Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Парк Фонтенбло. 2


Парк Фонтенбло. 2

Сообщений 61 страница 67 из 67

1

31.03.1661
Тенистый парк, отделенный от дворца огромными прудами.

http://img-fotki.yandex.ru/get/39073/56879152.46f/0_11ae24_c220358b_orig

61

Отправлено: 30.10.08 22:53

Теченье горных рек бывает столь неукротимо, что даже самые отважные сердца робеют, оставляя любые попытки проплыть по порогам не распрощавшись с жизнью. Но тот никогда не поймёт истинного вкуса вина, кто не разу не смочил губы в его сладком дурмане и никак не возможно понять цену жизни не отняв её или не рискнув собственной. Упорство порой сродни такому риску, ведь неизменно присутствует вероятность ошибки, поражения и даже полного разгрома – безвольных франтов  - это останавливает, а женщину в чьей изящной руке шелковый чулок подобен висельноё верёвке в лапах палача – нет!
Жаклин с  благодушием наблюдала плоды своих, к слову немалых трудов, она ведь не так проста эта баронесса , женщина отнюдь не склонная к сплетням и интригам, как и сама Жаклин, однако, к любому человеку можно найти верный ключик, и любой амбарный замок, ограждающий невинную душу, с гулким стуком упадёт на землю. Умная и осторожная женщина – в чём маркиза успела убедиться в одинокой темноте парка, сейчас Николетт меньше всего напоминала ту холёную праведницу, с чьих уст слетали богобоязненные и поучительные речи о чувстве меры и удержании излишне пылких порывов. Сердце женщины, её слова и мысли настолько противоречивы, что иной раз трудно определить, что же именно движет её решениями. Ещё несколько мгновений назад, игра казалась далёкой от завершения, жаклин даже готова была идти на ещё менее оправданный риск, прося д. Пелье о помощи в излечении её израненного мушкетёрской холодностью сердца, но неожиданный сюрприз явил собою цель, к которой так стремилась «Колючка» Лёгкая улыбка тронувшая губы баронессы сменилась уверениями и не прикрытой лестью в сторону маркизы де Лурье и её умения располагать к себе людей. Моя милая голубка, способности Колючки измеряются не только умением убеждать, но будем надеяться в ближайшее время вам не представится шанса об этом узнать лично.
- Вы слишком добры ко мне, мадам, но, увы, все мои таланты, хотя наличие таковых у меня никто не подтвердил, не имеют никакой ценности ибо совершенно бесполезны и месье граф едва ли заметит меня в окружении Их Величеств столько дам, что едва ли меня можно заметить в такой красочной палитре -  это звучало несколько скучно, и было сказано скорее из вежливости, хотя теперь и было вино, что девушка не станет останавливать свои душевные излияния, ломать так хорошо налаженные декорации было бы кощунственно.
Словно следуя за дудкой гаммельнского крысолова и подчиняясь звучанию прекрасной музыки, Николетт следовала по тропинке расчищенной для её откровенности Жаклин. Меньше всего она, знакомая со смертью ближе, чем с Его Величеством, была склонная к подобным беседам и вообще темам столь пикантным. Но ещё одни неоспоримым дарованием маркизы де Лурье была способность слушать. Каждое слово в этой пылкой речи, произнесённой на одном дыхании, каждый полу вопрос сомнение и раскаяние были впитаны без остатка и с каждой секундой глаза Жаклин казалось наполнялись ещё более глубокой синевой отчего казались почти чёрными в тусклом свете аллеи на которую вышли дамы.
- Баронесса, я смею вас заверить, что порывы вашего сердца, равно как и смятение для меня понятны и я нисколько не удивлена, что сердце ваше зажгло искру, которая теплиться в душе каждой женщины. Месье де Лоррен, какую бы славу он не имел при дворе, если сумел  найти столь живой отклик в сердце такой женщины, уже не заслуживает порицания – в глазах Жаклин было искреннее сострадание и понимание. Хотя в её собственном сердце, конечно, ни одна фраза баронессы не находила равнозначного отклика. Слабые всегда вызывают жалость, но она порой бывает не менее отвратительна, чем бессердечие. Тем не менее она ласково улыбнулась баронессе, принимая её нервную дрожь и чувствуя мягкие пальцы на коже запястья.
- Я повторюсь ещё раз, мадам, я рада нашей с вами нежданной встрече, но если вы только захотите забуду нашу беседу, лишь бы не причинять вам ещё большее смятение! – поспешно заверила Жаклин. Когда они наконец, покинули тёмную аллею выходя ко дворцу. Звуки музыки наполняли воздух, смешиваясь с чьим-то шепотом и шумом листвы. Пора вернуться в суету и насладиться триумфом – подумала Жаклин, поправляя волосы в причёски. К ней возвращалась светская холодность, которая впрочем была ей свойственная при дворе больше, чем недавняя пылкость и несдержанность, продемонстрированные Николетт.
- Решение остаётся за вами, мадам – она дотронулась холодными пальцами до руки, сжимавшей её запястье, якобы позволяя мадам дю Пелье принять решение, хотя прекрасно знала, что ответит ей баронесса.

