и был уверен, что она не пожелала бы, чтобы хоть одно из сказанных им слов достигло чутких до слухов и сплетен ушей постояльцев трактира "Боевой петух".

12

Отправлено: 10.12.12 01:05. Заголовок: - Не позволю, - женщ..

    - Не позволю, - женщина смерила невесть откуда взявшегося молодого наглеца высокомерным взглядом, совершенно позабыв про плотную вуаль, которая сводила сей безотказный прием на нет. – Откуда мне знать, сударь, что Вы сказали правду, а не пытаетесь сунуть нос не в свое дело? Эй, Мекано, этот человек правду говорит? Это ему ты нес письма, отвечай?

    Красноречивое мычание папаши Мекано, все еще державшегося за отбитый подбородок, было ей ответом. Догадавшись, что от удара по столь чувствительному месту трактирщик пострадал куда более ее, мнимая виконтесса нетерпеливо пожала плечами и неохотно бросила.

    - Положим, сударь, Вы сказали правду, и одно из этих писем Ваше. Но это вовсе не дает Вам право дышать мне в лицо дешевым вином. Извольте сойти с моего пути и дать мне пройти поближе к свету. Печати разглядеть я могу и без Вашей помощи, уверяю, Господь в доброте своей не обделил меня хорошим зрением. Необходимость конфиденциальности я понимаю куда лучше Вас, поверьте. Так пропустите же меня, милостивый государь, не то я…

    Плащ! Плащ ее со столь же полезными, сколь недамскими аксессуарами остался наверху, и против шпаги закрывшего ей дорогу молодца у нее не было ровным счетом ничего, кроме властного голоса и не терпящих противоречия приказов. Надменно вскинув голову, она сделала шаг вперед, будто намеревалась пройти сквозь незнакомца.

13

Отправлено: 10.12.12 02:09. Заголовок: - Не то, что? - спро..

    - Не то, что? - спросил Ференц, стараясь придать своему тону насмешливость и пренебрежение, дамочка то и впрямь была не из простых, и судя по ее тону, опасалась она не пьяного сброда, обитавшего в таверне, а разоблачения.

    - Сударыня, я нисколько не сомневаюсь, что Вы как и я ждете корреспонденции... положим, это почта Венеры... хоть наш почтовый голубок вряд ли был похож на Амура даже в самые младенческие его годы, - князь бросил взгляд на Мекано, потиравшего подбородок и промычавшего нечленораздельное нечто в ответ, - Меня не интересует тайна, скрытая в письме, которое Вы ожидаете. Отнюдь. Надеюсь, что это взаимно.

    Старательно подбирая самые галантные выражения, князь тем не менее не спешил убрать ладонь с эфеса своей шпаги, не будучи уверенным, что за спиной этой воинствующей амазонки под вуалью не появятся ее кентавры, или проще говоря наемные телохранители. Чего стоил один только взгляд, брошенный дамой на верхний этаж трактира. Да там наверняка поджидали ее слуги. Или может быть трусливый любовник, не пожелавший спускаться рука об руку с любовницей?

    - Я предлагаю Вам копромисс, сударыня. Примите его или же нам придется действительно прибегнуть к этому "не то..." - сказал князь, протягивая левую руку к письмам, печати на которых он тщетно пытался разглядеть, то и дело бросая на них пристальные взгляды, - Я только взгляну, чтобы убедиться, что письмо адресованное мне действительно попало в мои руки...

14

Отправлено: 10.12.12 17:46. Заголовок: - Господа... - Мекан..

    - Господа... - Мекано хмыкнул в кулак и поправился, - Сударыня, позвольте-ка мне пройти, коли Вы тут судить рядить желаете, чье письмо и кому, так я не против, но тут у вас третье затесалось, а оно точно не до ваших милостей будет. Адресата я знаю, вот энто самое...

