Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

    ГостямСобытияРозыскНавигацияБаннеры
  • Добро пожаловать в эпоху Короля-Солнца!

    Франция в канун Великого Века, эпохи Людовика XIV, который вошел в историю как Король-Солнце. Апрель 1661, в Фонтенбло полным ходом идет празднование свадьбы Месье и Мадам. Солнечные весенние деньки омрачает только непостоянство ветров. Тогда как погода при королевском дворе далеко не безоблачна и тучи сгущаются.

    Мы не играем в историю, мы записываем то, что не попало в мемуары
  • Дата в игре: 5 апреля 1661 года.
    Суета сует или Утро после неспокойной ночи в Фонтенбло.
    "Тайна княжеского перстня" - расследование убийства и ограбления в особняке советника Парламента приводит комиссара Дегре в Фонтенбло.
    "Портрет Принцессы" - Никола Фуке планирует предложить Его Высочеству герцогу Орлеанскому услуги своего живописца, чтобы написать портрет герцогини Орлеанской.
    "Потерянные сокровища Валуа" - секрет похищенных из королевского архива чертежей замка с загадочными пометками не умер вместе с беглым управляющим, и теперь жажда золота угрожает всем - от принцесс до трубочистов.
    "Большие скачки" - Его Величество объявил о проведении Больших Королевских скачек. Принять участие приглашены все придворные дамы и кавалеры, находящиеся в Фонтенбло. Пламя соперничества разгорелось еще задолго до начала первого забега - кто примет участие, кому достанутся лучшие лошади, кто заберет Главный приз?
    "Гонка со временем" - перевозка раненого советника посла Фераджи оказалась сопряженной со смертельным риском не только для Бенсари бея, но и для тех, кому было поручено его охранять.
  • Дорогие участники и гости форума, прием новых участников на форуме остановлен.
  • Организация
    Правила форума
    Канцелярия
    Рекламный отдел
    Салон прекрасной маркизы
    Библиотека Академии
    Краткий путеводитель
    Музей Искусств
    Игровые эпизоды
    Версаль
    Фонтенбло
    Страницы из жизни
    Сен-Жермен и Королевская Площадь
    Парижские кварталы
    Королевские тюрьмы
    Вневременные Хроники
  • Наши друзья:

    Рекламные объявления форумных ролевых игр Последние из Валуа - ролевая игра idaliya White PR photoshop: Renaissance
    LYL Реклама текстовых ролевых игр Мийрон Зефир, помощь ролевым

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Фонтенбло. Лужайка перед дворцом. Большой шатер


Фонтенбло. Лужайка перед дворцом. Большой шатер

Сообщений 41 страница 60 из 287

1

Полдень, 2 апреля, 1661

Анна Австрийская пишет:

- Ну же, - милостиво кивает Анна, маня человечка пальцем. – Если послание Ваше не для чужих ушей, шепните мне его на ухо, сударь.

https://d.radikal.ru/d37/1902/9c/706338d955fc.png

41

Отправлено: 22.06.12 20:45. Заголовок: - Служба в свите мол..

- Служба в свите молодой четы Орлеанских требует недюжинных нервов и здоровья...

Не то чтобы мадам де Ланнуа подвергала сомнениям это скромное утверждение первой статс-дамы двора герцогини Орлеанской, Ее Светлость сдержанно кивнула в ответ, однако, про себя оставила мысль о том, что молодежь всегда одинакова - им нужны вольности и оковы - оковы для того чтобы вольность казалась тем слаще и веселее, вольности, чтобы не слишком искушать их нарушать предписанные правила. Какие они все молодые и счастливые, даже когда взволнованны чем-то, это их волнение так и заражает на улыбки и вот уже и не замечаешь, как собственные теплые и счастливые воспоминания о былом всплывают в памяти.

- Ах эта молодежь, - тихо поддакнула герцогиня, прислушиваясь к оправданиям графини де Лафайет, да, пожалуй, Ее Сиятельство выбрала через-чур суровое наказание для девушек, лишив их возможности появиться на лужайке, покрасоваться несомненно лучшими платьями выбранными специально к торжеству. Даже если пикник и предполагался строго для дамского общества, мадам де Ланнуа нисколько не сомневалась в том, что заинтересованные молодые люди найдут достаточно убедительный и уважительный предлог, чтобы ненароком появиться и встретиться хотя бы глазами с привлекшей их внимание мадемуазель. Да что там, и не очень то молодые люди вроде герцога де Невиля сочли незазорным для себя преступить правила этикета и появиться там, где их не ожидали без приглашения. А уж что говорить о молодых... наверное девушки расстроены и оплакивают горькими слезами несостоявшийся полдень где-нибудь в своих комнатах. Шитье и чтение? О, помилуйте, когда это молодые девицы добровольно предавались этим скучным занятиям в то время как двор представляет собой столько неизведанного и искушающего? Если юные фрейлины не сидят сейчас в своих комнатах в слезах и ожидании милости к ним и вызова на лужайку, то наверняка уже нашли для себя веселье. В уголках глаз герцогини появились лучики морщинок, она улыбнулась своим догадкам и понимающе кивнула маркизе де Тианж, которая пыталась уверить графиню в благочестии и послушании ее подопечных без видимой уверенности.

- Вы пошлете за мадемуазелями немедлено? Прекрасно, дорогая маркиза, - мадам де Ланнуа с величием позволенным ей ее положением и доверием, которым наделила ее королева-мать, склонила голову, принимая короткий реверанс маркизы де Тианж.

- Врач? - недоумевающе подняла бровь герцогиня и вгляделась в толпу окружившую кресло герцогини Орлеанской, - Неужели Ее Высочеству сделалось совсем плохо? Боже боже... но отчего... - впрочем, разве уместо было спрашивать отчего пригласили королевского врача, когда в распоряжении герцогини Орлеанской был целый консилиум, приставленный специально к ее личной персоне? Наверное впопыхах вызвали первого же медика, о котором вспомнили. Сама герцогиня склонялась к мысли, что мэтр Ламар был достоин своего положения королевского врача и был бы достойной заменой мэтру Валло. Да и следовало ли доверять взгляду медика привыкшего пользовать только женщин и прибегающего к кровопусканиям по любому даже самому пустячном поводу, каким был месье Гито. Личная неприязнь герцогини к этому заскорузлому в своих методах лекарю подкреплялась еще и недавними неудачами мэтра Гито равно как и его невниманием к беременности королевы, обнаружившей себя столь несчастливым образом. Падение с лошади на охоте могло привести и к более печальным последствиям чем целый день, проведенный Ее Величеством в постели.

- Да, да... несомненно это было предусмотрительным вызвать месье Ламара сюда, - поспешила заверить статс-даму Мари-Луиза и последовала за ней к герцогине Орлеанской, - Что скажете, доктор? Это несерьезно?

Слушая заверения графини в том, что она лично проследит за соблюдением покоя Мадам, герцогиня недоверчиво переглянулась с доктором. Будь ее воля... но она хоть и занимала должность первой статс-дамы, не имела права голоса в том что касалось свиты герцогини Орлеанской. Если мадам де Лафайет считает, что для молодой супруги Филиппа пребывание на пикнике не усугубит ее положения, то так тому и быть. Мадам легконько кивнула головой, давая свое согласие.

- Однако же, в самом деле, месье Ламар, коль скоро случай привел Вас сюда, не сочтите за труд... возможно Ее Величеству все-таки требуется Ваше внимание, не смотря на заверения в том, что она прекрасно себя чувствует. Эти волнения, молодые женщины склонны недооценивать некоторые риски. Вы понимаете меня, - герцогиня развела руками и шепнула на ухо графине де Лафайет, - Я передам Ее Величеству о фрейлинах Мадам. Спасибо за Ваши заботы, дорогая графиня.

Вернуться к королеве-матери оказалось не столь легким и скорым делом, как это могло показаться стороннему наблюдателю. Герцогине приходилось то и дело останавливаться чтобы не оказаться на пути лавировавших между юбками придворных дам лакеев с подносами и салфетками. Иной раз кто-нибудь из личных камеристок не замечая пожилую статс-даму на своем пути неслись сломя голову с тем или иным поручением от своей госпожи. Мелькали ленточки, отсвечивали солнечными зайчиками и бликами маленькие зеркальца в руках придворных кокеток, последовавших примеру своей королевы и принявшихся в спешном порядке приводить в порядок свои прически.

- Они во дворце, Ваше Величество, - шепнула Мари-Луиза, приблизившись к королеве-матери, - Были наказаны за какие-то незначительные шалости. Скорее всего неуместный смех или реплики во время утреннего приема у Мадам. За ними уже послали и графиня де Лафайет уверила меня, что через четверть часа, самое большее пол-часа они будут здесь. И доктор Ламар здесь. Его вызвали к герцогине Орлеанской. Сдается мне, Его Высочество проявил здесь иннициативу, хотя, никто и не сказал об этом напрямик, я услышала только краем уха, - как бы невзначай обронила герцогиня.

42

Отправлено: 22.06.12 22:22. Заголовок: Украшенные перстнями..

Украшенные перстнями длинные пальцы Филиппа запорхали в воздухе в протестующем жесте.

- Я напугал Вас? О... нет нет, Катрин, и не пытайтесь польстить мне. Я? Да чтобы я мог кого-то напугать? Для этого мне необходимо хотя бы привести себя в достойный вид... а я... но если серьезно, Катрин, - нижняя губа герцога слегка оттопырилась, явный признак надвигающегося каприза, но он взял себя в руки и позволил себе лишь горестный вздох, - Представьте себе, душа моя, я даже пожертвовал своим видом, ради спасения репутации этого негодника, Вашего братца. Да да, стоит только посмотреть на эти хихикающие за моей спиной ро... лица.

Резко обернувшись Филипп поискал глазами, к кому бы придраться, но как назло никому и в голову не пришло даже улыбаться. Миньоны его свиты стояли за его спиной с такими скорбными лицами, как будто только что похоронили идеал Элегантности и Красоты вместе с изящным и абсолютно безупречным обликом принца, которым восхищалась добрая половина двора, собравшаяся на Лужайке, всего четверть часа назад до падения шатра.

- Все равно... я не верю этим хитрецам, вот посмотрите... нет нет, только глазами, не давайте им понять, что мы говорим о них, - зашептал Филипп, округлив глаза и поддернув левым плечом, - Вот слева от меня де Шатийон, да он же громче всех хохотал над моим несчастьем... а теперь делает вид, будто удручен случившимся. Ага... так я ему и поверил.

Уводя принцессу де Монако от шатра, Филипп оглянулся, как раз чтобы успеть заметить фигуру склонившегося к руке Анриэтт доктора. От сердца отлегло, как-то легко и сразу. Он даже не сразу понял, отчего именно стало так свободно, но уже хотелось улыбаться и шутить без того, чтобы прикрывать свое лицо кружевными манжетами и делать скорбный вид. Его супруга под присмотром статс-дам и фрейлин, а теперь еще и врача - чего же более требовалось герцогине, чтобы прийти в себя от легкого шока. К тому же, матушка наверняка знает лучше его самого, что такого сказать душечке Генриетте-Анне чтобы вывести ее из застенчивости и заставить хоть каплю улыбаться и делать вид, что она наслаждается своей новой ролью супруги Месье.

- Слава богу, этот пикник не провален окончательно, - пробормотал Филипп и подал руку Катрин, спеша к крыльца замка, - Думаю, что при всем дворе не найдется и одного человека, кто бы испытывал даже самую прохладную приязнь к месье префекту. Но, что сделать - его дело разоблачать наши тайны, кто же будет любить разоблачителя. Но вот в отношении Армана. Видите ли, моя дорогая, его обвиняют в дуэли, которую очень неумело сокрыли или вообще не пожелали скрывать. На месте преступления... именно преступления, ибо я как и мой брат считаю дуэли напрасной тратой сил и расходованием ценных жизней дворянства... если только проигравшая строна не является кем-то из тех ханжей, которые смеют причислять себя к поборникам морали и шепчут на уши Луи всяческие небылицы и гнусности обо мне. Да. Пожалуй, с подобными людьми дуэли оправданы... ну или... или не столь возбраняемы. В моих глазах.

