Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

    ГостямСобытияРозыскНавигацияБаннеры
  • Добро пожаловать в эпоху Короля-Солнца!

    Франция в канун Великого Века, эпохи Людовика XIV, который вошел в историю как Король-Солнце. Апрель 1661, в Фонтенбло полным ходом идет празднование свадьбы Месье и Мадам. Солнечные весенние деньки омрачает только непостоянство ветров. Тогда как погода при королевском дворе далеко не безоблачна и тучи сгущаются.

    Мы не играем в историю, мы записываем то, что не попало в мемуары
  • Дата в игре: 5 апреля 1661 года.
    Суета сует или Утро после неспокойной ночи в Фонтенбло.
    "Тайна княжеского перстня" - расследование убийства и ограбления в особняке советника Парламента приводит комиссара Дегре в Фонтенбло.
    "Портрет Принцессы" - Никола Фуке планирует предложить Его Высочеству герцогу Орлеанскому услуги своего живописца, чтобы написать портрет герцогини Орлеанской.
    "Потерянные сокровища Валуа" - секрет похищенных из королевского архива чертежей замка с загадочными пометками не умер вместе с беглым управляющим, и теперь жажда золота угрожает всем - от принцесс до трубочистов.
    "Большие скачки" - Его Величество объявил о проведении Больших Королевских скачек. Принять участие приглашены все придворные дамы и кавалеры, находящиеся в Фонтенбло. Пламя соперничества разгорелось еще задолго до начала первого забега - кто примет участие, кому достанутся лучшие лошади, кто заберет Главный приз?
    "Гонка со временем" - перевозка раненого советника посла Фераджи оказалась сопряженной со смертельным риском не только для Бенсари бея, но и для тех, кому было поручено его охранять.
  • Дорогие участники и гости форума, прием новых участников на форуме остановлен.
  • Организация
    Правила форума
    Канцелярия
    Рекламный отдел
    Салон прекрасной маркизы
    Библиотека Академии
    Краткий путеводитель
    Музей Искусств
    Игровые эпизоды
    Версаль
    Фонтенбло
    Страницы из жизни
    Сен-Жермен и Королевская Площадь
    Парижские кварталы
    Королевские тюрьмы
    Вневременные Хроники
  • Наши друзья:

    Рекламные объявления форумных ролевых игр Последние из Валуа - ролевая игра idaliya White PR photoshop: Renaissance
    LYL Реклама текстовых ролевых игр Мийрон Зефир, помощь ролевым

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Внутренний Сад и Розарий. 3


Дворец Фонтенбло. Внутренний Сад и Розарий. 3

Сообщений 21 страница 30 из 30

1

02.04.1661

https://a.radikal.ru/a27/1902/01/a3d257aaff58.png

    В глубине дворца Фонтенбло находился небольшой внутренний сад и розарий. Садовые дорожки, укрытые от посторонних глаз, были излюбленным местом для уединенных прогулок короля и изредка для членов королевской семьи. Единственным, пожалуй, местом, где их не беспокоили взгляды многочисленной придворной знати.

    Сюда можно было попасть из личных апартаментов Его Величества короля, Её Величества королевы, Его Высочества принца Орлеанского и Её Высочества принцессы Орлеанской. Только окна апартаментов Её Величества королевы-матери выходили на противоположную часть дворца, давая прекрасный вид на Большую Лужайку.

21

Отправлено: 03.07.12 19:20. Заголовок: Предложение поднять ..

Предложение поднять бокалы за новый тост, прозвучавшее из уст маркиза, оправдало наихудшие опасения мадемуазель де Монтале. Она еще не успела справиться с первой порцией превосходного вина из королевских погребов, а незаметный господин камергер уже долил его снова до самых краев. Впору побледнеть от опасного предчувствия, но от постыдного проявления слабости Ору спасли слова Франсуа.

- Я, право же… Ну что Вы, дорогой маркиз, что такого невероятного в нашем знакомстве? Признаю, оно началось не совсем обычно, но разве, узнав Вас ближе, с Вами можно не дружить? Так что если кому и повезло, причем и в самом деле совершенно невероятно, так это мне, ведь всего за один день мне удалось встретить столько замечательных друзей.

Меж тем, таинственные манипуляции Ракоши с водой, бьющей из фонтана, так заинтриговали любопытную фрейлину, что она почти не зарумянилась, услышав столь лестный для себя тост. Неужто у мадьяров принято запивать еду родниковой водой? Какой полезный обычай. Она уже было собралась робко поинтересоваться, нельзя ли и ей сменить хмельной напиток на чистую струю, когда князь, будто угадав ее пораженческие мысли, протянул ей полный бокал с тем же понимающим взглядом, с каким до того переставил поближе к девушке вазу с засахаренными сладостями.

- Благодарю Вас, Фе… Ваше Высочество, - торопливо поправилась Монтале, принимая княжеский дар с торжественным таким видом, будто в бокале плескалось самое лучшее из вин королевства. Она хотела было добавить что-нибудь еще, чтобы изящнее выразить свою признательность за столь неожиданный знак внимания, но Ракоши уже пустился в цветистое объяснение своего поступка, и Ора, в голове у которой уже слегка шумело после первого тоста, не сумела удержаться от звонкого смеха.

- Да полно вам, господа. Я ведь, паче чаяния, загоржусь собой после всех этих прекрасных слов в мою скромную честь. Тем более, на второй день нашего знакомства, когда у меня и времени-то еще не было, чтобы доказать Вам, как я умею дружить, – она покачала кудрявой головкой, с улыбкой глядя на молодых людей. - А ведь теперь придется, чтобы не обмануть ваших ожиданий. Но я обещаю очень и очень стараться, чтобы не разочаровать вас в моей дружбе. За дружбу! Пусть она и в самом деле принесет нам всем удачу.

Дерзко осушив бокал до дна (что, прямо скажем, не составило большого труда), Монтале со звоном опустила его на поднос. Вообще-то, она собиралась тихонечко поставить его на место, но не рассчитала. Где-то наверху скрипнула ставня, заставив Ору призадуматься над тем, чьи окна выходят в этот уютный уголок. За то, что ее увидят в мужской компании из окон Мадам, Месье или королевы Марии, она не опасалась, потому что все три маленьких двора собрались сейчас далеко отсюда, в парке. Но и прислуга могла быть болтлива, а Оре очень не хотелось бы, чтобы по замку пошел слух о том, что их с Луизой (а точнее, ее без Луизы) видели в розарии в обществе короля и его мадьярского кузена.

Но и правда, где же Лавальер? Неужели и вправду за ними прислала герцогиня, и Луиза отправилась на лужайку, забыв ее предупредить?

