Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дорога из Парижа в Фонтенбло


Дорога из Парижа в Фонтенбло

Сообщений 21 страница 34 из 34

1

31.03.1661

21

Отправлено: 14.10.08 18:12

Приятная ночная прогулка верхом по таинственным проселкам, через речку, через лес.

Валентин де ла Валетт внимательно слушал и запоминал  запальчивые слова цыгана, пристально покусывая смоляную прядь, понимающе кивал, слегка вздергивал темную соколиную бровь. Он хорошо знал крутой норов своего подельника и уважал его ровно настолько, насколько был способен.

Выражение лица Валентина стало обманчиво мечтательным, будто в полусне, кони плыли, как корабли, по грудь в сонных прошлогодних травах. Хрустели подковы по валежникам. И тяжело курилась холодным туманом вспаханная начерно земля, оставленная под паром.

Теперь кони шли рядом ровно, как карусельные, голова к голове.

Валентин змеино улыбнулся, снова щелкнул звонкой крышкой черепаховой  табакерки - и тиснул щепотку снадобья  под язык. Нет это был не табак - как ни смешно, Валентин де Ла Валетт новосветское зелье не жаловал и на досуге баловался отнюдь не табачком, а  как он сам говорил "мятным порошком для освежения глотки". Судя по всему этот "волшебный порошок" освежал не только горло, но и его душу, коли таковая имелась:
Просмаковав свое ведьмовское лакомство, де Ла Валетт вкрадчиво заговорил. Глаза у него стали иссиня-черные, вороненые и совершенно сумасшедшие. Но тем не менее утробный баритон оставался прежним, однотонным, воркующим:

- Анри. Я все понимаю без лишних слов.  Но сам посуди,  этот золоченый индюк, заказчик, капризен, как беременная монашка. Читал мне нотации, как старый хрыч - недорослю. Он чует что под него копают. Не сегодня- завтра крысу прихлопнут - он закопался в казну всем рылом, как боров в желуди. И счета государственные в беспорядке. Вот он и мечется...
За Колючкой я слежу в оба, как и было оговорено,  нет, она  в последнее время не работала. Корчит из себя "дамочку". Кстати, успешно. А насчет справедливости...

Валентин глубоко вздохнул, охлопал ладонью иноходца по шее:

- Справедливости на свете не существует, как и Бога, чести, любви, всего, что там наворотили святоши и поэты, и ты это знаешь лучше меня. Насчет Мерло и Жанны, Анри, я не сердобольный  поп и понимаю, дела тут заварились крепкие, как спирт. И лишние рты и глаза придется закрывать еще не один раз, без всяких оговорок. На войне, как на войне. Не бери в голову, лишних жмуриков на тебя не повесят. Да и рано об этом думать. У ищеек нюх короткий. А ты волк бывалый. Они не догонят. 

Вдали застили небо угрюмые, еще средневековые крепостные  стены монастыря, густо оплетенные бородами дикого плюща.

Де ла Валетт шутливо и  озадаченно запустил цепкую  пятерню в львиные бедовые кудри:

- Теперь о проблеме. Помнишь стеклышко, которым устраивали взрыв. Да, та самая линза из королевской кунсткамеры. Ее пришлось бросить, когда этот... недоносок-миньон испортил всю музыку. Так вот, этот дурак ее нашел. Я видел, как он ее подобрал, когда с ним сюсюкался Принц. Это Фило  Лоррен, белобрысая подстилка Месье. Он же нашел труп лакея у актерских повозок и переволок его к озеру - ума не приложу, зачем. И он же шел третьим после мушкетера и Колючки за тобой по аллее. И его же я уложил в ночном саду, когда ехал к тебе.  Я наводил справочки о нем - ничего особенного - сопляк, двадцати не исполнилось, знаешь из тех молодчиков, которым больше всех надо. Бедный теленочек... Дом горит, козел увидел...  Лакей - черт с ним, сдох и остыл. Погоня - черт с ней, оторвались. А вот линза - дерьмовая улика. Взрывное стекло в Париже одно.  Начнут ворошить, выйдут через связных умников в кунсткамере и в Академии на всех нас. И тогда нас ждет пыточная камера  и петля. Но...

Валентин внимательно посмотрел на собеседника, покрутил машинально стальное гробовое кольцо на пальце.
И ощерил зубы, как бешеный пес, впрочем мгновенно сменив костяной оскал на беззаботную улыбочку:

- Не дождутся. Самое смешное, ни моей, ни твоей вины тут нет.  Воля случая. Блошка -скок- и  карты спутала. 

Соучастники придержали коней у тяжелых замшелых  ворот монастыря.

Де Ла Валетт опасно свесился с седла, дважды ударил окованным кольцом в створу.

- Анри. Я, как вернусь в Фонтенбло,  заберу "стекло" без следа из спаленки, улики не будет. Все остальное - спишут на юношеский бред свидетеля, ему все равно никто не верит, любая тварь в кулак хихикает. Если надо, я и  его убаюкаю. Проблем нет, Анри."

Лязгнуло смотровое окошко, высунул пропитой нос монах-вратарник, хрипнул:

- Хтой-то там?

- Господа хорошие. - интимно шепнул Валентин в скважину - брат Франсуа, это мы,  ангелы небесные, по твою гусиную душу пришли. Не признал, христова невеста?

Монах без лишних слов отворил боковой лаз. Отшатнулся. Темные послушники приняли коней. Дело в монастыре было на мази - уже будили настоятеля, не поднимая шума.