62

Отправлено: 31.10.08 02:15

Звуки музыки, скрипки, что запела, обретая голос, вплетаясь в покровы ночи, создавая чарующую сеть звуков, что окутывала души людей, ловила их, заставляя откликаться сладким трепетом... Это было прекрасно. И Анри оценил музыку - равно как мог бы оценить великолепную картину, или точеную статую, или таинственную игру света в гранях драгоценного камня, искренне восхитившись талантом исполнителя. Не более. Но и не менее.
- Месье де Сигоньяк, говорите? Как интереееесно...
Протянуть последнее слово, запрокинув голову и смотря в небо, на звезды. Правда, недолго - тот, кто слишком много смотрит в небо, может так красиво и совсем неромантично упасть, например, в лужу. Земля о себе напомнит, возвращая с небес на свою грешную поверхность. Рыжий усмехнулся, пристально посмотрел на шевалье де Лоррена, произнес - вроде бы и легко, но в то же время не было слышно в голосе ни малейшей капли иронии:
- Филипп, а Вы никогда не думали выбрать себе стезю следователя? Думаю... нет, уверен, что Вы бы блестяще с этим справились, - да, как только уйдут эти излишне-пламенные юношеские порывы. Впрочем, сие лечится с возрастом и с опытом. - Месье де Сигоньяк, - повторить имя, ощутить его, чтобы запомнить, - Пожалуй, тогда стоит нанести ему визит. Тут Вы правы, надо стараться потянуть за все ниточки, какая из них будет путеводной - неизвестно
Ну а еще Анри стало интересно, согласится ли этот месье дать несколько уроков помощнику следователя, раз уж стрелять у рыжего получается лучше, чем фехтовать, грех упускать возможность и дальше совершенствоваться, ведь так? Но пока что эту мысль рыжий не стремился озвучивать, все же, не время.
- Интересная фраза... Значит ли, что второй стрелок пошел по такой дорожке, что завершается столь прискорбно? Или же... А, впрочем, я сейчас могу много чего придумать, чтобы эту фразу объяснить. Проще будет спросить самого автора.
Анри пожал плечами, такой весь легкомысленно-юный, как будто уравновешивая серьёзность де Лоррена.
- И еще, Филипп... Месье Д'Артаньян ведь был прав, Вам, ну и мне заодно, нужно отдохнуть. День завтра обещает быть насыщенным.
Шаг за шагом по дорожкам, все дальше от конюшен - и все ближе ко дворцу. Скоро можно будет насладиться отдыхом и едой, посмотреть на огонь в камине, и тогда составить план на утро... Ох, еще же и охота, совершенно напрасная трата времени, по мнению Анри...

