Le Roi Soleil - Король-Солнце

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Покои и приемная Ее Величества Марии-Терезии. 4


Дворец Фонтенбло. Покои и приемная Ее Величества Марии-Терезии. 4

Сообщений 1 страница 20 из 66

1

Утро 04.04.1661.

http://img-fotki.yandex.ru/get/52446/56879152.471/0_11c9e0_c4b786f1_orig

2

Отправлено: 07.03.16 03:01. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Апартаменты графини Олимпии де Суассон. 3 //

Покои королевы встретили мадам де Суассон все той же унылой скукой, будто и не было двух дней отсутствия. Хотя отчего же – если пристальнее присмотреться, внимательный глаз заметит не только то ли воображаемую, то ли явственную пыль на шушукающихся по углам дамах и кавалерах, но и иные изменения.

Старуха Санта-Клара все в том же кресле, с той же облезлой моськой на коленях. Но только не видно рядом гибкой черноволосой фигурки в темном испанском платье и мантилье – сеньорита Долорес не кормит капризную собачонку, не скользит молчаливой тенью между столиками, собирая пустые вазочки из-под андалузских сластей и расставляя полные. Суровый Дуэнде не хмурится у дверей в опочивальню, да и прочего маленького народца королевы не видно среди немногочисленных придворных.

Олимпия поймала себя на том, что идет по гостиной, вглядываясь в оконные ниши в поисках знакомой зловещей тени. Но и ее нигде нет. Значит, правда. Шутолов мертв, да здравствует… и кто же должен его заменить? О, вот вопрос, который ей, как обер-гофмейстерине, ответственной за штат королевы, предстоит обсудить с Ее Величеством. Если бы только вслед за сметенным чьей-то меткой рукой Ла Валеттом можно было бы вымести разом и всех его уродливых подданных! Но нет, сразу не получится. Что ж, всегда можно выживать приживал постепенно – а некоторых и оставить. Тереситу с ее божественным шоколадом. Синьора Неро, с которым можно порой перекинуться парой-другой певучих итальянских фраз. И… нет, довольно. Остальным придется исчезнуть – рано или поздно, так или иначе.

Довольная принятым решением, графиня де Суассон позволила себе улыбнуться. Мадам де Навайль, с кислым видом поднявшаяся навстречу Великой Графине, в присутствии которой даже герцогиням приходилось вставать, как простым смертным, явно приписала эту улыбку на свой счет и окислилась еще заметнее.

- Какое удовольствие снова видеть вас при дворе, Ваше Сиятельство, - процедила она, даже не пытаясь звучать правдоподобно.

- Да, да, я тоже рада вас видеть, герцогиня. Безмерно, - обронила Олимпия. – Но, признаться, я бы ни за что не покинула Париж и детей, если бы не письмо Ее Величества, так настоятельно требовавшее моего немедленного возвращения. Надеюсь, что за время моего отсутствия все было спокойно?

- Если не считать отправки господина дю Плесси-Бельера на отдых в Бастилию, то спокойнее некуда, - темные глазки Сюзанны де Навайль буравили лицо итальянки, словно надеялись вычитать в нем что-то страшно интересное. На худой конец, компрометирующее

- Как?! – Олимпия изумленно вскинула брови. – Неужели Его Величество все-таки велел арестовать своего любимца? Полагаю, за какую-нибудь дуэль или нечто столь же скандальное?

- Позвольте мне рассказать вам об этом,
- мадам дю Пелье, внимательно прислушивавшаяся к обмену если не любезностями, то новостями, просительно коснулась кружевного манжета графини, особо выделив голосом «мне».

- Извольте, дорогая баронесса, извольте! Но сначала расскажите мне, как здоровье Ее Величества. Надеюсь, кровотечение не повторялось? Вы ведь поили ее тем отваром, кото…

- Да, да, мадам, безусловно, три раза в день, как вы велели, - понизив голос, дю Пелье подхватила Олимпию под локоть и подтолкнула в сторону кабинета королевы.

Вот даже как? Меня будут вводить в курс дел конфиденциально? Как это мило. И захватывающе.

При виде вошедших в кабинет дам карлица Тересита, дремавшая на коврике у холодного камина, словно собачонка, вскочила и испуганно заморгала, мигом превратившись из собаки в сову.

- Ступай, - бросила резко графиня. – Оставь нас. И начинай варить шоколад. Его Величество уже изволил встать и может навестить королеву в любую минуту.

Морщинистое личико карлы сморщилось еще больше, то ли от страха, то ли от ненависти, и она молча исчезла за дверью, отделяющей кабинет от спальни Марии-Терезии.

- Ее Величество чувствует себя хорошо,
- повинуясь приглашающему жесту, Николетт дю Пелье опустилась на табурет и нервно сцепила пальцы. – Насколько хорошо может чувствовать себя женщина в ее положении. Этой ночью королева спала…

- А предыдущей? – с безразличным видом осведомилась Олимпия, чувствуя, как по спине пробежал холодок – что-то поведают ей о ночах королевы?

- Предыдущую ночь королева провела в дворцовой часовне, - дю Пелье опустила глаза. – В часовне святого Сатурнена. В молитвах.

Забавно – часовня св. Сатурнена, старая и обветшалая, использовалась только прислугой, знать вслед за королевской семьей молилась в часовне Троицы. Забавно, но разочаровывает. Стыдно признаться, но Олимпия ждала чего-то большего. Для себя или для дю Плесси?

- Какой неожиданный выбор места для молитвы, - тем же безразличным, почти скучающим тоном произнесла она. – А ведь для Ее Величества обустроена персональная часовня, такая же, как у королевы-матери. Откуда королеве вообще известно об этом месте?

- Не знаю, - честно созналась Николетт. – Я пыталась ее отговорить. Это было сущим безумием: среди ночи, втроем – только я и Баркароль в качестве охраны. Ее Величество сказала, что хочет помолиться за душу Дуэнде – боже, вы ведь не знаете…

- Знаю, - сухо оборвала ее графиня. – Мне доложили. Крайне прискорбное происшествие. Но любовь Ее Величества к верным слугам делает ей честь.

- Да, конечно, - дю Пелье неуверенно пожала пречами. – Но там было ужасно холодно. И этот мертвец…

- Мертвец? – Олимпия быстро перекрестилась и недовольно нахмурилась. – И вы не увели королеву оттуда? Вы же знаете, королю и королеве не следует находиться в одном помещении с покойниками.

- Да, но она сказала, что она будет молиться и за него, ведь он тоже один из дворян ее свиты. Господин Ла Валетт. Ох, вы же не знаете – его ведь убили цыгане. В ту же ночь, что и бедного Дуэнде. И мадемуазель Амаргу. Говорят, ее похитили, а шевалье Ла Валетт помчался ее спасать и…

- Стоп, - Олимпия протестующе вскинула руку. – Про Ла Валетта вы расскажете мне потом. У нас мало времени, мадам, а вы собирались поведать мне что-то важное о маршале дю Плесси. Позвольте мне догадаться – его арестовали из-за того дневного вторжения в окно королевской спальни, не так ли?

- Почти. Дело в том, что на следующий день королева снова застала его в своей комнате, вернувшись с пикника. И…ужасно разгневалась.

- Ах даже так, - графиня изобразила насмешливую улыбку. – И чарами какой красавицы он объяснил свой повторный визит?

- Не знаю. Ее Величество говорила с ним одна. Но мадам де Руже она заявила, что ее сын встречается с… с…

- Со мной, да? Умно, - Олимпия забарабанила пальцами по подлокотнику кресла, против воли начиная тихо злиться. – Очень умно. Двоих сразу. Я так и знала, что эта выдумка Фуке будет иметь последствия. Кому же еще Ее Величество раскрыла тайну визитов маршала?

- Никому. Мадам де Руже заверила королеву, что та ошибается, и ее сын тайно встречается с вдовой Отрив, в которую влюблен с детства. И мадам Отрив поклялась, что так оно и есть.

- О, - только и смогла выговорить графиня. Влюблен с детства, говорите? Так вот откуда взялась помолвка.

Пальцы стиснули деревянный подлокотник в нестерпимом, внезапном желании выцарапать глаза обеим вдовам.

Она глубоко вдохнула. Сосчитала до трех, выдерживая паузу, и Николетт сдалась первой, напуганная наступившим в кабинете молчанием.

- Простите, мадам, я думала, что вам следует это знать. На всякий случай. И еще… мне показалось… то есть, я совершенно уверена, что они обе солгали. Ее Величество тоже уверена в этом.

- Я безмерно признательна вам, моя дорогая, - Олимпия покачала головой. – Звезды, кто бы мог подумать… Но бедная мадам Отрив – я не заметила ее в гостиной. Должно быть, она теперь не может показаться на люди от стыда. Роман с дю Плесси! Как это... отвратительно.

- Нет, нет, что вы, мадам! Об этой истории никто не знает. Но к несчастью, мадам Отрив неудачно упала позавчера и повредила ногу. Она лежит в апартаментах герцогини де Ланнуа и чувствует себя так плохо, что никого не может видеть.

- Однако. Как удобно! И главное - своевременно. Что ж, посмотрим, сможет ли она увидеть меня! – мадам де Суассон улыбнулась – ослепительно, пугающе – и встала. – Идемте, моя дорогая. Я ни за что не пропущу пробуждение Ее Величества. Ну а потом…

Невысказанная угроза повисла в воздухе, ощутимая, как весенняя гроза.

