Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Покои и приемная Ее Величества Марии-Терезии. 6


Дворец Фонтенбло. Покои и приемная Ее Величества Марии-Терезии. 6

Сообщений 61 страница 80 из 95

1

Утро 5-го апреля 1661 года.

https://d.radikal.ru/d09/1902/0f/93e1ac3f185b.png

61

После полудня, около половины первого.

Утренние приемы у Ее Величества королевы-матери сделались намного более мирными и степенными с той поры, как ее августейший сын взял на себя бразды правления. Блажь это или осознанное желание принять на себя ответственность, время покажет. Но, пока же за исключением последних дней, проведенных в праздничной кутерьме в Фонтенбло, каждое утро мадам гофмейстерина двора королевы-матери воздавала хвалебные молитвы и благодарности за спокойные утренние часы.

Вопреки пожеланиям, утро пятого апреля не стало исключительным - к восьми часам весь Фонтенбло уже гудел как потревоженный улей. И, хоть, вся эта суета пока еще не достигала пределов апартаментов Ее Величества, до них доносился отдаленный шум голосов и особенно же грохот шпор на ботфортах гвардейцев и мушкетеров, стук каблуков туфель придворных щеголей и дробь каблучков поменьше дамских туфелек и деревянных сабо служанок. Еще одно утро в Фонтенбло, полное суеты и новых затей, влекущих за собой бессмысленные хлопоты и траты. В приемной королевы-матери появился маркиз де Курсийон, присланный самим королем затем, чтобы объявить о готовящемся увеселении для всего двора.

- Боже, боже, - качая головой, мадам де Ланнуа докладывала об этом королеве-матери, не пожелавшей так рано выходить из своих личных покоев. - Скачки. Какие-то новые увеселения. И состязания. И да, маркиз так и сказал - скачки по-мадьярски. И все желающие могут принять участие. Полагаю, что он уже передал эту новость свите королевы. И наверняка, Их Высочества уже в курсе этих приготовлений.

Что же, в свите королевы-матери также нашлись любительницы верховой езды, да не одна. Так что, было решено позволить им принять участие, но только в том случае, если будут принимать участие и дамы из свиты королевы. Мадам де Ланнуа поручалось провести разведку и выяснить, как намеревалась поступить королева, а заодно передать ей любовь и благословение на счастливый день от любящей тетушки и свекрови в одном лице.

Войдя в приемную королевы Марии-Терезии, мадам де Ланнуа не стала спешить и привлекать к себе внимание задремавшего на табурете церемониймейстера. В зале было все еще полно народу, в основном дам из свиты королевы, уже готовых к выходу в парк. Как видно, многие из них и в самом деле намеревались покорить сердца придворных кавалеров, показавшись верхом, да еще и на скачках.

- О, мои дорогие! - заприметив в нише возле одного из окон двух юных фрейлин, сестер де Руже, мадам де Ланнуа поспешила к ним, минуя несколько групп толпившихся ближе к дверям королевской опочивальни. Несколько дам, заметивших появление первой статс-дамы двора вдовствующей королевы, почтительно присели в реверансах. Раздались негромкие приветствия в адрес герцогини, и мадам де Ланнуа была вынуждена замедлить свой шаг, чтобы ответить им.

- Мари, Жанна, я рада, что застала вас здесь. Не хотелось бы появиться перед Ее Величеством неподготовленной. Вы же понимаете, мои дорогие. Расскажите же мне, что тут произошло? Маркиз де Курсийон тоже являлся к королеве? Так все-таки скачки будут? И дамы будут участвовать? И вы тоже?

Поток вопросов был, наверное, слишком уж прямолинейным, но время поджимало, а ответы требовались незамедлительно.

62

К этому времени обе сестры, как и другие дамы из свиты королевы, были уже готовы к выходу. Платье цвета бирюзы с серебряной вышивкой и отделанными тонким кружевом манжетами и воротником идеально подчёркивало стройную девичью фигурку, золотистые локоны выглядывали из-под шляпки, подобранной специально к платью, а перчатки в цвет костюма плотно обтягивали нежную ручку. Прибавьте к этому милую улыбку на хорошеньком личике и искрящийся весельем озорной взгляд юной фрейлины-хохотушки, и вы получите полный образ.
Жанна и Мари приветствовали герцогиню де Ланнуа изысканно-почтительными реверансами - как если бы герцогиня была их матерью, а ведь девушки находились сейчас под её опекой. "Ну надо же, - подумала младшая сестра, - а мы только недавно говорили о герцогине..."
Сначала сёстры немного растерялись - от неожиданности и быстрого потока вопросов, но затем Жанна решила, что проще будет начать отвечать с последнего.

- Непременно, мадам, мы с Мари твёрдо решили участвовать. Да, маркиз де Курсийон приходил сюда и объявил о скачках, и Её Величество позволила всем, кто хочет, принять участие. Да, и Арман...то есть герцог де Руже - ну никак не могла Жанна избавиться от привычки называть по именам, но при мадам де Ланнуа было можно - тоже обещал принять участие. Будут ли скачки? Наверное, если уж о них объявили. А разве есть причины, по которым они могут не состояться?
А вот это был крайне любопытный момент. Насколько обе сестры знали мадам де Ланнуа, она не станет говорить или спрашивать зря, а значит, что-то было, не иначе.

- Кажется, больше ничего не произошло, Мари? - Жанна попыталась вспомнить, что она могла упустить, отвечая герцогине.
- Да... Маркиз объявил о скачках, чем привёл всех в восторг, но, как оказалось, свита Её Высочества и сама герцогиня Орлеанская уже знали.
- Ах да, верно! Она прекрасна, мадам - принцесса так мила, не правда ли? И с ней так легко подружиться.
Ой, да, им было, о чём рассказать, но тогда они бы ещё долго не отпустили бы герцогиню де Ланнуа. Тем более, что, пока сёстры готовились к состязанию, успели переговорить кое о чём, и у них возникли некоторые вопросы; а кто ещё сможет ответить на них лучше мадам?

Отредактировано Жанна де Руже (2019-05-11 23:59:21)

63

Растерянность обеих сестер насторожила мадам де Ланнуа. А что если со всей этой историей со скачками были не просто подводные камни? Но объяснения девушек, пусть и сбивчивые и немного противоречивые между собой, дополнили к сведениям мадам недостающие детали.

- Так и герцог тоже будет участвовать? - в уголках глаз мадам крестной появились лучики морщинок, она коротко улыбнулась и наклонила голову на бок, поглядывая в глаза обеих сестер. - И Вы, я полагаю, тоже? Браво, мои дорогие. Семья де Руже всегда славилась прекрасными наездниками. Ваша матушка, к слову сказать, была одной из лучших охотниц в свите Ее Величества, - на этой фразе герцогиня позволила себе легкий вздох, всегда приятно вспоминать о былых временах.

Краем глаз мадам де Ланнуа заметила мадам де Навайль, приближавшуюся к ним  подкрадывающейся походкой, старательно делая вид, что кроме первой статс-дамы двора королевы-матери, ее интересовали дюжина других более именитых особ.

