Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Приемная и кабинет Его Величества. 3


Дворец Фонтенбло. Приемная и кабинет Его Величества. 3

Сообщений 1 страница 20 из 33

1

02.04.1661

    Утро в приемной Его Величества...

    Франсуа деСент-Эньян пишет:

     цитата:
   

Не спеша опередить остальных избранных дворян, как шпаги, так и мантии, граф предпочел держаться особняком возле огромного венецианского окна


https://d.radikal.ru/d18/1902/85/fe809faaf24b.png

https://b.radikal.ru/b34/1902/ad/9778a6778e1d.png

2

//Дворец Фонтенбло. Покои графа деСент-Эньяна.//

Утро в королевской приемной всегда носило в себе оттенок торжественного беспокойства - кого призовут из Большой приемной залы в малую королевскую приемную, кому из тех немногих счастливцев доведется быть избранными присутствовать при первом утреннем приеме у Его Величества, кто удостоится чести быть названным в списке, включавшем в себя преимущественно, Принцев крови и Пэров, чтобы принимать непосредственное участие в переодевании короля. И в довершении всего - кто останется с королем во время завтрака, собственно, именно тогда по своему обыкновению Людовик выслушивал доклады и отчеты своих интендантов и министров, а также нескольких лиц "без портфелей", но обладавших даже куда большими полномочиями, нежели входившие в Королевский Совет министры.
Один из таких министров без портфеля был граф де Сент-Эньян негласно являвшийся советником короля, хотя так и не удосужился занять место в Королевском Совете. Его так же мало привлекала честь присутствовать во время переодевания короля, так как для отчета или лучше сказать, выслушивания отчетов других, графу было достаточно коротких минут завтрака, который Людовик обычно поглощал с молниеносной быстротой, как всякий молодой мужчина его лет, обладавший к тому же завидным аппетитом и неутомимой энергией. Свои советы и умозаключения де Сент-Эньян обычно хранил при себе, что впрочем не мешало ему делиться ими, когда король соизволял спросить его. Обычно это происходило во время выездов на охоту или полуденных прогулок короля, которые Людовик никогда не пропускал.

Не спеша опередить остальных избранных дворян, как шпаги, так и мантии, граф предпочел держаться особняком возле огромного венецианского окна, служившего также выходом во внутренний сад оранжерею, где несмотря на раннюю весну уже расцветали прекраснейшие розовые кусты. Из слегка растворенных створок окна в приемную Его Величество доносился запах цветущих роз, щедро политых не только вечерней грозой, но и садовниками, ухаживавшими за королевской оранжереей с благоговением присущим священнослужителям старинного собора.

- Розы, господа, какие чудные розы! - воскликнул кто-то из посетителей, но тут же умолк под гневное шиканье ожидавших в приемной сановников. Де Сент-Эньян улыбнулся одними уголками губ, это наверное был кто-то из провинции, воспользовавшийся приглашением на празднества по случаю свадьбы Месье, чтобы выхлопотать для себя аудиенцию у короля. Граф прекрасно видел по лицам присутствовавших господ, что никто из них не явился в приемную короля с тем только, чтобы пожелать своему государю доброго утра и долгого здравия. Отнюдь, на лицах их было написано ожидание возможности вручить прошение, тут же "по великой случайности" оказавшееся под рукой, просить за себя или за сородичей, умолять о милости или справедливости или снисхождении, что впрочем в большинстве случаев имело одну и ту же цель.
Де Сент-Эньян как воспитатель короля прекрасно знал его характер, и знал, с каким трудом Людовик выносил эти сцены прошений и просьб, не умея как следует отказывать и отправлять этих людей ни с чем. Слишком совестливый - так однажды сказал о короле старик де Тюренн. Возможно, но сам же граф считал, что король быстро учился всему и ко всему прочему науке выпроваживать свою совесть подальше от кабинета и приемной и сам определял список приглашенных на завтрак лиц строго по тому, что о них узнавал от своего докладчика префекта полиции Ла Рейни, который по своему обыкновению успевал узнать о просителях все вплоть до суммы, на которую они рассчитывали, если речь шла о финансовых милостях. Неплохой он человек, этот Ла Рейни, но лучше не вставать поперек дороги, больно дотошен. Де Сент-Эньян бросил мимолетный взгляд, высматривая в толпе собравшихся префекта. Обычно он входил в опочивальню короля, когда Его Величество еще совершал свой утренний туалет и брился перед выходом к переодеванию. Ла Рейни еще не успел появиться, как и лейтенант д'Артаньян, обычно приходивший в числе первых к пробуждению короля с отчетом о ночных происшествиях. Вместо лейтенанта д'Артаньяна де Сент-Эньян увидел вошедшего в приемную лейтенанта Гастона де Ресто, командовавшего второй ротой королевских мушкетеров. Это было странным, даже более чем, и граф решил лично поинтересоваться причиной такой перемены. К тому же, он хотел воспользоваться правом лейтенанта мушкетеров первым войти в опочивальню короля, чтобы узнать через него планы Его Величества на это утро. У Франсуа де Сент-Эньяна были свои виды на то, как провести утро до полудня. И они не были связаны с ни августейшей персоной короля, ни со всеми теми, кто ожидал пробуждения короля в его приемной. Сдерживая себя от непрошенных и слишком выдававших его счастливое настроение улыбок, граф на самом деле помышлял ни о чем ином как о прогулке по парку, когда там еще не будет ни короля, ни толп придворных и просителей, ни щебечущих дам из свиты королевы. Записка с приглашением на короткую встречу для принцессы де Монако, аккуратно вложенная в простенький перстень, который принцесса якобы обронила во время вечерней игры в карты у князя Ракоши, уже была передана для камеристки Катрин. Де Сент-Эньян надеялся, что Ее Высочество без труда поймет, кто был посланцем приглашения встретиться в саду Дианы у статуи богини-Охотницы. Он думал о их разговоре, вспоминал ее слова и каждое движение бровей, ее взгляды и легкие движения головы, когда она наклонялась, смеясь или поглядывая на него из-под густых ресниц. Эти воспоминания как колыбельная унесли его в легчайший сон, который оборвался с первыми лучами солнца. Поднявшись еще до назначенного им же самим часа, граф поспешил скорее встретить утро своих обязанностей, чтобы найти лазейку для того, чтобы отрешиться от всего и встретиться с Катрин, пусть даже их встреча будет чисто символичной и короче даже того минимума, когда они смогли бы сказать друг другу о том, что чувствовали. Впрочем, утренний сад не мог быть настолько же уединенным местом, как полуночная аллея вдоль озера, где они беседовали, может быть им и не удастся сказать ничего кроме прохладных сугубо вежливых общих фраз друг другу на глазах у утренних гуляющих "ранних пташек", над которыми граф так любил посмеиваться, подшучивая на ними, что они являлись главными поставщиками всех утренних новостей к завтраку королевы. Но даже короткая встреча была бы наградой для него, хотя бы на одно короткое слово.

- Месье де Ресто, доброе утро, - приветствовал граф лейтенанта и тут же подхватил под локоть, доверительно склоняясь к нему, - Вы собираетесь первым войти в опочивальню Его Величества, не так ли, граф? А где сегодня месье д'Артаньян?

3

// Дворец Фонтенбло. Коридоры дворца. 2 //

Лейтенант второй роты королевских мушкетеров Гастон Антуан де Ресто впервые за время своей службы лично принимал караульные расчеты и выслушивал доклады о ночных происшествиях. Многое из того, о чем ему докладывали караульные мушкетеры, дежурившие в гостевых покоях, апартаментах герцога Орлеанского и в личных покоях Его Величества, вызвало бы смех у молодого лейтенанта, если бы не отвественность его положения, и он старался казаться невозмутимым. И все же не смотря на всю решимость лейтенанта де Ресто, рассказ о заверениях одного провинциального старца, неподражаемо переигранные караульным мушкетером, вызвал у него сильнейший приступ смеха едва ли не до икоты. Сей предприимчивый кавалер, даже на склоне лет не утративший живейшего интереса к молодыми девицам, и не только к легкомысленным беседам с ними, решил перейти к более серьезным действиям. Запасшись целой корзинкой пирожных и двумя бутылками недурственного вина, он направился в гостевые апартаменты к милым чаровницам, которые по его словам весь вечер кокетничали с ним. Но когда был встречен суровой матроной, вызвавшей караул, он уверял ее, что шел навестить своих племянниц, коих у него оказалось едва ли не полдюжины. 

Выслушав все доклады, де Ресто выяснил для себя помимо всего и то, что из всех важных событий, самые значимые пришлись на долю гвардейцев под началом капитана де Варда, вернувшегося ко двору из опальной ссылки в расположение своего полка. Его гвардейцы временно несли караулы на парижской дороге и в трактире "Три шишки", где под самый рассвет произошло дерзкое нападение на покои маршала дю Плесси. О событии доложили только лейтенанту швейцарской гвардии и кому-то из людей префекта де Ла Рейни, не удостоив ни одного ни второго лейтенанта мушкетеров ни единым словом. Неужели из-за двух неудач с побегами с казарменной гауптвахты они утратили доверие? Де Ресто скомкал свои перчатки. О графе д’Артаньяне он также ничего не узнал, и последняя надежда на то, что лейтенант первой роты мог вернуться из какой-то важной поездки прямо во дворец, рухнула, когда с вопросом о нем же, к де Ресто подошел граф де Сент-Эньян.

