Le Roi Soleil - Король-Солнце

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Королевская канцелярия. 5


Дворец Фонтенбло. Королевская канцелярия. 5

Сообщений 41 страница 60 из 94

1

04.04.1661

    Ференц Ракоши пишет:

     цитата:
   

По всему периметру окна второго этажа дворца украшал широкий выступ карниза, именно им и следовало бы воспользоваться, чтобы добраться до следующего окна, а вот там можно было ухватиться за заросли плюща, так кстати оставленного именно в том месте.

http://img-fotki.yandex.ru/get/64120/56879152.461/0_119f36_970e9e76_orig

41

Отправлено: 02.12.16 23:55. Заголовок: - Охрану? - не поняв..

- Охрану? - не поняв вопрос префекта, Франсуа чуть не поперхнулся излишне крепким напитком, предложенным ему в качестве жеста гостеприимства - о, на этот раз в Канцелярии его встречали, если не как героя, то как лицо, сопричастное к раскрытию запутанного преступления.

- Месье префект, видимо, хочет знать, остался ли кто-нибудь караулить ту комнату, в которой мы учинили обыск, - шепотом пояснил ему де Сент-Пьер и перехватил едва початый бокал с арманьяком, - Позвольте, господин лейтенант.

Франсуа даже не обратил внимания на это бесцеремонное панибратство и позволил мушкетеру допить арманьяк вместо него. С него уже было достаточно того крепкого вина, которым его угостили в чуланчике королевского садовника. Он радостно кивнул мадемуазель Бонтан, подхватившей под локоток девицу Луизон, чтобы увести назад в апартаменты Мадам, и ободряюще улыбнулся Люку, не смевшему поднять пристыженный взор на своего молодого хозяина. А ведь еще позавчера камердинер на все лады распекал юного маркиза за испачканные камзолы и разодранные кружева на манжетах.

Дело было завершено, так что Виллеруа собирался уйти и поспешить к кордегардии своей гвардейское роты, чтобы присоединиться к гвардейскому караулу в свите Его Величества. Но кое-что в словах маршала дю Плесси-Бельера заставило его замедлить шаг и остановиться у двери.

- Как? Люк Ларош убит? - спросил он, перебивая речь маршала, - Но... это же невероятно! Его же видели... но когда же? И как же тогда доказать, что это был именно он?

Пока Франсуа сосредоточенно тер лоб, обдумывая способ, как свести доказательства против покойного уже Лароша, заговорил граф д'Артаньян. Лейтенант мушкетеров так долго хранил молчание, что его голос звучало глухо, словно через кашель. Виллеруа невольно поежился, услышав хриплое дыхание графа и с сочувствием посмотрел в его лицо.

- Вы можете рассчитывать на мое молчание, граф. И вообще, - зардевшись как школяр на аттестации, Франсуа встряхнул головой, так что перья на плюмаже его шляпы заколыхались, - Я всегда к Вашим услугам, месье. Если это необходимо, то мой камердинер может провести хоть день, хоть целую неделю взаперти. Но только пожалуйста, не обвиняйте его в том, чего он не делал, господа! Я ручаюсь за Жеди. Честью ручаюсь!

- Лейтенант, прикажете догнать того малого? - спросил де Сент-Пьер и Франсуа живо обернулся к нему, во-время заметив, как швейцарские гвардейцы уже собрались к выходу.

- Господин д'Артаньян, не посылайте за Люком гвардейцев. Я прошу Вас. Я сам. Я догоню его и запру в своей комнате. Клянусь честью, он ничего и никому не скажет. И я тоже.

Сказав это, Виллеруа не стал дожидаться, пока его опередят, отдал честь, отсалютовав шляпой маршалу и лейтенанту мушкетеров, и побежал через всю приемную к коридору, чтобы догнать Люка и двух камеристок Мадам.

- Мадемуазель! Подождите! Мадемуазель Бонтан! - выкрикнул он по-мальчишески звонко, так что имя старшей камеристки эхом прокатилось по длинной анфиладе коридоров, - Погодите же!

- Сударь? - Бонтан развернулась так резко, что Франсуа едва не налетел на нее со всего разбегу, - Только не говорите, что не сумели доказать очевидное. Люк невиновен, и Вы прекрасно знаете это. Если Вы...

- Мадемуазель, постойте. Я только хочу передать вам, что следствие еще не окончено. Возникли обстоятельства.

- Что еще за обстоятельства, месье маркиз? Да что же это, честных людей арестовывать из-за каких-то там обстоятельств!
-
вскричала Бонтан, ухватившись за руку Жеди.

- Прошу, не перебивайте меня, - неожиданно строгим тоном остановил ее маркиз, - Люк свободен и я велю ему немедленно отправляться в мою комнату. Да, - бросив суровый взгляд на камердинера, Виллеруа горделиво выпрямился, - Есть обстоятельства, в силу которых нельзя говорить о невиновности Люка. По крайней мере до этого вечера. Лейтенант д'Артаньян просил вас, сударыни, и тебя, Люк, помалкивать обо всем. И вообще, лучше было бы тебя назад в камеру отправить, - выглядеть еще суровее было невозможно, так что Франсуа просто улыбнулся своему камердинеру, не выдержав серьезную мину, - Но, я уговорил префекта и лейтенанта, чтобы тебя отпустили со мной. Ты будешь в моей комнате, пока я сам не позволю тебе выйти.

- Но, месье, как же я буду служить Вам, если я не смогу выйти?

- Но, как же Ваша... как же мадемуазель де Монтале? - спросила Бонтан, и подтолкнула локоть Луизон, - Мы то ничего и никому не скажем. Но, бедняжка мадемуазель де Монтале так и будет переживать за Вас и за месье Жеди.

- Ох, да... - проговорил Франсуа, - Но, мне нужно идти к моим гвардейцам. Может быть Вы, мадемуазель, успеете в апартаменты Мадам прежде чем все уйдут в обеденный зал? Прошу Вас, попробуйте. Только шепните ей на ушко, что все обошлось, - он опустил голову и тихо прошептал, надеясь, что его услышит только Жанна Бонтан, - И скажите ей, что я очень благодарен за ее помощь. Я буду ждать ее. После обеда.

- Ну, про встречу то я может быть и не успею сказать, а вот успокоить насчет этого дела, так чтобы никто ничего не понял - это я сумею, - заверила его Бонтан, неожиданно приняв суровый вид и сделавшись похожей на старшую статс-даму герцогини Орлеанской, - Не гоже это назначать встречи юным фрейлинам, месье... - шепнула она, - Я только скажу мадемуазель, что Вы будете искать встречи с ней.

- Да, пожалуйста, так и скажите ей, - Виллеруа просиял счастливой улыбкой и отдал камердинеру ключ от своей комнаты, - Все, ступай и хорошенько пообедай. Не дожидайся меня, я теперь на королевской военной службе.

// Дворец Фонтенбло. Приемная Его Величества. 4 //

42

Отправлено: 03.12.16 23:26. Заголовок: - Так так, месье мар..

- Так так, месье маршал, стало быть, Вы в курсе не только придворных дел, - проговорил Ла Рейни, запивая арманьяком неудобоваримые подробности из столичной жизни. И откуда только этому через меру амбициозному придворному франту были известны имена парижских перекупщиков, не сам же он наведывался в их лавки с старьем, чтобы покрыть свои карточные долги.

- Я приму все это к сведению, - добавил префект, надеясь, что нелицеприятные подробности из столичной жизни останутся без внимания со стороны остальных участников расследования.

Вмешательство князя Ракоши привело Никола Габриэля в то состояние, когда не знаешь, схватиться ли за голову или за сердце. Его угрожающий тон звучал подобно разрывам артиллерийского салюта, а в памяти Ла Рейни были еще свежи воспоминания о утреннем инциденте в этом самом кабинете и последующем разносе, учиненном ему лично королем.

- Да что всем эти драгоценности дались, - проворчал он, проклиная невозможность вести расследование с соблюдением положенной тайны, - Мадемуазель Бонтан, кстати, и была назначена главной по этой части. Разве же нет? Вот и спросили бы с нее. Но нет же, всюду нужна рука префекта. Во всем и всегда. И нас же, нас же потом обвиняют во вмешательстве, - проворчал он, не обращая внимания, что слушателями его монолога оказались не только наследный принц, но и маршал двора, лейтенант роты королевских мушкетеров и лейтенант гвардейской роты.

Сокрушенно покачав головой, он подошел к двери, чтобы самолично проводить обеих девиц из прислуги Мадам, точнее, разыграть роль радушного хозяина. На деле же он не преминул ущипнуть мадемуазель Бонтан за запястье, когда та проходила мимо, и шепнул:

- Имейте в виду, я еще не получил точную опись пропаж. Надеюсь, Вы лично проследите за тем, чтобы список был составлен.

Ответив усмешкой на гневный взор, брошенный на него Бонтан, Ла Рейни сам закрыл за нею дверь и развернулся к почетному собранию. Слово взял лейтенант королевских мушкетеров и, поскольку, в речи его не прозвучало уже ничего сенсационно нового, Никола Габриэль ограничился лишь тем, что добродушно кивал головой и тихо похлопывал ладонями в знак согласия.

- Да-с, выходит, что сам Виллэм от нас ускользнул... так и есть, так и есть. И насчет этого павильона, будь он неладен... да-с. Ну что же, господин дАртаньян, коль скоро Вы первый высказали эту замечательную мысль, то Вам и лавры пожинать в поимке этого негодяя, - произнес Ла Рейни, с умильной улыбочкой кивнув на мушкетеров, один из которых хмуро поглядывал в сторону окна, переминаясь с ноги на ногу, тогда как второй успел перехватить доставшийся Виллеруа стаканчик арманьяку, - Вот пусть Ваши молодцы и довершат начатое. Я даю все полномочия господам мушкетерам на обыск павильона Леды и на арест вышеупомянутого господина Виллэма. Надеюсь, Вам, господин лейтенант, не понадобится для этого письменное подтверждение? Что до королевского приказа, то Его Величество ясно дал понять, что желает видеть результаты... а каким способом они достигнуты - не все ли равно.

