Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Караульный зал королевской гвардии


Дворец Фонтенбло. Караульный зал королевской гвардии

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

04.04.1661

Караульный зал королевской гвардии под командованием Луи-Мари-Виктора д'Омона де Рошбарона маркиза де Вилькье.
Полковник де Вилькье командовал четырьмя ротами королевской гвардии. Две из них были постоянно расквартированы в Сен-Жермене, еще одна в Париже на улице Сен-Мишель недалеко от Лувра и только четвертая рота сопровождала короля во всех выездах и расквартировывалась в месте пребывания королевского двора.
Комнаты, где гвардейцы были размещены по двое и по трое человек, находились на третьем этаже Служебного корпуса дворца Фонтенбло, тогда как Кордегардия или как ее называли Караульный зал находилась на втором этаже Главного корпуса недалеко от Большого Зала.

2

Дворец Фонтенбло. Гостевые покои, комната маркиза де Виллеруа
Половина десятого вечера.

Едва только дверь закрылась за ним, маркиз побежал по коридору, опасаясь, что вот-вот за спиной послышится гневный окрик отца и приказ немедленно вернуться. Туфли на тяжелых каблуках гулко стучали по паркетному полу и несколько парочек, встреченных им на пути, поспешили спрятаться в тени оконных ниш. Громкий хлопок захлопнувшейся двери прогремел резко и оглушительно, словно выстрел в спину, но, Франсуа не обернулся, затылком почувствовав то, что не герцог де Невиль не высказал вслух.

Ощущение свободы окрыляло и распаляло одновременно. Если бы не бородачи швейцарцы, караулившие у дверей в галерею гостевых покоев, Франсуа слетел бы вниз по лестнице самым обычным для молодых людей способом - верхом на мраморных перилах. Взяв себя в руки, юный лейтенант прошел мимо караульных с нарочито строгим видом, не сразу приняв во внимание, что его новый костюм, сшитый по последнему писку парижской моды, ни чем не напоминал военный мундир, так что, в глазах швейцарцев он был всего лишь придворным, одним из многих молодых щеголей и повес, фланировавших по галереям дворца в поисках спасения от скуки в ожидании очередного придворного приема или развлечения.

Ему пришлось спуститься на второй этаж и пройти по анфиладе залов, а затем свернуть в коридор, выходивший из дальнего зала, как раз напротив парадных дверей Большого Зала, где все еще бурлило столпотворение народа, не успевших разойтись придворных из тех, кто не имел личного приглашения сопровождать свиту короля и королевы. Коридор вывел Франсуа к галерее, в конце которой находился зал кордегардии королевской гвардии. Встретив у дверей уже знакомых ему гвардейцев из своей роты, Виллеруа кивнул обоим и подошел вплотную, ожидая, что двери будут распахнуты настежь перед ним, как перед командующим роты.

- Посторонним нельзя, сударь, - хмыкнув в ответ на возмущенно вскинутый подбородок, сказал один из гвардейцев, ленивым жестом перекрыв проход мушкетом, упертым прикладом в пол.

- Как это посторонним? - вспыхнул Франсуа и посмотрел на гвардейца с высоты своего роста, - Я лейтенант королевской гвардии!

- Ох ты надо же! Нового лейтенанта не признали, - покатился со смеху второй гвардеец, но тут же подобрался и выпрямился под сверкающим от гнева взглядом Виллеруа.

- Прошу прощения, господин лейтенант! - рявкнул его товарищ, сдерживая душивший его смех, - Не признали. Форма на Вашей Милости не та.

- Это... а как же. Мой мундир сейчас принесут. Кстати, впустите его без рассуждений.

- Кого, Ваша Милость?

- Моего камердинера. Жеди его имя, - ответил, чуть смягчившись маркиз и прошел внутрь.

