Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Фонтенбло. Большая Лужайка. Балет Апрельский Сон


Фонтенбло. Большая Лужайка. Балет Апрельский Сон

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Фонтенбло. Большая Лужайка. Балет Апрельский Сон - или Похищение Прекрасной Принцессы

01.04.1661.

За день Большая Лужайка перед дворцом преобразилась. Под руководством архитекторов и обойщиков на смену вчерашним паланкинам и столам появилась просторная сцена, украшенная декорациями, написанными на холстах, которые были натянуты между шестами. На зеленом ковре коротко остриженного газона полукругом были расствалены кресла и скамьи для зрителей. При малейшем появлении солнца вспыхивали тысячи огоньков в позолоте, украшавшей резьбу на креслах и сводах огромного шатра, увенчавшего сцену.
По всему полукругу зрительских мест были расставлены гвардейцы швейцарской роты. Их кирасы сияли на солнце, а пышные плюмажи касок колыхались на ветру, уподобляя этих суровых стражей рыцарям, сошедшим со страниц старинного романа.

2

Отправлено: 28.08.10 15:53. Заголовок: // Дворец Фонтебло. ..

// Дворец Фонтебло. Покои Их Высочеств принца и принцессы Монако //

Ненавидящие взгляды казалось преследовали маэстро со всех сторон, пока он шел, ведя под руку Ее Высочество принцессу Монако к Большому Залу. Может, это и казалось ему. Но неуемное тщеславие флорентийца тешили долгие взгляды придворных, учтиво склонявшихся в поклонах перед принцессой Монако. Да, пусть это только формальная вежливость, Люлли просто сопровождал Катрин де Граммон к Залу, но ведь это его, Жан-Батиста видели все под руку с одной из первых красавиц двора. Правда, пара колких фраз, едва достигших его чуткого слуха, быстро дали ему понять, что мечты мечтами, а эти холеные хлыщи не сочтут его ровней и даже не восприняли его появление в обществе принцессы Монако как соперничество.

Генеральная репетиция так и не состоялась, спасибо переменчивому характеру некоторых светил двора. Но не это было самым ужасным. Катастрофу предвещал поспешный отъезд мадам де Суассон. И даже не то, что пришлось срочно уговаривать мадам де Шемро взяться за свою роль Волшебницы, которую у нее же Люлли каких-то четыре часа назад со всей любезностью попросил ради фаворитки короля. Вовсе не потеря этих усилий пугала маэстро, он уже привык к закулисным интригам и склокам с давних времен, его пугал неминуемый гнев короля, как только он узнает об отъезде графини. Это могло повести за собой встряску и бурю, после которой многие могли лишиться не просто сценической роли, но и чинов и положения. Головы полетят.
Но самым большим кошмаром для самого Жан-Батиста было то, что разгневанный молодой король мог бы запросто сорвать все представление или отменить балет так и не дав ему начаться. Или уйти со сцены... или... О... в глазах Люлли уже темнели воображаемые тучи урагана, вызванного королевским гневом - запретить балет и музыку на корню, выслать от двора капельмейстера во главе со всем оркестром... запретить ему, Люлли, творить...

Ma! Contessa, cosa Lei ha fatto con tutti noi! О! Графиня, что же Вы сделали со всеми нами!

Огромные окна в Большом Зале были распахнуты настежь и вели прямо на Лужайку перед дворцом, туда, где уже была готова сцена для предстоящего балета. Блеск позолоты и внушительных размеров зрительский амфитеатр должны были впечатлить даже самый взыскательный вкус. Сцена была выложена за час до этого королевскими плотниками и полотеры еще надраивали последние метры, доводя их до почти зеркального блеска.

- Прекрасно! Превосходно! Это лучшая сцена для лучшего балета, Вы не находите, Ваше Высочество?

Люлли благоговейно прижал к губам пальчики принцессы прежде чем выпустить их, и смотрел в ее насмешливые глаза, пытаясь уловить скрытый смысл в ее ответной улыбке. Чем было мотивировано ее пожелание выйти в Зал в его сопровождении? Почему из всех своих поклонников и что скрывать, возлюбленных, и друзей она выбрала именно Люлли? Просто каприз? Или интерес к его персоне? Тщеславие в сердце итальянца кричало во всю мочь, что именно его талант, красота и обаяние настоящего мужчины обратили на себя внимание красавицы Катрин де Граммон. Рассудок противным диссонансом пел опровержения, указывая на капризный нрав принцессы, наверняка пожелавшей уколоть кого-то из ее поклонников и вызвать ревность.

- Я благодарю Вас за честь, мадам. А теперь позвольте мне оставить Вас на минуту, ибо как маэстро я должен присутствовать при последних аккордах завершения этого шедевра, - он указал на сооруженную на Лужайке сцену.

В глазах блеснуло. Можно было подумать, что это ослепительная улыбка Ее Высочества в ответ на его любезность. Но нет... Совсем скоро вслед за вспышкой света последовали раскаты грома.

- Madonna! Non è questo!

Губы Люлли побелели, его сердце похолодело и остановилось на бесконечно долгую секунду. Он издал короткий и легкий вздох, который можно было принять за вздох облегчения, но это было далеко не так. Его грудь сдавило в тиски, не было сил вдохнуть в полную силу и выдохнуть. Это смерть? Он взглянул в небо. Чернота грозовых туч разливалась над всем Фонтенбло с ужасающей быстротой.

- Мадонна! Только не это!

- Синьер Люлли! Маэстро! Если польет дождь, то невысохший лак на сцене превратится в безобразие! Скорее, велите принести покрытие! Паланкины! Шатер! Вешайте его, олухи! Кретины!

