Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Покои князя Ференца Ракоши. 3


Дворец Фонтенбло. Покои князя Ференца Ракоши. 3

Сообщений 21 страница 26 из 26

1

04.04.1661. Утро и после полудня.

21

Отправлено: 07.04.17 01:07. Заголовок: Франсуа так и подмыв..

Франсуа так и подмывало показать язык наглому мадьяру, караулившему у княжеских покоев, но вот уже открылись двери и на пороге показался важный мадьяр в длиннополом кафтане, расшитом золотыми шнурами, с меховым воротом и такой же оторочкой. Вспомнив о своем положении и офицерском чине, о которых ему со всем уважением и достоинством напомнили, маркиз расправил плечи, хоть и без того никогда не страдал сутулостью, и вошел в большую гостиную с таким видом, будто бы нес личное послание от самого короля.

В гостиной было много народу из свитских князя, все они готовились к будущему приему послов - кто начищал воском сапоги, кто расчесывал густой мех на шапке, кто чинил потрепавшийся плюмаж, а иные даже проверяли прицепленные к перевязи кинжалы. Из глубины комнаты слышался мерный лязг точила - кто-то из гайдуков точил саблю, напомнив Франсуа о извечной вражде между мадьярами и турками. Он с интересом посмотрел на высокого шевалье, облачавшегося в рыцарскую кирасу старинного образца перед импровизированным зеркалом, сделанным из начищенного до блеска оловянного блюда.

- Вам сюда, господин лейтенант, - шепнули ему на ухо и Франсуа вошел в другую комнату, чуть меньше предыдущей, служившую князю опочивальней и кабинетом.

Сняв шляпу в знак уважения к титулу князя, маркиз отдал ему вежливый поклон и тут же улыбнулся - просто и по-дружески в ответ на радушное приглашение. Оглядевшись в поисках свободного места, он заметил разложенные на столе детали боевого облачения и, не удержавшись от чисто мальчишеского любопытства, подошел, чтобы поближе рассмотреть диковины. Нарукавники и наплечники были выкованы из цельных пластин и украшены тонким узором в виде растительных орнаментов, вычеканенных рукой мастера и покрытых тонким слоем позолоты, тускло отсвечивавшей при малейшем движении света.

- Красота! - не сдержав вздох восхищения сказал маркиз и, сняв перчатку с правой руки, осторожно провел указательным пальцем по холодной поверхности металла, - Вот это да... неужели это настоящие? Боевые?

Он обернулся к князю и, заметив серьезное лицо помогавшего ему одеться графа Шерегия, вспомнил о цели своего визита.

- Ах нет же, дорогой князь. Нет, господин префект более не досаждал мне. Скорее наоборот, - пробормотал он, не решаясь рассказать о найденном у дворцовой стены трупе, - Но, я решил досадить ему сам. Помните, я показывал Вам и мадемуазель де Монтале шелковый отрез. Тот, который Вы назвали платком. Вы еще сказали, что он возможно принадлежал кому-нибудь из турчанок, женщине из свиты посла. Вот я подумал и решил, что хорошо бы отдать этот платок Ла Рейни. У него на службе теперь человек есть, Дегре, комиссар полиции Шатле. У него собака... в общем, может быть она сумеет взять след и отыскать ту девушку. Может быть ее и не похитили вовсе. И может, ей нужна помощь.

Договорив, Франсуа хмыкнул в кулак и рассеянно натянул перчатку на руку, поджимая при этом губы и стараясь не глядеть прямо в глаза князя, чтобы тот не заметил, с каким старанием он избегает говорить о том, что именно побудило его напомнить префекту о беглянке.

- Я хочу попросить этот платок назад, -
сказал он и мельком посмотрел в темно голубые глаза Ракоши, - Если конечно же он у Вас. Возможно, я обронил его. Только не помню, где.

22

Отправлено: 08.04.17 23:59. Заголовок: Искреннее восхищение..

Искреннее восхищение юного лейтенанта разложенными на столе частями боевых доспехов оказалось столь заразительным, что Ференц позабыл и думать о сомнениях и страшном искушении предать гостеприимство своего кузена Людовика и напасть на турецкое посольство прямо посреди торжественного приема.