Помогая Катрин подняться по ступенькам парадного крыльца, Филипп сам едва не оступился, увлеченный цепочкой рассуждений, которые изрядно запутались под влиянием то ли яркого солнышка, то ли второго бокала шампанского, выпитого им практически на ходу.

- Ла Рейни явился ко мне, можете себе представить? Во время завтрака! И заявил при всех, что Арман дуэлянт и что это его бриллианты он нашел на месте так сказать преступления. Ха! Да мало ли где граф мог потерять свои бриллианты... мало ли... впрочем, беда в том, что он и сам не помнит. Я послал Андраша к префекту за объяснениями. Но потом вдруг подумал - ведь это же камни из того гарнитура, который Ваш батюшка заказал для Вас обоих. Бриллианты Граммонов. Ну так пусть их потерялись. Но если мы представим Ла Рейни Ваши бриллианты и скажем, что это Вашего брата, то с него снимут все обвинения. Ну а, была дуэль или нет, это мы уже сами разберемся, - Филипп вдруг неожиданно сильно сжал запястье Ее Высочества, - Я не хочу подозревать другие причины для этого дела... кроме как дружба ко мне. Катрин, - глаза герцога блеснули неподдельным переживанием, - Я не хочу, чтобы он дрался из-за кого-то еще, - добавил он, не желая называть имя Мадам, но по его взгляду, брошенному с порога парадных дверей дворца на оставленный позади шатер, было видно, что именно персона его супруги более всего занимала принца. Ревность ли к другу или к молодой жене? Или и то и другое, вместе взятые оба эти чувства были одинаково неприятны Филиппу, и стремясь скорее разрешить назревающий скандал, связанный с его фаворитом, он больше того желал поскорее избавиться от гнетущей его подозрительности. Пусть Арман де Гиш и дрался на дуэли, но лишь бы это был поединок за их дружбу или по любой другой причине, не связанной с Генриеттой ничем и никак.

- Так Вы согласны быть моей союзницей в деле против Канцелярии, Катрин? Пожалуйста пожалуйста. И я не останусь в долгу. Слово принца!

// Дворец Фонтенбло. Коридоры дворца. 2 //

43

Отправлено: 23.06.12 10:52. Заголовок: Франсуаза де Лафайет..

Франсуаза де Лафайет

Черт бы побрал эти дамские недуги, эти нюхательные соли, обмороки, охи и вздохи. Еще минуту назад умиравшая в окружении перепуганных девиц принцесса вмиг ожила, едва услышала предложение удалиться на отдых в свои покои. Бледные щечки зарумянились то ли от негодования, то ли от целого бокала шампанского, темные очи заблестели тревогой, и взгляд, которым надавняя больная обменялась со своей статс-дамой, был далек от смиренного покорства, вызванного слабостью.

- Как Вам будет угодно, мадам графиня, - Ламар отвесил госпоже гофмейстерине еще один поклон. В сухом его ответе лишь самое внимательное ухо уловило бы тень иронии. Мэтру Жаку не нужны были усы и борода, чтобы прятать в них усмешку, он просто не усмехался, давно научившись держать лицо в той каменной невозмутимости, которая так удачно вселяла спокойствие в души его пациентов. – Если Ваша Светлость берет на себя заботу о покое Ее Высочества, то, смею полагать, здоровью Мадам более ничего не грозит, а удовольствие от невинных развлечений может оказаться наилучшим из лекарств.

Ну вот, все правила придворного политеса соблюдены в полной мере. Он сделал все немногое, что мог, и облегчил свою врачебную совесть добрым советом. Если же совет не принят, его ли в том вина? Ламар уже было принялся изучать пути к незаметному отступлению, когда мадам де Лафайет вдруг помянула молодую королеву. Вначале лейб-медик лишь вскинул брови, про себя проклиная лень и нерадивость коллег, приставленных следить за здравием супруги короля, да и его невестки тоже. Мало что было столь же ненавистно мэтру Ламару, как бесконечные жалобы дам и царедворцев и мелочная возня с кровопусканиями, слабительными и клистирами, которыми двор лечился от последствий своей неумеренности во всем, от еды и питья до любовных приключений. Право слово, рана маршала дю Плесси стала для Жака Ламара настоящим подарком, на краткое время позволив медику вновь почувствовать себя на поле боя, где от его умелых рук и знаний в действительности зависели жизни. Но когда графиня помянула, что Ее Величество бежали, густые брови врача поползли к переносице.

- Как это неудачно, Ваша Светлость. Я немедля осведомлюсь о самочувствии Ее Величества. После вчерашнего происшествия на охоте такое напряжение сил и чувств более чем нежелательно.

Кровь Христова, да после вчерашнего Марию-Терезию надобно носить повсюду на носилках под пристальным присмотром всех ее лекарей, покуда не станет абсолютно ясно, что угроза выкидыша миновала, а королева тем временем бегать изволит! Шипя и кипя – про себя – Ламар направил стопы к группе дам, собравшихся в кружок подле кресла, в котором прихорашивалась супруга короля. В отличие от своей бледной английской кузины, королева была не то, чтобы розова, а скорее даже пунцова. Гено непременно отворил бы ей кровь, но у Ламара не было с собой ни ланцета с тазиком, ни болтливого помощника хирурга, отосланного собирать вещички. Может, так оно и лучше.

Ее Величество смотрелась в зеркало, хмурясь и капризно топыря пухлую губу. Помятуя о строгом этикете, запрещающем говорить с коронованными особами без особого дозволения, а также о нелюбви Марии-Терезии к врачам, оскорбляющим своими нечистыми руками ее королевское достоинство, лейб-медик поклонился тоненькой медноволосой женщине с нежной кожей, застывшей рядом с креслом королевы с обреченным видом. Имени ее Ламар вспомнить не смог, сколь ни силился.

- Мадам, дозволенно ли мне будет спросить о здравии Ее Величества и предложить свою помощь в случае надобности?

44

Отправлено: 23.06.12 14:53. Заголовок: Где-то далеко, за бе..

Где-то далеко, за белым маревом шатра, часы отбили четверть.
Вот и минул нелепый полдень.

Мария подняла глаза, взглянула на высокие крыши Фонтенбло, залитые солнцем, дымным и купальным. Сеньора Отрив стояла рядом и тоже смотрела вдаль, но не туда, куда стремился взор ее госпожи. Инфанта на миг залюбовалась тонкой красотою раздумчивого лица и ягнячей прелестью бронзовых кудрей, еще недавно падавших свободно, а теперь загнанных недоброю рукой в забор из острых шпилек.
У каждой из нас своя клетка.

Вздохнувши влажно, Мария-Тереса опустила взгляд, недовольно сморщилась. Ни тень, ни стакан лимонаду, поднесенный юрким пажом королевы, ни кресло, ничто не сумело стереть с пухлых щек и шеи нелепые алые пятна, так не шедшие инфанте. Она рассеянно тронула локон, успевший намокнуть в каплях пота на виске, стыдясь своего нецарственного вида.

- Кто бы это мог быть? – прозвучало рядом.

Легкое касание руки извергло Марию из бездны бесполезный сожалений. Она поворотилась туда, куда смотрела Франсуаза д’Отрив, вспыхнула неожиданной надеждой и тут же покраснела вдвое гуще, испугавшись, что блеск в глазах невольно может выдать все то, что знать другим не след.

Вместо черной тени, которую она и ждала, и страшилась, глазам королевы предстала совсем нежданная пара: темноволосый ангел в белом и с нею мушкетер. Неужто…

- Неужто это сеньорита Амарга? Но я же велела Баркаролю позаботиться о ней? Кто смел ее сюда? Зачем? Я не хочу!

Она уж начала подниматься из кресла, чтобы немедля распорядиться отослать девицу, положение которой не позволяло её присутствия здесь, среди первых дам двора, и которая явилась, чтобы лишний раз напомнить Марии о ее утрате, но, сморгнув и всмотревшись, вновь тяжело опустилась в подушки рыхлым телом.

- А, я знаю эту даму. Одна из фрейлин матушки. А с ней граф д’Артаньян. Должно быть, свекровь моя послала за ним зачем-то. Всё скучные заботы государства.

Успокоенная тем, что вновь прибывшие явились не по ее душу, инфанта с еще большим недовольством обратила взор свой на зеркало и, не увидя в нем ничего, что радовало бы сердце, махнула слабо пухлой дланью: унесите.

Что-то черное мелькнуло рядом. Мария замерла, охолодела, враз разучившись дышать.

Он?

Сухо похрустывающий голос врача.
Ее здравие?
Здесь?
Сейчас?

Мысль о том, что ее могут подвергнуть стыдному, неприличному осмотру прямо здесь, под королевским шатром, была столь же нелепа, как и ее нелепые мечты, но Мария-Тереса испугалась.

- Скажите этому человеку, что я в порядке, совершеннейшем порядке, мадам. Я не желаю, чтобы меня смотрели врачи. Не сейчас. Ее Величество Анна Австрийская ждет меня. Мне надобно приветствовать кузину, я ей еще ни слова не сказала, это нехорошо. Нет, никаких врачей, Вы слышите.

Последние слова она адресовала склонившемуся в почтительном поклоне мужчине в черном одеянии.
Не тот, совсем не тот.

Вялые губы плотно сжались, инфанта поднялась из кресла с видом непреклонным, бросила через плечо статс-дамам.

- Велите поставить мое кресло рядом с креслом королевы-матери. Идемте, мадам.

Фрейлины, дамы, седой лекарь, все остались позади. Положив руку на локоть маркизы, Ее Величество чинно направилась к невестке, чтобы обнять и расцеловать новобрачную.
Она в порядке.
Но почему же так досадно, что черный кабальеро в скромном платье.
Тот, кто клялся ей своею жизнью.
Тот, кто называл ее желанной.
Не появился.

Как он посмел.
Не прийти.

45

Отправлено: 24.06.12 17:35. Заголовок: Советник посла... кн..

// Парк Фонтенбло, Королевская Аллея. 2 //

Советник посла... князь... усталый ум графа отказывался воспринимать новые имена и сведения о них, но он сделал усилие, чтобы не только вслушиваться в слова Жаклин, но и обдумывать все сказанное ей. Встреча с князем Ракоши была теперь необходимостью и но не станет ли это подозрительным в глазах неизвестного им врага, если доселе незаметная и чуравшаяся мужского общества маркиза де Лурье вдруг проявит интерес к Его Высочеству?

- Но предлог? Какой предлог Вы найдете для встречи с князем, Жаклин? - задавая свой вопрос, д'Артаньян ловил себя на легком уколе ревности, но во имя данного им обещания, он подавил ненавистное чувство. Причин для ревности при дворе море, если только начать потакать этому собственническому чувству и дать ему возобладать над доверием.

К счастью или нет, но Жаклин казалось бы не услышала его вопрос, размышляя уже о другом, о том, как представить графа королеве-матери и чем объяснить свое появление на пикнике в то время как ей было предписано оставаться в своих комнатах. Д'Артаньян слегка пожал покоящуюся на его локте руку Жаклин и кивнул головой в знак полного согласия, что бы она не решила сказать Ее Величеству.

- Скорее всего, Вас извинит тот факт, что Вы решили сопроводить меня к королеве, ведь Ее Величество должно быть ожидает новости из Барбизона. Не волнуйтесь, ангел мой, никто не посмеет осудить Ваше чрезмерное усердие и желание быть полезной Вашей королеве.

Он опять говорил как умудренный годами старый царедворец, но было ли это честным по отношению к маркизе, которая провела пусть не тридцать лет при дворе, но достаточно чтобы научиться видеть подводные течения и разбираться в веянии ветров на вершинах этого маленького но могущественного мирка.

Кажется, их приближение привлекло внимание помимо их чаяний, вряд ли понадобится объявлять Ее Величеству королеве-матери о прибытие лейтенанта мушкетеров, так как его плащ и серебряный с алыми языками пламени крест уже издалека привлекали к себе внимание. Он был узнан, это несомненно. И несомненно и то, что сейчас многие задавались вопросом, что связывало лейтенанта мушкетеров с фрейлиной Анны Австрийской. Впрочем, при тех нравах, что набирали силу при дворе, такой тандем вряд ли мог вызвать недоумение, скорее всего он породит целый рой новых сплетен и домыслов.