Крики перепуганного насмерть главного архитектора, занятого приготовлениями сцены для королевского балета, раздавались в тон прогремевшего грома. С типичным для уроженца Фландрии акцентом он ругал рабочих, природу, судьбу и самого создателя на своем наречии вперемежку с французскими крепкими словечками.
Люлли испуганно оглянулся на столпившихся у окон танцоров и оркестрантов. Это конец! Если польет дождь хотя бы вполовину слабее того, что лил в это утро, то от шатра, наспех натягиваемого рабочими над сценой, не останется ни одного сухого клочка... вдобавок ветер сорвет все гирлянды и китайские огни с шестов... а уж что станет со зрительскими местами можно было и не представлять. Это грозило полной катастрофой.

- Проклятие! Accidenti! No!

Люлли выскочил на террасу и вместо того, чтобы спуститься по ступенькам, перепрыгнул на траву Лужайки прямо через мраморный парапет.

- Ван Зандт, велите накрывать кресла! Спасайте сцену! Накрывайте всем что есть! Разбирайте королевскую ложу! Уносите все! Madonna Santa, mi perdona i miei peccati! О, пресвятая Мадонна, прости мои прегрешения! Perchè! За что!

Первые тяжелые капли упали на плечи маэстро, промочив насквозь его камзол. Как тяжелая длань Провидения Господня в Судный день капли все чаще и сильнее били его по плечам, падали на его разметавшиеся черные кудри, заливали глаза, полные слез отчаяния и гнева. Сколько пришлось сделать, чтобы этот балет состоялся, чтобы его музыку играли при королевском дворе, чтобы сам король и лучшие его придворные танцевали его балет. И все это рушилось в одночасье по мановению невидимой руки.

- Господи, за что ты караешь несчастного? Signore, perche punisce misero? - он не рыдал, но лишь шептал, обессиленный и растративший все свои эмоции, - Sono morto, sono sconvoltо... Я погиб, я раздавлен...

3

Отправлено: 01.09.10 16:23. Заголовок: - Боже, неужели кт..

// Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 2 //

- Боже, неужели кто-то еще ходит по этому подземелью? Осторожнее, маршал, Вы наступили мне на туфлю... не спешите так. Здесь темно как в преисподней. Бонтан, если Вы поднимете факел чуть выше, то будет больше света... Мы не заблудились? - процессия, возглавляемая Его Величеством, продвигалась по темному коридору. Это был один из тех тайных проходов, о котором слышали многие, если не все. Но единственным, кто достоверно знал о существовании целой сети секретных галерей в королевских дворцах, был Бонтан. Он один мог безошибочно найти путь из одного зала в другой. И единственный, кто пользовался ими был король. Именно так, не иначе, Его Величество мог отправляться никем не замеченным из своего будуара или кабинета прямо в Большой Зал или Приемную Ее Величества королевы или, но это было лишь догадкой, естественно, в покои фрейлин Ее Величества. Ходили слухи и о некой Красной Комнате, где как поговаривали не слишком скромные лакеи, король изволил принимать своих ночных визитеров, чаще всего визитерок. Но об этом конечно же никто не говорил вслух.

Франсуа то и дело останавливался, пытаясь разглядеть дорогу перед собой. Но единственный факел, несомый королевским камердинером, освещал всего на два шага впереди от него самого, шедшего первым. Маркиз уже успел наступать в темноте на чью-то ногу и даже подол плаща, несомненно это был сам король, предпочевший промолчать. Де Виллеруа нервничал все сильнее, чем дальше они отдалялись от королевских покоев.

- Скоро ли, Бонтан?

Яркий свет внезапно ослепил молодого человека. Он зажмурился и сослепу едва не наскочил на остановившегося перед ним короля.

- Простите, Сир! Я право неловок... простите...

Снаружи были слышны грозовые раскаты и чьи-то вопли. Что было громче трудно было сказать. Кто-то явно был не в восторге от ослепительного зрелища, сотворенного силами природы.
Когда все четверо вышли из тайного коридора наружу, они оказались на широкой терассе перед Большим Залом.

- Господи, я думал, что останусь замурованным до скончания века! - с облегчением проговорил маркиз, вытирая лоб от испарины и все еще жмурясь от яркого света, - Что это, гроза? О нет... это не может быть... Нет...

Как опровержение его слов с крыши террассы начали капать первые дождевые капли. Только тогда маркиз увидел перед собой на Лужайке маэстро Люлли молитвенно воздевшего руки к небесам. На композиторе уже не было ни единой сухой нитки. Его волосы всклоченные и растрепанные были мокрыми и брызги фонтанировали от них всякий раз, когда Люлли тряс головой, проклиная грозу.

- Сир, гроза... - только и смог сказать Франсуа, опешевший от неожиданности.

4

Отправлено: 02.09.10 02:34. Заголовок: - Гроза. Увы, госпо..

// Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 2 //

- Гроза. Увы, господа, гроза, - безликим голосом констатировал Людовик, смахивая дождевые капли с чешуи драконовского костюма. Он почти не удивился столь удачному совпадению, более удобного решения и быть не могло - по воле небес злополучный балет сам собой отодвигается на задний план.

"Луи, одумайтесь! Вы собираетесь унизить Вашего брата еще раз?" - слова, сказанные ему королевой-матерью после их общего визита в покои его супруги, звенели стальными нотками все время, пока они продвигались по темному лабиринту. Да, выходка с похищением принцессы накануне имела широкий резонанс. И ответный выпад Филиппа был хотя и неожиданным, но вполне объяснимым. А ведь он и правда решился препятствовать королю.
"Опомнитесь, сын мой, пока еще есть время" - и снова слова матери, и опять он вспомнил ее обидную хлесткую фразу после первого же проведенного им самим Королевского Совета - "Занимайтесь тем, что Вы умеете лучше всего, Луи! Танцами и охотой. А дела государства предоставьте решать людям сведущим"
Нет, он не мстил матери. И его внимание к невестке, не так давно еще бывшей всего лишь бедняжкой Генриеттой, принцессой-изгнанницей, было действительным и увлеченным. Даже не смотря на то, что она была супругой его брата. А может быть, именно потому?
Подсознательно Людовик все время чувствовал сравнение - его и Филиппа, и поэтому во всем старался обойти младшего брата, выиграть любой спор и любое состязание. Доказать, что именно он - Луи - солнце и настоящее светило двора, и значит все лучшее и все самое прекрасное должно прежде всего принадлежать ему.
И все-таки, его собственный внутренний голос, а не укоризненный материнский, говорил ему, что он зашел слишком далеко. Обида женщин всегда так больно и глубоко вонзается под кожу. Даже когда это всего лишь каприз, сиюминутный срыв, истерика, которая закончится скорее всего притворным смущением и жаркими уверениями...
"А если нет? Она не все, Она способна на долгую обиду, и первым мириться придется мне"

