Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

    ГостямСобытияРозыскНавигацияБаннеры
  • Добро пожаловать в эпоху Короля-Солнца!

    Франция в канун Великого Века, эпохи Людовика XIV, который вошел в историю как Король-Солнце. Апрель 1661, в Фонтенбло полным ходом идет празднование свадьбы Месье и Мадам. Солнечные весенние деньки омрачает только непостоянство ветров. Тогда как погода при королевском дворе далеко не безоблачна и тучи сгущаются.

    Мы не играем в историю, мы записываем то, что не попало в мемуары
  • Дата в игре: 5 апреля 1661 года.
    Суета сует или Утро после неспокойной ночи в Фонтенбло.
    "Тайна княжеского перстня" - расследование убийства и ограбления в особняке советника Парламента приводит комиссара Дегре в Фонтенбло.
    "Портрет Принцессы" - Никола Фуке планирует предложить Его Высочеству герцогу Орлеанскому услуги своего живописца, чтобы написать портрет герцогини Орлеанской.
    "Потерянные сокровища Валуа" - секрет похищенных из королевского архива чертежей замка с загадочными пометками не умер вместе с беглым управляющим, и теперь жажда золота угрожает всем - от принцесс до трубочистов.
    "Большие скачки" - Его Величество объявил о проведении Больших Королевских скачек. Принять участие приглашены все придворные дамы и кавалеры, находящиеся в Фонтенбло. Пламя соперничества разгорелось еще задолго до начала первого забега - кто примет участие, кому достанутся лучшие лошади, кто заберет Главный приз?
    "Гонка со временем" - перевозка раненого советника посла Фераджи оказалась сопряженной со смертельным риском не только для Бенсари бея, но и для тех, кому было поручено его охранять.
  • Дорогие участники и гости форума, прием новых участников на форуме остановлен.
  • Организация
    Правила форума
    Канцелярия
    Рекламный отдел
    Салон прекрасной маркизы
    Библиотека Академии
    Краткий путеводитель
    Музей Искусств
    Игровые эпизоды
    Версаль
    Фонтенбло
    Страницы из жизни
    Сен-Жермен и Королевская Площадь
    Парижские кварталы
    Королевские тюрьмы
    Вневременные Хроники
  • Наши друзья:

    Рекламные объявления форумных ролевых игр Последние из Валуа - ролевая игра idaliya White PR photoshop: Renaissance
    LYL Реклама текстовых ролевых игр Мийрон Зефир, помощь ролевым

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Опочивальня и личные покои герцогини Орлеанской. 2


Дворец Фонтенбло. Опочивальня и личные покои герцогини Орлеанской. 2

Сообщений 21 страница 40 из 54

1

02.04.1661

    Дворец Фонтенбло. Опочивальня и личные покои Её Высочества герцогини Орлеанской. 2

    Катрин де Монако пишет:

     цитата:
   

- Кстати, роза ведь и впрямь достойна ответа, но ты уверена, что не ошибёшься с благодарственным даром? – лукаво шепнула подруге принцесса. Она с совершенной уверенностью сомневалась в источнике столь приятного подарка, будучи неплохо осведомлённой об амурных пристрастиях четы Орлеанских.

https://c.radikal.ru/c14/1902/b6/c4e47b84808a.png

21

Отправлено: 29.11.11 16:04. Заголовок: - Мадам де Лафайет, ..

- Мадам де Лафайет, смею просить о Вашей помощи, пока Мадам принимает ванну и все мы не так заняты. Я очень боюсь крови, а моя вчерашняя рана, кажется, вновь дает о себе знать. Я не в силах удостовериться в этом сама, поэтому прошу Вас посмотреть, что с моей ногой. Нужно ли менять повязку или мне от волнения чудится.

- Что? - брови мадам недоумевающе взлетели вверх, но она тут же взяла себя в руки, бедняжке должно быть все еще досаждал вывих, случившийся накануне. Графиня посмотрела в глаза де Лавальре, готовой упасть в обморок, - Подойдите на свет, милая. Поставьте ногу сюда, на табурет, - в отсутствие герцогини Орлеанской подобная вольность могла бы остаться незамеченной, впрочем, графиня не обманывалась на счет своих подопечных, каждой из которых было бы за удовольствие посплетничать о беспардонных манерах первой статс-дамы Ее Высочества.

Приподняв краешек платья Луизы, графиня внимательно присмотрелась к повязке и покачала головой. Но не от того, что заметила свежие следы крови, сама рана казалась вполне нормальной и наверняка успела зажить. Но повязка вызывала крайнее неодобрение. Это был испачканный кровью лоскут от платья самой герцогини де Монпансье. Это могли бы счесть за подобострастное отношение, если не сочувствие недавно опальной Великой Мадемуазель. Знала ли Лавальер вообще, Кто повязал ей ногу и Что может повлечь за собой такое почитальское отношение? Лафайет выпрямилась и сама одернула юбки малышки Луизы, как будто бы она была несмышленым ребенком.

- Все в порядке, милая Луиза. Но на Вашем месте я бы воздержалась от долгих прогулок и тем более от танцев. Впрочем, может быть сегодняшний вечер и обойдется тишиной и покоем, - с долей надежды закончила свой вердикт графиня и повернулась к остальным девушкам.

К ее недоумению и нескрываемому неудовольствию мадам Катрин де Монако развлекала себя и общество несанкционированным смотром девиц. Да прямо как на плацу! - подумала графиня и поджала губы, сказать дерзкой принцессе все, что полагалось в таком случае было бы скандальным, да и к тому же, Лафайет заметила в происходящей шутке тонкий намек на самое себя. Вот уж чего она не допустит, так это того, чтобы принцесса получила удовльствие, заметив, что ее колкость попала в цель.

Возвращение из умывальной комнаты принцессы Генриетты-Анны и маркизы де Тианж само собой разрядило обстановку, и мадам де Лафайет одними уголками глаз улыбнулась де Тианж, благодаря маркизу за находчивость. Платья и украшения, если Вам понадобится отвлечь всеобщее внимание дюжины непоседливых юных головок, то непременно следовало начать с этого. Стоило мадам де Тианж упомянуть о платье и прическе Мадам, как все головки фрейлин разом повернулись в сторону служанок, молча стоявших с приготовленными предметами туалета Мадам. Все ли? Графиня заметила, что внимание по крайней мере троих девушек было отвлечено чем-то другим. Стоявшая рядом с ней Луиза де Лавальер с отчаяньем, написанным в ее светло голубых ангельских глазах, смотрела на де Монтале. Та в свою очередь извертелась, стараясь привлечь к себе чье-то внимание. А стоявшая рядом с де Монтале юная герцогиня де Вьевиль то улыбалась, довольная чем-то, то метала быстрые взгляды в сторону де Монтале, то на саму графиню. Эта молчаливая перестрелка взглядов могла по меньшей мере заставить графиню заподозрить заговор. Но в чем? А главное, чье внимание так стремилась привлечь к себе де Монтале? Неужели она на короткой ноге с мадам де Монако? Но нет... кажется, мадемуазель обращалась вовсе не к кокетливой мадам Первой Вертихвостке двора, а к стоявшей рядом с ней молчаливой мадам де Тианж. Что могло связывать вертлявую непоседу де Монтале и обычно спокойную в своем хладнокровном и стороннем созерцании всего происходящего макризу де Тианж?
На этот вопрос графиня де Лафайет мысленно пообещала найти ответы. Но после. У нее еще будет время до пикника, пока все вверенные ее попечению девицы будут поспешно собираться к пикнику.

- Мадам, я готова помочь Вам, и если Вы пожелаете, - графиня оглядела придирчивым взглядом девушек, кому стоило поручить первое в жизни Мадам переодевание к полудню? - Де Вьевиль, де Монтале! - лучшее средство следить за подозреваемыми в заговоре, это держать их занятыми и поблизости от себя, это правило графиня усвоила еще с юности, безусловно, на собственном опыте.

// Дворец Фонтенбло. Гостинная в покоях Её Высочества герцогини Орлеанской. 2 //

22

Отправлено: 01.12.11 18:40. Заголовок: Генриетта с интересо..

Генриетта с интересом наблюдала за своими придворными дамами. Кажется, стычка между графиней де Лафайет и принцессой де Монако была неизбежна. Надо было обладать не только острым умом, но и изрядной долей юмора и даже самоиронии, чтобы по достоинству оценить Катрин и получать от общения с ней удовольствие, а не обиды. А статс-дама была хоть и умна, но слишком чопорна, и Катрин не могла не действовать на нервы матроне. Впрочем, ссора хоть и висела в воздухе, но пока не грянула, и самой Генриетте этого вовсе не хотелось. Посему попытка мадам де Тианж привлечь общее внимание к туалету была как нельзя кстати, тем более что саму принцессу Орлеанскую утренний туалет интересовал сейчас более всего. Она всегда была неравнодушна к платьям, украшениям, шляпкам и прочим женским радостям, тем более что так долго была лишена всей этой роскоши!
Генриетта подошла поближе - взглянуть на все разнообразие изысканных туалетов. Парча, бархат, шелк струились под пальцами, от бантов и оборок рябило в глазах, но принцесса привыкла быстро ориентироваться в этом изобилии.
- Я надену вот это кремовое платье, на нем будет очень хорошо смотреться алая роза... Что касается украшений, то я предпочла бы жемчуг. Ах да, прическа! Локоны, разумеется, а цветов не надо, только эту розу.

По приказу графини де Лафайет две девушки - де Вьевиль и де Монтале - подошли к ней помогать с туалетом. Служанки заметались по комнате, хотя все основные детали были уже приготовлены. Солнечные лучи играли на складках ткани, на всех полированных поверхностях. Комната словно вся сияла, и Генриетта чувствовала, что и сама она сияет, радуясь чудесному утру и еще более чудесным перспективам.