- Настоящие, - не без тени самодовольства ответил князь и развернулся к Виллеруа, чтобы показаться во всей красе в только что одетой боевой кирасе и наплечниках, которые Шерегий прилаживал прямо на ходу, - В этих доспехах я бился с турками. Здесь даже зарубки остались от их. Да, Шерегий, остались?

- О нет нет!
-
запротестовал граф, сосредоточенный на том, чтобы приладить кожаный ремень, удерживавший левый наплечник, - Оружейник поклялся, что отшлифовал все так, что и мельчайшей царапинки не отыскать будет.

Ференц посмотрел в свое отражение в мутной поверхности небольшого зеркала и усмехнулся.

- А мог бы и оставить те зарубки. Боевые шрамы украшают рыцаря. Правильно я говорю, маркиз? Но, что я слышу, Вы снова хотите идти в Канцелярию? Зачем?

Новость о приезде в Фонтенбло комиссара из Шатле сначала не произвела на Ракоши никакого впечатления, однако, стоило Франсуа помянуть про собаку, как тот резко вскинул обеими руками и под возмущенные восклицания Шерегия высвободился от его опеки, чтобы подойти ближе к маркизу.

- Дегре? Такой высокий, подтянутый, не в пример этим винным бурдюкам из городской полиции? -
спросил он Виллеруа, наспех затягивая пряжки ремней, - С собакой? Такая черная огромная псина. У нее еще кличка такая... Парламент? Нет, нет... как-то академически и чертовски претенциозно звучит еще, - он потер лоб и посмотрел в сторону Шерегия.

- Сорбонна, -
подсказал тот и хмуро покосился на маркиза, - Интересно, какое дело может быть у комиссара Шатле при дворе короля? Разве его удел не мелкие кражи в Сент-Антуанском предместье?

- Ну, положим, кражи там бывали и не мелкие, - протянул Ференц и принялся обшаривать карманы камзола, висевшего на стуле, - Но, ради бога, маркиз, какая может быть связь между той несчастной турчанкой или кто она там, и этим комиссаром? Вы все еще надеетесь спасти ту девушку из лап ее хозяина? Это проигрышный номер, мой друг. Мне очень жаль Вас разочаровывать, но... - он переглянулся с Шерегием, будто спрашивая его мнение, а потом снова продолжил поиски платка, теперь уже в карманах кафтана, - Черт... мне кажется, его здесь нет. Может быть я отдал его Каринти?

Убедившись в том, что поиски шелкового платка были тщетны, князь оставил их и отошел к двери.

- Эй, кто-нибудь! Каринти с Верешем уже вернулись? - спросил он, выглянув в гостиную, - И принесите нам сюда еще вина. Да нет же, болваны, не надо нам анжуйское. Несите наше, то, что матушка из Мукачева прислала, - потребовал он и с повеселевшим лицом обернулся к Виллеруа, - Сейчас я Вас угощю настоящим вином, мой дорогой маркиз! Его у нас делают из винограда, который растет на склонах Карпат. Клянусь богом, такого Вы никогда не пробовали. Сладостное как поцелуй красавицы, терпкое лишь настолько, чтобы язык помнил о нем еще долго, крепкое лишь для того, чтобы почувствовать ток крови в жилах и желание жить и сметать врагов! - с этими словами Ференц пристегнул к поясу кривую саблю, вынул ее из ножен и лихо взмахнул, с яростным свистом рассекая воздух, - Я не отпущу Вас, друг мой, пока мы не выпьем с Вами. За одно дождемся Карини. Платок у него, я уверен.

23

Отправлено: 10.04.17 00:10. Заголовок: Франсуа подавил вздо..

Франсуа подавил вздох сожаления, когда Шерегий заверил их с князем, что все боевые царапины и зарубки были тщательнейшим образом отшлифованы мастером. Он заметил горделивый взгляд Ракоши, когда тот смотрелся на себя в зеркале, и почувствовал легкий укол зависти. Ведь ему как лейтенанту королевской гвардии не полагалась боевая кираса для парада, а его парадный красный мундир значительно проигрывал перед белоснежными мундирами других офицеров. Заметит ли Ора его во время карусели во главе гвардейцев, облаченных в такие же форменные красные мундиры? Стоило ему опустить полный сожаления взор, как он тут же улыбнулся, увидев белоснежный шарф из драгоценной ткани, переливавшейся и сверкавшей на свету, словно в ней были вшиты невидимые серебряные нити. Несомненно подарок графини де Суассон выделит его из всей сотни гвардейцев, да что там из сотни, из тысячи!