- Ой нет, дайте-ка я постучу по дереву, мой князь, чтобы Мадам не вспомнила о нас так быстро, - она укоризненно взглянула на Ракоши, не желая даже и думать о таком повороте событий. - Не знаю, как Луизе, а мне совсем не хочется отправляться перед грозные очи королевы-матери и под присмотр мадам де Лафайет. И дело даже не в том, что здесь нас ждет вкусный обед. Просто таких развлечений нам хватало и в Блуа, и скажу Вам честно, не так уж они веселы. Когда за тобой присматривают в дюжину суровых глаз, веселиться особо не хочется, и даже самые лучшие пирожные не в радость. К тому же, в присутствии королев нам придется стоять на ногах невесть сколько времени, а Луиза вчера подвернула ногу, ей бы, по хорошему, лежать надобно. Может, она потому и задерживается, что к больной ноге холодный компресс прикладывает.

Тревожная складочка пролегла между бровей мадемуазель, но вмиг разгладилась при виде Бонтана с новой порцией угощений и, главное, с графином воды.

– О господи, Франсуа, Вы решили сразить нас королевской щедростью! – при виде варенья Ора радостно захлопала в ладоши, предвкушая сладкое удовольствие, привлекавшее ее, пожалуй, больше жареных фазанов и соленых устриц. – Может быть, я зря пожелала Вам скорейшего освобождения от тягостной короны? Согласитесь, ради такого обеда можно и помучиться немного.

Приняв из рук Бонтана бокал с водой, Ора подняла искристые глаза на Ракоши.

– Ну что же, князь, теперь Ваша очередь. Вы ведь не будете возражать, если и за Ваш тост я подниму не вино, а воду? Нет, я знаю, что не будете: Вы явно настроены спасать меня из всех мыслимых и немыслимых бед, как и положено благородному рыцарю. Утопление в грязи, демон опьянения, право же, даже и не знаю, от какой еще опасности Вы могли бы меня избавить. Остается только дракон.

Едва последнее слово сорвалось с язычка мадемуазель, как ей тут же захотелось его прикусить. Не говорил ли ей Франсуа, что должен был танцевать Дракона во вчерашнем балете? Или нет, кажется, Дракона собирался танцевать король? Так или иначе, вышло неловко. К счастью, в глубине сада захрустел гравий, и родной голос воззвал к ней из-за кустов: «Ора! Орочка!»

- Мы здесь! – отозвалась Монтале, немедля светлея лицом. – Мы здесь, иди сюда скорее.

Луиза не заставила себя ждать, появившись из-за поворота почти бегом. Увидев выражение лица подруги, Ора похолодела, предчувствуя, что случилось что-то нехорошее, от чего даже князю Ракоши не удастся их спасти.

- Господа, простите, что так задержалась! – Лавальер чуть дышала, видно было, что бежала и по лестнице, и по саду. – Ора, милая, горничная сказала мне, что приходил лакей от маркизы де Тианж, нам велено немедленно присоединиться к свите Мадам.

- О, - личико Монтале вытянулось от расстройства, и она беспомощно посмотрела на молодых людей. – И что же нам делать? Ну же, господа опытные царедворцы, скажите двум бедным провинциалкам, дозволительно ли нам не выполнить высочайшее повеление или задержаться чуточку с его выполнением, сделав вид, что мы его не получили? А ты видела этого лакея? – повернулась она к Лавальер.

Та отрицательно покачала головой.

- Нет, и он меня не видел, а наши горничные сказали ему, что не знают, куда мы девались. Но Ора, он приходил дважды!

Последнее слово было произнесено с таким выражением, что сомневаться не приходилось: долг указует Луизе единственный верный путь, а дружба велит Оре следовать за ней, чтобы избавить подругу от необходимости в очередной раз лгать ради нее.

22

Отправлено: 05.07.12 00:48. Заголовок: Воды? Глаза Франсуа ..

Воды? Глаза Франсуа расширились от удивления, настолько неожиданным и необычным показалось ему предложение князя Ракоши пить воду из фонтана в честь дружбы с Орой. Усмотрев было в этом ничто иное как насмешку над его сердечными излиянимя, маркиз густо покраснел, но ни в голосе, ни тем более во взгляде Ференца не было и тени издевки. Напротив, князь подал еще один наполненный водой кубок Оре и весело поддержал тост за нее и за их общую удачу.

Смешавшись, Франсуа машинально осушил свой бокал, а когда решился поднять глаза на смеющихся Ору и князя, то не мог не рассмеяться с ними за компанию. Вино приятно согревало изнутри и пощипывало гортань, по вкусу оно совсем не было похожим на ту адскую смесь, которой его угощали мушкетеры у себя в казармах. Это вино веселило и его хотелось пить еще, и при этом Франсуа успел почувствовать как под ложечкой остро засосало, напоминая ему о просыпающемся голоде. Взгляд маркиза как раз ухватил вазу с засахаренными фруктами, которая стояла рядом с Орой, и де Виллеруа нацелился на щедро политую карамельным сиропом грушу, усыпанную сахарной пудрой смешанной с толчеными орешками. Такое искушение не могло долго терзать совесть молодого человека и он, решив, что если не можешь противостоять злу, то попросту уничтожь его, вонзил длинную серебряную вилку в грушу и разрезал ее на две половинки. Одну часть он положил на тарелочку для Оры, другую с чувством абсолютно выполненного долга перед совестью и законами рыцарства, положил перед собой и поглотил в один укус, не долго любуясь ее красивыми карамельными боками.

- Объеденье! Попробуйте, Ора, Вам непременно понравится, - не удержался маркиз от восклицания и потянулся за второй порцией, справедливо сочтя, что если Ора отставала от него по скорости поедания груш, он мог продолжить борьбу с искушениями, переключившись на соседствовавшие с грушей персики.

- А что с мадемуазель Луизой и в самом деле? - подключился в разговор Франсуа, едва успев доесть второй персик.

Веселый звон бокала, поставленного Орой на поднос, отчего-то рассмешил Франсуа и он сам не зная почему расхохотался. Однако, заметив, вдруг посерьезневшее лицо Оры и ее укоризненный взгляд, брошенный на князя, Франсуа поперхнулся и подавил смех, закашлявшись в кулак. А в самом деле, пока он тут уплетает за обе щеки сладости, может быть Луизе требуется их помощь? Может, она заблудилась и из-за своей непомерной скромности не решается позвать на помощь? Но услыхав шутливое предположение князя о срочном вызове обеих подруг к Мадам, Франсуа почти в один голос вместе с Орой протестующе воскликнул:

- Ой нет, что Вы, Ваше Высочество! Только не это! Мы только начали веселиться, - маркиз замялся, подыскивая правильные слова, в голове как ни странно не оставалось ни одной серьезной мысли, сплошь веселье и шутки, и вместо того, чтобы вспоминать о долге и обязанностях фрейлин Ее Высочества, хотелось вытворить что-нибудь веселое и шумное! А вот бы позвать в оранжерею музыкантов! Вот если бы князь Ракоши пригласил своих друзей из табора и те сыграли бы для них на скрипках. А если еще и устроить танцы прямо на садовых дорожках! Ну и пусть, что королевские туфли слегка велики и при ходьбе Франсуа приходилось нелепо поджимать пальцы, чтобы туфля не дай бог не свалилась с ноги, оставшись посреди сада.