- Боюсь, мы попадем на эти ядовитые языки скорее, чем я успею промолвить слово "Барбизон", - шепнул д'Артаньян и с улыбкой накрыл руку Жаклин своей, - Берегитесь. Потом эти же языки будут вторить о Вашей ветренности, если станет известно даже о взгляде брошенном Вами на князя Ракоши. Разрази меня гром, эти придворные наседки наквохчут с три короба, дай им только повод.

Его брала досада помимо воли и желания сохранять невозмутимость. Одно дело посмеиваться над пчелиным роем сплетников, собирающихся каждое утро в королевской приемной, и слушать вполуха новости о других. Но при одной мысли о том, что имя Жаклин будет склоняться в контексте подобных сплетен, черные глаза гасконца вспыхивали недобрым огоньком. Он остановился в десятке шагов от шатра, ровно настолько далеко, чтобы не быть должным привествовать кого-либо из дам в отдельности, прежде чем маркиза не доложит о нем лично королеве. В толпе придворных дам он заметил обернувшуюся в их сторону герцогиню де Ланнуа и стоявшего рядом с креслом королевы мужчину в черном. Прищурившись, граф узнал в нем королевского врача Ламара. Вряд ли доктор обрадуется тому, что его недавняя пациентка так скоро вернулась к своим обязанностям подле Ее Величества, но граф решил, что сумеет убедить Ламара в случае необходимости в том, что маркиза вела себя крайне осторожно и разумно.

- Удача да пребудет с нами, Жаклин, - ответил он и также пожал ее руку, теперь он лейтенант королевских мушкетеров, а она маркиза де Лурье, фрейлина Ее Величества, игра продолжается, - Я обожду возле шатра. Если всеобщего внимания не избежать, то необходимо хотя бы остаться неуслышанными. Новости которые я принес королевы не предназначены ни для чьих ушей. Если Ее Величеству не будет угодно принять мой отчет сейчас же, то прошу Вас, Жаклин, передайте королеве, что я буду покорнейше ждать ее дальнейших распоряжений во дворцовой караульной. А за предметом нашего интереса следят в казармах.

46

Отправлено: 26.06.12 18:24. Заголовок: Если не так давно сс..

Если не так давно ссыльной чете принца и принцессы Монако, совсем нежданно выпала возможность вновь снискать все блага королевских фаворитов и более того, оказаться в глазах августейших особ советчиками более желанными, нежели ближайшая родня, то разве не грешно пренебрегать такой удачей? При всей лёгкости нрава, которую злые и завистливые языки называли ветреностью, Катрин прекрасно понимала всю щепетильность и выгоду, кою скрывают в себе доверительные речи принца Орлеанского. Бедный Луи,  не обладая даже той неизящной расчетливостью, которая направляла Армана де Гиша, он во всем полагался на мнение и рассуждения жены, весьма часто забывавшей о долге супруги и матери. Должно быть, именно от того её юный супруг чаще находил отраду в обществе придворных дам и бедокуров, вроде князя Ракоши, оставляя хитрой Кате укрепление позиций маленького княжества подле королевского трона.
- Я заверяю Вас, Филипп, что даже достопамятное явление в покои Анриэтт почти в исподнем вызвало только вздохи восхищения и пунцовый румянец  фрейлин Вашей супруги. Вы не можете выглядеть недостойно – она смеялась глазами, дабы усмешкой на губах не нанести случайную обиду нежному Месье.
Её нисколько не смущало положение брата в свите герцога, как и самое искреннее, хотя едва ли заслуженное расположение Филиппа к Арману. Она переросла ту ярую зависть, которая отравила их детство в доме Граммонов и теперь чувствовала скорее досаду тем, что брат пренебрегает переменчивой фортуной и саму Катрин считает  выскочкой.

Когда герцог укоризненно обратился к миньонам, жалуясь на черствость и лицемерие придворных, Катрин лишь пожала плечами. Вам ли не знать Ваше Высочество, сколько стоит умильный, лакейский взор в котором подобострастия ровно столько, насколько щедра рука благодетеля. И в этом нет ничего предосудительного, всего лишь законы придворной жизни.
- Оставьте Ваших верных слуг, Ваше Высочество, они ведь только растеряны своим положение незваных гостей – тонкий намек был понят, и они начали неспешно удаляться от шатра. Однако стоило им оказаться относительно далеко,  как принц сжал её руку и заметно ускорил шаг. Оказавшись на крыльце дворца и минуя невозмутимую стражу, Герцог Орлеанский принялся взахлеб пояснять цель, сподвигнувшую его просить Кэт о помощи.
Если бы короткая память и дружеское прощение  беспочвенной, но от того не менее жгучей ревности, могло оказаться веским доводом и для префекта. Катя бы тотчас, услышав рассказ принца, повинилась всей душой. И не столько из желания помочь безвинному брату, сколько из желания отринуть любые подозрения и нелицеприятные сплетни. Однако рассчитывать на мирное разрешение вопроса о дуэли, запрещенной Лучезарным, как  и на сохранение неприкосновенности имен её участниц, не приходилось.

-  Дуэль, мой бог, но с чего такое предположение, ведь украшение могло оказаться там…где оказалось волей случая, скажем неосторожного, резкого движения или даже спешной ходьбы, помилуйте, Ваше Высочество !– она старательно улыбнулась, походя на прилежную дебютантку. Меж тем в её курчавой головке пылали одна за другой устрашающие последствия раскрытия их с Олимпией де Суассон столкновения в галерее Франциска. Они уже вошли во дворец и двинулись по коридору, когда Кэт доверительно коснувшись плеча принца, совсем елейным голоском спросила:
- Но даже если дело в честной дуэли, ах, Филипп, Вы не можете отринуть романтику и искренность помыслов, что движет иной раз пылкими сердцами…. И потом, никто не был убит…ведь так? Да и серьёзное увечье оставило бы не только сомнительные следы. Ну, что же Вы, принц – она журила Месье, хотя понимала, что не его рука, а пухлая пятерня месье Ла Рейни здесь правит бал и если уж тот взял след, Арману не сдобровать. – лучше ему, чем мне и графине, - довольно беззаботно подумала принцесса. Но она должна была ответить на просьбу герцога.
- Даже Арману я не способна отказать в этой просьбе, но увы, мои бриллианты остались в нашем фамильном дворце Гримальди в Монако, с наследником Граммонов, которому я и подарила бриллианты в день его рождения, сентиментальная глупость – она нервно развела руками, демонстрируя скорбь и сожаление. – Если только послать за ними – сокрушенно добавила Катя и тут же прикусила губу, думая, как сообщить о расследовании Олимпии и уговорить отца негласно заказать третью копию. Ах, Арман, растяпа, уж я сумела бы измыслить историю про вора, но теперь все гораздо хуже… - Катя немного нервно притопнула ножкой и тут же виновато воззарилась на принца. – Как это всё не вовремя, не так ли…

47

Отправлено: 28.06.12 19:57. Заголовок: Мария-Луиза де Ланну..

Мария-Луиза де Ланнуа
Жаклин де Лурье
Шарль Д'Артаньян

Во дворце? От удивления брови Анны ползут вверх, и ей стоит немалого усилия вернуть лицу величественно-невозмутимый вид.

- Однако же, я настоятельно просила, - недовольно бросает она вполголоса, скорее себе, чем ради ушей мадам де Ланнуа. – Как быстро стали забывать мои просьбы с тех пор, как они перестали быть приказами. Даже если графиня де Лафайет действовала из лучших побуждений, я нахожу подобное проявление добродетели не совсем уместным. Куда честнее было бы выразить свое несогласие напрямую, чем пытаться отвлечь меня от моих планов столь детским способом. Что ж, я готова подождать явления мадемуазелей перед наши очи, благо никаких других планов на сегодняшний день нет. Но чего же мы ждем? Все в сборе, время приниматься за угощения, тем более, что шампанское и прохладительные напитки поданы.

Королева-мать медленно опускается в кресло, рядом с которым уже поставлено второе, ожидающее ее старшую невестку, любезно беседующую о чем-то с принцессой Генриеттой. Милая, милая девочка! Анна обожает Марию-Терезию как дочь, в которой ей отказали небеса и которую так и не сумел заменить ей Филипп, несмотря на всю свою ласковость и любовь. И все же, любуясь обеими невестками, она не может не заметить, насколько сравнение не в пользу молодой королевы. Английская принцесса превосходит испанскую инфанту не только юной и свежей красотой, но и живостью лица и тем непередаваемым очарованием, которое придают женщине улыбка и выразительный взгляд. Лицо Марии-Тересы неподвижно, словно навсегда застыв копией с парадного портрета кисти Веласкеса. И к своему огорчению Анна знает, что за этой неподвижностью таится не гордость, а прискорбное отсутствие живого ума и блеска. Господь одарил Тереситу добрым сердцем, но иногда этого недостаточно. Вот и сейчас она смущенно мнется и опускает глаза, явно не зная, что ответить бойкой на язык Генриетте.

Ее Вдовствующее Величество виновато отводит взгляд. Грешно пенять Марию-Тересу за то, что она не столь остроумна и быстра в речах, как большинство окружающих ее девиц и дам. Зато она добродетельна, смиренна и добра, а что же большего может хотеть супруг от своей жены? С каким похвальным усердием, едва вступив в Париж, молодая королева присоединилась к свекрови в ежедневных поездках в парижские монастыри и церкви. С каким прилежанием она занимается благотворительностью и заботится о бедных и несчастных. Воистину, единственный упрек в адрес Марии-Тересы, который она (а точнее, покойный Мазарини) могла бы сделать, касается крайне неудачного пристрастия королевы к карточной игре.

Анна ежится, вспоминая слова, оброненные Джулио на смертном одре. Он, князь церкви, упрекал ее, мать короля, в том, что вместо того, чтобы приучать Марию-Тересу к государственным обязанностям, она втянула молодую невестку в свое неумененное благочестие, навсегда оторвав тем самым от Людовика. Тогда она рассердилась, решив, что невыносимые боли и мысль о неизбежной смерти совсем лишили Джулио рассудка. Но как отозвалось пророчество Мазарини всего лишь через день после его смерти. Отказ Людовика включить ее в Королевский совет, в котором Анна состояла с первого дня его царствования – не был ли он продиктован нежеланием ее сына видеть в Совете свою жену, которую он был бы обязан ввести в Совет вместе с матерью, дабы не выказать своей супруге и соправительнице явное неуважение?

Анна морщится, касаясь холодными пальцами виска. И все же, Мария-Тереса добра, и это главное. Несмотря на позавчерашнюю мальчишескую выходку своего мужа сегодня она первой засвидетельствовала свое расположение к новобрачной, не выказав никакой обиды или злобы в адрес Генриетты. Нет, Людовик не заслужил такого ангела в жены, это дар, который ему посылают небеса, чтобы спастись и отказаться от греховных привычек и деяний.

В свете этой мысли собственный план увлечь старшего сына одной из фрейлин Мадам кажется королеве-матери столь непристойным, что она готова послать бедную Мари-Луизу к графине де Лафайет с требованием не звать в сад девиц де Лавальер и де Монтале и позабыть о сделанном Анной предложении.

Имя графа д’Артаньяна привлекает ее внимание. С чего бы о нем заговорили здесь, в покойном дамском мирке, еще взволнованном отбытием Филиппа и его свиты?

Ах, Филипп! Как это на него похоже: явиться незванным, всполошить всех и умчаться далее, сея вокруг улыбки и упреки. Но… он велел позвать лекаря для молодой супруги!

- Милый, милый Филипп. Я думаю, что из него выйдет добрый муж, Мари-Луиза, что бы ни говорили о нем злые языки. У них с Генриеттой так много общего. Главное, чтобы им никто не мешал. Сен-Клу, вот где им следует быть, а вовсе не здесь, не в тени ослепительного Солнца.