23

Отправлено: 01.12.11 19:06. Заголовок: Услышав свое имя, Ор..

Услышав свое имя, Ора вздрогнула. Мысли ее были одновременно заняты тысячью наиважнейших дел, среди которых одевание Мадам, к вящему стыду непоседливой фрейлины, занимало если и первое место, то лишь с конца. Попытки поймать взгляд мадам де Тианж пока не увенчались успехом, у Луизы было такое расстроенное лицо, что ее надобно было немедля обнять и утешить, а о том, что делать с переданным через Бонтана обещанием, Монтале и вовсе не имела пока представления, даже отдаленного.

Угадать намерение Великой Армады было несложно. Графиня явно пыталась разделить подруг и поставить Ору в такое положение, когда на нее будут устремлены взоры всех собравшихся в опочивальне девиц и дам, дабы пресечь все возможные шалости. К счастью, двухлетняя муштра в Блуа под неусыпным присмотром унылой Маргариты Лотарингской, которую ее придворные дамы не стеснялись за глаза называть дурочкой, а фрейлины недолюбливали за вечные капризы и стенания, успела внушить Монтале если не уважение к дисциплине, то хотя бы привычку ее соблюдать. Поэтому она лишь чуть заметно вскинула брови с понимающим видом и, подмигнув Луизе, тут же опустила глаза долу и с самым смиренным видом засеменила вслед за Вьевиль к туалетному столику Мадам.

Предстоящая церемония, в которой, на взгляд практичной мадемуазели смешного было более, чем полезного, не был Оре в новинку, хотя в свите прежней Мадам им с Лавальер обыкновенно доставались самые хлопотные и незавидные обязанности – подать чулки и подвязки, поднести подушечку со шпильками или погреть щипцы для завивки – тогда как почетную обязанность шнуровать корсет герцогини или завязывать банты на рукавах и корсаже исполняли дамы куда более титулованные и знатные. Стаканы воды, книги, забытые в обширных покоях Блуа, корзинки с вышиванием, которые следовало носить за герцогиней повсюду, дабы она могла предаться полезному рукоделию в любой момент – вот за какими мелкими поручениями проходили тоскливые будни молоденьких фрейлин. Вот и сейчас Монтале не без основания полагала, что им с Маргаритой придется лишь подавать и поддерживать все те многочисленные предметы, без которых невозможен туалет знатной дамы.

Она невольно оглянулась на толпящихся вдоль стены фрейлин, которые с завистью провожали взглядами «избранниц». Бедняжки, как им успеет наскучить вся эта заунывная рутина. Каждое утро, каждый вечер, не говоря уже о переменах платья «по случаю». Тоска! Глядя на взволнованные лица девушек, Монтале вдруг с удивлением подумала, что кроме них с Луизой ни одна из высокородных девиц, назначенных в свиту английской принцессы, никогда никому не прислуживала. Взять ту же Маргариту: наверняка, в доме ее матери есть свой собственный маленький двор, пусть не такой, как у принцесс крови. Вряд ли дочери герцога де Вьевиль прислуживали девицы из бедных, но благородных семей, но и она, в свой черед, вряд ли подавала кому-нибудь чулки и сорочку. Каково это, почувствовать себя на месте камеристки, пусть даже и у дочери короля, сестры короля и невестки короля?

Ожидая указаний Ора вопрошающе поглядывала на гофмейстерину герцогини Орлеанской, красивую молодую женщину с блестящими глазами, которая казалась взволнованной не меньше новоиспеченных фрейлин. Вот только Монтале готова была биться об заклад, что мысли принцессы де Монако были еще дальше от сорочек, подвязок и нижних юбок, чем у нее. Одна из служанок протянула чулки для Мадам, и Ора с трепетом приняла невесомые шелковые чулочки с золотым шитьем. Все вещи молодой герцогини были совершенно новыми и роскошными, начиная от лежащих на ладонях Монтале чулок и кончая отделанной тончайшим кружевом дневной сорочкой, которую Мадам переодела взамен ночной рубашки в туалетной комнате. Стараясь не слишком глазеть на восхитительные кружева, Ора присела в реверансе, передавая чулки Мадам, и попыталась еще раз поймать взгляд Габриэль де Тианж. Пытаться вступить в разговор с маркизой на глазах у мадам де Лафайет было немыслимо, но, может, Габриэль заметит плачевное состояние Луизы и найдет минутку, чтобы сказать той теплое слово?

Подвязки, корсет, нижняя юбка из тончайшего полотна. Каждая из надеваемых герцогиней деталей туалета способна была вызвать восхищенный вздох даже у самой искушенной модницы, и Ора отчаянно завидовала принцессе, зная, что у нее никогда, никогда, никогда…

- Угодно ли будет Ее Высочеству приколоть розу? – шепотом осведомилась она у мадам де Монако, чуть отступив, чтобы полюбоваться почти завершенным туалетом. Бурный спор о цвете утреннего платья решился в пользу кремового, но роза, давшая повод для оживленных дискуссий, все еще красовалась в вазе на подносе с завтраком. Чтобы стать украшением корсажа, бедному цветку следовало претерпеть хирургическую операцию по удалению стебля, и Ора взяла с туалетного столика золоченые ножницы, дабы произвести необходимое усечение с высочайшего дозволения. Как тут не вспомнить о розовом саде, сквозь который она стремглав пробежала нынче утром, даже не успев вдоволь налюбоваться распускающимися бутонами? Маркиз де Виллеруа обещал показать им с Луизой это чудо и будет ждать. Но как, как ей попасть в заветный сад?

- О, если бы Ее Высочество захотели отблагодарить Месье, послав ему такую же розу! – пожалуй, шепот ее был чуточку громче, чем дозволял этикет, но Ору вовсе не пугала возможность быть услышанной Мадам. Напротив, она искренне надеялась, что новобрачную пленит эта незатейливая идея, и можно будет вызваться в поход за розой. При условии, что удача опять не отвернется от незадачливой Монтале, как в прискорбном деле с запиской.

24

Отправлено: 02.12.11 10:13. Заголовок: Повинуясь приказу ма..

Повинуясь приказу мадам де Лафайет, Маргарита вышла из толпы фрейлин и подошла к Ее Высочеству, за ней последовала и де Монтале. Интересно, почему мадам де Лафайет именно нас выбрала? Ору еще понятно, за ее шепотки и верчение, а я? Внезапно, вспомнив строгий взгляд статс-дамы, девушка осознала, что и она сама на подозрении. Вот этого только не хватало! Конечно, сейчас меня не в чем подозревать, я невиновна ни в чем просто до отвращения к самой себе. Но мало ли что ждет впереди... Впрочем, если сейчас подозрения в мой адрес рассеются, в следующий раз они не возникнут так легко.

Маргарита сосредоточила все внимание на своих обязанностях. Напарница ее явно выполняла давно привычные действия, впрочем, она ведь была фрейлиной бывшей герцогини Орлеанской... А сама де Вьевиль, хоть и заучила свои обязанности теоретически, исполняла их впервые. Однако все шло гладко, без сучка без задоринки, пока Маргарита не поймала весьма странный взгляд Оры - какой-то насмешливо-сочувственный. И неожиданно мелькнула мысль, как все происходящее непривычно: Маргарита привыкла повелевать, а не повиноваться, и то, что герцогиня де Вьевиль - всего лишь фрейлина, могло показаться многим весьма забавным. Впрочем, саму Маргариту двусмысленность ее положения трогала мало. В конце концов, фрейлиной она пробудет совсем недолго, а потом - придворная карьера, которой вряд ли что-то может помешать. Статс-дама, гофмейстерина - для нее нет закрытых путей. А пока она так молода, должности спокойней фрейлинской нет. Даже с ее трезвым умом при дворе нужно быть под присмотром, во всяком случае, в первое время. А то влипнешь еще в какую-нибудь авантюру, вот как эта Ора...

Мысли ее прервал громкий шепот напарницы, и девушка неодобрительно нахмурила брови, совсем как суровая графиня де Лафайет. Ну зачем же так громко, это же неприлично! Ее Высочеству только ваших советов и не хватало! Интересно,а что вам за дело? Просто пыл новичка?

25

Отправлено: 05.12.11 20:49. Заголовок: Габриэль отступила в..

Габриэль отступила в сторону, когда туалетом Мадам занялись названные мадам де Лафайет девушки и залюбовавшись нарядами юной кузины короля Франции, невольно погрузилась в сладостные воспоминания собственной свадьбы.

Нельзя было сказать, что они с Клодом были столь же целомудренны, как некоторые придворные и даже сама Генриетта Анна, о чем маркиза догадывалась, но старалась не думать слишком часто. Французский двор не слыл распущенностью нравов, но юный король во главе государства, юность и любовь, витавшая в воздухе, была столь опьяняющей что не поддаться общему порыву и не увлечься при дворе Бурбонов было просто невозможно. Старшее поколение с ностальгией взирало на пестрых, шумных юных придворных из свиты молодых братьев, упивавшихся жизнью и вечною весною – после разрушительной Фронды и благочестивого правления Людовика XIII  всем так не хватало этого первого, бурлящего жизнью и красками, глотка свежего воздуха, а потому и стар, и млад, все стремились приобщиться к этому буйству жизни и любви.

