Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Комната Александра Бонтана. 2


Дворец Фонтенбло. Комната Александра Бонтана. 2

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

02.04.1661.

    Мадам Бонтан за работой...
    Очередные манжеты на королевской рубашке, порванные маркизом де Виллеруа в сражении с розовыми шипами.

    // Дворец Фонтенбло. Комната Первого камердинера Его Величества Александра Бонтана. 2 //

    Александр Бонтан пишет:

     цитата:
   

- И да... рубашки... Его Величеству нужна свежая перемена, - Бонтан вздохнул с еще большим сожалением, понимая, что не столь страшны были опасности в этом неспокойном дворце, сколько рвущиеся манжеты и воротнички на рубашках, которые непрестанно шила его жена для Его Величества, - Я постараюсь проследить, чтобы это была последняя перемена на сегодня, ангел мой. А те... я не принес их. Увы, перешивать там даже нечего, манжеты... колючки... Его Величеству вздумалось срезать розы и оказались изрезанными манжеты. Мне очень жаль.


https://b.radikal.ru/b19/1902/48/beebe34870ac.png

2

Отправлено: 29.07.11 12:27. Заголовок: 02.04.1661. Около ше..

02.04.1661.
Около шести утра.

// Дворец Фонтенбло. Красная комната //

- Солнышко мое... - запыхавшись Бонтан на самом деле не проронил ни слова, а задуманное им утреннее приветствие для его обожаемой мадам Бонтан так и застряло где-то в районе легких, в глубине сердца, как сказали бы известные романтики того времени.

Камердинер поспешно развязал сдавивший шею до багровой полосы платок, расстегнул все пуговицы камзола и жилета и грузно опустился на деревянный стульчик у окошка. Пяльцы с вышиванием, оставленные на маленьком столе рядом с догоревшим до основания огарком свечи, свидетельствовали о том, что Соланж прождала его допоздна и не легла спать пока не догорела последняя свеча. Обнять бы ее и расцеловать ее милые любимые глазки, но Бонтан лишь насупил брови и провел широченной ладонью по лбу и глазам, пытаясь избавиться от одолевавшей его дремоты. Пусть хотя бы милая мадам Бонтан поспит чуточку дольше в этот сумасшедший день, а ему еще столько дел переделать... пирамиды египетские и те наверное казались игрушечной затеей великому архитектору древности в сравнении со всеми маленькими и "не очень обременительными" но архиважными поручениями, данными ему королем.

Устроив принесенные им гостинцы для супруги в виде пышной ветки винограда и драгоценного перстня, подаренного Соланж самой Великой Графиней, Бонтан полюбовался на сооруженный им импровизированный натюрморт глазами истинного ценителя искусств. Была бы его воля, и жили бы они с маленькой мадам Бонтан в лесочке вдали от столиц и королевских резиденций... он бы писал пейзажи и незатейливые натюрморты, встречал бы каждое утро с теплым парным молоком... а мадам Соланж не знала бы забот с шитьем и починкой королевских рубах...
Легкий вздох во сне заставил Бонтана вздрогнуть. Он осторожно, чтобы не скрипнули половицы, повернулся к постели и невольно засмотрелся на хорошенькое разрумянившееся от сна лицо спавшей супруги. Улыбнувшись ей, он чуть не сказал то самое "Солнышко, я уже здесь", но во-время спохватился и легонько хлопнул себя по лбу, чтобы ни единым звуком не пробудить жену. Оглядев суровым взглядом военного стратега свой костюм, выглядевший изрядно поношенным после того, как он проносил его целый день, не сменяя, Бонтан покосился на огромный бельевой сундук. Как хорошо, что утренняя смена белья для короля уже ждала в Красной комнате. А по дороге из комнаты, где он проспал ненароком все утро к своему величайшему стыду, королевский камердинер встретил Симонетту, которая на ломаном французском, впрочем, плутовка могла и притворяться, что плохо говорила, объяснила Бонтану, что мадам велела принести ей шкатулку и пока еще "не изволили приказать одеваться". Для Бонтана в сущности это означало, что король и его возлюбленная решили продлить свое "доброе утро" до более позднего часа и он успеет еще нанести визит маркизу де Виллеруа, дабы выполнить хотя бы часть отданных ему поручений.

Но появиться перед маркизом в таком виде? Лицо Бонтана покраснело, побагровело и снова приняло свой обычный цвет. Нет, нужно было сменить хотя бы камзол. Не говоря уже о щеках. Александр склонился к зеркалу и задумчиво провел ладонью щеке, потемневшей от изрядной щетины... бог наградил королевского камердинера не только отменной шевелюрой, коей он по праву гордился, но и обильной растительностью на щеках, от которой ему приходилось избавляться дважды на дню.

Как только ему удалось сделать это бесшумно и быстро? Впрочем, быстро да. Но не бесшумно. Когда одетый в свежую рубаху и незастегнутый еще жилет Бонтан удовлетворенно осмотрел при свете утреннего яркого солнышка обе щеки, кто-то с очень цепкими и маленькими руками ухватился сзади за его шею и повис на нем.