63

Отправлено: 31.10.08 15:42

Постепенно сердце восстанавливало свой обычный ритм и дыхание приходило в норму. Стараясь унять дрожь в руках, Николетт осторожно высвободила свое запястье из рук маркизы. Вот уже забрезжил свет в конце аллеи и призраки темноты стали рассеиваться вокруг женщин, а вместе с ними уходили в небытие неожиданные порывы… странные слова… сокровенные признания… Пора было возвращаться в мир действительности, и в нем не было места всему тому, что в порыве откровенности сорвалось с уст под покровом ночи, окутавшей парк Фонтенбло. Аккуратно ступая по дорожке, баронесса словно оттягивала момент встречи с огнями сотен факелов, что освещали лужайку перед дворцом. Но деваться было некуда, а потому настало время снова забираться в ракушку бесстрастности и холодности. Обернувшись к спутнице, Николетт горячо прошептала:
-И я рада, искренне рада, нашей встречи, мадемуазель. Еще вчера мне бы и в голову не пришло заговорить о подобном с кем-то, а тем более с Вами. Но раз так случилось… Я не имею права просить Вас хранить мой секрет, но Ваш я сохраню, даю слово. И я очень надеюсь, встретив на очередном приеме Ваш взгляд, прочитать в нем хоть немного того же тепла и участия, что виделось мне в нем этим вечером.
Коротко вздохнув, баронесса обвела взглядом стройный ряд деревьев, как бы обращаясь к неведомым поверенным. Уж они-то точно не разболтают ничего из услышанного. А Жаклин… Возможно уже через час Николетт горько пожалеет о незапланированной исповеди, но сейчас ей хотелось думать об этом меньше всего. Точными жестами она принялась сосредоточенно поправлять выбившиеся из прически локоны, оправлять оборки платья. Когда она подняла голову, в ее взгляде уже не было ни былого волнения, ни тени напряженности. Теперь перед маркизой стояла прежняя Николетт дю Пелье, выдержанная и равнодушная.
-Вы вернетесь на празднество? По-моему бал уже закончился, что-то мы заговорились и упустили время. Ох, и достанется же завтра от мадам де Ланнуа за отсутствие!
Внезапно баронессу осенила новая идея. Обернувшись на выделяющиеся в темноте скамейки, она приостановила шаг.
-Маркиза, не смею задерживать Вас более. Вы и так уделили мне гораздо больше времени, чем я заслуживаю. Поэтому, думаю, Вы можете оставить меня здесь. А я посижу еще немного вон там, приведу свои мысли в порядок. Минутой больше, минутой меньше, все равно я опоздала к Ее Величеству
Привычно склонившись в придворном реверансе, Николетт отступила назад. Она еще не вполне была готова вновь взойти на сцену, чтоб продолжить с достоинством исполнять свою скучную роль праведницы. Не думать ни о чем еще пару минут. Забот и беспокойств всегда предостаточно, а вот когда выпадет шанс просто молчать и отпустить все мысли и тревоги…

// Парк Фонтенбло. 3 //

64

Отправлено: 01.11.08 22:57

- Стезя следователя? - невесело усмехнулся де Лоррен - Увы, вряд ли это дело мне по плечу. Видите ли, месье Д Эрланже, есть одно обстоятельство:  я - глуп.

Юноша не иронизировал, не жаловался, не кокетничал перед собеседником. Он просто по-мужски говорил, что думал, совершенно не заботясь ни о каких внешних "эффектах". Голос его был спокоен, тон глуховатый и грустный, почти безразличный. Сухая констатация давно проверенного факта.

- Я знаю это с раннего детства. Привык уже.  Ведь, согласитесь, человеку не надо быть музыкантом, для того чтобы понять, что у него нет ни слуха, ни голоса. Так же и с глупостью.  Нет, смекалкой Бог не обделил, все - таки не совсем бревно, но не более. Если что и подворачивается, догадка, верное слово,  то только по случайности. Так мальчишка может играючи найти в пыли древнюю монету, в то время как антиквар-кладоискатель годы положит на раскопки. Только это не заслуга мальчишки. Слепой случай, каприз Фортуны.  Правда все равно за маститыми, опытными, учеными зрелыми и ловкими людьми.  Закончу Военную Академию, пойду в гвардию, буду в кавалерию проситься. Глядишь лет через десять и получится из меня человек, а не "что-то вроде".