Пестрая нежность шелков и степенная тяжесть бархата, ленты и кружева, оборки и перья – все это сливалось в изящную картину, где юность правила двором Людовика Богоданного и чем старше становился монарх, тем все менее невинными были романы. Но и тогда, подумалось Габриэль, всем казалось, что вот она, любовь на века и коли ты вверяла себя вне брака нежным рукам своего возлюбленного, то греха в том не было и быть не могло. Сколько же свадеб свершилось ранее в глазах Господа, чем перед светлыми очами родственников обоего пола и священником? Не уж то ли тогда все это было куда проще, невиннее и естественнее? Не уж то ли она сама не посчитала подобное поведение зазорным и молодые, тихо посмеиваясь, шутили о старинном обычае досмотра простыни? А право слово, маркиза могла бы поклясться, что перед первою ночью в Тианже, где праздновалась свадьба старшей из сестер Рошешуар, Габриэль намеривалась подменить некий важный элемент старинного обычая, но Клод, нежно поцеловав свою супругу, заверил ее что в том нет нужды и пусть только кто-то посмеет усомниться в добродетели его возлюбленной.

Как же все это было давно! Как скоро летит время! Давно припадают пылью свадебные подарки, посуда расставлена по полкам, драгоценности разложены по шкатулкам и сундукам, а остальные более крупные подношения заняли свои места и лишь их новизна напоминала о том, что они не совсем полностью принадлежали старинному замку в Тианже с его многовековой истрией, где молодые поселились в ожидании первенца.
Как это было давно…Глаза маркизы де Тианж увлажнились и женщина ощутила, что первая грустная слезинка вот-вот скатится по ее бледной щеке. Стараясь не привлекать к себе внимание, маркиза скользнула рукою в потайной кармашек в поисках платка, но едва ее пальцы коснулись заветного кусочка ткани, как тут же их коснулась  в спешке смятое письмо, обнаруженное мадам маркизой при выходе из общей гостиной.

«Ах, бог мой! Письмо, я совсем запамятовала! Нужно было узнать кому оно принадлежит, а я и позабыла за всеми этими делами!»

Женщина аккуратно извлекла платок, стараясь не повторить судьбу неизвестной ей дамы и не выронить заветного листка. Что делать дальше с этим таинственным посланием и как найти адресата, не привлекая внимания тайных сплетниц при дворе Мадам, Габриэль пока не знала и именно эти мысли отодвинули на второй план воспоминания о первых годах замужества, начав размышлять об этом.

Некий шорох или точнее шепот окончательно вернул маркизу из мира грез и Габриэль вынужденно обратила свое внимание на то, что Ора и Маргарита почти полностью привели в порядок одеяние Генриетты Анны и  провинциалочка о чем-то спрашивала невестку короля.

Следовало вновь возвращаться в грешный мир.

26

Отправлено: 05.12.11 21:28. Заголовок: луиза де лавальер

Мадам была так заботлива и внимательна, что Луиза едва не разрыдалась от прилива чувств и совести, которая вовсю начала пилить девушку за ее маленький обман, из-за которого ей приходится так жестоко расплачиваться. Опять советы, те же рекомендации. Юная фрейлина вздохнула. Иногда, ей кажется, что лучше и вообще было остаться калекой в кровати и не мучиться всю оставшуюся жизнь с хромотой и неуклюжестью.

Мадам не назвала ее имени, а значит, задумка все еще может реализоваться, и Лавальер так близко к своей цели. Однако, она не стала привлекать более внимания ни шепотом, ни перестрелкой взглядов. Сейчас лучше всего было затаиться и наблюдать за Ее Высочеством, остальными фрейлинами и принцессой Монако.

Но Господь сжалился над страданиями девиц, причина которых не являлась страшным грехом. Мадам де Лафайет была отозвана, ей могли шепнуть лишь пару слов на ухо, и поэтому Луиза решительно зашагала в сторону окна, подле которого стояла мадам де Тианж. Оправив занавески, она невзначай встала совсем подле Габриель и с видом невинного ребенка чуть слышно прошептала ей на ухо, да так, чтобы ее вопрос выглядел касающимся исключительно ее.

- Мадам, прошу вас, заклинаю и умоляю, спасите меня и мою честь, которую может запятнать сущая и невинная безделушка, такая, как записка. Я обронила, я виновата, неуклюжа и глупа, но прошу, дайте мне хоть один шанс, если вы видели, куда упала записка...

27

Отправлено: 08.12.11 21:36. Заголовок: От легкого дыханья п..

От легкого дыханья пресной скуки
Острее боль любой разлуки…

Если бы малышка Анриэтт была не так покорна церемониалу  новобрачной, наверняка принцесса Монако, воздержалась бы от столь дерзкого поведения в это утро и конечно, не стала бы так настойчиво вызывать недовольство мадам де Лафайет. Но где уж было среди любопытствующих девиц и манерных статс-дам объясняться с подругой в самых нежных чувствах и поверять ей секреты сердца. Ах, милая принцесса не  хмурьте брови, не будьте суровы к Кате, кудрявую голову которой вскружили так, что она позабыла даже об элементарном такте. И в каждом своевольном жесте, в каждом опрометчивом слове не было ни гордости, ни каприза,  а только нетерпение.  Ей хотелось поделиться переживаниями с юной супругой герцога Орлеанского, щеки которой непременно покрывались румянцем, при одном упоминании о новоявленном супруге.  Дружба при дворе Лучезарного, понятие настолько неоднозначное и редкое, что именовать так спешили малейшую приязнь , возникшую, между дамами.
Из всех, с кем Катрин де Грамонн довелось свести приятельство со времени возвращения из ссылки, Генриетта-Анна и, пожалуй, Олимпия де Суассон были редким исключением сердечной симпатии, без какого-либо дальновидно расчёта на крепкие связи в венценосном кругу. Но коль скоро графиня, счастливо была занята в это утро событиями куда более важными и приятными, Анриэтт была единственной возможностью, открыть сердце и облегчить тем самым душевные метания.
Уж лучше рискнуть и пасть жертвой праведного гнева Великой Армады, чем и дальше выслушивать этот жалкий лепет по поводу цвета наряда – решила Кэт, коротко вдохнув и разжав кулачки.
- Приглашение на пикник в компании свекрови...ах, простите, Её Величества, большая честь для каждого и, боюсь ни одному кавалеру не по силам заслужить этого блага – почти беззаботно осведомилась принцесса, поправляя упругий локон перед зеркалом у самого окна.  Она пропустила облачение Мадам в необыкновенно нежное платье кремового цвета, отметив, однако, правильный выбор «девственно чистого» образа для первого появления в качестве супруги принца. В это мгновение она вспоминала собственное первое утро.
Супруга принца де Монако в длинной белоснежной сорочке, босоногая, явилась перед фрейлинами и служанками, распахнув двери в свою приёмную. Она буквально «влетела» в комнату, чем неимоверно смутила степенных дам, ожидавших дозволения войти. Она совершенно не сдерживаясь, расхохоталась, увидев их открытые в изумлении рты. Она не дала им опомниться, облачившись в алое, простое платье и даже не собрав волосы, она отправилась  в комнату Луи. Ах, бедный, маленький принц, он не сумел скрыть за недовольством, радости быть разбуженным прекрасной супругой, а не желтолицым камердинером.
Катя обернулась к герцогине, рядом крутилась маленькая баронесса, имени которой она так и не узнала, но тёмные глазки которой, предвещали немало интересных событий.
Забавно было бы, если бы по её примеру Анриэтт изволила проявить характер и не остаться милой куколкой в руках опытных наставниц. Но сама мысль о неповиновении герцогини Орлеанской казалась смешной и несбыточной.
- Милое дитя – Катя ловко выхватила  розу из пальчиков Оры  и закрепила алую головку на корсаже по направлению к сердцу Мадам. Вышло весьма символично. – Вы при дворе дебютантка, но находчивость Ваша умиляет и даже радует – она готова была потрепать де Монатле за щёчку, но не стала позволять себе этого, не желая задеть чувств девушки. – Но учтите, милая, не всех может порадовать такая прыть – она красноречиво оглянулась на графиню, подошедшую к дверям. Кэт отступила на шаг назад, рассматривая труды фрейлин и статс –дам.
- Вы само совершенство, Ваше Высочество, Горгона будет довольна – Кэт не сдержалась и прыснула от смеха. В это же мгновение, дверь в гостиную покоев отворилась и мадам де Лафает покинула их, спеша увидеться с прибывшим месье Невилем.
- О, в добавок вы остаётесь на моём попечении как жаль лишаться общества мадам де Лафайет. – С этими словами Кэт оттеснила юную фрейлину и подхватив подругу под локоток заговорила много тише – смею предположить, что сам герцог де Невиль был бы куда лучшей компанией, но он пришел, наверняка, просить за сына бедокура, а я, признаться честно, едва ли переживу дальнейшее промедление.
- Нет, в самом деле, Анриэтт, если бы я знала, что ты станешь так мучить меня, я бы в это утро отправилась к твоему супругу, там кроме моего назойливого братца ни одной сколько-нибудь надоедливой преграды… пожалей же меня идём
– Кэт настойчиво потянула принцессу к двери.
- Кстати, роза ведь и впрямь достойна ответа, но ты уверена, что не ошибёшься с благодарственным даром? – лукаво шепнула подруге принцесса. Она с совершенной уверенностью сомневалась в источнике столь приятного подарка, будучи неплохо осведомлённой об амурных пристрастиях четы Орлеанских.

28

Отправлено: 09.12.11 09:48. Заголовок: Туалет был практичес..

