Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Обеденный Зал. 3


Дворец Фонтенбло. Обеденный Зал. 3

Сообщений 1 страница 20 из 82

1

04.04.1661

    Огромный зал для парадных обедов королевской семьи и особых гостей.

2

Отправлено: 18.11.16 00:57. Заголовок: // Парк Фонтенбло. П..

// Парк Фонтенбло. Павильон Леды. 3 //

Не мешать личные дела со служебными, этому правилу Фуке старался следовать вопреки всем душевным порывам и тем соблазнам, которые открывались перед ним по мере восхождения по иерархической лестнице. Он уже давно потерял грань между личным и государственным, не раз прибегая к услугам королевской казны и приобретая ценные подарки для любовниц и шпионок на содержании, недвижимость в провинции и благосклонность благородных дворян, щепетильных ровно до тех пор, пока их дырявые кошельки не заставляли смеяться даже мышей. И только теперь, он начал осознавать, что все то время он неуклонно приближался к пропасти, глубину которой ему даже не постичь. Еще было время все исправить, убеждал о себя, пытаясь договориться с язвительным голосом проснувшейся совести. Еще были возможности вернуть все на свои места - доверие королевы-матери, благосклонность короля, уважение его фаворитки. Только понять, где именно он ошибся. Когда сделал тот роковой шаг, что поставил его на отвесную скалу над пропастью.

- Боже мой... если так пойдет дальше, я сам окажусь беглецом на краю гибели, -
прошептал Никола, опершись на балюстраду, украшавшую грандиозную лестницу в форме подковы перед главным вестибюлем дворца, - Я должен все это исправить... должен.

- Вам нехорошо, месье?

Участливый голос заставил его обернуться и вспомнить о том, что он был на виду у столпившихся в вестибюле придворных, следивших за ним из-за стеклянных дверей. Он оттер ладонью испарину со лба, достал кружевной платок и медленно вытер вспотевшие ладони. Все его тело трясло от холодного озноба.

- С чего Вы так решили, сударыня, - возразил Фуке и галантно поклонился стоявшей на три ступеньки выше молодой особе, игравшей пышным веером из страусиных перьев, - Мадемуазель де Меневиль, разве Вам не следует быть в обеденном зале?

- Я позволила себе потеряться в толпе, пока Ее Величество изволит прибывать, - кротко улыбнувшись ответила фрейлина и подала руку, - Вы проводите меня, виконт? В Вашем обществе я не рискую прослыть извечной потеряшкой. Но, скажите же, Вы правда в порядке? У Вас такое бледное лицо. Если так вообще можно сказать. Боюсь, что злые языки сказали бы, что на Вас лица нет.

- О нет нет, дорогая мадемуазель, это пустяки, - поспешил уверить ее и себя Фуке, воспользовавшись предложенной рукой, чтобы сыграть пришедшую ему на ум роль - счастливого дамского угодника, воркующего с очередной избранницей, кто из придворных сможет усомниться в его успехе?

- Ваш веер пришелся очень кстати к моему новому платью, виконт, - чуть тише произнесла де Меневиль, демонстративно раскрыв великолепный подарок.

- Вы оправдываете мою щедрость, дорогая, - двусмысленно улыбнувшись, ответил Фуке, стараясь придать своей улыбке романтичное выражение прежде чем слуги успели отворить перед ними двери вестибюля, - Позвольте, я проведу Вас прямо в обеденный зал. И Вам не придется теряться в толпе на задних рядах.

Это было не пустым предложением, ведь за места в первых пяти рядах перед королевским обеденным столом порой шла самая нешуточная борьба, прекращавшаяся только с появлением самого короля. Фуке, как министр и самый влиятельный при дворе человек после немногих принцев крови и маршалов, имел право стоять в первом ряду почти напротив королевского кресла. За ним обычно оставалось еще одно место на случай, если суперинтендант хотел представить королю кого-нибудь из соискателей монаршей милости.

- Его Превосходительство суперинтендант, виконт де Во, господин Фуке! -
объявил церемониймейстер, неодобрительно посмотрев на сопровождавшую виконта даму, - И мадемуазель...