Воодушевленный этой мыслью, Виллеруа воспрянул духом и снова смотрел на завершавшего свое облачение в доспехи князя без тени зависти.

- Сорбонна! Вот точно, так он ее и звал! - обрадованно воскликнул он, не заметив ничего странного в том, что князь и Шерегий знали того странного комиссара и его собаку, - Я хочу только убедиться, - возразил он на вопросы князя, но запнулся и замолчал, не зная, как ответить так, чтобы не упоминать о страшной находке, которую сделала собака Дегре.

- Да мало ли зачем, мой князь? -
поддержал молодого человека Шерегий, заметив смущение Франсуа и истолковав его по-своему, - Это же очевидно, маркиз желает убедиться в том, что девушке ничто не угрожает и она не попала в руки негодяев. Правда, окажись она у цыган, я бы волновался куда меньше за нее, чем теперь. Вы ведь сказали, что ее похитили турки?

- Не похитили, - поправил его маркиз, прикусив губу, - Она сбежать от них пыталась.

- Так или иначе, - кивнул ему граф и указал вошедшему в комнату слуге, куда поставить вино и оловянные кружки, которые тот принес по приказу князя.

Увидев на столе огромную бутыль темного стекла с оплетенным соломой низом, Виллеруа сглотнул и покраснел. От одного воспоминания о тяжелом и что уж там постыдном похмелье, которое он пережил на утро после товарищеского крещения у господ мушкетеров, у него пересохло в горле. Сглотнув, он медленно перевел взгляд от устрашающих размеров бутыли к князю. Тот проделал ловкий трюк с саблей, демонстрируя прекрасную работу запястьем, тогда как вся его рука оставалась недвижимой. Знакомый далеко не по наслышке с приемами фехтования, распространенными у мадьяр и поляков, Виллеруа с восхищением проследил за маневром и позабыл о намерении отказаться от выпивки, сославшись на серьезность разговора с префектом.

- Пожалуй, по одному стаканчику будет нелишне, - сказал Шерегий, взяв на себя роль виночерпия. Он вооружился кинжалом и ловко отсек горлышко бутылки, а затем разлил густое темно-красное вино в три стакана.

Когда князь заговорил об аромате, Франсуа с улыбкой отвел взгляд, чтобы не выдать, что сам не отличил бы запах одного цветка от другого, зная лишь аромат жасмина и фиалок, которым отдавали предпочтение королевские поставщики цветов. Он и цветы то начал замечать только с недавних пор. Собственно, букетик ярко желтых звездочек жасмина был первым в его жизни, собранным им собственноручно. Вспоминание о неловкой попытке поднести его графине де Суассон, заставило юношу покраснеть. Он запрокинул голову и принялся пить, чтобы скрыть смущение. Вино оказалось и в самом деле сладким и терпким на вкус, от первого же глотка застучало в висках, а в груди разлилось приятное тепло, заставившее щеки маркиза раскраснеться еще больше.

- И правда... отличное, - только и выдохнул маркиз после нескольких глотков, - За короля! - воскликнул он, после чего смело сделал еще один глоток под одобрительным взглядом Шерегия.

24

Отправлено: 14.04.17 01:34. Заголовок: - Пыталась сбежать? ..

- Пыталась сбежать? И Вас видели с ней, Франсуа? - князь неодобрительно нахмурил брови и отпил вино без видимого удовольствия, - Это не хорошо, друг мой. Каринти уже говорил Вам, тогда в буфетной. А я повторю еще раз. Для турок нет разницы - дворянин Вы или простой бедняга из парижского предместья, если речь идет об их гареме. Никому не дозволяется видеть женщин, принадлежащих султану или паше. А тем более прикасаться к ним или помогать сбежать. Счастье еще, что Вас не лишили головы на месте.