- Доброе утро, Ваша Светлость. К моему огорчению, я не могу ответить на Ваш вопрос о графе д’Артаньяне, так как сам нахожусь в полном неведении, - заметив, что к их разговору сразу же прислушались несколько стоявших рядом человек, де Ресто понизил голос, - Его Сиятельства нет нигде в Фонтенбло. Я послал троих человек на парижскую дорогу, но и от них пока не было никаких известий. Вы очень поможете мне, граф, если посоветуете, как мне быть. Следует ли докладывать о отсутствии месье лейтенанта королю? Это может поднять ненужную тревогу. Мог ли лейтенант секретно уехать по делам следствия, я ума не приложу.

Двери в кабинет короля оставались запертыми, а между тем гул голосов, переговаривавшихся между собой придворных нарастал. Гастон внимательно осмотрел лица собравшихся, отмечая про себя незнакомых ему людей, о которых следовало распросить префекта Ла Рейни.

- Кстати, месье префект тоже еще не появлялся или он уже у Его Величества? - спросил молодой лейтенант у графа де Сент-Эньяна, спокойствие и невозмутимость которого вселяли в него все большую уверенность, - Как Вы думаете, Ваша Светлость, может, мне следует зайти в кабинет и спросить месье Бонтана, готов ли Его Величество принять меня?

4

Молодой лейтенант был как раз тем человеком, кто мог помочь графу. Даже не подозревая того, де Ресто был хорош тем, что его интересовали совершенно противоположные стороны тех же вопросов, которые озадачивали де Сент-Эньяна.

- И Вы тоже не знаете, где месье лейтенант? Как-то это подозрительно, но Вы правы, не следует пока поднимать тревогу, чтобы не сеять панику. Вы послали людей на поиски? Надеюсь, у них есть отпускные бумаги и они без помех могут объявиться в Париже? - уточнил де Сент-Эньян, приняв во внимание, что если поиски уведут мушкетеров так далеко, то без соответствующего приказа они могут попасть и сами в нехорошую историю, и тогда огласки не избежать.

Граф доверительно посмотрел в умное лицо молодого человека и доверительным тоном сказал:

- Месье лейтенант, на Вашем месте я бы незамедлительно прошел в кабинет Его Величества. По крайней мере, если король изволит еще почивать, - граф даже и бровью не повел, ничем не выдав свою догадку о том, где, а главное, с кем, мог задержаться в то утро Людовик, - То Бонтан несомненно доложит Вам о том. Он обычно ждет пробуждения короля в кабинете... или готовит ванную в смежной комнате. Таким образом Вы выполните свой долг, и если король уже изволил подняться, то Вы будете как раз во-время. Я не видел месье префекта, возможно, что он опоздает, если так, то Вы можете сообщить первым все новости для Его Величества. Это явное преимущество, и я думаю, что куда лучше. Но кроме всего прочего, де Ресто, я хочу попросить Вас об услуге. Мне необходимо отлучиться. Прошу Вас, если король спросит обо мне, уверьте Его Величество в том, что я радею о Его интересах и буду как обычно на Большом приеме. Окажите мне эту услугу, граф. Я буду Ваш должник.

Услышав, как вокруг них затихли голоса говоривших о всяческих безделицах придворных, так же как и они, ожидавших пробуждения короля, де Сент-Эньян улыбнулся и чуть громче, чтобы это уже было слышно наверняка проговорил:

- Погода обещает быть наилучшей, месье лейтенант, так что Вы можете доложить Его Величеству от моего имени, что полуденная верховая прогулка обещает быть прекраснейшим времяпровождением. И если Его Величеству будет угодно, то я отдам приказ егерям пустить гончих по следу для травли оленя.

Довольный произведенным эффектом, Сент-Эньян улыбнулся еще шире. Теперь в приемной зале только ленивый не обсуждал с жаром заядлого охотника лучшие приемы травли оленей и кабанов, породы собак, выездку лошадей и все что хотя бы отдаленно было связано с охотой. Граф поклонился лейтенанту и еще нескольким важным лицам и направился к выходу. Он был уверен в том, что Катрин ждала его в саду Дианы. И уверенность эта росла с каждым шагом, чем скорее он приближался к назначенному месту их встречи. Где-то в глубине сердца легко кольнуло запоздалое сомнение - а может быть принцесса собиралась провести это утро в обществе своего молодого супруга, и быть может, намеревалась навестить Ее Высочество герцогиню Орлеанскую, наконец узнать о брачной ночи то, что рассказывали друг другу сугубо взаперти будуаров все молодые женщины их возраста. Кольнуло и ушло, граф сам удивлялся, насколько беспечно и легко он сумел отмахнуться от сомнений. Мысли о Катрин и повторяемые про себя слова, сказанные ей ночью в беседке у озера, окрыляли его.
Он сбежал по ступенькам парадного крыльца с такой легкостью и быстротой, что стоявшие там караульные не сразу сообразили отдать честь советнику короля, приняв его за молодого пажа.

Аллея, садовая дорожка... фонтан... и кажется он первым успеет к месту их встречи.

// Парк Фонтенбло. Сад Дианы. 2 //

5

Хорошо сказать - зайдите и узнайте, подумал про себя Гастон, нерешительно глядя на двери королевского кабинета. А если король занят? Хотя, чем можно быть занятым в седьмом часу утра? Если только... молодой человек улыбнулся, вспомнив о своем...

- Да, месье. Я так и сделаю, - Гастон еще раз обвел взглядом приемную, пытаясь отыскать среди присутствовавших там лейтенанта д'Артаньяна или префекта де Ла Рейни. Было подозрительным то, что ни одного, ни другого господина не было видно, а ведь оба обладали правом первыми входить в опочивальню короля с докладом. Не было и капитана швейцарской гвардии маркиза де Варда, только накануне возведенного в эту должность после долгой ссылки. Но, о капитане граф знал наверняка, что он был задержан происшествием в трактире. Если он появится, то скорее всего с самыми горячими во всех смыслах новостями. А что же принесет королю он сам? Гастон задумчиво повел ладонью по перевязи, зацепившись кружевом манжета за пряжку, попытался высвободить ее, но неловко дернул и оторвал кусочек.

- Я передам Его Величеству, не сомневайтесь, граф, - ответил лейтенант на просьбу де Сент-Эньяна и поклонился ему. Интересно, пожелает ли король провести утро в лесах или назначит Большой прием? Если охота, то мушкетерам придется выезжать всей ротой, и прощай отдых даже для тех из них, кто нес караулы всю ночь. После нападения на маршала и похищения кареты на парижской дороге охрана короля утроилась, хотя, пока что это замечали лишь сами мушкетеры.

Стараясь не привлекать к себе излишнего внимания, Гастон поправил плащ и перевязь, высвободил из пряжки оторвавшийся кусок кружева, и направился к двери в кабинет короля. Строгий взгляд на охранявших покой Его Величества мушкетеров заставил их вытянуться в струнку, звякнув при этом шпорами так, что все головы мгновенно повернулись в их сторону. Де Ресто нахмурился, но не оборачиваясь вошел в кабинет, оставляя за собой жжужание голосов недоумевающих придворных. Теперь то точно все будут знать, что лейтенант Д'Артаньян отсутствует. А если еще и Ла Рейни не появится... Гастон нервно кашлянул в кулак и осмотрелся в полутьме пустого кабинета.

Дверь в спальню короля была закрыта, как и дверь в смежную со спальней и кабинетом небольшую комнату, служившую одновременно и банной комнатой и гардеробной для короля. Оттуда доносились звуки расплескиваемой воды и громыхание деревянных кадок. Не иначе, как месье Бонтан готовил горячую воду для умывания короля! Де Ресто набрался смелости и приоткрыл дверь.

- Месье Бонтан! Месье... - к своему удивлению, в банной комнате Гастон обнаружил вовсе не камердинера короля, а только двоих лакеев, опорожнявших воду из деревянных кадок, наполняя огромную мраморную ванну, - Кхм.. господа, а где месье Бонтан?

- Его Милость отдал нам распоряжения через месье Лионеля и сказал, что вскоре будет.

- А... Его Величество? - приглушенным голосом спросил де Ресто, выразительно скосив глаза в сторону королевской опочивальни.

- Их Величество еще не изволили вернуться, - простодушно ответил один из лакеев.

Гастон едва не охнул от смущения, захлопнув перед собой дверь. Он постоял немного у письменного стола короля, приходя в себя от неожиданного открытия. Но в конце-концов, что в том такого, что он не знал о местонахождении не только лейтенанта, но и короля? Все было проще простого - Его Величество был занят делами амурными, то есть лично его и никого более не касавшимися, а граф, судя по всему, исполнял свой долг, охраняя королевское величество. И что же оставалось ему, как не отправиться по своим делам? Или же остаться и ждать возвращения короля и лейтенанта? Де Ресто за всю свою карьеру еще ни разу не столкнувшийся с ситуацией, касавшейся сугубо личной жизни короля, нашел ее для себя крайне неудобной. Знал ли граф де Сент-Эньян о том, что Его Величество не ночевал в своей опочивальне? Скорее всего, если Его Светлость и знал о том, он предпочитал не показать и виду, а следовательно, точно также должен был вести себя и Гастон.
Он огляделся. Кабинет, освещенный несколькми яркими полосками солнечных лучей, пробивавшихся сквозь плотные занавеси на окнах, казался ему скучным и сумрачным. Граф сел на один из стульев напротив огромного письменного стола, решив дождаться появления Бонтана или лейтенанта д'Артаньяна.

6

- Господа, дамы, я вас привествую!

Эффектное появление в обществе - это был конек маршала де Невиля, в чем он всегда стремился превзойти маркиза дю Плесси-Бельера.  Появиться так, чтобы это непременно заметили, чтобы на него обязательно осмотрели, женщины с восхищением, мужчины с завистью. И бросить несколько скучающий взгляд вокруг себя, ведь когда скучаешь, можно смотреть долго и непрерывно, и это не вызовет недоумения.
Его Светлость просиял довольной улыбкой, заметив, что результат его выхода был ожидаемым и даже слегка превзошел его планы. Он с удивлением посмотрел на ожидавших в приемной придворных, воззрившихся на него, словно на второе пришествие господа, и спросил себя, было ли это следствием всеобщего удивления или же перед его приходом случилось нечто невообразимое.