Вихрь, поднятый юным маркизом, заставил Ла Рейни едва ли не подпрыгнуть на месте, в попытке отскочить с дороги. Виллеруа побежал догонять своего камердинера и камеристок, оставив дверь распахнутой настежь, так что хозяину кабинета пришлось запирать ее самому.

- Это был господин де Виллеруа-младший, - с театральным поклоном произнес Никола Габриэль, разыгрывая из себя хозяина ярмарочного балаганчика, представляющего актеров перед изумленной публикой, - Каков, а! Ну прямо ветер, а не человек. Эх, далеко ли ему до настоящих побед. Кстати, сержант, что насчет той комнаты, о которой толковал господин де Виллеруа?

- А, ту, которую мы обыскали? Или Вы о той, в которой лейтенант де Ресто обыск учинял? - спросил сержант, тут же вытянувшись перед пристальным взором префекта.

- И та. И другая. Я веду расследование, в конце-концов... а не завожу салонные знакомства тут. Это Вам, прости господи, не будуар какой-нибудь парижской красотки, господин мушкетер! - вспылил Ла Рейни, всетерпению которого настал предел, - Поставьте на стол Ваш бокал, сержант и ступайте.

- Так охрана поставлена. У двух комнат разом.

- Вот и чудненько. Я сам осмотрюсь там. Господа, - он поклонился мадьярам, маршалу и дАртаньяну, - Если у вас нет ко мне более вопросов, то я намерен завершить всю эту катавасию официальным обыском. Господин лейтенант, могу ли я рассчитывать на отчет о аресте господина Виллэма? Господин маршал, я надеюсь, Вы передадите Его Величеству, что я задерживаюсь с отчетом ради новых результатов. Я прошу Вас лично проинформировать короля о ходе следствия и обо всем, что Вы только что услышали. Ваше Высочество, я надеюсь, что более никакие недоразумения не приведут Вас или Ваших людей в королевскую Канцелярию.

Последнее Ла Рейни сказал, вкладывая особенный смысл в свои слова - пусть этот гордый мадьярский князек знает, что если его призывают к ответу за его шалости, так это делается именем короля, прежде всего, и именем закона. А не по его Ла Рейни попустительству.

43

Отправлено: 05.12.16 22:38. Заголовок: Звон колокола с баше..

Звон колокола с башенных часов донесся особенно отчетливо из-за порывистого ветра, подувшего в настежь распахнутое окно. Франсуа-Анри вздрогнул, вспомнив о времени, назначенном королем. Все должно быть уже собрались в обеденном зале. Все. И Она.

Не думать. Не вспоминать и не впускать, твердил он себе, стискивая в кулаке снятую с руки перчатку. Непрошенные воспоминания о упавших на мраморный пол цветах отвлекали его от происходящего и вдруг среди синевы поникших первоцветов вспыхнула догадка - перчатка то была одна! Вторая в пару к ней была потеряна. Осталась ли она на столе в чуланчике у мэтра Бастиана или же на смятой траве в королевском саду? Или хуже того, на полу у окна в королевскую опочивальню? Кто найдет эту перчатку и что подумает? При мысли о том, чем такая находка могла грозить Олимпии, случись королю задуматься о непрошенных гостях в его отсутствие, Франсуа-Анри бросило в жар. Он развязал и без того ослабленный шарф и расстегнул ворот рубашки. Все тело трясло мелкой дрожью как при лихорадочном ознобе, а голова загорелась так, словно ее отделили от плеч и положили на раскаленную жаровню.

Искушение улечься на длинной софе прямо в кабинете префекта было настолько сильным, что плечи, словно налитые свинцом, начало клонить вниз. Встряхнувшись, маршал попытался выдавить из себя вежливую ухмылку, когда Ла Рейни, не скрывая свое неудовольствие, по-своему скупо и сурово поблагодарил за сведения. Еще бы, ведь он искал перекупщиков краденного по всему Парижу и не догадывался о том, что они все были на виду. О, дю Плесси-Бельер мог бы помянуть господину префекту о том, что ежели захотеть спрятать щепки, так проще простого разбросать их на лесопилке - где лучше всего припрятать краденные драгоценности, как не у ломбардцев? А что же касается их перепродажи, так у тех людей имелись свои связи, простиравшиеся далеко за пределы не только Парижа, но и самое Франции.

- Господин Ла Рейни, Вы можете положиться на меня, я доложу обо всем королю лично. И пока мы не будем уверены во всех выводах, пусть этот разговор и в самом деле остается строго между нами. Господа, - помутневшим от начавшегося жара взором он отыскал среди всех лицо князя и его спутника и сделал слабое движение рукой, - Я надеюсь, что у вас еще будет время для дружеской беседы. Кое-что о пользе соколиной охоты, - проговорил он и сощурил глаза, чтобы яснее разглядеть лицо Ракоши, - Я был бы не прочь показать Вам соколиный двор. Давайте встретимся как-нибудь.

Что-то требовалось сказать еще, предупредить князя, но невозможно было добавить ничего лишнего, что не привлекло бы внимания префекта или лейтенанта д'Артаньяна. Оба обладали слишком хорошо развитым чутьем профессиональных ищеек, чтобы не услышать скрытый смысл даже в самом легкомысленном приглашении развлечься.

- Господин префект, Ваш арманьяк творит чудеса. Но, боюсь, что для закрепления эффекта мне потребуется несколько больше. Не будете ли Вы любезны добавить еще несколько капель?

Если жар и перезвон в ушах были следствием духоты и жары, царивших в перегретой до состояния паровой бани комнатах Канцелярии, то глоток крепкого вина и выход на свежий воздух должны были помочь, рассуждал маршал. Требовалось всего лишь усилие над собой и твердость духа, чтобы избавиться от одолевавшего его желания выспаться.

44

Отправлено: 05.12.16 23:28. Заголовок: Вспомнив про ростовщ..

Вспомнив про ростовщика, которому он отдал фамильное кольцо, Ракоши грозно сдвинул брови и посмотрел в глаза Ласлова.

- Поговорим о нем позднее, - проговорил он на мадьярском и подумал о Мольнаре. Граф успел неплохо освоиться в Париже, пока определял прибывшую из Трансильвании княжескую казну под проценты. Он мог без труда разыскать этого папашу Беппо и выкупить перстень до того, как туда нагрянут люди из канцелярии или прямиком из Шатле с обыском. Все решало время и, если у Ла Рейни забот было полным-полно и он мог не сразу спохватиться и послать в Париж нарочного с приказом, то Мольнар мог вполне обернуться туда и обратно даже за один день.

- Черт, - тихо прошептал князь почти в один голос с Ласловым, когда лейтенант мушкетеров снова заговорил о павильоне, принадлежавшему суперинтенданту.

- Был ли в том павильоне кто-нибудь еще или нет, поверьте, господин префект, я бы не сказал Вам и на Страшном Суде, - дерзко улыбнувшись, проговорил он вслух и посмотрел на Ласлова, открыто показывая, что велел тому молчать обо всем, что случилось в павильоне, - Если в деле замешана честь дамы, то вы должны понимать, господа, вы не сможете добиться от нас ни слова. Скажу только, что господин лейтенант прав - мы не заглядывали во все комнаты павильона. Я даже не знаю, сколько их там.

А вот неожиданный подарок, сделанный д'Артаньяном, заставил Ракоши смутиться. Хлыст был слишком хорошо знаком ему - у него за поясом красовался точно такой же, собрат отданного лейтенантом.

- Благодарю, граф. Это действительно принадлежит одному из моих гайдуков. Должно быть утром выронил кто-то. Грозное оружие в руках умелого воина, - сказал он, заткнув хлыст за пояс в пару к уже имеющемуся, - И кстати об оружии, господин префект. Теперь, когда у Вас нет никаких оснований подозревать меня или кого-то из моих людей, не соблаговолите ли Вы вернуть мне и шевалье наши сабли? Видите ли, эти миланские клинки, хоть и надежно выкованные, не идут ни в какое сравнение с доброй саблей. А моя, к слову сказать, досталась мне от моего отца и дорога как наследие.

Стоило ли говорить о том, что кроме того, что эфес его сабли и ножны были украшены драгоценными изумрудами и рубинами, сам клинок ее был выкован в Дамаске, мог выдержать удары любой силы и разрубал на лету шелковую шаль без какого-либо усилия.

- Я хочу получить свое оружие здесь и сейчас же, господин префект, - повторил свое требование князь, после чего подошел к столу и поставил на поднос пустую кружку, - Кстати, недурственное угощение. Жаль, что при нашем первом визите сюда, Вы не угостили нас им. Как знать, может быть тот разговор пошел бы совсем иначе, - улыбнулся он, заметив как напряглись мышцы на лице Ла Рейни, - Недоразумения? О, я также как и Вы надеюсь, что больше их не будет. Никаких.

Приглашение маршала прогуляться с ним на соколиный двор удивило князя. Он посмотрел в сощуренные глаза дю Плесси-Бельера и прикинул в уме, что именно тот мог предложить ему. Может быть он хотел расспросить Ласлова о чем-то, что они видели во время внезапного возвращения во дворец в самый разгар Большой Королевской охоты? А может быть маршал привез из Парижа какие-то вести, касавшиеся его самого?

- О, я как раз подумывал, чем бы развлечься нынче, - Ференц небрежно хлопнул перчаткой по бедру и посмотрел в окно, - Было бы занятно посмотреть, как дрессируют соколов здесь во Франции... я много слышал о соколиной охоте французов, но ни разу не видел своими глазами. Пришлите ко мне Вашего слугу, маршал, как будете свободны. Я буду Вам очень признателен.

45

Отправлено: 06.12.16 22:55. Заголовок: Юный Виллеруа был та..

Юный Виллеруа был таков еще до того, как д'Артаньян успел прикрикнуть на де Сент-Пьера, чтобы тот оставил его в покое.