Вино, которое он только что расхваливал юному маркизу, показалось кислым и вязким на вкус. Ференц поставил стакан на стол и тяжело вздохнул. Долг и честь требовали помочь Виллеруа узнать, что сталось с той несчастной женщиной, посмевшей бежать из гарема. Но, не навредит ли это дипломатии Людовика, с которой он был обязан считаться, будь она трижды проклята!

- Шерегий, - позвал князь и улыбнулся маркизу одними уголками губ, - Мне кажется, что дожидаться Каринти мы будем до полуночи.

- С чего бы? Разве тот человек так плох? - засомневался граф, но осекся под грозным взглядом Ракоши, - Желаете, чтобы я пошел за ним? - тут же спросил он и посмотрел в окно, - Приготовления в самом разгаре. Время еще есть. Вполне.

- Да, время есть, -
повторил за ним Ференц и снова взял свой стакан. Он отсалютовал в ответ маркизу, не следовало пугать юношу страшилками о турецких обычаях, не могли же турки и в самом деле позволить себе напасть на офицера королевской гвардии прямо во дворце короля.

- За короля и за королевских гвардейцев! -
провозглашенный тост был осушен залпом и Ференц посмотрел в голубые по-мальчишески наивные глаза Франсуа с прежней беззаботностью, спрятав свои подозрения о турках глубоко внутри, - Знаете что, если Каринти не явится сюда сам, так пойдете за ним вместе с Шерегием. В конце-концов, он уже готов. А, Шерегий? Верно?

- Верно верно, мой князь. К тому же, Вы, Ваше Высочество вполне можете предложить себя в качестве почетного эскорта для герцогини де Монпансье, - откликнулся граф, тут же поперхнувшись вином под грозным взглядом князя.

- Ты о чем? - прошипел тот по-венгерски, подойдя к графу.

- Так о чем же, как же, -
все так же весело отвечал тот, скосив глаза в сторону ничего не подозревавшего Виллеруа, - Разве же у Вас не было времени познакомиться с кузиной здесь в Фонтенбло? Чисто формально даже.

- Хм... было или не было, но вряд ли она сама одобрит эту затею, - хмыкнул князь, - Нет, это плохая затея, - прошептал он, - Крайне неудачно.

Из соседней комнаты послышался шум и возня, привлекшие их внимание. Князь сам подошел к двери и отворил ее, чтобы узнать, что произошло.

- Там раненого привели, - доложил один из гайдуков, указав на дверь в комнату, где было временное пристанище его свиты, - Не из наших вроде, но одет жупан.

- Где Каринти? - спросил Ференц и громко выкрикнул, - Каринти! А ну-ка, подойди сюда! Разговор есть!

Шевалье тут же откликнулся на приказ и подошел к князю, приглаживая русые волосы, всклоченные после того, как он снял с головы меховую шапку.

- Мы привели его, мой князь. Плох он. Лучше бы оставили отлежаться. Но, после того, как прин... как те господа ушли, он заартачился, сказал, что лучше умрет на лестнице как собака, чем скомпрометирует герцогиню.

- Ясно, - прервал его рассказ Ракоши и повернул лицо к Виллеруа, беседовавшему с Шерегием о разнице в фехтовальных приемах рапирой и саблей, - Видишь молодого маркиза? Он пришел за платком, который показывал нам в буфетной. Он не у тебя?

Каринти пошарил в карманах и с удивлением выудил из-за пазухи кусок шелка, действительно оказавшийся тем самым платком.

- Да. Как странно. Я не подумав, взял его. Но, зачем он маркизу? - спросил он, но князь уже вернулся в свою комнату.

- Нам повезло, - сообщил Ференц, протягивая платок маркизу, - Каринти вернулся. И вернул Вашу пропажу. Держите, - он серьезно посмотрел в глаза Виллеруа и слегка помедлил, прежде чем выпустить платок, - Подумайте еще раз, друг мой. Стоит ли вмешиваться?