- Наверное, если бы что-то и произошло, мои дорогие, мы бы об этом узнали. Так или иначе, - согласилась герцогиня, с улыбкой следя за маневрами младшей гофмейстерины двора королевы.

Конечно же, де Навайль намеревалась занять место отсутствовавшей графини де Суассон не только временно, и уж точно она рассчитывала на порцию свежих новостей и сплетен практически из первых рук - всем известно, что мадам де Ланнуа получала отчеты для королевы-матери, и ее источники были надежнее гранитного фундамента Нотр-Дам в Париже. Но, мадам де Навайль было невдомек, что помимо источников новостей, герцогиня де Ланнуа и сама была тверда как гранит в своих предпочтениях, с кем делиться, а с кем нет полученными новостями. Графиня де Суассон вызывала ее симпатии, тогда как герцогиня де Навайль умудрялась сделать все, чтобы отношение к ней было противоположным.

Увлеченные рассказом о впечатлениях от личного знакомства с герцогиней Орлеанской, юные фрейлины не сразу заметили подошедшую к ним статс-даму. Герцогиня же сделала вид, что и вовсе была изумлена столь лестным для нее вниманием.

- Мадам, - де Ланнуа коротко кивнула в ответ на реверанс де Навайль. - Я как раз хотела просить кого-нибудь доложить обо мне королеве. Будьте любезны.

В ее просьбе не было и тени той надменности, с которой сама герцогиня де Навайль обычно обращалась ко всем своим подопечным и подчиненным. Однако же, короткий кивок и то, как мадам де Ланнуа у всех на глазах повернулась обратно к своим крестницам, заставили де Навайль прикусить губы от досады. Конечно же, на свежие сплетни от кухонной прислуги или из отчетов о ночном карауле гвардейцев можно было не рассчитывать.

- Не могу ничего сказать по поводу того, состоятся ли скачки, как задумывалось, - произнесла мадам де Ланнуа, как только убедилась в том, что де Навайль отошла от них на достаточное расстояние, чтобы не подслушать.

- Вот только, мне известно, что из одного из дорожных трактиров доставили известия о несчастном случае с кем-то из советников турецкого посла, - она говорила почти шепотом. - Скандал могут и замять, но вот будет ли король свободен для участия в скачках, этого пока никто наверняка не знает. Хотя, слухов об отмене нет никаких.

Она сказала это намеренно так тихо, чтобы ее могли услышать только сестры де Руже. Мари слегка нахмурила брови и прикусила губу, и, поняв по выражению ее лица, каковы были ее сомнения, мадам де Ланнуа мягко пожала ее руку:

- Возможно, королеве не обязательно знать все. Только то, что могут возникнуть срочные неотложные дела, из-за которых Его Величество может опоздать до начала скачек, - и она с хитрой улыбкой посмотрела в живые глаза Жанны. - Вы можете поделиться этим с королевой, если сочтете нужным, мои дорогие.

Таким образом, она убедилась, что передала своим крестницам возможность быть полезными королеве.

- Ну, что же, если у Вас нет никаких вопросов ко мне, - герцогиня внимательно посмотрела в глаза Мари, а потом Жанны. - Или все-таки есть?

64

Ах, как быстро бежали его ноги! Как звенел бубенчик на церемониальной палочке, подаренной королевой вместе с новым костюмом Идальго Ее Величества. Баркароль бежал так, словно за ним гналась стая волков, да не тех, что бродят в окрестностях Фонтенбло, а чудовищ, которыми издревле пугали матери своих непослушных чад, чтобы не смели и носу показывать без спросу. Не смея даже оглянуться, чтобы не увидеть то, чего он боялся больше всего на свете, даже больше порки за провинности, которыми их частенько потчевал господин Шутолов Ее Величества, даже больше, чем оказаться в грязи на улице парижского предместья, во власти Гнилого Жана или в качестве потешного мешка для битья ребят из банды Деревянного Зада. Нет, то, что он увидел на третьем этаже, там, в запретной комнате, в которой господин Шутолов некогда хранил личные вещи и орудия воспитания, эта страшная вещь была еще страшнее. Словно сам Шутолов явился с того света и ухмыльнулся, дохнув ему в лицо дурманящим запахом табака смешанного с опием и какими-то травами.

- Ты куда прешь! Нельзя без приказа королевы! - прикрикнул на него месье де Шатотруа, вчера еще служивший младшим камердинером при дворе королевы, а нынче назначенный на должность воспитателя Малого Народца, сиречь - новый Шутолов Королевы.

- Мне надо! Пустите же! - воспротивился Баркароль, пойманный за плечи.

Крепкие руки безжалостно выворачивали узенькие плечи, но хотя бы ему не дышали в лицо опиумным дурманом.

- Мне к мадам... к мадам Франсуазе, срочно надо!

- Мадам Франсуазы нет. Уехала она, - ответил Шатотруа и насмешливо посмотрел на карлика. - А тебе-то, какое дело до нее? Ты у нас особенный что ли? Идальго Ее Величества. А ну, живо назад! И сидеть со всеми, покуда от королевы не пришлют за вами, бестиями.

- Пустите! - пискнул Баркароль и пребольно укусил сжимавшую его плечо руку, впившись зубами в мякотку между костяшками пальцев.

Испугавшись рева своего мучителя даже больше, чем его угроз, карлик стремглав помчался к дверям в приемную и успел выскользнуть наружу, прежде чем его снова схватили.

В приемной королевы было так людно, что яблоку упасть некуда - все дамы и фрейлины двора собрались в своих лучших нарядах для прогулок и для верховой езды. Все разговоры только и велись, что о лошадях, о скачках, о ставках и ленточках героев, и изредка о самих героях. Ища в этой пестрой толпе рыжеволосую маркизу, Баркароль уж было отчаялся, когда услышал знакомый мягкий немного приглушенный голос той самой старушки, которая некогда беседовала с мадам Франсуазой. Ну, конечно же, эта мадам могла помочь ему!

- Мадам! О, мадам! - взмолился Баркароль, пытаясь обратить на себя внимание дамы со строгим лицом, утопавшем в пышной прическе серебряных волос.

- Мадемуазели... мадемуазели, - он обернулся и посмотрел в лица, похожих друг на друга девушек, скорее интуитивно, нежели наверняка признав в них сестер того самого генерала, который обещал в случае чего-то ужасного непременно же помочь.

- О, мадемуазели! - повторил он, от волнения и быстрого бега, не только запыхавшись, но и позабыв, что именно намеревался сказать.

65

"О несчастном случае... Не это ли причина отъезда Анрио?" - на мгновение лёгкая тень задумчивости появилась на весёлом лице.

Или всё-таки есть?

Как только герцогине удаётся всё угадывать?

- Вы правы, мадам, как и всегда. - "У меня много вопросов, на которые я бы хотела получить ответ, но...некоторые из них я не могу задать сейчас, я дала слово молчать... Но вам, герцогиня, я могу доверять, не так ли? В отсутствие матери вы опекаете нас... И вы знаете - я уверена, что знаете - что делать".