- Сержант! Стойте. Вы мне понадобитесь. И Вы тоже, господа, - он кивнул гвардейцам, топтавшимся без дела у порога кабинета. Но, все его распоряжения так и остались втуне - Ла Рейни потерял всякое терпение и велел де Сент-Пьеру отправиться с ним в комнату Лароша, предложив д'Артаньяну принять все лавры поимки Виллэма на себя.

- Как предсказуемо, - проговорил лейтенант, хмуро посмотрев на префекта, - Вы предоставляете мушкетерам роль гончих, чтобы загнать зверя. А весь труд по представлению отчетов Его Величеству, конечно же возьмете на себя? Ну ну.

Вопреки его словам, Ла Рейни тот час же передал полномочия по уведомлению короля маршалу, но д'Артаньяну было достаточно взглянуть на дю Плесси, побледневшего как мел, чтобы понять - его отчет еще не скоро достигнет королевских ушей. Если конечно, не произойдет чуда или у префекта не найдется в его секретном шкафчике другого чудодейственного снадобья более действенного нежели арманьяк.

- Господа, отправляемся сейчас же, - не желая вести пустые споры о лаврах и подобной чепухе, граф твердой поступью вышел прочь из кабинета в сопровождении шестерых гвардейцев и мушкетера.

- Отправляйтесь в кордегардию, -
приказал он мушкетеру уже в коридоре за дверьми приемной, - Передайте мой приказ. Шестерым мушкетерам, свободным от караула немедленно отправиться к павильону Леды. Я уже буду там. Или нет. Постойте, - крикнул он уже вдогонку, - Трое пусть отправятся на конюшни и следят там за всеми, кто попытается взять лошадь или карету. Никого не выпускать до моего приказа.

- Даже курьеров? А если у них королевский приказ?

- Нет никаких приказов, - отрезал д'Артаньян, - Я беру ответственность на себя. Останавливать всех. И список мне составить всех, кто требовал лошадей. Для себя или для кого-то еще. Пусть потребуют у распорядителя конюшнями. Это важно.

- Сегодняшние, господин лейтанант?

Потерев вспотевший от долгого нахождения в перегретом кабинете лоб, д'Артаньян посмотрел в лицо мушкетера и что-то просчитал про себя, складывая пальцы в кулак один за другим.

- Пусть выдаст весь реестр, начиная с первого дня, когда двор прибыл в Фонтенбло. Все может статься. Нам нужно знать, если были какие-то передвижения. И да, всех курьеров отдельным списком. Кто, к кому и когда.

46

Отправлено: 07.12.16 01:47. Заголовок: Если бы не его лична..

Если бы не его личная приязнь к маршалу, обладавшему, по мнению Никола Габриэля, достаточной интуицией и упрямством, чтобы сделаться настоящим комиссаром-следователем, он принял бы его последние слова за пьяный бред. В самом деле, после всего, что они открыли, узнали, выяснили наконец, говорить о дружеских беседах и соколиной охоте! Но тонкий слух прирожденной ищейки не обманул Ла Рейни и, когда он обернулся к дю Плесси, то увидел в его сощуренных глазах таинственный блеск, который тот тщетно пытался скрыть. Только вот о чем же это господин маршал намеревался посекретничать с князем?

Как будто уловив невидимые глазу ниточки мысленных вопросов, которыми задался префект, дю Плесси тут же перевел разговор на арманьяк. Впрочем, это могло быть и действительной необходимостью - взглянуть на то, как маршал едва не укладывался на его софе, и того было достаточно, чтобы поверить в необходимость более действенных мер.

- Пожалуй, у меня есть кое-что, что может закрепит этот живительный эффект, -
согласился Ла Рейни и вытащил из-за пояса связку ключей от секретера.

Ракоши тем временем не сдавал своих позиций, да и кто бы ожидал от этого странствующего рыцаря откровений на счет красоток, с которыми он водил шашни. Никола Габриэль с трудом удержался от неприличного жеста в сторону князя в знак полной безнадежности всех его благих намерений по-доброму выяснить требующиеся подробности о павильоне Леды. Нет, скорее придется подкупить прислугу суперинтенданта, ежели таковая имелась в том павильоне или даже кого-нибудь из мадьярской свиты. Пригрозить рассказать королю о похождениях князя в бытность его инкогнито в Париже или же о недавних его вылазках в цыганский табор - во благо своего господина любой согласится на разумный обмен сведениями.

- Ваше Высочество слишком дорожите честью Вашей визави, в чем я конечно же не могу упрекнуть ни одного дворянина, - дипломатично ответил Ла Рейни, взяв себя в руки - вспыльчивость была оружием мадьяр или гасконцев, когда за их спиной стояло королевское благоволение и родственная поддержка, но могла завести в самые нежелательные дебри такого скромного служителя закона как он сам, - Мне придется положиться на графа д'Артаньяна по части дознания, кто и где мог находиться в павильоне. Могу заверить Ваше Высочество, что никакие имена кроме только тех, кто интересует следствие, не всплывут. Вы можете быть спокойны.

Он открыл потайной шкафчик и извлек из его недр темный пузырек с пахучей жидкостью, которую отмерил по капелькам, ровно тридцать, в пустой стакан из толстого мутного стекла.

- Есть у меня одно средство, господин маршал, - проговорил, он после сосредоточенного счета, - Действует безотказно. Я его предлагаю тем горемыкам, у которых после бесед с моими дознавателями дух в теле не держится. Ну, с того света это зелье не вернет, - усмехнулся он, заметив недоверчивые взгляды молодых людей, - А вот заставить голову работать яснее ясного - то да. Как раз то, что нужно. Да я и сам не гнушаюсь. После бессонных то ночей тридцать капелек на стаканчик воды... эй, Марвель! Живо воды для господина дю Плесси-Бельера! - скомандовал он и тут же пожалел - из приемной тут же послышалось шушуканье о здоровье раненого маршала.

- Выпейте и сразу же водой залейте. Только не смейте после этого настоя пить вино. Эффект может оказаться сильнее, чем даже можно представить себе. Вас и дюжина моих мордоворотов не удержит. Куда Вам такая кипучая энергия, дорогой маршал. Сойдет и то, что Вы выдержите еще с три часика на ногах.

Вложив в ослабшую руку маршал стакан с настоем, Ла Рейни повернулся к князю. Тот все еще полыхал праведным гневом, словно видел перед собой не скромного служителя закона, а целую орду басурман-язычников.

- А Ваши сабли, дорогой князь, в целости и сохранности. В надежном месте лежат покуда, - ответил он и снова обернулся к маршалу, сделав вид, что не заметил требовательный тон князя, а был всецело поглощен заботами о страдальце, - Пришлите за ними кого-нибудь... только не позабудьте передать с Вашим посланником те два листка, которые Вы прихватили из моей папки нынче утром. Я полагаю, у Вас был интерес до кого-то из перечисленных в тех списках лиц, иначе зачем же Вам было забирать их? Но, и у меня интерес имеется. И у того, кто тот список составил, - он обернулся к Ракоши и многозначительно посмотрел в необычайно синие глаза мадьяра, - Я не желаю плохого никому, Ваше Высочество. Можете быть уверенным. Но, ежели Вы хотите помочь кому-то, то оказали им дурную услугу, так как лишили меня возможности содействовать Вам.

47

Отправлено: 07.12.16 23:21. Заголовок: - Можете? - не показ..

- Можете? - не показывая и толики доверия, переспросил князь, надменно скрестив руки на груди, - Можете заверить меня, что никакие имена не всплывут? Ну что же, это неплохо, сударь. Только вот одних заверений мало. Дайте мне слово чести, что вся эта история не выйдет за пределы этого кабинета.

Пока Ла Рейни доставал из потайного шкафчика снадобье для маршала, Ференц не упустил возможность хорошенько оглядеться в кабинете. Рядом с письменным столом у стены стоял огромный шкаф, на дверцах которого висели маленькие замочки. Эти то замки и привлекли внимание князя и его друга - если уж хранить где-то важные улики или конфискованное оружие, то под замком взаперти. Разве могло быть место получше того? Он уже намеревался повторить свое требование вернуть ему и Ласлову их сабли, когда префект сам заговорил о них.

- В надежном месте, говорите? Ну так отдайте их нам сейчас же. За каким чертом Вам нужен кто-то еще из моих людей? Хотите задать парочку вопросов обо мне и о моей свите? - спросил он, глядя на Ла Рейни с высоты своего роста, да так надменно, чтобы тот не забывал, что имел дело с принцем крови, а не с кем-нибудь из тех оборванцев грабителей, что попадались в руки Канцелярии по собственной же глупости.

- Какие листки?

А вот такого поворота в их беседе князь не ожидал. Он прекрасно понял, о чем шла речь - еще бы, ведь это были листы из списка имен придворных, который был скопирован из личных бумаг Фуке. Зачем мерзавцу были нужны те списки, Ференц так и не разобрался, но он точно знал, что ничего хорошего это не сулило ни одному упомянутому там лицу.

- Я ничего не знаю ни о каких листках, господин префект. И вряд ли те пустые бумажки стоят чести и надежности закаленного булата, из какого сделана моя сабля. Черт подери, не заставляйте меня угрожать Вам, месье! Я хочу получить мою саблю назад. Так или иначе, - в синих глазах Ракоши блеснула нешуточная угроза, тогда как правая рука его уже легла на эфес шпаги, - Можете не сомневаться, я сумею воспользоваться и шпагой, если понадобится, чтобы получить свое.

Казалось, толстокожести и упрямству префекта не было границ. К удивлению и еще большей ярости обоих мадьяр, он не только не принял всерьез угрозу князя, но и продолжал настаивать на своем, вынуждая перейти от слов к делу.

- Господин префект! Гореть в мне в Чистилище, если я сейчас же не достану свое оружие сам! Где они? В этом шкафу? Отпирайте его или я разнесу этот замок в щепки. Ласлов, пистолет! -
скомандовал князь, с силой отшвырнув стоявший у него на пути тяжелый стул из резного красного дерева, - Я не шучу, господин префект! Маршал, будьте мне свидетелем, я просил по-хорошему.