Мысли Людовика были далеки от всего происходящего вокруг него, когда сильный порыв ветра едва не сорвал пришитые на живую нитку драконьи крылья. Огромные зеленые полотнища заколыхались за его спиной, раздуваясь как паруса.

- Гроза. Как это во-время, однако. Не находите? - усмехнулся Людовик, отвечая скорее на собственные мысли, чем на сетования де Виллеруа.

Невдалеке посреди наспех разбираемого амфитеатра он увидел Люлли. Бедный Жан-Батист едва не рвал на себе волосы и что-то выкрикивал на итальянском, почти перекрикивая гром. На него было и смешно и грустно смотреть. Как трудно понять этих итальянцев - смеются ли они или плачут, проклинают или осыпают благословениями. Сколько он не силился понять это всегда оставалось для него загадкой.

- Боюсь, что ветер и дождь разнесут все декорации в клочья. Маркиз, велите отменить балет. И пусть кто-нибудь пошлет за доктором. Сдается мне, маэстро Люлли понадобится не только утешение, но и помощь медиков.

Безучасный взгляд, заученный в течение долгого времени, которое для простых смертных именовалось детством. Людовик умел сделать "необходимое для момента" лицо. Кто сумеет или осмелится хотя бы предположить, что он готов был вздохнуть с облегчением?

Послать ли за Ней? Пока все будут заняты переодеваниями к маскараду, он может повторить попытку к примирению, более удачную, нет, более настойчивую. "Если захочет Она" - холодно подсказал неумолимый голос рассудка.

- Месье маршал, Бонтан, вернемся!

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 2 //

5

Отправлено: 02.09.10 22:18. Заголовок: Зачем спешить? Дать ..

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 2 //

Зачем спешить? Дать себе время остановиться и обдумать, хотя бы несколько минут, прежде чем взглянуть на представление, которое природа разворачивала над головами собирающейся толпы зрителей и танцоров. Его Величество торопится выйти из лабиринта таинственных переходов, наверняка его сжигает то же нетерпение, что и маршала. Но в отличие от короля, Франсуа-Анри не даст волю своим желаниям и чувствам, он обещал. А она не поклялась и не призналась ему ни в чем. И все же, вместо беспокойства и нетерпеливого жжения он чувствовал радость и странное умиротворение.

- Маркиз, простите, я кажется отдавил Вам ногу там в переходе. Какая непростительная грубость с моей стороны, - маршал извинялся, но больше для того, чтобы за вежливостью скрыть счастливую улыбку. Он ожидал, что в любую минуту на терассе должна была появиться графиня в окружении фрейлин и статс-дам обеих королев.
А пока он будет улыбаться всем вокруг, и пусть хоть четырежды гроза!

И вдруг призыв короля следовать за ним обратно. Голос Людовика заставил маркиза почувствовать холод надвигавшейся бури. Ветер, все это время трепавший тонкую ткань на руковах его разбойниьей рубашки, показался ледяным и пронизывающим до костей. Вернуться. О, маршалу не нужно было досказывать что именно подразумевалось под этим возвращением. Нарочитая холодность и безразличие могли обмануть кого угодно, но не фаворита Его Величества.
Неужели Людовик прикажет ему сопровождать его? Сердце больно сдавило. Франсуа-Анри поддел носком сапога камешек и с силой поддал по нему, так то тот рассыпался на мелкие кусочки, ударившись о стену. Теперь он и сам спешил скорее скрыться в темноте перехода, чтобы никто не мог увидеть его лицо. Это чудовищно играть в невозмутимого циника. Что говорил Арман о пожалованном их семье губернаторстве в Анжере? Зачем же ему туда? Нет, генерал де Руже может остаться при дворе, где в его услугах, нет, в его дружбе и преданности нуждаются. А маршал может и должен оставить этот переменчивый свет.

Конечно же, Франсуа-Анри знал, что это всего лишь голос отчаянья и ревности. Он снова слышит его. Разве ж впервые? Но как и всегда он заставит его умолкнуть. Счастье той, чье имя он даже не смел произнести в своих мечтах и счастье его сюзерена - разве не это самое важное? "Ну же, благородный рыцарь, крепитесь. Крепитесь..."

Отчаянный монолог прервала внезапная мысль, отрезвившая его сердце. Маршал, подумал о пользе тайной сети коридоров, построенных в королевских дворцах. Знал ли о них только Бонтан? А если тот ночной стрелок также был знаком с таинственной сетью переходов и дверей во дворце и воспользовался ей ночью, чтобы исчезнуть из спальни королевы?

- Послушайте, Бонтан!

Он едва не задал этот вопрос камердинеру, но во-время опомнился и осекся, помня, что дал графине обещание молчать о их догадке. Король не должен узнать о ночном визитере в спальне Ее Величества.

- Простите, Бонтан. Я едва не споткнулся в темноте. Поднимите факел выше, прошу Вас, - Франсуа-Анри едва не рассмеялся над самим собой, услышав в собственном голосе капризные нотки, похожие на недавние жалобы юного де Виллеруа.