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 4 //

3

Отправлено: 08.03.16 01:31. Заголовок: Сколько помнил себя ..

Сколько помнил себя Баркароль в этом огромном дворце Короля и Королевы, ему никогда не давал покоя утренний сумбур, царивший не только среди Больших людей, властных над всем в этом огромном замке, кроме самих себя, но и средь Маленького народца, властного над собой ровно настолько, насколько это позволял незримый поводок ручной обезьянки или игрушки, которой управляла железная рука их Кукловода. И вот настало уже третье утро, когда не было Того Человека во дворце. Не было его и средь живых, ходивших по земле, Баркароль знал это не только со слухов, свистящим шепотом передававшихся из уст в уста в коридорах дворца. Он видел Его. Видел черную застывшую как камень фигуру, укрытую прозрачной кисеей, лежавшую на холодном каменном столе в траурной раме тесного гроба. Шутолов был мертв. Это и пугало, и радовало Баркароля. Радовала неожиданно обретенная свобода от колючего завораживающего как у змеи взгляда Шутолова, а пугала действительность - в этом мире, заключенном в стенах сверкавшего золотом и лоском улыбающихся масок Большеногих, никто не был властен над собой - даже Шутолова. их господина, бога и поводыря настигла смерть. Сколь же мал он сам перед дланью судьбы, не знавшей разбору между вселявшим ужас в Маленький народец Шутоловом и мудрым стариком Дуэнде, который хоть и был суров как старый ворон, но отдавал тепло даже с самым скупым словом упрека.

- Дуэнде... - и что-то отозвалось где-то в глубине его души и горячая слеза скатилась по набеленной щеке новоиспеченного идальго Королевы.

- Не вздумай снова лить слезы, -
буркнула карлица, одернув подол кукольного камзола Баркароля, - Я на тебя столько белил извела. А могла бы сама прихорошиться.

- Тебе зачем, тебе зачем? -
заверещал дурачок Санчо и завертелся мелким бесом вокруг табурета, на котором стоял Баркароль, - Зачем тебе, зачем тебе? - напевал он вопрос, переставший волновать его уже минуту назад, но получил щелчка и бросился на четвереньках прочь.

Баркароль завертел головой, пытаясь уследить за ужимками дурачка. Поежился. Еще живы были воспоминания о том, как начиналось каждое их утро в покоях Маленькой Свиты Ее Величества. Вот вот должна распахнуться дверь. Резко. Громко. Страшно. И появлялся он, Черный Человек. Сверкал агатовым взором, цедил сквозь зубы - "пшли" и снова выходил. Уверенный в том, что ни одна душа не посмеет ослушаться приказа, он шел впереди к выходу в огромный приемный зал перед покоями Королевы. А Маленькая Свита семенила следом за ним.

Так было всегда. До третьего дня. И стало им легче и свободнее. Многие уже сами вышли в покои Большеногих и создавали суету и нервозность одним своим появлением среди высоких Большеногих, собравшихся лицезреть их Королеву, тех, кому было дозволено. Но Королеве не сделалось светлее. Не сделалось легче и Баркаролю. Ему было сказано замечать и запоминать все. И он прилежно следовал приказу доброй госпожи Отрив и Того, которого она называла другом. Но ни красивая маркиза с волосами отливавшими медью, ни ее друг с грустным и сосредоточенным взором, не появлялись в покоях Королевы. Баркароль продолжал замечать и запоминать, ведь иного ему не сказали. А Королева добра к нему, она не запрещала бегать и бывать повсюду в замке.

- Иди, Баркароль. Мы последние. Ругаться будут, - напутствовала карлица, откусив нитку после того, как сделала последний стежок на рукаве идальго.

- Кто? Его ведь нет больше.

- Он всегда здесь. Следит. Я знаю это, - возразила карлица.

Баркароль только пожал плечами - она не видела то, что видел он, а значит, не знала, что больше некому следить за маленькими людьми, суетившимися на третьем этаже над покоями Королевы.

- Он следит, - упреждающим, словно Рок, голосом повторила вдогонку убегавшему Баркаролю карлица.

Баркароль не слышал ее. Он со всех ног бежал к тому огромному залу, к дверям к покоям Королевы, где некогда стоял Дуэнде, верный идальго Ее Величества. Теперь это был его пост. И он бежал со всех ног, сжимая крохотной ладонью рукоять детской шпаги, похожей на длинный кинжал мизерикордию.

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 4 //

4

Отправлено: 26.03.16 23:41. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги. 3 //

Граф де Сент-Эньян еще раз подтвердил собственную репутацию блестящего царедворца - он великолепно умел вести беседу обо всем на свете, производя впечатление вполне открытого и бесхитростного человека. При этом он умудрялся избегать искусно расставленные суперинтендантом ловушки, отвечая на вопросы таким образом, что собеседнику оставалось лишь строить догадки об истинном смысле сказанного. Не будь эта беседа столь важной для Фуке, он бы аплодировал графу. Ему оставалось лишь доиграть им самим же выбранную роль и удовольствоваться полученным от де Сент-Эньяна согласием на его приглашение.

- Однако, я должен сначала быть уверенным, что меня не связывают другие обязательства. Его Величество может назначить чрезвычайный совет или срочно вызвать к себе турецкого посланника. Как Вы знаете, я обязан быть при особе короля во время подобных мероприятий. В противном случае я буду у Вас к обеду, мой дорогой виконт.

Никола Фуке заработал свои миллионы и всеобщее восхищение не только хитростью и напористым характером, но ко всему прочему и харизмой, и умением нравиться. Он не только не показал и виду, что был разочарован исходом беседы, на которою возлагал столько надежд, но напротив выказывал полное удовлетворение.

- Мне очень лестно, дорогой граф, что единственным моим соперником в этом вопросе является сам король. Нет, право же, я ни в коем случае не хочу вставать между Вами и Вашим долгом перед королем. Поверьте, я сам являюсь искренним слугой нашего короля и все, что идет во благо и для славы Его Величества, есть мое наипервейшее желание.

Он церемонно открыл дверь перед обер-камергером и позволил ему выйти первым в просторную залу Приемной Ее Величество. Впрочем, просторной она была лишь в те часы спокойствия, когда у дверей в покои королевы не толпились придворные дамы, жаждавшие лично узреть лик королевы, а по возможности и обрести хоть толику внимания Ее Величества. Аккуратно прикрыв за собой дверь, Фуке воспользовался минутным замешательством своего спутника, который явно не ожидал, что окажется прямо в покоях королевы. До появления короля оставались считанные минуты и, если прислушаться к разговорам взволнованных ожиданием визита Его Величества придворных, можно было уловить не только настроения, но и перехватить кое-что из последних новостей и сплетен.

- Ее Светлость вернулась!

- Не может того быть, я собственными глазами видела ее экипаж во Дворе Белой Лошади.

- А я говорю вам, дамы, моя камеристка столкнулась со служанкой графини, когда набирала воду для умывания. Да да, именно ее. Эта рыжая девица имела наглость потребовать воды для своей госпожи... четверо слуг несли по два ведра каждый, да да!

- Ну уж это все выдумки, милочка! Если графиня и успела приехать нынче утром, то уж точно у нее было времени...

- Да посмотрите же сами, дамы! Она уже у постели королевы и сегодня Она, а не госпожа де Навайль подает рубашку Ее Величеству!

Все головы тут же как по команде обернулись к широко распахнутым дверям в опочивальню королевы, откуда донесся хорошо знакомый виконту голос Великой графини.

- Ну, что я вам говорила! - торжествующе сказала одна из дам и повернувшись, встретилась взглядом с Фуке, - О, господин виконт! И как Вы только умудряетесь появляться столь незаметно и внезапно. Вы настоящий кудесник, месье. Кстати, парфюм, присланный мне Вашим аптекарем, оказался просто волшебным.

- Мадам д'Аржантей, я счастлив слышать это, - виконт склонился к миниатюрной руке дамы, столь невысокого роста, что ему пришлось наклониться к ней едва ли не в половину своего роста, - Я всегда там, где могу быть полезным.

- А, месье Фуке! И граф де Сент-Эньян! -
в дверях опочивальни появилась мадам де Навайль с лицом, выражавшим одновременно крайнее неудовольствие и слащавую любезность, - Вы уже здесь, господа. Значит ли это, что король будет с минуты на минуту? - произнесла она достаточно громко, чтобы ее было слышно сквозь общий гомон голосов не только в приемной, но и в опочивальне королевы.

- Да, мадам. Мы с графом явились так сказать вестниками нашего государя, - с улыбкой, вдвое любезнее и слащавее, чем та, чтобы была обращена к нему, ответил Фуке, склоняясь в галантном поклоне.

- Хм... тут только что появился маркиз де Виллеруа... тоже, вестником государя.

- Король Франции велик, мадам, у него не может быть чересчур много вестников, - все с той же любезностью парировал Фуке, заметив позади де Навайль высокую фигуру придворного танцмейстера, - Месье де Сент-Эньян и я счастливы быть в их числе. Надеюсь, Ее Величество здравствует нынче и сможет принять наши заверения в глубочайшей привязанности? - его вопрос был произнесен так, что можно было подумать, будто он говорил только о себе самом, если бы не приглашающий кивок, обращенный к графу.

