Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Внутренний Сад и Розарий. 4


Дворец Фонтенбло. Внутренний Сад и Розарий. 4

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

02.04.1661, после 16.30.

https://a.radikal.ru/a42/1902/e5/3e656bf7129f.png

    В глубине дворца Фонтенбло находился небольшой внутренний сад и розарий. Садовые дорожки, укрытые от посторонних глаз, были излюбленным местом для уединенных прогулок короля и изредка для членов королевской семьи. Единственным, пожалуй, местом, где их не беспокоили взгляды многочисленной придворной знати.

    Сюда можно было попасть из личных апартаментов Его Величества короля, Её Величества королевы, Его Высочества принца Орлеанского и Её Высочества принцессы Орлеанской. Только окна апартаментов Её Величества королевы-матери выходили на противоположную часть дворца, давая прекрасный вид на Большую Лужайку.

2

Отправлено: 31.03.13 19:48. Заголовок: - После нашего памят..

примерно 16.30.

// Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги //

- После нашего памятного приключения в Париже мой Ангел-Хранитель решил вернуться к своим обязанностям, дорогая кузина! - смеясь ответил Ференц, с жаром пожимая обе руки Великой Мадемуазель, утонувшие в его ладонях, - Старик кардинал вызвал меня к себе за день до своего упокоения и лично рекомендовал королю принять меня при дворе. Но не это главное... главное то, что те, кто охотились за моими письмами и особенно за моей головой, невольно оказались пособниками моего возвращения из забвения. Луи и слышать не хотел об уступках турецкому султану и выдаче меня в качестве пленника. Он официально пригласил меня вместе с моей свитой ко двору и даже велел своему казначею... как звать этого юркого месье со сталью во взоре и медом на устах, Ласлов? У него смешное короткое имя, а титул и того короче, - хохотнул Ференц и подхватив герцогиню де Монпансье за руку едва ли не наперегонки побежал вместе с ней обратно на первый этаж.

- Фуке! Он самый, да. Ему приказано выплачивать моей свите содержание как если бы все они состояли в свите короля. Не мудрено, что Ласлов тут же обошел всех модных закройщиков в Марэ.

Князь вел Великую Мадемуазель, по-дружески непринужденно держа ее за руку, смеясь и наперебой вместе с Ласловом рассказывая герцогине о пустячных мелочах, превративших его жизнь из прозябания на задворках парижских предместий вынужденного скрываться от всех изгнанника в жизнь принца крови полную роскоши и веселья, достойного его по праву рождения и родства с королевской семьей.

- Я рад Вам, дорогая кузина. И рад, что Вы так скоро оказались при дворе несмотря на мои неудачи, - Ференц неловко улыбнулся, вспомнив как в первый же вечер после своего представления ко двору был приглашен на королевский ужин и не нашел ничего лучшего как вместо слов благодарности кузену, спросил Его Величество отчего герцогиня де Монпансье не показывается при дворе, - Дипломат из меня никудышний... представляете, я уже умудрился попасть на заметку тому самому де Варду... помните городскую стражу у Сен-Жерве? Это какое-то наваждение. За последние два дня я уже трижды или четырежды столкнулся с ним. Полагаю, что следующий раз окончится вызовом на дуэль.

Знакомая тень метнулась мимо них, щекотнув щиколотку князя пушистым хвостом и юркнула в узкую щель едва приоткрытой двери в самом конце коридора.

- О, это здесь! Я узнаю этого кота, - воскликнул Ференц, - Да да, в сад! Мы можем пройти через каморку садовника, там есть выход прямиком в оранжерею.
Вы должно быть лучше моего знакомы с этим дворцом, дорогая кузина? Я только сегодня узнал об этом коридоре... кстати, недурственный способ укрыться от лишних глаз. Ласлов прав, мне было приказано не покидать свои покои, так что приходится красться тайком, чтобы не попасться кому-нибудь из гвардейцев или мушкетеров... -
Ференц хохотнул и добавил, зажимая смеющийся рот ладонью, - Или мегерам в черных одеяниях из тетушкиной свиты. Идемте же, в саду нас вряд ли саметят, сейчас все заняты подбором туалетов и лент к турниру, так что, лучшего места для секретов и не найти.

Выйдя через уже знакомую ему каморку в сад, Ференц с наслаждением вдохнул свежий воздух и ароматы цветущих роз, благоухающих во всю мощь, что должно было навести на мысль о приближавшейся грозе. Шуршание гравия под каблуками туфлей слегка заглушало их голоса и смех, так что, пожелай кто-то подслушать их разговор, ему пришлось бы идти прямо у них за спиной. Громкий смех князя прокатился раскатистыми руладами по саду, вспугнув певчих пернатых, поспешно покинувших свои гнезда, а откуда-то сверху из-за островерхих крыш окружавшего сад здания дворца донеслись вторившие Ференцу раскаты грома. Не обратив на это внимания князь не заметил приближение апрельской грозы с дождем, пока на них с герцогиней не обрушился внезапный поток воды. Крупные капли вмиг залили дорожки сада, обозначив блестящими лужицами свежие следы прогуливавшихся кузенов. Сжав ладонь герцогини, Ференц мгновенно оценил ситуации, огляделся и увлек ее за собой обратно к садовничьей каморке, моля свою Удачу, чтобы не перепутать дорожки и аллеи садового лабиринта, как это уже случилось с ними в полдень.

3

Отправлено: 07.04.13 01:30. Заголовок: Жизнерадостность тра..

// Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги //

Жизнерадостность трансильванского князя была заразительна. Ее Высочество и сама не заметила, как тревожные мысли, одолевавшие ее с того самого момента, когда она невзначай услышала разговор лейтенанта мушкетеров с неизвестной дамой, покинули ее голову, сурово сжатые губы расслабились и позволили себе безмятежно улыбаться, а озабоченная складка между бровей разгладилась без следа. К тому же, Мадемуазель всегда предпочитала добрые новости дурным, а Ракоши так и сиял благополучием.

На мгновение Анну даже посетило искушение поделиться с князем своими тревогами и еще раз, как тогда, в феврале, положиться на его помощь в поисках проклятого договора, но она тут же отвергла сей неуместный соблазн. Если бы эта тайна принадлежала только ей, но ведь в нее теперь были замешаны еще и Невили. Нетрудно было угадать, что и герцог, и его младший брат косо посмотрят на то, что секрет их сделается достоянием столь жизнерадостного принца, который, если ей не изменяла память, уже удосужился заслужить порицание не то от архиепископа, не от его старшего брата, но совершенно точно в связи с похождениями самого младшего представителя этого вездесущего семейства.

Не будучи Цезарем-на-все-руки, Мадемуазель так погрузилась в сложную задачу совмещения слушания с размышлениями, что следить за розами и тучами ей уже было недосуг. Поэтому хляби небесные, которые вдруг разверзлись над садом прямо посреди бодрого монолога Ракоши, стали для нее такой же неожиданностью, как и для князя. Горестно вскрикнув при мысли о гибнущих под струями дождя кудрях и лентах, герцогиня резво кинулась вслед за длинноногим кузеном, стальная хватка которого не дала бы ей отстать даже при большом желании. Изрядно вымокшая, раскрасневшаяся и запыхавшаяся, она первой влетела в комнату садовника, чуть не затоптав прыснувшего из-под ног кота и вспугнув Ласлова с Рене, которые дружно вскочили с лавки при появлении Их Мокрейших Высочеств.

- Чувствую, беседа не задалась, - вполголоса заметил Рене, скептически оглядывая хозяйку, которая лихорадочно озиралась по сторонам в поисках зеркала или любого предмета, способного его заменить.

- Да, идея с садом оказалась не самой лучшей, - проворчала герцогиня, отжимая мокрые волосы. – Надо было отправить туда вас с шевалье, а самим остаться здесь, в тепле и относительном уюте.

Однако же ворчливая нотка исчезла из ее голоса, стоило Мадемуазель взглянуть на мокрого как мышь кузена. Живо представив себе собственный вид, она расхохоталась, мазнула рукой и оставила пустые попытки привести в божеский вид погибшую прическу.