Валентин де ла Валетт  картинно присел на каменный бордюр двора - обхватил колено руками с крупными венами.

Смотрел, как расторопный служка волок из служб запасную картезианскую рясу для Анри Гошера, слушал воспаленную ночь  умирающей луны.
Кошачий монастырский ветер шевелил его тяжелые, будто железные вороные кудри.

Валентин косо  глянул на цыгана:

- Повозки отправляются на рассвете. Поедешь с комфортом. Если что связь держим по старому, через Мекано. Да, я все о работе... У королевы околели трое карликов - дохнут, как мухи, хотя вроде кормим-одеваем. Поспрашивай на Дворе Чудес. Вдруг у нищих есть свежие уроды. Нужны карлики не старше тридцати лет, самец и самочка. Карлицы нынче ценятся красивые, без горбов. Чтобы смышленые, добрые и сказки рассказывали... Они прекрасные соглядатаи, Анри. 

Кромешная тьма копилась в квадрате стен монастырского двора. Посреди мощеной площадки торчал колодец, грубая кладка сочилась талой водой.  Де Ла Валетт подошел,  залпом хлебнул из ведра ледяной звездной  воды, лязгнула колодезная цепь.
Обернулся к цыгану и вполголоса заметил:
- Что до Фуке... К дьяволу -  Фуке. Грядут новые времена.

22

Отправлено: 14.10.08 20:59

Одного взгляда на осунувшееся лицо хозяина лачуги было достаточно, чтобы понять, что произошло.

- Позовите кюре. Пусть сделает все что нужно, - лейтенант бросил Гарнье кошель, - Именем короля. И накажите ему молчать о случившемся. Тревогу не поднимать.

- Идемте, господа. Здесь нам и правда нечего делать. Шевалье, возьмите мой платок, у вас, кажется кровь еще не перестала на губе, - он протянул платок Филиппу, как-то тепло глянув на юношу, - Большое приключение... да... И что-то подсказывает мне, что это только пролог всей трагедии.

Предчувствия... от них можно отмахнуться, но заставить молчать невозможно.

Д'Артаньян вышел во двор и наощупь подошел к плетню. Пахнуло молодой зеленью и чем-то еще... знакомый уже запах. Странный такой. Очень странный. Гасконец вдохнул глубже. Его тонкий с широки ноздрями нос ловил запахи ночи, ранней весны... Все было свое, простое крестянское, как где-то там вдали, в Беарне... и все-же в этом присутствовало что-то инородное, незнакомое, едва уловимое.

Гарнье вернулся в сопровождении трясущегося от страха и недосыпа кюре. Его седая голова смешно покачивалась на длинной шее, отствечивая при свете луны блестящей выбритой тонзурой. Д'Артаньян дожbдался пока Гарнье вернется из дома и заговорил с помощником префекта:

- Я подозреваю, что он затаится где-то на ночь и не выступит на дорогу раньше утра. Может, теперь их двое. Вы заметили, девушку убили не ножом... бедняжка... такое доверчивое создание...

- Все будет сделано, господин лейтенант, - негромко отрапортовал Гарнье, направляясь к своей лошади. Мушкетеры тем временем занесли тело мальчугана в лачугу и распластали на полу рядом с покоившимися там же его родителями и сестрой.

- Хорошо. Нужно возвращаться в Фонтенбло. Шевалье, - он вдруг резко обернулся к Д'Эрланже, - Вы знакомы с Парижем, сударь? - в глазах гасконца не было и тени притворной вежливости, если бы можно было видеть их сейчас, то они горели непререкаемым решением, - Я знаком со всеми подводными течениями придворной жизни, но Гошер... - он слегка откашлялся, произнося это имя несколько глуше, - Он ведь барон по ту сторону Сены... и там я бессилен достать его, какой бы длинной не была моя шпага. Есть ли у вас люди, кто вхож в тот... другой "двор"?

23

Отправлено: 15.10.08 03:42

Есть люди, которые легко зубоскалят и мудрствуют  о смерти. Их обычно два типа - те, что сталкиваются с ней повседневно, вроде докторов, могильщиков, палачей и присных.  И второй тип - те счастливчики, кто никогда  не видел смерть лицом к лицу. Вторые - быстро перестают шутить.

Филипп медленно вышел в палисад из крестьянской халупы, где пахло свежей кровью, как на  бойне.

Де Лоррен принял простой без шитья платок мушкетера с немой благодарностью. Спрятал клочок ткани ближе к сердцу, просто так, потому что от него по-человечески  тепло.

Еще пару-тройку часов назад он бы наверное разразился дурацкой  пафосной речью, наворотил бы глупостей, может быть  картинно ляпнулся в обморок.

Но только теперь нет. Хватит балагана.   Отрочество кончилось. Это взрослые игры. И это... Уже не игра.

Да, отец рассказывал ему о мерзости  войны и показной "красоте" дуэлей до смерти, когда шпага пробивает печень противника. И на губах желтая пена. И чья-то мать потом кричит и падает на пороге.

Да,  де Лоррен - еще ребенком видел публичные  казни, издали, мало что понимая. Был на похоронах престарелой бабки.

Но с грязной изнанкой смерти он столкнулся сегодня впервые.

Шевалье оперся на плетень подвздошьем, мерно и глубоко дыша, утирал кровь с лица, которое уже ни один дурак  бы не назвал красивым.