Он бывал только один раз в гвардейском зале и все было для него внове. Огромный камин, украшенный вытесанными в мраморе фигурами древнегреческих героев и боевых доспехов, увенчанных соцветием лилии, как знака особой привилегии дарованной гвардейскому полку Его Величества называться королевским. В центре зала стоял огромный стол без каких-либо украшений и резьбы. На нем лежали несколько карт, показывавших топографию дворца и окрестностей Фонтенбло, два высоких канделябра на пять свечей каждый стояли с обоих краев, но свечи горели только на одном из них. У дальней стены стоял высокий комод и рядом с ним еще один стол поменьше, заставленный в беспорядке кубками, кружками и даже стеклянными бокалами всех форм и размеров. Там же стояли несколько блюд, накрытых серебряными крышками, как видно, с закусками для караульных, сменявшихся со своих постов. В противоположном углу находились огромные стеллажи с закрепленными в них аркебузами, пиками и даже парой алебард, видимо, использовавшихся в качестве ритуального оружия для особых придворных церемоний. Там же на крючьях висели несколько красных мундиров и даже шляпы из простого валяного фетра черного цвета. Зал был освещен тусклым светом свечей с канделябра, стоявшего на столе и огнем в камине, так что, Франсуа не сразу разглядел фигуру сидевшего на стуле возле комода человека.

Отредактировано Франсуа де Виллеруа (2017-12-14 23:22:47)

3

- Дюссо? Это Вы? Фу ты, Господи, а я то уж подумал о призраках! - веселый тон маркиза не помог ему скрыть волнение при виде застывшего возле комода силуэта и только когда сержант повернулся к нему, он выдохнул с облегчением.

- Призраков бояться незачем, месье, - заговорил Дюссо, поднявшись на ноги. - Нам вот живых опасаться надо. Мало ли что у них на уме, а навредить они могут весьма ощутимо.

- А что, в призраков, стало быть Вы не верите? - вмиг позабыв о мимолетном страхе, спросил Франсуа и подошел к буфетному столу.

Он по очереди снял крышки с нескольких блюд, оказавшихся пустыми, и с сожалением вздохнул. Заметив это, Дюссо позвонил в маленький колокольчик, стоявший на комоде. На зов явился дежурный вахмистр, исполнявший функции ротного квартирмейстера.

- Господин лейтенант? - громкий голос и гулкий щелчок каблуками о паркет, развеяли тишину в кордегардии. Прежде чем Виллеруа раскрыл рот, Дюссо указал вахмистру на буфетный стол.

- Непорядок! Почему грязная посуда в кордегардии? Закуски где?

- Сейчас же все будет исправлено. Я пришлю буфетчика, - не зная, перед кем отчитываться, вахмистр бросил опасливый взгляд на Дюссо и только после того на молодого лейтенанта. - Не желаете ли отужинать, Ваша Милость?

- Ага, - кивнул Франсуа, не привыкший еще к роли командующего и крайне смущенный тем, что из-за него был сделан суровый выговор.

Вместо ответа послышался звон шпор и короткий хлопок щеколды запираемой двери. Дюссо с удовлетворением потер ладони и посмотрел на маркиза, так и стоявшего перед буфетом с нерешительным видом.

- Привыкайте, Ваше Сиятельство, - назидательный тон сержанта на этот раз не показался Франсуа обидным, ведь с настоящей грозой в виде нравоучений со стороны его почтенного батюшки мало кто мог соперничать.

- Не велено... - послышалось из-за дверей и тут же раздались глухие звуки борьбы. Франсуа бросился к ним и резко распахнул обе створки, едва не наградив оказавшегося у него на пути гвардейца хорошим ударом промеж глаз.

- Ваше Сиятельство, этот человек утверждает, что он Ваш камердинер, - отчеканил тот, не поведя и бровью.

- Впустить! - прикрикнул маркиз, стараясь проявить хоть толику властности, чтобы не оказаться притчей во языцех в первый же день своей службы.

Жеди бросил насмешливый взгляд на караульного, пытавшегося оттеснить его подальше от дверей, прошел мимо и весело подмигнул маркизу, с важным видом стоявшему у дверей. Увидев, что его господин был не один, он недоверчиво покосился на сержанта.