Слух ее вновь улавливает имя лейтенанта мушкетеров. Неужели слухи о данном ему поручении просочились сюда, в дамский круг? Анна не может поверить, что граф был столь неосторожен, чтобы выдать секрет, но кто может поручиться за всех мушкетеров разом? Как неприятно… Она поднимает голову, и первым, на кого падает ее взгляд, оказывается сам граф, собственной персоной приближающийся к шатру в сопровождении…

На сей раз королеве-матери не удается удержать брови на должной высоте, и она оборачивается к герцогине де Ланнуа с изумленным взглядом:

- Мои глаза не обманывают меня, мадам? Эта дама рядом с графом д’Артаньяном – разве это не мадемуазель де Лурье, которую мы отправили выздоравливать под присмотром врачей? Как она здесь оказалась? Позовите-ка ее мне немедля же.

Но едва отдав приказ, Анна Австрийская и сама уже видит, что в нем нет нужды: оставив графа, фрейлина де Лурье направляется к креслу своей госпожи.

- Что же это такое, моя милая? – восклицает Ее Величество в ответ на шаткий реверанс. – Разве врач не велел Вам лежать? Мы дали Вам освобождение от Ваших обязанностей, так что Вам не было никакой нужды подниматься с постели и отправляться сюда.

Она вглядывается в лицо фрейлины, щуря близорукие глаза, и спрашивает тише.

- Что, что случилось? Вы… видели кого-то, мадемуазель?

Мысль о том, что Жаклин де Лурье, быть может, встретила в Фонтенбло одного из своих похитителей, тревожна и пугающа, и пальцы королевы-матери больно сжимают резные подлокотники кресла.

48

Отправлено: 01.07.12 15:06. Заголовок: Мадам де Лафайет при..

Мадам де Лафайет присела в почтительном реверансе, поймав на себе строгий взгляд Ее Величества. Не нужно было обладать сверхтонким слухом, чтобы понять значение этого ледяного взгляда королевы-матери, в то время как герцогиня де Ланнуа передавала новости о заинтересовавших Ее Величество фрейлинах Генриетты-Анны. Несомненно, это был ее промах в том, что графиня позабыла о пожелании королевы увидеть обеих девиц на пикнике в так сказать непринужденной обстановке. Будет ли ей прощено подобное попустительство с пожеланиями августейшей особы, графине оставалось только гадать. Вся схема, которая по ее предположению могла быть задействована королевой-матерью с целью отвлечь внимание своего царственного сына от невестки, висела на волоске из-за упущенной графиней возможности.
Но бедные девочки! С чего вдруг именно на них пал взгляд королевы-матери? Болтушка де Тонне-Шарант имела бы куда больше шансов увлечь внимание Людовика, хотя и не была такой же скромницей как Лавальер, но явно превосходила красотой обеих провинциалок... к тому же... ах нет же, графиня бросила короткий взгляд на стоявшую рядом с ней маркизу де Тианж. Габриэль была старшей сестрой юной Рошешуар, и ходили слухи... о нет, нет только не доверять попустительным слухам. Да мало ли что могли говорить о добродетели маркизы, когда в девичестве она была одной из дам свиты принца Филиппа, тогда еще герцога Анжуйского. Нет, этому графиня поверить никак не могла просто потому что смирение и скромное поведение маркизы не вязалось с тем образом, которые приписывали ей матроны из салона дочери мадам де Рамбуйе, куда Франсуаза-Арманда была вхожа благодаря литературным талантам своей дочери.

- Ах, маркиза... если бы Вы знали, мы с Вами отвечаем за многое. Быть может за слишком многое, - прошептала графиня де Лафайет, тронув рукав Габриэль. Она почувствовала напряжение в руке маркизы, что заставило графиню задуматься о положении маркизы де Тианж, что заставило ее оставить провинцию, куда, как утверждали слухи, она уехал не только добровольно, но больше того счастливой и влюбленной. Разлад ли с маркизом послужил причиной для ее возвращения ко двору? Поиск забвения от постигшего ее разочарования в семейной жизни? Но эти вопросы были настолько личными и опасными для того, чтобы даже мысленно задавать их в присутствии любительниц посплетничать и поохать статс-дам Ее Величества, что графиня только понимающе улыбнулась Габриэль, не высказав вслух ничего из того, что витало в ее мыслях.

- Несомненно, мэтр Ламар, я в точности последую Вашим предписаниям. Тишина и прохлада в тени шатра, и только удовольствие от невинных развлечений в обществе обеих королев. Ни больше, ни меньше. Мы с маркизой проследим за состоянием Ее Высочества.

Собственно с юной принцессой и в самом деле ничего не произошло, ничего что могло бы внушать им опасения. Девушка улыбалась, слушая какие-то глупости, которые рассказывала ей Габриэль дАртуа, поспешившая занять внезапно опустевшее место гофмейстерины герцогского двора Катрин де Монако.

- А где же Ее Высочество? - озираясь вокруг спросила мадам де Лафайет у маркизы, - Мне казалось, что мадам де Монако была только что здесь. Вы не видели ее?

Впрочем, следить за поведением и добродетелью ветренной супруги королевского кузена было не ее делом и графиня сделала вид, что только огорчена отсутствием принцессы де Монако. Проженный глаз статс-дамы успел уловить те неясные но легко различимые признаки в словах и действиях княгини Монако, чтобы прийти к выводу - у Катрин появился новый поклонник, и по всему было видно, что на сей раз очередной воздыхатель имел успех в сердце ветренной красавицы. Но кто же? О, эта молодежь! Будет ли доволен герцог де Грамон, узнав о очередном сканадале, связанном с его обожаемой дочерью? За покой и сердечное здоровье мужа Катрин де Монако мадам де Лафайет беспокоилась куда меньше. На ее безошибочный взгляд Луи де Монако был как раз таким мужем, который идеально подходил для взбаламошного характера его супруги - покладистый, себе на уме, и кажется тоже не прочь увлечься новыми знакомствами. Правда, мадам де Лафайет не была уверена в том, насколько далеко заходили знакомства князя Гримальди, явно не настолько же, как и у его супруги.

Наблюдения за свитой герцога и герцогини Орлеанских пришлось отложить, так как все внимание дам внезапно переключилось на появившегося под сенью шатра лейтенанта мушкетеров и сопровождавшую его молодую маркизу де Лурье.

- Она отсутствовала вчера вечером, - проговорила чуть слышно графиня де Лафайет, с любопытством разглядывая бледное лицо мадемуазель де Лурье и старательно прислушиваясь к ее разговору с королевой-матерью. Однако, как ни старалась бы графиня, но разговор, происходивший в противоположной стороне шатра то и дело заглушался писклявыми вскриками фрейлин Ее Высочества, возбужденных еще коротким появлением герцога Орлеанского, а теперь и пришествием самого лейтенанта мушкетеров, легенды о котором перелетали от одной легкомысленной головки к другой.

49

Отправлено: 01.07.12 17:26. Заголовок: Франсуаза де Лафайет..

Франсуаза де Лафайет

Маркиза только удивленно приподняла брови, тем самым давая оценку реплике мадам де Лафайет, но подоспевший мэтр Ламар целиком завладел вниманием собеседницы, а потом Габриэль не решилась хоть как-то прокомментировать это замечание.
Что ж, несомненно, в словах мадам была большая доля правды, но малознакомая истинной природой своей новой должности маркиза де Тианж в который раз начала задаваться вопросом что они действительно могли, а что не касалось их. При дворе Его Высочества, где ей довелось служить, все зижделось на симпатиях Филиппа и ближний круг мог позволить себе больше, чем обычные придворные – взять хотя бы поведение миньонов, которые что теперь, что тогда мало считались с этикетом и порою вели себя с принцем совершенно неподобающим образом. Но то была любовь, симпатия, даже дружба, а единственный брат короля был преисполнен чистых чувств и, чего греха таить, любил всеобщее обожание и внимание, а потому поведение при дворе тогда еще герцога Анжуйского было чем-то совершенно отличным от того, что было предписано дворцовым этикетом, а потом не могло служить примеров для поведения при особе Мадам.
Но чего желала новоиспеченная супруга герцога и что требовалось от ее дам? Рано или поздно, подозревала Габриэль де Тианж, семейная жизнь этих молодых людей станет предметом пристального внимания со стороны не только гостей и «жителей» французского двора, но и членов августейшей фамилии и учитывая, что тайно многим еще руководила Анна Австрийская, то стоит ли ожидать, что погоду в этом доме вскоре будет делать свекровь, а не жена? Или же наоборот и Ее Высочество скоро освоиться в своем новом статусе и покажет «коготки»?

Ответы на эти и другие вопросы рождали в маркизе самый живой интерес, но ответ на них, равно как и совет относительно того, что ей следовало ждать и на что надеяться, маркиза де Тианж найти, увы, в своем окружении не могла. И по правде говоря, именно сейчас ей так не доставало проницательности ее дорогого Клода, который пребывал где-то в провинции и все так же редко отвечал на ее письма.

- Мадам, мадам маркиза, - тихий учтивый голос постучался в мысли женщины и заставил Габриэль обернуться назад. Позади же нее смиренно стаял тот самый лакей, которого она не далее как минут десять назад отправила за молодыми фрейлинами Мадам.
- Что-то случилось? – переспросила маркиза и ее взгляд скользнул по лицам тех, кто стоял за молодым человеком, который выглядел встревоженным, но о чем маркиза еще не догадывалась.
- Мадам, простите, - юноша запнулся, но нашел в себе силы продолжить, - но в покоях Ее Высочества нет никаких мадемуазель де Лавальер и мадмуазель де Монтале. Служанка, ответившая мне сказала, что они .. Мм.. Они исчезли, мадам. Она не знает где они, - и молодой человек растеряно развел руками.
- Что значит – исчезли? Откуда? Вы уверены, что ничего не напутали? – не понимая как можно было «исчезнуть» из покоев Мадам и при этом не сообщить о своем уходе кому-то из прислуги, учитывая что распоряжений относительно того, что им делать после окончания разбора гардероба маркиза не оставляла, Габриэль строго посмотрела на юношу, силясь углядеть в его взгляде какое-то пояснений или подвох.
Но, увы, молодой лакей выглядел совершенно и искренне растерянным и в голосе его, ни в жестах не возможно было усмотреть что-то такое, что говорило бы о том, что он поленился уточнить относительно двух девиц. А значит, Ора и ее белокурая подруга действительно исчезли. Или ушли? Или .. Но не могла же служанка не проверить комнаты, да и к тому же это слово – «исчезли»… Как можно исчезнуть из покоев Мадам? Робкая мысль, точнее воспоминание относительно таинственной лестницы, благодаря которой их вчерашний ночной гость покинул покои Габриэль де Тианж, попыталась было напомнить о себе, но мадам маркиза была столь удивлена словами лакея, что как-то сразу и отбросила ее за ненадобностью.
«Исчезли? Куда, как?»

- Ступайте же обратно и попробуйте еще раз отыскать их, - наконец нашлась Габриэль и взгляд ее стал столь же растерянным, как и взгляд несчастного лакея, теперь обремененного делом об исчезающих девицах. Кивнув, юноша поспешил обратно во дворец, пробираясь сквозь стройные ряды дам и кавалеров, оставляя маркизу один на один с тем фактом, что две фрейлины, видеть которых желает сама Анна Австрийская внезапно .. исчезли.

- Мадам графиня, - чуть тронув Франсуазу де Лафайет за локоть, прошептала женщина и склонилась над самым ее ухом.
- Простите, но лакей не смог их найти. Служанка утверждает, что они .. мм.. она не смогла их отыскать, мадам. Но я попросила лакея еще раз поискать их, возможно они где-то спрятались и болтают..

Скверная и кривая ложь, но к сожалению ничего лучшего на ум даме из рода Рошешуар сию минуту не прошло.

50

Отправлено: 05.07.12 15:02. Заголовок: Между тем среди моло..

Между тем среди молоденьких фрейлин, стайкой оттеснившихся в сторону под строгим взглядом статс-дамы, вновь разворачивалась бурная дискуссия. Удивительная способность слышать все и обо всех снова дала о себе знать, и девушки, не спеша поправляя пострадавшие платья, шумно делились своими впечатлениями.