Туалет был практически окончен, оставалась только прическа, когда мадам де Лафайет, извинившись, выскользнула из опочивальни - ее ожидал герцог де Невиль. С ее уходом напряжение в спальне спало, все почувствовали себя словно свободнее, а Катрин, разумеется, тут же воспользовалась случаем. Не успела мадемуазель де Монтале взять в руки розу, как принцесса де Монако завладела ей сама. И, разумеется, с первой попытки пристроила цветок очень удачно. Генриетта придирчиво осмотрела себя в зеркале. Нежно-кремовое платье придавало ей вид невинный, возвышенный и одухотворенный - самый подходящий для сегодняшнего утра. Алая роза у самого сердца - весьма символично. Предложение фрейлины ответить подарком на подарок несколько удивило ее. Дерзкое предложение, разумеется, не фрейлине его высказывать. Однако Генриетта уже поняла, что эта девица не из робких и везде сует свой нос. Но со своими обязанностями она справлялась прекрасно, чувствовалось, что де Монтале не первый раз исполняет роль фрейлины. А вот о второй девушке этого нельзя было сказать - та явно была новичком, хоть и старалась не подавать вида. Необычная девушка. Впрочем, она, кажется, очень знатна - а породу видно всегда. Генриетта, воспользовавшись случаем, внимательней присмотрелась к двоим фрейлинам. Монтале производила впечатление умной, но страстной девушки, карьеристки, причем не очень опытной. Эта попытка обратить на себя внимание - чем еще может объясняться? Вторая - де Вьевиль - была иной, более сдержанной и замкнутой. Возможно, это объяснялось неопытностью, потому что горячая натура чувствовалась и под придворной маской. Генриетте понравилась эта девушка, даже несмотря на то, что принцесса ревниво относилась к чужой красоте. Она умна, мне кажется, на нее можно будет положиться.
Мысли принцессы были прерваны словами подруги. Горгона... Жестоко и не вполне точно, зато эмоционально, вполне в духе Катрин. Но вот следующие ее слова...
- Мучить тебя? О чем ты, милая? А, об этом, - Генриетта обвела глазами собравшихся дам. - Ты никогда не признавала этикета. Что поделать, мне такое поведение не по душе - я имею в виду, для себя. Я понимаю, тебе нужно поговорить, но неужели ты хоть немного подождать не можешь? Скоро выйдем на улицу, там можно будет поговорить, - совсем негромко сказала принцесса. Катрин кивнула - и, под занавес, огорошила странным вопросом про розу.
- Ошибусь? - и вдруг в голове принцессы, как молния, мелькнула мысль - а точно ли это подарок Его Высочества? А не постарался ли кто-то из придворных проявить такт вместо своего господина? Слава Богу, Генриетта видела в зеркале свое лицо - оно не дрогнуло, даже не побледнело. А я научилась неплохо справляться. Но откуда взялась эта несуразная мысль? Впрочем, можно было догадаться: из странного взгляда мадам де Лафайет, когда подали розу и вот сейчас - из непонятной реакции подруги на предложение фрейлины ответить подарком на подарок. Да, либо это Его Высочество, либо нет. Если да, то что-то дарить нужно, но как проверить? Идея пришла быстро.
- Я думаю, что при встрече с Его Высочеством сама сорву для него цветок, - если будет заметно, что подарок от него. Увидит же он розу и как-то на нее отреагирует!

29

Отправлено: 15.12.11 21:26. Заголовок: Если герцог де Невил..

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Высочества Принца Филиппа. 3 //

Если герцог де Невиль расчитывал на немедленное уклонение от объяснений, сославшись на неумолимую мадам Первую Статс-Даму, Ее Сиятельство в свою очередь намеревалась поспешно ретироваться, то оба достаточно сильно ошибались. Движимый любопытством и растущим с каждой минутой подозрением, что причиной такого любезного предложения было ничто иное как желание Луи одарить новоиспеченную невестку своим вниманием. Туфельки, как же... позавчера бал в честь Ее Высочества, закончившийся бесславной гонкой в гондолах и похищением юной принцессы, едва успевшей стать герцогиней Орлеанской, вчера внезапное похищение средь бела дня и замена партий в балете. Королевска фантазия воистину неисчерпаема. И если Луи думал пустить всем пыль в глаза, появившись накануне на балу в обществе графини де Суассон, то обмануть самого Филиппа ему не удастся. Как впрочем и заставить его кусать губы от досады. Нетушки, пусть король получает то, что хочет - Филипп сам поднесет ему на блюдечке желаемое, и при этом заставит кусать не просто губы, а локти.

- Так в чем же дело, мадам? - с энтузиазмом парировал Его Высочество, когда графиня была готова скрыться за распахнутыми дверьми, - Давайте и спросим Ее Высочество. О, я понимаю, насколько важно, чтобы разрешение исходило именно от нее... ну, а если герцогиня вздумает послать Вас ко мне, герцог, то мы можем сэкономить Вам время... я отправляюсь сам и лично дам мое благоволение.

Намотав свободно болтавшийся угол халата на руку, на манер древнеримского сенатора, Филипп прошествовал следом за графиней де Лафайет напрямик к опочивальне супруги. Если бы не вежливость перед мадам, он расхохотался бы прямо за ее спиной, настолько комичной была вся ситуация.

Воспользовавшись привелегией быть любимыми фаворитами герцога Орлеанского, де Гиш и де Шатийон неотступно следовали за Филиппом, посмеиваясь в кружевные манжеты, выпадавшие тройной волной из узких рукавов их курток, сшитых по последнему писку придворной моды, по большей мере диктуемой их же господином. Де Шатийон едва не хохотал, поглядывая на лица камеристок и лакеев, застывших с удивленными выражениями на лицах. Де Гиш напротив же мрачнел все больше по мере их приближения к дверям опочивальни Мадам. Филипп лишь мельком обернулся, чтобы ободрить друзей перед выходкой, которая должна была стать свежайшим придворным скандалом и обеспечить не одной паре злых язычков нескучное утро и полдень.

- Арман, душа моя, смелее... мы же не к Медузе Горгоне идем, а всего навсего к моей дорогой супруге. Поверь мне, если кого сегодня и пожелают убить, так это моего портного... - он подобрал выбившуйся из руки подол халата, - Этот халат решительно разонравился мне. Ты только глянь, он совершенно...

Герцог не успел докончить свои жалобы, когда двери в опочивальню герцогини Орлеанской распахнулись перед ними во всю ширь. Лакеи, дежурившие у дверей не знали как быть - перед ними выжидательно стояла сама мадам первая статс-дама герцогини, а с другой позади графини стояли трое мужчин, хоть один из них и был супругом Мадам.

- Ах-ха, Мадам! Я застал Вас врасплох! - скрывая собственное смущение, все-таки, Филипп понимал, что его шутка зашла несколько далеко - в опочивальне Генриетты, кроме нее самой было еще не менее дюжины девиц - фрейлины и служанки герцогини, а позади него переминались с ноги на ногу де Шатийон и де Гиш, благо, что у остальной части его свиты, как и у герцога де Невиля хватило такта остаться в ожидании в гостинной.

С раскрасневшимися щеками Филипп сделал несколько шагов к центру комнаты, милостиво улыбаясь направо и налево приседвашим как по команде девушкам. Тонкие пальцы парили в воздухе, как будто герцог дирижировал невидимым оркестром. Он подошел ближе к супруге и подхватил ее руку за кончики пальцев и только слегка коснулся к ним губами, воздержавшись от поклона, который мог бы окончиться весьма плачевно на его облачении, поскольку шелковый скользкий халат так и норовил полностью распахнуться из едва затянутого на тонкой талии пояса.

- Ваше Высочество, - блеснув улыбкой, герцог Орлеанский поспешно выпустил руку жены и отошел к туалетному столику, на котором стояло несколько раскрытых коробочек с драгоценностями, которые видимо Генриетта еще только собиралась выбрать к своему наряду, - О, вот эти бриллиантики мне кажется будут очень хороши с этим платьем, душа моя. Да... пожалуй... - приложив палец к губам, герцог на секунду замер, разглядывая колье и серьги, - Или вот эти... жемчужные... да, пожалуй, лучше эти. Ах да, и мы тут, - он весело подмигнул двум фрейлинам, помогавшим Генриетте закрепить розу, точно такую же, как и та, которую он получил от де Гиша, - Да, я решил избавить Вас от необходимости спрашивать мое мнение по поводу новых туфелек для нас и для Вашей свиты, Мадам. Я даю свое полнейшее согласие. Да, безусловно да, Ваше Высочество. Ее Сиятельство графиня де Лафайет объяснит Вам все детали.

Алая свежая роза привлекла его внимание больше, чем он сам того желал. Значит ли, что де Гиш пытался решить его супружеские проблемы за него? Или это был его личный подарок Генриетте? Не переставая улыбаться, Фмлипп с полуоборота посморел на лицо де Гиша, пытаясь разглядеть, что могло быть причиной внезапной угрюмости - ревность или нечто другое и совершенно нежелательное? Не показать ни единым движением бровей, о чем он только что подумал, не сейчас. Филипп взял выбранный им гарнитур из футляра и сам поднес Генриетте, улыбаясь так, как будто ничего не происходило.

- Жемчуг и роза.. что может быть прекраснее естественной красоты? Не так ли, мадемуазель? - улыбка, наклон головы и игривый прищур глаз адресовались мадемуазель де Монтале, - Катрин, будьте ангелом, помогите застегнуть колье... я совершенно беспомощен в этом шикарном халате, - сквозь зубы и смех проговорил Филипп, оборачиваясь к принцессе де Монако, - Никогда не позволяйте роскоши лишать Вас свободы... передвижения, друг мой...

Подмигнув еще раз мадемуазель де Монтале, которую он запомнил с вечера накануне, Филипп отдал колье Катрине де Монако и едва ли не со вздохом облегчения снова поправил полу злополучного халата на своей руке.

- Решительно не понимаю, как древние римляне справлялись со своими тогами... я всего лишь четверть часа ношу этот халат и устал больше, чем от рыцарских доспехов, которые на меня напялили во время прошлогоднего турнира. Мадемуазели, я прошу прощения, что не привествую всех в отдельности... Вас так много, а я всего один и я увы, не помню всех имен. Нет мне прощения, - наигранное раскаяние обернулось шаловливой улыбкой, - Мадам де Лафайет, будьте любезны рассказать Мадам о плане Его Величества. А то я могу что-то и упустить...