- Так это, переодеваться изволите, месье? Я тут мундир принес... его бы еще малость просушить. А то, Его Светлость, герцог совсем времени не дали. И шарф офицерский вот.

Увидев драгоценный белый шарф, Франсуа тут же выхватил его из рук камердинера, чтобы подпоясаться, но смех Дюссо остановил его, обескуражив окончательно.

- Простите, Ваше Сиятельство, но Вы же не собираетесь щеголять офицерским шарфом при таком-то параде? Право слово, он не слишком хорошо смотрится вместе с этим рюшечками и бантиками на Ваших ренгравах. Уж простите за откровенность.

- Прощаю, - вымолвил Франсуа и кивнул камердинеру, чтобы тот поторопился. - Я только посмотрел, нет ли на нем пятен.

Про себя же маркиз решил, что с рюшами и кружевами будет покончено - вот с этого же дня, и он будет самым образцовым офицером в королевской гвардии. Правда, Франсуа не подумал о том, что, сделавшись лейтенантом, он не перестал быть придворным Его Величества, к тому же танцмейстером двора.

- Люк, поспеши. Сержант, Вы уже ужинали? Если нет, то мы поужинаем вместе. А потом отправимся принимать посты в зале для игры в мяч, - сказал он, садясь за стол, на который вахмистр и буфетчик роты королевских гвардейцев господин Мишлен уже накрывали скромный ужин, рассчитанный на троих таких юнцов, как он.

- Вы еще не оставили мысль стрелять из арбалета, Ваше Сиятельство? - спросил лейтенанта Дюссо, заняв стул напротив него, - Тут некто Дегре оставил для охраны арбалет. Он сказал, что сам маршал дю Плесси-Бельер намерен стрелять из него. Вот я и подумал - чем Вы хуже. Попробуйте. Зал у нас большой, мишень можно соорудить из корзинки для бутылок с вином. Так ведь, Мишлен?

- Так точно, господин сержант. Сделаю, как скажете, - с готовностью бывалого вояки ответил буфетчик и смешной походкой, прихрамывая на левую ногу, ушел прочь, чтобы принести корзину.

4

Не прошло и нескольких минут, как буфетчик вернулся, неся в руках большую корзину из-под винных бутылок, набитую соломой и тряпьем, всем, что под руку сыскалось. Он со знанием дела водрузил ее на стул и отодвинул к противоположному концу зала, после чего отсчитал тридцать шагов, достигнув дверей.

- Так, все готово, Ваша Милость, - отрапортовал он, обращаясь к Дюссо, но тот строго указал ему на юного лейтенанта, - Будете примеряться, Ваше Сиятельство? - тут же поправился буфетчик, с любопытством разглядывая оставленный у стены арбалет.

- Да! Конечно же! - Франсуа тут же подскочил из-за стола, так что от его толчка весело зазвенели стаканы, - Сейчас же и примеримся. А, сержант?

Он оглянулся на Дюссо, радуясь в душе, что уж от него то он не услышит угрюмого приказа закончить обед, а уж после новым играм радоваться. О нет, сержант хоть и был малость похож на строгого ординарца маршала де Невиля, исполнявшего при юноше обязанности дядьки и воспитателя, но не спешил одергивать его на каждом шагу. Неодобрительный взгляд в карих глазах говорил скорее о недоумении - как можно променять хороший, а главное, горячий ужин на какую-то безделицу вроде пристрелки из арбалета.

- Ну-ка, ну-ка, - буфетчик меж тем с любопытством изучал арбалет, осматривая ложе для стрелы и цокая языком, - Надо ж... выглядит то рухлядь рухлядью, а на поверку механизм только нынче смазывали. И тетива будто бы новая. Да-с... судари мои, умели же мастерить некогда. Не то что ныне то. Из этого арбалета и белке в глаз попасть можно... да хоть бы и с пятидесяти шагов!