Но как только фантазия маркиза унесла его в танцевальных па далеко от весело журчащего фонтана, как голос Луизы, раздавшийся из-за кустов, вернул его к действительности.

- О, мадемуазель Луиза! А мы тут! Идите же к нам скорее! - повторил следом за Орой Франсуа.

Поведанная Луизой новость опечалила маркиза так, как не смогли бы ни грозы, ни сотни сорванных балетных премьер. Их звали на пикник. Если бы в эту самую минуту персик, надкусанный Франсуа оказался бы вместо сладкого горьким с гнильцой, он бы и не заметил того, расстроенный принесенной новостью.

- Но мы же только еще... но разве... - он едва не прошептал сакраментальное "что делать?", но осекся.

Дружба дружбой, но ему не следовало злоупотреблять ей и уговаривать девушек остаться дольше. Но если бы только Ора решила остаться на немножко дольше! Франсуа не смел произнести ни слова, зато его глаза умоляюще смотрели на девушку, прося отложить исполнение долга не чуточку. Маркиза де Тианж прекрасный человек и настоящая придворная дама, наверняка она сумеет найти правдоподобное оправдание для опоздания девушек.

- А... а что если Вы скажете мадам де Тианж, что разобрав кружева Мадам, Вы захотели посмотреть на дворцовую часовню и помолиться за здоровье Ее Величества и будущего наследника? - покраснев  выпалил Франсуа в ответ на вопрос Оры.

Сознавая, что подговаривает подруг на ложь и святотатство, он тотчас же скрестил пальцы за спиной и мысленно пообещал Деве Марии и Святому Франциску, что сам пойдет в часовню и прочтет десять Аве и помолится за здоровье королевы и за спасение душ Оры и Луизы, чтобы эта маленькая ложь не засчитывалась им во грех.

// Дворец Фонтенбло. Кабинет Его Величества. 4 //

23

Отправлено: 05.07.12 21:13. Заголовок: Звон лихо опущенного..

Звон лихо опущенного на поднос бокала заглушил другой менее громкий звон, раздавшийся над их головами, но последовавший за ним скрип захлопываемой ставни привлек внимание Ференца. Он поднял голову и взглянул наверх, переглянувшись с маркизом и затем с Орой. Кто-то мог не только услышать их голоса, но и разглядеть их компанию, обедавшую у фонтана в самом сердце королевской оранжерени. Но кто бы то ни был, вряд ли ему или ей достанет глупости судачить о неподобающем поведении короля. Кто еще мог быть в оранжерее в этот час, когда весь двор веселился на пикнике или в парке?

Отпустив беспокойство, Ференц подмигнул Оре и наполнил собственный бокал вином, уверившись, что Бонтан исправно подливал воды в кубок мадемуазель. Невидимый и деятельный королевский камердинер успел принести вторую партию закусок вместе с вазочкой соблазнительно пахнущего варенья и даже захватил с собой графин воды. Он умел оценивать ситуацию этот Бонтан, и умел служить своему господину.

- Мой тост, дорогая Ора? За победу над драконом! - он подхватил шутку де Монтале, не задумываясь над возможным подтекстом, и только внезапно оборвавшийся смех Оры заставил его подумать о двусмысленности этого тоста. Победа над маркизом, ведь это была его роль в балете? О да, он был бы не прочь сразиться с Франсуа в честном соперничестве, как жаль, что времена турниров безвозвратно ушли, а дуэли не принято воспринимать как товарищеский поединок рыцарей во имя прекрасных дам... впрочем, и прекрасные дамы вряд ли искали доказательства почитания их рыцарей в дуэльных поединках.

- Лучше поднимем бокалы за здоровье короля и за то, чтобы его как можно дольше удерживало его... внезапное счастье, а мы могли бы наслаждаться как можно дольше внезапной компанией!

Кажется, и он позволил себе лишнее, но что сказано, то сказано, поздно было обращать слова в шутку или пытаться загладить сорвавшееся откровение. Ференц залпом выпил содержимое своего бокала и тряхнул кудрями, упавшими на лоб. Ба! Да это же мадемуазель Золотое Сердце!
Кто-то звал де Монтале из-за кустов и это несомненно была Луиза де Лавальер. Князь весело рассмеялся и подцепил кончиком кинжала румяный засахаренный персик из вазы с фруктами.

- К нам, мадемуазель Луиза! Мы уже заждались Вас. А как горят нетерпением эти восхитительные фрукты! Вы бы только знали!

Лицо подошедшей к ним мадемуазель де Лавальер было таким испуганным, что Ференц невольно обернулся, не стояло ли за их спинами чудовище или, что хуже всего, мадам де Лафайет собственной персоной.

- О нет, - прошептал Ференц вслед за не менее изумленными и расстроенными Франсуа и Орой, - Я накликал... вот незадача то.

Не смотря на робкую попытку Оры отговорить подругу от немедленного исполнения приказа и задержаться в компании молодых людей, Луиза не соглашалась и только покачала головой.

- А в самом деле, милые дамы, отчего не принять предложение маркиза? - оживился Ференц, услышав идею, внезапно осенившую де Виллеруа, - Что может быть предосудительного в желании посвятить досуг молитвам во здравие королевы и будущего наследника? Со своей стороны я готов, - увидев недоверчивую усмешку Оры, Ференц поспешил поправиться, - Нет, конечно же, я не выступлю в роли Вашего свидетеля. Это будет равносильно признанию во всем что было и чего не было и в помине. Но я готов после обеда проводить Вас в часовню... поскольку маркиз пока еще связан долгом перед собственным королевским величеством.

Взглянуть только на удрученные лица обоих друзей и маркиза де Виллеруа и мадемуазель де Монтале, и князю уже хотелось придумать что угодно, только отвести надвигавшуюся грозу с их горизонта.

// Дворец Фонтенбло. Кабинет Его Величества. 4 //

24

Отправлено: 06.07.12 23:27. Заголовок: Пожалуй, за три дня,..

Пожалуй, за три дня, до краев полных событий (добрых и не слишком), мадемуазель де Монтале впервые пала духом. Следовать зову долга и оставить Франсуа, которому она клятвенно пообещала скрасить тоску заключения? Невозможно.
Поставить Луизу в неловкое положение, вынудив честную сердцем подругу забыть о своих обязанностях ради удовольствия двух молодых людей, взиравших на девушек с мольбой и надеждой? Немыслимо.
Никогда еще муки выбора не были столь остры. Ора тоскливо вздохнула.

- Помолиться за здоровье королевы и будущего наследника в замковой часовне? Вы это серьезно? – сомнение в ее голосе было достаточно красноречиво. – Но сколько же, по Вашему, можно молиться? Не час же?

Лавальер возмущенно охнула, и Ора покраснела под ее обвиняющим взглядом.