Посчитал звезды, будто только за этим и приехал в забытую Богом деревеньку.

Старуха, старик, девушка, мальчик-подросток.
Крестьяне-соседи выволокли тела из дома, уложили на  груботканные простыни.
Завтра на местный погост понесут четыре бедных гроба. И лейтенант прав. Все еще впереди.

- Жанна. Виктор. Мари-Анн. Пьер. - привычно бубнил заспанный  кюре - Да покоятся в мире и свет вечный да светит им...

Филипп ясно представил себе родовую усадьбу. Вот если бы мою семью так... Нет огня. В холодных комнатах лежат навзничь  мертвая мать с неоконченным шитьем в руках, отец, сестры, братья..

Шевалье шепнул просто, как говорят время или имя-фамилию, если спрашивает незнакомец.

- Это сделали нелюди.

Чуть помедлил и разжал кулак.
На молодую траву выпал бумажный алый страстоцвет, который де Лоррен бережно вынул из руки мертвой девушки. Он  проговорил, обращаясь к лейтенанту:

- Месье Д' Артаньян. У девушки сломана шея. Этот цветок я помню. Он был в волосах у ряженого
в саду. Еще одна метка. Сволочей было двое.

И чтобы больше не мешать  важной беседе  гасконца и  господина  Д'Эрланже и не путаться под ногами,  Филипп  отошел к своей лошади.

Обнял ее за шею, ткнулся лицом в холку,  вдыхая честный едкий  запах конского пота.
За его спиной  зевал распахнутой калиткой двор выморочного дома.

Гулко перекликалась мушкетерская погоня.

Пора в обратную дорогу.

24

Отправлено: 15.10.08 23:55

- Двое, - кивнул Анри на слова Филиппа, смотря на шевалье как-то странно, не прочитать было взгляд рыжего помощника префекта. Видимо, из-за темноты, что так мягко и уверенно обволакивала каждого, кто покидал круг света, что дарил огонь.
- Мы поймаем их. Рано или поздно, но поймаем.
Все же, Жискар ненадолго, всего лишь на несколько секунд позавидовал де Лоррену, который только сейчас увидел отталкивающий и завораживающий лик смерти так близко. Сам Анри...
А, впрочем, не важно сейчас.
Он не торопился отвечать на вопрос Д'Артаньяна. Молча поднял глаза, смотря в ночное небо, думая о чем-то своем, чуть прищурился, вновь и вновь прокручивая все, что знал. Дени не одобрял ненужные смерти. Бесполезные. Как эти, к примеру. Что могли рассказать крестьяне? Что пришел к ним господин темноволосый? Так это Анри и так знал, равно как и то, как именовали сего незваного гостя. Что-то сверх того? Уж вряд ли девушка обладала опасным знанием... Могли рассказать про второго?
Так ни за что бы не поверил рыжий, что нельзя было вызвать Гошера незаметно для других. Отвел бы мальчишка тот подставной погоню подальше - дал бы Цыгану больше времени скрыться, раствориться так, что все следы остынут... Впрочем, что сделано, то сделано. Сами того не подозревая, Гошер и его сообщник дали подсказку, натолкнули на нужную мысль, о которой Анри бы, может, и не подумал.
- Месье Д'Артаньян, приставьте к Филиппу охрану. Он два раза оказывался в центре событий - и оба раза выжил, кроме того, вполне может опознать нашего стрелка. А как эти господа незваные относятся к свидетелям, Вы сами видите.
И незачем увеличивать количество мертвецов в этой истории... И так их достаточно, и уж точно еще будут. Раз в игре Гошер... и ведь не каждый может себе позволить такую роскошь, как сотрудничество с сильными Двора Чудес...
- А что касается мм... осведомителей...  - Анри чуть пожал плечами, сверкнув улыбкой, - так было бы странно, если бы их не было. Однако же что Вы хотите от них, месье Д'Артаньян? Принести Вам голову Гошера они не смогут, да и указать, где он прячется - тоже. У него достаточно убежищ.
А вот тут Анри лгал, честно и откровенно, не краснее и не моргнув глазом. Будь у Мотылька желание, он бы быстро вышел на любого из Двора Чудес - да вот только знать об этом обитателям Двора королевского совершенно излишне.

25

Отправлено: 17.10.08 15:10

- К черту все... сегодня Фуке, завтра кто-то другой, - Гошер махнул рукой, - Людям всегда будет тесно в этом мирке, и они будут стараться выпихнуть кого-то. Мы будем нужны всегда, - он ухмыльнулся, хищно обнажая ряд ровных белых зубов.

Молодой служка провел их вдоль выбеленных стен по узкому коридору с низкими каменными потолками. Повеяло сыростью. Гошер брезгливо отдернул руку от сырой стены, склизкой и покрытой паутиной и плесенью.

- Да, не дворец, - усмехнулся он, входя в небольшую келью, все убранство которой составляла дубовая кровать, покрытая лишь серой суконной простыней поверх деревянного настила, да небольшой столик с огарком свечи и молитвенником, - Уныло здесь. Надеюсь, к утру я выберусь из этой обители.

Он прошел внутрь, широким взмахом руки, приглашая Ла Валетта войти.