5

Отправлено: 28.03.16 23:49. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 4 //

Сколько бы Франсуа не приходилось выступать на сцене перед придворными короля или открывать балы торжественным менуэтом, он все еще не мог избавиться от страшного волнения, заставлявшего его уши и щеки полыхать ярким пламенем. Вот и в опочивальне королевы он снова оказался под градом глаз придворных дам Ее Величества, одни из которых были готовы испепелить его лицо взорами, полными праведного негодования, тогда как другие прожигали насквозь знакомыми ему изучающими взорами, невесть отчего волновавшими его грудь, заставляя зардеться еще более ярким румянцем. По счастью рядом с королевой оказалась мадам де Суассон, чей немного насмешливый и спокойный взор вернул Виллеруа уверенность в себе и воле пославшего его короля. Франсуа улыбнулся графине, вернув ей полный восхищения взгляд, но тут же перед его лицом показалось бледное и негодующее лицо герцогини де Навайль. Не услыхав еще ответа от самой королевы, маркиз был вынужден отступить под натиском мадам де Навайль, уступая шаг за шагом позицию в центре комнаты, пока он не оказался у самых дверей.

Мадам де Суассон уже говорила что-то, низко склоняясь над постелю королевы, затем, последовали громкие выкрики распоряжений личных камеристок на испанском и ломаном французском. Суета вокруг королевы на какое-то время даже стерла различия между прислугой и придворными дамами - женщины, взволнованные предстоящим появлением самого короля, громко наперебой спорили о притираниях и маслах для лица, рук... Франсуа зажмурился и развернулся к дверям, резко распахнув их, не дожидаясь, пока это сделают за него дежурившие со стороны приемной караульные.

Он с шумом выдохнул и переступил порог, когда мимо него яростно и жестко прошуршали юбки стремительно вылетевшей из опочивальни герцогини де Навайль. Ее острый взгляд наградил Франсуа еще одной неприятной минутой смущения, на этот раз, вовсе не нашедшего отклик в груди, а только оставившего нестерпимое жжение в затылке. Не желая показаться хоть толику задетым столь неподобающим ему как вестнику короля отношением, Франсуа улыбнулся и стряхнул с рукава камзола несуществующую пылинку - в конце-концов, это была всего лишь гофмейстерина двора королевы.

- Лючия! Лючия, где ты? - послышался детский голос из-за спины и, прежде чем Виллеруа успел обернуться и отойти с дороги, в него врезался малыш, выбежавший из опочивальни королевы так шустро, что закрывавшиеся двери едва не прищемили его.

По залу раздался хохот собравшихся для утреннего представления придворных. Маркиз, снова почувствовавший себя предметом всеобщего внимания, приосанился было и намеревался хорошенько встряхнуть за плечо незнакомого с правилами учтивости пажа.

- О, да господин придворный танцмейстер готов вызвать на дуэль даже карлика! - этот дерзкий выпад из-за спины заставил Франсуа опустить руку и устыдиться собственного порыва - в конце-концов, разве он и сам не выбежал из королевской опочивальни с такой же прытью. К тому же, налетевший на него карлик наверняка торопился с каким-то важным для него поручением, это было написано на его взволнованном лице. Франсуа отступил в сторону и сделал вид, что сосредоточенно рассматривал кружева на манжете, между прочим, тончайшей нити, сплетенной брабантскими кружевницами, за которые его отец отвалил столько денег, сколько эти придворные остряки не сумеет собрать со своих доходов и за пол-года.

- Его Величество. Король! -
объявил церемониймейстер и тотчас же все разговоры и смех в зале стихли.

В воцарившейся на несколько мгновений тишине можно было услышать чеканную уверенную поступь Людовика и следовавших за ним кавалеров его свиты. По мере приближения короля ряды придворных дам и кавалеров склонялись в почтительных поклонах и глубоких реверансах, образуя стремительно продвигавшуюся к дверям опочивальни волну. Франсуа, оказавшийся ближе всех к дверям, так же как и все, склонился перед королем, тогда как караульные мушкетеры с шумом распахнули обе створки золоченых дверей, впуская свет из залитой утренним светом приемной залы в опочивальню королевы, окна которой за исключением двух все еще были задернуты плотными шторами.

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 4 //

6

Отправлено: 29.03.16 20:48. Заголовок: Торжественное затишь..

// Дворец Фонтенбло. Парадная лестница //

Торжественное затишье, воцарявшееся в залах при его появлении, раздражало Людовика даже больше, чем крикливые голоса провинциальных дворян и мещан, добившихся разрешения войти во дворец к ежедневной утренней аудиенции. Нет, лучше ярмарочная толпа и живые голоса людей, свободно обсуждающих крой его платья, настроение, читавшееся на его лице, да хоть бы и до неприличия банальные слухи о похождениях блистательных ловеласов вроде дю Плесси-Бельера или де Гиша.

Плесси-Бельер... При мысли о маршале чело короля потемнело и сделалось жестче. Что хотела сказать ему Мария-Терезия о маршале такое страшное и губительное, что даже при всей своей неприязни к этому любезному кавалеру, так и не высказала ни слова? Однако же, даже через год жизни во Франции в окружении его двора испанская инфанта оставалась верна своему воспитанию - не сказать так, чтобы молчанием пробудить интерес к предмету. Все еще погруженный в мысли о странных недосказанностях, смысл которых ему предстояло выяснить, Людовик подошел к дверям в приемную королевы.

И снова громогласное объявление о его приходе и веселый гомон голосов неожиданно смолкает еще до того, как мушкетеры, караулившие у дверей, успевают распахнуть их перед ним. Лицо короля все еще сохраняет печать строгости из-за тяжелых мыслей, посетивших его, когда он замечает испуганные взгляды, обращенные к нему.

В тот же миг он тряхнул головой, так что раздвоенный на половины плюмаж из четырех пышных перьев всколыхнулся на шляпе. В голубых глазах появилось тепло улыбки, а тонкое лицо с красивым профилем похожим на профили античных царей, выбитые на древних монетах, осветилось предвкушением встречи. Нет, он не войдет в покои супруги с лицом мрачнее тучи, когда рядом с ожидающей его визита Марией-Терезией будет Она. И пусть королева знает, что он пошел бы на все ради возвращения ко двору графини де Суассон, важно ли то, если в этом уверена и сама графиня?

Но эта тишина в зале... Слыша гулкий стук каблуков собственных туфлей, Людовик снова нахмурился и оглядел выжидательно замершую в поклонах и реверансах толпу придворных. Нет, среди собравшихся для утренних приветствий у королевы не было того, кто мог бы разрушить эту угнетавшую его тишину. Маэстро наверняка уже репетировал свои новые сочинения или же был занят сочинительством где-нибудь в отдаленном уголке парка. Но он был нужен королю! Точнее, Людовику смертельно захотелось услышать музыку волшебных скрипок королевского камерного оркестра и самого маэстро.

И снова мысли унеслись прочь от действительности. На этот раз он вспомнил о обещании Олимпии привезти из Парижа лучшую скрипку для Люлли взамен безвозвратно погубленной скрипки, которая оказалась в фонтане в ночь на первое апреля.

- Граф, Вы уже здесь! -
Людовик кивнул обер-камергеру, приглашая его присоединиться к свите, - Вы уже получили мое приглашение, месье? - тихо спросил он де Сент-Эньяна, когда тот подошел ближе, - После нашего визита к королеве, передайте мое приглашение на охоту маэстро Люлли. Я хочу видеть его.

Говоря это, Людовик перехватил заинтересованный взгляд Фуке, примкнувшего к свите за его спиной, но не обратил на виконта видимого внимания - пусть гадает, каковы намерения и настроения государя.

- А, мой друг! Идемте же, - обращение к маркизу де Виллеруа не осталось без отклика, стоило лишь королю скрыться за порогом опочивальни королевы, как за его спиной уже послышался знакомый гул начавшихся пересудов.

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 4 //

7

Отправлено: 29.03.16 23:39. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги. 3 //

Фуке был прирожденный актер и прекрасно умел справляться с разочарованием так, чтобы неопытный собеседник не смог уловить и тени досады в его голосе. Де Сент-Эньян и не заметил того, но был уверен, что виконт был далек от того радужного настроения, которое так искусно разыграл на глазах у публики. Оказавшись в приемной зале, он тут же сделался предметом всеобщего внимания и даже поклонения. Несколько десятков пар глаз немедленно вперились в суперинтенданта, готовые внимать каждому его слову, как будто сам Светоч Разума снизошел к ним в лице Никола Фуке.

Тихо посмеиваясь над тщеславием виконта де Во, которое уводило его все дальше и дальше от границ разумного, де Сент-Эньян не упустил случая проследить за происходившим в приемной в преддверии появления короля. Как и следовало ожидать, обсуждались два самых главных события того утра - отсутствие маршала дю Плесси-Бельера и напротив же возвращение ко двору первой гофмейстерины двора королевы мадам де Суассон. Ее саму граф еще не встретил в то утро, но с легкостью угадал ее присутствие в опочивальне королевы по тому, с какой стремительностью вышла мадам де Навайль. Он с сожалением наблюдал за тем, как трясшиеся от негодования руки герцогини сжимали тонкий веер, хрупкую изящную безделушку из инкрустированного вставками из слоновой кости сандала и тончайшего шелка, расписанного рукой восточного мастера.

