Le Roi Soleil - Король-Солнце

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Сквозь тернии к сестрам...

Сообщений 261 страница 262 из 262

1

... или Приют "У погибшего контрабандиста"

    Время: Начало февраля 1665 года
    Место действия: дороги Франции и Савойи
    Действующие лица: маркиз дю Плесси-Бельер, графиня де Суассон и другие маски

    В полях, под снегом и дождем,
    Мой милый друг, мой бедный друг,
    Тебя укрыл бы я плащом
    От зимних вьюг, от зимних вьюг.
    А если мука суждена
    Тебе судьбой, тебе судьбой,
    Готов я скорбь твою до дна
    Делить с тобой, делить с тобой.

    Роберт Бернс

     https://img-fotki.yandex.ru/get/61411/3543901.7d/0_f2ae9_70487989_L.jpg

261

Из сумбурного рассказа молодого полковника Симонетта поняла только одну, но самую главную, с ее точки зрения, вещь: подозрительное отсутствие пороха и крови в спальне синьоры объяснялось весьма банально.

- Так это значит синьор маршал среди ночи помчался во двор, ловить Ланжерона, вместо того, чтобы...

Она поджала губы, не считая нужным сообщать маркизу чем, по ее мнению, глупцу дю Плесси следовало заниматься в три часа ночи. Понятно, что синьора страшно расстроилась, проснувшись и обнаружив, что ей опять пренебрегли самым оскорбительным образом. Мадонна, надо же было устроить такую суету, стрельбу, а теперь еще и собираться скакать куда-то в ночи, спасать каких-то дочерей... да еще и в их комнаты врываться среди ночи.

- Вы что же это, думаете, что я побегу будить графиню? В три часа ночи? - с угрозой в голосе осведомилась она у развоевавшегося героя, но тут за ее спиной скрипнула дверь, и Симонетта, оглянувшись, ахнула при виде похожего на призрак силуэта.

Синьора в одной рубашке и белом чепце и впрямь показалась впечатлительной камеристке выходцем с того света, она и говорила медленно, с трудом, и если бы Симонетта не вспомнила, что саморучно напоила графиню маковым отваром, то точно решила бы, что дело неладно. Тем более, что графиня вдруг пошатнулась и повалилась прямо на руки Виллеруа. Тут рыжая камеристка заподозрила неладное и коварный умысел, но маркиз ей все равно бы не поверил, так что пришлось ограничиться недовольным шипением, сменившимся, впрочем, сочувственным оханьем, стоило Симонетте разглядеть босые ноги хозяйки.

Виллеруа, надо отдать ему должное, быстро сообразил, что делать и куда бежать, вот только слишком уж распереживался. Мужчинам вечно свойственно впадать в панику из-за пустяков.

- Полноте, какая лихорадка, - протиснувшись мимо маркиза к кровати, Симонетта пощупала, на всякий случай, лоб графини, пожала плечами и поспешила накрыть хозяйку одеялом. - Да не кричите вы так, ваша милость. Синьора просто спит. Я ей снотворного дала. Маршал ваш столько шуму наделал, что никакой возможности уснуть не было, вот я и... Эй, вы окно-то закройте!

Но Виллеруа было не до окна, он уже готов был бежать прочь, да и мысли его были все с синьорой, а не с ней. Симонетта вздохнула и быстро коснулась гладкой щеки маркиза.

- Я все скажу, не беспокойтесь. Только вы уж возвращайтесь, ваша милость. И себя поберегите, да и маршала тоже. Полковников у Его Величества много, а вы у нас один.

У нас? Она глянула в сторону кровати, пытаясь понять, готова ли уступить Виллеруа хозяйке, и упустила его. Только грохот кованых каблуков, чертыхания и стук падающих на пол предметов отмечали путь маркиза к выходу в коридор через темную гостиную. Симонетта вздохнула еще глубже, вернулась к камину, чтобы подбросить еще поленьев, и подошла к окну. Во дворе суетились кони и люди, и свет факелов блестел на красных гвардейских мундирах, украшенных золотым галуном.