- Но скажите же мне, кузен, - наконец-то у нее появилась возможность вставить в поток изливавшихся из князя чувств нечто более существенное, чем одобрительные междометия и изумленные восклицания, чем Анна немедля и воспользовалась, - чем же это Вы сумели заслужить столь суровую епитимью? Неужели Вас и Вашу свиту посадили под замок из-за прибытия турецкого посольства? И раз уж я вспомнила о турках, не могу не поинтересоваться, удалось ли Вам узнать хоть что-нибудь о том деле, что доверил нам слепец?

Последний вопрос был задан скорее из чувства долга, чем в надежде узнать нечто полезное: Ее Высочество имела все основания подозревать, что подхвативший мадьяр вихрь придворной жизни и светских развлечений не оставил им времени на такие пустяки, как поиск похитителей девиц и детей.

4

Отправлено: 07.04.13 20:17. Заголовок: Сидеть в полутемной ..

// Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги //

Сидеть в полутемной тесной каморке, заставленной цветочными кажками и горшками с землей, было не очень-то весело, и шевалье справедливо рассудил, что каждый развлекает себя сам. Так что, пока князь с герцогиней обменивались новостями прогуливаясь по саду, Ласлов вытащил небольшой мешочек из мягкой замши из кармашка щегольского жилета, надетого под новеньким и несомненно дорогим камзолом французского покроя.

- А не перекинуться ли нам в кости, дружище? - предложил он Рене, как и он вынужденному коротать время в ожидании своей госпожи, - На малые ставки... отчего бы нет? Ставлю мой нож на Вашу трубку, идет?

- Вот эту зубочистку да на мою старушку Шарлин? Ищи дурака, - отмахнулся старый вояка, и отвернулся к застекленным дверям ведшим в сад, - А тучи то какие... никак гроза налетит сию же минуту, - проговорил он, наблюдая за стремительно сгущавшимися над Фонтенбло темно-сизыми грозовыми тучами.

- Гроза что ли? - неудача уговорить Рене на партию в кости вовсе не обескуражила Ласлова, он спрятал мешочек обратно в карман и прошелся вдоль ряда горшков с редкостными растениями и кустиками, похожими на карликовые деревца, - Только бы они не потерялись в этом саду... а то ведь и не в те покои нагрянут.

- Нам только этого не хватало, - проворчал Рене, высекая искры кремнем, - Чем это Ваш князь успел провиниться, что заработал себе арест?

- Да пустяки... постреляли малость в парке вчера утром. А на вечер князь вместе с графом де Сент-Эньяном пригласили во дворец цыган со скрипками. Те устроили танцы да гадания. Ну и вестимо же, утром явились мушкетеры Его Величества с приказом от королевы-матери покоев не покидать без приказа на то самого короля.

Ласлов пренебрежительно пожал плечами и пнул стоявшую ближе всех кадку, так что деревце задрожало маленькими едва пробившимся из почек листочками.

Шум внезапно начавшегося дождя заглушил их разговор и привлек внимание к саду, в котором разбушевалась водная стихия - вода стекала струями с листьев розовых кустов и стиженных причудливыми фигурами деревьев, образовывавших стенки лабиринта, широкие ручьи понеслись по гравиевым дорожкам, превращая сад в маленькое подобие Венеции с каналами и целым заливом в виде широченной лужи прямо перед входом в садовничью каморку.

Герцогиня де Монпансье и князь появились через минуту или две, мокрые до нитки и недовольные столь внезапным вмешательством природы в их беседу. Хотя, недовольство было быстро забыто, стоило обоим кузенам взглянуть друг на друга. Даже Ласлов не удержался от хохота, глядя на князя, выглядевшего как выброшенный на улицу котенок - ленты его камзола плачевно свисали с рукавов и плеч, панталоны были забрызганы комочками грязи, а всклоченные обычно волосы лежали мокрыми прядями на лбу. Тонкие струйки воды стекали по скулам Ференца, что довершало комичную картину его портрета.

- Да, вид то у Вас не парадный, мой князь! - смеясь воскликнул Ласлов, но вместе с тем, осмотрелся вокруг себя, не было ли у садовника в хозяйстве чего-нибудь вроде полотенца или какого-нибудь куска ткани, чтобы вытереть княжеское чело от воды.

// Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги //

5

Отправлено: 08.04.13 00:59. Заголовок: - Ах не смейтесь же ..

- Ах не смейтесь же так, - смеясь умолял Ференц, по степени веселья кузины угадывая насколько сильным был урон нанесенный его облику проливным дождем, - Ласлов, заткнись! - шутливо прикрикнул он на разразившегося хохотом шевалье и взлохматил волосы, тщетно стараясь высушить их одной пятерней, - На вот лучше посмотри, что можно сделать с моей шляпой... кажется плюмаж уже безнадежен.

Он передал шляпу Ласлову и приподнял левую бровь, многозначительно указав ему на двери.

- Постойте ка вместе с Рене на стреме, чтобы никто ненароком не забрел сюда, - приказал он, внезапно сменив тон с легкомысленного на жесткий, вмиг напомнивший тот воровской жаргон, на котором они переговаривались в таверне у папаши Мекано, - Нам потолковать надо... в покое.

Когда Ласлов и Рене нехотя вышли из каморки, Ференц повертел в руках полотнище из льняного куска, достаточно чистое чтобы послужить полотенцем. Он с сомнением осмотрел его, но вместо того, чтобы вытереться самому, протянул его герцогине.

- Возьмите, кузина. Вам оно нужно меньше моего... но мне ведь не обязательно наводить лоск, покуда я по арестом. И кстати, Вы правы насчет ареста. Три шанса из четырех, что тетушка решила оградить меня от случайных встреч с турками. Но да что там, мне есть в чем покаяться на досуге. Не далее как вчера утром я и мои гайдуки устроили стрельбище прямо в парке. Пустая шалость. Нам это сошло с рук. Но только потому, что у маркиза де Варда не было никаких доказательств того, что пальба эта была связана с побегом шевалье де Лоррена.

Ференц посмотрел в лицо Великой Мадемуазель и по-мальчишески довольно улыбнулся, уж своей кузине он мог довериться. А ведь так хотелось хотя бы одной душе похвалиться настоящим по его мнению подвигом.

- Мы договорились с Эффиа, это один из свитских герцога Орлеанского. Он сказал, что устроит побег для де Лоррена, но ему было нужно, чтобы кто-нибудь отвлек караульных. Ну вот мы и отвлекли. Правда, я узнал, что несколько дам упали в обморок и сама Ее Величество была крайне недовольна шуткой. А вечером я позвал к себе цыган. Скука то здесь смертная, вот и решили развлечься немного, - Ференц посмотрел в глаза герцогини, находя отклик на свою жалобу на скуку, кажется, кузина понимала его лучше чем даже его друзья мадьяры, - Но на деле то, все не так с ними. Цыгане эти нездешние. Они приехали из Парижа, а если точнее, то из Сент-Антуанского предместья. Раскинули шатры у Барбизона. Ничего особенного. Но барон ихний не так прост. Я не поручусь за то, что наверняка знаю. Я так и не встретил его, хотя в таборе том и успел побывать.

Ференц пнул ногой плетеную корзину с пожелтевшими сухими льстьями и прутьями срезанными с кустов. Не так, не с того он начал. Бахвальство подвигами увело его рассказ от того, что на самом деле занимало его ум с того самого февральского утра, когда слепой главарь воровской банды "воробушков" рассказал им о своих подозрениях о пропаже девушек и детей.

- Да, и кое-что я выведал о том Слепце, и о том, что за слава ходит про некоего графа де Сент-Амана. Слепец или Тэо, как его крестили, давно уже верховодит бандами в Париже. Не так то он прост этот малый. Командует всеми воровскими притонами и к тому же сам назначает квартальных. Как они их между собой называют - тени или люди, какое-то слово... сразу и не отличишь, о чем речь.

Он потер вихрастую голову и смахнул капельки дождя с рукавов.