- Солнышко, - ворчливо воскликнул Бонтан, тем не менее улыбаясь, - А я то решил не будить Вас сегодня ни свет ни заря... а что же Вы, так долго засидевшись ночью были?

Он повернулся к жене и по-медвежьи обхватил ее за талию коротковатыми но крепкими и сильными руками. Скромный поцелуй в раскрасневшуюся щечку увенчал утреннее приветствие супруге.

- Я должен поспешить, ангел мой. Для Вас гостинцев прислали. Мадам графиня де Суассон лично поблагодарила Вас и послала Вам перстенек в подарок и винограду к завтраку. А я спущусь вниз и велю тем бездельникам в буфетной принести для Вас корзинку с завтраком.

Суета Бонтана не стоила того, так как для Соланж было за счастье увидеть супруга, хотя при виде огромной ветки спелого винограда глаза ее и расширились от удивления. Радостно всплеснув руками мадам Бонтан тут же кинулась к столику и оторвала несколько ягодок, чтобы собственноручно положить их в рот засмущавшегося супруга. Колечку, подаренному самой графиней де Суассон, тоже было отдано должное внимание, Соланж примерила его на тоненький пальчик, повертела на солнечном свете и бережно сняла его. Такие драгоценные вещи следовало хранить в ее особенной шкатулочке и носить только в самые важные дни.

Бонтан отряхнул жилет, расправляя складочки на уже формировавшемся округлом животике, свидетельстве благоустроенной и размеренной жизни по словам его покойного батюшки, надел камзол и поспешно застегнул жилет на все пуговицы. Теперь он был готов встретиться не то что с маркизом де Виллеруа, а с самим герцогом де Невилем, прославленным не только на поле брани и в учительском классе, но и самым отъявленным модником на весь двор. Впрочем, на встречу с ним Бонтан рассчитывал менее всего. Не следовало этому чрезмерно радевшему о своих чадах господину знать о королевских планах на его наследника. О словоохотливости герцога слагались легенды, а рассказанные им небылицы превращались в анекдоты, скрупулезно записываемые всеми мемуаристами того времени.

- Солнышко мое, я еще вернусь. Но позднее. если Вам что-то понадобится, зовите Лионеля и гоняйте этого бездельника по любой мелочи, - сказал на прощание Бонтан, замечая по своим луковичным часам, что провел с супругой аж четверть часа и пять минут - непозволительная роскошь для утра королевского камердинера.

// Дворец Фонтенбло. Коридоры дворца. 2 //

3

Отправлено: 03.08.12 18:59. Заголовок: Тяжелые шаги на лест..

Тяжелые шаги на лестнице возвестили о приближении супруга. Для мадам Бонтан был знаком каждый звук сопения ее дорого мужа, каждый его шаг, когда он поднимался по лестнице. Как часто в часы, свободные от служения в покоях Ее Величества и от шитья королевских рубашек Соланж сидела на подоконнике в их маленькой комнатке, ожидая краткого визита супруга. Месье Бонтан всегда такой занятой и деловитый, нет нет да и находил минутку другую для того, чтобы заглянуть к своему солнышку и вместе со скромным поцелуем в лоб или щечку оставить гостинцев, а то и побыть немножко наедине с обожаемой супругой. Служба у короля была почетной и важной, не говоря уже о доходности места первого королевского камердинера. Но вместе с тем и слишком хлопотной и нервной. Покой был чем-то недосягаемым и невиданным для супругов в те месяцы, когда Александр Бонтан выполнял свои прямые обязанности при особе короля. Лишь те немногие недели, которые ему отпускались по истечению его квартальной службы, мадам и месье Бонтан могли проводить полностью, посвящая только самим себе. Да и то, мадам Бонтан недовольно надувала губки, вспоминая, что прошлый их отпуск от королевской службы, им почему-то пришлось провести в Сен-Клу, где вместо того, чтобы отдыхать, Александр присматривал за перестройкой дворца и подготовкой покоев для приема новых владельцев - будущих герцога и герцогини Орлеанских. Так что, при всей любви к мечтам и радужным планам, ей приходилось каждый раз со вздохом напоминать себе, что и следующий их отпуск может пройти не в особнячке в тихом предместье Парижа, а в каком-нибудь из многочисленных королевских замков.

Но вот шаги раздались уже у самой двери, а Соланж все еще сидит у окошка и любуется многоцветием придворной толпы, собравшейся на Лужайке перед Дворцом вокруг огромного белоснежного шатра.

- Ах, сударь, сударь, только посмотрите! Там и королевы, и герцогиня молоденькая! - восхищенно восклицала Соланж, любуясь со своего наблюдательного поста изящными туалетами придворных дам, - Но Вы так бледны, господи! Александр, что случилось?

Спрыгнув с подоконника, Соланж поскочила к супругу и взяла его за руку.

- Тут месье Валь... Валле... как его звать не помню, фламандец какой-то, сказал, что служит под Вашим началом у Его Величества. Он забегал, весь запыхавшийся такой. Спрашивал у меня, не заглядывали ли Вы утром. Но я то и не видела Вас, мой дорогой, - щеки мадам Бонтан заалели, а на губах появилась игривая улыбка, - Вы только изволили заглянуть на минутку переодеться рано утром. Я так и сказала тому месье. Он искал Вас, друг мой, и что-то кажется хотел забрать. Все высматривал. Я думала, может его послали за новыми рубашками для Его Величества... Но что же Вы так взволнованы, месье? - спросила она супруга, испуганно заглядывая в его глаза.