- Прости, душа моя, это было нехорошо и не по христиански. Но в самом деле, поверят ли нам? Мадам де Лафайет первым делом спросит, отчего это мы так задержались в часовне, что посланец мадам де Тианж не застал нас аж два раза. Кстати, ты уверена, что он тебя не видел? И почему тебя так долго не было? Я уж решила, что ты заблудилась или отправилась на лужайку без меня, коварная.

Судя по тому, как порозовели нежные щечки Луизы, вопрос оказался неделикатным. Монтале уже было собралась перевести разговор на что-нибудь другое, чтобы избавить подругу от необходимости ответа и от заинтересованных мужских взглядов, но, к ее великому удивлению, мадемуазель Золотое Сердечко, смущенно теребя в руках тряпицу, в которой Ора узнала вчерашнюю повязку, выдавила из себя неожиданное признание.

- Я… только не сердись… я не пошла сразу в гардеробную. Мне надо было отойти. Увидеть одного человека. То есть, нет, даму, - Лавальер подняла на подругу полные раскаяния очи. – Я только на минуточку, правда, на одну минуточку забежала в покои мадемуазель де Монпансье, чтобы поблагодарить ее за вчерашнюю доброту. Но герцогини не было, и я сразу же бросилась назад. Тут Анжелин и сказала мне, что нас ищут.

Монтале лишь покачала головой, понимая, что журить Луизу бесполезно. Счастье, что Великой Мадемуазель не оказалось в замке, иначе обед, заботливо накрытый для них Бонтаном, так и не дождался бы двух подруг.

Однако признание Лавальер заронило в хорошенькую головку Оры мысль. Точнее, Мысль, с очень большой и толстой буквы.

- Ба, кажется, я знаю! – она торжествующе оглядела всю маленькую компанию и подмигнула молчаливому камердинеру, стоически дожидавшемуся исхода неожиданного кризиса. – Мы скажем, что пошли к герцогине де Монпансье вдвоем и ждали ее в приемной в надежде, что она вот-вот вернется, потому что ее прислуга не могла сообщить нам ничего вразумительного о месте ее пребывания. А потом, не дождавшись, вернулись и узнали о разрешении присоединиться к свите Мадам. Это даст нам добрых полчаса на то, чтобы отдать должное королевскому меню. Ну, как вам такая идея, господа. И дамы, - быстро добавила она, не желая, чтобы Лавальер подумала, что мнение маркиза де Виллеруа и князя Ракоши значит для нее больше, чем мнение лучшей подруги.

Глаза Ракоши озорно блестели, и Ора, никогда не отличавшаяся особым благочестием в отличие от Лавальер, неожиданно для себя добавила:

- А потом мы и вправду можем заглянуть в часовню, раз уж князь любезно согласился показать ее нам. В конце концов, искренняя молитва это еще лишние четверть часа на десерт.

Луиза колебалась, и Монтале, поймав ее за руки, потянула к себе.

- Ну же, ну же, дорогая! Не лишай нас всех такого удовольствия! Мы же не можем огорчить милейшего маркиза, так хорошо подготовившегося к нашей встрече.

Это был беспроигрышный аргумент, и коварная брюнетка прекрасно осознавала его силу: ни за что и никогда доброта Лавальер не позволила бы ей огорчить ни одну душу. Заглянув в растерянные глаза подруги, Ора засмеялась и вскочила на ноги.

- Идемте же, господа, не станем терять времени. Мадемуазель Лавальер согласна! Месье Бонтан, будьте так любезны проводить нас к столу: чем быстрее мы покинем сад, тем меньше поводов для беспокойства у Вас будет, ведь правда же?

// Дворец Фонтенбло. Кабинет Его Величества. 4 //

25

Отправлено: 07.07.12 20:16. Заголовок: Бонтан слушал предло..

Бонтан слушал предложения молодых людей одно другого невероятнее и немыслимее с каменным лицом, стараясь ни единым движением мускул лица не выражать свое неодобрение. Собственно, его мнением никто не интересовался, и как полагал сам королевский камердинер, это было лучшим для него самого и его совести. Его не спросили, он не ответил, а значится, когда до ушей Его Величества дойдут слухи о том, как весело его заместитель проводил время в его отсутствие, Бонтану можно будет промолчать, не оставляя неприятных комментариев вроде - я предупреждал, я же говорил и прочее. Воздев кустистые брови домиком во избежание слишком сурового или хмурого выражения на его лице, Бонтан как ни в чем не бывало подлил вина в бокалы месье и наполнил водой серебряные кубки для обеих мадемуазелей.

Исход краткого мозгового штурма был вполне предсказуем, правда, с поправкой на то, что Бонтан не ожидал, что окончательный план включит в себя саму Великую Мадемуазель. Вот это было ошеломляющей мыслью даже для видавшего виды королевского камердинера. Кто бы мог подумать, что в кудрявой головке очаровательной провинциалочки возникнет такая дерзкая идея. Бонтан посмотрел на де Монтале со смешанным выражением удивления и почтения к ней. Такая смелость и находчивость была нелишней при дворе и если юная фрейлина уже с первых дней была готова на такие уловки, то стоило присмотреться к ее успехам и в дальнейшем.
Впрочем, Бонтан не откладывал это решение в долгий ящик и то и дело смотрел на подруг, пользуясь тем, что друзья с удовольствием предались поглощению закусок, заедая отменное вино и чистейшую воду, и он мог не привлекая к себе внимания обходить вокруг них, прислуживая и подавая то одни, то другие яства. Де Монтале показалась Бонтану более живой и бойкой, чем ее подруга де Лавальер, все время предпочитавшая молчать и если и открывала рот, то только с тем, чтобы ответить на вопросы своей подруги.

Наконец, с закусками как и окончательным принятием плана было покончено. Бонтан молча поклонился на вежливую просьбу де Монтале проводить их к столу. Он взмахнул белой салфеткой и накрыл ей остатки фруктов вазе, чтобы они ненароком не сделались добычей ранних весенних мух.

- Я вас прошу пожалуйте за мной, дамы и господа, - церемонным тоном пригласил Бонтан и направился впереди процессии к дверям в королевский кабинет. Хорошо, что маркизу не пришло в голову пригласить своих новоиспеченных подруг и Его Высочество князя Ракоши прямо в королевскую опочивальню. От Бонтана не укрылось то, как ярко заалели щеки скромницы де Лавальер, когда он мельком оглянулся на шествовавших позади него князя Ракоши под руку с мадемуазель. Камердинеру короля и прежде приходилось видеть такой румяней и блеск немого восхищения в глазах придворных девушек. По всему было видно, что мадемуазель де Лавальер не была привычна ни к мужскому вниманию к своей особе, ни к близости королевских покоев. Бедняжка, что бы с ней стало, окажись здесь сам король или королева. Бонтан усмехнулся про себя и распахнул обе створки застекленных дверей в кабинет.