Приглашенный к беседе, граф ответил герцогине сдержанным поклоном и кивнул Фуке в знак согласия с ним. Ему не хотелось продолжать беседу с суперинтендантом на людях - как знать, не предпримет ли виконт еще одну попытку выяснить подробности королевской охоты в Версале в присутствии этой любительницы свежайших сплетен и полунамеков. Половина всех дворцовых слухов исходила из уст мадам де Навайль, и две трети из них были нацелены на фаворитку короля, которую герцогиня ненавидела то ли из солидарности с королевой, то ли из личной неприязни и обиды, что завидное место первой гофмейстерины досталось не ей, а одной из мазаринеток.

- Его Величество, Король!

О, с каким же облегчением де Сент-Эньян встретил этот возглас. Он тут же развернулся к дверям приемной, где только что появился Людовик и склонился в низком поклоне с выражением одновременно почтения и облегчения. Приглашение следовать за королем граф принял безоговорочно и с тайной надеждой на то, что ему удастся избавиться от общества Фуке. Не успев еще разогнуться из поклона, он мельком бросил взгляд на пол и тогда только заметил несколько сухих травинок, налипших на носки туфель суперинтенданта. Граф был готов поклясться, что коридор, по которому они прошли в приемную королевы, был хоть и не идеально чист, но явно не усыпан прошлогодней травой.

- Я немедленно извещу маэстро о Вашем желании, Сир. Лично, -
также тихо ответил граф и обернулся, чтобы увериться, что их разговор не был услышан шедшими позади них придворными.

Странное дело, что незначительная деталь, замеченная им, внезапно врезалась в его мысли, заставив задуматься и пропустить мимо ушей слова приветствий, которыми король обменялся с кем-то еще из придворных, стоявших у самых дверей. Он так и вошел в опочивальню королевы с задумчивым и сосредоточенным лицом, впрочем, вполне подходящим моменту - ведь королева изволила принимать своего августейшего супруга в постели вследствие какого-то нового недомогания.

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 4 //

8

Отправлено: 30.03.16 22:49. Заголовок: Ответ мадам де Навай..

Ответ мадам де Навайль так и повис в воздухе, тогда как распорядитель двора Ее Величества объявил о появлении короля. Волна глубоких поклонов и реверансов пронеслась по рядам придворных и, не смотря на тесноту в зале, все и каждый поспешили склониться в почтении перед высоким и красивым молодым мужчиной, пересекавшим зал с уверенностью полноправного суверена. Согнувшись в поклоне, Никола поднял лицо, чтобы неотрывно следить за королем. Ему было важно попасть в поле зрения Людовика и получить заветное обращение "Доброе утро, месье виконт", формально означавшее приглашение пройти следом за ним в королевскую опочивальню. Лишь те немногие выделенные из толпы придворных лично королем имели право приветствовать королеву в ее опочивальне в присутствии короля и всей его свиты. Для Фуке это означало многое, в числе прочего и то, что его положение было незыблемо и его явные и тайные союзники могли быть уверены в надежности своих вложений и надежд.

- Граф, Вы уже здесь! - вежливый кивок, обращенный к де Сент-Эньяну, выделил обер-камергера из толпы. Фуке почувствовал неприятное жжение в затылке, возникавшее всякий раз, когда он был на грани продвижения вверх или же провала и все зависело всего лишь от одного мгновения. Посмотрит ли король на него? Вспомнит?

- А, мой друг! Идемте же, -
пока Никола перебирал в уме всевозможные варианты подобострастного ответа на приветствие короля, Его Величество уже прошел вперед, так и не обратив на него никакого внимания. Зато он выделил этого юного размазню и ветрогона Виллеруа, что совершенно не укладывалось в сценарии виконта. Интерес короля к сыну герцога де Невиля все возрастал, и из товарища по детским играм Виллеруа-младший сделался не только королевским танцмейстером, но и постоянным спутником короля во всех его забавах. Стоило вспомнить недавнее приглашение этого юноши в Версаль.

Не слушая тихого ворчания герцогини де Навайль, также как и он, обратившей внимание на неслыханные милости, расточаемые королем маркизу, ни чем доселе себя не проявившему, Фуке двинулся вслед за Людовиком, чтобы оказаться если не в числе приглашенных войти в опочивальню королевы, то хотя бы в первых рядах тех, кому посчастливится оказаться у самых дверей.

Он подоспел как раз к тому моменту, когда король уже склонился над постелью супруги, о чем-то расспрашивая тихим интимным голосом, как и полагалось примерному и внимательному супругу. Заняв место в дверях почти на самом пороге, Фуке быстрым взглядом оценил обстановку - среди дам, окружавших постель королевы он не увидел мадам де Суассон, подумав было, что та и впрямь не успела вернуться из Парижа. Но ведь не показалось же ему... ах нет, вот же она! Губы Никола дрогнули в тонкой улыбке льстеца - хороша, как же хороша была графиня де Суассон в это утро. Триумф читался в ее глазах, а на лице была та задумчивость, которая так привлекает взоры... и сердца, что уж там. Значило ли это, что до появления в покоях королевы, мадам де Суассон успела увидеться с королем? Не от того ли Его Величество опаздывал к утренней аудиенции вопреки своему обыкновению?

Взгляд Фуке скользнул вниз, к рукам графини, а потом к туалетному столику, возле которого она стояла. Он снова позволил себе короткую улыбку, заметив лежавший на столике сложенный веер, тот самый, который он поднес Ее Величеству накануне. О, его подарки ценились и не только теми, кому были адресованы. Виконт склонил голову, подумав про себя, что следовало восстановить пошатнувшиеся отношения с графиней де Суассон, коль скоро она вновь заняла свое место подле королевы... и возможно, нет, наверняка же, и подле короля также. Подумав об этом, Никола снова обратил взгляд на графиню, постаравшись придать своему лицу выражение дружеского восхищения.

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 4 //

9

Отправлено: 31.03.16 23:01. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 4 //

Выросший среди парижского ворья, в простонародье именуемого воробушками, Баркароль научился единственно верному способу избегнуть столкновения с разъяренным Большеногим, к тому же являвшимся обладателем длинной шпаги - бросаться наутек. Длинная шпага в руке умелого фехтовальщика была грозным оружием и даже смертельным, но - попробуй проткни карлика, которого и след простыл!

Весело приплясывая на одной ножке уже в добрых десяти шагах от набросившегося на него Большеногого, Баркароль тихонько запел одну из своих песенок, дразнясь и гримасничая. К его досаде Большеногий юнец не только не бросился следом за ним, но и вовсе перестал обращать внимание - ага, он понял, что поймал всего навсего карлу, и демонстративно отвернулся от него и виду не подав, что его разозлили. Ну уж дудки! Идальго Ее Величества не какой-нибудь карла-пустышка, подумал про себя Баркароль, но едва он сделал шаг назад, чтобы с разбегу налететь на юношу и пребольно двинуть острым носком сапожка по щиколотке чуть повыше туфли, как все вокруг задвигалось, зашуршало накрахмаленными юбками и заскрипело тугой кожей туфель и сапог, придворные привечали своего короля глубокими поклонами. Баркароль в миг позабыл о проснувшейся было вражде и лихо отвесил поклон, да не просто как умел, а заученными танцевальными па, которые подсматривал в зале для танцев, когда мэтр Бошан изволил давать уроки танцев фрейлинам королевы.

Все двинулись следом за королем к опочивальне королевы.

Ах! Где же он, Баркароль, идальго Ее Величества! Почему не на страже у дверей в ее опочивальню? Потерев затылок кулачком, Баркароль вспомнил про данное ему поручение отыскать любимцу королевы рыжеволосую красавицу-куклу Лючию.

Волна придворных хлынула к дверям в опочивальню, а Баркароль протискивался сквозь ноги и юбки уплотнявшихся рядов мужчин и женщин вдвое выше его, чтобы выйти прочь из толпы.

- Лючия! - позвал он, отчаянно и зло, - Где же ты?

Ему послышалось или действительно чей-то детский всхлип послышался ему в ответ? Баркароль завертел головой, озираясь вокруг и стараясь разглядеть знакомую фигурку, такой же маленькой как он карлицы, потерявшейся в ногах не замечавших таких как они Большеногих.

- Лючия!

Сердце Баркароля екнуло - негодование и страх! Какой-то кавалер схватил карлицу-куклу за плечи, поднял высоко над полом и нес к выходу, как будто это была безделица, выброшенная хозяйской рукой за ненадобностью.

- Стой! Стой, каналья! Мерзавец! -
закричал Баркароль в миг растеряв и важность свою, и выученные манеры настоящего идальго. Он бросился следом за Большеногим, на ходу выхватив тонкий кинжал с длинным лезвием, - Стой!