    Все три письма в руках дамы были почти одинаковы на вид, и он уже не мог вспомнить какими лентами были перевязаны два первых свертка, а какой то письмо, что пришло первым для барышни... или прости господи, кавалера, разряженного как прехорошенькая барышня в мужском камзоле. По нынешней то моде поди разбери кто есть кто...

    - Сударь, сударыня, вы бы поднялись наверх да там и разобрали... а мне дозвольте забрать тот пакет что не к вам адресован. И потише, ради бога, а то вон и господа гвардейцы уже посматривают сюда. Чего доброго нос сунут... а у меня заведение почтенное и ссор мне никак недопустимо терпеть. Поднимайтесь... Вы милостивый сударь шпажку то оставьте... ножичек для вскрытия письма я Вам предоставлю, их у меня полно... а шпажку незачем... виликовата она, да и опасно размахивать таким грозным оружьем в переполненном трактире.

15

Отправлено: 10.12.12 21:26. Заголовок: - Да Вы никак мне уг..

    - Да Вы никак мне угрожаете, милостивый государь? - усмехнулась дама под вуалью. - Как негалантно.

    Она коротко хохотнула, уж больно неуместно прозвучало последнее слово в подобном окружении. Однако же было в словах и голосе молодого человека нечто, призывающее пустить в ход женское очарование. Но, черт побери, как сложно воспользоваться оружием, коим не располагаешь.

    - Компромиссы дело полезное, но я бескомпромиссно взываю к Вашей чести дворянина и прошу уступить мне право первой опознать мое письмо, сударь. Можете не опасаться, я не настолько хорошо знаю геральдику, чтобы вычислить госпожу Вашего сердца по печати. А ты, - повернулась она к Мекано, - подумай в другой раз, прежде чем предлагать благородной даме подняться в ее комнату вместе с незнакомым мужчиной. Ну а покамест думать будешь, принеси нам свечу… вон за тот стол. В твоем трактире все глаза сломишь пока разглядишь хоть что-нибудь.

    Не выпуская из рук добычи, женщина с ловкостью, которую в ней трудно было угадать, проскользнула мимо незнакомца, в котором нетрудно было признать чужестранца, помянутого трактищиком ранее. Странный выговор его, вначале не бросавшийся в глаза, сделался заметнее, едва он чуть повысил голос.

    - И да, Мекано, - бросила женщина через плечо, брезгливо подбирая юбку, чтобы обойти субтильного молодца в шляпе с богатым плюмажем, который поднялся с лавки и, пошатываясь, брел мимо нее, должно быть, в поисках отхожего места. – Не забудь распорядиться, чтобы прибрались у меня немедля. Ведь забыл уже, поди.

    Молодчик в шляпе качнулся, будто его сдуло поднятым юбками ветром, задел головой канат, которым закреплена была тяжелая люстра в виде колеса, едва освещавшая зал чадящими огарками, и грязно выругался.

16

Отправлено: 10.12.12 23:27. Заголовок: - Хотя бы Вы не подв..

    - Хотя бы Вы не подвергаете сомнениям мою честь, - усмехнулся Ференц, но тем не менее отодвинулся от незнакомки, чтобы не давить на нее своей близостью, как это делали уличные грабители, пытавшиеся для начала нагнать страху на свою жертву путем нехитрым, но действенным - давление силой и превосходящей противника наглой уверенностью в своей безнаказанности обычно срабатывало безотказно.

    - Вы верно предположили характер моей переписки, сударыня. И тем не менее, я не склонен доверять... не Вашим глазам. А Вашей памяти. Поверьте, у меня есть веские причины желать, чтобы Вы не видели, кем запечатан этот пакет. В противном случае...

    Насмешливая улыбка на губах женщины и обезоруживающая самоуверенность заставили Ференца отступить еще на шаг, тогда как дама спустилась со ступенек лестницы и приказала трактирщику принести свечу к дальнему столу.

    - Далеко не самое светлое место в этом заведении, - проговорил Ференц, скрестив руки на груди.