- Доброе утро, Ваша Светлость, - красавица графиня де Лашапель поспешила приблизиться к герцогу и присела в реверансе.

- Графиня, утро воистину доброе, если Вы мне этого желаете, - любезно ответил герцог, не приминув склониться к руке графини, - Однако, чем вызван такой ажиотаж, неужели здесь играют в фанты на поцелуй первому, кто войдет?

- О нет, дорогой герцог, если бы, - не сдержался веселый смешок графиня и веер затрепыхался в ее руке, скрывая лукавую улыбку, - Вот уже пол-часа все ждут появления лейтенанта д'Артаньяна с известиями о добром здравии Его Величества, а Его Светлости все так и нет. Здесь был граф деСент-Эньян, но он таинственно исчез, не сообщив ничего нового... а молодой лейтенант де Ресто вошел в кабинет короля и так не вышел.

- Все это звучит интригующе, дорогая графиня. Я уверен, что объяснения всему найдутся и будут весьма прозаичны, - де Невиль не упустил из виду то, как к ним с графиней приблизилось сразу несколько человек в надежде услышать что-то полезное для себя, - А господин де Ла Рейни уже был здесь? - спросил герцог о самом важном как бы невзначай.

- О нет, вся Канцелярия сейчас пляшет вокруг нашего дорогого и незабвенного маршала, - с усмешкой произнес кто-то из ожидавших королевского приема, видимо, не считая маркиза дю Плесси важной картой в раскладе придворной колоде.

- Хотел бы я, чтобы все было именно так, - проговорил де Невиль, оглядываясь на смельчака, посмевшего язвить в адрес маршала двора, ну конечно же, маркиз де Лозен, кто еще может позволить себе подобное неуважение, а ведь он так старательно прокладывает себе путь в круг приближенных к королю фаворитов, и в один прекрасный день его шутки могут обернуться и против молодого де Виллеруа. Никола де Невиль улыбнулся маркизу одними губами и сейчас же отвернулся, не желая продолжать затронутую де Лозеном тему.

- Однако же, герцог, коль скоро Вы здесь, может быть Вы зайдете в кабинет и узнаете, будет ли принимать Его Величество? - медовым голосом попросила графиня де Лашапель, по-видимому радея о делах своего мужа.

- Если Его Величество не изволил еще отпустить лейтенанта де Ресто, то это значит, что они изволят отдавать важные государственные поручения, кто я, чтобы мешать королевской воле, - мягко возразил де Невиль, пряча за улыбкой свою нерешительность.

Однако, вежливость вежливостью, а ему было необходимо переговорить с королем если не с глазу на глаз, то хотя бы в присутствии меньшего количества людей, и уж точно не рядом с де Лозеном. Дело об аресте сына уже перестало казаться ему простым наказанием за детскую шалость, но если префект еще не появлялся у короля с докладом, то был шанс успеть склонить королевские уши и сердце к правильному решению вопроса в пользу юного де Виллеруа. Он сделал еще несколько общих замечаний о новом фасоне платья маркизы де Нефшатель, осведомился о здоровье недавно ощенившейся любимой левретки престарелой графини де Ламбаль, одарил благосклонными улыбками юных дебютанток, скрывавших зевки за веерами. Когда внимание собравшихся вновь переметнулось к шуткам неунывавшего даже в томительные часы ожидания де Лозена, герцог воспользовался этим и проскользнул в кабинет Его Величества.

- О, какая неожиданность! - как можно более удивленно протянул де Невиль, увидев лейтенанта де Ресто, сидевшего за столом Совета, и вряд ли подозревавшего, что занимал как раз место маршала, - Не ожидал встретить Вас в столь ранний час, граф. Скажите, Его Величество уже поднялся? Я бы хотел просить об аудиенции... частной. Наверное, Вы в курсе о предмете моего интереса.

Еще бы не в курсе, подумал герцог, ведь это де Ресто арестовал его сына.

- Как обстоят дела с маркизом де Виллеруа? Этот юнец успел так набедокурить, что Вам пришлось арестовать его с дюжиной мушкетеров... я и представить себе не мог. Что же он такого натворил? Надеюсь, это легко поправимо, - слегка принизив голос герцог положил ладонь на плечо молодого лейтенанта, - Не вставайте, друг мой, не нужно церемоний.

7

- Ваша Светлость, - де Ресто попытался встать, но крепкая и довольно сильная ладонь герцога легла ему на плечо, заставив остаться на месте, - Да, признаюсь, для меня это тоже неожиданность.

Что ответить герцогу на его вопрос о сыне, граф знал и не задержался бы с ответом. Но он совершенно не знал, был ли герцог настолько посвящен в личные дела короля, чтобы отвечать на его вопрос о том, поднялся ли Его Величество. Нечаянно обнаруженная им тайна, касавшаяся личной жизни Людовика, смущала его, но нельзя было сказать, что она жгла ему язык, и лейтенант торопился рассказать о ней. Скорее наоборот.
Гастон посмотрел на потемневшую за долгие годы крышку стола, испещренную маленькими царапинами, просвечивавшими сквозь недавно наложенный лак. Интересно, сколько государственных дел обсуждалось за этим столом... какие указы подписывались рукой королей... пожалуй, стены этого кабинета знали куда больше, чем маленький секретец об утренних похождениях молодого короля.

- Маркиз де Виллеруа в настоящий момент... - Гастон вспомнил с какой секретностью Бонтан спрашивал его о местонахождении маркиза и осекся, - Мне было поручено арестовать Его Милость... да. Неприятное дело, Ваша Светлость. И, поверьте, я исполнял его без всякого удовольствия.

Вот черт, попался так попался... сколько еще секретов мне придется держать? В одно утро одни сплошные тайны... - подумал граф, разглядывая кожанную перчатку, - Только бы герцогу не вздумалось требовать немедленного освобождения маркиза у меня... как арестовать человека дважды, пожалуй, это уже известный номер. Но вторичное освобождение...

За окнами со стороны Большой Лужайки послышалась громкая речь и смех. Де Ресто сделал вид, что обратил все свое внимание на мастеровых, занявшихся установкой огромных шатров для полуденного пикника.

- Занятно... неужели будет пикник? А Вы не слышали ничего об этом, месье герцог? - неловкая попытка Гестона сменить тему явно провалилась, но решив идти до конца, он как ни в чем не бывало продолжил, - А мы у себя в казарме поставили на спор - решит ли Его Величество отправиться с самого утра на охоту или пожелает устроить для всех пикник... и кажется, я выиграл это пари - там готовятся к пикнику, - он указал на огромный шатер, пестревший на фоне ярко голубого неба всеми цветами радуги, - Да и погода кажется позволяет, - тема погоды, поднятая им самим же, напомнила лейтенанту о англичанине, с которым едва не подрался молодой де Виллеруа, а что же сталось с ним? Шальная мысль как внезапный выстрел из-за угла, заставила его вздрогнуть, а если и этому лорду вздумается искать маркиза? Право же, что-то много запросов по душу этого молодого шельмеца... вот уж кто стал бы настоящим мушкетером, так это он с его везением. Интересно, а что же было известно самому герцогу о том приказе, который подписал де Ла Рейни для ареста маркиза?

Де Ресто с надеждой глянул на дверь в ванную комнату, скорее бы уж появился месье Бонтан со всеми ответами на вопросы.

8

// Дворец Фонтенбло: Королевская канцелярия. 3 //

В то время как вся придворная знать занималась перемыванием косточек нового пополнения юных девиц дебютанток в свите герцогини Орлеанской и вновь прибывших ко двору миньонов герцога, которых Его Высочество выговорил себе из ссылки, в приемную Его Величества вошел префект Ла Рейни в сопровождении своего секретаря и неказистого на вид человека, одетого в такое поношенное платье, что мушкетеры, стоявшие в карауле, недоверчиво покосились на него прежде чем пропустить. Де Ла Рейни был хорош в том, что умел быть неприметным, когда того хотел, но в это утро, контроль над собой давался ему особенно трудно. Один за другим провалы порученных им дел раздражали его. Покусывая губы, чтобы не раскричаться на доносителя худых вестей прямо посреди приемной, он слушал его, изредка прерывая отчет короткими вопросами.

- Умер? Что сказал перед смертью?

- Ничего, месье. Наш человек не успел допросить его.

- Что значит, не успел?

- Гвардейцы ранили его, прострелили бок и плечо. Он бы не протянул и получаса. Но в трактире был врач. Он привел его в сознание, но бедолага только и успел, что попросить привести к нему священника...

- Врач? Разве доктор Ламар не вернулся во дворец?

- Это кажется был личный врач месье суперинтенданта.

Полуприкрытые веки префекта в миг распахнулись, он покраснел, но, сдерживая негодование, переспросил голосом таким тихим, почти как свист:

- И как я полагаю, месье Фуке самолично был там?

- Да, месье, - Буле, принесший известия для префекта и глазом не моргнул, отвечая на его вопрос, - Месье суперинтендант был там. Он сопровождал герцогиню де Руже.

- Вот как? Однако же, как быстро новости о событиях в какой-то богом забытой придорожной таверне достигают дворца... - проговорил префект, обретая прежнее спокойствие, - Однако, Буле... Вы не сказали мне, что с нашим юным другом. Разве по дороге из таверны Вы не заглянули в казармы?