10

Отправлено: 01.04.16 23:41. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Покои архиепископа Лионского. 3 //

Толпа! Нет ничего хуже, чем стоять в почетном карауле во время больших церемониальных выходов короля. В то время как придворные всех рангов и титулов пытались опередить друг друга и пробиться в первые ряды, им, мушкетерам полагалось наблюдать за скопищем людей со стороны. И в то же самое время, требовалось быть постоянно начеку - не случай ли помог некогда одержимому монаху, а еще позднее другому фанатику свершить невероятное и немыслимое. Два удачных покушения на королей давно изгладились из памяти французов, а вот де Ресто вспоминал о них всякий раз, когда оказывался лицом к лицу перед огромной толпой людей жаждущих лицезреть своего короля. Да нет же, не могло среди них быть убийцы, да и кому придет в голову - такими были доводы разума, но беспокойство только нарастало по мере того, как в приемную королевы прибывали новые лица.

Стоять неподвижно во главе шестерых мушкетеров, которые всегда сопровождали короля, куда бы ему не вздумалось выйти из своих покоев, было еще более утомительно, чем гоняться за неуловимым Люком Жеди по лестницам. Де Ресто то и дело бросал нетерпеливые взгляды в сторону дверей, ожидая, когда там появится сержант де Сен-Пьер, которого он назначил командовать розысками вместо себя.

Прошло уже около четверти часа, но никто так и не появлялся, зато в приемной Ее Величества назревал скандал. Какой-то мужчина, с виду ни чем не примечательный провинциал, схватил одну из карлиц королевы под мышку и понес прочь из зала. Малышка заверещала, суча руками и ногами, на ее громкий плач откликнулся другой карлик, тот самый, которого де Ресто в последнее время замечал на страже у дверей в личные покои королевы. Не придав событию особенного значения, граф и его мушкетеры продолжали стоять в карауле, не шелохнувшись, но тут один из мушкетеров вскрикнул и бросился к карлику, едва успев отшвырнуть его от ноги дворянина.

- Эй, малый, ты это брось! - выкрикнул мушкетер, пытаясь перехватить тоненькую детскую шпажку из рук карлика.

Де Ресто тут же встряхнулся и отмер - скандальное происшествие грозило вылиться из простой взбучки зарвавшегося карлика в кровопролитие - нож то в его руке был нешуточный, как и угрозы, выкрикиваемые в адрес дворянина.

- Месье, месье, поставьте ее на пол, -
посоветовал лейтенант кавалеру и перехватил его пленницу за руку, - Чем она провинилась?

Ну конечно же, это была золотоволосая Лючия, карлица, над которой потешался весь двор, посмеиваясь над ее привычкой смотреться в зеркало и зыркать большими кукольными глазками на мужчин. Красавица Лючия, к сожалению, слыла не только порочным, а в ее случае просто комичным тщеславием, но прославилась легкой рукой, к пальчикам которой прилипало все сверкающее и яркое.

- Она что-то украла у Вас? - спросил де Ресто, догадавшись, что Лючия попалась на горячем, и скорее всего этот дворянин нес ее вон из зала, чтобы обезопасить от ее проказ собравшихся там придворных.

- Да да, украла. А этот малец еще и с ножом кидается! Я буду жаловаться! Это же разбой средь бела дня, -
возмущенный ответ вполне соответствовал представлениям де Ресто и тот кивнул на двери в галерею.

- Давайте выйдем и во всем разберемся. Возьмите и этого малого тоже, - скомандовал он мушкетеру и пошел впереди, чтобы вывести скандальное происшествие подальше от лишних глаз и ушей - в чем бы не провинилась Лючия, она была любимицей королевы и нельзя было допустить огласки ее конфуза.

11

Отправлено: 03.04.16 00:58. Заголовок: - И этого? - яростно..

- И этого? - яростно выпучив глаза завопил Баркароль, забывшись, - Я идальго Ее Величества! Вы не смеетете! Нельзя!

Он оказался в ручищах мушкетера, перевалившего его через свое плечо как куль с мукой, и что было сил затряс ногами и руками, пытаясь высвободиться. Это ему удалось только, когда они оказались за дверьми приемной. Мушкетеры, караулившие в галерее, зашлись громким хохотом, увидев своего товарища с беснующейся поклажей на плече. Но, Баркаролю было не до смеха, ведь у него на глазах какой-то Большеногий пытался похитить Лючию.

- А этот небось ее подельник.

Баркароль уже слышал этот вкрадчивый голос, но не сразу признал в его обладателе того провинциала, который пытался выторговать прелестную карлицу у Шутолова.

- Отпустите же! - выкрикнул малыш и снова попытался дернуть ногами.

Его поставили на пол, но две широченные ладони крепко сжимали плечи, до боли сдавив ключицу.

- Стой и не брыкайся. Сейчас разберемся, что к чему, -
грубо оборвал его крики мушкетер.

- Да что разбираться, господа. Эта плутовка стащила у меня кошель. А ее подельник поднял шум, когда заметил, что я поймал ее с поличным, - заявил мужчина, оттирая широкий лоб от выступившего пота.

Он опустил хныкавшую от испуга Лючию на пол и крепко сжимал ее руку, так что та побелела чуть пониже того места, где ее сжимали заскорузлые пальцы мужчины.

- Лючия не крала, месье, -
заступился за бедняжку Баркароль и посмотрел в глаза лейтенанта, - Вы же знаете, мы все из свиты королевы. Мы никогда. Никто. Не крали.

- А это что? - мужчина подбросил на свободной ладони тощий кошель из потертой кожи.

- А где ж он у Вас висел, сударь?
-
спросил мушкетер, державший Баркароля за плечи и придвинулся ближе к провинциалу, - На коленке что ли? Эта пигалица хоть и любит побрякушки, но никогда в карман не залезет. Не дотянется.

- Так... это... но он был у нее. В толпе мало ли, - хватая воздух ртом заговорил провинциал, не ожидавший от мушкетера, что тот вздумает заступиться за какую-то карлицу, - Может дружок ее схватил. А потом ей отдал.

- Не отдавал, не отдавал! - завопил Баркароль, но тяжелая ладонь мушкетера закрыла его рот.

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 4 //

12

Отправлено: 04.04.16 01:07. Заголовок: - Тихо! - прикрикнул..

- Тихо! - прикрикнул де Ресто на разошедшихся карликов и провинциала, не внушавшего особенного к себе уважения из-за кабацкого жаргона, который проскальзывал в его далекой от придворной гладкости речи.

- Поймали с поличным, говорите? -
недовольство недавней неудачей с поимкой вора тут же выплеснулось наружу и лейтенант грозно посмотрел в одутловатое лицо провинциала, - Коли поймали и сумеете доказать, что это Ваш кошель.

- Как это сумею доказать? Это же и есть мой кошель! - вскричал выведенный из себя пострадавший, но де Ресто жестом приказал ему молчать.

- Послушайте меня сюда, месье. Вы не назвали мне свое имя и титул, так что, не обессудьте, я могу принять Вас и за торговца тканями, хоть эти люди и ведут себя вполне достойно в королевском дворце. Тогда как Вы позволили себе оскорбительные обвинения в адрес дамы и кавалера из свиты Ее Величества.

- Что что? - лицо провинциального дворянчика вмиг утратило самоуверенное выражение и вместо праведного гнева в его глазах появился страх загнанного в угол дряхлеющего оленя, - Оскорбительные? Свита Ее Величества? Да это же... да посмотрите... - его полные непонимания и страха перед наказанием за оскорбление Величества глаза вращались в орбитах, глядя попеременно на притихших карликов, а потом снова на мушкетеров, - Это же простые карлы... уродцы, каких пруд пруди на улицах... мне... мне тот господин, который над ними главный, говорил.

- Не знаю, кого Вы имеете в виду, сударь. Здесь только мы с Вами. Повторяю, пока я не знаю Вашего имени. И не требую его. Но, если Вы сейчас же не исчезнете и не покинете королевский дворец, я потребую от Вас назвать Ваше имя и титул, чтобы знать, кого я арестую и засажу в казарменную гауптвахту, прежде чем передать в руки полиции по обвинению в оскорблении Величества. Да да. Именно так. Эти карлики дороги королеве не как уродцы, а как настоящие придворные ее свиты. Вы не слышали, сударь? Малая Свита королевы. Этот кавалер только что назвал Вам свое имя - Баркароль, идальго королевы. Вам нужны его рекомендательные письма? Они есть в реестре двора. А вот где Ваши рекомендации, сударь?

Под грозящим взглядом лейтенанта мушкетеров и насмешливыми ухмылочками караульных бедняга осунулся и поник плечами. Он вдавил голову в пожелтевший от ветхости кружевной воротник, расправленный по плечам по моде десятилетней давности, и попятился прочь от дверей в приемную королевы.

- Я бы не стал праздновать победу, - тихо проговорил молодой человек, все время до того подпиравший одну из колонн галереи, - Это Лемерсье, советник руанской судейской палаты. Прибыл ко двору с рекомендациями от маркиза де Шатонефа для одобрения Королевским Советом приобретения им патента на членство в судейской коллегии при парижском парламенте. Некудышний человечишка, но со связями.

- Я не сомневался в том, что связи у него имеются, маркиз, - ответил де Ресто, поправляя перчатки на руках, - Но Вам то что?