- А то, - буркнул со своего места Дюссо, нарезая себе ломоть мяса с общего блюда, - Арбалет то для маршала дю Плесси-Бельера предназначен. А он то вряд ли безделицу какую-нибудь для себя выберет. Только стрел к нему нету. Мишлен, а что, нет ли у нас каких стрел в старом арсенале?

Буфетчик оторвался от изучения резьбы на древке и обернулся к сержанту.

- Может, со времен Генриха Великого затерялось что? Король то, что нынешний, что предыдущий, охоту из арбалета не так ценит. А вот при короле Генрихе то... надо посмотреть, надо посмотреть.

Он пошарил рукой по карманам фартука, звеня лежавшей в нем связкой ключей, пока не нашарил маленький отдельный от всех ключ. Вооружившись им, он взвалил арбалет на плечо и подошел к высокому шкафу с дверцами из красного дерева, украшенными тонко вырезанным рельефным узором. Отперев его после второй попытки, Мишлен покачал головой при виде толстого слоя пыли, покрывшей хранившиеся там старые аркебузы, мушкеты и видавшие виды рапиры и шпаги, знававшие еще времена религиозных войн.

- А! Вот и стрелы. Имеются. Цельный арсенал. Знать, давненько в этот шкаф никто не заглядывал, а? Вот же они. Даже чехол... есть.

- Колчан, - поправил его Дюссо, дожевывая мясо, - Колчан.

Франсуа, все это время нетерпеливо переминавшийся с ноги на ногу перед дверьми, поймал на себе тревожный взгляд Жеди, который успел высушить лейтенантский мундир. Решив, что арбалет с мишенью никуда не денутся, маркиз кивнул камердинеру и отошел в дальний самый темный угол зала, чтобы переодеться.

- Не спешите так, Ваша Милость, - то и дело приговаривал Жеди, помогая Франсуа стянуть с себя курточку и бесполезный жилет, - Пусть себе опробуют арбалет. А Вы одевайтесь себе... давайте ренгравы сюда... и чулки эти. Да не скачите так на ноге то. Терпение, маркиз, терпение! Вот, одевайте новые. И панталоны, - командовал он, подавая по очереди все части офицерского костюма.

Резкий щелчок сработавшего механизма и громкий удивленный вопль двух мужчин заставил маркиза подпрыгнуть на месте и тут же натянуть на себя панталоны, в миг справившись со всеми застежками и петлями. Не обуваясь в башмаки, снятые для перемены чулок, Виллеруа как был в панталонах и исподней рубашке подбежал к застывшим на месте Мишлену и Дюссо.

- Что произошло, господа? - спросил он, но ответа уже не требовалось - за спиной почтенного буфетчика красовался прибитый к стене колпак.

- А арбалет то с червоточинкой, - попытался отшутиться Мишлен и дрожащими руками протянул смертоносное оружие сержанту, - Вот же дьявольская штука... там гвоздь был в ложбинке... спрятанный, - он говорил срывающимся голосом, едва ворочая языком, - Всякое на службе видал, но чтобы такая осечка... а ведь могло бы и промеж глаз попасть... Матерь Божия, - с этими словами буфетчик осел на пол и обмяк.

5

- Вас не задело? - на побелевшем от страха лице Франсуа не было ни кровинки, но, убедившись в том, что все остались целы и невредимы, он тут же пришел в себя, а пришедши в себя, покраснел до кончиков ушей.

- Вам не плохо, лейтенант? - участливо спросил его Дюссо, - Энтакая рухлядь и не такое учинить может. И зачем только взяли?

- Ну нет, господин сержант, скажете тоже, - возразил ему буфетчик и продемонстрировал великолепно отлаженный механизм арбалета, - Смотрите, все как надо. И видно, что пылинки с него сдували. А дерево то какое, нынче такую тонкую резьбу и не сыщешь. Королевский подарок должно быть. Вот только эта штуковина на защелке, - он поднял арбалет к глазам, чтобы получше присмотреться к смертоносному механизму, сработавшему с поразительной точностью.