- Про особняк де Сент-Амана среди простого люда слухи ходят о том, что туда приезжают гостями то османы, то сирийцы, то еще какие басурманы. Сам граф о себе говорит, будто коллекционер редкостей и у турок выменивает диковинки всякие. Один из воробушков Тэо следил за особняком несколько дней и заметил, что груженые тяжелыми сундуками повозки и впрямь приезжали во двор особняка. Да только уезжали они все также с сундуками. Правда, их передвигали или меняли. Говорил, будто в те дни граф нанимал носильщиков с постоялого двора. Я Ласлова посылал пораспрашивать, что да как. Ему не удалось выведать ничего особенного кроме того, что ящики, которые привозили в особняк были легкми, как будто порожними. Зато как грузили их обратно, они были тяжелыми, почти неподъемными. Такие вот дела.

6

Отправлено: 13.04.13 00:12. Заголовок: Бескорыстие, с котор..

Бескорыстие, с которым мадьярский принц протянул Анне льняное полотенце, в коем и сам отчаянно нуждался, лишний раз доказывало, что истинных рыцарей много легче встретить за тысячи миль от Парижа, чем при дворе. Мадемуазель давно не видела короля и не взялась бы судить о его реакции, случись Его Величеству промокнуть в дамском обществе, зато могла бы поклясться на Евангелии, что кузен Филипп вцепился бы в сухую тряпицу намертво и даже не подумал бы при этом, что рядом есть те, кому она нужна не менее, а то и более.

- Благодарю, мой дорогой кузен, - она приняла у Ракоши полотенце с таким величавым видом, будто он протягивал ей как минимум корону Священной Империи, и с наслаждением промокнула мокрое лицо, шею и плечи. Вместе с сухостью вернулось и начавшее исчезать тепло, так что развившиеся локоны приободрившаяся немедля амазонка сушила уже с обычной своей полуусмешкой.

- А Вы, как я погляжу, не скучаете при дворе. Вернее, умело боретесь со скукой. Но узнаю, узнаю тетушку: Она всегда была строга, а уж после Фронды и подавно утратила былое чувство юмора и не может спокойно слышать пальбу из ружей, а особенно из пушек, - усмешка Мадемуазель сделалась чуть шире: давно прошло то время, когда она всерьез корила себя за допущенную в Бастилии неосторожность, стоившую ей (к счастью, лишь в теории, но на осознание этого потребовались годы) руки самого завидного жениха Европы. – Но цыгане…

Анна замолкла в задумчивости, тем более, что Ференц готов был говорить за двоих. Без всякого сомнения, речь шла о тех самых цыганах, которых сегодня утром арестовывали мушкетеры, и в чьем таборе сыскались бумаги, компрометирующие Фуке. Интересно, ведомо ли это князю? Она уже собралась было спросить, но Ракоши заговорил о Сент-Амане, и по тому, как изменился тон его голоса, не сложно было догадаться, что возможная связь одного из французских вельмож с его врагами волнует его сейчас сильнее чисто придворной интриги за место во главе Королевского Совета.

- Так значит, ящики, попадающие в особняк де Сент-Амана пустыми, покидают его полными? Вы ведь понимаете, князь, какой вывод из этого с очевидностью следует? Здесь, в Париже, под носом у королевской полиции… да что там, у самого короля идет торговля людьми! – складка между густых бурбоновских бровей герцогини сделалась еще глубже. – Королевских подданных, добрых христиан, увозят басурмане, чтобы продать в постыдное рабство. А раз это дети, то и обманом или страхом лишить их истинной веры и обратить в магометанство. Это… это неслыханно!

В волнении она швырнула скомканную мокрую тряпку в угол и зашагала по тесной комнатке, которая от ее размашистой походки сделалась еще теснее.

- Его Величество должен узнать об этом. Непременно. И чем скорей, тем лучше, - Анна бросила на Ракоши острый взгляд, будто примеривалась к его дипломатическим способностям. – Нет, только не от Вас, кузен. Это будет похоже на то, что Вы нарочно сводите счеты с турками, явившимися в Париж за Вашей головой. Я сама поговорю с королем об этом деле, надо только придумать, от кого я могла это узнать. Людовик не потерпит столь отвратительного дела, за это я ручаюсь. К тому же, если он и впрямь хорошо относится к Вам, то будет рад поводу прищучить турок и, доказав их нечистую игру, получить возможность не только отказать им в любой просьбе, но и с позором выслать из страны за нарушение всех правил, и божественных, и человечьих.

Она остановилась у верстака, заставленного цветочными горшками, среди которых уютно свернулся рыжий кот, и рассеянно почесала его за ухом.

- Да, так мы и поступим. У нас еще есть время до завтра, чтобы как следует подумать над тем, каким образом удобнее всего представить это дело королю. Не ради слепого и его людей, а ради несчастных, которых похищают на позор, а то и вовсе на смерть. Вы согласны, друг мой? Или, быть может, у Вас есть лучшая идея? Я буду рада выслушать ее, кузен.

Кот, разомлев от редкой в его жизни ласки, перевернулся на бок, вытягивая лапы с растопыренными в наслаждении когтями, и Анна невольно улыбнулась, завидуя его беззаботному сибаритству.

- Да, кстати, - оставив кота, она повернулась к Ракоши. – А Вам известно, что те самые цыгане, кои стали причиной Вашего ареста, и сами были арестованы этим утром? Королева-мать велела разорить и сжечь их табор. Вы сказали, что приглашали их давеча в замок, не так ли? Как по-Вашему, что они сумели натворить, чтобы заслужить столь суровое наказание? И нет ли между ними и нашим слепым знакомцем связи? Вы ведь сказали, что они из Сент-Антуанского предместья? Если не Слепой, то, может, Мекано?

Пальцы Мадемуазель забарабанили по дереву, а лоб вновь нахмурился от неожиданно пришедшей ей в голову мысли.

- Не странно ли, что они оказались так близко от королевской резиденции именно сейчас, одновременно с турками? Хотя я делаюсь мнительной. Вряд ли Ваши враги выслали бы следить за Вами целый цыганский табор, князь, не так ли? Ну же, рассейте мои подозрения, как смехотворные.

7

Отправлено: 14.04.13 01:27. Заголовок: Невольно усмехнувшис..

Невольно усмехнувшись при упоминании о пальбе из пушек, Ференц поймал себя на шальной мысли, что не успел еще обогнать кузину по части переполоха - по крайней мере он не стрелял из пушек со стен Бастилии. Но вот тетушкин гнев и строгость он успел почувствовать по всей мере.

- Мне еще повезло, ведь для меня все обошлось всего навсего домашним арестом в компании с господами мушкетерами. Это далеко не столь сурово, - весело ухмыляясь Ференц намотал на палец развязавшиеся под дождем ленты щегольского банта на локте.

Реакция кузины на открытие, сделанное его людьми о делах, творящихся в особняке де Сент-Амана, была ожидаемой, и все-таки принесла в сердце Ференца ту необъяснимую радость, которую обычно испытывают встречая земляка вдали от родной земли.

- Дело в том, что официально турки не числились проживающими в Париже. Это я выяснил через одного из дружков, объявившихся у меня в кабачке недалеко от Шатле.

Приготовившись к более подробному изложению добытых им сведений, Ференц скрестил руки на груди, еще раз толкнул носком туфли плетеную корзинку, хмыкнул, глядя на разомлевшего от нежданной ласки рыжего кота. Он так ждал эту встречу с кузиной, что только теперь понял, что не знал толком, как и с чего начать рассказ о своих поисках и похождениях в Париже. Бахвальство о натворенных при дворе скандальных выходках было сродни всплеску эмоций и первым порывом радости от встречи. Но по мере того, как разговор заходил дальше, тон князя обретал более серьезные ноты, а его речь становилась более похожей на полицейский отчет, чем придворные байки.