- Все заметано насчет карликов. Ты же знаешь, я на хорошем счету у Ла Вуазен. Она дает мне право первому оценивать товар... так что подберу что-нибудь для тебя. Мекано передаст. А стекло... да, его лучше заполучить обратно, пока ищейки де Ла Рейни не спохватились. Кстати, тот лейтенант... гасконец, я узнал его в театре. Его надо сбить со следа. Я не боюсь префекта - его повадки я знаю, пришлет каких-нибудь молокососов соглядатаями... но вот лейтенанта надо опасаться. Ты смотри осторожнее. Он хваткий и хитрый - ежели заподозрит что-то не ладное, не поймешь до того самого момента, как он тебе шпагу к горлу не приставит.

Служка ушел, не проронив ни слова. Гошер чиркнул кремнем и разжег свечу, на стене запрыгали причудливые тени. Осмотрев келью придирчивым взглядом, цыган хмыкнул и, не снимая сапог, растянулся во весь рост на кровати, вытянув ноги и закинув их на столик.

- Высплюсь перед дорогой, - широко зевнув, прикрыл глаза. В правой руке его блеснуло тонкой лезвие ножа и тут же скрылось. Анри никогда не расставался с этой опасной игрушкой.

26

Отправлено: 17.10.08 22:41

- Господа, нам нужно вернуться, - повторил лейтенант.

В черном небе ярко сиял серп полумесяца, мерцали звезды. Вечерний туман спал. Легкая изморозь, как последний привет уходившего марта покрыла первую придорожную зелень капельками росы.
Д'Артаньян провел рукой по холке своего коня. Загнать лошадей, домчаться шумной погоней до Парижа - это больше походило бы на фарс, нежели на серьезное преследование. Молодой и неопытный гвардеец так и поступил бы. Но лейтенант сомневался в успехе такого предприятия. У Гошера было преимущество во времени, и, судя по всему, его агенты были по-всюду.

- Да, я заметил, что убийства совершены разными методами, и, возможно, разными людьми. Но гнаться за ними нет смысла.

Сев в седло, граф дал знак Гарнье приблизиться и что-то проговорил ему.

- Пусть просто наблюдает за всеми, кто проезжает в город по этой дороге и не высовывается.
- Да, ваше сиятельство, непременно.

Повернувшись к де Лоррену и Д'Эрланже, лейтенант махнул им рукой:

- Едем. Надеюсь, шевалье, ваше состояние позволяет вам ехать верхом.

27

Отправлено: 19.10.08 02:25

- Золотые слова, Анри. – улыбнулся Ла Валетт, с крепким хрустом размял сцепленные пальцы. Окинул взглядом сводчатую келью – крошечное зарешеченное окно, оловянную кружку, прикованную цепкой к кольцу в стене, черный молитвенник в изголовье с белым крестиком.

- Ну,  Гошер, черт пошутит - может, свидимся. Жду вестей, как и всегда. Отсыпь Вуазенше черного табачку  поядреней, за мое здоровье. И не хочется возвращаться к дворцовой мрази, а надо....

Валентин глянул на тускло блеснувшее лезвие цыганского ножа и понимающе уточнил с обычной ухмылочкой:

- Позарез надо.

Коротко кивнул и вышел вон.

Над темнокудрой тяжкой головой ловкого валета поплыли крестовые давящие своды старинного  монастыря.

Блеклой поганкой вылупился из-за угла полуодетый настоятель с мягким бабьим лицом, дернул де Ла Валетта за рукав, жарко зашептал:

- Месье... Мы все обтяпаем ажурно!  В шесть утра повозки идут в Париж. Обязательно,  передайте его Светлости, что я......

Валентин вырвал из его липких пальцев узкий манжет, походя  смазал  монаха пятерней по лицу
Брезгливо взрыкнул:

- Вон пошло.

Бедного аббата приняли на ручки два смазливых послушника.

- Ворота! Открыть! – сдавленно вякнул настоятель, шурша кружевными оборками спальной рубахи.

Де Ла Валетт, хищно  щурясь на ветру, с места через круп прыгнул в седло иноходца, монахи  еле успели отворить тяжкую створу ворот с евангельскими фигурками и узором.

Конь храпнул, швырнулся в черный собачий галопчик,  всадник  пригнулся к конской шее.

Плеснули напоследок цыганские волосы.

Вот он, торговый тракт – копыта зарокотали по брошенным через мокрые рытвины доскам.

Замелькали над головой Валентина  пирамидальные тополя, кусты краснотала, хворостяные ворота деревенских пустых застав с масляными алыми фонариками на венцах.

Валентин сторожко правил не по той  дороге, которые просматривали соглядатаи, а кривыми торными обочинами, отнорками, ослиными тропками, со стороны охотничьего шляха.

И были опасно расширены  преисподние зрачки, и последним веселием кривился черный рот с четкой выемкой над губой.
Гошер сказал  о лейтенанте с  длинной шпагой. Не беда. Поиграем, месье, ибо нет ничего прекраснее игры.

Конские копыта, глубоко били в глинозем, "фон-тен-бло", "фон-тен- бло"

Про себя де Ла Валетт твердил навязчивый припев старой французской песенки:

- Волки смотрят на Париж, волки смотрят на Париж, но там нас уже нет, радость моя... Нас уже нет...

28

Отправлено: 19.10.08 22:45

Невесело, тяжкой полевой рысью возвращались всадники по распутице к темной громаде дворцовых садов.

Прогорел и засмердел копотью факел - мушкетер швырнул его в колею - зашипело. И уже в темноте продолжился трудный путь неудачной погони. Лейтенант мрачно молчал, да и у других не было охоты к беседам.