- Прошу, дамы и господа!

// Дворец Фонтенбло. Кабинет Его Величества. 4 //

26

Отправлено: 11.09.12 01:01. Заголовок: - Не понимаю, что та..

// Дворец Фонтенбло. Кабинет Его Величества. 4 //

- Не понимаю, что такого смешного ты умудрилась найти в этой кошмарной сцене, - когда Лавальер спешила, хромота ее делалась особенно заметной.

- Не беги так, солнышко, господа кавалеры за нами не угонятся, - хихикнула Ора, в глубине души подозревая, что одолевший ее приступ неудержимого веселья есть ни что иное, как следствие пережитых только что волнений и потрясений. Взяв себя в руки, она добавила уже серьезным тоном: - И бога ради, пожалей свою ногу. Что мы будем делать, если она снова распухнет и начнет болеть так, что тебе придется просить у Ее Высочества разрешения не выходить из комнаты?

Луиза вздохнула и нехотя замедлила шаг, так что к маленькому фонтану в глубине розария они подошли медленно и чинно, будто и впрямь следовали за Мадам и статс-дамами ее свиты.

- К тому же, разве ты сама не смеялась, когда Виллеруа вынырнул из под портьеры, весь серый от пыли и взъерошенный, как воробей после драки? Не отрицай, у меня есть как минимум два свидетеля тому, что ты хохотала вместе с князем, душа моя, - ехидно улыбнувшись, Монтале присела на парапет фонтана и опустила руки в ледяную воду.

- Я ничего не собираюсь отрицать, - тихо и очень серьезно парировала белокурая фрейлина. – Признаю, что это было нехорошо и некрасиво с моей стороны. Но маркиз меня простит, я знаю. У него доброе сердце, по его лицу это сразу видно.

Ора прижала к щекам холодные ладони, чтобы вернуть им нормальный цвет. Она с беспокойством наблюдала за подругой, опасаясь услышать от нее предложение присоединиться к свите принцессы немедля, не дожидаясь, пока к ним присоединятся молодые люди и Бонтан. Но вместо этого Луиза вдруг повернулась к ней и, глядя Монтале в глаза, задала вопрос, которого та вовсе не ждала.

- Ора, милая, но где же король?

- К-к-король? – Монтале почувствовала, что щеки ее, слегка остывшие после ледяного компресса, вновь загораются жаром. – Да откуда же мне знать? Неужели Его Величество станет докладываться простой фрейлине о своем местопребывании?

- Нет, но… Месье сказал, что Его Величество нездоров и отменил утренний прием. Я все время думала, что Его Величество лежит больной в опочивальне, и как это нехорошо, что мы шумим и смеемся буквально через дверь. Это было невыносимо, совершенно невыносимо!

- Так это потому ты так перепугалась, когда Бонтан… - заметив, как побледнела при ее словах подруга, Ора осеклась, догадавшись, что поминать неудачную шутку и ее последствия не стоило. Ну конечно же, она ведь ни слова не сказала Луизе о том, что маркиз де Виллеруа по королевской прихоти был вынужден играть роль монарха в отсутствие Его Величества. – И ты все это время боялась, что мы посягаем на королевский покой? Ох, бедная моя… прости, не сердись на меня, я думала, что ты обо всем догадалась, увидев маркиза в королевском платье. Его Величества нет в замке. Но шшшш! Об этом никто не должен знать, поэтому маркиз и вынужден оставаться в покоях короля и делать вид, что он – Людовик.

- Но зачем? Лавальер стиснула ее мокрые руки в таком волнении, будто речь шла не о короле Франции, а о каком-нибудь шевалье де Бражелоне. Но едва это неожиданное сравнение пришло Монтале в голову, как она тут же нахмурилась и мысленно отругала себя за неделикатность. Благоговение Луизы перед королем и его семьей не имело ничего общего с нежностью, которую ее подруга питала к соратнику своих детских игр.

Саму Монтале, как ни странно, таинственное отсутствие короля почти не занимало: кто как, а уж она-то прекрасно знала, что в жизни бывают минуты, когда просто необходимо сбежать от всех на свете. Даже ее, весьма разумную особу, порой одолевала жажда побега, а уж молоды люди, даже если им довелось родиться в пурпуре и горностае, и подавно страдали тягой к недозволенной свободе.

- Боюсь, что нас это не касается, солнышко, - весьма прозаично пожав плечами, Ора поднялась на ноги. – А вот и наши кавалеры, слышишь?

Не услышать приближающегося Виллеруа было невозможно, голос его звонко разносился среди розовых кустов. Его собственный голос. По спине Монтале пробежала холодная дрожь при одном воспоминании о том, как удивительно Франсуа преобразился в кабинете. Но теперь он снова был самим собой, и улыбался им с Лавальер той самой заразительной улыбкой, которая так понравилась вчера Оре. Судя по бурным жестам и блеску в глазах, маркиза посетила очередная гениальная идея, которой он должен был немедля поделиться со всем миром.

- Вы собираетесь идти с нами до часовни? – Монтале изумленно взглянула на Франсуа, а затем – вопросительно – на Бонтана. – Но разве Вы не должны оставаться…

Нет, судя по всему, взывать к благоразумию маркиза было безнадежно. Она хотела было спросить, что скажет на это господин Бонтан, но призывать сына герцога просить разрешения у простого камердинера, пусть и королевского, показалось ей не совсем уместным. Ора не имела ни малейшего представления о том, как далеко от розария находится часовня, и сколько времени потребуется Виллеруа на то, чтобы проводить их и возвратиться на доверенный ему пост в королевских покоях. Она снова украдкой глянула на Бонтана, ища в его лице ответ на стоящий перед ней выбор: согласиться на предложение Франсуа и подвергнуть риску тайну Его Величества или отказаться и лишить себя и Виллеруа удовольствия еще немного продлить необыкновенное приключение.

27

Отправлено: 11.09.12 19:50. Заголовок: Сомнительное удоволь..

// Дворец Фонтенбло. Кабинет Его Величества. 4 //

Сомнительное удовольствие в том, чтобы быть проводником компании бедокуров, но Бонтан решительно последовал за молодыми людьми, вознамерившимися догнать юных фрейлин в оранжерее. Кто бы сомневался, что на том все не закончится, ворчливо думал про себя камердинер, шаркая туфлями по гравиевой дорожке и едва поспевая за размашистой походкой князя Ракоши и почти летящим впереди них маркизом де Виллеруа. Кажется, молодому человеку пришла в голову еще одна гениальная идея, и опыт, нажитый Бонтаном за годы службы у короля, подсказывал ему, что дело обернется еще одной выходкой маркиза-короля, которую он не в силах будет предотвратить.

- Месье... месье маркиз, я Вас прошу, потише пожалуйста! Вы раструбите о Ваших планах на весь Фонтенбло, - не сдержал строгого окрика Бонтан, тщетно взывая к благоразумию молодого Виллеруа, - Не удивляйтесь потом тем слухам, которые разлетятся повсюду о Ваших похождениях и тем паче о похождениях Его Величества.