- Тамошние чиновники, что заседают в Шатле, теперь занимаются не только воровскими притонами и веселыми девицами, но и приезжими. Всякий иностранец, объявляющийся в Париже, обязан отмечаться в королевской службе по иностранным делам. Не знаю, как называют эту контору при дворе и слыхали ли о ней и вовсе. Только там ведут точный учет всем прибывающим в Париж и окрестности торговцам, путешественникам. В том числе и посольским миссиям. Дело в том, что прежде османы были если не в союзнических, то худо-бедно добрых отношениях с сирийцами. И все свои дела при европейских дворах они делегировали через сирийских посланников. Поэтому к самим туркам не подкопаться и обвинить их собственно невозможно, ведь официально они и не были в Париже. Тогда как сирийцы, прикрывающие их темные дела, вряд ли знают в лицо привратника особняка де Сент-Амана, поскольку сами там никогда не бывали. Ага, вижу, что это и Вас запутало, дорогая кузина. Представьте же, каково было мне, когда я выслушивал всю эту галиматью за кружкой кислого вина в кабачке у Шатле. И чего только мне не пришлось отведать за прошедший месяц, чтобы поближе познакомиться с устройством парижской жизни... далеко не высшего общества, увы. При дворе меня приняли всего три недели назад. И сразу же в буквальном смысле заперли в королевском дворце. Не знаю, с чего вдруг, но чья-то невидимая рука постаралась закрыть передо мной все двери выводящие из Лувра, пока двор находился в Париже. Впрочем, моим людям выходить из дворца не воспрещалось, чем они довольно часто пользовались. Ласлов побывал в Нельской Башне с одним из воробушков Тэо. Не знаю, как ему удалось убедить мальчугана провести его туда. И тем более не знаю, каким чудом он вышел оттуда жив-здоров и при всем своем добре. Но ему удалось выяснить, что банда цыган, расположившихся в том регионе, промышляет поставкой, - тут Ференц сглотнул и подумал с секунду прежде чем вымолвить то, что сообщил ему его друг, - Они и есть те самые торговцы, что поставляют редкости в особняк де Сент-Амана. Так что, отчасти люди префекта были правы, виня цыган и ворье в пропажах... да только не все они одним миром мазаны.

Ференц достал маленький шитый бисером мешочек, похожий на кисет, из внутреннего кармана своего щегольского камзола, скроенного по последнему слову моду специально для него портным, лично принимавшим заказы от самого короля.

- Этот кошелек Ласлов отдал одному из цыган из банды Нельской Башни в качестве платы за сведения. Представьте себе, вчера один из моих гайдуков увидел этот же кошель на поясе у одного из тех цыган, которых я пригласил развлечь гостей вечером. Утром я случайно встретил женщину главаря этого табора... или как они называют ее невесту барона. Она ничем не могла объяснить, отчего кошель оставленный в руках их соперников, оказался у одного из ее людей. Но мне кажется, что и у них между собой есть сговор. Вроде партии. Дележ территории, денег. Не знаю. Только меня это насторожило.

Он открыл было рот, чтобы продолжить свой рассказ, но герцогиня опередила его, рассказав о внезапном аресте целого табора и намекнула на возможную связь таборян со слепым или Мекано.

- Возможно и так. Но чем они могли заслужить такое наказание? Если только их не винят в тех убийствах, которые потрясли всех в Фонтенбло. Вы не услышите об этом ни от кого из министров и даже от тетушки. Тайны, скрытничанье, интриги, укрывающие интриги. И все же, слухами земля полнится. В парке были найдены тела... поговаривают, что это были люди некогда приближенные к королеве-матери. Убийства приписывают кто цыганам, кто наемникам. В том, что касается целей, тот тут разные версии. Самая расхожая о том, что это против самого короля. Но на это только намекают. Не знаю, связано ли это все с появлением здесь цыган. Они вовсе не показались мне алчущими крови и золота, - добавил Ференц, спеша разуверить кузину в ее опасениях, ведь он сам танцевал с таборянами под милые его сердцу звуки скрипок, да и невеста барона, чаровница, гадавшая на картах ему и его гостям, была добра к нему, - Но я уверен, что турки через своих сирийских друзей связаны с цыганами из Нельской Башни. Одного из малых, который попытался ограбить меня на Новом Мосту, мои гайдуки промчали до самой Богоматери, пока не схватили. У него нашли золотые динарии. Откуда бы им быть у парижского вора?

Понимая, что его сбивчивый рассказ опять оставил больше вопросов, князь машинально погладил деревянную полку и забарабанил в такт с Мадемуазель, невольно попадая под влияние ее настроя.

- А какие же вести у Вас, кузина? Сдается мне, Вы были озабочены чем-то помимо нашего маленького расследования. Надеюсь, это не связано с тем дерзецом, что посмел сначала украсть Ваш платок, а потом под видом любезности вернуть его Вам? Одно только Ваше слово, и я найду действенный способ поставить его на место. Для меня это моя святая обязанность... и удовольствие. Только скажите, - совершенно серьезно предложил князь, нисколько не заботясь о том, каким образом отыщет наглеца в тысячной толпе придворных, наводнивших Фонтенбло.

8

Отправлено: 22.04.13 01:24. Заголовок: Одной из самых полез..

Одной из самых полезных черт характера герцогини де Монпансье была трезвость ума, не позволявшая сей высокородной принцессе мнить себя политическим гением подобно герцогиням де Лонгвиль и де Шеврез, которые искренне принимали свою склонность к интригам за высокий государственный талант. Вот и сейчас, слушая внимательно рассказ князя под умиротворяющее урчание счастливого кота, она вполне отдавала себе отчет в том, что ровным счетом ничего не понимает. Суть происходящего ускользала от Мадемуазель так же, как и от Ракоши. Виной тому, без всякого сомнения, была их в равной мере недостаточная осведомленность, но как добыть недостающие сведения, чтобы сложить из разрозненных осколков целую картину, Анна не ведала. У нее, в отличие от покойного кардинала или не менее покойного герцога Гастона, не было собственной сети осведомителей, а те сплетни и слухи, которыми Мадемуазель исправно снабжали парижские друзья, были, во-первых, прискорбно неполны, а во-вторых, успели изрядно устареть. Как минимум, на неделю, а неделя в жизни Двора значила целую вечность.

- Убийства? Кровь Христова, это еще что за напасть? Отчего никто не потрудился рассказать мне об этом? - возмутилась она, мысленно кляня Фуке за скрытность, а обоих Невилей за легкомыслие и никчемность. Можно подумать, что принцеса Орлеанского дома уже так мало значит при дворе, что ее дозволительно держать в неведении о подобных происшествиях. Ну хорошо же!

В гневе она с такой силой ударила кулаком по полке, что цветочные горшки опасно закачались, а перепуганный кот кубарем скатился на пол и метнулся в угол с метлами.

- А впрочем, среди царедворцев давно принято узнавать все важные и неважные новости от прислуги, а не от тех, кто осведомлен о них по долгу службы и по тому же долгу считант нужным все скрывать, - паническое бегство кота остудило вспышку бурбонского гонора, и герцогиня, досадуя на собственную несдержанность, поспешила выровнять опасно сдвинувшийся на край полки горшок. Это невинное занятие оказалось очень кстати, потому что шутливое напоминание о дерзкой выходке де Лозена окрасило щеки старой девы в несвойственный им пунцовый цвет, вполне различимый даже под слоем румян и пудры.

- Платок? - нарочито небрежно обронила Мадемуазель и, лишившись кошачьих ушей, удобно занимавших руки, отщипнула лепесток герани. - Полно, я уж и забыла об этом пустяке. Негоже принцессе крови сердиться на несчастных, изыскивающих столь низменые средства быть замеченными и обрести высокое покровительство. Более того, господина де Лозена, по слухам, жалует король, и я бы не хотела, чтобы из-за подобной мелочи Вы ссорились с королевским любимчиком, кузен. Это не пойдет сейчас на пользу нам обоим. К тому же, заботы мои были о ином.

Она замолкла на мгновение, чтобы еще раз спросить себя, разумно ли впутывать мадьярского принца в тайны давнего прошлого. Но искренность и открытость Ракоши требовали как минимум такой же искренности с ее стороны, и Анна решилась.