Арлет удачно избежала ужасов помятых юбок, и сейчас помогала какой-то молоденькой девушке замаскировать неаккуратную складку на ткани. В благодарность  же за это получала подробный рассказ о тех, кто сегодня прибыл на пикник.

- Справа от нас - маркиза де Тианж, рядом с мадам де Лафайет. Принцесса де Монако тоже была здесь, она недавно вышла… Посмотри, кто около Королевы-матери? Я не вижу отсюда...

- Мне иногда кажется, что я слишком проста для такого общества,- опустила взгляд Арлет и, с силой потянув ленты, завязала их в пышный бант. – Вот и все. Как в лучших салонах Парижа, - улыбнулась она, оценив свою работу, и погладила девушку по пухленькой щеке. Но не успела мадемуазель де Креки отойти, как вновь услышала рядом бойкое щебетание.

- Ты слышала? Мари-Жанна мне сказала, что Ее Величество находит, что между Мадам и Месье много общего, - одна из ее подруг взяла пальцы Арлет в свои руки и, чуть наклонившись, быстро зашептала: - Несомненно, любовь к нарядам и мужчинам – это всегда так объединяет!..

Арлет выразительно распахнула смеющиеся глаза и легонько шлепнула ее веером по плечу. Она уже привыкла, что любимым развлечением ее новых подруг были пересуды, и относилась к этому с улыбкой: сама Арлет сторонилась сплетен, которые, по ее мнению, слишком часто доходили до абсурда. Но вместо нравоучений, неуместных в их скромном кружке, она предпочитала такие сплетни высмеивать, что не ставило девушку вне общества и доверия других фрейлин. Но все же сейчас она была несколько удивлена: настолько до глупости неудачным показался ей повод и место для такого замечания. И, догадываясь, что ей стоит поскорее вмешаться, девушка не нашла ничего лучше, чем в шутку перевести все стрелки на свою собеседницу.

- У тебя, дорогая, очевидно, неплохой опыт в том, что, кого и… в какой степени объединяет, -  лукаво улыбнулась мадемуазель де Креки. И, судя по оживившимся личикам, попала в цель. Похоже, новая тема была найдена, и девушка, облегченно вздохнув, выскользнула из тесного кружка и отошла в сторону ближе к выходу.
Все еще улыбаясь, она расправила веер и спокойно осмотрелась вокруг. Несмотря на советы подруг быстрее со всеми познакомиться, подходить к ближайшей беседующей паре со словами «А вы знаете, что я думаю по этому поводу?» ей не позволяла ни то совесть, ни то что-то на нее похожее.

Вдруг справа ей отчетливо послышалось чье-то «О-о-о…». Она обернулась, и все, что успела заметить мадемуазель де Креки, были полные ужаса глаза лакея. Девушка поспешила отойти, прижавшись спиной к стенке шатра, но было уже поздно: не удержав равновесия, молодой человек растянулся прямо у ее ног. Бутылка же, которую он так спешил доставить, совершив в воздухе двойное сальто, приземлилась прямо в ручки замершей Арлет. Девушка от удивления широко раскрыла глаза, скользнув взглядом по растянувшемуся на земле лакею, и, тихо подойдя к нему, аккуратненько вложила бутылку шампанского в его протянутые руки. Ситуация была определенно прекомичная, но это все же привело молодого человека в чувство: он резко встал и неестественно быстро скрылся среди гостей. Ей же скрываться было некуда. Надо выходить из положения…

- Прошу прощения,- все еще неподвижно стоя на «месте происшествия», Арлет постаралась вложить в улыбку все очарование, на которое была способна, но виноватый взгляд, брошенный на статс-даму и ее собеседницу, несколько смазывал впечатление. У мадам де Лафайет и так, похоже, заботы, а тут еще и я… Девушка тихонько вздохнула. Надо было оставаться на месте.

51

Отправлено: 05.07.12 19:46. Заголовок: "Бедняжка Габриэ..

"Бедняжка Габриэль... что еще за напасти стряслись во дворце?" - мадам де Лафайет и виду не подала, что обратила внимание на лакея, явившегося с докладом к маркизе де Тианж. Но до ее слуха долетели имена двух небезызвестных фрейлин герцогини и это не могло не насторожить графиню. Если явился только лакей, то что могло случиться с самими фрейлинами? Неужели сундуки со свадебными подарками Мадам оказались столь уж непосильной задачей для девиц, что они до сих пор разбирают их? Но ведь маркиза де Тианж наверняка передала с лакеем, чтобы девушки немедлено бросили все и направлялись к Лужайке?

Мадам де Лафайет повернулась к маркизе, услыхав ее тихий шепот. От досады она даже не нашлась, что сказать в ответ. Резко взмахнув раскрытым веером, графиня выждала несколько контрольных секунд, чтобы досчитать мысленно до десяти и только тогда обернулась к маркизе.

- Это не из дворца, дорогая Габриэль? Какие вести о наших непоседах? -стараясь выглядеть как можно менее суровой и озабоченной, графиня улыбалась маркизе и стоявшим неподалеку юным фрейлинам, - Как это исчезли? Уж не хотите ли Вы сказать, что бедняжки слегли от непосильного труда за разбором лент и кружев Мадам?

Легкие нотки стали прозвенели в голосе мадам де Лафайет, не предвещая ничего хорошего потерявшимся мадемуазелям. Слегка повернув голову, она посмотрела в сторону королевы Анны, беседовавшей о чем-то с графом д'Артаньяном и маркизой де Лурье. Хорошо если бы появление лейтенанта мушкетеров отвлекло Ее Величество, покуда потерявшиеся фрейлины успеют найтись и явиться пред королевские очи.

Самые худшие опасения мало помалу начинали закрадываться в сердце графини, а если девушкам взбрело в голову побродить по дворцу скуки ради? А если они забрели... упаси боже... в караульный зал гвардейцев или мушкетеров и теперь, позабыв про стыд и приличия, без умолку болтают с господами военными, известными своей галантностью, а еще более любовью к легкомысленному флирту с юными неопытными девицами. Господи, да что угодно могло произойти с двумя непоседами провинциалками, всего три дня пребывавшими при дворе!
Лицо мадам де Лафайет покраснело при мысли о мушкетерской караульной, которая как она помнила находилась как раз через коридор от апартаментов Мадам. Но она быстро взяла себя в руки, сказав себе, что сиюминутные предположения и преждевременная паника не приличествовали статс-даме Ее Высочества.

- Я надеюсь, что они найдутся, мадам, - прошептала графиня, разглядывая лицо мадам де Тианж, - Это в их интересах. И в интересах Ее Величества, - добавила она, прикрывая половину лица веером, - Королева спрашивала именно о этих двоих, уж не знаю, чем они так привлекли внимание Ее Величества, - с легкой усмешкой сказала графиня, глядя на стайку девиц, звонко рассмеявшихся над чьей-то шуткой, - Есть и другие... - она хотела было добавить "не менее интересные особы", но осеклась. Вряд ли Габриэль даже подозревала о том, какие планы лелеяла Ее Величество относительно двух скромных провинциалок, успевших всего за один день попасть в центр внимания не только при герцогском дворе, но и оказаться в числе приглашенных на королевский обед да еще и под руку с самым отъявленным сердцеедом двора, маршалом дю Плесси-Бельером. А может быть именно из внимания к ним маршала Ее Величество решила присмотреться к девицам поближе? Известно, что маршал слыл не только предприимчивым ухажером, но и был доверенным лицом короля по части галантных похождений.

- Не знаю, Габриэль, не знаю... иногда мне приходит в голову мысль, что лучше бы им и вовсе не найтись, - обронила графиня, пользуясь тем, что веселившиеся поодаль мадемуазели были поглощены своими разговорами и не могли их услышать, - Ны Вы послали за ними вновь? Вы оставили их в гардеробной Мадам? Им ведь ничего не могло прийти в голову... неразумного?

Раздался звук падающего мешка... или тела, и мадам первая статс-дама молитвенно воздело очи к небу. Не дай бог снова кто-то задел поддерживавшие шатер канаты или шесты... второе падение за день вряд ли будет расценено как удачная шутка. Но, к счастью упавшим оказался только неловкий лакей. Оказавшаяся поблизости маркиза де Креки на лету подхватила выпавшую из его рук бутылку и с улыбкой подала ему.

"Сейчас она еще и успокаивать беднягу станет," - недовольно поджала губы мадам де Лафайет и поманила девушку к себе во избежание большего недоразумения.

- Пролитое шампанское, моя дорогая, это всего лишь пролитое шампанское... Ваше платье, я надеюсь, не пострадало? - критически окинув взглядом наряд Арлеты де Креки, мадам де Лафайет удовлетворенно отметила, что ни капли игристого вина не попало на юбку мадемуазель, - Право же, эти лакеи нуждаются в большей муштре... я полагала, что месье суперинтендант нанял только самый вышколенный персонал для празднеств... всюду экономия, прости господи... везде и во всем. И в результате, страдаем только мы сами.

Обдав зазевавшегося рядом лакея ледяным взглядом, графиня снова обратила свое внимание на мадам де Тианж и подошедшую ближе мадемуазель де Креки.

- Дорогая Арлет, расскажите же нам, над чем это Вы так потешались вместе с мадемуазель де Шатийон и д'Артуа. Ваш смех наверняка был услышан даже во дворце, - улыбка на губах графини вполне соотвествовала веселому тону ее вопроса, а вот сузившиеся в щелки глаза были строгими и казалось могли просверлить взглядом насквозь, - Мы с мадам де Тианж тоже не прочь присоединиться ко всеобщему веселью.

52

Отправлено: 06.07.12 19:52. Заголовок: Арлет послушно подош..

Арлет послушно подошла к мадам де Лафайет.

- Да, мадам, всего лишь пролитое шампанское, - облегченно повторила она слова графини, и, заметив пристальный взгляд, которого удостоилось ее платье, осторожно провела руками по складкам своей юбки, пытаясь найти непорядок. Убедившись, что нарядом все хорошо, мадемуазель де Креки окончательно воспряла духом.

- Я уверена, к такому празднику все с большой ответственностью отнеслись к своему заданию, - девушка с жалостью бросила взгляд туда, где скрылся немного помятый лакей.

«Бедняга, не хватало тебе дополнительных проблем из-за меня», - Арлет с сожалением покачала головой.

Всего лишь случайность, мадам, не думаю, что здесь есть чья-то вина. Даже великие иногда «падают» по неопытности, вспомнить хотя бы юность Генриха III, - девушка робко улыбнулась, намекнув на попытки тогда еще только принца разбить статую святого Павла в поддержку гугенотов. – Чего же тогда ждать от нас, простых подданных? – Арлет легонько пожала плечами.

Аромат разлитого вина ненавязчиво смешался с запахом цветов, украшавших место пикника. Такая смесь казалась ей очень приятной и располагающей …  Но с небес на землю мадемуазель де Креки опустило замечание графини, отметившей их недавний разговор с фрейлинами.

- Во дворце? Боже упаси! - Арлет представила себе все правдивые и не очень правдивые голоса, эхом раздающиеся в коридорах Фонтебло, и карие глаза иронично сощурились при одной мысли о такой картине.

- Поверьте, тема была самая прозаическая. Мы лишь отметили, что между Мадам и Месье есть некоторые схожие черты, - как бы между прочим чуть развела руками маркиза и пояснила после небольшой паузы: – Например, любовь к красоте.

53

Отправлено: 07.07.12 20:06. Заголовок: Граф задает уместные..

Граф задает уместные вопросы, при том сопровождая их сердечными заверениями всецелой поддержки её грядущей лжи. Он соглашается с её молчаливыми раздумьями прежде, чем с её губ срывается усталый вздох недоумения. Жаклин ещё не успела подумать об изящности словесных кружев, которыми следует оплетать и менее смелые манипуляции. Кем станет она в глазах двора и своей королевы, окажись внезапно и первым знакомством персидского посла под сенью Фонтенбло и близким другом безземельного кузена короля? Нет, ещё не время думать обо всём и сразу.
- Вы мой спаситель, граф, едва ли те, чьё мнение определяет скоротечность сплетен при дворе, усомниться в достойности такого повода для теперешнего нашего появления – маркиза постаралась уверенно улыбнуться, но у неё вышла слабая, чуть ломкая ухмылка, довольно скоро обратившаяся в тонкую полоску сурово сжатых губ.