- Заглянул, Ваша Милость. И застал там полдюжины гвардейцев, обыскивавших комнаты господ мушкетеров. Не думаю, что донесение об это обрадует лейтенантов.

- Обыскивают? Я что-то не понимаю, что Вы этим хотите сказать, Буле, -  префект выглянул в окно, чтобы посмотреть на башенные часы, - Однако, время. Надеюсь, что эти бездельники найдут де Виллеруа и представят мне его в Канцелярии. Мне пора к королю. Вы свободны, Буле. Я не жду Вас раннее полудня. Приведите себя в порядок, иначе Вас не впустят во дворец. В таком виде Вы хороши в качестве трактирного соглядатая, но во дворце подобает быть одетым... соответствующим образом. Вы понимаете меня?

- Да, Ваша Милость, - ответил Буле, а когда префект повернулся спиной, то тихо добавил, - Если не поиздержался на Вашей службе, то и выглядел бы... соответственно.

Ла Рейни никогда не считал, что поклоны знакомым и незнакомым лицам уронят его достоинство, особенно, в приемной короля, где перед утренним малым приемом у Его Величества находилось множество важных и полезных ему людей.

- Его Величество еще не принимают, - мушкетер, стоявший на карауле у дверей в кабинет короля, не преградил префекту дорогу, но посмотрел многозначительным взглядом, - Однако, лейтенант де Ресто и герцог де Невиль уже там.

- Вот как?

Благодаря мушкетера за скупую, но своевременную информацию, Ла Рейни прошел в королевский кабинет, успев состроить самую благодушную мину на лице.

- Доброе утро, господа. Ваша Светлость, мое почтение. Месье лейтенант, как поживаете? Граф д'Артаньян, я полагаю, уже у Его Величества?

9

- Пикник? Вы полагаете? – герцог глянул в окно с полуоборота, оценивая масштабы строительных работ над возведением огромного шатра, по-видимому, предназначенного для столов с закусками, - Я ничего не слышал о намерениях Его Величества устроить пикник. Но мадам... одна из статс-дам Ее Величества, конфиденциально сообщила мне о намерении Их Величеств устроить небольшой полуденный праздник для дам свит обеих королев и фрейлин герцогини Орлеанской, - де Невиль вскинул брови, - Но безусловно это большой секрет. И нам с Вами, дорогой граф, не полагается знать о подобных вещах... если только нас не пригласят.

Де Невиль говорил приглушенным голосом, чтобы его не услышали ни в приемной, уже наверняка набитой до отказа любопытными придворными, жаждавшими услышать новости о свежих дворцовых скандалах, ни не дай бог, в опочивальне короля, если Его Величество уже изволил вернуться... и кстати, от кого? Обычно герцог с легкостью мог предугадать еще накануне вечером, с которой из дам останется король и останется ли до самого утра. Но Людовик научился скрывать свои эмоции, делая это все с большим искусством, за которое его непременно похвалил бы сам кардинал, будь он жив. К тому же, слухи о вечерней встрече короля с графиней де Суассон и их совместном появлении на балу нисколько не увязывались с такими же слухами о том, что король танцевал с принцессой де Монако, а потом уединился с ней на терассе.

- Де Ресто... скажите, юная мадемуазель де Вьевиль не доводится Вам кузиной? Если это так, то у Вас есть все шансы оказаться в числе приглашенных... если конечно же служба... Я бы с радостью нашел лазейку, чтобы получить приглашение на этот пикник и для моего сына. Ему полезно выходить в свет. Вы ведь понимаете меня? Нет, безусловно, должность в королевской свите это предел мечтаний для любого молодого человека. Но, как отец, я пекусь о будущем маркиза... а в свиту нашей юной герцогини прибыло столько молоденьких дебютанток... де Тонне-Шарант... Вам что-нибудь говорит это имя? Ну безусловно, это ведь сестра маркиза де Вивонна... да... мила. Но не слишком богата... и там еще... кажется дочь покойного графа дАртуа... она унаследовала все его состояние. Я видел Франсуа на репетиции в паре с ней. Приятная молодая особа... я бы хотел, чтобы ее представили мне. Нужно будет поговорить с графиней де Лафайет. Однако, сударь, Вы так и не сказали мне, что же сталось с моим сыном? Вы ведь сопровождали его в казармы, не так ли? И что же? Я надеюсь, он вел себя как подабает дворянину? И не говорите мне про эту несостоявшуюся дуэль. Ну право же, кто не грешен... в такие то годы... к тому же, насколько я наслышан, герцог Бэкингем и сам довольно скор на ссоры, на его счету не одна дуэль.

Дверь приоткрылась. Герцог де Виллеруа приподнялся со стула и даже вытянул шею, стараясь разглядеть, кто еще осмелился войти в кабинет короля без приглашения. Он ожидал увидеть второго лейтенанта мушкетров, но вместо высокой фигуры знаменитого гасконца на пороге показалась низенькая полноватая фигура в черном мешковатом камзоле.

- Господин префект, - нельзя сказать, чтобы герцог слишком старался скрыть свое неудольствие встречей с королевским докладчиком, скорее наоборот, его губы лишь на мгновение растянулись в вежливую гримаску наподобие улыбки, и тут же сжались в две тонкие полоски, - Доброго утра и Вам, месье. А я как раз спрашивал у месье лейтенанта, что послужило поводом для ареста моего сына. Вы не могли бы объяснить мне, сударь, на основании какого столь тяжкого обвинения Вы отдали приказ об аресте маркиза де Виллеруа?

10

Отсутствие новостей кажется считается хорошими новостями, но сам Никола Габриэль никогда не верил этой поговорке. Для него отсутствие новостей скорее означало худшую новость. И если ни лейтенант де Ресто, ни явно злопыхавший по отношению к нему герцог де Невиль не спешили ответить на его вопрос о графе д’Артаньяне, то ничего хорошего это не предвещало. Где мог задержаться граф? Что заставило его изменить своему правилу являться первым к пробуждению короля? Только маршал дю Плесси-Бельер имел право первым желать доброго утра королю и кроме того сообщать обо всех ночных происшествиях, но поскольку Его Милость был явно не в состоянии выполнять свои обязанности как маршал двора, эта привелегия перекладывалась на плечи лейтенанта мушкетеров... или? Или король решил выдвинуть этого молодчика де Ресто вперед старого гасконца? Ла Рейни с долей любопытства смотрел в лицо де Ресто. Но резкий тон вопроса герцога де Невиля заставил его отвлечься.

- Ваша Светлость, - на лице префекта появилось выражение подобострастия и только самый опытный царедворец смог бы разглядеть легкую тень насмешки в его глазах, - Недоразумение. Чистой воды недоразумение. Вы же сами знаете, как легко нынче молодые люди попадают во всяческие неприятности. У меня есть веские основания подозревать маркиза в участии в дуэли. Был ли он секундантом или же напрямую участвовал в ссоре, я пока не разобрался. Но ни то, ни другое невозможно покрывать. Вы же знаете, закон суров к подобным проступкам. И тем более вызов герцога Бэкингема на дуэль, - Ла Рейни решил воспользоваться полученными позднее сведениями, основанными на чистой воды сплетне о мнимой ссоре английского посланника с маркизом де Виллеруа из-за права стоять под окнами герцогини Орлеанской, - Видите ли, мой дорогой герцог, мы еще можем прикрыть глаза... нет, не закрыть, не отвести... но, сделать вид, что ничего серьезного не произошло, если дворе или трое молодых людей решили скрестить шпаги в Оружейной Зале шутки ради... да полно те, разве Вы сами не грешили по молодости? Но ссора с посланником самого короля Англии... нет, это за рамки вон... и поверьте мне, я всячески стараюсь оградить это дело от преждевременной огласки. И потому, и только потому, что я всячески уважаю Вашу Светлость и стремлюсь не только соблюсти закон, но...

Префект не успел договорить, так как за дверью, которая вела в ванную комнатую Его Величества раздался звук голосов и плеск воды. Он переглянулся с лейтенантом де Ресто, потом снова обратил взгляд своих благодушных глазок на герцога и, сложив ладони на животе, как ни в чем не бывало продолжил.

- О аресте маркиза, к сожалению, известно многим, если не всем. Как я ни старался соблюсти всю конфиденциальность этого сугубо интимного вопроса чести молодого человека и Вашего имени, дорогой герцог, но поймите меня, маркиза застали прямо под окнами Ее Высочества, да еще и размахивавшего обнаженной шпагой и готового к бою с герцогом Бэкингемом. Эти англичане, - префект покачал головой с видимым неодобрением в адрес всех сынов Альбиона, - Они такой горячий народ... ну, безусловно маркиза спровоцировали. Но как доказать это, если при ссоре присуствовали только они двое... а когда подоспели господа мушкетеры, то дуэль едва ли уже не началась... – Ла Рейни многозначительно глянул в сторону де Ресто, как одного из очевидцев события, обращаясь за поддержкой, - Вот и месье лейтенант подтвердит это. Но поверьте, если не в моей власти отменить эдикт о дуэлях, то хотя бы я могу испросить смягчение наказания для Его Сиятельства. С тем, собственно я и пришел к Его Величеству. Ведь давняя дружба... я уверен, что король не оставит без внимания все аргументы... но герцог, герцог, Вы должны принять во внимание, что факты есть факты – две дуэли за один только вечер... и это отнюдь не детские шалости...

11

Занятное дело наблюдать за беседой этих двоих, с одной стороны герцог, напыщенный осознанием собственной значимости и важности, с другой префект полиции, само смирение. То, как Ла Рейни смотрел в глаза Его Светлости, напоминало Гастону картинки с Востока, изображавшие заклинателей змей, завороженно смотрящих в глаза кобрам... нужно ли говорить, что сам герцог де Невиль немедленно нашел для себя ассоциацию с коброй, поднявшейся в готовности поразить противника одним смертельным броском.
Де Ресто уже представлял себе, чем предлоложительно закончится натянуто вежливый разговор прожженного царедворца и крючкотвора, посмеиваясь про себя над тем, что ни один, ни второй не ведали, где на самом деле находился предмет их интересов.