    Заметив беспокойное движение за столом, где сидели его гайдуки, князь покачал головой, давая им понять, чтобы те оставались на своих местах. Какой бы воинственной не была эта женщина, она была женщиной, и в собственных глазах Ференц уже достаточно сделал, чтобы подвергнуть сомнениям собственную честь как мужчина и дворянин, не хватало еще, чтобы его свита вмешалась в спор.

    - Принеси нам вина, Мекано. Споры рождают жажду, а жажду терпеть неуместно, когда находишься в трех шагах от погребка с твоими прекрасными винами. Неси лучшее! Я плачу!

17

Отправлено: 11.12.12 01:04. Заголовок: - Дык с лучших побуж..

    - Дык с лучших побуждений то, Ваша Милость, и свету я Вам сейчас справлю... да вон уже там мальчишка мой подсуетится пускай. Вы его медяками не балуйте, пусть работает, вместо того чтобы лясы с девушками точить.

    Трактирщик прокашлялся в засаленный передник и глянул исподлобья на женщину. Не впервые он слышал команды и требовательные приказы в собственный адрес, но чтобы их произносила женщина да еще таким генеральским тоном... в памяти папаши всплыли те далекие времена, когда он ходил с маркитантским обозом за армией Его Величества к самой испанской границе. Да, такой бы полком командовать...
    Мекано зыркнул недобрым глазом на молодчика в шляпе и с высоты ступенек, на которых все еще стоял, хлопнул молодца по шляпе:

    - Поговори мне тут! Ишь распустили языки... не вишь, благородия обедать желают. Жанена! За вертелом смотри... Не дай бог гусь пригорит, дьявол его с потрохами забери!

    Спустившись в зал, Мекано вжал голову в плечи и поспешил убраться в погребок за вином, заказанным молодым иноземцем, щедро пообещавшим заплатить за примирительную бутылочку лучшего папашиного вина. Пусть их разбираются со своими письмами. Они то люди благородные, а значит и щепетильные, этим чужое письмо и даром не надо, отдадут. А уж Мекано знает, кому отдать его. Пусть бы только та дамочка не слишком спешила за ним, покудова не разберутся промеж собой.

18

Отправлено: 11.12.12 13:32. Заголовок: Проводив взглядом то..

    Проводив взглядом торопящегося в винный погреб Мекано, женщина довольно хмыкнула. Одной парой любопытных глаз меньше. Она не знала, заметил ли трактирщик печать на ее письме прежде, но надеялась, что такой пустяк его не интересовал. Так или иначе, привлекать внимание к трем перечеркнутым лилиям Конде ей не хотелось, уж больно запоминающимся был герб младшей ветви Бурбонов. А в том, что у увязавшегося за ней чужестранца не только со зрением, но и с памятью не хуже, чем у нее, можно было не сомневаться. А что, если… что, если это шпион? Голландский или австрийский, к примеру. Для трактирщика и голландская, и немецкая речь будет одинаково абракадаброй.

    - Так что же мне грозит в противном случае, милостивый государь? – к угрозам она привыкла, но применительно к ней они обычно сводились к ограничению свободы, ибо никто во Франции не осмелился бы поднять руку на принцессу крови. Оттого явные намеки на физическую расправу, сквозившие в словах иностранца, забавляли и заставляли быстрее биться жадное до схватки сердце. Отчего, отчего она женщина?

    - Ждет ли меня немедленная смерть от Вашей руки или же Ваши люди перережут мне глотку во сне либо подкараулят на улице и сбросят в Сену, любезно оглоушив перед купанием? Предупреждаю сразу, и то, и другое, и третье будет не просто, - она обернулась, чтобы увидеть выражение лица незнакомца. - Заколоть меня здесь Вы не посмеете из-за пьянствующей в том углу городской стражи, а…

    Договорить не удалось: «Боевой петух» содрогнулся от грохота. Тяжелая деревянная люстра рухнула вниз, на столы, разбрызгивая во все стороны осколки посуды и гаснущие на лету огарки. В наступившей темноте кто-то толкнул женщину в грудь с такой силой, что она рухнула на руки идущему сзади чужестранцу. Пальцы инстинктивно сжались, сминая конверты, но поздно. Рывок, и ей осталось только в отчаянии крикнуть, простирая в темноту пустую руку:

    - Вора, держи вора! – вслед мелькнувшему перед глазами плюмажу.