- Де Меневиль, - шепнул Фуке, задержавшись на секунду в дверях под удивленными взорами уже собравшихся в зале придворных.

- И мадемуазель де Меневиль, - повторил церемониймейстер, делая себе заметку на память разузнать побольше о новоиспеченной пассии суперинтенданта.

- Идемте же, - Фуке подбодрил свою спутницу улыбкой и прошел вперед с видом хозяина и распорядителя торжеств.

3

Отправлено: 19.11.16 23:45. Заголовок: Осыпанный королевски..

Осыпанный королевскими милостями маршал де Невиль сиял как новенький луидор и блеск его улыбки не омрачила даже встреча с дочерью, Франсуазой де Виллеруа вдовой маркиза Отрив и отныне нареченной невестой герцога де Руже. Герцога - от одной только мысли о том, что теперь обе его дочери будут пристроены в весьма выдающиеся семьи королевства, де Невиль едва не пыжился от гордости. Конечно же, прежний супруг Франсуазы, покойный маркиз д'Отрив был весьма достойным, а главное, обеспеченным человеком, но у него было два существенных недостатка в сравнении с генералом де Руже - он был маркиз и он так и не сумел получить придворную должность, не смотря на то, что де Невиль сделал все от него зависящее, чтобы пристроить дочь в свиту молодой королевы. Впрочем, своей безвременной кончиной маркиз искупил все свои недостатки.

- Его Светлость Никола де Невиль маршал де Виллеруа! - объявил церемониймейстер и трижды ударил жезлом о металлическую бляшку в полу, отчего имя достойного царедворца прозвучало особенно звучно.

- Дорогой маршал, Вас можно уже поздравить? - поспешили к нему придворные дамы и даже некоторые из кавалеров, в основном те, у кого были дочери на выданье - отдать дочь во второй раз замуж, да еще и столь успешно - о, де Невили сделались предметом разговоров в обеденном зале, гудевшем от не умолкавших голосов еще за час до назначенного королем времени.

- О, господа... дамы... пока что я предпочитаю дать молодым насладиться этой новостью, - умело разыгрывая скромность отвечал де Невиль, одаривая расступавшихся перед ним придворных сияющей довольством улыбкой.

- Это произошло так неожиданно, господин маршал, Вы так не считаете? - раздался язвительный голос де Вилькье.

- Неожиданно? -
на тонких губах де Невиля заиграла таинственная улыбка, - О нет, это лишь хорошо разыгранная видимость внезапности. Мы все давно уже знали об этом.

- Даже маршал дю Плесси-Бельер?

Де Невиль чуть сощурил глаза и улыбнулся в ответ на язвительный тон с еще большей любезностью.

- Когда-то Каин сказал, что он не сторож брату своему, -
проговорил он и дружески, но весьма ощутимо пожал локоть де Вилькье, - Так вот, в случае с братьями де Руже это вовсе не так.

Оставив любителей скандальных сплетен смаковать полученные крохи новостей, де Невиль прошел вперед и занял полагавшееся ему по праву занимаемой должности и звучного титула место в первом ряду.

- О, господин Фуке! Вы уже здесь! И когда Вы только все успеваете, -
чисто ради вежливости герцог склонил голову на бок, приветствуя суперинтенданта, к слову, не поднявшегося выше титула виконта, прикупленного им вместе с поместьем и полуразрушенным замком Во-ле-Виконт, - Мадемуазель, - склонив голову перед хорошенькой фрейлиной из свиты королевы, де Невиль вновь превратился в само Очарование, не упустив момент, когда юная мадемуазель присела в почтительном реверансе, чтобы оценить по достоинству ее фигуру и великолепные волосы.

4

Отправлено: 20.11.16 01:10. Заголовок: Времени, назначенног..