- У меня правда есть вопросы - но они...очень личные... Я не знаю, но мне кажется, здесь не место..говорить об этом. Герцогиня, я уверена, вы понимаете меня; матушка сказала бы, будь она здесь, что она уже знает всё, что у меня на уме - наверное, вам тоже легко догадаться... Простите... Только это так..странно и необычно...

Жанна уже решила, что надо будет сообщить королеве - о, как была она благодарна мадам де Ланнуа! - о том, что Её Величество, вероятно, волнует больше всего: об участии короля. Однако было бы очень жаль, если бы скачки отменили. Она надеялась, что этого не произойдёт и всё будет, как и объявил от имени Его Величества маркиз де Курсийон... Маркиз...

Мадам... мадемуазели... - да это же один из карликов, Жанна забыла, как его зовут... Бар..Бак... Но да что это с ним? Хоть ей карлики и не очень нравились, этого ей стало сейчас немножко жаль.

- Что с вами случилось? - ласково обратилась она к нему, вопросительно взглянув на Мари и герцогиню - сестра была удивлена не меньше неё, а за мадам де Ланнуа девушка не поручилась бы - как опытная придворная дама, она (насколько знала это сама Жанна) умела контролировать себя и не поддаваться минутному чувству, в отличие от сестёр, особенно младшей.

Отредактировано Жанна де Руже (2019-04-07 00:50:02)

66

Так-так-так, - герцогиня понимающе кивнула и не ответила ничего, чтобы не вызвать девушек на опасную откровенность. Достаточно уже и того, что их заметили секретничавшими с ней - а ведь, известное дело, мадам де Навайль - одна из признанных мастериц сочинять небылицы там, где ей не удалось выловить ничего, кроме догадок.

- Я полагаю, что мы встретимся на скачках, дитя мое, - успокоила она Жанну, которая из двух была особенно эмоциональной и склонной увидеть катастрофу там, где царил полный штиль.

- Что такое? - нахмуренное лицо мадам де Ланнуа заставило карлика, наскочившего на них из ниоткуда, отступить на шаг и смутиться.

- Сударь? - строго спросила она его, ставя тем самым в один ряд с другими слугами и придворными королевы. - Извольте объяснить, что произошло. И чем, собственно, мы можем быть Вам полезны?

А ведь она его знала. Вспомнив забавное имя карлика, герцогиня улыбнулась ему и, смягчившись, протянула руку для приветственного поцелуя.

- Итак, месье Идальго Ее Величества, чем могу быть полезной? Или Вас послала сама королева? - вдруг догадалась она, видя странное для карлика из личной свиты королевы волнение, написанное на его лице.

- О, простите великодушно, мадам герцогиня!

Их разговор был прерван так некстати, что мадам де Ланнуа позволила себе выразить все свое разочарование.

- Месье Шатотруа, я крайне удивлена, что мое присутствие заинтересовало Вас. Кажется, дамы из свиты королевы не входят в круг Ваших подопечных, - произнесла она, одарив вчерашнего камердинера суровым взглядом.

- Нет, мадам, никак нет, - тот склонился в глубоком поклоне, не выказывая при этом большего почтения, чем того требовала формальная вежливость. - Я вовсе не ради мадемуазелей де Руже здесь. Хотя, насколько я знаю, им следовало бы уже быть подле королевы. Я здесь из-за этой мелкой бестии, который возомнил себя, представьте, не больше, не меньше, а идальго, личным дворянином самой королевы, - говоря это, он наградил Баркароля чувствительным щелчком по затылку. - Отродясь не знает ни кастильского, ни даже нормального французского. Боюсь, что Вы даже при всем желании не сумеете разобрать арго, на котором лепечет этот негодник. Впрочем, не стоит так переживать. Я уже забираю его.

Он протянул обе руки, чтобы схватить карлика за шиворот и выволочь прочь из зала, но герцогиня де Ланнуа остановила его властным жестом. Что-то в мольбе этого маленького идальго показалось ей важным и достойным внимания. К тому же, именно о нем ей рассказывала Франсуаза д’Отрив.

- Месье Баркароль только что рассказывал мне новость, которая касается лишь ушей Ее Величества королевы-матери. И меня. Новость, переданную самой королевой. Сударь, Вы действительно хотите оскорбить Их Величества, не позволив этому достойному господину передать послание?

Шатотруа посерел лицом и молча, склонился в поклоне, тут же попятившись назад к дверям во внутренние покои королевских апартаментов. Он исчез так же быстро, как и появился, словно крыса в норе.

- Итак, месье? - не меняясь в лице, сурово спросила мадам де Ланнуа, глядя на Баркароля.

67

Ах, как же ему хотелось изо всех сил пнуть острым носком туфельки да по косточке над самой пяткой этому Шатотруа! И как только он посмел назвать его, Баркароля Идальго Королевы бестией! На мальчишеском лице карлика отразилась обида за всех карликов Малого Народца королевы вместе взятых.

Стушевавшись в присутствии опасного грубияна, Баркароль приосанился и принял горделивую позу, подсмотренную у военных кавалеров, выпятив грудь вперед, стоило только мадам де Ланнуа заговорить с тем суровым тоном, которого так боялись все дворцовые лакеи и служащие.

- Мадемуазели, - он снова покосился на фрейлин, заметив участливый взгляд брюнетки и взволнованное выражение лица у другой. - Мне очень нужна помощь. Я ищу мадам Отрив. Она мне обещалась. Она знает генерала. Он все может. Он сказал. Он слово дал, что вступится, если что не так будет с нами.

Он быстро обернулся, покосившись на удалявшегося прочь Шатотруа, а затем поднял голову, высоко задрав подбородок, и заговорил, обращаясь к герцогине, которую уже как-то видел рядом с медноволосой маркизой.

- Это наверху. Это в наших покоях, в Малых, - пояснил он, выразительно закатив глаза вверх. - Если я сам возьму это и принесу, меня обвинят. В воровстве. Тяжком. Это грех. А Баркароль никогда! Даже булочку со стола королевы никогда не стянул без спросу!

Тут он слукавил, но, вестимо же, что спросясь, он брал и булочки, и ветчину к ним, и сладкие фрукты в сахаре. Только вот спрашивал он обычно у тех, кто был рядом, таких же как он карликов. И конечно же, собратья по судьбе никогда не отказывали. Ни ему. Ни себе.

- Прошу Вас. Вы должны это увидеть. А тогда уж Вы скажите мадам маркизе, чтобы она передала господину генералу. Только, - он замахал руками, словно генерал уже появился перед ними во плоти и намеревался подняться в запертые ото всех посторонних глаз покои Малого Народца. - Только самого генерала туда не зовите. Вот маршал там побывал, и худое с ним было, - он заговорщически наклонил лицо и прошептал. - В Бастилию его королева отправила. Ох, и осерчала же.