- Осторожнее, Мишлен! - прикрикнул на него Дюссо и потянулся к арбалету, - Отдайте сюда. От греха подальше.

Франсуа, до того момента молча наблюдавший за буфетчиком, подошел ближе и требовательно протянул руку к древку оружия. Сержант нехотя подчинился и передал ему арбалет, не спуская при этом глаз с пальцев юноши, ловко скользившим по древку, потом по механизму натяжения тетивы. Когда Франсуа приложился щекой к гладко отшлифованной полке и прицелился в направлении мишени, Дюссо не выдержал и схватил арбалет поперек древка, отвернув его от лица лейтенанта.

- Поберегитесь, Ваше Сиятельство. Механизм может сработать еще раз.

- Нет. Я проверил, он разряжен теперь, - кураж лейтенанта, как бы уверенно не звучал его голос, не убедил Дюссо. Он забрал у него арбалет и проверил выстреливший в обратную сторону механизм, чтобы убедиться в безопасности орудия.

- Значит, он был предназначен всего для одного выстрела.

- Да, - Мишлен снял белый колпак и потер залысину, - А ведь мог и меня убить. Чертовски неприятный розыгрыш.

- А это и не розыгрыш вовсе. Это покушение на убийство, - суровым тоном возразил ему Дюссо, - Господин лейтенант, я должен доложить об этом господину дю Плесси-Бельеру. Этот арбалет предназначался для него.

- А кто же его принес? - спросил Франсуа, теребя концы кружевного платка, который между делом повязывал на него Жеди.

- Какой-то человек из Парижа. Комиссар или адвокат, шут его помнит.

- А с ним не было собаки? Такой черной? - спросил Франсуа, тут же вспомнив Дегре и его Сорбонну.

- Черная бестия, величиной с молодого теленка? Точно, так и есть. Он и принес, - оживился Дюссо, - Вы знаете его? Надо срочно послать гвардейцев разыскать его. Это же он оставил арбалет и просил принести его в зал для игры в мяч. Сказал, что это арбалет для маршала. Да да, это был он! Негодяй! А если бы Вы взяли пострелять из него... черт знает что! Эй, кто там в карауле, сюда!

- Погодите, Дюссо, - в голосе Франсуа прозвучали командные нотки и он поправил накинутый на плечи жилет, умудрившись с первого же раза застегнуть весь длинный ряд пуговиц без ошибок, - Я сам пойду к маршалу. Лучше никому об этом не говорить. Никому, господа, - он строго посмотрел на Жеди, затем на Мишлена, - Даже по секрету, Люк. Дюссо, я сам пойду к маршалу. Заверните этот арбалет во что-нибудь. Не хочу бродить по дворцу как какой-нибудь охотник на птиц.

- Куда уж там... из этой махины и на кабана можно выйти, - проворчал Дюссо, не довольный тем, что молодой лейтенант с такой легкостью отмахнулся от его услуг, - Позвольте хоть бы мне с Вами пойти. Мало ли что.

Одевшись в красный гвардейский мундир, высушенный благодаря усердию Жеди, Виллеруа посмотрелся в висевшее над камином небольшое зеркальце и поправил несколько складок на поясе, щегольски повязанном поверх мундира, растянул на нем бант пошире и наконец надел перевязь со шпагой.

- А ужин, месье маркиз? - тихо спросил его Жеди, стрельнув глазами в сторону блюда с аппетитными кусками жаркого политыми фирменным соусом мэтра Мишлена.

- Ай, не до того, - уловив голодный взгляд камердинера, Франсуа подавил в себе соблазн задержаться за столом и кивнул Мишлену, - Пусть господа гвардейцы отужинают перед турниром. Люк, ты можешь поужинать со всеми. Дюссо, мы идем к маршалу.

Дворец Фонтенбло. Покои рядом с Опочивальней Короля. 4

Отредактировано Франсуа де Виллеруа (2017-12-28 01:05:05)


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Караульный зал королевской гвардии