4

Отправлено: 04.08.12 22:54. Заголовок: Бонтан с сожалением ..

// Дворец Фонтенбло. Кабинет Его Величества. 4 //

Бонтан с сожалением вздохнул и посмотрел на свои пустые руки, он успел подняться до третьего этажа, когда вспомнил, что впопыхах позабыл про гостинцы, приготовленные для мадам Бонтан. Ну не возвращаться же назад, когда рука машинально легла на ручку двери, чтобы приоткрыть ее.

- Солнышко мое, - виновато прошептал он глухим голосом, не успев еще перевести дух после подъема, - А я заглянуть решил. Рубашки новые взять для Его Величества. Горят они на нем что ли, все в голову не возьму.

Внимательные глаза королевской белошвейки отметили необычную бледность на лице супруга и Бонтан, виновато развел руками. Он бы не хотел пугать свою милую Соланж страшными историями, но в то же время, истинной причиной его прихода было желание проверить, на месте ли его драгоценная жена и упредить ее не выходить никуда кроме как на службу к королеве и вообще, лучше бы сидеть взаперти, дожидаясь его.

- Валле? - Бонтан тут же подобрался и перестал мямлить, вспомнив о своей прямой обязанности королевского камердинера, - Валле, Вы сказали? Нет, сударыня... нет. Быть может, Вы перепутали с Виллемом? Но бог мой, это же не камердинер короля. Что ему могло понадобиться здесь? Когда он заходил?

Выслушав рассказ жены, Бонтан с опаской осмотрел дверной замок, а потом повернулся к Соланж, на ее личике не было и тени страха, только беспокойство за него и за то, что могло понадобиться в его отсутствие этому странному фламандцу. Сам камердинер уже имел весомые основания подозревать управляющего дворцом и празднествами в самом худшем. Ставленник месье суперинтенданта мог быть послан им самим или расстараться за щедрую плату, которую положил ему лично Фуке, чтобы раздобыть чертежи дворца, столь опрометчиво отданные архитектором. Пометки! Вот в чем суть. Чем скорее эти чертежи окажутся на столе у графа д'Артаньяна, тем лучше.

- Странно, что месье управляющий мог искать здесь? Я не встречал его. Но если встречу, то непременно передам ему Ваши приветы, солнышко мое. Не волнуйтесь, это такая суматоха из-за нездоровья короля, - ложь во спасение не удавалась Бонтану, и он неловко улыбнулся, понимая, что проговорился и тем самым заставил мадам Бонтан волноваться того более, - Ничего опасного. Это скорее хандра. Вы же знаете, как Его Величество иногда переживает. Вот и сейчас... да вот и бегают все, с ног сбились. А что у королевы, Вас уже отпустили от службы на сегодня, друг мой? Я бы с радостью проводил Вас.

Строго поджатые губки Соланж не предвещали ничего хорошего. Будучи характера весьма доброго и любящего, мадам Бонтан тем не менее легко подмечала недосказанности супруга и не любила, когда он пытался оградить ее от переживаний, прибегая ко недомолвкам и всяким уловкам.

- Простите, радость моя. Во дворце не все спокойно. Кто-то попытался проникнуть в опочивальню короля, покуда Его Величество прогуливался в оранжерее. Если Вы пожелаете остаться, то я настоятельно попрошу Вас закрыться на замок, мадам. И открывать только мне. И да... рубашки... Его Величеству нужна свежая перемена, - Бонтан вздохнул с еще большим сожалением, понимая, что не столь страшны были опасности в этом неспокойном дворце, сколько рвущиеся манжеты и воротнички на рубашках, которые непрестанно шила его жена для Его Величества, - Я постараюсь проследить, чтобы это была последняя перемена на сегодня, ангел мой. А те... я не принес их. Увы, перешивать там даже нечего, манжеты... колючки... Его Величеству вздумалось срезать розы и оказались изрезанными манжеты. Мне очень жаль.

5

Отправлено: 05.08.12 19:31. Заголовок: Соланж подняла удивл..

Соланж подняла удивленный взгляд на мужа и ее личико мгновенно преобразилось.

- Как, это не служит камердинером? А кто же он? Управляющий дворца? Но зачем же ему понадобилось приходить за рубашками Его Величества? Да он и не взял ни одну... я еще подумала, чудной какой - искал искал, бежал сюда, даже запыхался, я слашала как он тяжело дышал. А рубашки забыл. Но отчего Вы так взволнованы, Александр? Что-то еще назревает? Господи, да сядьте, а лучше прилягте. На Вас лица нет!

Если кого и успокоили бы неказистые попытки месье Бонтана свести все происходящее к чистой случайности, то мадам Бонтан с каждым его словом только больше убеждалась в том, что угроза в Фонтенбло никуда не исчезла. Каким образом был связан со всем этим управляющий дворцом фламандец она в толк не могла взять, но как резко изменилось благодушное выражение лица ее обожаемого Александра! Нельзя не заметить, что это не было простым недовольством супруга, обычно сопровождавшимся милым бурчанием.