- Мэтр Ламар, пожалуй что и отчитал бы меня, но как видно его призвали с целью отнюдь не праздной – она кивнула в сторону королевского лекаря, с ненавязчивым вниманием вопрошающего что-то у королевы Марии-Тересы.
Пестрая толпа колола взгляд, и нарастающий гул полу-шепота голосов, окружавший их плотной стеной лишал уверенности. Жаклин могла сделать лишь один шаг и направление его определил изумлённый взгляд королевы, адресованный ей. Пожав руку Шарля довольно крепко и также коротко, фрейлина королевы в неровном реверансе присела, опуская взгляд  на изумленный возглас королевы.

- Прошу простить мне, Ваше Величество, нарушение Вашего милостивейшего позволения , не появляться нынче на пикнике, но духота комнаты вынудила меня спуститься в сад, где я встретила графа Д’Артаньяна. О том, что на пикник будет дозволено явиться только дамам, было объявлено заранее, месье лейтенант не дерзнул самолично нарушить это предписание. Я вызвалась осведомить Вас о его желании сообщить Вам важные новости, Ваше Величество, ведь тем, что я нынче жива и почти невредима я обязана ему. – Короткий взгляд, брошенный в сторону Жака Ламара, получил неодобрительный кивок, но Жаклин нужно было отвлечься, пусть даже на этот суровый жест недовольства. Слишком многословное оправдание нарушению приказа королевы могло вызвать подозрение, однако, маркиза уповала на то, что весть, принесённая мушкетером отвлечет Анну Австрийскую от любых размышлений  по поводу одной из своих фрейлин.

-Простите и за то, что невольно вызвала в Вас тревогу, уверяю мною двигало лишь желание помочь графу, если Вы позволите Его Светлость желал бы поговорить с Вам там, - она не посмела указать в сторону Шарля рукой, но наклонившись в бок взглядом и всей фигурой обратилась к ожидающему мушкетеру. Он расскажет королеве о шкатулке, скорее всего вернёт этот козырь в руки августейшего игрока, оставив и Миллионщика и её, Жаклин, без желанной добычи. Но лейтенант был прав, скрой они от королевы находку, уже к вечеру их могли поджидать довольные «голодные»  сбиры из шайки Ла Рейни.

Сделав несколько шагов в сторону, Жаклин уступила своей госпоже дорогу, тайком хватаясь за  край стоящего рядом столика, чтобы вернуть осанке уверенность. Она слышала переливы девичьих голосв, так похожих на гомон птиц и даже не удивлялась, что юные фрейлины не смущались своих наставниц. Судя по появлению мэтра Ламара  общей суматохе хоть и весьма поутихшей, их появление с ДАртаньяном не первая неожиданность этого утра. В ожидании ответа королевы, Жаклин поправила накидку,. Она не была уверена, что её сопровождение будет уместно, однако более всего она желала бы оказаться свидетельницей грядущей беседы. Альтернативой для неё оставалась мадам де Ланнуа, чьё поручительство перед королевой так жаждал снискать персидский посол, и которое так поспешно она посулила ему. Оглянувшись на первую статс-даму, Жаклин виновато улыбнулась, смягчая холодный взгляд при этом насколько было возможно.

54

Отправлено: 07.07.12 21:08. Заголовок: Арлет де Креки Фран..

Арлет де Креки
Франсуаза де Лафайет

Ход мыслей мадам де Лафайет, вольно или невольно раскрывшийся маркизе лишь частями, заставил последнюю сдержать то великое удивление, в которое она повергла недавно вернувшуюся ко двору маркизу.
Каким был интерес юных девиц в том, что бы появиться здесь Габриэль хорошо понимала, так как сама некогда задавалась тем же насущным вопросом как достойно предстать перед взыскательными дамами двора и особенно августейшими особами, которые существенно могли повлиять на дальнейшую судьбу тогда еще юной мадмуазель де Рошешуар. Но вот каким был интерес в этих двух молодых девицах у самой королевы маркиза никак не могла взять в толк: насколько мадам де Тианж смогла узнать, то ни Ора, ни ее белокурая подруга не принадлежали к знатным или богатым родам, а следовательно не могли бы похвастаться приличным приданым или громкими титулами, которые могли бы заполучить знатные женихи и за которых могла бы просить королева Анна или же даже королева Мария Тереза. Не уж то Ее Величество так озаботилась столь неожиданными для свиты невестки по своему происхождению девицами, что решила помочь и м столь неожиданным способом возвыситься? Или тут крылось еще нечто такое, о чем Габриэль пока не знала?

- Я оставила их одних, но с двумя служанками, оставленными им в помощь и не слова не проронила относительно того, чем им следует заняться когда они закончат. Вы же не оставили никаких распоряжений на сей счет, а Его Высочество столь настойчиво требол моего присутствия подле себя, что я даже не подумала о том, что мадмуазель де Лавальер и мадмуазель де Монтале осмелятся покинуть покои Мадам самовольно и не найдут чем себя занять. И да, я отправила лакея обратно в покои Мадам, надеюсь, что они могли уснуть или же где-нибудь шепчутся. Прошу Вас, не волнуйтесь, - и женщина с заботой во взгляде посмотрела на взволнованную,  а оттого не менее таинственную для нее мадам де Лафайет.

Маркиза хотела добавить еще что-то, то ее прервал странный инородной звук, заставивший ее обернуться и взору мадам де Тианж вновь предстала знакомая сценка: юная фрейлина взволновано оправляла юбки своего платья, в том время как рядом кто-то помогал подняться неизвестному слуге. Право слово, что за день! Не уже ли, подумалось Габриэль, и она со своими подругами была столь неосмотрительна и неуклюжа в первые месяцы своего пребывания при дворе? Который раз за день маркизе де Тианж приходилось сталкиваться с такими инцидентами – или же прежде за всеми увеселениями они просто не замечали таких промахов?

Но юной особе, к которой статс-дама обратилась «Арлет» и которая, скорее всего, была той самой болтушкой мадмуазель де Креки, о которой Габриэль так часто писала Франсуаза, не могла знать ее помыслов, а потому Габриэль ничего не оставалось как вновь познакомиться с еще одним действующим лицом в придворной жизни и бок о бок с которой маркизе наверняка предстояло провести длительное время.

- Да, Их Высочества наверняка найдут предметы для общего разговора и общих увлечений, дорогая Арлет, - из-за плеча мадам де Лафайет отозвалась Габриэль, все еще не решавшаяся подойти ближе и тем самым лишить ориентира посланного повторно по дворец лакея.
- Его Высочество весьма слаб к изящным вещам и не менее изящным людям, а юность Ее Высочества поможет ей впитывать новые знания с огромным удовольствием. Как мило, что Вы это заметили.

Разговор о пристрастиях Месье мог быть весьма неудобной темой и краем глаза стараясь уловить реакцию на лице своей старшей собеседницы, Габриэль все же надеялась, что на некоторое время юная мадемуазель и ее измышления относительно схожести молодых супругов отвлекут статс-даму от злосчастных Оры и Луизы с их внезапными порывами и смягчят черты ее лица, которые сейчас говорили о сильно напряжении.

55

Отправлено: 07.07.12 23:44. Заголовок: Не стоило оправдыват..

Не стоило оправдывать забывчивость графини де Лафайет, когда для самой королевы Анны было очевидным то, что ее просьбой пренебрегли. Мари-Луиза могла бы пожалуй найти достойные королевского слуха объяснения поведению принца Филиппа или кого-то из молодых придворных из свиты Его Величества. Но находить оправдания для первой статс-дамы двора герцогини Орлеанской, умудренной не только годами придворной жизни, но и немалым опытом в улаживании щекотливых дел и замалчивании скандальных происшествий, мадам де Ланнуа сочла неуместным и неуважительным по отношению к самой графине. И тем более к Ее Величеству. Герцогиня молча выслушала замечание королевы, высказанное вполголоса скорее как рассуждение вслух нежели требовавшее ответа собеседницы.

Покуда Ее Величество наблюдала со своего места за обеими невестками, герцогиня де Ланнуа отыскала глазами в толпе графиню де Лафайет и подошедшую к ней маркизу де Тианж. Не требовалось обладать искусством чтения по губам, чтобы понять, что новости из дворца были далеки от того, чтобы назвать их положительными. Сомнения закрадывались мало помалу в сердце пожилой статс-дамы, уж не попали ли девочки-провинциалки в сети какой-то придворной интриги? При дворе столько испорченных и все еще неженатых молодых людей, да и что там говорить, пожилых и состоящих в долгом и запылившемся браке также. Юные неопытные фрейлины принцессы были лакомой добычей для любого, от романтика до прожженного ловеласа.

Но не успела мадам де Ланнуа подумать о худшем, как одернула саму себя. Нет, это исключено. Было достаточно всего одного взгляда на белокурую тихоню тогда во дворе Фонтана, когда обеих фрейлин пригласил в свою карету сам маршал Сердец, ее крестник маркиз дю Плесси. Луиза де Лавальер держалась не только скромно и скованно в обществе придворного обольстителя, но даже выказала сопротивление, решившись отказать маршалу. Ее подруга, де Монтале, показалась более бойкой и бесстрашной, но далеко не такой простушкой, как принято было считать всякую девицу, прибывшую из провинции. Если принять во внимание тот короткий эпизод и то, как повели себя обе фрейлины, то все предположения о интригах с непременным исходом в виде слез и разбитых сердец можно было смело отметать. Нет, что-то несомненно задержало девушек, но в совершенно другом ключе. Хотя, мадам де Ланнуа и не исключала полностью элемент искательства приключений. Уж больно любознательными и живыми были глаза смуглой де Монтале. Она могла запросто подбить подругу побродить по дворцу, покуда весь двор был в парке и на лужайке.

- Милый, милый Филипп. Я думаю, что из него выйдет добрый муж, Мари-Луиза, что бы ни говорили о нем злые языки. У них с Генриеттой так много общего. Главное, чтобы им никто не мешал. Сен-Клу, вот где им следует быть, а вовсе не здесь, не в тени ослепительного Солнца.

Герцогиня отвлеклась от собственных размышлений и с улыбкой поддержала разговор с королевой.

- Филипп? - Мари-Луиза вспомнила лицо розовощекого мальчика, державшего матушкины перчатки, ни за что не желавшего уступить честь подать их королеве Анне старшему брату, - Он умеет быть внимательным. Ведь именно этого мы больше всего ожидаем от супругов. Они прекрасная пара, Ваше Величество.

Харизматичный и умеющий быть обаятельным Филипп сумел бы покорить любое женское сердце, если бы желал того, так ли верно то, о чем так упорно шепчут злые языки? А не лучше ли, чтобы первой и единственной женщиной, ради которой принц воспылает интересом и любовью, была его супруга? Сколько жен мечтали о таком счастье вместо того, чтобы после свадьбы, а то и до нее узнавать о целом шлейфе любовных похождений своих супругов.

- Мои глаза не обманывают меня, мадам? Эта дама рядом с графом д’Артаньяном – разве это не мадемуазель де Лурье, которую мы отправили выздоравливать под присмотром врачей?

- Это... да, это мадемуазель де Лурье, Ваше Величество, - ответила герцогиня, перестав вглядываться вдаль, уверившись, что дама, подходившая к шатру под руку с мушктером, и в самом деле была Жаклин де Лурье, - Что же заставило ее...

О нет, только не при всей свите Ее Величества, герцогиня не произнесла более ни слова, предоставив право задавать вопросы самой королеве. Уж очень хорошо мадам де Ланнуа знала о том, как скоро разлетаются при дворе слухи о том, что кто-то посмел ослушаться королевские приказы или пренебрег милостивыми дозволениями. А какой смысл могут придать невиннейшему вопросу - Вам уже лучше, милочка? - лучше и не представлять, самые невинные слухи могут послужить обратным билетом в родовой замок для бедной маркизы, стоит только позволить ей стать центром нездорового внимания придворных сплетниц.
Лейтенант дАртаньян не только успел вернуться, но и ожидал Ее Величество с докладом. Хорошее оправдание для маркизы. Мари-Луиза посмотрела в лицо Ее Величества, пытаясь прочесть пожелание своей королевы, захочет ли она, чтобы герцогиня присутствовала при ее беседе с графом. Она отступила на шаг в сторону, чтобы в случае если королева пожелает принять доклад лично от лейтенанта, не быть помехой для их разговора.