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 2 //

6

Отправлено: 03.09.10 20:39. Заголовок: Капризные замечания ..

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 2 //

Капризные замечания господ маркизов начинали уже действовать на нервы. Бонтан не мог понять, как они умудрялись отдавить друг другу ноги в таком широком коридоре и отчего господам фаворитам Его Величества до сей поры не были известны переходы замка натолько, что они могли бы следовать по ним вслепую. "Поднимите повыше факел" - передразнивая незадачливых молодых людей, ворчал про себя камердинер. Вот ведь делов то - раскрыть глаза пошире и вместо того, чтобы витать в облаках и мечтать о хорошеньких фрейлинах, замечать перед собой людей. И не толкаться! Его Величество, судя по всему тоже не отличался остротой зрения в темноте, уже в который раз поддавая легкого пинка по лодыжкам камердинера. Того и гляди налетит со всего маху. "И куда ж теперь то торопить, коли балет отменен?" - недоумевал Александр Бонтан, поспешно направляясь назад к королевским апартаментам.

Поворот, еще один. Кажется, пришли. Он провел ладонью по обшарпанной двери, стараясь нащупать склизскую от сырости ручку. Нет. Не эта. Он знал наощупь все ручки в этом дворце. Эта резная с тяжелым круглым набалдашником открывала двери в покои рядом с Опочивальней короля. Бонтан отошел на несколько шагов в сторону и снова провел ладонью. Света факела было недостаточно для того, чтобы осветить очертания ручки. Но на этот раз это оказалась та самая.

- Да, Ваша Светлость? - как странно, Бонтану явно не показалось, что маршал хотел спросить его о чем-то. Но вместо вопроса прозвучали извинения и маршал точь в точь повторил капризный тон де Виллеруа. Да что с ними в конце концов? Можно подумать, господину маршалу никогда не приходилось красться в ночи по этим коридорам да еще и без факела. Уж Бонтан знал о том, что ручка двери покоев рядом с королевской спальней никогда не заржавеет, так как ей пользовались даже чаще, чем всеми остальными с тех пор как Его Светлость вернулся ко двору.

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 2 //

7

Отправлено: 06.09.10 22:56. Заголовок: Франсуа беспомощно о..

Франсуа беспомощно оглянулся. Ну да, он был единственным в компании, кто мог появиться под дождем, ничем не рискуя - драконьи крылья колыхались как паруса за королевской спиной, и промокли бы в один миг, стоило Его Величеству выйти из укрытия. А что говорить о нелепой маршальской шляпе из видавшего вид фетра! От нее не осталось бы ничего... впрочем, может эта поспешность, с которой король направился обратно, была вызвана чем-то иным. [big]ч[/big]ем-то, о чем маркизу лучше не размышлять. Слава богу, его не часто выбирали наперстником для секретных выходов короля, и пока маршал был облечен особым доверием, Франсуа оставалось достаточно времени для себя самого. Ну, если не считать поручений короля - например успокоить маэстро, что было не такой уж простой задачей.

- Месье маркиз, - оказавшийся рядом лакей склонился в поклоне перед де Виллеруа, которого вряд ли можно бло принять за кого-то другого даже в театральном костюме.

- Пошлите за доктором. Пусть прибудет в гостевые покои и ожидает нас с маэстро Люлли. И распорядитесь подать туда горячего вина и бисквитов.

Гром раздался совершенно внезапно, как будто прямо над головой, настолько громко и почти одновременно с яркой вспышкой молнии. Франсуа глянул на лужайку, которую ему пришлось бы пересечь, чтобы подойти ближе к Люлли. Промокнуть и испортить дорогой костюм Рыцаря-Странника, но что же еще оставалось возможным? Маркиз бросил отчаянный взгляд в сторону широкой террасы, на которой собирались зрители и танцоры. Все наблюдали за сетованиями итальянца, но никто не спешил к нему с утешениями или на помощь. Перекрестившись как бы в шутку, маркиз бросился под ледяные струи дождя и побежал по скользкой мокрой траве к безутешному музыканту. Обхватив Люлли за плечи, он едва ли не силой заставил его подняться с колен.

- Ну же, месье. Полноте, это всего лишь гроза. Да, все немного расстроены, - он с сомнением оглянулся на толпу зрителей, не рискнувших покинуть свои места под навесом, - Его Величество тоже расстроен, да. Но ведь это не последняя возможность. Король велит установить сену в Большом Зале... Мы отрепетируем все еще раз... и даже лучше. Идемте, Люлли. Вам необходим отдых.

Он продолжал говорить с музыкантом, как с ребенком, ведя его под спасительную крышу на террасу. К ним подбежали рабочие, разбиравшие сену и зрительские места, что-то спрашивая у Люлли. Но де Виллеруа махнул им рукой с неожиданной для себя властностью.

- Господа, делайте вашу работу и не тревожьте маэстро. Пусть месье ван Зандт отдает распоряжения. Маэстро будет отдыхать у себя. Именем короля я запрещаю кому бы то ни было тревожить его.

8

Отправлено: 11.09.10 14:28. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Величества Короля. 2 //