Про себя Ференц решил, что как только турки покинут королевский дворец, он сам со своими людьми нападет на них и освободит женщин и рабов. И пусть кузен Луи грозит ему немилостью и отзывом всех договоренностей о союзе с поддерживавшей его партией венгерских магнатов, он сумеет доказать ему, что турки меньше всего заслуживали доверия и тем более союза с христианским королем.

25

Отправлено: 15.04.17 01:31. Заголовок: Расхрабрившемуся под..

Расхрабрившемуся под действием крепкого валашского вина Франсуа замечания князя показались пустячными. Он опустил стакан и вопросительно посмотрел на князя, а затем на Шерегия, ожидая, что кто-нибудь из них объяснит ему, чем именно были опасны турки. Но Ракоши лишь ограничился общими фразами о том, что на его счастье маркиза не лишили головы на месте, а Шерегий и вовсе заговорил о ком-то другом, что явно не пришлось князю по душе.

- Ну, это мы еще посмотрим, кто головы лишится, - на всякий случай вставил свое слово в разговоре Франсуа, твердо решивший довести свое маленькое расследование до конца, тем более, что в нем была замешана не только похищенная девушка, но и труп, найденный в кустах возле дворцовой стены.

Возможно, Шерегий или сам Ракоши сумели бы найти более весомые аргументы, чтобы отговорить маркиза от вмешательства в дела турок, но их разговор был прерван. В приемной князя, служившей также и гостиной для его свиты, и своеобразным арсеналом, объявился шевалье Каринти. Платок, оказался при нем и князь тут же забрал его, чтобы передать Виллеруа.

- Благодарю Вас! - обрадованно воскликнул маркиз, пряча платок за отворот камзола, - Вы настоящий друг, знайте. Даже если я не последую Вашему совету, я не забуду его. Но нет, - он покачал головой и посмотрел в лицо Шерегия, который собирался сказать что-то, - Нет, господа, я должен поставить в известность префекта полиции.

Он хотел было сказать о своих подозрениях о том, что девушка могла быть вовсе не турчанкой и даже не наложницей, привезенной в гареме паши, но, заметив, как посуровело лицо князя, решил оставить эти доводы при себе. Вряд ли спор мог укрепить их дружбу или расположить к нему графа Шерегия, который, как и многие другие придворные, не знавшие Франсуа лично, наверняка считал его взбалмошным бездельником, который скуки ради искал приключений.

Оставив на столе стакан с недопитым вином, Виллеруа чинно откланялся гостеприимному хозяину покоев и пошел к дверям.

- Простите, князь, я бы с радостью остался дольше, но мне нужно будет проследить за построением моей роты, - оправдываясь, сказал он и толкнул рукой дверь, не сразу заметив вошедшего в комнату Каринти.

- Позвольте поинтересоваться, маркиз, что Вы намерены делать с этим платком? - спросил шевалье, не обращая внимания на делавших ему знаки Ракоши и Шерегия.

- Все очень просто, я отнесу его префекту, чтобы он отдал его комиссару Дегре. А тот с помощью своей собаки сумеет отыскать его владелицу. Скорее всего ее держат против ее воли в покоях посла. Я не могу это доказать, а вот полиция сможет.

- Вот как, - взгляд Каринти казался кротким и согласным на все доводы молодого лейтенанта, - Вы считаете, что Ла Рейни сумеет привлечь турецкого посла к ответу за похищение девушки? Возможно, да. Если только... - он замолчал и красноречиво посмотрел в сторону лужайки, на которой стремительно возводились деревянный настил и трибуны для зрителей.

- Если только? - спросил Виллеруа, нетерпеливо вскинув голову.

- Если он сочтет это возможным. Все мы так или иначе связаны с высшим долгом. Обвинение турецкого паши или даже кого-то из его окружения в похищении девицы может оказаться чреватым для дипломатических отношений двух государей. А этого ни префект полиции, ни кто другой не может себе позволить. Боюсь, Ваше Сиятельство, что Вы столкнетесь с вежливым непониманием. И отказом.

- Пусть так, - вздохнул Франсуа, чувствуя возраставшее нетерпение в ногах, едва стоявших на месте, - Но, если я не сделаю ничего, то буду до конца своих дней страдать от угрызений совести. Что если я единственная надежда для той девушки? Неужели Вы не спасли бы христианскую душу от такого позора?