48

Отправлено: 09.12.16 01:33. Заголовок: Минутное помутнение ..

Минутное помутнение сознания показалось маршалу долгим как вечность. Ему привиделось, будто вокруг него сотрясались и рушились стены, как при мощном взрыве подложенного под фундамент запала. Все закружилось как в вихре и вдруг перед ним возникла Ее фигура. Он протянул было руку, но между ними образовалась завеса из круживших в облачном танце синих цветов, а уже в следующий миг у его ног разверзлась огромная пропасть - ступи он только шаг и больше никогда не увидит ни эти маленькие цветы весны, ни взгляда янтарных глаз, устремленного в самое его сердце.

Когда он наконец-то разомкнул глаза, то все в кабинете оставалось на своих местах за исключением префекта и князя, едва не сцепившихся друг с другом за грудки.

- Благодарю, - дю Плесси отвел руку секретаря, отчаянно махавшего перед его лицом пузырьком с солью, - Я в порядке. А вот эти господа, кажется, готовы загрызть друг друга. Или перестрелять? - он заметил пистолет в руке шевалье Ласлова и выпрямился на софе.

- Выпейте для начала, месье, - посоветовал Марвель, поддерживая дрожавшую на весу руку маршал, в которой он все еще сжимал стаканчик с настойкой.

- Ах да, знаменитое снадобье для развязывания языков, - усмехнулся дю Плесси и присмотрелся к темноватой жидкости.

- О нет, что Вы! -
запротестовал Марвель, явно задетый таким подозрением, - Это действительно укрепляющее средство. То, которое Ваша Светлость называет снадобьем для развязывания языков, оно у нас в ведомственном лазарете. И месье префект еще ни разу не прибегал к нему, пока находился на службе в парижской префектуре. Я могу поклясться в этом.

- Да что Вы? - в синих глазах дю Плесси все еще сквозило сомнение, - Впрочем, не попробовав, я ведь так и не узнаю, да? Но, учтите, месье, ежели с моего языка сорвется хоть один государственный секрет, Вас и господина префекта призовут к ответу.

- О, месье маршал! Да что же Вы... да вот же я сам могу отпить, чтобы Вам не показалось ничего дурного, - но этого уже не потребовалось, маршал сам выпил подозрительную настойку и отдал ему пустой стакан.

В горле обожгло, как после крепленой перцовки, которой разговлялись швейцарские гвардейцы после особенно напряженной смены в карауле, а затем густая и тяжелая как расплавленный свинец жидкость потекла вниз, принося живительное тепло во все конечности. Пальцы перестали дрожать и даже порозовели. Маршал взмахнул для верности обеими руками, проверяя, слушаются ли его мышцы, а затем поднялся на ноги, встряхиваясь как кот после долгого полуденного сна.

- Э, князь, да Вы никак решили учинить вооруженное ограбление? - шутливо воскликнул маршал, - И я буду тому свидетелем. За что же Вы меня под монастырь то подводите, Ваше Высочество?

Он прошел между застывшим в немом возмущении Ла Рейни и шевалье Ласловым, с готовностью схватившим рукоять пистолета, заткнутого за пояс.

- Оставьте это при себе, друг мой, - сказал Франсуа-Анри и с силой надавил на руку шевалье, чтобы тот разжал пальцы, - Я не хочу быть свидетелем в преступлении против служителя короны. Это не то, что нужно Вашему господину. Не сегодня уж точно.

Заставив мадьяра отступить, дю Плесси подошел к префекту. Он так же по-дружески надавил на его плечо, но при этом оперся так, что тот почувствовал на себе весь вес его тела.

- Уступите ему, месье, - шепнул маршал, глядя в лицо Ла Рейни, - Я ручаюсь Вам, что пропавшие документы будут возвращены. В свое время. Оружие дворянина, тем более королевской крови - это более важная ценность, чем пара листков из донесений Ваших шпионов. Ведь это же были какие-то доносы, ведь так? Какая им цена, Вы и сами знаете, господин префект. А вот о цене попранной чести члена королевского дома, - еще тише зашептал он, навалившись уже всем весом на плечо префекта, - Об этом Вам лучше не знать. Ну же, они там? - в его глазах блеснуло озорство, когда на секунду он повернулся и посмотрел на Ракоши поверх головы префекта, - Князь, я надеюсь, Вы не подумали всерьез о штурме? Все легко разрешимо в этом лучшем из миров. А вот Ваш запал еще пригодится Его Величеству для одной услуги. Если конечно же Вы готовы согласиться на мою маленькую и нескромную просьбу.

49

Отправлено: 09.12.16 23:24. Заголовок: - Месье, это же наст..

- Месье, это же настоящий разбой! Грабеж средь бела дня! - голос Марвеля прозвенел неестественно высоко, да что можно ожидать от этого паникера, хватающегося за сердце при малейшей опасности. Никола Габриэль насмешливо растянул губы в подобии усмешки - на улыбку даже его хладнокровия уже на хватало. Он иронично отвел взгляд от секретаря, выпившего до суха стакан воды, предназначавшийся маршалу, и посмотрел на взиравшего на него сверху вниз князя.

- Право же, Ваше Высочество, я и не предполагал, что мое предложение справедливого обмена вызовет такую реакцию.

Однако же, шутки шутками, а второй мадьяр уже потянулся за рукоятью пистолета, заткнутого за пояс. Был ли этот длинноствольный пугач заряжен или князь изволил блефовать, проверять не было смысла - ведь в положительном случае результат был бы крайне отрицательным если не для здоровья, то для репутации Ла Рейни. Эти неугомонные мадьяры уже во второй раз на дню штурмовали его терпение. И кабинет. А что еще кроме тех документов, что лежали в черной папке на его письменном столе, видел Ракоши? А что на самом деле так взвинтило его? Только ли арест фамильной сабли? Если она и была таковой, так не проще ли было обратиться в королю, чтобы Его Величество лично отдал приказ вернуть ее?

- Я бы не советовал Вам приниматься за оружие в моем кабинете, Ваше Высочество, -
проговорил Ла Рейни, краем глаза глянув в сторону дверей. Проклятье! Швейцарцы, когда они действительно были нужны, находились где угодно, кроме как подле префекта. Хороша же служба дворцового караула, нечего сказать.

Для него стало полной неожиданностью, что у маршала хватило смекалки или же дальновидности, принять его сторону в разыгравшейся драме. Дю Плесси-Бельер поднялся на ноги и встал между ним и шевалье Ласловым, помешав мадьяру нацелить свой пистолет на префекта.

- Уступите ему, месье, - шепнул маршал и дружески оперся на плечо префекта. Впрочем, по тяжести, которую тот ощутил, следовало скорее думать о состоянии дю Плесси, а не дружеских симпатиях, неужели маршал и в самом деле был столь плох?

- Князь, оставьте этот несчастный шкаф в покое, -
слегка повысив голос, чтобы остаться если не хозяином положения, то по крайней-мере господином в своем собственном кабинете, сказал Ла Рейни, - Ваши сабли хранятся вместе с другими уликами и арестованным имуществом. Позвольте напомнить Вашему Высочеству, что вы и шевалье были арестованы по подозрению в убийствах, а потому все оружие было изъято и определено в хранилище улик. Так-то вот. И я в любом случае не смогу удовлетворить Ваше требование прямо сейчас же. Улики хранятся не здесь. Не в моем кабинете и не в Канцелярии. Мне придется послать за ними. Итак, я повторю еще раз свою... хм... просьбу. Верните мне документы, которые Вы должно быть случайно вынесли из моего кабинета. Взамен я обещаю, я даю Вам слово, князь, имена, которые Вы сами укажете мне, если они упомянуты в тех документах, не всплывут в дознаниях. И Ваши сабли будут возвращены Вам без лишнего промедления.

Глаза мадьяра, дышавшего едва ли не в затылок маршалу, сверкали такой нешуточной угрозой, что в душе у Никола Габриэля все сжалось от горького предчувствия - кровь могла и в самом деле пролиться. Но худо было не то, худо будет еще впереди, когда сплетни о новом скандале, учиненном князем и опять же с его участием, достигнут ушей короля. Вот тогда будет беда, которую не исчислить каплями пролитой крови и уж тем более изувеченной мебелью.

- Я прошу Вас, князь, доверьтесь мне. Я не менее Вашего заинтересован в том, что оградить всех тех, кто состоит в тех документах, от неминуемой беды. Уж Вы то должны понимать, о чем, - еще одна попытка урезонить разошедшегося не на шутку мадьяра прозвучала уже более уверенным тоном, поскольку на его стороне теперь выступал и дю Плесси-Бельер, - Месье маршал мне свидетель, я говорю от чистого же сердца, Ваше Высочество.

50

Отправлено: 11.12.16 02:15. Заголовок: Уступив волевой прос..

Уступив волевой просьбе маршала, Ласлов разжал пальцы и оставил пистолет за поясом. Да и что можно было сделать на самом деле с одним зарядом против окованного железными пластинами шкафа, в котором наверняка имелись свои потайные замки, не поддававшиеся даже огнестрельной мощи. Вряд ли префект был настолько глуп, чтобы хранить ценности, не позаботившись о недоступности хранилища.

- Но, черт возьми, вот где настоящий грабеж, - рыкнул Ласлов в ответ на взгливый крик канцелярского секретаря, поспешившего прочь из кабинета, - Разве не должны мы получить назад свое, господин маршал?

Его не слушали - ни дю Плесси-Бельер, занятый уговорами князя, не на шутку разбушевавшегося и не желавшего так просто уступать требованиям, ни префект, лихорадочно вытиравший вспотевший лоб.

- Пусть посылает хоть самого черта, я пойду с ним и принесу наши сабли, мой князь! - предложил Ласлов и добавил по-французски, чтобы и префект мог услышать его, - Посылайте своего человека, месье. Клянусь пречистой девой, я не спущу глаз ни с него, ни с наших сабель, так что, донесет все в целости и сохранности. А что до бумаг, так с чего Вы решили, что они у князя?