Решительно даже гроза не способна отменить веселье. Особенно когда апрель только распускает свои молодые силы, наливаясь нежной зеленью. Раскаты грома перекликались со взрывами смеха, шум голосов заглушал капель хлынувшего с небес дождя. Графа удивляло, что среди разноголосицы и гомона он не различал ни единого звука скрипок и других интсрументов, которые по обыкновению музыканты настраивали перед началом представлений. Поспешным шагом деСент-Эньян пересек толпу придворных в Большом Зале. Среди них он встретил несколько знакомых уже актеров из театра мэтра Мольера, на представлении которого накануне произошло скандальное появление Его Высочества принца Орлеанского на пару с его миньеном Филиппом де Лорреном. Граф лишь сощурил глаза, разглядывая пышные наряды актерок. Две из них были довольно хороши, приодень их в одежду по-новее, так они сойдут и за благородных девиц. Как держатся, оценивающе подумал граф, в пору давать уроки легкомысленным жеманницам из свиты принцессы. Несколько девушек из окружения Ее Высочества граф заметил в уголке возле колонны. Они молчали в отличие от остальных гостей, зато во все глаза рассматривали прибывающих танцоров и гостей, пользуясь общей сумятицей и тем, что статс-дама принцессы сурова мадам де Лафайет еще не изволила появиться. Не было в зале и самой принцессы, впрочем, как и принца. Несколько  молодых людей из фаворитов Филиппа любезно ухаживали за провинциалками, одетыми в платья, покроенные по неизвестной моде неизвестных веков, вероятно  доставшиеся им по наследству от прабабушек, служивших в Летучем Отряде самой Екатерины Медичи. Их глаза блестели, противореча смущению на их лицах, выдавая удовольствие с которым они слушали лестные речи молодых кавалеров.

- Что происходит, господин де Сент-Эньян?

- Я и сам не в курсе, маркиз, - ответил граф на вопрос встреченного им по пути маркиза Франсуа де Вивона, своего юного воспитанника, бывшего с раннего детства товарищем Его Величества  по играм и учениям, а ныне ставшего одним из лучших танцоров личного балета Людовика.

- Там на Лужайке все разгромлено. Слуги разобрали декорации и сцену. Выносят кресла... маэстро.. Если бы Вы только видели Люлли... - де Вивон закатил глаза, передразнивая отчаянные мольбы композитора, когда тот слышал фальшивую ноту.

Не слушая маркиза, деСент-Эньян едва ли не бегом, насколько позволяли долгополые одежды Мага и Сказочника, бросился к дверям, ведущим на терассу. Там собрались многие из танцоров. Но смеха как в зале не было слышно, напротив, только взволнованные голоса и крики.
Со стороны лужайки к терассе приближались две фигуры. В серой мгле неистово лившегося дождя граф разглядел де Виллеруа, ведшего под локоть Люлли. Маэстро был мокрым и весь в грязи. Его побледневшее лицо казалось еще бледнее из-за всклоченных черных кудрей беспорядочно падавших на лицо.

- Маркиз, Вы один? А где же Его Величество? Что с балетом?

Впрочем, стоило лишь взглянуть на оставшиеся на траве размытые дождевой водой холсты декораций, чтобы понять, что балет все равно был сорван. Гроза посмела сделать то, на что не решился бы никто - сорвать грандиозные планы короля и балет, который должен был стать лучшим творением фантазии Его Величества в купе с талантом Люлли и многих танцоров, к слову добавить, из знатнейших родов Франции. Воистину, природе не может противостоять никакой даже самый величайший гений.

9

Отправлено: 11.09.10 20:58. Заголовок: - Ах, оставьте меня,..

- Ах, оставьте меня, маркиз, оставьте меня здесь. Пусть я умру от удара молнии.

Жан-Батист уже не кричал и не даже не стонал. Он шептал обессиленный от рыданий, следуя за маркизом де Виллеруа, подчинившись молодому человеку и безропотно позволив вести себя. Глаза застилало дождевой водой вперемежку со слезами. И хорошо что так. Люлли не мог и не желал видеть лица напыщенных принцев крови и герцогов, которые снизошли в своей гордыне, чтобы танцевать партии Богов и Ветров в его постановке "Апрельского Сна". О, как он ненавидел их сейчас! Но еще больше он ненавидел своих конкурентов, французских музыкантишек, сочинявших посредственности, которые они с пафосом и напыщенностью величали классикой придворной камерной музыки. Да от первых же нот их слащавых опусов у Люлли сводило челюсти как будто песок попадал на зубы. О, как же они рады его провалу теперь! Да, радуются и ликуют, видя как громы и молнии повергли великого Люлли.

- Ах, граф, да какой там балет, посмотрите, что сталось со сценой! - убитым голосом ответил композитор на вопрос де Сент-Эньяна, когда они поравнялись с ним у входа в Большой Зал,\.

- Я убит. Убит и утоплен. Кара Господня на мою голову.

Он оперся на плечи де Вивона, подошедшего с другой стороны, и де Виллеруа, только теперь заметив, что тот был в костюме Рыцаря.

- Как, маркиз, Вы все-таки поменялись ролями? О... этот балет был обречен на провал! Без репетиций? Но как? Это же скандал! - Жан-Батист всплеснул руками и едва не подскользнулся на мокром полу, спасенный от падения поддерживавшими его с двух сторон маркизами,- Его Величество, храни его Господь и Дева Мария, все более безрассуден, клянусь святым Джованни. Ах, господа, ведите меня, куда Вам будет угодно, я сдаюсь.

// Дворец Фонтенбло. Гостевые покои, комната маэстро Люлли //

10

Отправлено: 17.09.10 22:16. Заголовок: Ах, еслиб все желани..