Кажется, обе фрейлины на этот раз склонны были взять сторону разума и следовательно Бонтана, но воодушевление, написанное на лице маркиза, было заразительным и опасным - еще секунда и взгляд де Монтале, обращенный на него, из вопросительного превратился в точную копию воодушевления маркиза. Ну и что же прикажете делать? С другой стороны, Бонтан рассудил про себя, что если они воспользуются служебной лестницей на второй этаж и там пройдут по коридору для камеристок и лакеев, то можно понадеяться, что из процессия останется незамеченной. Все слуги в это время суток обычно находились подле своих господ ли пользовались временным затишьем и досматривали прерванные ранним утренним подъемом сны.

- Ну, право же, господа... - развел руками Александр, не зная, какой аргумент привести в качестве веского возражения так, чтобы ни князь, ни мадемуазель де Лаварьер не узнали тщательно скрываемой тайны отсутствия короля, догадывались ли они о роли маркиза на этот полдень или нет, неважно, ведь подтверждения тому они не получали, или нет? Бонтан строго посмотрел на де Виллеруа и де Монтале по очереди, вздохнул и опустил руки, - В таком случае, нам следует поторопиться, дамы и господа. Прошу Вас, следуйте за мной и воздержитесь от громких разговоров.

Лучше бы им и вовсе молчать, но этого Бонтан не мог ни приказать, ни попросить, прекрасно зная, какую реакцию обычно вызывает у молодежи просьба вести себя тише. Тут же начнутся смешки и хихиканье, щипки и щелчки из под тишка, шутливые замечания, вызывающие безудержный хохот, и в итоге, просьба будет исполнена с точностью наоборот.

Идя первым по дорожке через внутренний сад Бонтан молил про себя всех святых, чтобы королевский садовник продолжал свои работы где-нибудь в садах или в парке и не дай бог не повстречался им в своей комнате. Где-то хлопнули раскрываемые настеж ставни, зазвенело стекло и послышалось характерное хлопанье выбивания подушек. Бонтан нахмурил брови, ругаясь про себя, что до сих пор ему не удавалось призвать к порядку нерадивых горничных, прибиравшихся в покоях фрейлин Ее Высочества. Они так и норовили выколачивать пыль из подушек и одеял юных барышень прямо в окна, выходившие в королевскую оранжерею.

- Еще раз прошу Вас быть осторожными, господа, - бормотал про себя Бонтан, заменяя слова ворчаний на повторение просьбы, - Вот там в конце этой аллеи.

На перекрестке двух дорожек он остановился, чтобы перевести дух и осмотреться. Сверкнул яркий солнечный зайчик на стеклах распахиваемых дверей и чей-то силуэт мелькнул в глубине комнаты, находившейся рядом с королевской опочивальней. Может быть это был камердинер месье маршала, а может кто-то из его посетителей, Бонтан не стал засматриваться в окна маршальских покоев, чтобы не привлечь к ним внимания весело болтавших о чем-то своем молодых людей. Он пропустил их впереди себя по аллее, заканчивавшейся у дверей в комнату садовника и пошел позади, чуть отставая, чтобы если бы кому-то вздумалось выглянуть и посмотреть, кто мог прогуливаться в такой час по королевскому саду, они увидели бы только королевского камердинера.

Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги

28

Отправлено: 12.09.12 22:59. Заголовок: Ференц с долей сочув..

// Дворец Фонтенбло. Приемная и кабинет Его Величества. 4 //

Ференц с долей сочувствия ответил на взгляд Бонтана, при этом нисколько не собираясь уступать де Виллеруа по части бесшабашности. Он широко развел руками, повторяя увиденные когда-то в на представлении Бургундском отеле жест трагического актера, игравшего Понтия Пилата - "Я умываю руки" возвестил актер с высоты сцены и был освистан публикой, как впрочем и полагалось в глубоко христианском обществе. Конечно же, дело было далеко не в религиозных мировоззрениях придворных франтов, занимавших места в партере, а в том, что актер был одет в неподобающий их вкусам костюм, совершенно не соответствовавший ни одной эпохе. А может быть это было просто беззлобное хулиганство свиты герцога Анжуйского. И в том и в другом случае это не помешало Ференцу скопировать жестикуляцию почтенного Понтия Пилата и сделать вид, что дело решенное, коли названный король решил, значит решил, и кто он, чтобы перечить Его Величеству. Кроме того, сбивчивые объяснения Франсуа прозвучали так, словно они с князем одновременно пришли к этой идее. Ференц ни за что бы не отказался от авторства в прекрасной затее навестить дворцовую часовню и причиной тому было вовсе не благочестие князя, а непреодолимое желание как можно дольше не отказываться от общества Смугляночки. Ведь как знать, если Луи не успеет вернуться из своей романтической прогулки с графиней Олимпией до вечера, сумеет ли Ференц еще раз обойти запрет на выход из своих покоев и поймать удачу случайной встречи.
Смяв соломенную шляпу садовника в руке, Ференц улыбнулся обеим фрейлинам и не удержавшись, дружески подмигнул Оре.

- Да, мы решили проводить Вас до часовни, сударыни. Не отказывайте нам в этом удовольствии. Поверьте, сидеть здесь среди роз и ожидать Бонтана с вестью о том, что Вы благополучно добрались до часовни и потом успели на пикник королевы, нам будет очень и очень неспокойно. Вы ведь не хотите огорчить Ваших преданных друзей? - он посмотрел сначала в черные глаза Оры, улыбаясь и слегка наклонив голову на бок, а потом в голубые глаза ее подруги, слегка более серьезно, хотя и с той же улыбкой на губах, - Поверьте мне, если мы воспользуемся коридорами для прислуги, то ничем не рискуем, совершенно ничем, - с полной уверенностью в голосе добавил он и пожал локоть Бонтана, ссутулившегося и стоявшего с поникшей головой, словно уже проиграл сражение всей своей жизни, - Дорогой Бонтан, я обещаю Вам вести себя более чем благоразумно. Но, согласитесь, старина, никакие коридоры в эти дни не могут быть достаточно безопасными для двух девушек, - прошептал он на ухо камердинеру весомый аргумент, с которым вряд ли стала бы спорить даже сама графиня де Лафайет, окажись она на месте Бонтана, - И к тому же, весь двор сейчас на Лужайке, я сам видел это перед уходом. Исключения караулят в королевской приемной, Вы сами это знаете не хуже моего.

Усмехнувшись в ответ на просьбу Бонтана вести себя тише и не вести громких бесед, Ференц предложил руку мадемуазель де Лавальер.