Сказав это, он покраснел как рак и быстро опустил глаза в пол, стыдясь того, что напомнил мадьярам о долге, тогда как каждый из них сделал гораздо больше за свою жизнь, чтобы спасти не одну христианскую душу.

- Мне нужно идти, -
буркнул он, смутившись, и толкнул дверь сильнее, - Спасибо, князь! Я всегда к Вашим услугам, что бы Вам не понадобилось! - сказал он на прощание и отвесил еще один формальный поклон, прежде чем удалиться и броситься бежать по анфиладе залов и галерей назад к лестнице для прислуги, чтобы как можно скорее попасть к потайному выходу из дворца.

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход. //

26

Отправлено: 10.05.17 00:27. Заголовок: После ухода маркиза,..

После ухода маркиза, князь отослал всех кроме Шерегия из своей комнаты, пожелав предаться благочестивым думам прежде чем встретиться лицом к лицу с послом своего злейшего врага. Никто и не подумал подвергнуть сомнению намерение князя обратить свои помыслы к самой пречистой деве, в глубине души каждый из его верных гайдуков был готов вознести самые горячие молитвы. Но только затем, чтобы попросить небеса благословить их клинки на истребление басурман.

Несколько минут молчания оказались гораздо томительнее для Ференца, чем часовая месса во дворцовой часовне. Кровь закипала в его груди, не позволяя сосредоточиться на размышлениях ни на секунду. Промедление перед выходом делалось пыткой для его деятельной натуры, а решение, как повести себя так, чтобы не в самый важный момент не поддаться закипавшему внутри желанию перерезать горло турецкому посланнику, все не приходило.

- Миклош, - наконец заговорил князь, с тяжелым вздохом высвобождая клинок из ножен, чтобы с громким лязгом вновь вогнать его туда, - Что скажешь?

- Надо идти, мой князь. Все соберутся там. На крыльце. Вы не будете один.

- Как это?

- Там будут англичане из свиты королевы Генриетты, принц Луи де Монако со своей свитой... те же испанцы наверняка высунутся из своей норы, чтобы взглянуть на турецкого посланника.

- Ты полагаешь? Они ведь проигнорировали прием посла у королевы Анны, - с сомнением возразил Ференц, продолжая вынимать клинок из ножен с такой методичностью, что лязг металла делался похожим на зловещую мелодию, призванную устрашить врага перед решающим сражением.

- Сейчас выйдут все представители послов, если не сами послы. Это особенный прием, - пояснил Шерегий и отошел к двери, - Мне кажется, или я слышу голос нашего карлика?

- Зови, - обреченно прошептал Ференц, понимая, что никакие разговоры не спасут его от предстоявшего испытания, которое он обязан пройти без права на малейшую ошибку.

- Каринти! Веди этого мальца к князю! - выкрикнул Шерегий, просунув голову в соседнюю комнату.

- Тибор, шельмец, почему ты здесь? - спросил вошедшего карлика князь, нахмурив брови, - Что принес?

- Во-первых, про девицу Вашу прознали, князь, - заговорил Тибор, подступая ближе.

- Шляпу, - щелкнул его по затылку вошедший следом Каринти и карлик стянул замусоленную шляпу, скомкав ее в кулачках.

- Парнишка тот, который садовнику помогает, привел к сторожке девицу какую-то. Она что-то о плюще говорила. А сама глазами то стреляла, все на сударыню Вашу посматривала, словно узнала ее. Да может так и есть, кто ж знает, с кем эти девицы придворные якшаются.

- Что ты несешь? Какая девица? - воскликнул Ференц, мгновенно похолодев от мысли, что убежище Маританы было раскрыто какой-нибудь болтливой камеристкой, которая разболтает обо всем своим подругам, а те донесут сплетни до длинных ушей самого префекта.

- Так эта... черноглазая, брюнеточка из свиты Мадам. Вы к ней еще того мальчишку с цветами посылали, -
пояснил Тибор и поспешил перейти к главному, - Она сбежала. А за ней прибег кавалер один. Одет был в гвардейский мундир. По всему видно, что знатный вельможа, хоть и молод... ну, мальчишка ей-богу. Он то за девицей той и прибежал, вроде как.