Времени, назначенного Людовиком, едва хватило, чтобы прилечь на минутку. Анна давно замечает за временем эту странность: стоит только прикрыть глаза, и часы пролетают со скоростью секунд. Слава богу, она вдова, давно пережившая век женской красоты и тщеславия, так что долгие сборы и одевания уже позади. Разве что прическу подправить, освежить потекшие белила, добавить пудру, переменить кольца и нагрудный крест, недостаточно торжественные для предстоящего обеда перед всем двором, и велеть подать другой чепец с более воздушной вуалью. Сущие пустяки, но и они отчего-то съедают время с жадностью людоедов.

- Идут! – шепчет на ухо Моттвиль, и королева-мать вздрагивает, по-старчески суетливо поднимается с кресла. Хорошо, что молодежь не видит ее сейчас, Моттвиль отослала фрейлин вперед, и вокруг Анны только ее «старая гвардия» во главе с верной Ланнуа.

А ведь она не успела сообщить герцогине радостную весть.

Анна качает головой, сердясь на себя за забывчивость: Мари-Луиза заслужила от нее больше откровенности. Невзирая на возраст, герцогиня приняла опасную потерю близко к сердцу и даже рисковала собой, чтобы помочь своей государыне. Время летит, но преданные люди вокруг нее не меняются, и ради них еще стоит жить. Но главное, ради сыновей. Они еще так молоды, так…

Заплаканное лицо невестки – лишнее напоминание тому, как неразумны ее сыновья. Даже Луи, что же говорить о Филиппе. Глаз да глаз. Как знать, не придется ли ей вскорости утешать и малышку Генриетту-Анну так же, как сейчас утешает она Марию-Тересу.

Анриетт, Тереса. Дочери, которых подарил ей Господь. Жаль, что так поздно, но она все же успеет увидеть внуков. Если небо будет милостиво. Если…

- Вам не следует огорчать себя без нужды, дитя мое, это очень плохо для младенчика. Опять же, пусть Его Величество и был несколько горяч и не склонен к уступкам сегодня, он все же выказал вам достаточно нежности и внимания, чтобы простить ему эту мужскую слабость. Всякий муж желает быть королем в своем доме, но умная жена всегда отыщет способ добиваться своего, действуя обиняком. Вы научитесь, я уверена, и восторжествуете над всеми, кто нынче заставляет вас плакать. Терпение, дочь моя, терпение и ласка, против этого оружия Людовику не устоять. А вот слезы никуда не годятся, король не любит слез, не выносит. Улыбнитесь. Подумайте о ребенке в вашем чреве и улыбнитесь. Вы королева, и только вы можете подарить Франции то, в чем она нуждается – много здоровых, веселых принцев и принцесс во славу королевского дома.

Ласково журчит испанская речь, и старая королева тихонько гладит руку королевы молодой. Марию-Тересу трудно назвать ребенком, но иногда ее – Анна ищет слово и со вздохом выбирает «наивность» - превышает все, что можно было бы ожидать от двадцатидвухлетней женщины, выросшей при самом могущественном дворе Европы. Хотя, как знать, не в этом ли беда? Ее саму окунули в хитросплетение французских интриг в пятнадцать лет, не удивительно, что в возрасте Тереситы Анну уже никто не назвал бы наивной. А вот братец Филипп явно держал любимую дочь вдали от всех печальных реалий жизни. Не удивительно, что Тересе так тяжело, и что в монастырях, в которые возит ее свекровь, ей проще и понятнее, чем на пышных балах и маскарадах, устраиваемых Людовиком.

- Ее Величество королева Мария-Терезия! Ее Вдовствующее Величество королева Анна! – зычно вещает церемониймейстер, и Анна невольно морщится от звучных ударов жезла. О, этот этикет!

Взгляд ее скользит по расступающимся придворным, останавливается на сияющем лице маршала де Виллеруа. Вот кто чувствует себя героем дня, не подозревая о бурях, бушевавших в покоях бедняжки Тересы, и о том, сколько горя причинила королеве его старшая дочь, невольно или умышленно. За плечом герцога любезно улыбается Фуке и нервно переминается с ноги на ногу одна из ее фрейлин. Менневиль? Хм. Случайность, или?