- Вы позволите мне вести Вас за руку, мадемуазель? - спросил он покрасневшую от смущения Луизу и бросил взгляд на Ору, едва сдерживавшуюся от хихиканья, подмигивание и короткие улыбки уже успели войти в их обиход, как бессловесный язык, Ференц еще раз подмигнул Смугляночке и прищурил глаза, улыбаясь одновременно и ей и де Лавальер, едва прикоснувшейся двумя пальчиками его руки, полусогнутой в локте.

Покуда Бонтан замялся на перекрестке двух аллей, все четверо обогнали его, проследовав прямо к дверям скромно обставленной комнаты, служившей мастерской для королевского садовника. Ференц шире открыл двери и вошел первым, не уверенный, что не встретит садовника или его подмастерьев. По счастью в комнате не оказалось никого, если не считать огромного взлохмаченного кота, лениво спавшего на полке. Луиза поспешно высвободила локоть своего спутника и отошла в сторонку, скромно сложив руки перед собой, как будто не зная куда их деть. Ференц решил не подшучивать над излишней как ему казалось скромностью девушки, чтобы не дай бог не отвратить ее от дальнейшего знакомства с ним. Ему хотелось завоевать расположение этой странной но казавшейся ему очень доброй и справедливой девушки, ведь она была подругой Оры, а он уже успел убедиться в том, что для мадемуазель де Монтале мнение ее подруги было если не превыше всего остального, то все же весомым и значительным.
Когда глаза князя привыкли к темноте, он успел заметить, что лежанкой для кота служило ничто иное, как шляпа с великолепным белым плюмажем, оставленная им взамен садовничей.

- Брысь! - шикнул князь на мадьярском, но кот, то ли по незнанию иноземного языка, то ли по наглости своей только приоткрыл узкую щелку одного глаза и лениво глянул на них, не соизволив при этом даже пошевелить хвостом или повести ушами, - Ну вот, тоже мне сторож, - пошутил Ференц, оглядываясь на приблизившихся к нему Франсуа и Ору, - Мою шляпу захватил, шельмец. Как бы мне заполучить ее обратно?

Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги

29

Отправлено: 13.09.12 22:33. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Кабинет Его Величества. 4 //

- Ой нет, Ора, ну что Вы, мне совсем не обязательно сидеть взаперти, - махнул рукой Франсуа, не замечая напряженно суровое выражения Бонтана.

По примеру князя маркиз галантно поклонился Оре и предложил ей свою руку, чтобы чинно вести мадемуазель к выходу из оранжерее. Но не пройдя и двух шагов он перехватил ладошку де Монтале и взял ее за руку, что было куда проще и удобнее. Весело подкидывая камешки гравия носком туфли, Франсуа продолжал говорить, нисколько не обращая внимания на упреждающее шиканье Бонтана, ну что в самом деле такого, что кто-нибудь вдруг услышит разговоры молодых людей прогуливающихся по саду. Никто ведь все равно не узнает их, глядя с верхних этажей. 

- Ведь все думают, что я, то есть, Его Величество, учинил разнос поварам или лакеям, да мало ли кому. После такого никто не отважится первым сунуться, простите, войти то есть, в королевские покои и попасть под горячую руку. Все будут ждать в приемной, покуда не найдется кто-нибудь достаточно смелый или дерзкий, или готовый поставить на карту свою карьеру и вообще все на свете. Вообще-то, таких людей при дворе не так много.

Собираясь уже перечислить навскидку тех, кто по его мнению, не страшился королевского гнева и мог бы дерзнуть ворваться в королевские покои без доклада и без разрешения, Франсуа задумался и едва не наскочил на Бонтана. Тот неожиданно остановился на распутье двух аллей, одна из которых вела к темнеющим окнам, покоев, находившихся по соседству с опочивальней Его Величества.
Да, в самом деле, именно маршал дю Плесси-Бельер пренебрег бы всяческой осторожностью. Вот кому было ни по чем остановить внезапной шуткой или отвлекающим вопросом короля, когда Его Величество был готов разорвать в клочки всех разом и каждого неугодного в отдельности. Интересно, а если маршал был у себя и слышал все, что творилось в саду и в королевском кабинете, когда двери не были заперты?
Франсуа заметил, что Бонтан также как и он пытался разглядеть, что творилось в комнате у маршала, но не успел спросить о каких-либо новостях о Его Светлости, когда тот отодвинулся на шаг назад, пропуская их мимо себя и снова попросил быть осторожнее.

- Да да, милейший Бонтан, - весело ответил де Виллеруа, полностью уверенный в благоприятном исходе их предприятия, - Так вот, Ора, помимо самого маршала дю Плесси, это кстати окна в его комнаты там, в конце этой дорожки, - маркиз указал рукой на черневшее окно, в котором появился и исчез чей-то силуэт, - Я бы назвал его первым среди тех, кто мог бы нагрянуть к Его Величеству без доклада. Но это только в очень экстренных случаях.

Заговорившись маркиз не заметил, как его нога едва не зацепилась за вылезший за бордюр длинный корень куста. От полета прямо на плечи шедшему впереди него князя его спасла только случайность, де Виллеруа вспомнил о щегольских бантах, которыми маршал украшал свои туфли, и посмотрел вниз.

- Ой, простите, Ора... ну вот, я чуть было не поставил Вас в неловкое положение опять. Нелепо даже. И отчего я такой недотепа. Батюшка так меня и представил, когда я имел честь быть зачисленным в пажом в свиту Его Величества.

Они подошли к двери, которую Ференц любезно распахнул во всю ширь перед ними.

- Как здесь... темно, - проговорил Франсуа, невольно переходя на шепот, уж больно таинственной выглядела комната королевского садовника, окутанная в полумрак. Ему потребовалось поморгать глазами несколько секунд, прежде чем он смог различать многочисленные горшки и кадки, стоявшие повсюду, пустые и наполненные землей, с ростками различной величины и формы, с непонятными растениями с листьями, похожими на раскрытые дамские веера.

- Вот это да... сколько диковинок тут! - не удержался от восхищенного восклицания маркиз при виде маленьких розовых цветов росших из маленького горшка и подвизавшихся целой гирляндой над потолком, - Ой, смотрите ка, кот! Кис кис кис, - позвал он растянувшегося на одной из полок кота, - Небось всю ночь крыс гонял, вот и спит теперь. Ой, князь, это он Вашу шляпу выбрал для лежанки? - позабыв о предостережениях Бонтана, Франсуа расхохотался и потянулся к шляпе, чтобы вытащить ее из-под кота, но тут же отдернул руку и отскочил назад, почувствовав на себе острые кошачьи когти, - Царапается... ууу, - он приложил оцарапанную руку к губам и нахмуренно осмотрелся, чем бы таким подманить нелюдимого зверя, чтобы забрать княжескую шляпу из-под него. Под ногой что-то захрустело, а за спиной задрожал ствол выращиваемого в кадке неведомого растения.

Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги

30

Отправлено: 17.09.12 13:21. Заголовок: Мадемуазель де Монта..