Шевалье украдкой держался за луку седла, босые ноги онемели, и теперь ощутимо вспышками  дергало разбитую челюсть. Щеку изнутри противно царапал осколок коренного зуба.

Юноша упрямо вглядывался в  холодную мурашечную темноту между лошадиных ушей. Дорога, вербы у реки, теснины оврага, костер на дворцовой заставе - все медленно плыло  в никуда.

Наверное в такие минуты и без Галилео Галилея понимаешь страшную истину - что земля все-таки вертится... Неумолимо вертится и летит в головокружительном звездном пространстве, меж сияющих небесных тел, сквозь мглу млечного пути,  вместе с церквями, лодочными пристанями, тополями, облаками, кораблями, влюбленными, убийцами, жертвами и всадниками в крестовых мушкетерских плащах.

Как первый лед, хрупка земная твердь - того гляди - взорвется, разлетится...

Сколько странных встреч принес мне этот день... - думал Филипп де Лоррен - Сначала тосканский композитор с его скрипкой  - то ли бесовой, то ли ангельской, и камни одушевить бы смог своей музыкой и мертвого поднять в пляс, как в сказке про колдовской наигрыш ведьмака Жеана из Витто... Потом лейтенант мушкетеров - человек, который невольно дал мне  первые уроки мужества и прямоты. И эта фальшивая "цыганка" в саду - будто сама Безносая смерть поглядела, оскалилась и нанесла удар. Только теперь я не хочу ее бояться, какое бы обличие она не приняла. Что бы кто ни шипел за спиной. Не хочу и все тут. Это трудная наука, ее придется постигать не один день и год, чудес не бывает,  но отец говорил, что храбр не тот, кто не боится, а тот кто преодолевает страх и слабость, падает и снова встает,  чтобы идти вперед. 

На заставах хрипло окликали солдаты - Гарнье отвечал им кратко - и дозорные отволакивали в сторону на цепях бревна со вбитыми остриями- заграждения от ночных всадников. Расторопно давали дорогу.

Вот и желтые  фонари боковых ворот Садов Фонтенбло. Мелькнули за узорной оградой веселые светлячки свадебной иллюминации - кони пошли шибче, почуяли конюшню -  въездная аллея была мощена брусчаткой.

Далеко за купами стриженых деревьев - сияли  бальными огнями высокие арки дворцовых окон. Испуганные птицы носились над прудами - вспугнутые музыкой, факелами, тревожными  и четкими солдатскими приказами.

У мушкетерских конюшен на засыпанном соломой и опилками круглом  плацу всадники спешились. Конюхи приняли взмыленных коней, ослабили подпруги, стали вываживать по кругу, чтобы не запалить.

Филипп оперся на обглоданный край конской колоды-поилки. Резкий мартовский ветер - еще пахнущий талым снегом и прелым лесным духом приводил в чувство, давал держаться "на крыле".

Кто-то из солдат свистнул конюшенного мальчишку - тот принес и передал де Лоррену грубый, как попона, плащ и
разношенные сапожищи с широкими отворотами - раза в два больше, чем нужно - но сейчас Филипп был рад и этой неказистой обуви.

Теперь нужно незаметно добраться до комнаты. И главное, больше не лезть к занятым людям с разговорами, пока сами не спросят. - сообразил шевалье и немного неуклюже, но,  как мог,  с достоинством и благодарностью поклонился графу д Артаньяну.

- Разрешите идти, месье лейтенант?

29

Отправлено: 20.10.08 17:32

- А? - немного хриплый, видимо, от долгого молчания, голос шевалье отвлек лейтенанта, - Да, друг мой, отправляйтесь спать. Я думаю, в такой час вряд ли кто-то еще не нашел себе пристанища на ночь, - он слегка усмехнулся, придавая своим словам оттенок шутки, а не осуждения.

- Шевалье! - Д'Артаньян позвал помощника префекта, - Я думаю, что окажу медвежью услугу шевалье де Лоррену, отпустив его под конвоем моих мушкетеров. Но, вы были правы насчет его безопасности, - он слегка понизил голос, чтобы не обидеть Филиппа, - И потом... ваши глаза и уши - это гораздо более надежная охрана, чем даже дюжина солдат. Понимаете?

Лейтенант прекрасно знал нравы двора. Появись де Лоррен во дворце под охраной мушкетеров, или даже в его сопровождении, и разговоров не оберешься. Но кто мог запомнить этого юркого молодого человека, помощника префекта? И кто мог подумать что-либо ужасное, кроме... ну, скажем, что у шевалье был неудачный вечер - встреча с кем-то, кому ему не посчастливилось перейти дорогу, а ведь таких у молодого шевалье было наверняка хоть отбавляй. К тому же, Д'Артаньян надеялся, что то, что упустят его, привычные к блеску и мишуре глаза, зацепят острые глаза Д'Эрланже. Так что, получалось, что и де Лоррен был бы в надежной компании, и во дворце у лейтенанта были бы свои глаза.

- Доброй ночи, Филипп. Я надеюсь, что компания шевалье ничуть не помешает вам. Вот приглашение для вас, месье, - в тусклом свете зажженного во дворе факела, установленного на бочке, он вписал имя Анри в пригласительном патенте и сделал небольшую приписку со своей подписью, затем он подал патент шевалье, - с этим дворцовая охрана немедленно определит для вас апартаменты в гостевых покоях там, где вам будет угодно. И вы получите беспрепятственный допуск во все покои, кроме личных покоев Их Величеств и Их Высочеств - туда вы сможете пройти, если будет необходимо, в моем сопровождении. Итак, доброй ночи, господа. Завтра нам всем предстоит выехать на Королевскую Охоту, так что постарайтесь хорошо отдохнуть.