Это было лишнее, заметив неудовольствие в глазах Ракоши, Ласлов стушевался и опустил голову, высвободил шпагу из ножен до середины клинка и сердито вкатил ее обратно, заставив металл прозвенеть воинственным лязгом, так что в дверях тут же появились несколько человек, с опаской поглядывавших на него и на князя.

- Князь, я надеюсь, Вы не подумали всерьез о штурме? Все легко разрешимо в этом лучшем из миров. А вот Ваш запал еще пригодится Его Величеству для одной услуги. Если конечно же Вы готовы согласиться на мою маленькую и нескромную просьбу, - дю Плесси-Бельер говорил так, словно они были на вечере в особняке на улице Турнель - ни тени беспокойства, никакого волнения, как будто он даже мысли не допускал, что могло произойти что-то из ряда вон выходящее.

Услыхав о возможной услуге, которая могла понадобиться маршалу или самому королю, Ласлов тут же встрепенулся и встряхнул черными кудрями. Только бы князь не вздумал тут же бежать исполнять маршальские поручения! А как же девушки, оставленные им на попечение де Туара? О, никогда еще Ласлов не чувствовал себя так близко к краю пропасти, как в тот момент, когда лейтенант д'Артаньян посмотрел на него, отдавая князю найденный возле казармы хлыст. А если этот старый гасконец заподозрил неладное? И к тому же, если он и в самом деле отыщет спрятавшегося в павильоне человека, то кто поручится, что тот не выдаст их с Шерегием за ради того, чтобы выторговать себе помилование? Каким подарком будет для лейтенанта мушкетеров, да и для префекта тоже, узнать, что беглянки из цыганского табора скрываются в Фонтенбло да еще и под протекцией людей князя Ракоши!

- Нам бы успеть еще по одному делу, князь, - Ласлов сказал это на мадьярском, бросив в сторону Ракоши такой многозначительный взгляд, что заметь его префект или не в меру глазастый маршал, точно увидели бы в нем все, что он хотел сказать, - Помните... девушки же! Мы должны успеть раньше них, - и он еще более многозначительно посмотрел в сторону окна, - Если промедлим, то грош цена нашей помощи, князь. А ведь на нас последняя надежда.

51

Отправлено: 11.12.16 23:55. Заголовок: Предложение маршала ..

Предложение маршала заинтересовало Ференц, тут же среагировавшего на произнесенные дю Плесси слова "нескромная просьба" Он нехотя отступил от шкафа и отпустил эфес шпаги, так что та с тяжелым лязгом вошла назад в ножны.

- Интересно, маркиз, Вы сказали что-то о запале, - заговорил он, прищурившись, - Можно ли это понимать в буквальном смысле? Кузену понадобились и наши пистолеты или доброго клинка будет достаточно, чтобы исполнить эту нескромную просьбу?

Он намеренно повернулся спиной к Ла Рейни, давая понять, что еще не остыл и не решил, прощать ли нанесенное его чести оскорбление. Но болтовня префекта едва не вывела его из себя вновь.

- Что? Вы хотите сказать, что моя сабля, защитница моей чести и моего доброго имени находится где-то в пыльном подвале? Как это Вы сказали? -
он обернулся и бросил на префекта грозный взгляд, - Улики и арестованное имущество? Гореть мне тысячу лет в Преисподней, сударь, если я сейчас же...

Примирительный тон дю Плесси-Бельера, не отступившего ни на шаг от и теперь оказавшегося между ним и Ла Рейни, и доводы самого префекта заставили его сдержаться.

- Вы готовы поклясться на Библии, господин Ла Рейни, что не навредите ни одной из тех, чьи имена упомянуты в тех документах? -
спросил Ференц, сжимая и разжимая пальцы на эфесе шпаги, - Что же. Раз это Ваша добрая воля, так быть посему.

Он кивнул Ласлову и поманил к себе, чтобы шепнуть на мадьярском:

- Пойдешь с его человеком. Но, держи ухо востро. Не доверяю я этому господину, даже если сам дю Плесси-Бельер готов поручиться за него. А бумаги... ну, что же, я верну их. Не хмурься, Ласлов, я уже предупредил этого мерзавца о том, что будет, если он еще хоть раз попробует приблизиться к... ты знаешь, о чем я, -
васильковые глаза князя сверкнули так грозно, что будь перед ним сам Фуке, вряд ли бы он решился на подобный шаг.

- Нам бы успеть еще по одному делу, князь, -
также шепотом ответил ему Ласлов и князь вскинул подбородок, бросив на него вопросительный взгляд.

- Что еще?

Девушки, с губ шевалье еще не слетели слова о Маритане, когда князь и сам вспомнил о том, что сам же пообещал устроить их побег из Фонтенбло в обмен на документы, выкраденные цыганским бароном.

- О, муки Господни! - протянул он с горечью и сжал до боли плечо Ласлова, - Оставь это дело с саблями. Ступай, - он краем глаза заметил смотревшего в их сторону префекта и замолчал, - Ступай со мной. Я обо всем расскажу. Не здесь.

Отправив в который уже раз обнаженную на четверть шпагу назад в ножны, князь хлопнул снятой перчаткой по голенищу сапога, будто бы смахивая с него пыль, и зашагал к двери.

- Ну что же, будь по-Вашему, месье дю Плесси-Бельер, -
сказал он, уже с порога, - Господин префект, буду ждать, когда мне вернут мои сабли. А взамен отдам бумаги. И пусть ни у кого не будет повода усомниться, могут ли мадьяры держать слово. Так что же, Вы идете с нами, маршал? Для чего же сгодится наш мадьярский запал, а? Мне, право же, не терпится узнать.

// Дворец Фонтенбло. Внутренний Сад и Розарий. 7 //

52

Отправлено: 12.12.16 23:57. Заголовок: - Месье, я готов пос..

- Месье, я готов поставить свою честь в качестве гарантии. Я ручаюсь Вам, что князь вернет Вам документы, - проговорил Франсуа-Анри, все еще опираясь на плечо Ла Рейни, - И не только из личной дружбы с князем, - он посмотрел в глаза префекта, единственное живое пятно на застывшем от волнения лице, - Ему доверяет король. А кто мы, чтобы оспаривать мнение Его Величества.

Ноги все еще казались соломенными, словно он просидел на коленях три часа к ряду, но действие подъемной настойки Ла Рейни уже давало о себе знать - Франсуа-Анри вновь чувствовал силу собственного голоса и ему не требовалось усилий для продолжительной речи. Взор начал проясняться и вместо плывущих перед глазами силуэтов он видел четкие очертания каждого предмета.

- Если бы мне кто-нибудь еще пол-года назад сказал, что мне понадобится трость, я высмеял бы шутника от всей души, - с горечью сказал он, разглаживая измятый камзол на плече префекта, - Благодарю Вас, месье. Вы наверняка тоже не представляли себе даже неделю назад, что окажете мне любезность, подставив плечо. Такое не забывается, - проговорил он и дружески похлопал Ла Рейни по предплечью, - Держите меня в курсе дел. Мне действительно кажется, что кражи в покоях Мадам, убийство этого Лароша и те дела, которые мы с Вами распутывали до моего отъезда, связаны между собой. У меня тоже есть еще кое-что для Вас. Но, позднее, - предупреждая расспросы, прошептал он и, пошатываясь, направился к двери, - Я еще хочу кое-в-чем убедиться.

Каждый шаг давался ему с трудом, как будто кто-то залил свинец в каблуки его туфель, но как ни странно, эта же тяжесть помогала ему удерживать равновесие. Пересилив первые несколько шагов до двери, маршал почувствовал себя куда лучше, так что через приемную Канцелярии он прошел бодрым шагом и шутливо отсалютовал секретарям, усердно изображавшим полнейшую занятость.

- Стоило бы отметить этот день, дорогой князь, Вам не кажется? - нарочно громко заговорил, когда караульные с суровым видом открывали перед ними двери Канцелярии, - Мы выходим от господина префекта вполне свободные располагать собой. И даже не под конвоем.

Робкие смешки за его спиной выдали то, что он и хотел узнать - на самом деле их уход был не только замечен, за ними следили и прислушивались ко всему, что могло быть произнесено в досягаемости ушей канцелярской братии.

- Не обессудьте, дорогой князь, в этом коридоре, как и в стенах королевской Канцелярии, я ничего Вам не скажу, - заговорил дю Плесси-Бельер, пока они пересекали длинную галерею, но как только они оказались возле лестницы, он быстро оглянулся и прошептал еще тише, - Здесь повсюду есть уши и глаза. И не только шпионов Ла Рейни. Вы должно быть уже знаете о некоторых особенностях этого дворца, - он с улыбкой кивнул в сторону гобелена, украшавшего глубокую нишу между колоннами, - Я предлагаю Вам небольшую прогулку в личном саду Его Величества. Сейчас, когда весь двор собрался в обеденном зале, нас вряд ли кто-нибудь потревожит там. Идемте же, князь. Я очень прошу Вас.

// Дворец Фонтенбло. Внутренний Сад и Розарий. 7 //

53

Отправлено: 17.12.16 00:51. Заголовок: Разбирать поступающу..