    - Воды, воды! Пожар! - раздалось в ответ со всех сторон. Тонкие струйки огня бежали по полу от разбившегося кувшина с маслом.

19

Отправлено: 11.12.12 18:43. Заголовок: - Rend ördö..

    - Rend ördög!* - взревели сразу несколько голосов и послышался грохот опрокидываемых скамей.

    - Тысяча чертей! Держи вора, держи его! - вопли подвыпивших стражников сопровождались бряцаньем амуниции, раздался выстрел и в его вспышке Ференц разглядел фигуру закутанную в плащ, метнувшуюся мимо него к выходу.

    - Сударыня, - стараясь сдержать охвативший его гнев, князь обхватил упавшую в его объятия женщину и загородил собой от помчавшихся в догонку за вором мадьяров. Едва лишь те пронеслись мимо них, как князю пришлось загородить даму собой еще раз, теперь уже от несшихся следом за его свитой городских стражников, грязно ругавших таверну, лампы, папашу Мекано и всех на свете разом.

    - Воды сюда! - закричал кто-то чуть не в ухо Ференцу.

    - Отойдемте, сударыня... что у Вас похитили? Он не убежит далеко. Мои люди нагонят его, - говорил князь, тщетно пытаясь отойти в сторону от сновавших по трактирному залу людей с ведрами воды и разожженными свечами.

    - Письма! Где они? - в неровном свете пляшущих огоньков он разглядел руки своей недавней соперницы, они были пусты, - Этот человек? Он похитил у Вас письма? Они подстроили это! Черт возьми, Вы не знаете, во что ввязались, сударыня.

    Он властно схватил даму за руку, не погнушавшись рвануть ее за запястье, и увлек следом за собой прочь из трактира.

    - Эта лампа... просто так канаты не рвутся, сударыня. Кто-то подстроил это. По мою душу или по Вашу, мы еще узнаем. Но оставаться здесь небезопасно. Мекано! Лови свои золотые старый бездельник! Если узнаю, что это твоих рук дело, помяни мое слово, я вернусь! Számomra a magyarok!** - крикнул он и попытался увлечь даму, крепко удерживая ее за запястье, - Не сопротивляйтесь, прошу Вас. Все может оказаться далеко не шуткой.

    *Дьявол раздери!
    **Ко мне, мадьяры!

20

Отправлено: 11.12.12 19:55. Заголовок: Сприпнула щеколда, п..

    Сприпнула щеколда, подпиравшая дверь и узкий просвет исчез.
    Оказавшись в кромешной тьме еще до того, как он успел разжечь фитиль маленького сального огарка, Мекано неловко ступли на склизкую от сырости каменную ступеньку и кубарем проделал весь путь до самого дна своего хваленого погребка.

    - Олухи царя небесного! Кто запер дверь! Отоприте немедленно! Жанена! Что там такое? Что за крики? Жанно! Арно! Попадитесь мне только в руки, бездельники! - возопил тратирщик, нашаривая ладонями брошенный огарок и корзинку, которую прихватил с собой.

    Снаружи послышался шум, как-будто что-то тяжелое упало прямо над головой Мекано. С потолка посыпалась пыль. Загрохотали тяжелые шаги, раздались лающие злые голоса.

    - Кажись лучшее вино не ко времени, - придерживая ладонью ушиб на затылке, пробормотал Мекано и прихрамывая наощупь побрел вверх по лестнице.

    - Пожар! Воды!

    - Только этого еще не хватало, Святая Богородица, храни нас грешных... ей-ей свечку поставлю, как выберусь... коли сбережешь мне трактир.


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Вневременные Хроники или Летопись Золотого Века » Что написано пером... Февраль 1661