68

Месье Шатотруа задел Жанну довольно сильно, и сейчас только благодаря герцогине ей удалось сохранить спокойное приветливое выражение, с которым она минуту назад обращалась к карлику.
Я вовсе не ради мадемуазелей де Руже здесь. Хотя, насколько я знаю, им следовало бы уже быть подле королевы. - Да как он может! Как он смеет указывать им! Он не братья им и не мать, и они не служат под его началом или ему, а значит, слушать его они не будут! Вот ещё! Герцогиня их защитила, и девушка ничего не стала отвечать лишь из уважения к ней, хотя у неё всегда были шпильки в запасе. Мари, заметив, как вспыхнуло личико младшей сестры, слегка сжала ей руку, как бы предупреждая и удерживая. Однако, к тому моменту, как карлик Бар-ка-роль (что за трудные у них имена, которые постоянно забываются!) обратился к ним, она вновь была уже само участие и ласково - он был так взволнован! - отвечала ему:

- Сударь, но мадам д'Отрив нет во дворце. Если герцог дал вам слово, будьте уверены, что он сдержит его. Но быть может, в отсутствие мадам д'Отрив, вы покажете всё нам? А мы расскажем генералу. Он поверит нам, ведь мы его сёстры. - Поверит, конечно, куда ему деваться, ведь они расскажут, что это карлик просил у него помощи и искал мадам д'Отрив, но ведь её сейчас нет в Фонтенбло, вот они и.. - Сейчас Жанна даже не думала о том, что из этого простого такого дела может получиться целое приключение - что она, кстати говоря, любила, ведь это же так интересно!..
Девушку даже не смутило то, что карлика могут обвинить в воровстве, если он принесёт эту "вещь" - ведь и с ними могло быть то же самое. Но ведь мы ничего не возьмём, а только пойдём и посмотрим, что случилось, а затем - сразу к генералу, - рассуждала про себя Жанна. - А он уже решит, что делать дальше.

То, как карлик верил в их брата, очень тронуло девушек. Но нет, только не подумайте - и Жанна, и Мари верили в братьев всегда. Но месье Баркароль был так уверен, что "он может всё", что девушки не могли не улыбнуться, когда он так сказал.
Арман обещал маленькому народу свою защиту... А они с таким пренебрежением всегда относились к этим маленьким человечкам... Но так она больше не будет! Вот ведь как порой может всё обернуться...
А ведь карлик мог сам найти герцога и всё ему рассказать, и Жанна знала, что тогда непременно он бы откликнулся (он ведь очень добрый) и сам захотел бы подняться в Малые покои, и могла бы повториться та же история, что и с Анрио, только второй раз королева не простила бы... А он стал искать Франсуазу - между собой сёстры называли её по имени, ведь скоро она станет частью их семьи... Да, теперь её отношение к маленькому народцу переменится. Она тоже, как Арман и Франсуаза, будет помогать им. И от принятого решения вдруг стало так легко...

Отредактировано Жанна де Руже (2019-04-07 11:36:43)

69

- Но, мадам д’Отрив нет во дворце, месье, - возразила мадам де Ланнуа, но отчаянный вид, а еще больше огромные глаза, в которых был написан самый неподдельный страх, насторожили пожилую статс-даму. Она посмотрела на двух сестер, легонько качнув головой при виде того, как младшая, Жанна едва не вскрикнула. Та заговорила тише, стараясь успокоить волнение карлика, что было особенно трогательно, если принять во внимание вспыхнувшие ярким румянцем щеки девушки.

- Это так, месье, - мадам де Ланнуа снова кивнула и повторила слова Жанны, теперь же придав им вес, благодаря собственному положению и известности при дворе. - Если герцог де Руже дал обещание, он непременно же выполнит его. Однако, Вы сказали, что нашли что-то во внутренних покоях?

Быстро оглядевшись, не вернулась ли в приемную герцогиня де Навайль, Мари-Луиза отыскала глазами свою компаньонку, мадемуазель де Шанье, любительницу светских приемов и отчаянную болтунью. Поманив девушку к себе, герцогиня кивнула ей, и тут же быстро проговорила, обращаясь к Баркаролю.

- Я так понимаю, что это касается того дела, из-за которого месье маршал двора побывал у королевы? Нет, тихо, - она приложила к губам сухонький пальчик и многозначительно улыбнулась. - Если это так, то все может оказаться гораздо серьезнее. Мадемуазели, я прошу вас обеих следовать за этим идальго в Малые покои. Это наверху, и он проводит Вас. Бога ради, будьте осторожны на лестнице. И постарайтесь не попасть на глаза этому господину Шатотруа. Болтун несносный. С него станется накликать беду там где ее не было.

- А как же Вы, мадам? - Мари де Руже заломила руки на груди. В отличие от восторженно принявшей это поручение младшей сестры, она осознавала, насколько опасной могла быть эта страшная находка в обиталище карликов и карлиц королевы.

- Мне понадобится сделать кое-какие распоряжения относительно этого дела, - уклончиво ответила герцогиня, но смягчившись, позволила себе шепотом поведать кое-что из своих планов. - Я поручу моей компаньонке разыскать герцога и рассказать ему о находке. И я полагаю, нам понадобится помощь с тем, что мы там обнаружим. Ступайте, сударыни. И доверьтесь интуиции. Я присоединюсь к вам, но не со стороны опочивальни Ее Величества, а из коридора для прислуги. Можете не волноваться, я не заблужусь.

Отправив обеих сестер в компании импозантного маленького идальго, мадам де Ланнуа нетерпеливо перехватила локоть подошедшей к ней компаньонки и тихо заговорила, склонившись к самому ее уху:

- Элоиза, дитя мое, Вы должны мне помочь. Это чрезвычайно важно. И совершенно секретно. Слышите, совершенно!

- Да, мадам, - легкий книксен послужил лишь доказательством того, что и самой мадемуазель де Шанье не терпелось поскорее получить поручение и также скоро выполнить его, чтобы получить возможность вдоволь наслушаться свежих анекдотов и новостей из придворной жизни.

- Отыщите герцога де Руже, Элоиза. Просите его явиться в коридор для прислуги в апартаментах королевы. К самому его концу. Туда, где дверь на лестницу в Малые покои. Слышите?

- Да, мадам, - в бегающих глазках девушки появилось сомнение. - Но, мне же не нужно будет идти туда? Говорят, - она тихо зашептала, прикрыв рот веером. - Что там до сих пор бродит дух месье Шутолова. Того страшного человека, который карликов королевы водил.

- Глупости это все, Элоиза, - шикнула на нее герцогиня и снова потянула за локоть. - И еще. После того, как передадите эту просьбу герцогу, пройдите в кордегардию швейцарской гвардии. Спросите там сержанта Дезуша.

- Ой... мамочки! - вытаращила глаза Элоиза. - Неужто арестовывать кого?