Разбирать поступающую на имя парижского префекта почту было наискучнейшим занятием и АнриЖискару приходилось собрать в кулак всю свою волю, чтобы не отложить в сторону папки с донесениями до лучших времен. Он вчитывался в доносы соглядатаев, скучные и мелочные, то и дело оглядываясь в сторону узкого окошка, через которое в комнату пробивались робкие лучи света. Определенный для него кабинет был настолько мал, что для того, чтобы вылезти из-за стола, ему приходилось перепрыгивать через него. И каждый раз это заканчивалось то разбитой чернильницей, сметенной ножнами тяжелой боевой рапиры, то сброшенными на пол бумагами, то сломанными гусиными перьями. Но не теснота каморки, похожей больше на чулан, и не обилие полученных на Высочайшее имя доносов, заставили Мотылька нервно покусывать кончик оловянного карандаша, которым он делал пометки в особенно важных местах для внимания самого Ла Рейни. Через раскрытые створки окна до него донеслись приглушенные голоса из кабинета префекта и все бы ничего, но чуткий слух дЭрланже уловил не два и даже не три голоса, а целый хор, причем, тональность и напряжение беседы возрастала. Оставаться взаперти в своем чулане, когда в соседней комнате быть может решалась чья-нибудь судьба - о, вот это было мучением. И если бы не очередное донесение, прибывшее из Парижа, захватившее внимание дЭрланже, шевалье не удержался бы ни минуты дольше и сорвался бы с места, чтобы узнать, что стряслось в кабинете префекта.

"Довожу до сведения. Обнаружено тело в особняке мэтра Бонвиля, советника парижского парламента. Убитая дочь советника. Найдена в своей комнате утром сегодня, 3-го числа. В последний раз ее видели во время венчания Месье и Мадам. М-ль Бонвиль должна была отправиться в Фонтенбло в карете своей тетушки. Но той сделалось дурно и она задержалась в Париже. Месье Бонвиль отправился ко двору в Фонтенбло после венчания Мадам и Месье вместе с коллегией парижского парламента. Дэгре"

ДЭрланже поднял глаза над запиской в глубокой задумчивости. Что-то заставило его насторожиться. Письмо было послано комиссаром Дэгре, следователем из Шатле, а этот человек редко оставлял дела незавершенными, прежде чем слать отчеты префекту. Тут была какая-то загвоздка, точнее, отсутствовала. Точнее, не было следов, так что ли?

"П.С. В комнате убитой был найден перстень с печаткой. Это единственная улика, если не считать следов от сапог с кованными каблуками возле окна. Смерть произошла от удушья чем-то тонким, похожим на шнур или веревку. Еду в Фонтенбло, чтобы представить улики и отчет о дальнейших действиях. Дэгре"

Нет, следы были. Даже слишком много - какой убийца наденет кованные сапоги, по подошвам которых его с легкостью узнают, если только... АнриЖискар нахмурился и потер лоб. Не слишком ли мнительным он сделался в последнее время? Быть может это был незадачливый грабитель, решившийся влезть в особняк Бонвиля в отсутствие хозяина и большинства его прислуги? Или любовник? Но причем там печатка? Попытка подлога или же случайная ошибка, которая в итоге и будет стоить убийце его жизни?

С грохотом отодвинув от себя массивный стол, дЭрланже выбрался из плена своих обязанностей, перепрыгнул над кипой бумаг и предусмотрительно закрытой чернильницей, и поспешил в кабинет к Ла Рейни.

- Господин префект! Тут донесение от Дэгре. Это важно. Прочтите сами, - доложил он прямо с порога и тогда только заметил початую бутылку вина и пустые кружки, живописно дополнявшие обычно весьма суровую и даже аскетичную обстановку личного владения префекта.

54

Отправлено: 18.12.16 20:36. Заголовок: - Как, шевалье, и у ..

- Как, шевалье, и у Вас срочное дело? Впрочем, Вы кажется сказали, важное? Это уже серьезно. Очень серьезно, мой друг.

Ла Рейни указал вошедшему на стул для посетителей и медленно разлил остатки арманьяка в две кружки. Его руки все еще тряслись от гнева и того внезапного шока, который охватывает человека обыкновенно лишь раз в жизни - перед смертью. Тот черноволосый мадьяр похожий на самого черта едва не застрелил его. Никола Габриэлю даже не нужно было видеть перед собой дуло пистолета, достаточно было посмотреть в черные сверкавшие как угли глаза мадьяра, чтобы понять, что его будущее могло исчисляться секундами.

- Появись Вы всего тремя минутами раннее, шевалье, и поняли бы, что даже непоколебимого человека можно довести... до тряски, -
проговорил Ла Рейни, отхлебывая арманьяк, - Нет, подумать только! В моем собственном кабинете! И это уже во второй раз за этот день, - внезапно возмутился он, когда несколько капелек вина упали с подбородка на белоснежный шарф, украшавший его строгий черный камзол, - Я даже не знаю, что больше - я возмущен или я напуган. Решительно, мои нервы ни к черту. Сегодня же подам прошение королю позволить мне вернуться в Париж. Там хотя бы ты знаешь, кто тебе враг, а кто друг. А здесь - одни целятся в тебя из пистолета, другие так и норовят плеснуть что-нибудь в твое вино, - он покосился на замершую в воздухе кружку шевалье, - Да нет, Вы пейте, пейте спокойно, шевалье. Вас я пока что травить не собираюсь. Это я так... к слову.

Допив свой арманьяк до половины, Ла Рейни поставил кружку на стол и уже более ясным взором обвел весь кабинет. Нет, никаких особенных признаков разгрома видно не было. Да и борьбы ведь не случилось, благодаря своевременному вмешательству дю Плесси-Бельера. Но отчего же так бешено колотилось его сердце? Решительно, это все нервы.

- Что у Вас, шевалье? - поинтересовался он наконец, после того, как заметил, что д'Эрланже сделал несколько глотков вина, - Донесение от Дэгре? Ну-те с, ну-те с... в последнее время мне начинает казаться, что наши старые расследования в парижских кварталах были сущими пустяками в сравнении с тем, что творится при королевском дворе.

Он взял со стола аккуратно разложенный лист с донесением и повертел перед глазами, прежде чем приняться за чтение. Перечитав несколько раз сухое изложение фактов, Ла Рейни приподнялся было, намереваясь дотянуться до колокольчика и вызвать секретаря, но потом снова сел и еще раз перечитал записку.

- И что Вы об этом думаете? -
спросил он д'Эрланже после долгого молчания, позабыв про недопитый арманьяк и недавнюю стычку с мадьярами, - Дэгре как всегда краток, и все-таки здесь записано достаточно. Для первых суждений. Зачем же он едет сюда? А? - Ла Рейни потер нос, вычихнул остатки табака и откинулся на спинку кресла, - Если это обыкновенный грабеж и убийство вследствие неудачных обстоятельств, то какого черта ему приезжать сюда самому? Мне будет достаточно отчета о следствии и полученных результатах. Суда над виновным все равно не будет, пока парламентские советники... хм... хм... и кстати, этот самый мэтр Бонвиль не вернутся в Париж. Не находите ли Вы, шевалье, что у Дэгре возник какой-то внезапный мотив для этой поездки? Что же он такое нашел?

Говоря это, Никола Габриэль вновь уткнулся носом в записку, перечитывая раз за разом короткие строчки, вглядываясь в манеру письма, в маленькие кляксы, оставленные наверняка из-за спешки. Нет, ничто больше не могло навести его на мысль, отчего Дэгре понадобилось ехать в Фонтенбло.

- И все-таки, причина была. И весьма даже серьезная. Настолько, насколько серьезным может быть положение человека, принятого при королевском дворе, -
пробормотал он, посмотрев на д'Эрланже поверх листка.

// Дворец Фонтенбло. Коридоры дворца. 4 //

55

Отправлено: 17.01.17 23:42. Заголовок: Вид молодого следова..

Вид молодого следователя был немного обескураженным, когда префект подытожил свои рассуждения над запиской ничего не значившей сентенцией о серьезности положения человека, принятого при дворе. Д'Эрланже хоть и прослужил в полиции уже без малого год, но так и не научился этому придворному искусству наговорить с три короба и при этом не выдать ничего существенного и важного. Он посмотрел на Ла Рейни, пытаясь понять по лицу своего мэтра, что тот не договаривал.

- Вы полагаете, что есть смысл подозревать самого советника? - спросил АнриЖискар, потянувшись к листку, но так и не получив его, был вынужден вспоминать записку на память, - Следы кованных каблуков у окна, - проговорил он, прикрыв глаза, для того, чтобы сосредоточиться, - И перстень... а может быть Дэгре узнал этот перстень и хочет проверить. Но, тогда выходит, что владелец перстня должен быть при дворе?

Тут он хлопнул себя ладонью по лбу и уставился на префекта.

- Так в перстне то дело, да? И как я сразу не догадался!

Он залпом осушил свой стакан и ободренный так легко отыскавшейся разгадкой, собрался уже уходить, когда в дверях появился сам Дезуш, сержант швейцарской гвардии.

- Имею доложить Вам, господин префект, что в эту самую минуту во дворце готовится невообразимое, - заявил Дезуш прямо с порога, не обращая внимания на помощника префекта, - Вы слышали выстрелы в галерее возле апартаментов князя де Монако? Я уже послал своих людей туда. Думаю, что Вы тоже захотите узнать, в чем дело, - Дезуш многозначительно посмотрел на префекта и его помощника, сделав паузу и добавил, - Прежде чем это сделают господа мушкетеры.

- О, так они же несут караул в той части дворца, - выдал свою беспечность шевалье, на радостях ли от сделанного им открытия с запиской от Дэгре или под действием крепленой настойки, предложенной ему префектом, он посмотрел на Ла Рейни и пожал плечами, - Если господин д'Артаньян арестует зачинщиков беспорядков, то тем самым освободит нас от лишней работы. Не так ли?

- Не так, молодой человек, - возразил швейцарец и выложил на стол скомканную бумажку, - Один из караульных моей роты нашел эту записку у выхода из обеденного зала. Ну же, читайте. Разве здесь не занимаются тем, что читают все подряд, что попадет в руки? Я сам прочту, если хотите, - он поднял бумажку, развернул ее и прочел, глядя после каждого предложения на лицо Ла Рейни, - "Следите за восточной служебной лестницей. Вещь пронесут из покоев короля окружным путем. Перехватить и доставить к павильону. Цена не значит. Награда как в прошлый раз с надбавкой за цену доставки."

- Это о чем? - спросил д'Эрланже, не разобравший смысл записки из-за сильного немецкого акцента Дезуша, - Какая вещь? Что за лестница? И что за павильон?