- Забавно, - кивнув и Виллеруа, и Фуке, шепчет Анна семенящей рядом мадам де Ланнуа. – Все вперебой говорят о победах дю Плесси-Бельера, но отчего это я каждый день вижу с новой дамой не его, а нашего дражайшего суперинтенданта? Предупредите мадемуазель де Менневиль, что я крайне не приветствую знаки внимания со стороны этого человека. Который, кстати, женат, в отличие от маршала-во-языцех.

5

Отправлено: 20.11.16 23:46. Заголовок: Успевать в кратчайши..

Успевать в кратчайшие сроки переодеться или хотя бы создать видимость перемены в своем облике, перехватить стаканчик горячего отвара и не обжечься при этом, заесть горечь прописанных доктором лекарств сладким пирожным с кремом, и собрать свежайшие новости и сплетни - это было искусством. За годы придворной службы герцогиня де Ланнуа оттачивала его до совершенства и все-таки каждый раз строго выговаривала самой себе за недостаточную расторопность. Одна шпилька, на прикалывание которой ушли драгоценные секунды, могла стоить услышанной в приемной королевы-матери новости или же минутной беседы с дежурившим возле покоев Ее Величества сержантом Дезушем. Ни тем, ни другим герцогиня никогда не пренебрегала, как бы время не заставляло ее спешить.

Вот и на этот раз перед тем как вернуться в покои Анны Австрийской, мадам де Ланнуа успела мельком переглянуться со швейцарцем и уловить краем уха его лаконичный до невозможного доклад:

- Виллэма не нашли во дворце. А убитый турок оказался вовсе не турком. Подозрения есть, что это и есть управляющий. Но, пока это лишь подозрения. Я видел, как маршал дю Плесси-Бельер и лейтенант дАртаньян отправились в казармы опознавать тело.

- Но, они еще не уверены? - уточнила мадам де Ланнуа, оглядываясь, не стоял ли кто-нибудь слишком близко к ним.

- Нет, мадам. Пока нет.

Поблагодарив сержанта, герцогиня поспешила присоединиться к старшим дамам из свиты королевы-матери, которые уже были вызваны в ее личные покои. Успевать везде и повсюду - это было не только искусством ради искусства, но и необходимостью - ведь только так герцогиня могла доставить своей королеве все сведения загодя, до того, как о них заговорят во всех галереях дворца. Впрочем, эта способность была присуща не только ей - сама Анна Австрийская никогда не позволяла себе ни минуты дольше того отдыха, который предписывали ей строгие медики, и никогда не заставляла себя ждать. Вот и на этот раз, герцогиня не успела поделиться с королевой даже самыми незначительными, неопасными для посторонних ушей новостями, когда Ее Величество была готова к выходу. Оставалось лишь надеяться на то, что у нее будет возможность шепнуть на ухо королеве-матери важные новости до того, как в обеденном зале появится сам король.

В приемной королевы Марии-Терезии уже столпились придворные дамы и королевы, готовые сопровождать обеих королев к обеду. Молодая королева вышла почти в одно время со свекровью. Краем глаза герцогиня заметила шедшую рядом с Марией-Терезией графиню де Суассон. Какой контраст! Неживое и неестественно белое лицо королевы ярко контрастировало со слегка разрумянившимся лицом графини. В ее карих глазах играла теплая улыбка, такая, которую щедро отдают влюбленные и те, кто любимы.

Стараясь не отвлекаться от своих прямых обязанностей подле королевы-матери, герцогиня, поспешила следом за королевой и вошла в обеденный зал почти наравне с графиней де Суассон, которая так же как и первая статс-дама королевы-матери шла на шаг позади молодой королевы.

Большой и красиво убранный обеденный зал всегда поражал Мари-Луизу своим величием. Блеск позолоты и отражения света в зеркалах усиливали впечатление грандиозности, как и волна шорохов и приглушенных разговоров, возобновившаяся по мере того, как обе королевы проходили мимо склоненных в поклонах и реверансах придворных кавалеров и дам.