- Нет, глупенькая! - не теряя самообладания, перебила ее мадам де Ланнуа и обернулась. - Сюда идет мадам де Навайль. Бог мой, порой мне хочется, чтобы герцогиня исполняла мои просьбы медленнее черепахи. Так вот, Элоиза, передайте сержанту Дезушу, чтобы явился с караульными гвардейцами туда же, куда и герцог де Руже. Скажите, что это я послала. И это важно. Он все поймет. Потом явитесь сюда. И не спускайте глаз, - она запнулась, и теперь уже Элоиза подергала ее за рукав.

- Следите за всем, что здесь происходит. Будьте моими глазами и ушами, Элоиза. Но, - она приложила палец к губам, но тут же отняла его, чтобы не показаться подозрительной. - Но, не ртом. Я сама потом все объясню Ее Величеству.

- Мадам де Ланнуа, - де Навайль заговорила с ней, не дойдя и пяти шагов, так что все обернулись на ее громкий голос. - Ее Величество примет Вас. Но, немного погодя. Они изволят выбирать платье для выхода в парк. Ведь это будет большая прогулка и пикник помимо скачек. Вы же знаете наверняка.

- Да, мадам. Мне известно это. Ее Величеству, королеве-матери докладывали об этом, - сдержанно ответила мадам де Ланнуа, пожалев, что так скоро отослала Мари и Жанну де Руже, и теперь была едва ли не привязана к приемной королевы этим глупым ожиданием. Впрочем, она всегда могла выйти в коридор для прислуги, не вызвав ничьих подозрений - ведь гофмейстерине двора вдовствующей королеве полагалось быть в курсе всего, что происходило при дворе. И в том числе следить за исполнением обязанностей прислуги обеих королев. Этим правом она и решила воспользоваться, после того, как убедилась, что ее посланница выпорхнула из приемной в сторону Большой Галереи.

Дворец Фонтенбло. Покои Малой Свиты королевы Марии-Терезии

Отредактировано Мари-Луиза де Ланнуа (2019-04-11 23:21:01)

70

- Как? - смешливая девушка эта мадемуазель де Руже, Баркароль и раньше замечал ее среди других молоденьких фрейлин королевы, как хохотушку и любительницу шуток. Неужто даже в такой серьезный момент она не могла обойтись без розыгрыша? Или все-таки...

- Мадам д’Отрив нет во дворце? - он посмотрел на темноволосую мадемуазель де Руже, та была серьезна и сосредоточена, видно было, что как только прозвучало имя ее брата, ей стало не до шуток.

- Нету совсем? - упавшим голосом переспросил еще раз Баркароль, когда эти слова подтвердила и Мадам в Черном Платье. Ее он знал, как очень важную даму из свиты Старшей Королевы. Ее уважали все. И даже карлики-испанцы произносили ее имя почтительным шепотом "сеньора де Ланнуа" Говорили, что при дворе она дольше всех прослужила у Старшей Королевы.

- Мы расскажем все генералу, - пообещала младшая из сестер, и этого уверения было достаточно для Баркароля. Не то, чтобы в своей наивности он был готов довериться любому слову Большеногих, но было что-то подкупающее в глазах этой девушки - искреннее желание помочь, и еще больше попасть в Те Самые покои, подсказал ему тихий голос в голове, изредка предупреждавший Баркароля о скрытых мотивах Больших Людей.

- Тогда, идемте же! - засуетился Баркароль, с опаской поглядывая в ту же сторону, куда смотрела и мадам де Ланнуа, не выйдет ли из своих апартаментов королева.

- Это, - его голос сделался таким же тихим, как и голос мадам де Ланнуа. - Это там, где побывал месье маршал. Я был тогда с ним, - он всхлипнул. - Но, Баркароля никто не слушал. И теперь не послушают. Если не пойдете со мной, так быть беде.

И все-таки ему поверили! Почтенная мадам наклонила голову и даже улыбнулась ему. Но, не значит ли это, что она просто желала отделаться от назойливого карлика? Баркароль насупился, но мадам де Ланнуа сказала фрейлинам идти за ним, пообещав, что и сама придет в Малые Покои.

- Идемте, идемте! - маленькая ручка Баркароля уцепилась за подол платья брюнетки Мари де Руже. Он потянул девушку к боковой двери, уводившей во внутренний коридор покоев королевы. Оттуда, к опочивальне. Так будет скорее. А пока королева занята примеркой нового платья для прогулок, в опочивальне никого не будет. - Так скорее! - приговаривал Баркароль на ходу, шустро семеня маленькими ножками.

Дворец Фонтенбло. Покои Малой Свиты королевы Марии-Терезии

71

- Мадемуазели, я прошу вас обеих следовать за этим идальго в Малые покои. ...И постарайтесь не попасть на глаза этому господину Шатотруа. Болтун несносный. С него станется накликать беду там где ее не было.
Его только им не хватало! Нет уж, они обойдутся без месье Шатотруа. Никто их не увидит.

Хоть Жанна и промолчала в ответ, но по её лицу было видно, какой восторг вызвало у неё это поручение. Это же приключение! Ой, только нужно ещё, конечно, не опоздать на скачки... Ну ничего, успеют! Будто в первый раз... - И эти мысли заставили её улыбнуться.
- Ступайте, сударыни. И доверьтесь интуиции. Я присоединюсь к вам, но не со стороны опочивальни Ее Величества, а из коридора для прислуги.
Женская интуиция порой бывает точнее самых точных расчётов, и сёстры прекрасно поняли мадам де Ланнуа: в трудной или запутанной ситуации лишь интуиция будет лучшим для них советчиком. Девушки сделали лёгкий реверанс в знак того, что они всё поняли, и поспешили за своим маленьким проводником.

- Да, и если уж и герцогиня сама присоединится к ним позже, то нам вообще нечего бояться или опасаться, потому что мадам де Ланнуа не дала бы этого поручения, если бы оно было слишком опасным, а значит, всё получится и волноваться потому незачем, - говорила Жанна Мари, пока они шли за карликом по внутреннему коридору. - Ну правда, чего Мари так волнуется?

Дворец Фонтенбло. Покои Малой Свиты королевы Марии-Терезии

Отредактировано Жанна де Руже (2019-04-09 12:34:54)

72

Дворец Фонтенбло. Покои Малой Свиты королевы Марии-Терезии

Вновь оказавшись в приёмной, сёстры де Руже легко смешались с другими дамами Её Величества, и со стороны могло показаться, будто и не было этой отлучки и ничего необычного не произошло - такими они казались спокойными. Казались - но не были. Жанна первым делом постаралась найти взглядом месье Баркароля - и, хоть не сразу, но нашла. Арман сказал им присматривать за Баркаролем, чтобы ничего не случилось, и обе сестры понимали, что история, в которую они оказались втянуты, гораздо серьёзнее, чем кажется, а значит, должны слушаться братьев - они точно знают, что делать, ведь знают гораздо больше самих девушек.
Жанна была удивительно серьёзна; после того, что они видели в покоях Малой Свиты, ей стало как-то немного не по себе - она не боялась даже, что тот, кто убил Долорэс, может найти и их, раз они тоже теперь знают о тайнике, даже не думала об этой опасности, но теперь как-то не хватало духу шутить после этого... И она не могла не думать о броши королевы, которая неизвестно каким образом оказалась в тайнике... Странная была история.