Ах, если б все желания сбывались, и тяжким грузом на душе не оставались  растраченные попусту мечты. Вот только занятой фортуне невдомёк, она сложила в дальний угол начинанья и хитро улыбнувшись на прощанье грозой смывает блеск и пышность парка.
Пусть будет счастлив грозный Зевс, что молниями Солнце он затмил, и ожиданьем тяжким утомил актёров и дворян честную труппу.
А итальянец, поражённый горем, неутешим в своей тоске, разрушен, словно замок на песке его балет прекрасный, ах проклят будь сей дождь ужасный, он не щадит ни сцену, ни костюм. И всем вольно поторопиться, от непогоды чтоб укрыться и масками сокрыть негодованье..
Но чтож принцесса, не желая грусти предаваться, она подумала, что может статься на руку кокетке та гроза. И в озорных её глазах зажглись вдруг искры. Ах ветреная птичка, ей мысли о закладе вдруг милы и не помеха мокрые полы испорченного платья. Открыв дождю улыбку и объятья как хороша темноволосая дриада, она так искренне весеннее буре рада, что право смущены и стражи и лакеи. Но что Катрин безродные левреи – она принцесса ей вольно такою быть… Ни осуждения актёров не укоры ей не страшны перед лицом победы, она, как и другие непоседы весёлым нравом движима всецело И вот как птичка ласково присела возле сжимая хладную ладонь Люлли
- ах эти капли, как они могли разрушить красоту… а что же – он взывает к небу красноречия проклятий, маркиза дружеских объятий не замечая, да душа чужая – потёмки. – Мой милый Жан Батист вы под звездой счастливой родились… Сама природа вам велит перенести балет в столицу, чтоб в стенах Лувра нам гордиться участьем в вашей постановке, а вам внимать без  остановки хвалебным диферамбам. Это же удача , а душка Жан Батист едва не плачет словам Катрин с трудом внимая, ну разве сердце кошки понимает, нет нет оно по мере сил желает веселиться.
- Но граф, маркиз меня вы поддержите и нашему маэстро вы скажите что повод мал, ничтожен для страданья – о боги, просто наказанье мужчине истины внушать…Маркиз Виллперуа и граф де Сент-Эньян, ах хорошо они изъян искать не станут в эдаком провале, они уместным бы нашли едва ли маэстро бедного о жизни поучать, но руку дружбы им подать  пришло на ум чуть раньше Катарины.
- Так что же господа, неужто похороним здесь веселье, чтоб утром в горестном похмелье вздыхать о несвершившемся шедевре? – надула губки юная принцесса, она в упрямстве не уступит место и лучшим из капризных королев.
- Не потерплю чтоб дальше лили слёзы, иначе по дождю мы здесь дождёмся и морозов, а это господа уж не годится никуда – качает тёмной головой и кудри рассыпаются на плечи и для неё не кончен этот вечер, пока что есть желанье веселиться принцесса Кэт не хочет отсутпиться.
- Маркиз, я вам вверяю покой месье Люлли, ах позаботьтесь же нашем друге, чтобы печаль ему в подруге не напросилась – и повернувшись к графу тихо шепчет кошка – Я вас займу совсем немножко, вы не откажете мне кавалером быть до маскарада, я буду так безмерно рада, коль вы изволите меня до комнат проводить, я от души осмелюсь вас благодарить! – и улыбнулась ярко, нежно, пересмешно, ах скромница как будто бы потешно призналась в тайне сердца графу.
- Я видеть вас желала бы на маскараде  и не могла б помыслить о другой награде перед утратой НАШЕГО балета, меня простите вы за это,я знаю милый Жан Батист и помните вы родились под свет звезды счастливой, не стоит с миною унылой взирать на дождь здесь оставаясь долю – щелчком целует в щёку и итальянца, добившись нежного румянца на белоснежнейших щеках. С такой сладить как же, ах, чертовка, как обошлась со всеми ловко и графа под руку ведёт, скорей к доврцу его ведёт, шепча на ухо.
-  Месье я утруждать не стану вас, но вам признаюсь, в этот час хотела б настоящего веселья, цыган как днём, когда наведаться мы в табор собирались, но так увы и не добрались,… я так жалею … - и вот уж скромница  не смеет на графа взгляд поднять смущённый, ах кто б увидел поражённый был бы этой скорой переменой, но женщины горазды на измены, а уж принцесса Кэт давно грешит подобным, ей нравится то милой быть и скромной, то жёсткой властною тигрицей и вправду кто с такой сравнится…

11

Отправлено: 18.09.10 16:20. Заголовок: - О, граф, как раз В..

- О, граф, как раз Вы и нужны здесь. Такая суматоха из-за грозы и срыва балета. Его Величество уже вернулся к себе. Боюсь, что у него возникли срочные дела... с маршалом дю Плесси-Бельером, - добавил маркиз чуть тише, заметив, что их разговор привлекал внимание столпившихся на терассе придворных.

- Да что же мы и в самом деле так переживаем из-за пустяка? - де Виллеруа подмигнул де Вивону, - Мы не оставим Вас умирать, дорогой маэстро, и не мечтайте. Идемте же, Вы совершенно промокли, и поверьте, в начале апреля это чревато простудой.

Щеки Франсуа приятно зарумянились, когда он услышал веселый звонкий голос. Ну хоть кто-то не поддался панике. Ее Высочество принцесса Монако собственной персоной, да так ярко и эффектно, что взгляды всех мужчин обратились к ней к заметному огорчению дам, медливших с решением вернуть ли их внимание к себе падением в обмороки или броситься в контр-атаку с деланным смехом и пренебрежением к громыхавшей над их головами стихией.

- Вы прямо как луч солнца, принцесса! Простите мне это сравнения, но кажется, все потеряли голову из-за грозы, а все так просто и прекрасно, - рассмеялся Франсуа, видя как раскраснелся смущенный Люлли, получивший изрядную долю утешений от легкомысленной сиятельной озорницы. Не будь рядом с ними графа де Сент-Эньяна, воплощавшего собой образец чопорности дворцовых правил и законов этикета, маркиз бы сам поцеловал хохотушку в щеку из чистого озорства, чтобы увидеть и ее смущение, в которое она только что так смело повергла бедного плачущего маэстро.

- Так мы мигом! О не спешите скрыться, милая принцесса! Я занимаю первый тур на маскараде с Вами! - маркиз склонился в галантном поклоне, что грозило бы падением композитора, так как тот опирался на его плечо.

// Дворец Фонтенбло. Гостевые покои, комната маэстро Люлли //

12

Отправлено: 18.09.10 19:26. Заголовок: Граф только лишь при..