Он посмотрел на Ла Рейни, которому, судя по довольству, написанному на его лице, все было куда понятнее, а затем на сержанта, хлопнувшего записку на стол перед носом префекта с торжествующим видом.

- Если что-то и несут из покоев короля, то это дело швейцарской гвардии, так вам скажу, господа. И полиции короля. Вы идете со мной? Мы еще успеем, прежде чем господин дю Плесси-Бельер захватит все в свои руки.

56

Отправлено: 10.04.17 23:11. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Подвалы под восточным крылом дворца. 2 //
Половина шестого, того же дня.

Вернувшись в свой кабинет, Ла Рейни первым же делом осведомился у дежурного гвардейца, куда отправился его помощник, и, получив четкий и внятный ответ "Не могу знать, Ваша Милость", фыркнул и велел разыскать шевалье.

- Немедленно! Чем бы он не был занят, мне он нужен здесь и сейчас. И где Дегре? Мне же доложили, что он прибыл. Где он? Марвель!

Лицо секретаря тут же нарисовалось в дверном проеме и префект бросил в его сторону испепеляющий взгляд.

- Опять спите над доносами, милейший?

- Никак нет, господин префект! - тут же вытянулся в струнку секретарь и заспанное его лицо мгновенно преобразилось, обретя просветленный и бьющий энергией вид.

- Марвель, составьте записку к графу де Сент-Эньяну. Вежливую, слышите? Никаких мне "требуется " или "незамедлительно".

- Да-с, господин префект, -
промямлил Марвель, чувствуя, что в воздухе запахло грозой, - А что прикажете написать в послании?

- Послание... хм... послание, - пробормотал Ла Рейни, постукивая пальцами по столу, - Попросите Его Сиятельство со всем уважением от моего имени, естественно, послать сюда этого молодого виконта. Де Сент-Амана, да его. Пусть принесет с собой бумаги из реестра, касательно назначений, сделанных в прошлом году.

- Свита королевы, Ваша Милость? - заискивающим тоном уточнил Марваль в попытке показать, что был осведомлен о ходе расследования, которое вел префект.

- Не уточняйте. Пусть несет все документы.

- Но, это же... это целый архив. За прошлый год было сделано много передвижений... составлялась свита молодой королевы и вообще, - осмелев, продолжал Марвель, но Ла Рейни прервал его рассуждения, громко хлопнув по столу.

- Пусть принесет все. Будете разбираться. И составите мне отчет.

Переложив таким образом заботу о пересмотре архивов придворного реестра на своего секретаря и на молодого помощника обер-камергера, Ла Рейни жестом отпустил Марвеля и гвардейца прочь, а сам развернул кресло в сторону окна, вытянул ноги вдоль стола и собирался уже водрузить их на стол, чтобы дать себе немного отдыха после нескольких часов бега по коридорам и особенно же лестницам дворца. Он погрузился в размышления об услышанном мельком разговоре генерала де Руже и того доктора, которого швейцарцы по ошибке приняли за Виллэма. То, что достигло его слуха, было настолько скудной информацией, что и к раздумьям не годилось бы, если бы не предупреждение Колена о стенах, которые слышат все в Фонтенбло, также как и в Бастилии. Что это могло значить? С чего вдруг простому лекарю, пусть и состоящему на службе у могущественного министра финансов, секретничать с генералом и напоминать ему об осторожности? Какие тайны могли их связывать?

- Месье, к Вам срочный гонец! - доложил карауливший за дверью гвардеец после того, как несколько минут безуспешно стучал в дверь, - Господин префект!

- А? Какой гонец? От кого? - встрепенулся Ла Рейни и с грохотом уронил ноги на пол.

- От лейтенанта де Виллеруа! - доложил о себе гвардеец в форме личной гвардии короля, - Его Светлость передал до Вашего сведения, что комиссар Дегре ждет Вас напротив восточного крыла со стороны министерского двора. Это, - он указал в окно на дорожку, уходившую за противоположное крыло дворца, - Вот там. Господин Дегре ждет Вас там. Он также просил передать, чтобы Вы взяли с собой людей для досмотра.

- О как! Дегре не успел даже о своем прибытии доложить, а уже распоряжается мной и моими людьми, как какими-нибудь агентами Шатле! - воскликнул Ла Рейни, недовольный тем, что его застали задремавшим за рабочим столом, - Спасибо, месье. Благодарите от меня господина лейтенанта, - буркнул он уже вслед удалявшемуся гвардейцу, - Интересно, какими судьбами там оказался наш маленький маркиз? Странно, весьма странно... А! Месье! - снова повысил он голос, увидев в дверях д'Эрланже, чьи огненно-рыжие волосы смешно горели в свете клонившегося к закату солнца, - Ну что же, Вы вовремя. Идемте идемте, сударь мой. Потом я расспрошу Вас о том, куда это Вы так неудачно запропали. Что со шкатулкой, кстати? - шепотом спросил он, приблизившись к шевалье, - Она уже... пропала? Ну ну, мне то можете рассказать все. Я так сказать соавтор этой затеи. Ну, могу я доложить Его Величеству о пропаже? А?

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход.//

57

Отправлено: 14.04.17 22:25. Заголовок: Попадать на глаза па..

Попадать на глаза патрону вовремя, как он изволил выразиться, было делом крайне редким. Чаще АнриЖискару приходилось выслушивать нарекания, причем, в самых разных выражениях от ворчливых упреков до площадной брани, все зависело от не степени несвоевременности его опозданий, а от того, насколько плохо или хорошо шло расследование, над которым работал префект. Поэтому, когда на этот раз он услышал сказанное добродушным тоном "Вы вовремя", то счел это за знак не доброго к себе расположения, а того, что одно из распутываемых ими дел наконец-то пошло вперед. Впрочем, этот вывод мог оказаться ошибочным, так что, Мотылек предпочел не расслабляться, а быть начеку.

- Я рад, месье, -
кратко ответил он на приветствие Ла Рейни, вслушиваясь в поток информации, выплеснутый на него, не успел он переступить порог кабинета. Он хотел было переспросить, не ослышался ли он и речь действительно шла о прибытии в Фонтенбло комиссара Дегре, но Ла Рейни не дал ему и слова вставить, поставив вопрос о шкатулке.

- А, как же, - ухмыльнулся Анри Жискар, считавший себя мастером по части розыгрышей и ложных слухов, - Вся канцелярия была поднята на уши. Марвель так обомлел, что я уже хотел за докторами посылать. Он перетрухнул малость, когда подняли тревогу из-за шкатулки. Но, когда сообразил, что все это делается с Вашего ведома, успокоился немного.

Он посмотрел в маленькие глазки Ла Рейни, буравившие его лицо, и спокойно кивнул головой.

- Да да. Все прошло как по маслу. Да взгляните сами, сударь, - и он показал на отпертую дверцу секретного шкафа, на которой, если пристальнее вглядеться в нее, можно было разглядеть царапины вокруг замка и вмятины от попыток взломать ее, - Мы хорошо поработали над ней. Тут даже самый опытный мастер по замкам скажет Вам, что шкаф был взломан. Естественно, шкатулки той нет. Я заблаговременно унес ее, а потом и перепрятал. Собственно, из-за этого я и опоздал.

Пока Ла Рейни оценивал дело творения рук его, д'Эрланже повернулся к книжному шкафу и посмотрелся в свое отражение в застекленной дверце. Он поправил на себе перевязь со шпагой и парадный камзол, одолженный, кстати, у виконта де Сент-Амана, которому как члену коллегии и дворянину из свиты короля пришлось одеться в синий камзол военного покроя с нелепейшей медной кирасой на груди.

- Можно доложить Его Величеству, что шкатулка королевы-матери бесследно исчезла, - констатировал он, усмехаясь про себя при мысли о том, что, благодаря этой хитроумной затее кое-кому из злоумышленников двора доведется провести не одну бессонную ночь в попытках разобраться, кто именно похитил шкатулку на этот раз.

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход.//

58

Отправлено: 14.05.17 22:56. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход.//

Интересно, что вызвало такое неудовольствие Ла Рейни, что он забыл о всякой вежливости и так не дипломатично обошелся с молодым Виллеруа? То, что юнец и в самом деле мог здорово насолить им своими открытиями, было очевидным. Но, ясно было и то, что у маркиза на уме было только желание спасти жизнь девушки. Возможно, даже не известной ему лично. Так стоило ли так сердиться на его простодушие? Или же у префекта были свои старые счеты? Подумав об этом, Анри Жискар тут же отмахнулся, причем, сделал это с полной очевидностью, потому что семенивший за ним по пятам Бушер вскрикнул и проворчал на неловкость шевалье.

- Размахались тут... эдак и без глаз остаться можно. Что это за моду такую завели, палки да трости носить при себе, коли все ноги руки целы.

- Что? - шевалье даже обернулся и посмотрел на фельдшера, потиравшего ушибленный лоб, - Ах да, это... странно, я подобрал эту трость и даже не подумал, что она может быть чем-то важной.

- Так она не Ваша, месье помощник?
-
Бушер сделал шумный вдох, предприняв попытку догнать высокого шевалье, шагавшего широкой размашистой походкой, - Хм, а ведь и впрямь, к чему бы она Вам понадобилась. Да. Это несомненно трость кого-то...

- Кому она нужна, - проговорил д'Эрланже, вертя перед глазами находку и чуть не подскользнулся, не рассчитав шаг перед ступеньками, - Черт... а ведь я видел уже такую трость у кого-то в руках.

- Так при дворе сейчас мода завелась такая, - подсказал Бушер, - Лентами еще обвязывают, ну прямо как крестьяне на майский день.

- Ага.