- Запереться? Святый боже! Да чего ж Вы так опасаетесь, мой дорогой? Да ежели вору вздумается проникнуть сюда, то самое драгоценное что у меня есть с собой, это подаренный графиней де Суассон перстень. Но я никому о нем рассказывала, и не стала даже показывать. Я ведь знаю, что расспросам и перессудам конца краю не будет, а мадам графине это совершенно ни к чему. Кстати, а как же... - глаза Соланж блеснули игривым огоньком и она с ангельской улыбкой взяла мужа за руку, - Разве Его Величество не увез графиню сегодня? Не говорите, не говорите ни слова, Александр. Я знаю, что это не Ваша тайна. Просто, я видела в окошко, как они уезжали рано утром. Вот и подумала... только странное дело, кому же тогда нужны новые рубашки? - серые глаза мадам Бонтан насмешливо блеснули и сощурились, - Опять переодевания и это все тот же непоседа месье маркиз изорвал манжеты на рубашке? Я сейчас найду рубашку. Только сказали бы Вы мне сразу, для кого они нужны. Размер подогнать не займет много времени. А мерки у меня остались со вчерашнего дня. Подождите же, дорогой мой. Вот, отдохните немножко... съешьте что-нибудь. У меня с завтрака остались масляные булочки, как раз как Вы любите. И мне мадам Маршан принесла кувшин с молоком. А? Не ожидали?

Звонко чмокнув мужа в щеку, Соланж быстро накрыла на стол и села за шитье. Работа быстро спорилась в ловких пальчиках белошвейки, так что она даже не обратила внимания на попытки протеста со стороны супруга, скорее она успеет подшить рубашку где нужно для молодого маркиза, покуда выслушивает ворчания Александра, приглушенные характерными звуками уплетания позднего завтрака.

6

Отправлено: 07.08.12 19:45. Заголовок: То ли усталость взял..

То ли усталость взяла свое, то ли неоспоримое обаяние милой супруги, месье Бонтан без особого сопротивления подчинился уговорам мадам Бонтан и уже через минуту с увлечением и аппетитом уплетал заботливо припасенный для него завтрак.

- Мадам Маршан заглядывала? Передайте ей мои лучшие пожелания, солнышко мое. Ее выпечка бесподобна. Без изысков, как у месье Вателя, но неизменно вкусная и свежая. И молоко... - месье Бонтан облизал образовавшиеся вокруг губ белые усы и дожевал оставшийся кусочек круассана с истинным наслаждением, написанным на его лице.

- Душа моя, Вы только не волнуйтесь, этот месье де Виллем страшный путаник, запутался сам, запутал Вас, вот Вам и показалось, что он приходил за рубашками для короля, - объяснял Бонтан, пережевывая нежное мясо с куриной ножки, - Я не взволнован, это Вам показалось, ангел мой. Да вот забегался, запыхался... будь неладна эта лестница... ну почему, почему этот де Виллем каждый раз отводит нам комнату на третьем этаже, а не в том же крыле, где и королевские покои? Я видел прекрасную комнатку главного садовника, она окнами выходит как раз в оранжерею.

Обернувшись к супруге, устроившейся с шитьем на табурете возле окна, Александр уловил ее сочувственный взгляд и расплылся в улыбке.

- Да что там... не так уж часто мне приходится подниматься... а вид из окна какой... ни у кого такого нет... Вы отсюда поди что всю Лужайку видите... и конюшни, отсюда видны... - лицо Бонтана вытянулось в удивленном "о", - Вы видели? О, какая неосторожность, - произнес он шепотом и отстранил от себя тарелку с едой.

А кто еще мог видеть отъезжающую из Фонтенбло пару? Мушкетеры на дорожных кордонах, видели ли они короля и графиню? Или влюбленные беглецы проехали тайными тропами? Так вот отчего князь Ракоши так понимающе отнесся к подмене короля, он и его свита также выезжали верхом нынче утром, и кто может поручиться за то, что они не пересеклись с Его Величеством и Ее Светлостью в дороге.

- О, какая неосторожность, - протянул Бонтан еще раз и развернулся спиной к столу, - Соланж, солнышко мое, ни одной душе об этом не говорите. Это не просто личная тайна. Это государственная тайна, - произнес камердинер Его Величества выпучив глаза и сдвинув кустистые брови к переносице, - Все во дворце уверены в том, что король сейчас находится в своей опочивальне. И более того, все уверены, что Его Величество хворый. Понимаете, какой переполох тут произойдет, если станет известно... лучше даже не говорить об этом вовсе.

Приложив палец ко рту, Бонтан подошел к двери едва ли не на цыпочках и осторожно приоткрыл ее, проверяя, не подслушивал ли кто в коридоре. Убедившись в полном отсутствии свидетелей, он прикрыл за собой дверь и подошел к супруге. Он поцеловал ее в шейку возле самого ушка, поправил выбившуюся из прически прядку волос и погладил ее склоненную над шитьем голову. Тонкая игла поблескивала в длинных изящных пальчиках Соланж, протягивая нить в белоснежную ткань батистовой рубашки. Какое-то время месье Бонтан тихо любовался работой супруги, дожидаясь когда она будет завершена.