И всё-таки Мари была права - Жанна с нетерпением ждала скачек, не в последнюю очередь потому, что у неё были шансы заслужить подарок королевы... Она понимала, что найдутся другие, сильнее и лучше неё, но это ещё не повод так рано сдаваться.
- Месье Баркароль, вот и вы! - Жанна незаметно других для оказалась рядом с Идальго королевы. И, наклонившись к карлику, чуть тише произнесла: - Можете не беспокоиться, мы рассказали всё герцогу... Он поможет. - И уже обычным голосом, стараясь, чтобы он звучал веселее, спросила: - А где Лючия? - как будто речь шла о какой игре или шутке или забаве. С ней всё в порядке? - промелькнула тревожная мысль.

73

Дворец Фонтенбло. Покои Малой Свиты королевы Марии-Терезии

- А! Мадемуазель де Руже! - не забывая о правилах поведения, предписывающих ему, как идальго королевы только формальное обращение ко всем дамам и кавалерам при дворе, Баркароль отвесил чинный поклон обеим сестрам, выказывая почтение к их титулу.

Он огляделся и, убедившись, то вся Малая свита королевы была в сборе и под пристальным наблюдением противного месье Шатотруа, тут же потянул старшую из сестер за руку. Уведя их обеих к оконной нише, Баркароль вдруг осунулся, втянул голову в плечи и сделался совсем незаметным, перепуганным и обеспокоенным, словом таким, каким его когда-то подобрал на улице незнакомец в черном камзоле и широкополой шляпе, скрывавшей от солнца и людских глаз черные жестокие глаза.

- Мадемуазели, я в отчаянии! - зашептал карлик, стянув с головы шляпу со смешными подвесками у плюмажа в виде трех жемчужных капелек. - Лючии нигде нет. И никто из наших, из карликов, то бишь, не знает, где она.

- Как нигде нет? - удивилась Мари, мягко высвобождая свою руку из цепких пальчиков Баркароля. - Как же так? Неужели Вы не нашли ее во всех покоях? А Вы смотрели в личных покоях королевы? Она ведь иногда заходит туда. Без спросу. Уж я-то знаю, - и Мари ободряюще улыбнулась карлику, а потом повернулась к сестре. - Не заглянуть ли нам с каким-нибудь пустяком к Ее Величеству. Можем, к примеру... - она задумчиво приложила сложенный веер к губам. - Мы могли бы придумать какой-нибудь предлог для доклада королеве. Или госпоже де Навайль. Вот только, что бы такого сказать?

Баркароль судорожно сминал в руках поля своей шляпы, переводя обеспокоенный взгляд от лица одной сестры к другой.

- Может быть, доложим королеве о том, что мадам де Ланнуа заглядывала и просила передать, что огорчена, что не смогла лично засвидетельствовать свое почтение и передать любовь и благословение от королевы-матери? - задумчиво поглядывая в сторону дверей королевской опочивальни, предложила Мари.

74

Баркароль

Жанна последовала за сестрой, которую Баркароль тянул за руку. Он вдруг весь сжался и заговорил так испуганно... Девушка поняла: опасения были не такими уж напрасными, интуиция её не подвела. Она внимательно выслушала карлика, а затем предложение сестры - между прочим, вполне подходящее... И тут же вспомнилось о другое - то, что мадам де Ланнуа сообщила им тогда. Теперь, благодаря герцогине... Да, надо будет непременно поблагодарить её, а ещё как можно скорее рассказать обо всём генералу-брату. Или не стоит? Не сейчас? Вот если Лючия не найдётся, тогда... Тогда терять времени уже будет нельзя.

- Верно, мы можем заглянуть под тем предлогом, что Его Величество, возможно, задержится...или что его задерживает некое весьма важное дело, но что на скачках король непременно будет... Помните, Мари, нам об этом говорила мадам де Ланнуа? Думаю, Её Величество волнует вопрос участия короля - ведь состязания назначены как раз примерно на это время...
- А если Её Величество спросит нас, откуда нам это известно?
- Мы ответим честно, так, как ты и говорила. А вы, месье Баркароль, пока мы будем говорить с Её Величеством, как раз успеете, я полагаю, поискать Лючию.

А если королева спросит, почему не мадам де Ланнуа сама... Но и на этот вопрос у Жанны был готов ответ, и даже почти не придётся придумывать ничего. Это просто будет не вся правда, вот и всё. Но не ложь тоже. Да, им - пока Арман не получит приказ короля - придётся всё скрывать даже от королевы. А когда выяснится, что им было кое-что известно, то вряд ли кто удивится - они ведь сёстры генерала, ему нужны были помощники, а вернее сестёр кто может быть? Так рассудят и успокоятся, забудут. Да-да, и не стоит об этом волноваться.

- Послушайте, месье Баркароль... - Жанна закусила губку, задумавшись о том, что настойчиво не давало ей покоя всё это время. - Вы говорите, что никто не видел её, когда вы стали всех созывать, так ведь? А до этого где она была? Где вы сами видели её? Мы поищем Лючию на всякий случай в покоях королевы, но...это почему-то кажется мне важным.

75

Пока сестры решали между собой, какой предлог будет более благовидным для того, чтобы заглянуть в личные покои королевы, в приемной собиралось все больше народу. Баркароль обеспокоенно засучил руками, сминая поля драгоценной шляпы все сильнее, его волновало то, что карлики из Малой Свиты легко затеряются в толпе Большеногих, то есть придворных дам и господ, толпившихся в ожидании выхода королевы. И не ровен час, кого-то могут пришибить просто за то, что слишком мелкий, некрасивый, урод или просто из-за тесноты. В давке всегда происходили несчастья.

- Мадемуазели, - умоляюще попросил Баркароль, когда решение наконец-то было принято. - Прошу Вас, поскорее. Я послежу за остальными. Нам бы всем держаться поближе к дверям. Так мы сможем окружить королеву, когда она выйдет, и уж никто не посмеет, не пропустить свиту Ее Величества.

- Конечно же, месье Баркароль, - вежливо ответила ему Мари де Руже, а ее сестра вдруг задержала его с вопросом, который донельзя озадачил карлика.

- Нет, не видели. Когда я звал всех, там, в покоях, Лючии нигде не было, - отвечал Баркароль, потирая подбородок. - А вот когда я видел ее? Я видел ее утром. Когда Ваш брат, месье герцог явился с докладом к королеве. Тогда все карлики были внизу. Лючия была рядом с королевой. А потом, - он запнулся, пытаясь вспомнить. - Ах да, вот тогда нас отпустила мадам герцогиня де Навайль. И господин Шатотруа велел всем убираться в Малые покои. Вот тогда Лючия напроказничала. Она побежала не вместе со всеми. А по той лесенке. Которая из опочивальни королевы наверх ведет. Туда нельзя. Все это знают. Но, Лючия обиделась на Шатотруа и побежала прочь от него. Вот тогда-то я и побежал за ней. А там, наверху мы увидели ту комнату. И тайник господина, - он сглотнул и прошептал имя человека, который даже после своей гибели наводил ужас на карликов. - Шутолова. Я ей сказал, чтобы она в покои шла. К остальным. Я строго-настрого ей наказал. А сам побежал вниз. Я хотел скорее отыскать господина герцога-генерала, а нашел вас, мадемуазель.