- А что, собственно Вам было за дело до этих малых? - де Лозен кивнул в сторону карлика, уводившего спасенную им подружку в сторону приемной, - Чувство справедливости? Честь? Благородное желание не дать в обиду несчастных обделенных умом и силой, чтобы постоять за себя? Или Вам просто не понравился этот хлыщ? Признаюсь, мне он тоже не по нраву. Так что, берегитесь, дорогой граф, - тонкая улыбка Маленького маркиза не вязалась с его словами, - Маленький народец может за себя постоять, уж не сомневайтесь.

- Я тоже. Смогу постоять за себя, - ответил де Ресто, раздражаясь от того, что его поучали, и еще больше из-за туманных намеков де Лозена, - Кто такой этот маркиз де Шатонеф?

- Да, собственно, никто особенный. Он друг месье суперинтенданта и только, -
хмыкнул де Лозен и отлепился от колонны, - Идемте, друг мой, нам должно быть подле нашего короля, не правда ли?

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Его Величества. 4 //

13

Отправлено: 14.08.16 00:55. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 4 //
Около часа дня.

Смятение и ужас, охватившие виконта после новости о прибывшем в целости и сохранности обозе, сменились паникой, а та в свою очередь едва не привела его полной апатии. Стоя у огромного венецианского окна в приемной королевы, Никола Фуке оглядывал бессмысленным, ничего не видящим взглядом огромный сад внутреннего двора и тщетно пытался выстроить стройный ряд выводов из разрозненных слухов, полученных им от помощника мэтра Вателя, некоего Мишеля Брюле, занятого для видимости приготовлением соусов и сахарной патоки для пирожных, на самом же деле бывшего соглядатаем на жаловании у суперинтенданта.

- Обоз прибыл. Целехонек, как будто бы его ангелы хранители на собственных крыльях доставили от самого Парижу. Зато на обоз мадьярского князя напали. Ограбили, говорят. И даже нескольких человек убитыми оставили. Граф д'Артаньян отправился с погоней. А с ним и эта лихая конница княжеская. Те еще головорезы.

- Без рассуждений, Брюле, только факты, - процедил сквозь зубы Фуке, не спуская взгляда с фонтана.

Соглядатай, одетый в ливрею королевского дома, поклонился и тихо чуть слышно продолжал доклад.

- Префект парижской полиции устроил целый обыск в кухнях. Мэтр Ватель едва сердцем не зашелся. Они там все перевернули.

- Что искали? - снова прервал лирическое отступление докладчика Фуке и быстро оглянулся, чтобы обозреть приемную залу, постепенно наполнявшуюся народом.

- Каких-то служанок искали, - Брюле заговорщически скосил взгляд в сторону караульного мушкетера у дверей в покои королевы, - Да только мы их успели еще до появления префекта спровадить.

- Это те, которых взяла к себе на службу мадам де Руже? - у виконта похолодело в груди при мысли, что он мог навлечь на маркизу обвинения в укрывательстве, а тем самым привести расследование дотошного префекта и к собственной персоне, - И где же они?

- У мэтра есть свои связи при дворе, - уклончиво ответил Брюле, выдержав испытующий взгляд виконта, - Он никому не сказал. Отправил их со стариком конюхом. Ну, а что нам то, меньше знаем, легче дышать.

- Что еще? -
спросил Фуке, перехватив призывающий к беседе взгляд герцогини де Навайль.

- Генерал де Руже и маршал дю Плесси-Бельер только что приехали. Верхом. И без кареты. И с ними были гвардейцы, а не мушкетерский эскорт. Я сам видел, как они спешивались. Как будто с охоты приехали, ей-богу. Все в пыли, замызганные грязью.

- К делу, к делу, Брюле!

- Ушли в приемную Его Величества. А дальше не знаю покуда. Мальчишка, который подносы с бисквитами и вином для гостей в королевской приемной носит, еще не докладывал.

- А сам король?

- Его Величество на Малой Псарне, кормит собак. С ним... - Брюле почесал затылок, тогда как Фуке едва скрывал нетерпение узнать, с кем именно король разделил свой охотничий триумф, - Там Великая Мадемуазель... княгиня де Монако.

- Вот как?

- Да. Князь тоже там. Но он вышел первым. И Месье. Конечно же, Месье был там.

- Это интересно, - проговорил Фуке и на губах его мелькнула тень улыбки, - Это все?

- Это все, господин виконт.

- Ступайте. И пошлите ко мне кого-нибудь, как только будет известно о встрече маршала дю Плесси-Бельера с королем. Я хочу знать все подробности. Первым.

- По возможности, месье виконт. По возможности,
-
отвешивая благоговейные поклоны, пообещал Брюле, прежде чем скрыться из виду, слившись с суетившимися в приемной лакеями в таких же как у него ливреях.

Оставшись один, Фуке тяжело выдохнул и переступил с ноги на ногу. От новостей, принесенных Брюле, веяло тревогами и новыми неудачами, а вместе с ними и расходами, которые и без того росли как на дрожжах с тех пор, как он любезно предложил королю свой кошелек. От апатии, в которую он впал на несколько томительно долгих минут, его отвлекла герцогиня де Навайль.

- Дорогой виконт, кажется Вы не спешите поделиться своим уловом? - проворковала она, энергично обмахиваясь веером, - Порой мне хочется, чтобы Его Величество чаще навещал королеву и заставлял этих ротозеев открывать окна. Здесь душно как в Мадиамской пустыне.

- И не говорите, дорогая герцогиня, - Фуке ответил ей с вымученной улыбкой и поправил шарф, красовавшийся на его шее четырьмя волнами пенных кружев, - Мадиамская пустошь и та покажется садом, - согласился он, вкладывая в эту фразу иной смысл, - А новости, Ваша Светлость, таковы.

Он наклонил голову и де Навайль тут же прижала раскрытый веер к лицу, чтобы скрыть неприличный интерес к пикантным подробностям придворной жизни, о которых она намеревалась поведать Ее Величеству за вторым завтраком.

- Маршал дю Плесси-Бельер жив и здоров, вернулся в Фонтенбло верхом. Представляете себе, герцогиня, верхом. Словно он с братом вовсе и не из Парижа прибыл, а с охоты. Поговаривают, что оба брата обивают порог в приемной Его Величества, но король не спешит призывать их к себе.

- Но король ведь на охоте, - подсказала де Навайль, подпортив вишенку на сливках маленького триумфа виконта.

- Нет, дорогая герцогиня! - торжествующе улыбнулся Фуке и доверительным шепотом довершил рассказ, - Король вернулся с охоты. И отправился на Новую Псарню кормить собак. И с ним княгиня де Монако.

- Как? Княгиня? - недоверчиво переспросила любительница пикантных сплетен, но Фуке приложил палец к губам.

- Это такой ход. Король выказывает знаки внимания графине де Суассон у всех на виду, тогда как на деле же он уже давно ухаживает за княгиней.

- Да что Вы говорите! - удивление де Навайль тут же привлекло внимание стоявших поблизости придворных и она понизила голос, - Но как же они все тонко разыграли... в опочивальне Ее Величества.

- Да, тонко. Но не настолько, - хмыкнул Фуке, про себя обдумывая, как лучше разыграть карту княгини де Монако, чтобы оказаться в ее друзьях, а лучше всего, в наперсниках. - Великая Мадемуазель тоже была там. И Месье.

- Вот как, - герцогиня вытянула губы, пожевала их и тут же улыбнулась виконту самой чарующей улыбкой, - Ну что же, у меня есть что рассказать Ее Величеству. Благодарю Вас, милый виконт. Я не останусь в долгу, Вы же знаете.

- Да. Это я знаю, - сухо ответил Фуке уже вслед удалявшейся герцогине.

14

Отправлено: 18.08.16 22:57. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Апартаменты графини Олимпии де Суассон. 3 //

Второе явление мадам де Суассон в покоях Марии-Терезии уже не произвело сенсации. Разве что те из придворных, кто опоздал к ее утреннему выходу, но был наслышан о возвращении обер-гофмейстерины, любопытно вытягивали шеи, чтобы своими глазами изучить туалет, прическу и, главное, выражение лица то ли бывшей, то ли царствующей по-прежнему фаворитки.

Олимпия, по своему обыкновению, мрачно сверкала черными очами, скользя взглядом поверх голов. Если что в ней и сияло, то только жемчуга и бриллианты в волосах, которыми ловкие пальцы синьорины ди Стефано украсили прическу госпожи к обеденному выходу. Бриллиантовые звездочки из знаменитой парюры Мазарини, украшавшей племянниц кардинала в особо торжественных случаях, искрились и на платье графини, скрепляя ленту венецианских кружев на плечах и пышные кружевные манжеты и заставляя лица дам и кавалеров зеленеть от зависти.

Мадам де Навайль, с которой Олимпия чуть не разминулась в дверях приемной, не стала исключением – исправно позеленела и с радостью испепелила бы взглядом свою соперницу в борьбе за власть над свитой королевы.

- Уже вернулись с охоты? – процедила герцогиня, демонстрируя подозрительную осведомленность о передвижениях графини де Суассон. – Ее Величество спрашивала о вас, мадам, и была крайне удивлена, когда вас не нашлось на месте. Стоило ли возвращаться из Парижа…

- Стоило, - Олимпия мечтательно улыбнулась своему отражению в зеркале. – О, стоило! Что же до охоты, то, между прочим, вам бы тоже не помешала прогулка верхом, мадам – свежий воздух так полезен для цвета лица, особенно после дождя.