Виноватая улыбка на лице Жаклин де Лурье, обернувшейся к герцогине де Ланнуа, привлекла внимание и ответную сдержанную улыбку герцогини.

- Вам бы следовало поберечься, дитя мое. Здесь не так безопасно... видели бы Вы как этот шатер свалился на головы собравшихся каких-то полчаса назад, - слегка наклонив голову произнесла герцогиня с теплотой в голосе и затаившимся во взгляде вопросом - что-то еще, что мне или Ее Величеству необходимо узнать?

56

Отправлено: 08.07.12 18:40. Заголовок: Ответственность... м..

Ответственность... мадам де Лафайет менее всего ожидала услышать подобное выражение из уст легкомысленной болтушки, впрочем, столь поверхностное мнение о дочери маршала де Креки едва ли успело укорениться в сердце первой статс-дамы. Покуда шел всего третий день их официальной службы в свите герцогини Орлеанской, далеко не у всех новоиспеченных фрейлин была возможность зарекомендовать себя. Не говоря конечно о этой парочке. Тонкие губы мадам де Лафайет плотно сжались, ей не хотелось ни словом более касаться темы необъяснимого исчезновения де Лавальер и де Монтале.

"Заговорились где-нибудь?" - раздумывала про себя графиня, - "А как же... теперь нам остается набраться терпения и дождаться, когда в этих светлых головушках мелькнет мысль об ответственности"

- А я полагаю, что далеко не все отнеслислись к своим заданиям с той долей ответственности, которая им полагается, - с усмешкой ответила графиня, - Вы очень начитаны, дорогая Арлет. Биографии королей, я смотрю, оказались привлекательным чтением в Ваших глазах. Кто был Вашим учителем истории и словесности, милочка? Мои комплимнты, я знаю по своей придворной службе, как нелегко вбить в юные головы хотя бы толику знаний помимо блудливых и легкомысленных стишков.

- Поверьте, тема была самая прозаическая. Мы лишь отметили, что между Мадам и Месье есть некоторые схожие черты. Например, любовь к красоте.

О, лучше бы не заводить разговоры о увлечениях и любви Месье с юными девами. Хоть мадам графиня нисколько не покраснела, услышав явно двусмысленный намек на общность вкусов Филиппа и Генриетты-Анны, в душе она вознегодовала на легкомыслие и длинные язычки фрейлин.

- Да, Их Высочества наверняка найдут предметы для общего разговора и общих увлечений, дорогая Арлет.

Кажется, маркиза де Тианж поняла, сколь опасный предмет для шуток избрали юные фрейлины, и решила отвести разговор в более спокойное русло.

- Его Высочество весьма слаб к изящным вещам и не менее изящным людям, а юность Ее Высочества поможет ей впитывать новые знания с огромным удовольствием. Как мило, что Вы это заметили.

- Совершенно верно, дорогая маркиза. У Его Высочества отменный вкус к предметам изыска и роскоши. К тому же, он питает слабость к театральным представлениям, а насколько я помню, Мадам с детства принимала участие в маленьких балетных постановках, которые устраивали при дворе Его Величества для детей. Да... так что вот и всем вам, дорогие мои, будет не зазорным расширить свой кругозор. Мадемуазель де Креки, быть может Вы посоветуете Вашим подругам что-нибудь из прочитанного Вами в качестве назидательной и занимательной литературы для внеурочного чтения. Думается мне, обилие свободного времени не идет на пользу некоторым умам, - графиня наградила острым неодобрительным взглядом мадемуазелей де Шатийон и д'Артуа, хихикавших о чем-то, спрятав улыбки за раскрытыми веерами.

- Габриэль, дорогая, но ведь Вы уверены, что де Монтале и де Лавальер оставались в покоях Мадам? Они могли запереться в одной из своих комнат, их просто не нашли? - снова спросила графиня, обернувшись к маркизе, в ее словах однако слышался не столько вопрос, сколько надежда на утвердительный ответ маркизы, - Ее Величество покуда занята с прибывшим лейтенантом мушкетеров. Молите бога, дорогая Габриэль, чтобы доклад графа д'Артаньяна оказался настолько важным, чтобы королева позабыла о этих двух девицах до поры их появления. Поверьте мне, опаздывать к королевской милости так же чревато и может оказаться в итоге глубочайшей немилостью, когда ни мы с Вами, ни даже сама герцогиня Орлеанская, не сумеем помочь бедняжкам. О, это их легкомыслие... ну отчего, отчего бы им не быть такими как все? Хотя бы как эта мадемуазель де Креки, - вполголоса проговорила графиня, снова обратив свое внимание на дочь маршала, что-то было в этой мадемуазель, положительный ли характер или простое желание понравиться первой статс-даме? Второе было менее желательным, но не предосудительным. И все же, при положении ее отца, вряд ли мадемуазель де Креки нацеливалась бы на расположение первой статс-дамы двора герцогини Орлеанской.

57

Отправлено: 09.07.12 13:39. Заголовок: Разговоры разговорам..

Разговоры разговорами, но не заметить напряжения, нараставшего среди большинства самых титулованных дам Франции, ухитрился бы только слепой. Строгие взгляды и добродушные слова представляли собой настолько очевидный контраст, что Арлет невольно оглянулась, ища глазами человека, который своей позой или поведением прояснил бы ей причину такой атмосферы. Но ничего, кроме пристальных, скользящих взглядов, иногда мелькающих на вежливых лицах, она не нашла. Арлет внимательно посмотрела на двух дам, глаза ее, утратив веселый блеск, потемнели.

- Моим наставником был Шарль де Сент-Эвремон, мадам, – уголки губ Арлет дрогнули. Едва ли это имя ожидала услышать графиня: слишком необычным казался такой выбор. Но, как бы то ни было, имена учителей своих детей маршал никогда не скрывал.

- Как ни странно, именно этот скептик сумел пробудить в нас интерес к наукам. Его слова, порой феноменальные, заставляли смотреть на вещи с разных сторон и видеть их в разных плоскостях. Он, так высоко ценящий жизненные блага, удивительным образом пробудил во мне и моих братьях умение видеть не только себя в отдельности, но понимать всю цепь связей одного человека с другими, оставил осознание ответственности за поступки, последствия которых затрагивали не только нас самих, но и наше окружение.

Девушка захлопнула веер и, услышав голос мадам де Тинаж, перевела взгляд на нее.

- Да, Их Высочества наверняка найдут предметы для общего разговора и общих увлечений, дорогая Арлет. Его Высочество весьма слаб к изящным вещам и не менее изящным людям, а юность Ее Высочества поможет ей впитывать новые знания с огромным удовольствием. Как мило, что Вы это заметили.

- Благодарю Вас, мадам, - Арлет прищурила усмехающиеся глаза. Маркиза, похоже, прекрасно понимала двусмысленность затеянной темы, но оттого ее, казалось бы, мирные слова о Ее Высочестве звучали вдвойне парадоксально. Но так как она сама не горела желанием продолжать этот разговор, то сочла за лучшее промолчать.

- …так что вот и всем вам, дорогие мои, будет не зазорным расширить свой кругозор. Мадемуазель де Креки, быть может Вы посоветуете Вашим подругам что-нибудь из прочитанного Вами в качестве назидательной и занимательной литературы для внеурочного чтения. Думается мне, обилие свободного времени не идет на пользу некоторым умам.

- Каждая из нас будет рада поделиться своими знаниями и навыками друг с другом, - вежливо обошла она такое обещание, которое могло бы сменить ее ничему не обязывающую роль подруги на роль послушной девочки первой статс-дамы. Нет уж, увольте. Имела ли в виду именно это графиня или нет, но Арлет не была настолько наивна, чтобы так просто стать чьим-то средством при дворе.

Ни с мадам де Лафайет, ни с мадам де Тинаж еще не свела ее судьба в той мере, чтобы она смогла в достаточной степени сложить мнение хоть об одной из них. Поэтому доброжелательная вежливость по отношению к дамам и искреннее уважение к графине, формально отвечающей за фрейлин, - все, что мадемуазель де Креки могла и хотела обнаружить со своей стороны в беседе. Слишком мало, чтобы узреть ее сердце, но вполне хватит, чтобы узнать человека, воспитанного в достаточно влиятельной семье, чтобы не искать унижения или умаления других и не преодолевать смущение заносчивостью.

Арлет снова осмотрелась, но так как гроза, нависавшая над шатром, оставалась все такой же безмолвной и безликой, девушка решила пойти в ва-банк.

- Мадам де Тинаж, будьте любезны, просветите меня по поводу одного вопроса. Я не уверена, что знаю всех, приглашенных на пикник, - Арлет внимательно посмотрела на маркизу. – Скажите, ждем ли мы кого-то еще?

58

Отправлено: 10.07.12 20:02. Заголовок: Волнение все явнее п..

Волнение все явнее проступало на лице мадам де Лафайет тем самым усиливая в разы любопытство маркизы де Тианж относительно природы особенности двух молоденьких девиц. Неужели из-за своего длительного отсутствия она растеряла «нюх» на важных людей при дворе до такой степени, что могла не усмотреть в простушках чего-то особенного? Слова и суждения Оры относительно молодых этим утром подтверждали первоначальное мнение маркизы о, по крайней мере, мадмуазель де Монтале, ну а что было говорить о ее белокурой подруге, которая скорее упадет в обморок, чем подаст голос?
Неужели эти две скромницы-дебютантки стали причиною такого волнении или же за этим крылась некая иная причина, пока недоступная для мадам маркизы, но которая вызывала такой страх и переживания у женщины столь властной и влиятельной, как Франсуаза де Лафайет? Но Габриэль могла только перебирать в уме предположения, примеряя на двух девиц из свиты Мадам то роли дальних родственниц кого-то родовитого, то думая о какой-то неожиданной услуге оказанной Бурбонам, то о том, что девицы могли и вовсе быть крестницами Ее Величества королевы Анны или же были милы сердцу .. О бог мой, подумалось Габриэль, когда она мысленно коснулась этого предмета! Но разве мог кто-то ..
Робкое, но смелое предположение все же казалось ей чрезвычайной необычным, учитывая слухи о том, что Генриетта Анна если не пленила сердце ветреного герцога Орлеанского, то по крайней мере очаровала своего августейшего кузена – зачем тогда эти двое из свиты? Или они что-то знали? Нет, ни Ора, ни Луиза не были в силах пленить взор Людовика, а потому отбросив и эту догадку, маркизе вновь пришлось вернуться на грешную землю и в гуле пикника давать пояснения мадам де Лафайет при этом не делая мадмуазель де Креки соучастницей их маленькой тайны об исчезновении фрейлин новоиспеченной герцогини.

- Мадам, я хорошо помню, что оставляла их над сундуками вместе с мсье Дюпоном, когда покидала гардеробную, - начало было Габриэль де Тианж, но внезапно осеклась, припоминая, как Ора постаралась незаметно исчезнуть перед тем, как им подали лимонад. Но куда же тогда подевалась Луиза?
- Я уверена, что лакей получил самые четкие инструкции и отыщет эти двоих непосед во дворце. Не могли же они совершенно исчезнуть или покинуть Фонтенбло без разрешения? Такого совершенно невозможно даже при самом ужасном известии. А потому я надеюсь, что они вот-вот появиться.

У женщины уже были готовы вопросы относительно того, отчего же присутствие двух девушек так важно, если утром мадам оставила их в гардеробной без всякого зазрения совести или долга, но в конце концов в последнюю минуту Габриэль, раздосадованная тем, что Ора и ее подруга так подвели ее, не решилась спросить об этом свою старшую коллегу.
Постаравшись придать своему лицо не столь озабоченный новой проблемой вид, маркиза вновь обратила свой взор и внимание на мадмуазель де Креки, которая в свете нового открытия своих собственных достоинств заискрилась разве что не сильнее пузырьков того самого шампанского, которым было забрызгано ее платье.