- Так что же, Лючия там и осталась? - уточнила Мари, и ее лицо вдруг посуровело, сделав ее еще больше похожей на старшего брата. - Лючия осталась в той комнате?

- Я... - в глазах Баркароля появился ужас от пришедшей на ум страшной догадки, и маленький рот скривился, как у ребенка, готового расплакаться. - Я не знаю. Мне казалось, что я слышал, как она спускалась по ступенькам вслед за мной. Но, я не знаю. Я, правда, же не знаю.

76

Баркароль
Мария-Терезия

- Нет, Мари, Лючия там не осталась - иначе мы бы встретили её... Понимаешь? Её.там.не было... - Или была... Но я ведь всё осмотрела тогда и... Она же маленькая, её легче спрятать... Бедная Лючия... Или спрятаться - от кого только? От месье Шатотруа, быть может? О том, что ещё могло произойти, даже думать не хотелось, как бы интуиция не подсказывала, что оно-то как раз и может оказаться причиной такого долгого отсутствия Лючии.
- Нам остаётся молиться, чтобы Лючия оказалась сейчас в покоях королевы. Месье Баркароль, только не волнуйтесь так сильно, мы во всём разберёмся. Если Лючии не будет у королевы, мы тут же дадим знать герцогу. - Потому что если найдётся, то и нечего тут говорить, а если нет, значит, с ней что-то случилось, а предпринимать что-то самим, как бы того ни хотелось, нельзя и даже может быть опасно..для всего дела в целом.

- Надо скорее идти. Значит, договорились: пока мы разговариваем с Её Величеством - мы всё равно собирались это сделать - вы ищете Лючию. И... пожалуйста, постарайтесь не выдать своего беспокойства. Мы понимаем вас, но сейчас так правда очень нужно. - Мы ведь не знаем, кто за всем стоит. Лучше уж, чтобы никто не видел...

...Дежурный швейцарец распахнул перед сёстрами двери королевской опочивальни, а они обе, войдя, склонились в изящном, почтительном поклоне, ожидая позволения Её Величества. Давать советы другим легче, чем самому их исполнять, и Жанна, когда просила Баркароля не выдавать своего волнения, думала о том, что то же самое относится и к ней самой; правда, кода она хотела, на лице её нельзя было прочитать ничего, кроме того выражения, которое она придавала, но в силу юности и отсутствия придворного опыта долго так выдерживать девушка не могла.

Однажды даже призналась сестре, что когда так происходит, чувствует себя как будто в комической маске. Несдержанность Жанны, происходящая, впрочем, более от искренности, приводила в отчаяние родителей и учителей, пытавшихся обучить дочь этикету; но прекрасно усвоившая все уроки, девушка не желала подчиняться этому единственному правилу - может быть, наиболее важному из всех.
Жанна даже не думала сейчас, рассердится или нет королева, и как вообще отреагирует, главное было другое... Лючию надо было найти. А кроме того, рано или поздно они бы всё равно пришли бы к королеве с тем, что узнали от мадам де Ланнуа, так почему бы не сейчас?

77

Донья Клара скрипучим фальцетом читала памятную наизусть «Песнь о моем Сиде», и губы сами шевелились вслед, повторяя звонкие строки. Гулко билась о стекло жирная муха. Рвалась на волю уже третий, что ли, день. Может ли быть, чтобы окна не открывались три дня подряд? Или то уже иная муха, не та, что стучалась в стекло давеча и третьего дня?

Королева по имени Мария бросила в рот горстку сахарного миндаля, захрустела громче назойливой мухи и вздрогнула, услышав новое «бэмс!». Надо бы встать и распахнуть створку. Нет, лучше велеть… как будет муха на франкском? Надо, надо… пальцы снова зашарили по столику в поисках миндаля. Когда Мария нервничала, всегда хотелось сладкого. О, эта муха!

На душе было смутно. Душа рвалась на волю. Как злосчастная муха. Только не было стекла, о которое можно было бы вдариться с размаху, чтобы загудело в висках.
Мухе больно?

Мария положила ладонь на пухлый живот, постаралась надавить незаметно. Живот послушно промялся, будто бы был совсем пуст. Будто бы не росло в нем дитя. Дитя, из-за которого ей теперь следовало сидеть взаперти, дышать смрадным духом дюжины разных парфюмов, ждать неизвестно чего. Другие, не она, будут скакать сегодня верхом, кичась перед всеми, а прежде всего – перед Луисом, своим умением, ловкостью и куражом. Другие.

Мария вздохнула так тяжко, что тяжелая грудь больно уперлась в корсет. Что-то скрипнуло. Сердце, должно быть. Тоже бьется, бьется, да все зря.

Тихо ущипнула себя за живот сквозь три юбки. Впору возненавидеть это дитя. Подумала и сама испугалась. Нельзя. Нельзя ненавидеть. Она ведь хотела. Сама. Мечтала о ребеночке. Его ребеночке. Но кто же знал, что будет вот так.
Ничего нельзя.
Душно.
Одиноко.
Муха.

Скрипнули двери, в опочивальню вбежали резвушки Руже. Свеженькие, будто только что из парка. Мария улыбнулась было милым девицам, но вспомнила про их братьев и снова закаменела лицом. На мгновение, потому что в следующее уже вскочила, задохнулась догадкой:

- Что, уже пора? Пора? Король прислал за мной? Ах, что же, я разве готова!

Надо было «уже готова», подумалось запоздало.

78

- Что, уже пора? Пора? Король прислал за мной? Ах, что же, я разве готова!

Девушки выпрямились, поднявшись из реверанса, и Жанна, взглянув на королеву, подумала, что ей очень хочется ответить "да" - так Её Величество взволновалась.
- Не волнуйтесь так сильно, Ваше Величество, прошу вас. - Фрейлина сжала веер, пытаясь собраться с мыслями. И после исчезающе короткой паузы продолжила: - Простите, Ваше Величество, дело в том, что... Сейчас сообщили, что Его Величество, возможно, задержится, одно важное дело возникло неожиданно... И нас послали вас предупредить, чтобы вы не беспокоились...