// Дворец Фонтенбло. Приемная и кабинет Его Величества. 3 //

7

Отправлено: 08.08.12 17:47. Заголовок: Так и есть, лучшего ..

Так и есть, лучшего подтверждения догадке Соланж о очередной выходке молодого короля и не сыщешь. Она едва сдержала смех, видя, с каким видом ее обожаемый Александр проверил, не подслушивали ли их, и предупредил любые вопросы супруги, назвав побег короля и его возлюбленной государственной тайной. Ну да как же, величайший секрет Франции был поведан единственному Бонтану.

- Единственный и незаменимый, - смеясь подшутила над мужем мадам Бонтан, откладывая готовую рубашку в сторону, - Его Величеству следовало бы повысить Вам жалованье, мой дорогой супруг. Ведь хранимые Вами тайны стоят целых провинций. Ну, не хмурьтесь же так. Я не собираюсь никому рассказывать о увиденном. Даже мадам Маршан, обещаю Вам, Александр. Вы можете быть спокойны. Что я видела, то видела. Это могли быть в конце концов кто угодно... князь Ракоши с той молоденькой фрейлиной, за которой ухаживает Ваш юный маркиз. Их видели кстати... покуда я перекладывала свежевыстиранное белье в гардеробной Ее Величества, одна из камеристок заметила как бы между прочим, что видела в оранжерее "самого короля прогуливавшегося у фонтана с фрейлиной", - Соланж довольно похоже передразнила шепчущую страшный секрет служанку королевы, смешно вздернув носик, так что он сморщился и стал вдвое меньше, - Вряд ли она знала, что Его Величество если и прогуливается с кем-то, то вдали от Фонтенбло. Так значит, Ваш маркиз бодр и весел? Вот его рубашка.

Встряхнув новенькую рубашку, предназначенную для непоседы де Виллеруа, мадам Бонтан аккуратно сложила ее, так чтобы она измялась пока месье Бонтан донесет ее вниз в королевские покои. Внимательно посмотрев мужу в глаза, Соланж без труда поняла, что Александру было не до шуток и тайна отъезда короля дорогого стоила. Она погладила волосы мужа, убирая их со лба и поцеловала, мягко и успокаивающе.

- Не волнуйтесь, любовь моя, я запру дверь на замок, как Вы просили. И открою только Вам одному. Свои обязанности у королевы я уже выполнила на сегодня, так что выходить мне никуда не потребуется. Обещайте же мне не изводить себя заботами. И ни слова о Его Величестве, - она приложила пальчик к губам, как будто бы запечатывая их, а потом точно также приложила его к губам Бонтана, - Ни слова более, Александр. Вам нужно спешить, мало ли что успеет натворить этот юноша.

8

Отправлено: 12.01.13 19:55. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Кабинет Его Величества. 4 //

Бонтан уже в который раз за день совершал подъем по темной лестнице, считавшейся до недавнего времени заброшенной и никем не используемой из-за темноты и неудобного расположения вдалеке от парадных покоев. Как ни удивительно, но благодаря именно этим же качествам, эта лестница вдруг обрела необычайную популярность. По пути на третий этаж Бонтан был занят обдумыванием вступления, с чего начнет объяснения внезапного отъезда, когда едва не сшибся лбом со спешившим вниз слугой в богатой новенькой ливрее украшенной эмблемами виконта де Во, попросту говоря беличьими хвостиками.

- Прошу прощения, месье Бонтан, - прося прощения мужчина не молодых уже лет, но на вид не старше самого Бонтана, отвесил уважительный поклон, на что королевский камердинер ответил всего-лишь рассеянным кивком головы.

Мало ли отчего этому малому вздумалось воспользоваться забытой лестницей, кажется, покои господина Фуке находились в том же крыле дворца, что и покои герцога Орлеанского? Бонтан не придал бы большого значения этой случайной встрече, если бы не странное обстоятельство, намертво запечатлевшееся в его памяти - панталоны мужчины на коленях были изрядно протерты и испачканы в штукатурной пыли. С чего бы такая небрежность, задался вопросом камердинер, подумав о том, что обычно полотеры не носили таких богатых ливрей.

- Месье Бонтан, Вы должно быть не узнали меня, я Картье, Огюст Картье. Я уже сватался к Вам, то есть к Вашей кузине.

- А, да, помню, помню, месье, - ответил Бонтан на ходу, не слишком обрадованный задержке.

- Вы бы замолвили за меня словечко, а? Месье Бонтан, я состою на службе у месье Фуке вот уже три года. И дела мои идут хорошо. К будущему году месье суперинтендант обещал мне солидную пенсию и я смогу обзавестись собственной лавкой в Париже.

- Рад за Вас, месье, - не оборачиваясь буркнул Бонтан, поднявшись на последний лестничный пролет перед третьим этажом.

- Так я надеюсь на Вас, месье Бонтан. Огюст Картье. Порекомендуйте меня господину управляющему герцога, чтобы он дал согласие на брак.