- Господин виконт старается преуспеть и на этом поприще, - ответила  мадам де Ланнуа на насмешливую реплику королевы-матери и вслед за Ее Величеством кивнула Виллеруа-старшему и Фуке, - Все же, гораздо лучше, если говорят о победах, а не о поражениях, в чем бы они ни были. Мадемуазель де Менневиль скорее всего оказалась жертвой сию-минутного плана привлечь к себе внимание кого-то более важного, - предположила она, кивнув в сторону боковых дверей, в которых появились герцог де Руже и вдовствующая маркиза дю Плесси-Бельер, - А ведь казалось, что этой дружбе ничто не могло навредить. Должно быть, маркиза так и не простила виконту его шутку во время королевской охоты.

Как странно было видеть осунувшееся после практически бессонных ночей лицо Армана де Руже таким суровым в полную противоположность счастливо улыбавшемуся отцу его невесты. Уловив момент, когда взгляд генерала оказался обращенным к королеве-матери и затем к ней самой, герцогиня чуть приподняла голову и послала ему едва заметную улыбку.

- Кстати, Ваше Величество, до меня дошел слух, что управляющего месье виконта так и не нашли во дворце. А тот турок, из-за которого было назначено срочное совещание Королевского Совета, оказался и не турком вовсе, - быстрым шепотом проговорила мадам де Ланнуа, спеша довести до сведения королевы-матери то немного, что ей удалось узнать у Дезуша.

6

Отправлено: 21.11.16 00:36. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Покои и приемная Ее Величества Марии-Терезии. 3 //

Если обе королевы прошествовали мимо герцога де Виллеруа с легким поклоном, то Олимпия отнюдь не собиралась упускать такую возможность добавить парочку гвоздей в укрепление дружбы с набирающим силу семейством.

- Мой дорогой герцог! – вполголоса, как умеют лишь опытные царедворцы, воскликнула она, останавливаясь перед Невилем-старшим и протягивая ему сразу обе руки с сияющей улыбкой. – Позвольте мне поздравить вас с приятнейшим событием. Такой удачный союз – кто бы мог подумать!

Действительно, кто бы? Еще сегодня утром все думали совершенно иное и наверняка старались держаться подальше от Виллеруа. Так, на всякий случай – мало ли, что ждет человека, решившегося просватать дочь за узника Бастилии. Воистину, Фортуна вертится с непредсказуемой капризностью.

- Какая жалость, что мадам Отрив не с вами. Но вы непременно передайте ей мои наилучшие пожелания и скажите, что я от души рада ее счастью.

Улыбка графини в этот момент отдавала толикой лицемерия, но Виллеруа никогда не отличался особой проницательностью, когда речь шла о похвалах и подозрениях. К тому же, за него Олимпия радовалась вполне искренне – герцог и сам не подозревал, каких неприятностей избежал и он, и его неблагоразумная дочь.

- А вот и счастливый жених, - Олимпия кивнула в сторону дверей, в которых показался герцог де Руже, и даже умудрилась не поморщиться при виде его матери. – Надеюсь, у меня еще будет время поздравить и его – потом. Ба, мне следует поспешить. Оставляю вас с вашим счастьем, Ваше Сиятельство.

Однако надо побыстрее догонять Их Величеств – если вокруг Виллеруа начнет собираться все семейство де Руже, включая…

Она повернулась к Фуке, и улыбка ее заметно похолодела, хотя чудом удержалась на губах. Суперинтендант под руку с девицей Менневиль? Как интересно. И как хочется обернуться, чтобы увидеть выражение лица мадам дю Плесси-Бельер при виде этой пары. Неужели между Фуке и его музой, наконец, пробежала кошка?

Прелестная фрейлина королевы-матери небрежно играла дорогим веером, и Олимпия, проходя мимо, сделала зарубочку на память – не забыть сознаться Людовику, что она отправила в Париж курьера с поручением заказать три расписных веера для королевы – с Лувром, Фонтенбло и Сен-Жерменом вместо злополучного Алькасара, уплывшего в пухлые ручки малышки Лючии. Разумеется, дарить веера испанке она не станет, для этого у той есть законный супруг, более всех прочих заинтересованный в том, чтобы его королева как можно скорее забыла свою мрачную родину и сделалась доброй француженкой, как его мать.