Он чуть помолчал и прибавил со вздохом:

- Да, Сигоньяк. Он живет в корпусе пансиона Академии, левое крыло, за дортуарами. Старый холостяк, редко выбирается в город. Вы всегда сможете найти его после полевых занятий.

С хрусткой гравийной дорожки сошли на  тропу, засыпанную цветным песком - сразу шаги стали тише, меж парковыми шпалерами и статуями показались белые мраморные скамьи в римском вкусе - по случаю праздника застеленные коврами и подушками-пуфами. На одной из них смутно замаячила фигура сидящей женщины - тонкое морозное кружево на рукавах и воротнике, длинные пышные складки платья-робы, тонкий запах духов - с порывом сырого ветра. На вынесенном из оранжереи померанцевом деревце в кадке, которое нерадивые садовники даже не укутали на ночь мерцали совершенно рождественские фонарики.

Как странно? Женщина? Одна? В темном холодном парке?

Шевалье замер, чуть тронул кончиками пальцев, не прикасаясь, скромное кружево-шитье на манжете рыжего следователя.

- Вы видели? Дама?  Как Вы думаете уместно ли, обратиться к ней... Ведь здесь опасно?

И не дослушав ответа, ничего не ожидая, выступил в неверный свет померанцевых фонариков и тут же отшатнулся в тень, вспомнив, как он теперь "прелестно" выглядит - после прицельного удара в челюсть, до выбитого коренного зуба.

Прикрыл левую сторону лица мокрым  платком. Чтобы не мерзить  и не пугать незнакомку в темноте.
Как в сказке про La Belle et la Bete  - про Красавицу и Чудовище.
У Чудовища есть только голос и алый цветок.

А лица у Чудовища нет. Не было и не будет.

Впервые шевалье был почти  счастлив, что обезображен дурацким синяком. Может хоть на пару дней отвяжутся сплетники и заткнутся хоть на часок - другой   всезнающие  придворные  резонеры со своими кислыми сентенциями и  праведными салонными  гримасками.

Юноша уверенно, как учили в Академии, поклонился сидящей на скамейке женщине, приложив правую руку к сердцу и левой - обведя полукруг - разбитая  ладонь вернулась на эфес шпаги.

- Прошу прощения, мадам, что нарушаю Ваш покой. Но может быть я могу быть Вам чем-то полезен, например проводить Вас к людям. Если я неуместен - скажите. Я не посмею докучать Вам.

65

Отправлено: 02.11.08 01:17

1661 год. 31 марта.  После 22.00.
Незнакомка одиноко сидела на лавочке в парке и заворожено смотрела на блеск фонариков. Видимо, мысленно она находилась очень далеко отсюда. Лишь порой графиня машинально убирала рукой непослушную прядку волос за ухо.
Вдруг она вздрогнула от голоса, который совершено неожиданно раздался рядом с ней. Она удивленно взглянула своими голубыми глазами сквозь маску на стоящего рядом молодого человека.
- Прошу прощения, мадам, что нарушаю Ваш покой. Но может быть я могу быть Вам чем-то полезен, например, проводить Вас к людям. Если я неуместен - скажите. Я не посмею докучать Вам.
Хм, я не могу разглядеть черты его лица… Да и голос не кажется знакомым. В любом случае он галантен и производит приятное впечатление. И он манит… Я буквально чувствую пикантный аромат приключений и скандалов в воздухе. Интересно, согласится ли он быть спутником таинственной незнакомки?
Нинон заговорила. Тихий, нежный голос, чуть низковатый, чувственный, волнующий. Его не спутать ни с одним другим. Его никогда не забыть. Гладящий, обволакивающий, мягкий похожий на мурлыканье кота и чуть шероховатый, как велюр.
- Благодарю Вас за внимание, сударь. Вы мне ни чем не помешали. Однако осмелюсь Вас поправить – я всего лишь мадемуазель.
Все равно он в жизни не угадает сколько мне лет. Да и никто не угадает мой истинный возраст. Я не замужем, и никогда не буду, ведь брак и любовь - это дым и пламя. Так, что не стоит мне говорить подобных слов. Разве что в качестве оскорбления.
- Вы знаете, я здесь одна и была бы Вам глубоко признательна, если бы Вы смогли меня сопровождать сегодня вечером.  Если Вас это не затруднит, безусловно…
Графиня замолкла, но продолжала смотреть прямо в глаза парня своим горящим взглядом. В нем было выражено все – и предостережение, и очарование, и завораживающая осведомленность, и тайна, и умиротворение, и интрига…
Нинон слегка улыбнулась, давая понять, что только он может решать, хочет ли он участвовать в этой пикантной авантюре или нет.