- Как только представится случай, месье, - ответил Бонтан и махнул рукой, ему было совершенно не до устройства матримониальных дел своей кузины, которая к тому же никогда не говорила с ним о перспективах брака с неким месье Картье.

Пройдя по узкому темному коридору ничем не напоминавшему о том, что он был частью того же дворца, что и анфилады королевских и гостевых покоев богато декорированных и обставленных  роскошной мебелью, Бонтан достиг двери в свою комнатку и тихо постучал, вспоминая, с чего собирался начать разговор об отъезде.

- Солнышко мое, - начал он с глубокого вздоха, как только перед ним открылась дверь, - Но как же Вы открыли мне, даже не испросив, кто там? Я же просил Вас, мадам, быть осторожной и не открывать никому. Ну да к делу. У меня есть всего несколько минут, чтобы собраться к отъезду. Увы, меня вызывают. В Версаль, - добавил он шепотом, многозначительно сдвинув кустистые брови к переносице, - К завтрему надеюсь вернуться. Но я сильно беспокоюсь из-за того, что во дворце поселят басурман. Обещайте мне, что не впустите никого и не станете ходить по дворцу в одиночку. Не позвать ли Вам мою кузину, чтобы она заночевала сегодня здесь? Все же и компания, и не страшно вдвоем.

9

Отправлено: 14.01.13 17:37. Заголовок: - Да как же, сударь,..

- Да как же, сударь, разве я не узнаю Вас по Вашему стуку? - смеясь ответила Соланж и потянула мужа за руку к окну, - Дайте же взглянуть на Вас, месье, а то ведь я того и гляди позабуду, как хмурятся Ваши брови, как надуваются щеки, когда Вы хотите сказать что-то важное. Ну же, Александр, отчего Вы так взволнованы?

Мадам Бонтан поставила мужа стоять в центре комнаты, подхватила с сундука незаконченное шитье и приложила его к широкой спине Бонтана. Расправив одной ей видимые складочки на батистовой сорочке, скромной, но достаточно просторной, чтобы месье Бонтан не ощущал стеснения ни в плечах, ни в округляющемся животе.

- Вот почти и готова... слава богу, что сегодня у меня выдалась минутка, чтобы заняться и Вашими рубашками, сударь. А что же до осторожности, то клянусь Вам, я сидела тихо как мышка и не впускала никого. Стучались раз или два, но тот стук был не Вашим, ну совсем нет. Наверное кто-то из прислуги искали Вас. А более никого. Но что же Вас так беспокоит, мой дорогой?

Покуда Соланж говорила, она прикалывала тонкую материю булавками на манекене, служившим ей моделью и для королевских рубашек и для мужниных. Для шитья на месье Бонтана, белошвейка отстегивала стягивавшие болвана ремни и разводила части его фигуры, позволяя манекену заметно полнеть ровно под размеры ее мужа. Мерки месье Бонтана мадам Бонтан аккуратно замеряла каждое первое субботнее утро месяца и записывала в маленькую книжицу, в которой держала размеры и мерки своих именитых заказчиков, в том числе и самого короля.

- В Версаль? - всплеснула руками Соланж и едва не выронила мелок, которым ставила пометки на местах, где требовалось ушить стежки, - Боже мой, Александр, а как же... как же королевская свита? Вы что же, поедете совсем один? На дорогах так неспокойно. И как только королю, храни его Господь, пришло в голову пуститься в такую даль одному... да еще и с мадам. Ей то бедняжке не страшно в том заброшенном замке? А как же комнаты? Вы же говорили мне, что там совсем ничего нет. Где же Вы разместитесь на ночь?

В больших серых с голубым отливом глазах мадам Бонтан едва не появились слезы, когда она подумала о том, что ее дорогому Александру придется провести ночь на соломе в простылых конюшнях, а то и вовсе во дворе заброшенного замка. Сама мадам Бонтан никогда не бывала в Версале, но ее живое воображение рисовало ей картины одну мрачнее другой всякий раз, когда муж оставлял ее ради поездок туда вместе с королевской свитой ради охотничьих забав короля и придворных.

- Позвать Жанну? Но, сударь, Ваша кузина состоит на службе у Мадам, Вы же сами знаете, как подолгу их могут задерживать теперь. А если Месье и Мадам вздумается созвать у себя званный вечер или танцы средь ночи, а прислуге ведь придется оставаться с ними едва не до утра. Станет ли Жанна подниматься ко мне в такое позднее время, да уж скорее прикорнет у себя в комнатке, чтоб выспаться к утру. Но если Вы так желаете, - Соланж не договорила и чмокнула мужа в ершистую щеку, - То я лучше сама спущусь к Жанне после того, как отнесу Ее Величеству свежую перемену белья. Я проведу этот вечер и ночь у нее. А может и помогу в чем смогу.

10

Отправлено: 15.01.13 20:43. Заголовок: Бонтан стоял посреди..

Бонтан стоял посреди комнаты, послушно поднимая и опуская руки, позволяя мадам Бонтан подгибать и подкалывать сметанные части новой рубашки прямо на себе. Его круглые щеки и правда надулись, словно он набрал воздуху, чтобы высказать что-то важное, но после меткого замечания супруги он выдохнул и только проворчал про себя как не любит эти примерки и наметки, чем плохи его рубашки, которые всего навсего требуется слегка расшить в тех местах, которые Соланж подшивала прошлым летом.