30

Отправлено: 15.12.11 23:38. Заголовок: Луиза де Лавальер ..

Луиза де Лавальер

- Записка? – несколько растерянно произнесла мадам де Тианж, - Какая записка, дорогая Луиза? Вы что-то потеряли?

Первой мыслью Габриэль было, что девушка от волнения, которое вновь проступало в ее взгляде и дрожании голоса, обратилась не к тому человеку или же просто постеснялась обратиться со своею просьбою к мадам де Лафайет, но только через минуту до нее дошло о чем говорила девица. Записка! Тоесть то письмо, которое маркиза подхватила, когда девушки покидали гостиную и которое Габриэль так и не успела прочесть, что бы вычислить адресата и вернуть ему послание!
Но откуда же ей было знать что именно этой девушке оно предназначалось? Как часто случай решал самые запутанные дела и наносил урон репутации? Сколько опрометчивых или интимных писем попадали не в те руки из-за забывчивости или спешки? И кто мог обещать, что в хорошенькой головке этой милой пастушки не зрел некий коварный план или же кто-то не надоумил ее попросить вернуть листок, заметив что тот оказался у мадам де Тианж, но сам побоялся раскрыть себя?
Габриэль была при дворе так мало, но стараые привычки искореняются плохо и потому она поджала губы и стараясь не выдавать своей догадки продолжила:
- Моя дорогая Луиза, что навело Вас на мысль что у меня Ваша записка? Какая она и где Вы ее обронили? Право слово, не хочу быть неблагодарной, но Вы должны и меня понять..

Отсутствие мадам де Лафайет вызвало некоторое оживление в рядах фрейлин и несколько разрядило обстановку: мадам де Граммон в привычной оживленной манере о чем-то ворковала с Ее Высочеством и Орой, а остальные девушки уже более свободно осматривались по сторонам, давая волю своему любопытству. Призвать бы их к порядку, как следовало бы старшей из дам, но охваченная волнением из-за просьбы Луизы, Габриэль полностью сосредоточилась на девушке.

31

Отправлено: 17.12.11 07:10. Заголовок: Дозвольте даме закат..

Дозвольте даме закатить глаза
Опять «лихая стрекоза» лишилась крыльев
Жемчужный обод – новая окова,
Ну, сколько можно, право слово…

Если среди знатных господ и венценосных отпрысков  и был человек, способный соперничать с Катрин де Грамонн в капризной нетерпеливости, так это герцог Орлеанский. Месье единственный и неподражаемый, только он во всей своей красе был также полон себялюбия и жизнелюбия.
Не даром, привыкший к обществу сестры с детства, Арман де Гиш  так скоро оказался в числе приближённых принца. Он ловко умел угадывать настроения Филиппа, отчего чаще прочих оказывался рядом с уместным словом или столь же желаемым молчанием. Однако,с колько общих черт не обнаруживалось бы в характере Катрин и Филиппа, они оставались лишь союзниками в неприятии придворной чопорности, хотя у Её Высочества были все шансы свести сердечнейшую дружбу с венценосной четой.

Несмотря на недавнее упоминание новобрачного в качестве желанного собеседника, Кэт была несколько раздосадована его внезапным появлением.  Гомон девичьих голосов в опочивальне мгновенно стих, стоило лишь Его Высочеству вторгнуться в святая святых его новоиспеченной супруги.  Как видно мой удел сегодня – терпеть фиаско в каждой попытке  излить душу – печально подумала Катя, отпустив руку Генриетты и отступив в сторону.
Не в пример своей немногочисленной смущённо-озадаченной   свиты, Филипп явно был в прекрасном расположении духа. Он довольно вышагивал по комнате, то и дело манерно закидывая через руку длинную полу халата. Склонившись к Анриэтт Кэт едва слышно шепнула подруге

- Ваше Высочество, похоже Ваша роза не обрела близнеца может и впрямь имеет смыл сделать ответный подарок.
Катя улыбнулась, мысленно всё же смирившись с тем, что приватную беседу о самом сокровенном теперь придётся отложить надолго. Что ж в таком случае ей остаётся лишь, развлекаться, дабы отдалить свои помыслы от предмета пылких желаний.

- Ваше Высочество – она едва присела в реверансе как всегда игнорируя этикет, замечая лёгкую улыбку, адресованную принцем юной фрейлине. –  и стоит ли удивляться, что так скоро Выши вкусы стали отвечать предпочтениям Мадам - зайдя за спину герцогини, Кэт лукаво покосилась на алую розу, приколотую к лифу Анриэтт.

- Но что же Ваша свита не потрудилась подобрать Вам наряд в это утро, какой-нибудь очаровательный камзол -  она с издёвкой посмотрела на брата, и без того угрюмо отводящего взгляд. – Вы ведь составите нам компанию в это утро, дорогой Филипп, не позволите зачахнуть в сугубо дамском обществе – застегнув колье на лебединой шейке Генриетты и поправив кружево на безупречном наряде принцессы, она сделала шаг обратно к Филиппу.
- Было бы верхом неблагоразумия в это солнечное утро оставить нежную розу без защиты – о, маленькая, коварная интриганка. Не в дверь, так в окошко ловкой пичугой, Катрин всегда добивалась своего. Вот и теперь она беззастенчиво увещевала герцога, надеясь, что его милостью кавалеры будут допущены на сегодняшний пикник и тогда… Нет, нет, она не может позволить сладким грёзам завладеть собой, только не теперь…

Она успела озорно качнуть головой и обворожительно улыбнуться, невинно хлопнуть ресничками, прежде, чем графиня Лафайет вернулась в комнату
- А вот и  настойчиво-заботливый садовник – шепнула она на ухо принцу, дабы не вызвать очередное негодование Армады.
- Чтобы Вам не пытались внушить, не сомневайтесь, что Ваше общество более, чем желанно – личико Кати красноречиво пылало, и Филипп, знавший её нрав, если захотел бы, непременно смог бы догадаться, что в каждом слове кошки-Кэт, есть весьма пикантная недосказанность, и ни капли пустословия или угодничества.

- Хотя бы ради Вашей свиты, Ваше Высочество, Вы только посмотрите, как опечален месье де Гиш нашей грядущей разлукой – с каким-то торжеством заметила  Катрин, резко переводя взгляд на брата, когда тот невольно дёрнулся, испуганно воззаряясь на своего благодетеля.
Замолчать Катрин заставило появление мадам де Лафайет и конечно, заинтригованность словами Филиппа о таинственной «затее короля». Кокетка навострила уши и с любопытством переглянулась с Генриеттой-Анной.

32

Отправлено: 17.12.11 11:59. Заголовок: Луиза вновь покрасне..

Луиза вновь покраснела. И это состояние скоро станет вечным. Девушка так и будет ходить с огненными щеками, словно больная или искусно загримированная. В это мгновение она подумала о других придворных дамах, которым удается совладать со своими эмоциями, которые умеют носить присущую французскому двору маску. Лавальер бросила отчаянный взгляд в сторону товарок, которые вовсю шептались и, кажется, не заметили ее маневр по комнате. Она вздохнула и продолжила:

- Там, в гостинной, перед тем, как мадам построила нас в две шеренги. Я растерялась и обронила, а после заметила, что ровно на том месте через мгновение оказались Вы, и записка исчезла. Впрочем, Вы моя единственная надежда и спасение. Я знаю, что при дворе фрейлинам не положено заводить переписок, но это вскружило мне голову, и я имела неосторожность забыться. Это послужит мне хорошим уроком. Я и так все время натыкаюсь на неприятности, но клянусь Святым Евангелием, что это последняя моя оплошность. И записку я тут же предам огню...

Луиза перекрестилась и поцеловала небольшой драгоценный фамильный крестик, который висел у нее на шее. Она дала страшную клятву, которую не посмеет никогда нарушить. И коли суждено спасти ситуацию только таким способом, де Монтале придется смириться с тем, что труды ее маркиза будут сожжены.

Но вот мадам де Лафайет возвращается в покои. Луиза вздрогнула и опустила взор. Она надеялась пусть на одно слово, но надеялась. Вместе с мадам появился и новобрачный, чье присутствие взволновало девушку. Ведь опять начинаются церемонии и правильные диалоги, и Габриэль могла попросту не успеть даже шепнуть на ухо ответ.

33

Отправлено: 17.12.11 17:51. Заголовок: Когда в гостиной раз..

Когда в гостиной раздался шум и дверь в опочивальню распахнулась, то меньше всего Генриетта ожидала увидеть на пороге своего супруга со свитой. Выглядел он довольно необычно - в халате, накинутом на какой-то странный не то костюм, не то неглиже... Даже Катрин была, кажется, слегка шокирована появлением Его Высочества - впрочем, ее легко было понять. Только попыталась поговорить с подругой, и опять помешали, а принцессе де Монако явно надо было обсудить что-то очень важное, что рвалось с языка. А Месье уже начал победное шествие - иначе не назовешь. Взмахивая рукой на манер дирижера и улыбаясь фрейлинам, он направился прямо к ней с довольно-таки вольным приветствием. Генриетта не могла оторвать взгляда от супруга - с чем-то он пришел? Она понимала, что все, что между ними не решилось ночью, решится сейчас - их будущие отношения, судьба их брака, ее судьба. И она пыталась прочесть его мысли. Она ласково улыбнулась мужу, взявшему ее за руку, но поцелуй был совсем мимолетным, небрежным.
- Доброе утро, Месье!
А принц, отойдя к ее туалетному столику, так и сыпал словами. Туфельки? Боже мой, какие туфельки? Пальцы Его Высочества небрежно перебирали ее украшения и, наконец, остановились на приготовленном жемчужном колье, которое он и поднес ей, мило улыбаясь и зубоскаля.
- Благодарю, Месье, за Вашу заботу - теперь мне не придется решать, раз всю тяжесть выбора вы приняли на свои плечи! Даже не зная никаких подробностей, я принимаю Вашу волю, - голос звучал нежно и немного задорно.
Она заметила, какой взгляд принц кинул на розу на ее платье - а потом, не удержавшись, метнул взгляд на своего спутника. Кажется, это брат Катрин... А ведь под халатом Его Высочества тоже видна была алая роза. Но подарок был не от него. Хорошо, что она поняла это заранее, иначе неминуемо выдала бы сейчас свои чувства - обиду, досаду, боль. А так все эмоции были надежно укрыты под непринужденной улыбкой.