Дверь в ванную комнату короля приоткрылась.

- Сен-Пьер? - удивленно спросил лейтенант и подошел ближе к двери, - Но где же...м... месье Бонтан?

- Он здесь, - стараясь говорить шепотом, ответил сержант, делая многозначительное ударение, - Его привели.

- О ком Вы? - недоумевая переспросил Гастон, боясь предположить, кого могли привести в королевские покои и с какой целью.

- И месье Бонтан спрашивает господина д'Артаньяна. Разве граф не здесь еще? - не поняв причину удвиления лейтенанта, продолжал сержант.

- Вы же знаете, что граф не появлялся с ночи. Доложите Бонтану, что я вместо Его Сиятельства. И здесь... - Гастон скосил глаза вправо, указывая взглядом на разговавривших де Невиля и де Ла Рейни, - И оба кажется явились к королю по поводу... сами знаете кого.

- А король в весьма скверном расположении духа, месье лейтенант, - де Сен-Пьер простодушно повторил слова королевского камердинера, - А я скажу месье Бонтану, что Вы с докладом. А про этих господ мне ничего велено не было. Доложить и о них тоже?

- Конечно же, Сен-Пьер! Черт подери, лучше пусть их скорее примет король, пока они тут друг друга любезностями не заели до смерти, - проговорил сквозь зубы де Ресто, - Давайте уж поскорее.

- Сию минуту, месье.

Сен-Пьер исчез в опочивальне короля, а Гастон счел за благо прикрыть дверь в ванную, чтобы не вызывать излишнее любопытство двух господ, начавших уже проявлять свое нетерпение. Натянутая улыбка молодого лейтенанта вряд ли могла бы обмануть обоих, если бы они не были так заняты своим разговором. Про себя Гастон сочувствовал маркизу де Виллеруа, на месте которого вряд ли захотел бы оказаться даже на минуту. Но... постойте, как Бонтан мог так запросто ввести в королевские покои кого-то в обход начальника караулов, то есть его самого? Лейтенанту неопытному в дворцовых интригах, это показалось из ряда вон выходящим. Но не ругать же самого Бонтана за самовольство. Тем более, что у него был приказ короля... Конечно, Гастон не видел этот приказ воочию, но что с того? Переданный на словах приказ имел такую же силу, как и написанный на бумаге...

Чудно все как-то, пробормотал Гастон.

- Прошу прощения, господа. Просили узнать о лейтенанте д'Артаньяне. Но, поскольку я замещаю Его Сиятельство, то месье Бонтан сначала должит о замене королю, - де Ресто не слишком уверенным тоном объяснил свой разговор с сержантом.

12

Если бы герцог услышал о дуэли своего сына из уст кого-то из придворных сплетников, или лучше, придворных сплетниц, то эти слова были бы бальзамом на душу, и было бы невозможным придумать лучший  комплимент роду Виллеруа. Однако, в изложении королевского префекта инциндент грозил наказанием, и не просто порицанием, а более суровым, быть может и всей семье повинного... так вот о чем радеет этот хитрец префект? Достать его, маршала де Виллеруа, посредством озорства его сына... мелкие шалости перестают быть таковыми, когда делами молодых людей начинают заниматься судейские крючкотворы с подачи полицейских ищеек.
Де Невиль вскинул вверх подбородок, готовый ответить в самой что ни на есть подходящей манере, как и подобает маршалу Франции, дабы этот выскочка, купивший себе мантию парламентского докладчика по поручительству герцога д'Эпернона, знал свое место. Но тут отворилась дверь и в кабинете показалась голова сержанта мушкетеров. Герцог тщетно пытался расслышать, о чем говорили де Ресто и появившийся сержант. Только обрывки фраз... но, одна немедлено завладела умом любителя свежих интриг и всякого рода скандальных новостей - Его Величество находится в весьма скверном расположении духа! Отчего бы? Заинтригованный внезапной новостью, о которой возможно знали только мушкетеры короля и он сам, де Невиль оглянулся на Ла Рейни, и даже снисходительно улыбнулся префекту, пытаясь разглядеть в его глазах, услышал ли он эту значительную новость.

- Да, безусловно, месье. В отсутствие графа кому как ни Вам первому привествовать Его Величество с докладом... мы с месье префектом смиренно ожидаем своей очереди. Надеюсь, что Его Величество соизволит внять нашим просьбам принять нас, - коли король не в духе, то было бы крайне невыгодно пропускать на личную аудиенцию только одного префекта, перед лицом предположительного плохого настроения короля, не лучшее время для уступок соперникам... как бы королю не вздумалось отыграться на непутевом маркизе за испорченное настроение. Но кто? С кем? Отчего? В голове герцога одновременно с беспокойством за судьбу сына роились тысячи вопросов о короле, отчего же Его Величество изволит быть в скверном расположении духа? Что произошло между ним и... и кем же? Графиня или принцесса? Одна или другая, но кто-то из них явно вызвал неудовольствие короля... Его Светлость подошел к окну, выходившему во внутренний дворик, устроенный под королевскую оранжерею...

- Помилуй бог! - удивленно воскликнул де Невиль, но удержался от дальнейших комментариев, так как увиденное им было невероятным и скорее всего вовсе не тем, что он думал. Не мог же его сын одновременно находиться и в оранжерее и в казармах? Да и был ли это Франсуа? Молодой человек, которого он увидел только мельком и со спины, скрылся за розовыми кустами, следуя за особой, чье лицо и фигуру герцог не успел разглядеть, так как заметил ее лишь мельком. Он был так же высок как и маркиз де Виллеруа... но ведь он видел Франсуа вечером в совсем другом костюме? Не сменил же он свое платье, пока был под арестом в казармах?

Де Невиль выбрал для себя стул и уселся, потирая подбородок и то и дело оглядываясь на оранжерею. Если это был король, а это вероятнее всего, то возвращаясь по аллее обратно, он вряд ли будет обрадован тем фактом, что за ним следили из окна кабинета... нет нет, молчать и еще раз молчать. Но кто? Прикрыв глаза, чтобы не выдать себя чрезмерно сосредоточенным на размышлениях об увиденном, герцог силился вспомнить, чьи апартаменты находились на королевской опочивальней... в декабре, в канун рождества двор переехал в Фонтенбло. Тогда апаратаменты прямо над покоями короля занимала Ее Величество, точнее ее свита. Может быть все-таки это графиня де Суассон? От этого предположения губы герцога растянулись в улыбке... он будет первым, кто узнал о размолвке... ага. Но что если это была одна из камерер королевы, явившаяся к королю с докладом о состоянии Ее Величества?
О, эти предположения... скорее бы уж узнать наверняка, что могло испортить королевское утро.

Оставалось только ждать, когда Его Величество соизволит пригласить их... или велит убираться вон. Если Людовик был в плохом настроении из-за женщины, то можно было ожидать и такого исхода.

13

Добрым или нет было утро государя, но новости из королевской опочивальни освободили префекта от неприятной обязанности отчитываться перед разгневанным батюшкой за арест его непутевого сынка. Пока суть да дело, он успеет допросить маркиза и выяснить требующиеся ему сведения, а заодно убедит молодого повесу подписать нужные признания. Если бы герцог де Невиль умел читать в людских мыслях с той же легкостью, как умел прислушиваться к шепоту явно не касавшихся его разговоров.
Пока граф де Ресто был в опочивальне, префект отошел к окну, чтобы взглянуть, что интересного творилось тем временем на Лужайке и в обозримом прострастве... вон там за озером группа молодчиков столкнулась с конными гвардейцами... будет драка? Губы префекта растянулись в выжидательную улыбку. Нет? Он удивился мирному исходу встречи и даже покачал головой. Но быстро отвернулся и проверил по выражению лица герцога де Невиля, не выдал ли свой праздный интерес. Впрочем, праздного в том было мало, ведь любая стычка могла послужить прекрасным поводом для арестов, а любой арест как нельзя лучше оправдывал допросы. Без подобных предлогово было очень трудно выудить из господ дворян интересующие префекта сведения, а если это были к тому же дворяне шпаги, или... префект всмотрелся вдаль, да, несомненно это были дворяне из свиты принца Ракоши, тех и вовсе не разговоришь, если на кону не будет стоять свобода их драгоценного принца... или... префект вспомнил о полученном недавно таинственном письме от неизвестного, пожелавшего остаться инкогнито. Письмо было скорее предупреждением, нежели доносом, а если корявый почерк и ошибки не были подделкой, то было написано рукой одного из служителей ножа.
Губы префекта снова дрогнули в улыбке и он обернулся к окну как раз в тот момент, когда свита принца скрылась за пирамидами деревьев, окружавших Лужайку. Интересно бы узнать, что было на уме у мятежного принца. Может и в самом деле донос был верен и Ракоши тайно держал связь с цыганами? С какой же целью?

Дверь опочивальни хлопнула и на пороге появился граф де Ресто с обескураженным лицом. Услужливый камердинер Его Величества сам поспешил затворить за ним двери, не взглянув ни на кого из присутствовавших в кабинете.

- Господин лейтенант, позвольте уточнить, - префект, лицом и тоном являл саму любезность, - Его Величество не желает никого принять? Но Вы окажете мне услугу, сударь, если передадите мое почтение и пожелания добрейшего утра.