- Да нет, же, ничего страшного. Но предосторожность не помешает. А кто же стучался? Не назвались? Ну да если меня искали, так ничего, найдут, коли надо будет.

Пока Соланж делала пометки, Бонтан аккуратно освободился от висевших на нем частей будущей рубашки, разложил их на постели, а потом занялся выуживанием из сундука дорожного костюма, чтобы переодеться к поездке. Волнение супруги по-немногу передавалось и ему самому, и требовалось напоминать себе, что письмо, написанное собственноручно королем, пришло к нему из Версаля, а значит, Его Величество благополучно достиг своей охотничей резиденции. К чему волнения? Но упоминание мадам, заставило Бонтана густо покраснеть и выпрямиться так резко, что кровь отлила от его щек и из багрового его лицо сделалось мертвенно бледным.

- Прошу Вас, солнышко мое, не говорите так громко о мадам... о том, с кем Его Величество уехали нынче утром, - попросил он шепотом, опасливо озираясь на стены и дверь, - Это большая тайна и никому не следует знать об этом. Даже я был бы рад, не знать... ведь мне пришлось лгать самой королеве-матери. А это тяжкий груз. Ее Величество оставалась в уверенности, что король лежит в своей постели с приступом мигрени, ну или чем-то подобным. А тут... Его Величество соизволил прислать письмо... Одно для меня. Одно для лейтенанта дАртаньяна. И одно для королевы. Не знаю, что там написано, но нам с маркизом лучше покинуть дворец и чем скорее тем лучше.

Одеваться собственноручно было обычным делом для людей, к сословию которых принадлежал Бонтан, но от спешки и волнения его пальцы путались в многочисленных пуговицах на жилете, то и дело застегивая неверную петлю. Повернувшись лицом к супруге, он беспомощно развел руками после очередной попытки правильно перезастегнуть ряд в две дюжины пуговиц и посмотрел на Соланж.

- Помогите мне, моя дорогая, я не справляюсь совершенно. Руки дрожат... Я буду спокойнее, если Вы будете с кузиной. Да и к тому же, ей не помешает Ваша добрая порука, мадам, - лицо Бонтана вновь приобрело обычную суровость, - Некий месье Огюст Картье домогается ее руки. Он спрашивал моей помощи. А ведь после смерти батюшки Жанны, я единственный ее опекун.

К чему опасаться неизвестного ему лакея, работавшего в штате виконта де Во, Бонтан и самому себе не смог бы объяснить. Ему не понравилось лицо и сноровка этого Картье, цепкий взгляд, руки, скорее знающие как обращаться с тонкими инструментами, чем со щетками. Был ли он действительно тем, за кого себя выдает? В штате суперинтенданта всякие люди встречаются, тот же Виллэм. Чего ради ему было выдавать себя за камердинера короля и рыться в сундуках Бонтана, если не выискивать, не прятали ли там что-то важное.

- Он на службе у месье Фуке, - подытожил свои опасения Бонтан, многозначительно сдвинув кустистые брови к переносице, - И это само по себе настораживает.

11

Отправлено: 16.01.13 20:42. Заголовок: Секреты, будь они ко..

Секреты, будь они королевские или личные кого-нибудь из ее подруг, прислуживавших во дворце, никогда не жгли язычок Соланж и не причиняли ей особых беспокойств. Если она и прислушивалась к ним, то только в пол-уха и затем скоро забывала напрочь. Но опасения мадам вызвал шепото мужа, когда он напомнил ей о секретности того, как и с кем проводил ночь и утро Его Величество. Обманывать супругу было делом нехорошим в глазах мадам Бонтан, будь то король или младший чистильщик конюшен, но у всех были свои причины для поступков и далеко не все женились с чистой совестью и по сердцу, как ее благоверный месье Бонтан. Так что сама Солнаж не брала ничью сторону, узнавая о неблаговидных поступках придворных дам и кавалеров. Единственное, что внушало ей опасения и заставляло читать отдельные молитвы перед сном, это то, что не по своей воле муж ее был вовлечен во многие личные дела короля, а может быть и того хуже в государственные. При одной только мысли о том, что окромя шалостей и романтики вокруг королевской особы происходили и вещи посерьезнее мадам Соланж делалось не по себе.

- Александр, Вы о чем-то не договариваете, - укоризненно сказала мадам Бонтан, помогая мужу застегнуть две дюжины пуговиц на дорожном жилете, - А ведь отправляетесь в путь один и не в Вашей форменной ливрее, по которой каждый узнал бы в Вас слугу короля. Значит, это что-то по-важнее простого побега Его Величества? Да? - острый взгляд изучал лицо мужа, - Ну не говорите, если нельзя, я не стану расспрашивать. Только учтите, сударь, спокойной эта ночь для меня не будет. Даже если я и проведу ее со всей Вашей родней и под присмотром целой роты гвардейцев.