- Дорогая Арлет, я думаю, что нет, учитывая что этот пикник задумывался как дамский праздник, - с неким подобием приятной улыбки постаралась ответить мадам маркиза.
- Их Величества здесь, как и Мадам, так что полагаю, что нам более некого ожидать, разве что если Его Величество не решится внезапно навестить нас. Не так ли, мадам де Лафайет?

59

Отправлено: 11.07.12 00:28. Заголовок: Жаклин де Лурье Мар..

Жаклин де Лурье
Мари-Луиза де Ланнуа
Шарль д'Артаньян

Маркиза де Лурье излагает причины своего повторного явления пред очи Анны Австрийской в обществе лейтенанта мушкетеров с таким спокойным и обыденным видом, что тревога в глазах старой королевы сменяется лучиком смешинки.

- Какая похвальная деликатность, - она с легкой улыбкой озирает незаметно скопившихся вокруг ее кресла дам, на лицах коих начертано живейшее из любопытств. Мадам де Навайль позволяет себе негромкий смешок, но, поймав взгляд государыни, спешно прикрывает лицо веером, будто закашлявшись. – Кто бы мог подумать, что более всего такта и внимания к пожеланиям дам побыть хоть пару часов наедине отыщется вовсе не у маршалов и герцогов, а у честного гасконца. Однако жаль, что желание графа уважить наши чувства не распространилось и на наши кости. Да-да, я и о Вас, маркиза. Вижу, вижу, что пренебрежение советами лекарей дается Вам не так просто, как Вы тщитесь показать нам.

Меньше всего Анне хочется вставать из мягких подушек, так уютно обнявших ее грузное тело. Но, памятуя секретность миссии, коей она сама же и облекла д’Артаньяна, и понимая, что явиться сюда его наверняка заставило нечто незаурядное и не терпящее отлагательств, она смиряется и, уронив из пальцев очередную черную бусинку, встает, стараясь сделать это по возможности непринужденно. Да есть ли дело всей этой цветущей и пышущей свежестью и жизнью молодежи до того, каких усилий стоит ей подняться на ноги столь же легко, как какой-нибудь год назад? Всего лишь год, но разве тогда губы ее сжимались в сухую ниточку, чтобы сдержать невольный стон?

- Подумайте только, дорогие мои дочери, дела не оставляют коронованных особ и после того, как те совсем уж отошли от дел, - в ласковой улыбке, обращенной к приближающимся к ней об руку невесткам, почти не заметна нотка горечи. – Как ни досадно, мне придется оставить Вас на пару минут, дабы выслушать то, что имеет сообщить мне лейтенант королевских мушкетеров. Не позволяйте этой неожиданной отлучке помешать полднику: судя по ароматам, доносящимся из под всех этих салфеток и судков, творения господина Вателя не допускают промедления и взывают к нашим аппетитам.

С какой бы радостью Анна отдала им должное сама: одного взгляда на застывшие в руках у выжидающих лакеев блюда с закусками довольно для того, чтобы познать танталовы муки голода. Но разве Корнель не учит нас, что долг любви превыше? Твердо обуздав пагубную страсть к хорошему столу, Ее Величество делает знак мадемуазель де Лурье.

- Не будем заставлять Вашего спасителя выпалывать шпорами лужайку, маркиза. Соблаговолите проводить нас с герцогиней к графу, раз уж его деликатность не позволяет ему нарушить мои запреты, - Анна ни минуты не сомневается, что выбор Жаклин де Лурье в качестве гонца был продиктован чем угодно, только не боязнью д’Артаньяна разгневать королеву-мать, и уголки губ ее слегка подрагивают при мысли о том, сколь пагубное влияние способна оказать пара синих глаз на закоренелого холостяка.

Маркиза не торопится, и Анна благодарна ей за этот медленный шаг, хоть и понимает, что вызвана эта медлительность не столько уважением к их с герцогиней де Ланнуа годам, сколько болью, испытываемой бедной де Лурье. Но благодарность благодарностью, а посвящать маркизу, далеко еще не освобожденную от подозрения в чересчур близостном общении с Фуке, в принесенные лейтенантом новости королева-мать вовсе не желает, хотя и понимает, что ничто не мешало графу раскрыть Жаклин все еще по пути к лужайке. Ну разве что данное Анне Австрийской слово держать ее поручение в тайне, но разве может слово мушкетера устоять перед женским взглядом?

- Граф, Вы желали сообщить мне нечто важное, не так ли? – сухо констатирует она и, дабы сгладить эту сухость, протягивает мушкетеру руку. – Так будьте же любезны, отведите меня в тень, пока мадам де Ланнуа и мадемуазель де Лурье играют роль дуэний, дабы никому не пришло в голову подумать о нашем с Вами приватном разговоре что дурное.
Пальцы ее едва касаются рукава мушкетерского камзола, подчеркивая, что в жесте опершейся на руку лейтенанта женщины больше желания польстить гасконской гордости, чем кокетства.   

- Вы быстро возвратились, граф, - вполголоса бросает Анна, едва они с д’Артаньяном отходят в тень подстриженного вяза. – Я не ожидала, что Вы справитесь так споро. Удалось ли Вам отыскать тех, кто посмел учинить насилие над моей фрейлиной, и узнать что-нибудь существенное?

Она выжидательно умолкает, и лишь глаза ее, живые и внимательные, таят вопрос: удалось ли найти сообщников, свидетелей, хоть что-нибудь, что могло бы отдать в ее руки всемогущего суперинтенданта?

60

Отправлено: 11.07.12 19:17. Заголовок: Жаклин де Лурье Анн..

Жаклин де Лурье
Анна Австрийская

По долгу службы графу ежедневно приходилось оказываться в центре внимания придворных будучи лейтенантом личной охраны Его Величества. И все-же он никогда не сумел бы привыкнуть к тому, что являл собой средоточие любопытства и домыслов при дворе. От заискивающих и откровенно льстивых взглядов желторотых юнцов, мечтающих о голубом мушкетерском плаще и протекции такого видного человека как граф д'Артаньян, до зрелых царедворцев, искавших выгодного знакомства с человеком в силу своего положения и службы, вхожего в любую приемную королевского дворца. Но более всего его отвращали от себя любопытственные и нередко откровенно изучавшие его женские взгляды. Девушки видели в нем неувядающего рыцаря, эдакий собирательный образ героя всех литературных эпосов, которые можно было найти не только в аскетических монастырских библиотеках, но и в том легком чтиве на ночь, которое в изобилии поставлялось в книжных лавках Парижа. Дамы более зрелые и опытные, смотрели на него с тем выражением, в котором лейтенант безошибочно угадывал охотничий азарт, в нем видели скорее именитый трофей, добычей которого можно было похвалиться перед подругами и соперницами в завуалированных беседах, которые так ловко высмеял позднее месье Мольер. Жеманницы были самыми ненавистными зрительницами среди придворной клики. Но в силу учтивости и требуемой его положением беспристрастности ко всему происходившему вокруг него кроме угроз жизни и чести Его Величеству, д'Артаньян делал вид, что не замечал на себе ничьих взглядов и не показывал никакого ответного интереса.

И только взгляд синих глаз дарил ему неизменное тепло, вызывая желание открыто ответить таким же теплом. Но д'Артаньян позволил себе только мимолетный прищур глаз и короткую улыбку одними уголками губ, так что даже его знаменитые гасконские усы не дрогнули при этом. Даже такая улыбка могла быть перехвачена жадными до сенсационных и тем более скандальных новостей глазами. Жаклин и без того явилась средоточием всеобщего внимания, подойдя к креслу королевы-матери и вызвав недоумевающие вопросы Ее Величества.
Д'Артаньян наблюдал издалека за маркизой де Лурье и за тем, как отвечала ей королева. Анна Австрийская была удивлена, это было видно по ее лицу и по тому как резко она подалась вперед, чтобы услышать тихий ответ своей фрейлины. Наверняка Ее Величество не ожидала, что новости из Барбизона прибудут так скоро. Но ожидала ли она, что предметом отчета лейтенанта мушкетеров станет то, что оказалось за эти несколько дней дороже нескольких жизней, а может быть и спокойствия всего королевского двора?

- Ваше Величество, - лейтенант поклонился королеве еще до того, как она подошла к нему достаточно близко, чтобы начать разгвор.

Остваясь почтительно склоненным перед Анной Австрийской, д'Артаньян снял шляпу, подметя перьями траву у запыленных ботфорт.
Живые изумрудные глаза королевы не утратили ни капли той красоты, которая прославила королеву с юных лет по всей Европе. Сейчас эти глаза были обращены на лейтенанта мушкетеров, и он читал в них легкий упрек за то, что королеве пришлось подняться. Или это упрек совершенно иного рода? Тень улыбки в уголках губ королевы могла быть всего лишь тенью, королева умела держать свои суждения и настроение при себе, наученная увы самым горьким опытом разочарований и потрясений. И он был тому свидетелем, за что не мог благодарить судьбу... будь он ловчее и обладай умом более острым, скольких бед не узнало бы сердце этой женщины, и скольких слез не было бы пролито этими глазами. Ее Величество никогда не выказывала упреков ни ему, ни его друзьям, может быть в силу милосердия души, а может быть потому, что прекрасно знала, что ни один из той дьявольской чертверки, как их называл Ришелье, не мог со спокойствием в сердце вспоминать те далекие события.
А может быть это упрек в том, что королева не могла знать наверняка, но как всякая женщина, могла подозревать. Д'Артаньян обратил внимание на то, что обе спутницы королевы, маркиза де Лурье и герцогиня де Ланнуа остались в стороне, тогда как королева предложила лейтенанту пройтись в  тень, падавшую от огромного вяза.

- Я почту за честь, Ваше Величество, - ответил граф и подал руку королеве с непритворным восхищением и уважением, которые всегда испытывал к этой женщине, сумевшей всю жизнь оставаться верной себе и своему выбору, - Ваше Величество, я не стану докучать Вам пустыми оправданиями. Мы не нашли цыганского барона, главаря этой банды. Скорее всего он не успел вернуться из Парижа и только потому не попал в сети, которые мы расставили по всем дорогам. Цыган арестовали. Не только тех, кто оказались на месте, в таборе. Но и всех, кого нашли в близлежащих деревушках и на дорогах. Сейчас они на пути в Париж под конвоем моих мушкетеров. Я бы не посмел отвлекать Ваше Величество от семейного пикника такими новостями. Есть новость, стоящая внимания Вашего Величества, и смею надеяться, времени.

Черные глаза гасконца быстро окинули взглядом округу, как будто граф опасался, что их погли подслушивать. Но лакей, собравшийся подать королеве и ему напитки, был остановлен герцогиней де Ланнуа, а все остальные придворные дамы, хоть и сгорали от любопытства, не решались выйти из под сени шатра и нарушить уединение королевы и лейтенанта мушкетеров.

- Найдена шкатулка. Видом и размерами она похожа на ту, которая пропала несколько недель назад. У меня есть все основания полагать, что это именно та шкатулка, но без Вашего подтверждения, я не могу быть полностью уверенным в этом. И кроме того, я полагаю, что это именно цыгане связаны с ее кражей. Не по собственному разумению. Им наверняка заплатили за кражу и за хранение. Хочу еще добавить, Ваше Величество, что лейтенант де Ресто клянется, что вчера вечером во время обыска в таборе не было и следа этой шкатулки. Это может означать только то, что ее привезли ночью. Кто и откуда, я не могу судить однозначно. Но, может быть маршал дю Плесси сможет прояснить этот вопрос, когда ему станет лучше. Насколько я понял по докладам моего сержанта, поиски привели Его Светлость к личности убийцы и похитителя.

Помолчав с минуту, чтобы дать Ее Величеству обдумать его слова, граф снова заговорил.

- Шкатулка находится под охраной в казармах. Я только жду веления Вашего Величества, чтобы принести ее в Ваши покои, если на то будет Ваша воля.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Фонтенбло. Лужайка перед дворцом. Большой шатер