Граф только лишь приподнял брови, слушая причитания Жана-Батиста Люлли. Поток эмоций расстроенного итальянца мог растопить льды Монблана. И все же, ситуация была куда менее плачевной и безысходной, нежели маэстро обрисовал ее в своих проклятиях и стенаниях. Покореженные ветром шесты, на которых еще болтались гирлянды цветов и китайские фонарики, повалило на траву. От треска ломавшегося дерева на минуту все замерли и отвлеклись, чтобы посмотреть, как в довершении всех бед на землю повалился сооруженный для предсатвления купол с золочеными облаками и звездами. Вот это было бы действительно бедой, если бы вся эта шаткая конструкция угодила бы на них во время представления. Как знать, задержись гроза всего на пол-часа, и не было бы катастрофы большей, чем просто отмена злосчастного балета.

- Маркиз, и в самом деле, проводите маэстро и поскорее дайте ему выпить чего-нибудь горячего. И крепкого, - усмешка скользнула по губам деСент-Эньяна, - Прекрасное вино, покой и пара часов крепкого сна лучшее лекарство. Учтите, маэстро нужен нам на маскараде. В полном здравии.

Как бы холодно и жестоко не звучали его слова, граф прекрасно знал законы придворной жизни - выживают только те, кто умеет не замечать свои неудачи, и если уж замечает их прилюдно, то, улыбаясь и смеясь. Стоит итальянскому композитору расклеиться и поддаться своим упадническим чувствам, как его растопчут и раздавят. Французские музыканты, скрепя зубами повиновавшиеся властным командам Люлли, припомнят ему все унижения и каждое проклятие за каждую фальшиво сыгранную ноту. И уж конечно же никто не придет на помощь несчастному маэстро, творение которого было попрано самой стихией и в довершение всего отменено самим королем. ДеСент-Эньян не любил Люлли, но и не видел в нем выскочку и проходимца, как другие. Он признавал талант композитора и балетмейстера в нем, и ценил его влияние на короля. Люлли был нужен королю, а значит, и монарихии и Франции в целом. Вывод был прост - граф заботился о экспрессивном и излишне эмоциональном музыканте. Или позволял заботиться о нем другим, тем, кто почитал его более трепетно и искренне, чем он сам.

А вот и принцесса де Монако собсвенной персоной и как всегда язвительна и весела. Граф деСент-Эньян поклонился Ее Высочеству, отмечая про себя храбрость молодой особы, единственной из всех присутствовавших дам не побоявшейся дождя и поспешившей на подмогу Люлли, пусть и в несколько насмешливой и шутливой манере. Звонкий поцелуй вернул краски на лице итальянца, и уж наверняка заставил всех кавалеров позавидовать ему. Вот чего следовало бояться маэстро, так это вихря легкомысленных поступков этой молодой особы, нежели провала своих постановок. Граф сделал вид, что не заметил фривольности в поведении принцессы. Он лишь кивнул в знак согласия де Виллеруа, который предложил поспешить.

- Простите? - он оказался застигнутым врасплох, когда легкая ручка Катрин де Монако обхватила его руку и томный слегка капризный голосок зазвучал прямо возле его уха. Наигранные сетования не могли не вызвать его улыбку. ДеСент-Эньян слегка подался вперед, выражая внимание и предельную заинтересованность каждым сказанным ему словом. Через секунду оба они уже удалялись с Лужайки. Граф и сам не мог толком понять, как оказался под влиянием очарования этой беззаботной особы.

- Так Вы хотите развлечений и цыган, Ваше Высочество? Как же Вы удивитесь, узнав, что я уже предугадал Ваши пожелания, - деСент-Эньян взмахнул свободной рукой, очерчивая магический круг на манер волшебника и с наигранной таинственностью в голосе заговорил заклинания на неведомом наречии, придуманном им тут же, - И пусть Вас не смутит тот факт, что исполнения желаний возможны скорее, чем Вы даже представляете себе. Раз! - его рука театрально вздрогнула в воздухе, - Два! Три! Они уже здесь! Готовы ли Вы встретиться с желаемым? - он весело глянул в глаза Катрин и рассмеялся произведенному эффекту, - О нет нет, я не шучу. Цыгане здесь. Бойтесь своих желаний, Ваше Высочество, ибо они исполняются. Все. Так Вы еще решимы? Я готов хоть сейчас провести Вас к цыганскому шатру. Не удивляйтесь, если вместо кибиток и палаток Вы увидите дворцовые стены - декорации не суть представления. А вот актеров я обещаю Вам самых настоящих.

Хотя он еще не знал наверняка, исполнили ли его поручение, но веселье принцессы было заразительным и захватило его. Отчего бы и нет? Шутки и веселье должны были затмить фиаско несостоявшегося балета. И чем быстрее умы всех собравшихся гостей отвлекутся на что-либо другое, тем скорее они позабудут неудачу Люлли и злополучный балет.

13

Отправлено: 20.09.10 20:17. Заголовок: А кошке Кэт того и н..

А кошке Кэт того и надо, для сердца чахлого отрада – развеять сон прогнать печаль, и ей для веселья ей не жаль ни слов, ни изумленья ярких глаз. Она привыкла как приказ свои капризы выставлять, ну а в награду получать заветных грёз любое воплощенье. Но всё же графу изумление явилось на припудренном лице, как будто драгоценности несметные в ларце сискав, сияет Катя, полы платья подобрав.

- Но не хитрите ль вы со мной, ах, милый граф, не будьте так жестоки, бывают души одиноки в порывах искренних признанья, вам за насмешку наказанья назначат небеса – но так горят её глаза, плутовка верит в странность совпаденья, и слово графа  меньше в ней сомненье сеет, чем собственная прыть.