Больше Анри Жискар не сказал ничего. Он помнил, что подобрал трость недалеко от того места, где был найдено тело неизвестного, а кто ее там обронил? Может быть сам Виллеруа, коль скоро он там уже побывал и раньше. Но нет, облик юного лейтенанта никак не вязался с ношением трости - он хоть и франт, что было видно с первого же взгляда, но слишком молод для такого предмета... "Необходимости," - прошептал Анри Жискар, продолжая изучать трость, пока они поднимались по ступенькам лестницы на второй этаж, - "Это не безделушка, слишком строгая. Но, явно дорогая, наконечник серебряный и едва стоптан - значит, новая. А набалдашник из кости. Тяжелый, но удобный для ладони. Эту трость носит кто-то по необходимости, а не ради роскоши."

- Куда прикажете поместить раненого, месье помощник? - спросил старший из гвардейцев, несших носилки.

Анри Жискар прошел первым к дверям в Канцелярию и распахнул их настежь, затем он указал гвардейцам на самую дальнюю дверь в конце длинного зала, где размещались переписчики и секретари, изумленно уставившиеся на скорбную процессию.

- Несите туда. Марвель, подите сюда, - позвал он личного секретаря префекта и шепнул ему на ухо, - Распорядитесь, чтобы в дальнюю комнату принесли горячей воды, чистых полотенец. И все, что велит месье Бушер.

- Что с тем человеком? - также шепотом спросил Марвель, покосившись на прикрытое холстиной тело, - Он живой?

- Да. Представьте себе, пока еще, - хмыкнул из-за спины шевалье фельдшер и глухо крякнул в кулак, - Принесите еще хорошего арманьяку. Может, у него только ушиб, так пригодится для приведения в чувства.

В ответ Анри Жискар только усмехнулся и возвел глаза к потолку - он прекрасно знал, кого будет приводить в чувство отличный арманьяк из запасов самого префекта, но возражать не стал. Врач, лечащий на нетрезвую голову, мог быть опаснее самой страшной чумы, а глоток арманьяка мог бы вернуть совесть, если не трезвость этому эскулапу.

- Выполняйте, Марвель, - коротко подитожил д'Эрланже и посмотрел вслед гвардейцам, уносившим неизвестного в комнату для временных арестантов.

59

Отправлено: 15.05.17 00:00. Заголовок: Последние слова юнца..

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход.//

Последние слова юнца прожгли внушительную брешь в броне кажущегося хладнокровия префекта. Ему не часто выговаривали, а тем более юнцы, едва оперившиеся из пажеского корпуса, и тем более в присутствии подчиненных. Он вспыхнул и покраснел, но Виллеруа уже развернулся к нему спиной и пошел прочь, так что, Ла Рейни оставалось лишь пыхтеть проклятия себе под нос, обещая непременно же поймать этого дерзкого мальчишку на горячем, чтоб неповадно было.

- Подумать только, он еще решит, стоит или нет ждать с докладом Его Величеству, - досадливо кусая губы, проговорил Ла Рейни и сурово посмотрел на посмеивавшихся в пышные усы швейцарцев - не хватало еще, чтобы их длинные языки разнесли по всему дворцу сплетни о том, что новоиспеченный королевский любимчик распоряжается в Канцелярии, словно это его гвардейская рота.

- Идемте, господа, - махнул он рукой оставшимся с ним полицейским чинам и побрел назад ко двору министерского крыла, - Нам еще успеть надобно почтить своим присутствием этот прием, будь он неладен.

Все только и говорили об посольском приеме, словно на той далекой никому не известной османской империи свет клином сошелся. Да что им всем до турок? Какое дело их королю до басурман, поклонявшихся самозваному пророку и неведомому богу, для которого они, как язычники какие-нибудь еще имя придумали. Ла Рейни хоть и уважал религиозные чувства в других людях, сам не испытывал особого пиетета к религии. Да, он исправно посещал мессы по воскресным утрам и во все праздники, но делал это скорее из чувства долга, как префект полиции, чтобы следить за прихожанами столичных церквей, ведь всем известно, что во время богослужений далеко не все устремляли свои помыслы к всевышнему, а использовали укромные местечки возле молелен или боковых алтарей для приватных бесед и заключения сделок.

"Фу ты, надумаю же себе," - проворчал Никола Габриэль, поймав себя на том, что постепенно его мысли от турецкого посольства перетекли к церковным порядкам, - "А ведь тот аббат кое-что не договорил мне, когда указал на того мальчишку пажа. Откуда он сам то знал про тайник с сокровищами королевы и про то, что именно паж мог спрятать их туда? Да еще на телохранителя самого Месье поклеп навел. Это серьезно. Ведь если он намеренно это сделал, то должен был знать, что риск немалый - ни Месье, ни этот мрачный тип на его службе не забудут такую услугу. И все-таки, он наговорил тогда с три короба всякой чуши... а с чего бы? Подговорил его кто или сам. Вестимо же, что свита Месье не пользуется любовью у клириков. Может, он таким образом хотел избавиться от порочного окружения Его Высочества? Но, тогда следовало бы начать с того рыжего маркиза, который помог своему приятелю де Лоррену сбежать... а он выбрал телохранителя и пажа. Зачем? Что те двое ему сделали? Или знали что-то?"

Размышляя так, де Ла Рейни поднялся по ступенькам к галерее, ведущей к Канцелярии и громко кашлянул, чтобы обратить на себя внимание караульных развязно привалившихся к стене у дверей. Те нехотя оторвали свои спины от стены и отдали ему честь без явного энтузиазма. Ла Рейни лишь сурово зыркнул в сонные глаза одного из них и прошел в приемную Канцелярии.

- Что за шум? Что за суета? - спросил он с порога больше ради того, чтобы заявить о своем появлении, чем для порядка, - Шевалье, оставьте эту безделицу, Вам еще рано ходить с тростью как какому-нибудь старику из министерского крыла. Вот дослужитесь до седин... - он посмотрел на трость, которую вертел в руках его молодой помощник, - Постойте-ка, да она же один в один похожа на трость... черт, я же видел ее сегодня в руках... но у кого же? - заинтересовавшись внезапной задачкой, он довольно бесцеремонно выхватил трость из рук шевалье и повертел ее перед глазами, - И никаких явных признаков... ни надписи, ни гравировки... только этот набалдашник. Клянусь кровью Христовой, я видел ее нынче утром на совещании у Его Величества. Но, у кого же? Где Вы нашли ее, шевалье?

60

Отправлено: 24.05.17 21:04. Заголовок: О появлении префекта..

О появлении префекта Анри Жискар узнал еще до того, как повернулся к дверям и увидел входившего Ла Рейни воочию. Внезапно воцарившаяся тишина и судорожный скрип перьев по бумаге на столах канцелярских писарей послужил предупредительным сигналом о том, что строгий патрон вернулся и был явно не в духе.

- Эта безделица попалась мне на глаза по пути сюда, -
д'Эрланже обернулся к префекту и уступил ему трость, - Вы тоже видели ее у кого-то в руках, месье? По словам господина Марвеля, такие безделицы не такая уж и редкость при дворе. Мы явно о чем-то не знаем по части моды. Но, может быть это вовсе и не модный аксессуар, а вполне себе рабочая трость? Если Вы видели ее у кого-то на совещании у Его Величества, то вполне вероятно, что это кто-то из министров или советников. Тот же канцлер Сегье. Он ведь должен был появиться в Совете сегодня, чтобы скрепить Государственной Печатью последние королевские указы.

Доводы казавшиеся ему самому вполне убедительными, отчего-то оставляли привкус натянутости. Как будто бы это простое решение было продиктовано ему кем-то, кто захотел бы отвести от себя подозрения.

- Но, почему же мы сразу перешли к подозрениям, господа? -
задался вопросом шевалье и посмотрел на Марвеля, а потом на Ла Рейни, - Я нашел эту трость по пути сюда... не помню, на лестнице или у входа во дворец. В любом случае этот человек мог просто выйти прогуляться.

Он потер рыжие вихры, выбивавшиеся на лоб и виски причудливыми кудряшками, делая его похожим на тех мечтательных золотоволосых юнцов, которых любили изображать классики в сценках из древнегреческого эпоса. Может быть владелец трости и не был напрямую замешан в историю, приключившуюся с Виллеруа и якобы похищенной у него на глазах девицей. Но, ведь это не исключает того, что он мог увидеть что-то. И даже больше - увидеть и сбежать, испытав страх за свою жизнь.

- А почему бы не отдать приказ агентам поспрашивать среди прислуги, не терял ли кто трость? Хорошее же дело вернуть трость хозяину, который очень даже вероятно нуждается в ней, - предложил Анри Жискар, после минутного размышления, пока Ла Рейни изучал трость, вертя ее перед глазами, - А заодно, прежде чем отдать ее, расспросить, не видел ли этот человек что-нибудь необычное.

Эта идея показалась ему настолько гениальной, что он не успел подумать о том, насколько эта гениальность может обойтись ему боком в случае, если Ла Рейни сочтет ее заслуживающей проверки. На деле. И тогда прощай место подле патрона на ступеньках у дворца и зрелищное представление, которое король готовился устроить для всего двора. О нет, ему придется сновать по комнатам лакеев и служебным буфетным, расспрашивая прислугу, не терял ли кто из их господ свою трость.

- И почему только господа не набивают гравировку со своим именем на таких дорогих вещах, -
проворчал Марвель, озвучивая сетования самого Анри Жискара.

Рыжеволосый помощник префекта с согласием кивнул ему и посмотрел на Ла Рейни, ожидая неизбежного приказа действовать. И тянул же кто-то его за язык... вот если бы на трости был хоть какие-нибудь знаки отличия.

- А может... - Марвель неуверенно глянул на Ла Рейни, а потом на его помощника и неожиданно для самого себя выдал разумный совет, - А если попробовать дать эту трость собаке комиссара Дегре? Поговаривают, что у нее чертовски хороший нюх и она может даже по клочку тряпицы отыскать след.

- Это мысль! - обрадованно воскликнул д'Эрланже, тут же представивший себе список многочисленных плюсов затеи, в случае, если Ла Рейни поручит ее именно ему.

Дворец Фонтенбло. Королевская канцелярия. 5

Отредактировано АнриЖискар д'Эрланже (2017-12-03 00:41:45)


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Королевская канцелярия. 5