Отправив молодых людей во дворец, Д'Артаньян прошелся кругом по плацу, заложив руки за спину. Вскоре уже конюхи увели лошадей в конюшни, а мушкетеры, бывшие с ним в эту ночь, удалились в казарму. Что-то не давало покоя старому мушкетеру. Он видел много трупов, много убийств за свою военную карьеру. Ему и самому приходилось убивать на дуэлях и в сражениях. Но было за что - и умирать, и убивать. А в этой веренице смертей он не видел никакого смысла, и никакой взаимосвязи. Даже теория со шкатулкой начинала казаться ему мыльным пузырем. Ну какая могла быть связь между ее пропажей и убийством лакея у озера? Или Гошер совсем остервенел и превратился в злобного маньяка? Но тогда зачем ему мчаться в Фонтенбло? Неужели Парижа не достаточно? Кто его нанял? Кто платил за эти нелепые смерти? Д'Артаньян боялся ответа... боялся, так как подозревал, что в игре, казавшейся столь бессмысленной, были гораздо более высокие ставки.

- Ладно... пора и честь знать, - пробормотал он самому себе и направился в свою комнату на втором этаже.

30

Отправлено: 20.10.08 23:07

Итог дня сегодняшнего: несколько трупов, безуспешная погоня, множество загадок, на которые надо найти ответы, тайна... Несомненно, его следует занести в удачные. Ведь, пожалуй то, что Гошер ушел, следует тоже считать хорошим результатом, для Мотылька, так точно. Вот ведь еще весьма и весьма серьёзная головная боль для Анри, проблема, требующая решения...
Впрочем, об этом будет время подумать.
Анри спешился, передавая лошадь конюху, чуть потянулся, оглядываясь. Интересно, бал уже завершился? И что со временем - рыжий отлично помнил об их разговоре с Филиппом, и об обещании того передать стёклышко следователю. Но напомнить о сем факте пока будет рано, да и будет это неправильным действием, так что пока, любезный месье Д'Эрланже наберитесь терпения. Излишняя ретивость, это бывает порой ну очень вредно.
И уж конечно, Анри ну никак не мог не согласится с таким замечательным, просто великолепным предложением лейтенанта. Тем более, что оно соответствовало и собственному желанию Жискара.
- Несомненно, Вы правы, месье Д'Артаньян, - рыжий сверкнул улыбкой, внимательно следя за тем, как на патете появляются буквы его имени. Наверняка ведь, появись необходимость, Ла Рейни смог бы достать подобную бумажку... Но сколько бы при этом возникло волокиты, а тут - подобное сокровище вот так вот быстро и просто. - Благодарю Вас, месье, - принять бумажку, пробежать по ней глазами и аккуратно убрать. - Приложу все усилия, чтобы не разочаровать Вас. - И тут же метнуть взгляд в сторону де Лоррена, улыбнуться, позволив себе добавить в улыбку немного иронии и тепла, пусть даже зеленые глаза смотрели предельно серьёзно: - Надеюсь, Вы не будете против моей компании, Филипп? Доброй ночи, месье Д'Артаньян, и до встречи. Смею надеяться, она произойдет при более приятных обстоятельствах, нежели сегодня.
Отдых - отличная идея. Просто замечательная. Правда, по дороге ко дворцу Анри отловил один из людей Ла Рейни, коротко доложил, что случилось за время отсутствия. Сам же Жискар передал префекту свой устный отчет, ничего секретного не случилось, а излагать сие на бумаге было бы излишним.

31

Отправлено: 21.10.08 01:14

Де Лоррен сконфуженно  глянул  на рыжего следователя и тут же отвел глаза,  насупившись, как подросток от внезапного стыда. Чтобы занять руки, затеребил завязки солдатского плаща. Добротный плащ - фламандского грубого сукна, пропах дымом костров, конским потом, корой жареных каштанов, минувшей осени листопадом.

Шевалье заговорил медленно, тщательно подбирая слова, чтобы больше не сболтнуть лишнего.

- Нет, месье Д Эрланже. Напротив, я рад Вашему обществу. Я как раз беспокоился о том же с Вашей стороны. Уверяю Вас, я не буду Вам обузой. Мы все смертельно устали.

Юноша  неторопливо пошел прочь от конюшен, стараясь не потерять чужой сапог, вот была бы умора, чертыхаться и  скакать по грунтовой тропке на одной ноге. Уволь, Господи, от такого шутовства... Тоже мне - Фило Лоррен - дурака кусок. -  досадливо поморщился юноша.

И вдруг - то ли спасительные сумерки под деревьями, то ли порыв ветра,  то ли мерцание фонариков в вычурной  "китайской беседке" на насыпном острове посреди пруда, то ли просто - молодость взяла верх над неудачами,  усталостью и болью.

Отпускает. Как в лотарингской  сказке про Верного Генриха, которую рассказывала Филиппу и старшим братьям его старая нянька-немка - про рыцаря, чью грудь ведьма сковала заклятыми стальными обручами, не давая вздохнуть. И только после трех  испытаний, один за другим рвались обручи... И можно было снова дышать и жить.