- Буквально на днях мне довелось узнать крайне неприятную для меня вещь, - герцогиня повернулась, наконец, лицом к молодому человеку и сухо, но достаточно подробно рассказала о глупости, совершенной некогда ее отцом под давлением Конде, и угрозе того, что тайна, похороненная, казалось бы, навеки, может всплыть и стать известной Людовику.

- Вы, должно быть, скажете, что грехи отцов не падают на детей, кузен, но Писание, равно как и жизнь, увы, учат нас иному, - в голосе женщины, с лихвой расплатившейся за дочернюю преданость, послышалась горькая нотка. - Есть вещи, которые Его Величество не простит ни мне, ни моим сводным сестрам, расчитывающим на выгодные партии. Ради моего доброго имени и моей семьи я готова сделать все, чтобы проклятый документ не попал в королевские руки, а если это все-таки случится...

Анна предостерегающе подняла руку, прежде чем князь успел бы разразиться уверениями в подержке.

- Если же худшее случится, мне понадобятся все средства убедить короля в моей верности короне и любви к нему лично, оттого мне и интересно это дело с турками, позволяющее порадеть за интересы Франции. Вот видите, как я корыстна, кузен, хоть и стыжусь в том признаваться. И ради бога, если дело мое обернется скверно, даже и не думайте заступаться за меня. Вы только навредите себе, а мне не поможете ничем. Это будет еще хуже ссоры с де Лозеном, поверьте мне на слово, мой друг, - схватив Ракоши за руки, она крепко сжала их, будто это могло придать ее просьбе больше убедительности. - Меньше всего я хочу, чтобы тень моего отца накрыла еще и Вас, лишив надежды на помощь и подержку со стороны могущественной Франции.

9

Отправлено: 24.04.13 18:52. Заголовок: Ференц и сам опешил ..

Ференц и сам опешил от того, что герцогине никто до него самого не удосужился рассказать о убийствах, потрясших Фонтенбло за последние три дня. При всей секретности ни полиции ни мушкетерам, занятиым расследованием происшествий, не удалось избежать слухов и сплетен. Уже на второй день пребывания двора в Фонтенбло о совершенных в парке убийствах не слышал разве что глухой. Но было одно существенное "но", маршалю дю Плесси и префекту де Ла Рейни, отвественным за ведомое расследование удалось напустить столько туману вокруг событий, что одни верили в то, что убийства были связаны с заговором против короля и его матери, королевы Анны Австрийской, другие же наоборот утверждали, что все это не стоило и выеденного яйца и служило своего рода пьедесталом для амбициозного маршала, чтобы повысить свой авторитет прежде чем начать открыто добиваться места в Королевском Совете.

- А знаете, дорогая кузина, об этих убийствах ходит столько слухов и кривотолков, что никто наверняка и не знает, что произошло на самом деле. Я сам знаю только то, что судя по всему было удобным выпустить в свет при помощи слухов. Поговаривали даже, что всему виной некий шевалье де Лоррен, пытавшийся неизвестно зачем взорвать телегу с артиллерийскими зарядами для фейерверков. Даже не зная этого месье лично, я могу с полной уверенностью утверждать, что это обвинение шито белыми нитками. К чему любимцу герцога Орлеанского устраивать переполох на пикнике и к тому же рисковать жизнями не только Месье, но и всех гостей. И собственной, в том числе. И все же, именно этого шевалье обвинили во всех грехах и арестовали прямо среди ночи. Странное здесь правосудие... - хмыкнул Ференц и не сдержал улыбку при виде бегства перепуганного кота, - Может быть Вам ничего не рассказали просто потому что не сочли это стоящим Вашего внимания?

Он едва не столкнулся лоб в лоб с кузиной, бросившись подхватить едва не упавший с полки горшок с землей. Покласнев до того же тона, что и щеки кузины, едва ему стоило упомянуть имя де Лозена, Ференц осторожно отодвинулся в сторону, позволив Великой Мадемуазель самой справиться с едва не учиненным ей беспорядком.

- Как скажете, дорогая кузина, если это всего лишь мелочь, которая не заслуживает Вашего внимания, то и я не стану впредь вспоминать о том. Мне вполне хватает назревающей ссоры с маркизом де Вардом. Этот дворянин, только на днях возвращенный ко двору из ссылки, видимо, считает своим долгом преследовать меня по пятам, - Ференц хлопнул затянутой в перчатку ладонью по деревянной полке, подняв при этом целое облако пыли, - И ему почему-то всегда удается застать меня на месте преступления. Как ему это кажется, - князь вновь ударил ладонью, уже не скрывая собственную досаду, - Это уже похоже на преследование. И я задаю себе вопрос, а нет ли тут какого умысла. Но это пустое, - поспешил добавить он, прислушиваясь к рассказу кузины о грехах отцов, вот что действительно было важным, если судить по нежеланию, с каким Анна Мария Луиза делилась с ним. За время их краткого, но весьма насыщенного приключениями и опасностями, знакомства, Ференц успел узнать свою кузину гораздо лучше, чем если бы они прожили в одном поместье с самого отрочества. Ее Высочество унаследовала настолько же деятельный и бурный нрав своего великого деда, насколько и истинное бурбонское упрямство вместе с гордостью. Считая беды своих друзей и родственников своими, она тем не менее с огромной неохотой делилась собственными невзгодами, как и в этот раз. Слушая ее рассказ о документах, подписанных ее отцом, их пропаже и внезапной находке, Ференц с легкостью мог представить себе, какой резонанс последует вслед за их обнаружением, попади этот документ не в те руки. И дело было не только в самом короле, но и в тех, кто наседал на Людовика, навязывая ему решения и так называемое государственное благо вопреки его личным привязанностям и пожеланиям. Чего стоила только женитьба короля, когда его вынудили поступиться собственным желанием и велением сердца ради призрачного блага государства. Сам будучи связан наследием своих предков, Ференц твердо знал для себя то, что никто и никогда не будет вправе решать за него еще и вопрос его женитьбы и личных привязанностей. Но он был мадьярский принц, а не французский. И разница чувствовалась все сильнее.

- Не убеждайте меня не вмешиваться, дорогая кузина, - Ференц протянул руку Мадемуазель, - Вот Вам моя рука и вместе с ней вся поддержка, на которую я способен. Может быть мое слово и не имеет значения при дворе, но это и неважно. Я и мои люди можем помочь Вам совсем иначе. Мы можем сделать то, на что не решатся другие, - в глазах мадьяра блеснул лукавый огонек и он тряхнул непослушными кудрями, - Один раз мы уже показали, на что способны. А сейчас я знаю Париж куда лучше... и не только Париж.

10

Отправлено: 01.05.13 01:35. Заголовок: - И не только Париж…..

- И не только Париж… - медленно повторила за кузеном Анна-Мария, и взгляд ее голубых, чуть на выкате, глаз на сотую долю секунды сделался пронзительно оценивающим.

Безусловно, соблазн воспользоваться заявленным знакомством князя с цыганами, у которых нашлась сегодняшняя шкатулка был велик, но… «Но» были весомыми: во-первых, табор был сметен с лица земли ордою мушкетеров и теперь с великой долей вероятности обрел новую стоянку в стенах Шатле, а во-вторых, сам Ракоши не мог похвастаться свободою передвижения.

И тем не менее, слова его, а пуще того, все та же неподдельная искренность, коей отличались все речи князя после того, как было улажено маленькое недоразумение, которое случилось между ними в таверне «Боевой петух», в очередной раз отозвалось в пышной груди Мадемуазель странной смесью горечи и удовольствия. Удовольствие проистекало от того, что судьба ее явно была небезразлична этому молодому человеку, а горечь… горчила мысль о том, что из всех ее родичей, близких и не очень, наибольшее участие в ней принимал, как ни странно, тот, к кому более всего подходила поговорка «седьмая вода на киселе». Именно потому рукопожатие, которым герцогиня ответила на протянутую ей руку, было не по-женски крепким.