Она наскоро прошлась щеткой по утепленному дорожному плащу, на вид изрядно поношенному и старому, и накинула его на широкие плечи Бонтана. Расправила складочки и поправила воротник, который супруг ее невесть зачем любил щегольски поднимать вверх, в то время как это был простейший отложной вортник.

- Вот так, мой дорогой. Хотя, может оно так и нужно... кто станет нападать на простолюдина в старом плаще? Надеюсь... - она лукаво улыбнулась, вспомнив о сверх секретности предстоящего предприятия, - Тот, кто отправится вместе с Вами, будет одет Вам под стать и не станет брать с собой дорогие шляпы с пряжками на миллион ливров? Не поверите, сударь, но в людской вчера вечером только и говорили, что костюме вышитом драгоценными камнями, который наш дорогой маркиз умудрился изодрать о кусты и промочить насквозь.

Ворчания Бонтана насчет месье Картье Соланж приняла за чистой воды снобизм, свойственный Александру как и всей личной прислуге королевского дома, которые хоть и не обладали титулами, но находились в таком высоком положении, что считали себя вправе судить о достоинствах других по их происхождению и состоянию.

- А что такого с этим месье Картье? Мне он вовсе не показался неприятным. Хваткий, этого у него не отнять, но ведь другим и не пробиться при дворе. Вы исключительны, мой дорогой, - она ласково поцеловала мужа в колющуюся щеку, - Но где же бедняжке Жанне сыскать второго такого? Ну вот Вы и готовы. Не хотелось бы отпускать Вас с такими щеками, сударь, но они очень даже в тон Вашему наряду... это ведь часть маскарада? - сказав это, Соланж звонко рассмеялась и повертела маленьким зеркальцем перед насупленным лицом мужа.

12

Отправлено: 17.01.13 21:29. Заголовок: Ох, сколько бы он от..

Ох, сколько бы он отдал за то, чтобы не оставлять в эту ночь его милое солнышко, королевская воля нерушима и ей подвластно все, но куда деваться от волнения за спокойствие супруги? Бонтан смотрел на укоризненное лицо жены и его кустистые брови хмурились все больше.

- А я хотел попросить Вас не беспокоиться этой ночью, - наконец ответил он, отдергивая полы камзола, - А просить значится не имеет смысла. Но право слово, о чем тут волноваться? Версаль всего в трех часах езды. Мы с маркизом будем там еще до вечера. И уж поверьте, никому и в голову не придет остановить нас... а на дорогах всюду королевская гвардия. Нам ничто не может грозить. Ну проведем ночку в том замке... да что же, впервой что-ли? К тому же, мне эта поездка полезна вроде инспекции. Не забывайте, мадам, отныне Вы супруга главного королевского управляющего королевскими резиденциями.

Важно выпятив грудь, Александр услыхал пассаж о драгоценном королевском костюме для маскарада, который был обращен в лохмотья всего навсего за один вечер. Что и говорить, он был весьма расстроен потерей такого драгоценного платья из гардероба Его Величества, а уж сколько ему еще придется выслушать от месье Кольбера, когда он представит ежемесячный доклад со счетами на гардероб и личные нужды короля. Все что этот вечно насупленный и суровый счетовод не смел высказать напрямую Его Величеству, приходилось выслушивать Бонтану.

- Я должен поспешить, мое солнышко, а то ведь и впрямь наш маркиз умудрится выбрать для себя очередную дорогую обновку, которая если не ударила по королевской казне, то изрядно опустошила кошель герцога де Невиля. Пускать этого молодца верхом да на большую дорогу в роскошных нарядах чревато. А что, позвольте, приятного Вы находите в этом месье Картье? - недовольно спросил Бонтан, уворачиваясь от дразнившей его супруги, - Оставьте же, душа моя, мои щеки еще не столь безнадежны... а перед ужином в Версале я успею побриться начисто. Уж кувшин горячей воды я сумею истребовать с тамошнего управляющего. А бритвенный набор я уж уложу в телегу с остальными вещами и переменой белья.

Отобрав самые необходимые инструменты для себя самого и те, которыми он мог бы воспользоваться, случись кому-то из высоких гостей короля и графини оказаться в Версале без личного камердинера, Бонтан захлопнул крышку маленького сундучка. Вместительный ящик был достаточно мал и удобен для перевозки, но здорово оттягивал руку. У Бонтана были все резоны, чтобы благодарить небо за то, что королю пришло на ум вызвать не только его одного, но и целую подводу с необходимым для устроительства приема скарбом. И провизией.

- Бог мой... эдак я с Вами заговорюсь совсем, солнышко мое! - воскликнул Бонтан, - А мне ведь еще распорядиться надобно, чтобы собрали провизии на вечер и к завтраку... что там в том Версале сыщется то кроме пары захудалых кроликов, не успевших попасть в обеденный котел Годара? Ну все, все, душа моя, отпускайте меня. И обещайте... - его взволнованные очередным расставанием с супругой глаза искрились невысказанной тревогой и нежностью одновременно, - Нет, не обещайте мне, но уж позаботьтесь о себе. И ради бога, не вздумайте ослушаться меня, проведите эту ночь у Жанны.

// Фонтенбло. Конюшни и каретный двор. 3 //


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Комната Александра Бонтана. 2