Поймав быстрый взгляд, брошенный мадам де Навайль в сторону зеркала – проверить, не потекли ли белила и румяна – графиня добавила, продолжая улыбаться:

- Так вы говорите, Ее Величество желает меня видеть. В таком случае, мне не стоит задерживаться в приемной. Вы позволите?

Она шагнула вперед, не дожидаясь ответа де Навайль, и той пришлось в спешке отступить в сторону, чтобы пропустить соперницу.

- Кстати, - покраснев от унижения, бросила парфянскую стрелу в спину итальянки герцогиня. – Плесси-Бельер вернулся в Фонтенбло.

- Вернулся? - Олимпия обернулась и чуть выгнула бровь. – О да. Я бы даже сказала, примчался сломя голову, причем верхом. И я его понимаю, чахнуть в Париже, когда весь двор здесь – такая скука. Полагаю, Ее Величеству уже известно о его возвращении? Нет? Что ж, придется мне взять на себя неприятную обязанность уведомить королеву об этом.

Румянец, проступивший сквозь белила на лице мадам де Навайль, схлынул прочь – герцогиня явно рассчитывала лично принести Марии-Терезии свежую новость. Мадам де Суассон отвернулась с равнодушным видом – выказывать удовлетворение было бы чересчур мелочно – и вежливо кивнула Фуке, прежде чем проникнуть в святую святых – опочивальню молодой королевы.

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 5 //

15

Отправлено: 19.08.16 00:22. Заголовок: // Фонтенбло. Новая ..

// Фонтенбло. Новая Псарня //

- Его Величество король!

Трижды отгремел жезл церемониймейстера, поспешно возвращенного из буфетной, где сей почтенный хранитель дворцового ритуала и тонкостей этикета пытался перехватить кусочек скромной закуски перед очередной придворной церемонии, неуклонно надвигавшейся по расписанию королевского дня.

- Король, господа! -
раздался шепот в приемной.

- И дю Плесси-Бельер! Де Руже с ним, смотрите! Оба здесь. Но как? Когда же?

Ловя на себе взгляды, по большей части удивленные, чуть меньше восхищенные, и гораздо больше, нежели он ожидал, любопытствующие и предвкушающие скандал, Франсуа-Анри шел по правую руку от короля, отставая от величественного шага Людовика лишь на один шаг. Он тщетно высматривал в толпе придворных Ее глаза, готовя себя к первому выстрелу - такому, что бьет наотмашь и наповал, после которого сгореть на месте и ничто, даже самые гневные тирады со стороны королевы не будут и в тысячную долю столь же обжигающими и уничижительными.

Но нет, графиня де Суассон не встречала их в приемной королевы. Неужели Ее Светлость еще не переоделась после охоты? - мелькнула обнадеживающая мысль в голове маршала и на губах его появилась тень улыбки облегчения, а что если она и вовсе не заметит, как именно он прибыл?

Но вот они остановились перед дверьми в опочивальню королевы. Минутная заминка - вежливость требует от Людовика задержаться, прежде чем объявить о своем намерении войти в опочивальню супруги. Минута ожидания тянется в вечность душевной пытки для маршала - а что если графиня все-таки успела, а что если она там, за этими золочеными дверьми? Никогда невозможно приготовиться к неизбежному - к тому, что не знаешь, как посмотреть в глаза той, чью единственную просьбу не сумел исполнить. И все-таки, она там. Она при дворе. И как ни странно, именно эта мысль заставила дю Плесси воспрянуть духом и горделиво вскинуть голову, так что пышный плюмаж на его шляпе заколыхался белоснежной волной, а красивые темно каштановые волосы, которым нисколько не повредила дорожная пыль и апрельская непогода, разметались по черному бархату плаща, укрывавшего прибывшего из Бастилии опального маршала с плеч и до самых щиколоток, скрывая опасный арсенал из шпаги, длинного кинжала и пистолета, заткнутого за пояс, которые маршал запамятовал оставить при входе в покои Ее Величества.

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 5 //

16

Отправлено: 20.08.16 23:40. Заголовок: - Доброго дня, дамы ..

// Фонтенбло. Новая Псарня //

- Доброго дня, дамы и господа! Доброго дня и Вам, маркиз. Виконт, я рад видеть Вас. Графиня, - если бы в казну Франции прибывало даже по одному су за каждую улыбку из тех, которые Людовик щедро расточал направо и налево по пути к покоям Ее Величества, то можно было бы смело уволить всех интендантов во главе с самим Фуке - дефицита не было бы и в помине, а само это слово история экономики узнала бы гораздо позднее, лет эдак на сто.

- Улыбайтесь, герцог, право же, мы не на похороны идем, -
произнес король сквозь улыбку, заметив, что шедший слева от него де Руже был мрачнее тучи, - Что нашло на Вас? Забудьте о всех этих тайнах и загадках, сделайте одолжение. Ваш брат справляется с этим куда лучше, хотя, ему то как раз есть, чего опасаться.

Какие они разные, эти братья де Руже - один словно тень собственного отца, восставшая в камне и облаченная в дорожный плащ и шляпу, герцог де Руже шествовал по залам дворца с таким отрешенным выражением на лице, что можно было принять его за статую. Того и гляди, послышится тяжелая поступь каменных ботфорт. Зато, его младший брат был живее некуда и являл собой образец истинного придворного - неунывающий, блистательный и готовый впечатлять и восхищать собой, даже не смотря на более чем скромный и поношенный облик.

- Его Величество, король!

И вот он, последний рубеж перед покоями Марии-Терезии, огромная зала, служившая приемной и гостинной одновременно. Людовик привык заставать здесь небольшую группу дам из свиты королевы и некоторых из пожилых матрон, состоявших в свите королевы-матери, шушукавшихся о каждом вновь прибывавшем лице. Но в этот полдень в приемной королевы было необычайно людно и шумно настолько, что из-за громких разговоров далеко не все расслышали весть о прибытии короля.

Людовик остановился на входе и окинул лица склонившихся перед ним придворных изучающим долгим взглядом. Здесь были большинство статс-дам из свиты королевы-матери, но не все. Он сразу же отметил отсутствие герцогини де Ланнуа - неужели мадам Крестная Всея Двора не проявила интереса к полуденным новостям. Не было и той дамы, из-за которой разгорелся весь скандал с опалой дю Плесси. Впрочем, несчастье, случившееся с маркизой дОтрив, могло действительно оказаться катастрофическим для ее здоровья и этим объяснялось ее отсутствие.

Зато, в приемной королевы присутствовало другое лицо, кого Людовик с удовольствием не заметил бы - виконт де Во, склонившись, как и все в глубоком поклоне, не спускал взгляда льдистых серых глаз с лица короля, словно требуя обращения к себе.

- А, господин Ла Рейни! - нарочито громко позвал Людовик и быстро пересек зал, - Подойдите-ка, сударь.

У самых дверей в опочивальню Марии-Терезии, король остановился и как ни в чем не бывало заговорил с префектом, не замечая любопытных взоров, буквально сверливших его монаршую спину. Он не мог видеть лица суперинтенданта, но был уверен в том, что тот был готов из кожи вон вылезти, чтобы только протиснуться в первые ряды поближе к дверям.

- Месье, дождитесь нас здесь. Я хочу, чтобы господа де Руже и дю Плесси поставили Вас в известность о своей... хм... авантюре. Заодно, поделитесь с ними результатами Ваших изысканий, - тут Людовик заметил следы грязи на щегольских туфлях помощника префекта и окинул молодого человека удивленным взглядом от носков его туфлей до самой макушки, - Надо же, решительно все сегодня спешат к Ее Величеству прямо с дороги. Вы, как я посмотрю, сударь, тоже... с охоты? Ну что же, тем лучше, значит, нам будет о чем побеседовать позднее. Господа, ожидайте, - он кивнул префекту и его помощнику, выделив обоих их толпы придворных ревниво дожидавшихся хотя бы милостивого взгляда с его стороны, - А Вы, господин маршал, и Вы, господин генерал, - волна шепота и шелеста раскрываемых вееров, пронеслась за его спиной, - Следуйте за мной.

Швейцарцы, караулившие у входа в опочивальню королевы, трижды ударили декоративными алебардами об пол и раскрыли обе створки дверей, впустив гул голосов из приемной в тихую обитель Марии-Терезии.

// Дворец Фонтенбло. Опочивальня Её Величества Марии-Терезии. 5 //

17

Отправлено: 22.08.16 22:02. Заголовок: Никто не принимал ма..

Никто не принимал маленького идальго Ее Величества всерьез. Даже когда донья Санта-Клара послала Баркароля к прислуге передать распоряжение "принесть вазочки со сладостями в приемную королевы", надменный управляющий кухонной обслугой не соизволил даже взглянуть в его сторону.

- Будет. Так можешь и передать, все будет.

Надувшись от обиды, что его принимали за простого посыльного, Баркароль выставил вперед правую ногу и демонстративно положил ладошку на рукоять маленькой шпаги.

- Сударь, я здесь не для того, чтобы передавать. Я принес приказ. Извольте услышать и исполнять.