- Да хранит вас Пресвятая Дева, - прошептала камеристка, затворяя окно, и перекрестила воздух перед рамой.

262

Тихий и заметенный снегом конюшенный двор посреди сонного еще города было не узнать. Снег на мостовой был вытоптан десятками конских копыт и теперь чернел темными пятнами быстро замерзавших лужиц, сам двор был ярко освещен факелами, которые разожгли для погони. Уже через десять минут после тревоги весь гвардейский эскорт, сопровождавший карету графини де Суассон, был выстроен в конном строю. Сам маршал стоял на гостиничном крыльце, отдавая приказы трактирщику, суетливо сгибавшимся перед ним с лицом, перекошенным от волнения и страха.

- Завтрак для мадам графини велите подать, как было приказано. Нас с полковником можно не дожидаться. Для наших гвардейцев приготовить отдельно - чтобы к нашему приезду все было готово. И запрягать карету графини и свежих лошадей седлать к девяти утра. Багаж грузить, как только Ее Светлость отдаст распоряжения.

- Все будет сделано, месье маршал. В лучшем виде, - трясущейся рукой трактирщик отсалютовал дю Плесси-Бельеру и был рад бы скрыться с его глаз долой, но маршал остановил его.

- И еще, милейший, - тихо проговорил он, чтобы его слышал только стучавший зубами на морозном ветру трактирщик. - У комнаты арестанта стоит наш человек. Он отвечает за его жизнь. Но, я хочу, чтобы Вы, сударь, уяснили для себя лично - если что-то случится с этим арестантом, я спрошу с Вас. По закону военного времени. Поняли меня?

- П-понял, Ваша Милость.

- Вот и славно. А, Ланжерон! - отвернувшись от него, маршал дал понять, что с приказами для гостиницы было покончено. - Вы знаете, где это место, не так ли? А как насчет Ваших людей?

- Они знают. Я отдал им копию плана, - отвечал майор, неторопливо натягивая перчатки. - Так Вы все-таки хотите ехать туда, маршал? Стоит ли?

- Это необходимо сделать сейчас и быстро, майор, - дю Плесси-Бельер взял повод лошади, которую подвели для него, и сел в седло.

- Даже если сама графиня будет против?

- С чего бы? Спасение женщины и полковника, состоящего на службе у короля, разве это не достойное дело? - невозмутимо отвечал на все наводящие расспросы маршал, заправляя два заряженных пистолета в седельные кобуры.

- Что же, тогда нам следует поспешить. Рандеву назначено на пять утра, у нас не так много времени. Я уже послал гонца в казарму. Мои драгуны поедут сразу же к логову этих мерзавцев. Они отрежут им путь для бегства.

Не добившись от маршала отказа от участия в операции, Ланжерон смотрел на него со смешанным чувством неприязни и вынужденного уважения. Он был наслышан о блестящей карьере дю Плесси-Бельера, но как и многие принимал его успехи на счет его удачливости и личного фаворитизма со стороны короля.

- О, господин полковник! Теперь все в сборе, - встретил майор выбежавшего во двор Виллеруа и с кислой миной подошел к оседланной для него лошади. - Можно ехать, господа.

- Франсуа, - дю Плесси-Бельер сдержанно кивнул маркизу. Он не стал расспрашивать его, проглотив все душившие его вопросы. Пусть Виллеруа сам расскажет, чем он был так взволнован, и это не будет выглядеть так, будто бы сам маршал переживал за графиню.

Взмахом руки он отдал приказ выступать. Тут же как по команде вся суматоха во дворе улеглась, так же резко и внезапно, как и началась. Отряд гвардейцев в строгом порядке по двое в шеренге выехал на главную площадь Труа и оттуда скрылся на одной из темных улиц, ведущих к воротам. Красные мундиры алыми пятнами выделялись в темноте на фоне занесенных снегом стен домов, а их факелы отбрасывали яркие всполохи, отсвечивавшие на рыхлом снегу, вспаханном несколькими десятками конских копыт.