// Парк Фонтенбло. 3 //

66

Отправлено: 02.11.08 19:05

- Ой... мама... - совершенно по-детски охнул шевалье, вглядываясь в маскированную даму - от усталости и близорукости он не заметил что на этой аллее парка, помимо той дамы, к которой он обращался, есть и вторая.
Он обратился к той, другой женщине "мадам" именно потому что рассмотрел в полумраке кружевные манжеты и оторочку воротника особого фасона - с острыми фестонами, парижские портные в шутку называли его "я уже мадам", такие кружева, как  знал де Лоррен,  могли носить только замужние женщины или вдовы, давно снявшие траур.

Филипп осознал произошедший конфуз и горячо покраснел - даже уши  и шея, к счастью милостивая  темнота скрыла этот конфуз.

Юноша лихорадочно думал:

О, Господи... я ведь обращался не к ней... ну надо же было допустить такую промашку. Ведь только-только обещал себе, что с этого дня ни-ни, все триста раз обдумать, все слова взвешивать, чтоб не позориться, стать взрослым-превзрослым человеком. И через три шага - попасть в переплет. Что обо мне теперь подумают обе дамы? Осел, пентюх, невежа и увалень-провинциал...   Да, месье д Эрланже, не зря я Вам признался, что глуп... Вот яркая иллюстрация к моим словам.

Чтобы загладить свой дурацкий промах, де Лоррен откашлялся, и нарочно ( как ему казалось - для солидности) понижая еще неоформившийся юношеский тенорок, с запинкой  выговорил:

- Прошу прощения. Позвольте представиться, мадемуазель: Филипп д'Арманьяк... Прозванный де Лоррен.

- тут уже уверенность оставила его - он растерянно обернулся на шевалье д Эрланже, посмотрел на вторую одинокую даму, сидевшую на скамье под точно таким же деревом ( о эта проклятая мода на симметрию и единообразие дворцовых украшений).  Дама наверняка прекрасно слышала их разговор. Она слегка пошевелилась - зашуршало платье, и как показалось - слегка усмехнулась, впрочем то наверное был обман слуха - ветер, тихие голоса ночи, плеск отдаленной мелкой волны, отдаленная и нежная, как сновидение, музыка.

Впрочем, в эту щекотливую минуту шевалье менее всего интересовался красотами природы - он чувствовал себя, как голый на муравейнике.

- Осмелюсь заметить, мадемуазель, в столь поздний час одинокие прогулки небезопасны. Конечно, дворец и парк под охраной, но на  большие  праздники  съезжается самая разная публика. Вы ведь знаете, что даже буржуа может заплатить привратнику, взять у него напрокат шляпу и шпагу и смешаться с толпой гостей. Да и нанимают много прислуги со стороны, в суматохе иной раз вовсе без рекомендаций. Месье д Эрланже и я будем рады проводить Вас до Дворца.

Стараясь не попадаться ласковому свету фонариков, де Лоррен, чуть громче, но со всей возможной вежливостью,  обратился ко второй незнакомке-соседке...

- Прошу прощения и у Вас, сударыня. Быть может и Вам нужна наша посильная и уместная помощь? Сильно похолодало, и кажется, собирается дождь.