Де Лоррен просто улыбнулся, входя в привычные аллеи Парка Фонтенбло, переждал пока Д Эрланже толковал с неким темным человеком в штатском - на почтительном расстоянии, не слыша ни фразы из доклада.

И тихонько повторил про себя припевку старой сказки:

- Генрих, треснула карета!
- Дело, сударь, тут не в том...
Это обруч с сердца спал,
Что тоской меня сжимал...

Слегка пошатываясь, как во хмелю, от непривычной обуви, головной ломоты и странного счастья - чутья близкого апреля, де Лоррен, задумавшись, машинально свернул в боковую аллею-боскет.

Из подстриженной арки кустарника млечно забелела мраморная статуя классической Дианы с венцом-месяцом, колчаном стрел и ланью.

- Добрый вечер, мадемуазель... - рассеянно поприветствовал ее шевалье, и тут же разгадав ошибку, усмехнулся, проведя по холодному постаменту с латинской надписью разбитыми костяшками пальцев.

Мерно похрустывал гравий под тяжкими каблуками сапог шевалье.  Пульс еще не унялся после безумной скачки. Внятно и горячо "говорила" кровь  в висках и в жиле на белой полной шее, в такт дыханию и шагам.

Ну и день... Столько навалилось и обо всем я должен успеть подумать... Столько должен понять. Святой Себастьян в свидетели - тут целой жизни не хватит...

// Парк Фонтенбло //

32

Отправлено: 22.10.08 00:30

четверть одиннадцатого вечера.

Валентин оставил своего каракового иноходца на постоялом дворе у заставы сонной деревеньки Сен-Юбер в паре лье от Фонтенбло.

Хозяйка постоялого двора "Золотой осел" - дебелая  бабенка  с которой валет мимолетно ночевал раз в пару недель, приняла жеребца без вопросов, хотела накормить гостя ужином - яичницей со шкварками, но Ла Валетт отмахнулся, поцеловал ее мимо рябой щеки, шепнул, не различая лица:

- Не сегодня. Коня береги.

- Буду беречь... - тяжкая, как тумба, баба стояла на пороге гостиницы, светила ему в путь подсвечником со стеклянным колпаком.

Она верила Валентину, как верят животному. Туго думала, что, вот гуляет молодой дворянчик налево от жены, прячется... Коня кормила плющеным овсом, во время кратких визитов жарила Валентину опостылевшую яишню со шкварками и луком-шалотом. Так одинокие хозяйки кормят с блюдечка  наглых приблудных котов и верят, что коты вернутся. Обязательно вернутся, когда набегаются, наорутся в драке и наголодаются. А иначе с ума сойдешь в глуши... одна, как дура на черном льду...
До Бога высоко, до Короля далеко.
Валентин, даже не обернувшись на бабу, пешком покинул жалкий кружок света. Полчаса пути по охотничьим угодьям. По перелескам и сырым грибным просекам.

В темноте он ориентировался по запаху хвои, кошачьему ночезрению, крикам ночных птиц.

По заставам нельзя было возвращаться во дворец - заметят дозорные.

Валентин улыбнулся,  небрежно перебросил густую мокрую от росы гривищу черных кудрей через левое плечо, посвистал про себя веселый мотивчик.

Деревья расступились - впереди зевнул мшистой апрельской прелью прогал чистого пространства.

Скоро ограда дворца.
Вон ее  бронзовые колья поблескивают, как клыки сторожевого пса.

Де Ла Валетт отсчитал восемь шагов вбок от поваленного двуглавого дерева. Нагнулся, поворошился в валежнике, выдернул на себя, напружив руки до биения в венах, темный люк.
Из квадратной дыры-провала потянуло болотной гнилью.
Старые,  еще времен Франциска Первого ирригационные катакомбы, обложенные шлифованным камнем желоба, водоносной системы, питавшей пруды и фонтаны Фонтенбло - сколько малых рек перевели в темные тяжкие трубы и подземелья.
Опершись на оба кулака, Валентин спустился в люк, прошел по сырому  тоннелю по лодыжку в топкой плесневой грязи  - когда-то здесь бежала  стремнинка малой речонки -  теперь заболотилась, заброшено все...
А фонтанные подземелья сохранились.

Валет подопнул носком высокого сапога  раздутый трупик  крысы.
Селитренные наросты уродовали стены этой продленной могилы.
Вот и решетка в конце туннеля - за ней  молчали сады, фонтаны и статуи  Фонтенбло.

Решетка давно подпилена, где надо, привалена только для вида. Валентин легко выдавил ее плечом, и наконец жадно задышал живым воздухом.
Выбрался из дыры и поправил решетку.
Походя сорвал пару листьев папоротника, быстро отер от грязи голенища и мысы сапог.

Де ла Валетт шагал  под деревьями парка Фонтенбло. И с лицом его происходила чудная метаморфоза - стиралась черная ирония погони, словно восковая патина обволокла скулы.

Валентин де Ла Валетт примерял будничную придворную маску "тихони".

Игра есть игра.

Сегодня удача, а завтра - дыра.

Слишком дерзкий разбойный взгляд спрятался под набожными длинными, как у персидской кошки, ресницами, крепкие пальцы ночного всадника, грабителя и шута-убийцы смиренно  перебрали зерна мадридских четок.