Тем лучше, если король не отдал никаких новых указаний касательно вчерашнего приказа арестовывать для допросов всех сколько-нибудь подозрительных лиц, то руки Ла Рейни были развязаны вплоть до следующих распоряжений. Префект постарался скрыть торжествующую улыбку и как можно ниже поклонился герцогу де Невилю и вошедшим из приемной доктору Ламару и куаферу Его Величества, итальянцу, чье имя он никак не мог запомнить.

- Ну что же, господа, у меня дел предостаточно, как всегда. Служба прежде всего. Мой долг быть в Канцелярии. Я желаю Вам прекраснейшего утра, Ваша Светлость! Лейтенант, - де Ла Рейни почтительно поклонился молодому человеку и поспешил ретироваться, пока герцог де Невиль не пришел в себя и не атаковал его новыми расспросами касательно судьбы своего сына.

Брошенный мельком взгляд в окно ухватил любопытное зрелище бегущей наперерез через всю Лужайку парочки. Взявшиеся за руки молодые люди спешили скрыться за деревьями. Молодость или долгожданная свобода от обязательств? Впрочем, дела амурные также мало интересовали префекта, как вышивание крестиком гвардейского сержанта - пусть себе бегут, если это не связано с убийствами и заговорами, то префекту нет до них дела. Хотя, стоит навострить уши. Всякие слухи и сплетни могут превратиться в весьма стоящий товар, если ввернуть их в нужное время в качестве обмена на необходимые ему сведения.

14

- Спешите по неотложным делам, месье королевский префект? - язвительно бросил герцог де Невиль в сторону Ла Рейни, - Я полагаю, что Вы не пременно выясните, что маркиз де Виллеруа несправедливо обвинен и не причастен ни к каким заговорам. Что же до так называемой дуэльной ссоры с неким английским лордом, кому как не Вам знать, сколько подобных горячих бесед имело место за последнее время. Вино, охота, будоражащие кровь взгляды придворных красавиц, - герцог с улыбкой посмотрел на окно, - Я слышал, что в саду готовятся к новым гуляниям... быть может, Вам следует обратить более пристальное внимание безопасности хотя бы на третий день свадьбы Его Высочества. Доверьте воспитательные меры по отношению к моему сыну мне, месье. Так будет лучше, для всех, - де Невиль подошел к префекту и не мигая смотрел в его глаза, - Он достаточно безрассуден и совершил немало проступков, но юноше всего лишь семнадцать лет, в этом возрасте рано взывать к благоразумию.

Не успел герцог договорить, как дверь опочивальни короля распахнулась и в кабинет буквально влетел полуодетый Людовик.

- Ваше Величество, - Виллеруа-старший склонился в поклоне перед королем, ожидая немедленных приказаний, содержание которых он мог предположить, зная характер молодого льва - если он и в самом деле был не в духе, то это означало немедленный сбор к охоте и гонка за неизвестным по лесам Фонтенбло, - Если Вы пожелаете, сир, я велю сейчас же седлать лошадей и собирать егерей к охоте...

Однако, к огромному изумлению всех присутствовавших король не ответил ни, слова, буркнул что-то о письме, схватил письменный набор и несколько листов бумаги со стола и удалился в опочивальню.

- Кажется, охоты не будет... - сказал как бы про себя де Невиль, оглядываясь на притихшего префекта, но тот уже успел ретироваться к дверям, поспешно раскрываемым перед ним караульным мушкетером, - Так не забудьте, месье Ла Рейни, я расчитываю на расторопность Вашей канцелярии в деле моего сына! - Его Светлости пришлось почти выкрикнуть это напутствие из-за нахлынувшего в раскрытые двери шума из королевской приемной. Кажется, число желающих выразить свои верноподданические чувства перед королем возрастало с каждым часом.

- Однако же, месье лейтенант, кому-то из нас придется объявить перед двором о том, что король не соизволит никого принимать в это утро. Распорядителем утренних церемоний всегда был граф де Сент-Эньян, кому как не обер-камергеру взять на себя такую ответвественность, не так ли? - себя самого герцог и не прочил на места графа по той же причние, по которой никто не желает приносить дурные вести - им чаще всего достаются смертельные если не приговоры, то расспросы. А ответов ни у герцога, ни, судя по его растерянному виду, у лейтенанта мушкетеров не было.

- Дождемся, пожалуй, возвращения графа. Доклады для Их Величеств более приличествует делать Его Светлости, - добавил герцог, словно успокаивая собственную совесть.

15

// Дворец Фонтенбло. Покои господина суперинтенданта Никола Фуке. 2 //

На башенных часах еще не пробило девяти часов утра, а в королевской приемной было что называется яблоку некуда упасть. Придворные прибывали группами по двое, трое, и даже четверо, как будто волны во время прилива. Многоголосие разговоров, смешки, покашливание, неприкрытые зевки, все это раздражало слух виконта и усиливало гремящую в ушах головную боль. Звон алебарды и шпор вошедшего гвардейца заставил Фуке болезненно поморщиться. Он оглядел просторную, но явно недостаточную для такого огромного количества посетителей приемную. Здесь были все из свиты короля. Все, за исключением маршала двора. Впрочем, не было видно и графа де Сент-Эньяна. Виконт выдавил на лице вежливую улыбку и направился к дверям в кабинет короля, надеясь застать там тех, кто не только ожидал аудиенции Его Величества, но и был в курсе того, что происходило за дверьми королевской опочивальни. В каком настроении был король, что тревожило его, ранение фаворита или ссора с фавориткой? Слухи роившиеся в приемной о том, что король отменил малую утреннюю аудиенцию и даже не принял господина Докладчика, как делал это обычно, нисколько не удивили Фуке, но не сообщали ему ровным счетом ничего. В одной группе придворные толковали о том, что на маршала напали по дороге в Париж не то разбойники не то цыгане и что Его Светлость был тяжело ранен и при смерти. В другой посмеивались над вчерашним анекдотом о том что Светлейший князь Ракоши вместе с маршалом дю Плесси побывали у гадалки в таборе и та нагадала им обоим скорую женитьбу, отчего оба господина поспешно покинули двор во спасение своей холостяцкой свободы. Третьи, прикрывая рты ладонями, втихую обсуждали совершенно секретные известия о том, что король отослал неугодную фаворитку, отомстившую Его Величеству тем, что сбежала вместе с маршалом дю Плесси, с которым у нее был давний роман, а сам король в глубоком раскаянии за супружескую неверность принял от своего духовника епитимью оставаться в своих покоях и не выходить в свет до тех пор, пока бедная королева не оправится от вчерашнего потрясения и не поднимется с постели. Надо ли говорить, что последняя группа дворян принадлежала к вчерашним искателям милости из рук графини де Суассон, но при первом же признаке охладевшего отношения короля к Ее Светлости, немедленно сделались ярыми поборниками супружеской верности.

- О, месье Фуке, и Вы ищете ответ на главный вопрос этого утра – что на душе у Его Величества? – послышался насмешливый голос за спиной. Фуке обернулся и встретился взглядом с улыбавшимся ему герцогом де Ларошфуко.

- Да, кого пригласить в повара для предстоящих пасхальных праздников – итальянца или испанца, - в тон герцогу ответил Фуке.

- Примкнете к партии олимпийцев, виконт? Не прогадаете, это такой же верняк, как и то, что Его Величество сейчас если не в Красной комнате, то в погоне за Ее Светлостью графиней де Суассон.

- Вот как? – Никола приподнял брови, делая вид, что вопрос интересовал его менее всего, - И откуда же такая уверенность?

- У меня свои каналы, - уклончиво ответил Ларошфуко, - Но скажу Вам, что выводы можно делать хотя бы по тому факту, что король был замечен гвардейцами, выходившим из оранжереи с букетом алых роз. И остается фактом, что ни одна из них не оказалась в покоях Ее Величества.

- Месье, розы это всего-лишь цветы... король мог пожелать украсить ими свою опочивальню... или послать в подарок герцогине Орлеанской. Мне достоверно известно, что Ее Высочеству вчера была передана заглавная партия в балете. И не случись так не вовремя гроза, как знать...

- О чем это вы тут говорите, господа? Неужели все еще о пропавшем таланте нашего итальянского гения Люлли? Говорят, он ищет самую высокую башню в Фонтенбло, чтобы броситься с нее в отчаянии из-за отмены балета.

Полушутливая полусерьезная реплика принадлежала герцогу де Лозену, подошедшему к собеседникам со стороны открытых настежь венецианских дверей, выходивших на Большую Лужайку.

- Бедняга, его талант не был дарован ему для того, чтобы пропасть в этом болоте, - высказался Ларошфуко, недовольно покосившись на де Лозена, которого открыто не любил за желание последнего затмить его славу острослова и любимца женщин, - Однако, господа, если король не принимает, я откланяюсь. Есть и более неотложные дела. Виконт, подумайте над моим предложением. Олимпийцы будут на высоте, поверьте мне.

- О чем это Его Светлость? – спросил де Лозен, глядя вслед удалявшемуся герцогу.

- О, это очередное изречение герцога... афоризм, так сказать, - уклончиво ответил Фуке, - Но я оставлю Вас, Лозен. Весьма приятно скоротать в Вашем обществе время ожидания, но мне надобно передать срочные донесения до сведения короля. Я Вас прошу, не забудьте о вечерней карточной игре. Я уже разослал приглашения и буду рад видеть Вас в числе моих гостей.