- Если бы Вы только знали, как мне приятны и дороги слова Ваши, кузен, - Анна-Мария уже вполне оправилась от странной неловкости, вызванной напоминанием о случившемся перед покоями королевы-матери инциденте с веером, и в глазах ее не осталось и тени смущения, равно как расчетливости. – Мне мало на кого можно полагаться, да я и привыкла к этому уже давно, и потому редко ищу помощи. Однако мысль о том, что при дворе, где на меня смотрят, как на странную и, что скрывать, опасную зверушку, которую удобно держать подальше и доставать из пыльного сундука только по особо торжественным случаям, вроде королевских свадеб и, не приведи Господь, похорон, есть люди, готовые протянуть мне руку помощи, крайне утешительна. Другое дело, что в нынешних обстоятельствах с моей стороны неразумно было бы подвергать Вас новому риску превратиться из временного арестанта в собственных покоях в постоянного квартиранта Бастилии или того же Венсенского замка, который с успехом используется в качестве жилища для неугодных двору принцев. Правда, до сих пор все обитавшие там принцы были французами, но все может перемениться в любой момент.

Великая Мадемуазель прищурилась, гадая, сколько времени потребуется наследнику трансильванского трона, чтобы удрать из Венсенского замка. У Бофора это заняло весьма много времени, но кузена Бофора не было таких предприимчивых дворян, как тот же шевалье Ласлов. Азартная, как все Бурбоны, она охотно заключила бы пари… но нет, не на свободу Ракоши. Подобная ставка была ей не по вкусу. Уж больно не вязались друг с другом такие разные понятия, как Ракоши и тюрьма.

- А вот насчет де Варда я Вас остерегу, кузен. Будьте осторожны. Господин капитан слывет за опасного дуэлянта, при этом он весьма успешно умудряется избежать заслуженной кары за нарушение королевского эдикта о дуэлях, обставляя свои ссоры, как случайные и неизбежные стычки, в которых обыкновенно виноваты его противники. Пожалуй, только герцогу де Сен-Симону удалось натянуть нос этому безнаказанному наглецу, хорошенько пырнув его шпагой. В остальных случаях соперники маркиза оказывались в руках либо хирурга, либо коменданта Бастилии.

Где-то за стенами дворца ударил колокол, отбивая время, и герцогиня настороженно прислушалась.

- Кровь Христова, как поздно! А мне ведь еще надобно привести себя в порядок после дождя и переодеться к новой забаве герцога Орлеанского. Вы, должно быть, уже слышали о том, что Месье вызвал англичан во главе с герцогом Бэкингемским на турнир в мяч? Какая жалость, что заботами королевы Анны Вам не доведется полюбоваться на это, без сомнения, впечатляющее зрелище сегодня вечером, кузен. Мы могли бы заключить пари, но…

Анна-Мария разочарованно покачала окончательно развившимися буклями, расставаясь со столь приятной иллюзией. Общество любимой тетушки и обеих кузин, вот все, на что она могла рассчитывать. Крайне обескураживающая перспектива, надо сказать, хотя от королевы Анны можно было ожидать толику саркастического юмора. Кузина же Мария-Терезия была совершенно безнадежна.

11

Отправлено: 01.05.13 22:09. Заголовок: Ференц ответил кузин..

Ференц ответил кузине спокойным взглядом, на минуту его живое веселое лицо посерьезнело, словно князь пытался представить себя в самом выгодном свете, чтобы кузина могла поверить в его уверения. Но требовались ли эти уверения Мадемуазель? Тогда что же? Невольно, Ференц и сам принялся пристально изучать лицо кузины, ее голубые глаза, такие необычайно большие... Да нет же, вполне себе обычные, просто ему так показалось еще там, в таверне у Мекано, так он и запомнил образ своей кузины, Анны Марии Луизы Орлеанской, обладательницы выразительных голубых глаз и звучного голоса, которого мало кто во всей Франции посмел бы ослушаться. По разным причинам, кто-то из трепета перед громким именем Орлеана, кто-то из уважения к памяти великого деда герцогини, а кто-то, как Ференц, из необъяснимой, но твердой привязанности раз и навсегда. Если правда, что грех объединяет, то должно быть и правдой, что невзгоды также сливают вместе людей даже самых разных и несопоставимых сплавов.

Обменявшись долгими изучающими взглядами кузены едва ли не в один голос заговорили. Ференц спрятал улыбку, опустив голову, и выслушал то, что ответила ему Анна-Мария. Он понимал ее, как никто другой на свете, кузина де Монпансье была в таком же положении при дворе своего царственного кузена Людовика, как некогда был и сам Ференц при дворе австрийского императора. С той только разницей, что с императором его связывали куда менее прочные и короткие узы, чем герцогиню Орлеанскую и короля Франции. Но что с того? Дальние или близкие родственные связи на поверку выходили все такими же порой никчемными, когда не в тебе нуждались, но ты нуждался.
И все-таки, при всей серьезности их беседы Ференц не удержался от задорной усмешки. Бастилия! Да что такого в этом восьмибашенном замке, что о нем только и говорят при королевском дворе, причем, всех побывавших в его стенах дворян величают героями, даже если их обвиняли в преступлении против короны.

- А что такого, милая кузина? Вы ведь принесете мне корзинку отменных парижских булочек и прочную веревку, чтобы спуститься по стене как только я пообедаю? - весело спросил князь, обращая всю серьезность их разговора в шутку, - Так этот де Вард забияка из любителей легкой дуэльной славы? - потирая подбородок Ракоши впервые задумался, но только затем, чтобы тут же с радостью потереть ладони и бахвальством, которое сделало бы честь кулачном уличному бойцу, но никак не князю и принцу крови заявил, - Так я вызову его на поединок! Да да. И если он таков, как Вы говорите, то посмотрим, устоит ли его хваленая шпага против мадьярской сабли. Простит ли мне кузен ранение своего капитана швейцарской сотни? Посмотрим... думаю, что Людовик будет только рад, если кто-нибудь проучит наглеца. Если только, - Ференц доверительно посмотрел в глаза герцогини, - Это обождет. Де Вард не та птица, чтобы гоняться за ним ради диковинных перьев в качестве трофея. Сейчас в Фонтенбло есть птицы и поважнее. Не знаю, каким образом, но сдается мне, что есть связь между делом, которое поручил нам Слепец и тем, что занимает Ваши мысли. А это значит, что рано или поздно, это дело коснется и меня.

Их руки давно уже расцепились, скрепив твердым пожатием согласие и доверие друг другу, но Ференц по-прежнему ощущал на своих пальцев силу и горячее тепло от пожатие Анны-Марии. Она не сказала этого вслух, но он точно знал, что согласие было дано. Он мог действовать от ее имени или ради нее, какая разница, как.

- А посему, где и когда я и мои люди понадобятся Вам, моя дорогая кузина, Вы всегда можете рассчитывать на нас. И если это дело настолько секретное, что не терпит огласки, Вы можете ничего не объяснять.

У самой двери появилась фигура Ласлова. Он видимо не успел еще разглядеть в полумраке комнаты, где именно стояли князь и герцогиня и потому стоял недвижно и вглядывался внутрь. Ференц заметил его, с легким сожалением он пожал плечами и постучал по краю огромной деревянной кадки с расцветшим розовым кустом, стоявшей у самых дверей в сад.

- Странно... мне кажется, днем этого куста здесь не было. Какие красавицы... алые как на подбор, - он ткнул пальцем один из бутонов, заставив несколько бархатных алых лепестков осыпаться на земляной грунт, - А кстати, я не только узнал о предстоящей забаве, но и невольно оказался ее участником. А благодарить за это следует графа Шерегия. Он от моего имени получил ленточку одной из красавиц из свиты Мадам, так что, - ослепительно улыбнувшись, князь погладил цветок и тут же сжал руку в кулак, как будто переборов сильнейшее искушение сорвать его, - Так что, я буду сражаться за цвета юной красавицы. Жаль, что Шерегий не повстречал Вас... нет... жаль, что я не встретил Вас, кузина... этот проклятый арест. Я буду там. Но не под своим именем. Простит ли мне эту выходку наша тетушка? А вдруг простит? Я постараюсь победить. Ведь победителей не судят, не так ли?