Совершенно беспрепятственно по дальним аллеям садов Валентин достиг дворцовых строений, вильнул за служебные желтые корпуса, которые манили медовыми мелкими окошками - у прислуги был свой праздник в этот день.

Валентина впустили, сунули в кулак стакан дешевого вина, затормошили бражники на пирушке, горничные, неурочные сменные лакеи, прачки, посыльные и прочий, записной сброд, кое-как кормившийся при дворце.

Валентин смеялся с ними, пил на брудершафт, танцевал под расстроенную скрипочку  с их быстрыми, как весенние осы,  шелковыми девочками.

Считал про себя минуты.

Надо забрать улику. Любой ценой.

Ла Валетт успел переодеться в обычный черный с серебряным шитьем камзольчик "бедного идальго", оставил пьяную дворню и, как дикий кот, вышмыгнул в окно.

Толедский клинок за голенищем сапога.

Валентин пружинно прошелся по дворцовым палисадам. А вот и корпус, где находятся гостевые покои.

Как хорошо... У парчовых господ - свадебный бал.

Де Ла Валетт обернулся - не идет ли кто  следом.

Тишина. Все чисто.

Шутолов придворных карликов Ее Величества Марии Терезии ощерил черные губы и шепнул сухо, как живой мертвец:

- Да здравствует король!

33

Отправлено: 22.10.08 19:33

Анри уже было отпустил человека... а потом поморщился, тормознув того. Планы менялись, стремительно, и если с утра рыжий планировал вечером уже вернуться к себе домой, то теперь все придется переиграть. Вот и пришлось добавить указания - чтобы Ла Рейни отправил человека по адресу скромной обители своего помощника, следовало обеспечить Анри всем необходимым. Наконец, добавив, что все указанное нужно было Жискару хотя бы с полчаса назад, и что он смиренно просит префекта подумать про какую-никакую охрану, рыжий отпустил связного. Конечно, особо рассчитывать на помощь не стоит, неизвестно, будет ли Ла Рейни так вольготничать при дворе - но... Аах, ладно, время все покажет.
Ускорить шаг, чтобы догнать Филиппа, пойти рядом, приноравливаясь к его скорости. Совершенно незачем торопить шевалье - пусть спокойно пройдется, немного развеется и успокоится, благо, свежий воздух и ночной ветерок, что шелестит в листьях, этому способствуют. А вот по самому рыжему и не скажешь, что недавно учавствовал в погоне, что видел смерть... Легок и весел, обманчиво-беззаботен, вот только взгляд порой становится серьезным и цепким.
- Как Вы себя чувствуете, Филипп? - ох, придется наутро шевалье постараться, общаясь с баночками румян и белил. Не появиться при дворе нельзя, да и, кажется, и сам Лоррен сейчас не согласится сидеть затворником в комнате. - Не жалеете, что оказались втянуты во все это?
А сам Анри - не жалеет? До сих пор ему удавалось избегать прямого столкновения со Двором Чудес... А вот теперь, похоже правила изменились. Еще бы, ведь речь пошла о поимке самого Левши, и Жискар еще сам не знал, будет ли он в самом деле прилагать все усилия для этого. Или же... а ведь забавно... Тот, кто стоит за всем этим, он ведь первый ой как будет не заинтересован в успешной охоте лейтенанта... Гошер, а ведь я бы задумался о целостности своей шкуры. Не слишком ли ты много знаешь, а, Левша?
- Однако же Вы молодец, не каждый бы решился даже на половину Ваших деяний, - весело улыбнуться, не заботясь, видно его лицо в темноте, или же нет. И следом - убрать из голоса всякую беззботность, оставить только твердость. - Хотя, Филипп... Теперь я попрошу Вас быть осторожнее. Очень попрошу.

Филипп де Лоррен, Анри Д'Эрланже ===> Парк Фонтенбло

34

Отправлено: 29.10.08 13:32

Улица Турнель, особняк де л’Анкло

Лошади быстро мчали по дороге карету графини. Дорога была хорошо  наезженной и вполне сносной, колдобины встречались довольно редко. Через окошко  Нинон взирала на  густой лес,  подступавший к самой дороге, и  прикидывала, сколько времени еще займет ее путь и удастся ли поспеть к разгару ночных празднеств. Также размышляла о том, как встретит ее двор. Ее положение было довольно не однозначным – она не имела никакой должности при дворе, более того ее скандальный образ жизни, ее открытые связи с мужчинами должны были отталкивать высшее общество от нее, хотя она сама по своему положению относилась к верхушке аристократии. Большинство представителей двора графиня считала превосходными лицемерами недостойных ее внимания. Одни ее открыто осуждали, хотя сами поступали также, другие восхищались ее остроумием и льстили ей в надежде заполучить ее связи, лишь единицы понимали и уважали ее. Но это было не важно для нее, поскольку ее мало волновало отношение и мнение людей, до которых ей не было никакого дела. Женщина улыбнулась, она уже тщательно обдумала план своего появления. Карета уже въезжала в Фонтенбло, когда Нинон одела захваченную с собой шелковую маску.
Ну, что ж, сыграем.
С облегчённым вздохом графиня вышла из кареты, вдохнув свежий ночной воздух полной грудью. Все таки более чем трехчасовая дорога несколько утомила ее, она желала лишь прогуляться по аллеям парка Фонтенбло, и, возможно, пообщаться с некоторыми своими знакомыми, оставаясь неузнанной.

// Парк Фонтенбло //


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дорога из Парижа в Фонтенбло