- В гвардейском мундире? - переспросил Ференц, не веря своим ушам, - Неужели Виллеруа? Но... как? Он же здесь был. Только что.

- Так он был, - подтвердил Тибор, комкая шляпу, и вытирая лицо рукавом, - Еще я слышал собственными ушами, как он той девице сказал, что должен взять что-то и принести... - он опасливо посмотрел на князя, как будто раздумывая, следовало ли ему признаваться в том, что до службы при дворе он якшался с самим комиссаром Шатле.

- Кому принести? -
спросил Каринти, первым заметивший подозрительную паузу в рассказе карлика, - Так что ты там видел? Ты мне только про женщину говорил. А ну, выкладывай, что еще было?

- Женщина та меня выгнала, - огрызнулся карлик, - Я побежал за девицей, хотел припугнуть ее, чтобы не вздумала рассказывать о увиденном, а она меня как схватила, - глаза карлика потемнели от страха, - Грозилась, что проклянет. Прогнала.

- Так и прогнала? -
с мрачной улыбкой переспросил Ференц, но тут же посуровел и жестко схватил карлика за плечи, - А как ты хотел ту девушку припугнуть?

- Ну... пустяки... пригрозил я.

- Если с той девушки хоть волос упадет! - вскричал князь, но Шерегий и Каринти ухватили его за руки, что и спасло карлика от преждевременного освобождения от своей нечувствительной души, - Не смей. Никогда. Угрожать ей! - прорычал князь, вырываясь из рук друзей, так что тем пришлось с силой удерживать его в четыре руки.

- Кому тот гвардеец передать что-то хотел? -
спросил Каринти, чтобы только увести разговор от опасного для жизни карлика русла.

- Дегре, -
выпалил тот, позабыв про прежние страхи, - Комиссару Шатле. Он там. У дворца нашел. Труп.

- Что? Чей? - тут все трое мадьяр замерли и уставились на Тибора, а тот слегка придя в себя после пережитого страха, сглотнул и заговорил уже с большей уверенностью, - Попить бы... а то в горле то пересохло совсем. Так я и говорю, от сторожки меня прогнали. Я следом за той парочкой и пошел. Следил, значит. А у самой стены дворца, значит, - он многозначительно сглотнул, давая понять, что без глотка влаги продолжать не может.

Каринти тут же плеснул вина в кружку и подал ему, торопя досказать все до конца.

- Так там эта парочка начала плющ резать. Этот гвардеец значит шпагой махал, срезал плети потолще да подлиннее. А девица к себе в корзинку клала. Хвалила его. А еще больше говорила о турнире каком-то. Ну, а потом комиссар появился с собакой. Собака то труп и учуяла. Ну, комиссар девицу прочь послал. А меня, значит, собака его догнала. Я только и услышал, что гвардеец тот к Вашему Высочеству собирался. Так то вот.

- А убитый кто? - глухо спросил князь, отойдя от приступа гнева, - Девушка видела его? Испугалась?

- Нет. Ей не показали. Но, она то не робкого десятка, видать, - осмелев после нескольких глотков вина, Тибор похвалил на всякий случай черноволосую девицу, сообразив, что она, как и цыганская ворожея, была знакома князю, и небезразлична, - Она то и засобиралась уходить, дескать спешила к Мадам. И гвардейцу велела спешить тоже. А убитый... так я же сказал уже - турок это был.

- Значит, она увидела Маритану. Как не во-время же... А Франсуа... каким образом он там оказался? И ведь он же рассказывал о том самом турке, который преследовал беглянку, - проговорил Ференц, потирая подбородок, - И его нашли убитым...

- Боюсь, что ту женщину, которую маркиз так хочет спасти, тоже найдут... вскоре, - предположил Каринти и посмотрел в окно, - Пора выходить, мой князь. Все посольства собираются в Большой Приемной, чтобы встретить выход короля, а затем уже выстроиться на крыльце. Идемте. Вы будете не один. Мы с Вами.

Дворец Фонтенбло. Приемная Его Величества. 4


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Покои князя Ференца Ракоши. 3