А принцесса де Монако не успокаивалась, теперь ее огонь был направлен на Месье. Генриетта бросила укоризненный взгляд на подругу, позволившую себе уже слишком многое. Поправлять кружева Его Высочества - это, право же, слишком даже для Катрин! Кажется, принц не очень-то доволен ее вниманием, тем более что продиктовано оно явно не кокетством и уж тем более не желанием выслужится. Скорее, привычка и желание аккуратными маневрами добиться чего-то.
Стараниями Его Высочества жемчужное колье было-таки надето на Генриетту, и туалет был завершен. Его продуманность составляла, должно быть, забавный контраст с халатом принца Филиппа. Принцесса решила поддержать шутливый тон супруга.
- Я вам сочувствую, Месье, и восхищаюсь Вашим подвигом, бОльшим, чем подвиг рыцаря в доспехах. Преодолеть такие неудобства ради нашего скромного женского общества! Не знаю, могли бы Вы даже и на турнире выглядеть более рыцарственно! - она улыбнулась и нарочно смягчила голос, так что фраза прозвучала не насмешкой, а ласковой шуткой.
-  Полагаю, за такое свершение вам простят и некоторую забывчивость! - Генриетта поймала взгляд подруги и добавила:
- Надеюсь, Вы не лишите нас своего общества сегодня? Разумеется, после того как избавитесь от Ваших доспехов!
И, временно откладывая эту тему, дала волю своему любопытству:
- Мадам де Лафайет, так что же за план?

34

Отправлено: 18.12.11 00:36. Заголовок: Луиза де Лавальер ..

Луиза де Лавальер

Слова мадмуазель де Лавальер были пронизаны такой искренностью и невинностью, что рука мадам маркизы невольно сжала заветный листок в кармашке. По всему было видно, что Луиза не принадлежала к обществу вечных заговорщиц при дворе, а сплетни этому невинному созданию претили так же, как поклонение языческим богам некой невинной святой деве. Иначе как объяснить то, что Габриэль до глубины души удивила и тронула жаркая клятва юного создания? Провинциалка или нет, но мало кто бросается такими словами при дворе Бурбонов.

Но разум вновь возобладал над сердцем маркизы де Тианж и рука замерла в кармашке, все так же сжимавшие бумагу пальцы с усилием разомкнулись и обе ладони женщины через мгновение вновь покоились поверх корсажа платья. Пустые..

- Дорогая моя Луиза, я бы и была рада Вам помочь, но поймите, что я, как бы это сказать, не уверенна что Вас не неволят к этому и Вы не накличете беды на свою ..

Но едва Габриэль удалось перейти к наиболее важной части своего взвешенного и пространного объяснения почему она не могла так просто отдать столь пылкой девице послание, в авторстве которого сама мадам не была уверена и желала передать его в правильные руки, то есть руки автора или адресата, как в покои Генриетты Анны внезапно возвратилась не только мадам де Лафайет, но и к всеобщему удивлению сам Месье. И всеобщее дамское восхищение, удивление и любопытство – вобщем, все умы и глаза оказались прикованы к статной фигуре герцога Орлеанского, облаченного как в всегда в нечто эксцентричное, и принявшегося с первой же секунды своего появления увлеченно участвовать в событиях этого маленького женского общества.
Подобно маслу и воде, свиты обоих супругов пока скверно ладили между собою и между ними по наблюдению маркизы де Тианж не проскользнуло ни одного теплого взгляда, принадлежавшего людям, которые проводили вместе некоторое время – что ж, это пока было разумно и понятно, учитывая, что свита супруги принца сформировалась буквально сегодня, а «друзья» Его Высочества не всегда благосклонно относились к дамам в их обществе. Особенно, если верить слухам о некоторых из них, к дамам свиты новоиспеченной супруги и их принца – кем бы они не были, так сказать заранее.
Так что пока супруги в разной тональности творили первый день своей семейной жизни под одобрительные взгляды мадам де Лафайет, а принцесса де Монако скрашивала эту немного угловатую ситуацию своим премилым воркованием со своим братом, состоявшим в свите Филиппа, маркиза де Тианж позволила себе позабыть о крошке Луизе де Лавальер и незаметно понаблюдать на Его Высочеством.
Как же далеко оказались те дни, когда Филипп незамедлительно выделял ее из толпы и одаривал знаками внимания и как давно она проводила время в этой пестрой, немного надменной, всегда насыщенной эмоциями и тайнами толпе его приближенных, выдержавших испытание его поведением, эксцентричностью и очарованием! То обстоятельство, что сегодня принц ее не заметил ощутимо укололо Габриэль в сердце, но женщина постаралась взять себя в руки: чего можно было ожидать по прошествии стольких лет? Принц не обязан помнить всех и каждого, это прерогатива венценосных особ, так что не стоило и вмешиваться.

Немного грустная улыбка озарила лицо Габриэль и она окинула взором приближенных принца и самого брата короля.

35

Отправлено: 23.12.11 01:17. Заголовок: Разочарование было о..

Разочарование было одним из тех чувств, которые деятельная натура мадемуазель де Монтале умела испытывать глубоко, но весьма недолго. Проводив взглядом алую розу, реквизированную принцессой де Монако, а с ней и смутную надежду оказаться в оранжерее на вполне законных основаниях, девица Монтале лишь коротко (но отнюдь не кротко) вздохнула и немедля приступила к обдумыванию следующей фазы своего пока еще смутного плана.

Туалет юной герцогини был практически завершен, и обязанности двух избранных мадам де Лафайет фрейлин на сем пока заканчивались, но как бы не хотелось Оре поскорей кинуться к окну, у которого ее драгоценная Луиза вела тихую беседу с маркизой де Тианж, покинуть свой пост рядом с Мадам она могла лишь с ее разрешения, с которым Ее Высочество не спешила. А сердечко Оры тем временем было ой как не на месте: судя по отчаянным взглядам, которые обращала в ее сторону Лавальер, прекрасная Габриэль не торопилась вернуть злосчастную записку. «Должно быть, маркиза хочет прочитать ее вначале», - решила про себя Монтале, поскольку будь она на месте Габриэль, то точно не совладала бы с природным любопытством и не выпустила бы из рук компрометирующий листок бумаги, не выяснив, кто именно себя скомпрометировал. Так стоило ли ожидать от других того, на что ты не способен сам?

На сем глубоко философском размышлизме внимание мадемуазель было внезапно отвлечено происшествием, которое можно было смело окрестить Сошествием. Признавшись буквально накануне вечером Луизе в разочаровании, кое Ора испытала при известии о том, что фрейлинам не доведется лицезреть Его Высочество герцога в халате, она меньше всего ожидала, что Небу будет угодно исполнить ее нецеломудренное пожелание незамедлительно (точнее, с небольшой отсрочкой до утра). Но да, сомнений быть не могло: в золоченой раме распахнутых лакеями дверей нарисовался сам принц Филипп, одетый явно не в соответствии с придворным этикетом.

Воображение впечатлительной мадемуазель было так очаровано зрелищем роскошного халата из переливчатого шелка, что она даже позабыла смутиться, заметив, что оный предмет герцогского туалета накинут поверх ночной сорочки, весьма небрежно распахнутой на шее и едва прикрывающей колени голубых кровей. Ора жадно разглядывала золотые шнуры и кисти пояса, великолепное шитье на отворотах широких рукавов и узор на шелке и не сразу поняла, что принц обращается к ней.

- Жемчуг и роза… что может быть прекраснее естественной красоты? Не так ли, мадемуазель?

Монтале вздрогнула, вскинула глаза и, встретив насмешливый взгляд Его Высочества, запоздало сообразила, что ей не стоило бы столь пристально рассматривать чужих супругов в неглиже. Собрав волю в кулак, чтобы не хихикнуть наиглупейшим образом, мадемуазель присела в реверансе, жалея о своей прискорбной неспособности заливаться румянцем в подобающий момент. Сейчас алые щечки ей не помешали бы, отнюдь.

- Истинно так, Ваше Высочество, - пробормотала она вполголоса, как бы отвечая на вопрос, который, по сути, не требовал ответа, поскольку Месье, одарив Ору еще одной улыбкой, немедля позабыл о ее существовании, порхнув к туалетному столику с разложенными напоказ украшениями. «Ну чисто сорока на блестящее», - подумала ехидная девица, следя за тем, как ловко молодой герцог управляется с халатом, так и норовящим сползти со своего обладателя самым нескромным образом. Судя по сдавленному попискиванию и перешептыванию, борьба между Месье и халатом занимала не только ее внимание.

Внезапная боль обожгла руку, и Ора чуть слышно охнула, с удивлением осознав, что ее только что ущипнули, причем весьма грубо, хоть и ловко: прямо под прикрывающим локоть кружевом, где мгновенно потемневший след от пальцев не был виден никому.

- Ваша бойкость не делает Вам чести, мадемуазель Как-Вас-Там, - жаркое дыхание обожгло ей шею. – Не стоит прожигать дыры в Месье, это пустая трата времени. Пустая и… опасная.