Это был блеф чистой воды. Фуке не рассылал еще никаких приглашений. Но мысль пришла так же скоро, как и известие, случайно полученное от герцога де Ларошфуко о возможном примирении короля и графини. Мадам де Суассон обожает карты и никогда не откажется от случая блеснуть везением, не только в игре, но и в любви, она непременно примет его приглашение. Лозен будет полезен ему как скорый проводник самой новости – ни одно письмо не достигнет адресата так скоро, как слухи, которые передадутся по дворцу самой надежной для распространения службой – наушничающими друг другу сплетниками. Партия Олимпийцев, а Ларошфуко не так дурен в сочинении афоризмов, как кажется, - усмехнулся про себя Фуке, - Если уж искать себе союзников, то среди победителей. И этот вечер должен стать зароком новой дружбы взамен старой, той, которую мы так неловко пошатнули вчера в Долине Ветров.

Размышляя так, Фуке подошел к дверям в кабинет короля. Мушкетеры, караулившие у дверей отвели мушкеты, пропуская выходившего из кабинета префекта де Ла Рейни. Взгляды обоих господ выражали вежливое дружелюбие, за которым каждый из них скрывал с десяток обнаженных ножей и готовый запустить любой из них под ребра другого при первом же выгодном случае.

- Месье префект, - виконт кивнул головой Ла Рейни, в ответ на поклон последнего и вошел в кабинет, не встретив препятствий со стороны мушкетеров. Пока он суперинтендант и член Королевского Совета, он мог беспрепятственно входить в кабинет короля для утренней малой аудиенции. Дай то бог, чтобы это было всегда, - подумал Никола, невольно поймав себя на неуверенной мысли о том, что не добудь он дружбы мадам де Суассон, все изменится с быстротой урагана.

16

- О, в наши ряды грядет пополнение! Виконт! Какими судьбами Вас принесло в такую рань? Неужели новые сюрпризы? Что готовите на сегодня, месьеПридворный Чародей? Наслышан наслышан, приезд цыганских танцоров тоже Ваша затея, не так ли?

Де Невиль оставил свой наблюдательный пост у окна и подошел к суперинтенданту в надежде услышать от него последние новости. Ему начинало казаться, что вне стен кабинета всем уже давно было известно о причинах непонятного поведения короля, и только они с графом де Ресто оставались в полном неведении. А быть в неведении чего-либо для маршала де Виллеруа было сродни поражению в битве – разве мог начальник королевской армии и воспитатель короля не знать чего-либо? Однако, даже сгорая от любопытства и желания узнать о всех последних новостях и сплетнях, де Невиль умер бы на месте, если бы его заподозрили в том. Поэтому, разыгрывая на лице полнейшую незаинтересованность, герцог остановился у старинного бюро и начал сосредоточенно рассматривать диковинные вещицы, собранные в королевской коллекции редкостей. На полочках лежали амулеты из Нового Света, привезенные в подарок Франциску Первому послом испанского короля, закупоренные стеклянные колбы с замореными в них корнями невиданных растений, имевших вид весьма отталкивающий и не внушающий никакого желания раскрыть их. Герцог провел ладонью по поверхности маленького ящичка, сделанного на подобие миниатюрного сундучка с позолоченными уголками и таким же замочком, висевшем на нем, причем всего лишь для украшения.

- Занятная вещица, ее замок так же фальшив, как головы младенцев, которые показывают простакам в академии. Вы знали это, виконт? – спросил герцог и взял сундучок в руки, - Этот сундучок открывается с помощью крипты. Во времена прошлого царствования была мода на подобные вещицы. Дамы заказывали ювелирам шкатулки для своих сердечных тайн с такими же криптовыми замочками. Кавалеры хранили в них долговые обязательства, а банкиры собирали в них долговые расписки. Они были разных форм и выполнялись разными мастерами. Но таинственные замочки к ним изготовлял только один человек. Да. Сущая безделица, а внутри нее могут скрываться тайны, стоившие кому-то жизни. А? Вы так не думаете, дорогой виконт?

Де Невиль подул на крышку сундучка, сдувая с нее пыль и всмотрелся в мелкий узор, выгравированный на резной панели. Позолота уже давно была стерта с букв, но их все еще можно было прочесть – «Одно слово скрывает многие»

- Да, так и есть. Тут такой же замок. Эта золотая висюлька ничего не стоит, - он повертел предмет своего внезапного итереса на свету и указал пальцем на одну из сторон, - Вот здесь. Видите? Эти мелкие шарики двигаются, потому что соеденены с механизмом одной маленькой пружинкой. Если Вы разместите их в правильном порядке, то сложится слово.. и сундучок откроется.

Герцог хмыкнул и попробовал повертеть шарики то в одну, то в другую сторону.

- Тут буквы стерты... да и механизм наверное заржавел со временем. Так, сущая безделица. Теперь она не выдаст ничьих тайн.

С долей легкого разочарования де Невиль поставил маленький сундучок на прежнее место, отмеченное более ярким слоем лакировки на пыльной поверхности полоки бюро. Остальные предметы этой коллекции мало интересовали его, не настолько же, насколько последние новости из приемной.

- А что слышно, виконт? Какие новости витают в приемной? Вы же знаете, сидя в кабинете короля, мы отдаляемся от мира также, как смертные счастливцы, взобравшиеся на Парнасс.

17

- Месье де Невиль, Ваша Светлость, и Вы здесь? Граф, я Вас приветствую, - Фуке выполнил формальные привественные поклоны перед ожидавшими в кабинете герцогом де Виллеруа и графом де Ресто, - Что Его Величество? Говорят, что король нездоров, но ведь это не так? Я чрезвычайно надеюсь, что все это всего навсего слухи.

Быстрая вежливая и ни к чему не обязывающая улыбка скользнула по губам Фуке. Он и понятия не имел о цыганах и о том, каким образом они появились во дворце вчера вечером. В калейдоскопе событий полуночи, тревожных известий о ранении маршала и последующем убийстве Ла Валетта, он если и слышал о цыганах, то не придал никакого значения их появлению во вдорце. Если только... Виконт болезненно поморщился и поспешно опустил лицо, сделав вид, что как и герцог сосредоточенно рассматривал коллекцию диковинных вещиц, украшавшую бюро в королевском кабинете. Та цыганка, которую послал к нему барон, она ведь была не одна... Через нее барон передал известия для виконта, которые он ждал. Не он ли виновен в смерти Ла Валетта? Ведь цыган знал о том, с кем был связан Шутолов и чьи приказы они исполняли. И он, Фуке негласно дал понять барону свое желание закрыть дела с Ла Валеттом... так значит, это его рук дело?
Глаза Никола блеснули и он постарался скрыть свои опасения и мысли под полуприкрытыми веками, закрыв половину лица ладонью и еще более сосредоточенно рассматривая коробочку, оказавшуюся в руках де Невиля.

- Занятная вещица, ее замок так же фальшив, как головы младенцев, которые показывают простакам в академии. Вы знали это, виконт?

- В самом деле? - машинально переспросил Фуке, все еще обдумывая про себя, чем ему грозило сближение с цыганами, и напротив, какие выгоды можно было извлечь. Но вот его взгляд, следивший за манипуляциями герцога остановился на замочке и неожиданно для себя Фуке заметил, что висевший на петле замочек-обманка имел такое же клеймо в виде треугольного герба, как и тот, который он недавно рассматривал.

- Какие секретности, право же, - насмешливым тоном обронил виконт, не сводя глаз с рук герцога, все еще рассматривавшего ящичек с таинственным замком внутри, - Вы говорите, что там крипта? Я что-то слышал о подобном. Говорят, что если подобрать неправильный ключ, то можно разбить крипту и ее содержимое, ядовитая кислота, разъест все содержимое шкатулки. А по мне так это сущая безделица... неужели кто-то по-прежнему доверяет ценные документы таким ненадежным хранилищам? Маленькая пружинка, кто бы мог подумать, что если ей вздумается сломаться от старости или заржаветь, то внутри шкатулки могут погибнуть ценные сведения.

Он посмортел на ящичек внимательнее, заметив блеснувшие на свету позолоченные буквы, из которых состояла надпись "Одно слово скрывает многие".

- И как Вы думаете, герцог, много ли мастеров найдется, кто мог бы сотворить такой замок... или скажем починить старый?

Он постарался задать вопрос таким безразличным тоном, словно вовсе и не был заинтересован в ответе герцога. И тут же перешел к предложенной Его Светлости теме.

- В приемной все только и говорят об отъезде графини де Суассон, а еще больше о том, что король якобы пустился в погоню за ней... об этом пока что говорят шепотом. Гвардейцы видели короля не далее как час тому назад, выходившим из Оранжереи с букетом роз. Ну а потом... Впрочем, можно ли верить слухам и сплетням, витающим в приемной, тогда как Вы, Ваша Светлость, наверняка уже имели возможность увидеться с королем лично?

Ответь же, ответь, напыщенный индюк, и я польщу тебе, сколько твоей душе угодно... и кстати, присуствие сиятельного маршала, любителя карточной игры и кокетливых бесед с дамами будет далеко не лишним сегодняшним вечером. Фуке возвел брови вверх, сама любезность, и посмотрел на скучающее лицо графа де Ресто, ожидавшего приказов короля, а потом на такое же скучающее лицо герцога де Невиля, ожидавшего любого развлечения.

- Кстати, господа, сегодня вечером у меня прием... по случаю благих новостей о ожидающемся наследнике престола. Полагаю, что вечер за карточным столом, приятными беседами в компании с очаровательнейшими из дам королевского двора будет неплохим развлечением... особенно, если вчерашней грозе вздумается повториться и испортить планы вечернего променада двора. Я буду счастлив видеть Вас у себя, Ваша Светлость, и Вас, граф.

18

- Кто бы мог починить такой же механизм? На моей памяти есть только один ювелир, швейцарец, который взялся бы за такое поручение. Хотя, не могу утверждать, сумеет ли он вскрыть крипту, не повредив ее, но для одной из моих хороших знакомых он не так давно исправил замок с криптой, имея на руках всего лишь обрывки старой записки, в которой содержались слова кода. Пароль, кажется, так это называется.