Всё... Правильно ли она всё сделала? Вот сейчас и увидят... "То, что могут возникнуть срочные неотложные дела, из-за которых Его Величество может опоздать до начала скачек" - всплыли в памяти слова мадам де Ланнуа. Но король не может опоздать - без него просто ничего не начнётся... Она передала слова герцогини немного по-своему, однако смысл остался прежним. Фрейлина нарочно пока не стала уточнять, кто, кому, когда сообщил... Только если королева спросит...
Ой, а если королева спросит, что произошло? Мадам де Ланнуа ведь всегда всё знает, королева не поверит, что им ничего не известно, а солгать они не смогут... Нет, лучше бы королева их не спросила... Иначе сложный встал бы тогда выбор. Промелькнула мысль о том, что уж лучше бы ей поручили принести иную новость - ту, которую так ждала королева, но что поделаешь...
Хорошо, что есть рядом сестра. Вместе как-то всё проще получается. Наверное, все уже привыкли к тому, что сёстры де Руже почти всё время вместе, неразлучны. Их, если и искать, то лучше сразу обеих - так больше вероятность найти хотя бы одну.

Жанна мысленно поблагодарила герцогиню, которая сообщила им это, словно заранее зная, что может помочь девушкам, и пообещала себе непременно встретиться с герцогиней для того, чтобы..поговорить кое о чём. В чём мадам де Ланнуа гораздо опытнее юной фрейлины и она-то уж точно поймёт всё и не выдаст... Но это потом, потом, это не столь уж спешное дело, сначала - Лючия и Баркароль, они Арману обещали и подвести не могут. Как хотелось надеяться, что Лючия сейчас здесь отыщется!..

Отредактировано Жанна де Руже (2019-05-12 01:11:27)

79

Слова из сеньориты де Руже посыпались так быстро, что разобрать получилось лишь первую фразу. Но и того было довольно, чтобы понять: не ждут. Не пора. Что-то случилось. Мария быстро глянула на баронессу дю Пелье. Недовольно насупилась. Отчего из всех ее дам и фрейлин одна только дукесса Навайль говорила медленно и понятно? Остальные все вечно спешили куда-то, так что королева не успевала следить и понимать. И знала, что это нарочно.

Баронесса тут же подошла, зашептала на ухо, повторяя слова сеньориты уже на кастильском. Мария кивала рассеянно, уже поняла, что спешить некуда. Хрустнул на зубах миндальный орех. Откуда? Она и не помнила, когда успела положить его в рот, рассеянно прожевала, не почувствовав вкуса. Луис задерживается. Все задерживаются.

- Важное дело. Королевское. Это ничего, мы будем ждать, - обреченно махнула рукой и снова тяжело опустилась в кресло, готовая ждать повеления мужа и государя.

Лохматая голова карлика высунулась из-за юбки старшей из девиц де Руже. Блеснули хитрые глаза. Мария слабо улыбнулась, поманила своего нового идальго пальцем.

- А, Баркароль. Иди сюда. Иди же. У меня есть орехи. Вот, смотри, - выудила из вазы сразу два ореха и протянула пухлую ладонь, липкую от засахаренных сластей.

- Что же за дело задержало Его Величество? – осведомилась баронесса дю Пелье, не дождавшись этого вопроса от своей королевы.

Мария поморщилась. Что могли знать ее фрейлины о делах государства? Будто им скажут. Благодарение небу, что о ней не забыли и послали предупредить, так чего же более?

80

Это было впервые, когда, оказавшись в покоях королевы, Баркароль почувствовал себя не в своей тарелке. О, нет-нет, он никогда чувствовал себя по-свойски в этой прекрасной комнате, обставленной необычайно красивой мебелью с резными узорами, с позолоченной декоративной лепниной на стенах и сказочными почти волшебными картинами на потолках и гобеленах. Он был частью всего этого убранства - один из Малой Свиты самой королевы, и вот эта сопричастность была предметом его гордости и своеобразной причиной чувствовать себя счастливым и достигшим тех мифических райских кущ, о которых рассказывали ему в детстве цыгане, кочевавшие от города к городу. И ведь теперь, когда над их маленькими плечами не нависала зловещая тень господина Шутолова Ее Величества, разве не должен был он ощущать полной грудью настоящую свободу и счастье? Отчего же, все чаще ему хотелось оглядываться и озираться, ища угрозу за каждой колонной, в тени каждой ниши? Почему-то еще сильнее его пугал даже малейший шорох за спиной, а завидев тонкие кожаные сапоги на высоких кавалерийских каблуках, Баркароль тут же слышал гулкий как барабанный бой стук собственного сердца. Тень Шутолова - оставила ли она этот суетный мир? А что если он все еще бродит призраком среди людей, ища удобный момент чтобы отомстить своему неизвестному убийце...

Огромные по-детски широко раскрытые глаза Баркароля затуманились от всех мыслей, роившихся в его голове, когда он услышал голос королевы. Выглянув из-за юбок мадемуазель Мари де Руже, Баркароль с подозрением огляделся, что выглядело со стороны скорее озорством, даже хитростью.

- Ваше Величество, - вспомнив о почетном звании, дарованном ему королевой, Баркароль с ловкостью, которой позавидовали бы и иные придворные, поклонился Марии-Терезии и выступил вперед.

Еще раз, шаркнув коротенькой ножкой, он проделал смешные па настоящего галантного поклона и помахал перед собой шляпой, поля которой были безбожно смяты его маленькими ручками.

Орешки! Засахаренное лакомство, которым угощалась королева, не забывая и о своих любимцах, было тем искушением, перед которым Баркароль никогда еще не пытался устоять. Да и надо ли - если лакомые кусочки подлинно королевского угощения лежали на протянутой к нему руке королевы?

- О, Ваше Величество! - глаза идальго заблестели от предвкушения, и он просеменил отделявшие его от королевы несколько шагов с проворством маленькой обезьянки.

- Вы очень добры, моя королева, - серьезный тон, подражавший благородным и скупым на эмоции манерам покойного Дуэнде, звучал бы смешно и нелепо, не будь Баркароль настолько мил и обаятелен в своих наивных попытках дорасти до настоящего идальго-кавалера Ее Величества.

Протянув свободную правую руку к предложенным ему орешкам, Баркароль захватил их в свои пухлые пальцы, крепко сжал и собрался уже спрятать в кармашек на будущее, когда взгляд его упал на шелохнувшуюся тень, притаившуюся за широким креслом, стоявшим у изголовья постели королевы. Кто-то маленький, несомненно, ребенок или карлик, прятался там.

Блеснув радостной улыбкой, Баркароль поклонился королеве, мазнув взлохмаченными мягкими волосами по липкой от сахара ладони, и попятился в сторону от ее кресла, чтобы обежать вокруг постели и проверить свою догадку.

- Лючия! Ты? А ну-ка, вылезай... выходи оттуда! - зашептал он, пользуясь тем, что на его счастье, королева отвлеклась на беседу мадам баронессы дю Пелье и двух сестер мадемуазелей де Руже.

- Не вы-ле-зу. Ни-за-что, - прошептала в ответ малышка карлица, высунув только на мгновение испуганное личико из-за ниспадавшего с кресла широкого отреза блестящей парчовой ткани, которую принесли Ее Величеству в качестве образца для декорирования покоев.

Отредактировано Баркароль (2019-05-12 23:13:15)


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Покои и приемная Ее Величества Марии-Терезии. 6