Монтале застыла, едва дыша, и лишь когда мужчина за ее спиной сделал шаг в сторону, опасливо скосила глаза. Изысканно и пышно разодетый брюнет бросил на нее мрачный и (нет, Ора не могла ошибиться, каким бы невозможным это не казалось!) ревнивый взгляд и подошел к мадам де Монако. Ора узнала его, ведь, в отличие от Месье и его придворных, у нее была неплохая память на имена и лица: граф де Гиш, камергер Его Высочества герцога Орлеанского.

Рука болела, и от боли и обиды хотелось прослезиться. Беспечная речь Месье, обращенная к свите принцессы, прозвучала почти столь же обидно, как и издевательское «Как-Вас-Там» де Гиша. Монтале вспомнила восторженный рассказ Великой Мадемуазель, восхищавшейся памятью и любезностью Его Величества: по ее словам, король всегда помнил по именам всех представленных ему дворян и даже к слугам обращался только по имени. Видно, Господь наделял Бурбонов памятливостью весьма избирательно. Прикусив все еще подрагивающую от обиды губку, Ора вновь обратила свое внимание на интересующий ее дуэт в оконной нише, гадая, закончились ли успехом переговоры Луизы.

Животрепещущий вопрос: как попасть в сад, по-прежнему оставался без ответа.

36

Отправлено: 25.12.11 18:37. Заголовок: Направляясь к дверям..

  Направляясь к дверям опочивальни герцогини Орлеанской, мадам де Лафайет спиной чувствовала на себе неприкрыто насмешливые взгляды свиты герцога. А проходя по просторной галерее, отделявшей гостинную Мадам от опочивальни, она к своему ужасу услышала цокающие шаги Филипп, кажется, даже домашние туфли принца были на каблуках. Графиню передернуло от мысли, что следом за принцем в опочивальню ворвутся с дюжину молодых людей, манерами и галантностью заслуживших самые неодобрительные отзывы всех почтенных матрон двора. Но сам Месье! Франсуаза едва не обернулась с надеждой, что принц вот вот отстанет и останется позади смиренно дожидаться свою супругу в галерее. В том виде, в котором Филипп предстал в гостинной было немыслимым появиться на людях, тем более перед фрейлинами его молодой супруги... а что уж говорить о самой герцогине! Какое вопиющее неуважение к этикету!

И все-же, мадам де Лафайет дошла до дверей в опочивальню, так и не обернувшись и не сказав ни единого слова. Пусть Филипп ведет себя эксцентрично и вызывающе, но графиня прекрасно знала, что могла и что не могла позволить себе первая статс-дама свиты герцогини Орлеанской - уж точно выговоры и запреты в отношении герцога не входили в список ее полномочий.
А жаль, почти пробормотала про себя графиня уже на пороге опочивальни.

Герцог почти обогнал ее, или просто потому что мадам де Лафайет замерла в некоторой растерянности в дверях комнаты, Филипп воспользовался ее заминкой и прошел к самому туалетному столику герцогини.

Пока герцог разглядывал украшения супруги и ворковал что-то о нарядах и удобствах, мадам де Лафайет обвела взглядом шеренги фрейлин, подмечая в глазах девушек нескрываемый интерес граничивший с восторгом, с которым те рассматривали герцога и вошедших вместе с ним графа де Гиша и шевалье де Шатийона.
Поджатые губы статс-дамы не предвещали ничего хорошего, но она еще не окончила рекогносцировку ситуации. Как раз в ту минуту, когда была готова окликнуть свою любимицу д'Артуа, беззастенчиво рассмеявшуюся в ответ на сальную шуточку Месье, на глаза графине попалась Ора де Монтале. Вот, уж кто бы сказал, что мадемуазель рекомендовали из свиты самой вдовствующей герцогини Орлеанской! Да кто же так смотрит на молодых людей вообще, и тем более герцогов, и тем более супругов госпожи!

- Милочка, не стойте там! Помогите Мадам завязать ленту на рукаве, - многозначительно прошептала в полный голос де Лафайет, направляясь к де Монтале.

По ходу она едва не столкнулась с графом де Гишем, мечтательное лицо которого исказила гримасса настолько отвращающая и пугающая, что мадам невольно посмотрела себе под ноги - уж не увидел ли неженка-граф мышь на полу или что-то еще более неподобающее для его взора. Вот тот еще франтик, позор на седины своих родителей, подумала мадам де Лафайет, одаривая де Гиша холодной улыбкой на все случаи жизни.

- Ора! Мадемуазель де Монтале, - она прошептала уже тише и совсем другим тоном, заметив в глазах девушки неподдельную обиду, - Ну же, возьмите себя в руки, дорогая, не следует показывать свою досаду на людях... тем более при таких то стервецах, - последнее можно было не говорить, но это вырвалось само собой, уж очень недолюбливала мадам де Лафайет свиту герцога Орлеанского, - Оставьте, я сама.

Она ловко подхватила концы распустившегося банта на рукаве Мадам и подвязала их. Тут же раздалось приглашающая к рассказу просьба Филиппа рассказать всем о плане короля. Де Лафайет вспыхнула. Она то понадеялась, что Филипп уже достаточно отвлекся на безделушки принцессы и позабыл про непристойное пожелание Его Величества.

- Месье, - графиня присела в коротком книксене, словно покоряясь  неизбежному, - Мадам, Его Величество пожелали устроить новую балетную постановку и приглашают танцевать всю Вашу свиту. И для предстоящего балета король велит мастерам сшить новые туфельки для всех участников, - она слегка покраснела под любезнейшим взглядом Филиппа, - И участниц. И посему, герцог де Невиль ожидает в Вашей приемной, чтобы получить размеры всех... фрейлин, - не веря собственным ушам, что она говорила это, мадам де Лафайет нерешительно добавила, - Размеры для туфелек.

Она посмотрела по очереди в лица всех присутствовавших. Конечно же, предложение короля не могло не обрадовать саму Мадам, любительницу красивых безделушек, и безусловно, мадам де Монако, с усмешкой поглядывавшую на брата, уж дочери герцога де Граммона не могла понравиться мысль блеснуть в новой постановке, конечно же в одной из главных партий - блистать так блистать. А что же фрейлины и другие статс-дамы? Мадам де Тианж была явно чем-то озабочена, такой сосредоточенный и серьезный взгляд? Неужели появление Месье в столь неподобающем виде вызвало такое расстройство маркизы? да... милочка, двор уж не тот, согласно кивнула графиня своей новой подруге и перевела взгляд на раскрасневшуюся де Лавальер. Вот уж кто был воистину смущен вопиющей бестактностью короля... Хотя, впрочем, пунцовые щечки Луизы могли быть таковыми и совсем по другой причине. Стоит поближе присмотреться к этой парочке. К ней и к де Монтале.

// Дворец Фонтенбло. Гостинная в покоях Её Высочества герцогини Орлеанской. 2 //

37

Отправлено: 26.12.11 20:30. Заголовок: Катрин, душа обществ..

Катрин, душа общества, как всегда, незаменима со своим весельем и такими уместными неуместными шуточками. Ну конечно же, мадам Буря в Стакане сейчас же сожрет ее с потрошками! Филипп краем глаза замечал, как побледнело, а потом посерело лицо мадам де Лафайет. Ай ай, кажется, его приход на супружескую половину вызовет не просто переполох, но еще и снежный аваланч - такие ледяные взгляды бросала мадам Первая Статс-Дама в адрес его друзей... особенно досталось де Гишу.

Кстати, что это с ним такое? Филипп даже обернулся, что хорошенько разглядеть фаворита, а тот как раз отошел от девицы де Монтале.
Ах, душа моя, что же ты так злишься? - губы принца в полу-усмешке собрались в бантик, он посмотрел на мадемуазель де Монтале, с подрагивавшими губами, уже встретившую первую волну ледяного холода со стороны мадам графини. Ну хоть отвлечет ее от досады, - Филипп ни вздохом сожаления, ни улыбкой не выказал то, что заметил краткую, как молния стычку своего любимца с де Монтале. Все будет. У Филиппа хорошая память, когда дело касалось повода хорошенько вздрючить кого-нибудь или устроить мировой каприз и заставить свою свиту бегать сломя голову, выполняя его прихоти. И ты, душа моя, побегаешь, нечего ревновать, где не следует... впрочем... может ты и прав, если бы де Монтале не была девицей, из нее вышел бы отличный паж... и хороший друг, - подумал про себя Филипп, не опускаясь при этом до тех ушлых и низменных мыслей, которые обычно приписывали ему брюзжащие слюной блюстители этикета и правил хорошего тона.

- Но что же мы? Ах да, Катрин, и что, Вы думаете, Ее Высочество успеет соскучиться по моей компании так скоро? А? Душа моя, что скажете? - вопрос относился напрямую к супруге, хотя герцог так и остался стоять в полоборота к ней, - Мне так не хочется лишать Вас моего общества, Мадам. Но, - притворно зевнув, герцог прикрыл рот кружевным манжетом сорочки, выпроставшейся из широкого и скользкого рукава халата, - Ах, я право же, не выспался в эту ночь.

Покрасневшие как по команде лица фрейлин и ухмылки фаворитов, смутили и самого Филиппа. Не желая сказать пошлую двусмысленность, он однако именно это и сделал, но стыдиться и краснеть было поздно, он только небрежно пожал плечами, отчего халат медлено пополз вниз, о повернулся обратно к столику с украшениями.

Пока мадам де Лафайет объясняла в самых обтекаемых выражениях и формах предложение, точнее требование, короля, Филипп занимался изучением содержимого то одной коробочки, то другой, несколько раз вытаскивая на свет божий перстни и подвески, даже примеряя их на себе и крутясь перед зеркалом. В отражении он поймал на себе печальный взгляд маркизы де Тианж и весело подмигнул ей.