Услыхав новость об отъезде графини и погони короля следом за Ее Светлостью, герцог недоумевающе вскинул левую бровь и поднял голову, на минуту отвлекшись от попытки прочитать надпись на обложке толстого фолианта, украшавшего собой полочку для книг.

- Надо полагать, не все еще имели возможность услышать последние новости о состоянии дел между нашим государем и графиней де Суассон. Впрочем, слухи могли быть и правдивыми. Но я полагаю, что Его Величество не счел необходимым последовать за Ее Светлостью. Мы имели честь видеть Его Величество не далее как четверть часа назад, - герцог отвел глаза в сторону де Ресто, приглашая графа подтвердить сказанное им, - Хотя, признаюсь, вид Его Величества м, - протяжное "эм" свидетельствовало о усилиях де Невиля подыскать долженствующий эпитет , - Впечатлил нас. Да. Видимо, Его Величество решил провести это утро в постели... в размышлениях. Вы ведь понимаете, меня, виконт, - герцог отечески приобнял лейтенанта де Ресто за плечо, и сдержанно улыбнулся, - Молодые люди так легко разочаровываются и ищут утешения в весьма неожиданных решениях.

Стоило ли говорить о подслушанном ими мельком разговоре короля с Бонтаном, когда Людовик воскликнул о том, что непременно должен написать "Ей", а спустя некоторое время был явственно услышан стук закрываемой двери - не иначе как верный камердинер отправился выполнять поручение короля, чтобы передать прощальную записку графине де Суассон.

- Так Вы говорите, что графиня покинула Фотенбло? Интересно, до получения письма или после? И что нам всем сулит этот отъезд... как знать как знать. Король молод и впечатлителен.

Последней вопрос относился не к виконту и не к графу, а был произнесен герцогом скорее для самого себя, как размышление. Его тревожило только то, что могло касаться его семьи и тем более сказаться на судьбе кого-то из его близких. Если король был в скверном расположении духа, то просьбы заступиться за сына, могли только сильнее раздражить его. Но может, в этом была возможность продвинуть непутевого маркиза - коли первый наперстник в амурных делах государя маршал дю Плесси был прикован к постели, то королю мог понадобиться и кто-то другой... и тут было бы важно направить его взор в нужном направлении, прежде чем на опустевшее место слетятся стервятники вроде де Лозена или Вивонна, которых де Виллеруа старший не только не любил, но и считал недостойными королевского внимания выскочками.

- А что с маршалом дю Плесси, виконт? - спросил в свою очередь де Невиль, с самым заинтересованным видом, -  Мы слышали о ночном нападении в трактире. Но, покуда это только слухи. А Вы как известно хорошо знакомы с семьей де Руже, - тонкие губы герцога растянулись в любезную улыбку, - Хотелось бы, кстати, засвидетельствовать мое почтение мадам де Руже. Она ведь не осталась с сыном в том ужасно трактире? Ее будет очень не хватать на Вашем вечере, виконт. Все это так прискорбно... но право же, если мое присутствие на Вашем вечере хоть как-то скрасит для мадам де Руже ее тяготы, я рад принять Ваше приглашение.

19

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 3 //

- Господа, доброе утро еще раз, - сухо поздоровался Бонтан с ожидавшими в приемной герцогом де Невилем, графом де Ресто и подоспевшим невесть откуда в помятом и запыленном камзоле суперинтендантом Фуке, - Месье де Невиль, у меня к Вам весьма важное и деликатное поручение от короля.

Бонтан наклонил голову, точнее вдавил ее в плечи, так что в один миг оказался ниже, и ссутулившись отошел к окну, подзывая к себе герцога де Невиля.

- Герцог, это очень деликатная просьба... только для Вас. Его Величество желают заказать новые балетные туфли для всех дебютанток двора. Возможно, будут пробы на роли в новом балете. В общем, Ваша Светлость... в общем да, Вас просят сию же минуту пойти в апартаменты Ее Высочества герцогини Орлеанской и снять мерки для туфелек... с ноги каждой из фрейлин Ее Высочества. Да-с, сударь, это приказ, - подтвердил Бонтан более уверенным тоном, замечая отражение собственного недавнего удивления на лице собеседника, - И передайте результаты маэстро Люлли. Он займется заказом на пошив туфелек. И еще... - Бонтан наклонился еще ниже, заставляя герцога, бывшего выше его на полторы головы, склониться к нему, согнувшись едва ли не пополам, - И очень важно, чтобы Вы сохранили максимальную конфиденциальность. Видите ли, это должно быть сюрпризом для всего двора - новая постановка, новые танцоры и все такое. Вы меня понимаете, Ваша Светлость? Постарайтесь, чтобы об этом распоряжении Его Величества узнали как можно меньше людей. Его Величество поручил мне передать все новости о ходе этого дела. Так что, при любой заминке, обращайтесь ко мне, Ваша Светлость.

Выговорив всю суть поручения, Бонтан кашлянул, выпрямился и с чувством выполненного тяжкого долга был готов скрыться за спасительными дверьми в опочивальню короля.

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 3 //

20

Насупленный или усталый? Де Невиль мысленно спрашивал себя, что могло вызвать пожелтение лица его собеседника и потемнения вокруг глаз, затянувшееся свидание с неуступчивой красавицей или размышления о пополнении государственной казны, затянувшиеся далеко за полночь. Рассеянное внимание собеседника разжигало еще большее любопытство герцога, чем если бы ему в самой популярной форме изложили обстоятельства нелегкой жизни суперинтенданта финансов.

- А кстати, виконт, а правда ли, что поставки... - вопрос о поставках повис в воздухе, когда дверь королевской спальни вновь распахнулась и на пороге появился сам Бонтан, личный и незаменимый камердинер Его Величества. Если король посылает Бонтана с поручениями, значит, дела не так уж плохи, сделал для себя вывод де Невиль и приготовился внимать всему, что сочтет высказать королевский исполнитель Деликатнейших Поручений, месье Прекрасное Время не зря получил свое прозвище, хотя, кому именно сулило прекрасное время его появление, еще стоило призадуматься.

- Месье, - почтительно склонив голову перед Бонтаном, герцог позволил отвести себя в сторону и выслушал королевский приказ. Сказать, что его немало удивило неожиданное распоряжение Его Величество, было бы равнозначно тому, чтобы не сказать ничего. Удивление, смешанное с неприкрытым интересом к сути готовящейся интриги, живо написалось на лице де Виллеруа старшего. Он получал поручения от короля совершенно разного рода, и порой они и в самом деле были похожи скорее на розыгрыш, но такое он слышал впервые.

- Простите, дорогой Бонтан, но правильно ли я Вас понял? Вы говорите, что Его Величество желает произвести примерку, точнее замер размеров ножек всех фрейлин Ее Высочества? Но к чему же такие сложности? Отчего не послать кого-то из слуг собрать у горничных туфли мадемуазелей... - невозмутимое лицо Бонтано не допускало никаких возражений, и герцог на ходу попытался найти собственное объяснение прихоти короля - Его Величество пожелал остаться в стороне всего навсего потому, что был заинтересован в размере только одной ножки среди прочих. Ну и конечно же, хитрый плут Бонтан посоветовал пригласить на эту роль самого де Невиля, кого же еще допустят к столь деликатной миссии статс-дамы герцогини Орлеанской - воплощенная добродетель и суровость?
Его Светлость выпрямился, расправляя плечи. Ему льстило, что столь деликатная интрига завязывалась именно с его участием. Слухи о внимании короля к отдельным особам из свиты герцогини Орлеанской уже начинали потихоньку распространяться по дворцу, а если верно то, что графиня де Суассон покинула Фонтенбло, то выводы напрашивались сами собой.

- Новый балет маэстро Люлли? Невероятно! И я узнаю об этом первый, надо полагать? - де Невиль доверительно взял Бонтана под руку и похлопал ладонью по его локтю, - Его Величество может всецело положиться на мою скромность. Ни единая душа не узнает о готовящемся балете. Я все обставлю как следует, - а заодно постараюсь узнать, кто же эта новая пассия нашего любвеобильного короля, - ликованию де Невиля не было границ - узнай он первым имя красавицы, завоевавшей место в сердце короля, то воспользовавшись своим очарованием, он сумел бы обратить полезное знание в еще более полезную дружбу с молодой особой.

- Я сейчас же отправляюсь к герцогине Орлеанской, месье. Но, и Вы в свою очередь постарайтесь сохранить конфиденциальность этого поручения, - ответил де Невиль, с опасением оглядываясь на Фуке и де Ресто, не выказывавших ни малейшего интереса к его разговору с Бонтаном, что вовсе не убеждало мнительного царедворца, - И я поспешу сообщить Вам о результатах, месье. Лично Вам. Да. И маэстро Люлли, разумеется.

Без лишних церемоний прощания с графом де Ресто и виконтом де Во, де Невиль удалился из кабинета Его Величества, не озаботившись даже прикрыть за собой двери - пускай караульные мушкетеры хоть чем-нибудь займут себя на посту. Волна приглушенных разговоров тотчас окружила его, как только он вышел в Большую Приемную залу, до отказа заполненную ожидавшими выхода короля придворными. Лицо герцога было таким сосредоточенным и важным, как будто он только что покинул заседание Малого Королевского Совета, унося с собой секреты государственной важности. Важно не только эффектное появление, куда важнее и эффектный выход со сцены, не раз твердил себе Виллеруа старший, непревзойденный актер и мастер придворной интриги.

// Дворец Фонтенбло. Гостинная в покоях Её Высочества герцогини Орлеанской. 2 //


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Приемная и кабинет Его Величества. 3