- Коль вы изволите шутить, то эта шутка – злого толка. Ещё одна невинная уловка и Сент-Эньян на абордаж взят Катей, ну а бедный мальчик-паж неловко пятится от двери, чтобы заметить не сумели глаза сиятельных господ, что у двери мурлычет кот, играя с бантом на верёвке. Принцесса же, как есть плутовка на ухо шепчет графу снова

- Я к чудесам всегда готова, но для такого совпаденья… не передать моё волненье! Я жажду тотчас видеть их: в шатрах, в кибитках, в кухнях на конюшне хочу гадания послушать, здесь мне и буря ни по чём, к тому ж укрытую плащом, меня признать никто не сможет, и платье маскарадное поможет укрыться от досужих взглядов – сказать бы к слову, что в покоях множество нарядов лишь ждали часа появленья.

- Но Франсуа, ведь это преступленье – когда вы всё прекрасно знали, от нас к чему так бережно скрывали сей сюрприз- и сладкий голосок уж не каприз, настойчивый укор в себе таит, а взгляд всё так же чист, открыт и жадно внемлет.  Нисколько Катарину не смущает её фривольность с графом важным, богатство, титул – делают отважным любого при дворе. Но и сама ведь по себе Катрин Шарлотта чересчур живая,  в ней ветреную радость лишь тоска сбивает. Но этому сегодня не бывать, она скорей спешит менять костюм балетный и вот уже принцесса вновь одета – прекрасною владычицей морей вдруг обратившись, и словно бы в русалку обратившись – плывёт неслышно с графом в коридоры. На платье яркие узоры горящим шиты золотом, камнями, а смоль волос подчёркнута изящными бровями и бледность щёк венчает томный взгляд. Ах, Сент-Эньян, быть может он уже не рад, открыв чертовке тайну о цыганах.
А что до трупов найденных в бурьянах, принцессу эту мало беспокоит. Коль будет нужно наш Луи построит в шеренгу всех своих солдат. И тот убийца станет сам не рад, что выбрал для арены парк прекрасный.
Прелестница щебечет вся в румянце и кисти загораются багрянцем , когда в ладошке руку графа вдруг сжимает.

- А если станет страшным мне гаданье, коль на руке видят смерть?  Быть может лучше посмотреть нам маскарадные костюмы….маркиз уж первый танец попросил… -  вдруг  голос озабоченно спросил, но яркая стёрла подозренья и снова говорит и без сомненья.

- Но чтоже, коль удел таков – я волей соберусь, но из моих оков вы сударь не сбежите, ведь вы мне время уделите, чтоб я отважно о судьбе своей узнала – чуть подмигнув она сказала, радушно улыбнувшись графу..
С упрямицей, кто право сладит, уж если что она заладит её не отвратит ни страх ни буря, о том сама упомянула. Такой уж нрав, рассудит Бог, кто больше прав  ну а пока. Под руку с кавалером, скрываясь за тяжелою портьерой она спускается всё ближе к кухням…

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Высочества крон-принца Ференца Ракоши. 2 //

14

Отправлено: 21.09.10 23:18. Заголовок: Поразительные перем..

Какие разительные перемены могут произойти в женщине, когда капризы исполняются лишь по взмаху длинных ресниц. Граф с интересом наблюдал за игрой выражения лица принцессы. От надутых губок не осталось и следа. Милая улыбка тронула лишь уголки, как и положено скромной и кроткой исполненной добродетели женщине. И кто бы мог подумать, что всего пять минут назад эти глаза метали дьявольские искры и искали жертву, для излияния капризов и рыданий или же для игры в кошки мышки - принцесса была хороша во всех женских уловках. Наука кокетства и тонкой игры на мужском самолюбии далась ей еще с раннего детства. Кому как не де Сент-Эньяну, одному из воспитателей светлейшей придворной молодежи во главе с юным королем, был известен характер каждого из его подопечных. Конечно, с самой Катрин-Шарлоттой он был менее знаком, чем с ее братом Арманом. Но даже поверхностного знакомства хватило бы, чтобы проследить лидерство и стратегию - полководческие таланты графа Антуана де Гиша, унаследованные его сыном Арманом и в еще большей степени его дочерью Катрин.

Но, даже не смотря на то, что деСент-Эньян прекрасно видел уловки скучающей светской львицы, ему приятно льстило ее восхищение перед его изобретательностью. А не поддаться ее шарму было невозможно. Граф прибавил шагу, чтобы не отстать от Катрин.

Когда же она буквально через четверть часа появилась в дверях своего будуара, переодетая в новое платье, блистательная и роскошная, де Сент-Эньян не удержался от восклицания.

- Вы поражаете меня, принцесса! С какой быстротой Вы меняете свой облик и как быстро сменяется буря в Ваших прекрасных глазах. Скажите, Вы действительно боитесь гаданий? Ах, право же, это сущие пустяки и росказни. Сказки, не более того. Но забавы ради, я пригласил цыганку, которая гадала нынче утром маршалу дю Плесси. Он Ваш друг, и Вы наверняка быстрее меня успели выведать секреты, кого ему прочат в супруги. Поверьте, кроме слухов о замене главных партий в балете, росказни о якобы открывшейся судьбе маршала занимают три четверти всех разговоров во дворце.

Безусловно стоило добавить, что говорили еще и о таинственных событиях минувшей ночи, о громком аресте фаворита герцога Орлеанского и только лишь шепотом о том, что король изволил уехать посреди обеда со своей фавориткой графиней Олимпией де Суассон, которой многие еще накануне прочили забвение и скорую замену.

- Но если нынче вечером Вы повстречаетесь с гадалкой, то я не берусь даже смотреть в кристальный шар, чтобы предсказать, что уже наутро по всему дворцу только и будет что перессудов о Вашей яркой звезде, дорогая принцесса. Вы позволите?

Граф галантно взял под руку Катрин. Ему льстило внимание признанной львицы двора. Обычно серьезный и сосредоточенный он вдруг заулыбался и шутил, ведя принцессу де Монако к апартаментам князя Ракоши.

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Высочества крон-принца Ференца Ракоши. 2 //


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Фонтенбло. Большая Лужайка. Балет Апрельский Сон