Мадемуазель де Монтале только улыбнулась, когда рука Франсуа как бы невзначай отыскала ее пальчики. В ладони маркиза им было тепло и уютно, и потом, в конце концов, разве они с Франсуа не были друзьями? Да и кто осудил бы их за неподобающие вольности? Луиза с Ракоши шли впереди и глаз на затылке, к счастью, не имели, а Бонтан… о, Бонтан был так поглощен своими мыслями, что глаза его глядели не по сторонам, а куда-то внутрь, и губы то и дело шевелились, будто молчаливый камергер Его Величества старательно репетировал оправдательные речи перед теми, кто мог случайно встретиться им на пути. Ввиду столь благоприятных для легкомыслия обстоятельств глупо было бы изображать из себя чопорную монастырку и настаивать на строгом соблюдении всех правил этикета. Тем более, что понятие «строго» ну совершенно не вязалось с юным де Виллеруа, всем своим видом отрицавшим все серьезное и скучное.

- Неужели Его Величество учиняет разнос слугам, как простой смертный? – в глазах Оры, обращенных на маркиза, плескалась неуемная любознательность и восхищение перед молодым человеком, столь приближенным к небожителям, чтобы так просто и непринужденно рассказывать маленькой провинциалке о королях и королевах. Ушки ее жадно впитывали каждое слово, и мысленно она уже в красках представляла свое первое письмо домой, полное восхитительных и совершенно скандальных подробностей о жизни двора.

Небрежный жест Франсуа в сторону апартаментов маршала дю Плесси-Бельера открывал перед Монтале отличный повод продемонстрировать собственную осведомленность в придворных делах.

- Господин дю Плесси так близок к Его Величеству? Кто бы мог подумать! – с самым светским видом воскликнула она, хотя подобный вывод напрашивался сам собой: кто кроме явного любимца короля мог занять покои, прямиком примыкающие к королевским. – Но вот уж кого Вам с Бонтаном совершенно не надобно опасаться, так это дю Плесси. Его Светлости нету у себя, я это могу сказать Вам точно, потому что спасалась в его опочивальне от королевы-матери. По правде говоря, если бы я знала, что соседние покои отведены господину маршалу, я бы не рискнула на такую дерзость, но мне даже и в голову не пришло задуматься, я просто увидела раскрытую дверь и стремглав кинулась в нее. Ужасное везение, правда? Там не оказалось никого, кроме мывшей полы служанки, но она на меня так посмотрела, так посмотрела… - сделав столь ошеломляющее признание, Монтале невольно нахмурилась при мысли о том, в скольких глазах она успела безнадежно скомпрометировать себя за сегодняшний день. Блистательное начало придворной карьеры, ничего не скажешь!

К счастью, именно в этот момент под ноги Франсуа кинулся особо вредный корень, и вместо того, чтобы отвечать на упреки маркиза в непростительной неосторожности, ей пришлось удерживать молодого человека от падения. Непростая задачка, учитывая разницу в их росте, но Ора мужественно с ней справилась и была награждена за посильную помощь смущенной и признательной улыбкой. Подавив почти неудержимое желание погладить бедного юношу по голове, равно как и неуместные уверения в полном отсутствии за ним греха недотепости, она лишь переложила руку на рукав маркиза и чинно вплыла за ним в каморку садовника в полном соответствии с изысканными манерами света.

Впрочем, чинности и изыска хватило ровно на минуту, поскольку Виллеруа тут же бросил ее, чтобы отважно кинуться в битву с полосатым котом – нет, котищем! – вальяжно разлегшимся среди страусиных перьев. Если бы не возмущенные возгласы Ракоши и Франсуа, Монтале и не сообразила бы, что ложем громадному зверю служит шляпа, настолько она уже успела привыкнуть к вопиющей роскоши королевского замка. Кто знает, может, королевских котов принято держать на бархате и злате?

- Ну вот, сначала куст, а теперь кот, - она укоризненно покачала головой, глядя на зализывающего боевые раны маркиза. – Но что же мы будем делать с Вашей шляпой, князь? Не оставлять же ее этому монстру, который явно считает ее своей законной добычей!

- А что, если прибегнуть к стратегии? Не грубая атака, а тонкий подход? – в нежном голосе Луизы звучали серебристые нотки, и, взглянув на подругу, Ора с удовольствием отметила, что та едва сдерживает смех.

Заулыбавшись, девушки переглянулись, и Лавальер бесстрашно сделала шаг в сторону кота, сверкающего с полки зелеными глазищами.

- А кто это у нас такой красивый, такой большой, такой полосатый, - по мнению Оры, голос Лавальер мог зачаровать кого угодно, даже самого грозного хищника. Вот и кот, вначале настороженно поглядывавший на протянутую к нему, а не к шляпе, руку, зажмурился, когда пальчики Луизы погрузились в короткую шерсть, и комнату садовника огласили странные хриплые звуки, в которых только чуткое девичье ухо могло распознать довольное мурлыканье.

- Хороший, хороший мальчик, - продолжала напевать Лавальер, почесывая кота за ухом. – Иди, иди ко мне. Ну иди же, солнышко.

Сомлевший от блаженства кот безропотно позволил девичьим рукам поднять себя с полки и сонно устроился в объятиях Луизы, не забывая истово мурлыкать. Видно, королевские садовники не баловали беднягу вниманием, и потому никакого иммунитета против нежности и ласки у него отродясь не имелось.

Бросив торжествующий взгляд на молодых людей, совершенно не умеющих, как оказалось, обращаться с животными, Монтале взяла с полки весьма помятую шляпу и аккуратно отряхнула с нее клочки кошачьей шерсти.

- Ваше Высочество, - она церемонно протянула Ракоши его шляпу, - прошу Вас. Я больше чем уверена, что в этом Вы будете выглядеть презентабельнее, чем в шляпе садовника. Тем более, что мы все равно забыли ее где-то, растяпы.

Луиза опустила кота на пол, и Оре показалось, что на лице ее промелькнуло сожаление. Рыжий хищник заходил вокруг новообретенной благодетельницы кругами, все еще мурлыча и всем своим видом намекая, что на руках ему куда лучше, чем на холодных каменных плитах пола.

- Только бы он не увязался за нами, бедняжка, - вздохнула Лавальер. – Я бы угостила его молоком, если бы нам не надо было спешить к Ее Высочеству.

- Но мы спешим! – Монтале подхватила подругу под руку, опасаясь, что любовь Луизы к животным задержит их в этой маленькой душной каморке, пропитанной запахами земли, прелой листвы и – носик ее недовольно сморщился - навоза. – Мы принесем ему молока вечером, душа моя, а сейчас нам надо идти. Месье Бонтан, будьте так любезны, укажите же нам самый безопасный и незаметный путь к часовне, иначе мы не доберемся до нее до поздней ночи.

Свернутый текст


а вот теперь нам как нельзя более пригодится новая локация!  http://leroisoleiltest2.forum24.ru/gif/smk/sm12.gif

Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Внутренний Сад и Розарий. 3