Захваченный внезапной затеей, князь дерзко рассмеялся и с озорным блесков в глазах распахнул застекленные двери, укрывавшие комнату садовника от разразившегося ливня. Он выпрыгнул прямо на залитую водой гравиевую дорожку и промчался к розовому кусту, вздымая вокруг себя огромный шлейф брызг. Уже через минуту он прибежал назад, мокрый до нитки, но с такой победной физиономией, словно уже одержал победу над всеми противниками на турнире. В руке его был сорванный цветок розы с ярким, свежим от дождя, огромным розовым бутоном с темно-оранжевой окантовкой по краям лепестков.

- Вот теперь, Вы будете улыбаться, думая о нашей встрече, дорогая кузина. Пари... Вы сказали что-то о пари? - заметивший их Ласлов подавал отчаянные сигналы, указывая на двери, - А давайте заключим пари... на что только? На прогулку по карнизам дворца? Купание в пруду? После дождевой ванны у меня голова полна только самых безумных мыслей, или это во мне говорит ажиотаж предстоящей драки с теннисной ракеткой в руках? Что скажете, Анна-Мария, поставите ли Вы на мою победу?

12

Отправлено: 19.05.13 00:28. Заголовок: Неисправим! Мадемуа..

Неисправим!
Мадемуазель только качнула головой с легкой усмешкой, когда ее неугомонный кузен после минутного созерцания усыпанного алыми розами куста вдруг сорвался с места и метнулся в сад, все еще исправно поливаемый теплым весенним ливнем. Анна рассеянно коснулась пальцем шелковистого лепестка. В отличие от Ракоши, куст этот был ей хорошо знаком, как и два других, что пристроились рядом. Она уже видела их в полдень, на ярком апрельском солнце, только тогда они красовались подле кресел, расставленных полукругом под навесом на Большой лужайке. Забавно было бы получить от князя в подарок английскую розу, предназначенную для королевы Франции, но Ракоши, видно, и сам осознал неуместность подобного жеста. Дарить герцогине де Монпансье алую розу? Хмыкнув, она отошла на пару шагов от чужого подарка: аромат роз с детства вызывал у принцессы головную боль, а алые красавицы благоухали так, что могли с легкостью посоперничать с флаконом лучших флорентийских духов.

- Благодарю, мой дорогой кузен, Вы сама любезность, но, честное слово, я и так вспоминала бы о нашем внезапном рандеву исключительно с улыбкой.

Принимая цветок от заново вымокшего князя, Мадемуазель не могла удержаться от насмешливой нотки в голосе, но теплые искорки в ее голубых глазах вмиг погасли, когда трансильванский принц обратился к ней по имени. Да, внучка славного короля Анри знала, что гордость ее мало чем отличается от гордыни, которую церковь заслуженно числила в смертных грехах, но поделать с собой ничего не могла: даже король Франции, на правах двоюродного брата, никогда не позволял себе подобную вольность, и сейчас Мадемуазель потребовалось настоящее усилие воли, чтобы не выразить князю свое глубокое недоумение по поводу столь недопустимой вольности в обращении. Однако же, она сдержалась, только голос ее сделался сухим и морозным.

- Вы предлагаете мне держать пари на Вашу победу с Вами же, князь? Довольно, кхм, неожиданно, но отчего же нет? В случае Вашего выигрыша с меня бочонок доброго божоле с моих виноградников. Если же мадам Фортуна будет не столь благосклонна, - Анна прищурилась, гадая, какую пользу можно было бы извлечь из боевого настроя беспечного князя, - Вы сыщете для меня кого-нибудь из Ваших цыганских знакомых. Они ведь все колдуны и ворожеи, а это так любопытно.

Нетрудно было догадаться, что столь прозаичные условия пари разочаруют буйного мадьяра, явно настроенного на самые невозможные безумства. Но Мадемуазель вовсе не хотелось сделаться свидетелем того, как весь двор будет наблюдать за какой-нибудь сумасшедшей выходкой Ракоши и, не дай бог, дознается до ее причины. При этой мысли меж бровей герцогини обозначилась глубокая морщинка.

- Совсем позабыла остеречь Вас, кузен: не забудьте, что мы с Вами никогда не встречались и совершенно не знаем друг друга. Собственно, то же касается и Ваших друзей, хотя я не сомневаюсь, что столь благородные рыцари не станут бахвалиться знакомством с принцессою Орлеанского дома перед каждым встречным. Но кто знает, какие случайности могут подстеречь даже самого осторожного из кавалеров? И не жалейте о том, что месье Шерегий выпросил для Вас ленточку у мадемуазель де Ла… - невольная оплошность Ракоши уже успела забыться, и в глазах герцогини, припомнившей сцену, которая разыгралась на ее глазах между двумя фрейлинами и Анной Австрийской, снова заплясали опасные бесенята. – Все равно я сразу же решила не давать ленту никому из участников и не собиралась делать исключений. Даже для родственников.

Ну разве что для Его Величества, но Его Величество предпочел иные развлечения на этот вечер, весьма далекие от защиты цветов мятежных кузин. Как, к слову, и цветов любимых жен и матерей. Интересно, если бы графиня де Суассон не покинула двор, рискнул бы Людовик? Или же выпросил бы ленточку у новобрачной, которую уже прочат в следующие некоронованные королевы французского двора?

Отчаянные жесты Ласлова, наконец, привлекли ее внимание.

- Похоже, Ваш друг шевалье намекает, что наша беседа чересчур затянулась, кузен. Вам ведь еще нужно готовиться к явлению на турнире. Да и мне давно пора, - Анна протянула мадьяру руку, не кистью вверх, а по-мужски, для рукопожатия. – Желаю Вам победы, от всей души, и надеюсь, что мое божоле будет иметь оглушительный успех при Малом мадьярском дворе.

13

Отправлено: 22.05.13 17:00. Заголовок: Цыган? И только то? ..

Цыган? И только то? - чуть было не сорвалось с губ Ференца в ответ на ставку герцогини. Привычный к необъятным и невыполнимым планам и задачам, самой высокой из числа которых было возвращение его наследства и венгерского и трансильванского тронов, князь с первой минуты и не подумал, что речь шла о тех самых цыганах, которых по слухам арестовали мушкетеры лейтенанта Д'Артаньяна. Мог ли кто-то из них спастись?

- А это занятный вопрос, дорогая кузина, - простодушно ответил Ракоши, разглаживая пятерней промокшие под дождем пряди волос, налипших в беспорядке на лоб, - Весь табор был препровожден в Шатле. Но сдается мне, что у меня есть шанс выплатить проигрыш в случае если я не принесу победу на турнире. Только между нами, дорогая кузина, - князь доверительно посмотрел в в похолодевшие глаза Великой Мадемуазель, простодушно не связав внезапный холодок с гордостью, задетой его фамильярным обращением, - Я сыщу для Вас ворожею... самую настоящую. Слово князя!

Маритана с Мирелой, которых он повстречал утром в маленькой хижине на окраине Барбизона, скорее всего избежали ареста, потому как собирались в Фонтенбло. Если им удалось проехать через кордоны и привезти свою телегу к служебному флигелю дворца, то скорее всего они должны быть еще в Фонтенбло. Узнать бы, к кому именно они собрались... разве ворожея не сказала ему о цели своей поездки? Он так легкомысленно пустил на самотек дело, взятое на себя им и герцогиней, а ведь Маритана могла быть в курсе не только того, откуда у одного из ее таборян могло взяться золото турков, переданное Деревянному Заду и его людям за услуги с поставкой живого товара.

- Пожалуй, мне не следовало упускать случай, который дважды привел ко мне этих цыган... проклятая самонадеянность. Ведь я мог еще вчера вечером связать все воедино... - Ференц в отчаянье запустил пальцы в кучерявые вихры, - Но надежда еще есть. И если мне посчастливится ухватить за хвост и третий шанс, то я не выпущу его из рук ни при каких обстоятельствах. Те, цыгане, что развлекали вчера моих гостей, попали под королевский гнев, хотя не они заслуживают жестокой расправы. Мы обязаны внести ясность в эти цыганские дела. Невинные не должны страдать.