После этой фразы де Лоррен взглянул на небо - которое тихо и нежно мерцало мириадами робких фиалковых звезд, весенние созвездия, тонкий серпик месяца и ... ни облачка.

Ну какое свинство со стороны матери-природы... Неужели там на небесах пожалели для нас хотя бы самой завалящей тучки...

Де Лоррен, с обреченностью утопающего, выдал заключительный аккорд.

- В это время года дожди в Фонтенбло... всегда начинаются. Вдруг.

Бедняга Филипп, несмотря на четыре года при дворе так и не научился достоверно говорить с дамами о погоде.

// Парк Фонтенбло. 3 //

67

Отправлено: 02.11.08 23:50

Анна де л’Анкло
Николетт дю Пелье
Филипп де Лоррен

Нет, это невозможно... Право слово, будь Анри один, он бы проскользнул по парку бесшумной тенью, неразличимой в темноте, и даже дюжина придворных дам, сидевших в одиночестве на скамейках, не смогли бы отвлечь Жискара. Да они бы его и не заметили, но...
Но был Анри, к своему великому сожалению, не один. Вот и оставалось только следовать Правилам Придворной Игры. Правда, это не помешало следователю мысленно ухмыльнуться - а у мадам... ох, простите, мадемуазель отличное чувство юмора. Или же все гораздо проще - она просто не успела разглядеть в темноте и вид Филиппа, и его сапоги, явно большие юному шевалье, и плащ, совсем не похожий на изысканно-богатые плащи придворных. Ах, будь благословенна темнота - сколь многое она способна скрыть!
Анри скользнул по себе взглядом, насколько это было возможно, чуть поморщился (опять же, неразличимо в темноте), вспомнив про вот то вот досадное пятнышко на белых манжетах... Не идеально, и это вызывало досаду. Ну, если ему завтра с утра не доставят требуемую смену одежды, он устроит веселую жизнь!
Выступить в круг света, сверкнув улыбкой, точно отмеренный поклон, блеск зеленых глаз с эдакими бесовскими искорками - прекрасные дамы, безусловно, достойны восхищения!
- Добрый вечер, мадам, мадемуазель, - конечно, наблюдать за Лорреном было забавно, но, пожалуй, в свете того, что им придется некоторое время быть вместе, лучше было бы переключить огонь двух пар очаровательных женских очей на себя. В своем-то душевном спокойствии рыжий был уверен. - В столь великолепную ночь столь удивительная встреча! Я поражен, право слово - я был свято уверен, что все цветы двора должны были собраться на балу у короля!
О-ла-ла, нечего так смотреть на бедного Филиппа! Оставьте мальчика, ему и так сегодня досталось... Милые дамы, может быть, вы поищете себе другой объект для охоты? А этот - оставите на следующий раз, ну какой интерес в добыче, что и так ослаблена?
- Одно только ваше слово, и мы с величайшем удовольствием проводим вас до дворца, ибо негоже дамам ходить одним в такое позднее время, - подпустить немного мурлыкающих ноток в голос, взглянуть на одну очаровательницу, на вторую, - И совсем уж преступление - лишить празднество вашего общества!
О, пусть лучше сии милые создания волнуют сердца придворных мужей, что веселятся на балу - и оставят их, недавно вернувшихся с погони, уставших и голодных, в долгожданном покое. И вообще, Анри на службе... а загадка дела, признаться, занимала его гораздо больше, нежели помощь дамам, в которой они, быть может, и не нуждались. Но - куда деться, правила обязывают... Вот Анри и вел свою партию - со всем пылом и рвением, позволяя себе восхищаться совершенно искренне.
- Ох, кажется, я тоже вынужден просить у вас прощения, - чуть виноватые взгляд и улыбка, адресованные обеим собеседницам, на несколько мгновений приложить руку к груди, подтверждая искренность извинения, - Я до сих пор не представился... Анри Жискар Д'Эрланже.

// Парк Фонтенбло. 3 //


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Парк Фонтенбло. 2