- Ага. А я кудесник при дворе самого Соломона, - недовольный голос управляющего почти срывался на крик, - Мне здесь все то и дело являются и приносят приказы, - обернувшись наконец к посланцу из покоев королевы, он скривился в злобной усмешке и махнул на карлика рукой, - Еще чего вздумали! Теперь мне и карлы указывать будут, - грозно сдвинутые брови и поблескивавшие из-под них черные глаза Баркароля заставили невежду проглотить оскорбительные фразы, едва не сорвавшиеся с языка.

Оставшись таким образом победившей стороной, хотя бы в своем собственном мнении, Баркароль еще грознее сдвинул брови и заученным жестом взмахнул рукой, салютуя противнику воображаемой шляпой. Поручение было с честью исполнено, с чувством собственной важности идальго королевы засеменил маленькими шажками назад к покоям Ее Величества.

- Эй, Баркароль, идальго королевы! -
пискнул из толпы мальчишеский голос Санчо-дурачка, - Беги скорее, тебя ищут!

- Кто? - опасливо озираясь спросил Баркароль. А если старая мадам Санта-Клара, не дождавшись его, закатила скандал! Однако же, в приемной зале было как обычно гулко от разговоров и шепотом передававшихся сплетен, ни лая моськи, ни старческой ругани самой Санта-Клары не было слышно. Подумав, что дурашливый Санчо решил сыграть над ним шутку, Баркароль выпятил грудь колесом, положил руку на атласную ленточку повязанную на поясе и прошагал еще несколько шагов важной поступью, которую когда-то подсмотрел у синьора Дуэнде, настоящего идальго королевы.

18

Отправлено: 22.08.16 22:20. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Галерея Оленей. 2 //

В приемной зале яблоку некуда было упасть, не то что отыскивать карликов, сновавших между ног едва заметными тенями. Да и поди разбери - который из них кто, когда все они на одно лицо, похожие на детей-переростков. Ласлов горячился, хватал то одного карлика, то другого за шиворот, грубо разворачивая к себе лицом.

- И этот не тот? - спрашивал он у Шерегия, который вместо того, чтобы заниматься поисками карлика, раскланивался с придворными кавалерами, заискивающе улыбался почтенным дамам, еще ниже кивал головой в ответ на сдержанные улыбки молоденьких статс-дам и фрейлин и молодцевато покручивал кончик уса вслед проходившим мимо дамам, сопровождаемым гордыми кавалерами.

- Что? Нет, не этот. Да ты уже хватал его. Отпусти, - отвечал Шерегий, бросая жгучие взгляды в сторону сбившихся в стайку молодых особ, бурно обсуждавших каждый брошенный в их сторону взгляд красавца-мадьяра.

- Как он хорош! И не сказать, что мадьяр, одет и ведет себя совсем как придворный.

- А не тот ли это граф Шерегий?

- Тот да не тот, тот граф князем оказался.

- А если и этот окажется князем?

Шерегий покраснел от удовольствия и сделал вид, что был сосредоточен на изучении резной рамы огромного панно, украшавшего стену приемной.

- Вон, смотри, кажется, этот! - пихнул его локтем Ласлов и бросился к вошедшему из коридора для прислуги карлику. Тот шел по узкому проходу между двумя группами придворных с видом таким важным, будто он был адмиралом флота, готовым взойти на флагманский корабль.

- А ну-ка стой! -
Ласлов хлопнул мальца по плечу и попытался ухватить его, но Шерегий мягко отстранил друга и сам заговорил с карликом.

- Сударь, нам было велено испросить у Вас кое-какие сведения, которые Вам, как главному... Хм... Главному в Малой Свите королевы должны быть известны. Соизвольте пройти с нами, месье. Дело крайне важное, -
и, пока его друг не испортил дело грубой выходкой, Шерегий поспешил доверительно улыбнуться карлику, - Граф Шерегий, по поручению Его Высочества, - произнес он таинственно улыбаясь, словно говорил о самом Императоре Поднебесной.

// Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги. 3 //

19

Отправлено: 22.08.16 23:28. Заголовок: Король прошел через ..

Король прошел через приемную как ураган, рассекая плотную толпу придворных надвое без малейшего сопротивления. Он замечал казалось бы даже тех, кто стояли в коридорах и, вытягивая шеи, старательно выглядывали через головы счастливчиков, кому повезло оказаться в первых рядах. Людовик приветствовал одних снисходительными улыбками, к дамам он обращал еще и кивки головой, делая при этом жест рукой, словно приподнимая шляпу. И только в сторону Никола Фуке королевский взгляд был обращен на короткую долю мгновения. Трудно было понять, смотрел ли король вообще в его сторону, не успел Фуке выпрямиться из глубокого поклона, а Его Величество уже говорил о чем-то с префектом полиции. Фуке бросил испепеляющий взгляд в спину Ла Рейни, загородившего ему весь вид, но тут же на его лице появилась вежливая улыбка, сменившись ухмылкой - глазастый помощник префекта успел все-таки заметить недовольную мину на лице суперинтенданта и с тонкой улыбкой поклонился уме, встряхнув всклоченной копной рыжих волос.

Король удалился в опочивальню супруги, введя вместе с собой обоих братьев де Руже. Не успели двери захлопнуться за спиной страшего из них, как все в приемной всколыхнулось - зашелестели раскрываемые веера, затрепетали перья в прическах дам и на шляпах кавалеров. Отовсюду слышались взволнованные восклицания и шепот секретничавших между собой придворных сплетников.

- Сам маршал здесь! Так это все дудки, что дю Плесси был посажен в Бастилию?
- Нет же, смотрите, он явился как с охоты, целехонек и бодр себе. Ну, а как же, он небось все это время по лесам за кабанчиками гонялся.
- Скажете тоже, за кабанчиками, берите выше, маршал охотился за кое-кем поопаснее кабанчика.
- А я говорю вам, он был отправлен в Бастилию, я собственными глазами видел.
- Из Бастилии, друг мой, так скоро не выходят.
- О, можно подумать, вы эксперт!
- А что, как никак виконт гостил у коменданта Безмо пару месяцев пока его тетушка не внесла залог за его долг.
- А, ну тогда вы настоящий эксперт, виконт...

Поморщившись, словно от укуса назойливого комара, Фуке отошел в сторону от разговаривавших и посмотрел на двери в королевскую опочивальню. Наглухо запертые, золоченые двери были непроницаемой стеной между ним и тем, что происходило внутри. Какой прием окажет королева арестованному по ее же приказу маршалу? Какие аргументы он найдет в свое оправдание? Неужели сумеет вновь вернуть себе доверие короля? Но как? Когда он успел? Тревога, давно уже поселившаяся в духе Никола, зазвонила свои мрачные набаты несмолчным хором навязчиво звеневших в ушах звоночков.

- По приказу Его Высочества... - послышалось рядом с ним и виконт обернулся, чтобы посмотреть, от кого из принцев был посланник.

Два молодых человека отловили одного из карликов королевы, причем, один из них имел явно не дружественные намерения. Что-то в его облике заставило Фуке напрячься и сейчас же отвернуться, чтобы остаться незамеченным. Черные глаза молодого человека блеснули недобрым огоньком, он вскинул голову и густая вьющаяся шевелюра цвета воронова крыла разметалась по широким плечам.

"Мадьяры!" - мелькнуло в голове суперинтенданта и он снова обернулся, чтобы прислушаться. Что понадобилось людям Ракоши от королевского карлика? А если речь шла о темных парижских делишках князя, в которых, как было известно Фуке, были замешаны и некоторые из подопечных покойного Валетта? Сощурив глаза, словно высматривал кого-то в толпе, суперинтендант еще пристальнее вслушался в разговор мадьяр и карлика.

20

Отправлено: 23.08.16 23:52. Заголовок: За грубым окриком по..

За грубым окриком последовал мягкий увещевающий голос, как будто бы Баркароля схватил человек о двух лицах, как тот страшный мраморный бог в королевском саду, которого кто-то из испанских карликов назвал Янусом. А ну как и среди людей бывают такие? Баркароль опасливо обернулся и тут же с облегчением вздохнул и сник в железных руках черноволосого похожего на демона вельможи.

- Да что ж вы от меня хотите? -
пискнул он, но тут же встрепенулся и попытался вырваться из тисков, услышав обращение к себе - Главный в Малой Свите королевы.

- Да, я за главного теперь, -
с вызовом воскликнул он и брыкнулся изо всех сил, - Отпустите же меня, сударь! Если у вас крайне важное дело, то и спрашивайте. Зачем же руки выворачивать?

Второй человек представился. Баркароль повернул к нему лицо и тут же поймал на себе заинтересованный взгляд господина Фуке, стоявшего чуть поодаль.

- А Его Высочество поручал вам расспрашивать любого или именно меня? И если это не касается секретов пудры или карминовой мази, которые поставляют для Ее Величества, - Баркароль таинственно завращал глазами, - Нам лучше поговорить в другом месте, господа.

Воспользовавшись замешательством грубияна, карлик выскользнул из его рук и побежал к дверям в коридор для прислуги. Он бежал и оглядывался назад, делая знак рукой, чтобы господа "от Его Высочества" следовали за ним.

// Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги. 3 //


Вы здесь » Le Roi Soleil - Король-Солнце » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Покои и приемная Ее Величества Марии-Терезии. 4