Он улыбнулся в ответ кузине. Казалось бы у Великой Мадемуазель отлегло от сердца и она снова улыбалась ему, позабыв про всплеск дружеской фамильярности, которую позволил себе ее кузен. Да и Ференц уже успел позабыть про легкий укол досады, которая охватила его при мысли, что он мог бы и сам попросить ленточку у кузины, не добудь ее от его имени Шерегий.

- Значит, мне не досталось бы ничего? О, но тогда я не вышел бы сражаться и зрители на трибунах лишились бы удовольствия наблюдать за разгромом моих противников... конечно же, только на теннисном корте. Что же касается скромности, моей и моей свиты, то Вы можете положиться на нас, дорогая кузина. Надеюсь, Ласлов и Шерегий ничем не выдали знакомство с Вашей Светлостью? Здешние придворные не чета тем, что в Аугсбурге, не успеешь чихнуть, как через четверть часа о причинах чиха и способах лечения простуды будут судачить все от Королевского Совета до последней кухарки на кухнях.

Он проследил за взглядом герцогини и обернулся через плечо, заметив Ласлова, отчаянно размахивавшего руками с порога.

- Да, Ласлов предан нам с Вами всей душой, мадам. Кажется, он дает знак, что нам уже пора. Вам пора к обеду у тетушки, а мне пора готовиться разбить всех соперников в пух и прах, - глаза мадьяра зажглись задорными огоньками и он ответил на жест герцогини дружеским и вместе с тем почтительным рукопожатием, жалея про себя, что не проявил большей галантности по отношению к кузине и союзнице. Впрочем, он не разделял эти два понятия для себя, как и его свита, величая строго в своем мадьярском кругу Великую Мадемуазель Нашей Герцогиней.

- До встречи, милая кузина! Победа будет за нами, но это не отменит мое обещание представить Вам цыганку-ворожею. Я с удовольствием исполню этот наказ.

Тряхнув головой в низком поклоне, отданном в дань придворной галантности с задорной почти мальчишеской улыбкой, Ференц обрызгал руки кузины каплями дождя, сверкавшими в его кудрях как драгоценные бриллианты.

Прощание грозило затянуться на целый ворох галантных и вместе с тем искренних обещаний и клятв, а между тем Ласлов от жестов перешел на призывы, выкрикнув что-то на мадьярском, из чего Ференц расслышал только: "Они на лестнице!" Кто был на лестнице? И следовало ли им остаться и переждать или поспешить? Не давая себе времени на рассуждения и взвешивания, князь поспешил к выходу, пронесся мимо разгоряченного Ласлов, и побежал к лестнице для прислуги, на которой уже слышались гулкие шаги поднимавшихся наверх обладателей кавалерийских тяжелых ботфорт со шпорами.

- Смена караула? Да что собственно такого, если мы придем позади них? - отшутился князь, стараясь не брать в голову внезапно свалившуюся на его плечи проблему, - Всегда можно сказать, что я был у Его Величества по его приказу... а что с того? Не побегут же они выяснять у кузена Людовика, был я у него или нет?

// Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги //

14

Отправлено: 11.06.13 11:42. Заголовок: - Вот ветрогон! – ск..

- Вот ветрогон! – скорее насмешливо, чем осуждающе пробурчала себе под нос Мадемуазель, машинально стирая с руки капли дождя, упавшие с мокрых кудрей князя. Торопливые шаги мадьяр слышались уже где-то на лестнице, и единственным напоминанием о неожиданной встрече с кузеном остался полураскрытый бутон розы.

Рене, заглянувший в каморку садовника, молча вскинул брови при виде розы в руках у своей госпожи. Поймав его полный иронии взгляд, та лишь пожала плечами и небрежно заткнула цветок за брошь, которой была заколота кружевная шемизетка на корсаже, сопроводив сей жест немногословным пояснением:

- Подарок князя.

Лаконичное резюме, в сущности, было излишним: по своему положению Рене отнюдь не принадлежал к числу тех немногих, кто мог потребовать у незамужней принцессы крови каких-то там тридцати с хвостиком лет отчета в неразумном поведении. Зато он был чуть ли не единственным человеком после кузена Людовика, чье мнение на сей счет действительно могло обеспокоить Мадемуазель. На ее счастье, старый рейтар воздержался от солдатских острот в адрес «братского подарка». Или почти воздержался, если не обращать внимания на подозрительные нотки в голосе верного телохранителя.

- Смею надеяться, что Вы сумели извлечь из беседы с князем нечто более ценное, чем роза в начале апреля, мадам. Хотя от этой шумной молодежи суеты больше, чем проку, - ворчал Рене, распахивая дверь в сад и высовывая наружу руку, чтобы удостовериться в том, что ливень, столь неожиданно обрушившийся на Фонтенбло, утих уже наконец.

- Судя по твоему тону, шевалье не потрудился сообщить тебе ничего полезного или хотя бы интересного, - Анна-Мария сняла с крюка на стене широкополую шляпу садовника и водрузила ее на голову, не слишком заботясь о безнадежно загубленной дождем прическе. – Идем, у нас мало времени. Мне нужно непременно попасть к королеве-матери до того, как турки, молодожены и прочие помехи лишат меня шанса поговорить с ней наедине.

Она решительно зашлепала по мокрому гравию, разбрызгивая маленькие лужицы, успевшие набраться в глубокие следы князя Ракоши.

- Да нет, Ваша Светлость на сей раз не угадали, - Рене следовал за герцогиней совершенно бесшумно, что для человека его сложения было весьма удивительно. – Молодой шевалье молол языком без устали, видно, невтерпеж было похвалиться своими подвигами.

За плечом Мадемуазель наступило выжидательное молчание, и она нетерпеливо взмахнула рукой, задев ветку, согнувшуюся под тяжестью тысячи радужных капель. Ветка немедля выпрямилась, обдав герцогиню де Монпансье и ее слугу облачком ледяных брызг.

- Ну же! Наверняка среди этой похвальбы есть такие подвиги, о которых можно поведать даме, не заставив ее краснеть.

Рене хохотнул, но послушно пустился пересказывать услышанные от Ласлова байки про стрельбу в парке и побег шевалье де Лоррена, налеты на табор, танцы с цыганками в Большом зале Фонтенбло, купания в озере, гостеприимство мушкетеров и утренний вояж в сторону Барбизона, закончившийся встречей спасением амазонки, очень старавшейся, как и ее спутник, оказаться неузнанной. К тому времени, когда краткое перечисление многочисленных подвигов шевалье и его господина подошло к концу, Анна-Мария, ни на минуту не замедлившая шаг, успела достигнуть противоположного конца внутреннего сада, из которого можно было попасть в дальнее крыло замка. На протяжении витьеватого повествования Рене она не раз разражалась смехом, но к тому времени, когда он распахнул перед ней дверь, лицо герцогини сделалось задумчивым.

- Однако же, этот Ласлов невыносимый болтун, как я погляжу, - неодобрительно заметила она, едва не поскользнувшись насквозь промокшими туфлями на мраморном полу, что не добавило Анне-Марии хорошего настроения. – Если он с таким же апломбом и, главное, подробностями похвалялся нашим февральским приключением… Но нет, князь обещал, что никто из его свиты не выдаст нашего знакомства ни единым словом.

- Верится с трудом, - хмыкнул Рене, подхватывая госпожу под локоть. – Осторожнее, Ваше Высочество, ступеньки тут узкие. Да и шляпу бы эту богомерзкую снять уже, страх ведь сущий. Не приведи господь, испугаете кого до полусмерти.

Мадемуазель рассеянно кивнула, отдавая должное проявленной заботе. Голова ее была занята другим: каким это образом кузену Людовику удалось оказаться на парижской дороге в обществе «черноволосой амазонки с голосом сирены» (о, эти неисправимые мадьяры!), с которой он якобы рассорился накануне, да еще в то время, когда король, по общему мнению, пребывал в постели в состоянии не то глубокой меланхолии, не то не менее глубокого похмелья.

Да уж, вот загадка, ответ на которую у тетушки-королевы лучше не спрашивать, от греха подалее.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Внутренний Сад и Розарий. 4