- Я все вижу, - игриво протянул он и обернулся, как раз когда графиня закончила свою речь, - Маркиза, где же Вы провели столько времени, что успели обрести привычку грустить даже в моем милом обществе. Габриэль, двор любит блеск улыбок, одарите нас Вашим весельем, как раньше, - поправляя халат, нисколько не заботясь о том, что смутил как минимум дюжину незамужних девиц видом ночной сорочки едва доходившей до колен стройных белых ног, Его Высочество подошел, а точнее подплыл к маркизе де Тианж, не упустив случая передразнить плывующую походку Великой Армады, пока ледяной взор графини был обращен на Генриетту-Анну, - Ну же? Иначе я подумаю, что мое появление внесло в ваше веселое общество вселенскую печаль.

Капризно оттопырив нижнюю губу, Филипп вполне походил на великовозрастного недоросля. Он насмешливо посмотрел на подтянувшегося де Шатийона, весь вид которого говорил "да мы что, это все герцог" и на де Гиша, мрачно изучавшего паркетный рисунок под ногами.

- Так что же мы ответим герцогу, Мадам? - он все еще не привык называть супругу иначе, да и как можно, из всех нерушимых правил придворного этикета правило называть супругу в обществе только по титулу было самым незыблемым, - Мы ведь не заставим Его Светлость ждать нашего ответа до скончания света?

38

Отправлено: 29.12.11 22:57. Заголовок: луиза де лавальер

Луиза готова была ломать руки от отчаяния. Мадам де Тианж была непреклонна, однако ее непоколебимость можно было понять. Французский двор, полный интриг, лести, корысти и хитрости не приемлет честность и невинность. А тем паче не приветствует слишком сказочно хороший расклад событий. Записка непременно должна была попасть в чужие, но не обязательно злые руки. И сейчас, этот милый порыв Франсуа, а может быть и не такой милый, может погубить их прямо с головой. Впрочем, Луиза кусала губы с виноватым видом, размышляя над словами Габриэль.

А ведь мадам была права. И крошка Лу абсолютно ничего не могла придумать в ответ в оправдание. К сожалению, девушка слишком хорошо помнила содержание записки, а так же приглашения. И там слишком явно упоминались их с Орой имена. Точнее все правда на лицо выплывала в ответных каракулях на обратной стороне. "Дорогой Франсуа" вместо "приветствую и вас, мой друг", "мы с Луизой" вместо "мы с моим ангелом" и так далее. Ах, наивные пташки, наивные. Только сейчас Лавальер поняла, как опасны теперь те строчки, как глупы помыслы, от которых послушно писало перо.

Молчание затягивалось. Монтале уже не раз обращала к подруге взор, мадам де Лафайет успела вернуться в покои и даже не одна. Но все это было мелочное и пустое для Луизы. Ворох мысли пару раз сменил свое направление, и, собравшись с духом, девушка вновь шепнула Габриэль.

- Могу в оправдание сказать лишь одно. Мы задержались из-за записки. Я летала в облаках и крайне долго возилась с туалетом. Анна-Николь же писала ответ под мою диктовку на обратной стороне моим же карандашом из-под молитвенника. Мы имели неосторожность забыться, о чем я теперь горько жалею. Я 3 дня всего при дворе, и мне не угнаться за его законами ни по совести своего воспитания, ни по совести своего понимания. Моя судьба и честь в Ваших руках. И пусть мой поступок буквально шалость, но подобной огласки я не переживу. Если же я еще способна давать повод для доверия, уничтожьте записку сами. Я просто хочу быть спокойна. Моя неосторожность стоит пламени на моих щеках. Ваша же неосторожность может стоит грязных слов о моем имени...

Лавальер закончила свою речь, выпаленную буквально на одном дыхании, и ее душу охватило странное спокойствие. Румянец затих, взгляд перестал судорожно блестеть. Девушка вдруг просто перестала волноваться и полностью доверила свою судьбу Господу, возможно, в лице маркизы. Умиротворение достигло вдруг такой высоты, что Луиза не смутилась даже при виде буквально обнаженного Принца. Не повела бровью, когда новобрачный опять слишком явно и неприлично близко беседовал с Монтале. Покорно опустилась в почтенный реверанс, как только Его Высочество оказало честь подойти к маркизе де Тианж. Лавальер как-то глупо смотрела на обнаженные ноги принца Филиппа, и мысли ее были уже далеко от этого номера, туфелек и даже записки.

39

Отправлено: 30.12.11 17:24. Заголовок: До ее ушей едва доле..

До ее ушей едва долетели обрывки пылкой речи Луизы де Лавальер, которая в общих чертах сводилась к повторной попытке аргументировать возвращение злополучной записки и даже какие-то детали ее получения и создания, но Габриэль целиком и полностью захватил Его Высочество, непринужденно подплывший к даме своего двора и совершенно искренне поинтересовавшимся состоянием маркизы.

Пьянящие отголоски бурной молодости в компании младшего брата короля, подобно экзотическим теплым духам, которыми иногда так любили пользоваться здешние красавицы в летние вечера, пробудили давние воспоминания, которые заиграли новыми красками под взглядом Его Высочества.

- Ну что Вы, Ваше Высочество, - заметно смутившись, маркиза присела в реверансе и ее уста тронула теплая улыбка в память об былых временах.
- Дозволено ли грустить в Вашем присутствии, если Вы – само средоточия радости на земле?
Я действительно слишком долго времени провела в уединении своего поместья, что бы забыть о том, каким может быть двор Его Величества и моя голова идет кругом от всего очарования.

Ну, еще она забыла о множестве других вещей, пока сначала смеялась, а потом стенала в своей спальне в имении маркизов де Тианж и право слово эти воспоминания с каждым днем проведенным при дворе казались ей не сколько грустными и достойными повторно пролитых слез, а скорее мерзковатым воспоминанием как о видении дохлой крысы на улицах столицы или горького запаха лука, гниющего в земле. Но о таких подробностях Филиппу Орлеанскому знать не стоило, особенно в такой день – Габриэль начинало казаться, что буквально все вокруг так и стремиться напомнить ей в сравнении что вся эта затея с отъездом из Парижа и от двора были не просто глупостью, но и обернулись огромным разочарованием. Все, от тяжелых портьер на окнах покоев Ее Высочества до матового жемчуга в волосах придворных дам, все буквально кричало, шептало и злорадно подмигивало маркизе де Тианж, напоминая о тщетности ее попытки избавиться от них и забыться в чем-то простом. И злом в данном случае был не отъезд, а именно само предположение что французский двор с его радостями и печалями изначально был чем-то временным для отпрыска одной из самых древних и знатных фамилий королевства.

Так что когда в следующий раз маркиза подняла взгляд на Филиппа, то улыбка ее стала шире и искренне – что ж, раз возвращение домой было неизбежно, то зачем сопротивляться его власти? Так или иначе, а историю о грустной маркизе следовало бы уже заканчивать, подумалось Габриэль. По крайней мере она сама исчерпала все возможные отговорки для того, что бы удерживать в душе близость очарования простоты тихого Тианжа и робко надеяться на скоро продолжение этой истории..

- Даю Вам слова, что впредь я не нахмурюсь в Вашем обществе, Ваше Высочество.

40

Отправлено: 04.01.12 13:40. Заголовок: Встретившись взглядо..

Встретившись взглядом с мадам де Лафайет, Генриетта невольно поежилось - таким ледяным было лицо статс-дамы. Разумеется, ее можно было понять - все происходившее должно было до глубины души возмущать блюстительницу этикета, чье терпение испытывалось с самого утра решительно всеми. Когда статс-дама, отстранив фрейлину, принялась завязывать бант на рукаве Ее Высочества, принцесса почувствовала: терпение мадам де Лафайет того и гляди лопнет.

А Генриетта с обидой отметила, что даже столь краткий разговор с ней уже прискучил супругу, внимание его переключилось на Катрин де Монако и мадам де Тианж, с которой он переговаривался в то время, как мадам де Лафайет, сжав губы в ниточку, докладывала о пожелании, вернее, приказе короля.

- Новая балетная постановка? - радость принцессы была непритворной, танцевать она умела и любила. Новая постановка - это значит костюмы, примерки, репетиции, танцы... В этот момент Генриетта поняла, в чем, собственно, суть пожелания Его Величества.

- Размеры ножек всех фрейлин? - она слегка покраснела, просьба была весьма дерзкой. Но с другой стороны, отказаться возможности не было: воля Его Величества была неоспорима, и начинать отношения с кузеном с непокорности Генриетте отнюдь не улыбалось. Однако капитулировать перед такой дерзостью... И тут в голове мелькнуло озарение: ведь Его Высочество высказался вполне ясно, что он готов ответить да, и она пообещала принять решение супруга. Ну вот и выход из щекотливой ситуации.

В ответ на попытку Филиппа поторопить ее принцесса лишь обворожительно улыбнулась.
- Месье, ваша жена покорна вашей воле, а вы выразили ее весьма недвусмысленно. Его Светлость герцог де Невиль, разумеется, должен передать Его Величеству полное согласие... и благодарность за проявленное внимание, разумеется, - улыбка стала еще обворожительнее.

Генриетта окинула свое отражение взглядом - туалет был окончен.
- Благодарю, мадемуазели, - кивнула она отступившим на шаг фрейлинам. Девушки присели в реверансе, а принцесса прошла мимо них и сама подошла к супругу. Она, наконец, полностью успокоилась, овладела собой и начала получать удовольствие от создавшегося положения. В конце концов, единоборство Филиппа с халатом выглядело весьма забавно. Но еще больше интересовала ее реакция супруга на предложение Его Величества. Отчего же ему настолько пришлась по душе эта затея с туфельками? Как будто он не рад моему легкому согласию.

- Месье, а вы сами примете участие в постановке?


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Опочивальня и личные покои герцогини Орлеанской. 2