7

Отправлено: 23.11.16 00:22. Заголовок: Народу прибывало все..

Народу прибывало все больше и в зале начинала чувствоваться та особенная духота, которая даже при потоке свежего воздуха из распахнутых настежь окон заставляла сердца биться чаще, а дыхание заходиться в волнении. Никола сдержанно улыбнулся, заметив несколько косых взглядов, брошенных на де Менневиль, обмахивавшуюся новым веером. Безделушка, по цене далеко превосходившая выходные наряды многих из дам, которым не посчастливилось оказаться в первых рядах, привлекала внимание, впрочем, как и хорошенькое лицо ее обладательницы. Фуке радовался про себя неожиданному везению и тому, как внезапно чаша весов его удач и неудач начала выравниваться. Даже триумфальное шествие маршала де Невиля, шагавшего во главе свиты из новоиспеченных прихлебателей, почуявших новую кормушку, не затмило блеск собственной удачи в глазах суперинтенданта. Он рассеянно слушал величественную болтовню маршала де Невиля, посмеиваясь про себя над нелепыми попытками герцога выставить более чем неожиданную помолвку свой дочери как давно известный ему факт. Кто именно из двух братьев заметал следы во всей этой истории, для Фуке оставалось загадкой, но он был уверен в том, что не обошлось без советов самой Сюзанны де Руже.

"Сюзон... Сюзон... если бы ты только рассказала мне, возможно, твоему младшему сыну не довелось бы побывать гостем у господина де Безмо. А старшему не пришлось бы расстаться со свободой," - думал про себя Фуке, когда увидел обращенное к сияющее довольством лицом де Невиля.

- О, господин маршал, -
он вежливо склонил голову перед герцогом, отвечая на приветствие, - Я обязан успевать везде, - произнес Фуке, словно не услышав в реплике нестареющего великосветского повесы недвусмысленного намека на новую пассию, появившуюся в его обществе, - Таков долг министра.

"Скорее бы уж Людовик согласился с необходимостью назначить первого министра. Меня, конечно же. Все эти его игры в государя заходят уже слишком далеко. Будь та шкатулка в моих руках, я бы ускорил этот процесс... ах, не следовало доверять перепрятывать ее Виллэму... он и без того слишком много знает о моих делах. А что если ему придет в голову вскрыть тайник? Этот болван даже не подозревает, что все рухнет при первом же щелчке замка... "

Внезапный шепот, пронесшийся по залу, привлек слух виконта - "Де Руже, тот самый? Да, это брат маршала дю Плесси... а эта дама с ним, это их мать вдовствующая маркиза дю Плесси-Бельер". Никола начал озираться, ища глазами знакомый силуэт, но было слишком поздно - церемониймейстер уже объявил о приходе обеих королев и все присутствующие разом повернулись к центральным дверям, склоняясь в глубоких поклонах и реверансах перед вошедшими рука об руку Анной Австрийской и Марией-Терезией.

Доставшийся ему от королевы-матери вежливый кивок обжег по лицу куда ощутимее, чем слова королевской немилости. О, такие вежливые взгляды всегда были чреваты куда большей бедой - тайной немилостью. Неужели королева-мать все еще не простила ему промах с попыткой очернить имя королевской фаворитки? А вот, кстати, и сама она! И все они, и королева-мать, и королева, и даже графиня де Суассон смотрят не на него, а на все еще склоненную в реверансе де Менневиль.

"Черт, надо было оставить ее в задних рядах... этот веер, будь он неладен, слишком привлекает внимание," - мелькнула в голове Никола запоздалая мысль. Он отвесил вдвойне почтительный поклон перед уже прошедшей мимо него королевой, и позволил себе улыбнуться посмотревшей в его сторону де Суассон - пока она царила в сердце короля, не следовало превращать ее в помеху своим планам из-за пустой вражды. В конце-концов, ведь она женщина и как все женщины падка на лесть и красивые подарки, сделанные и поднесенные со вкусом. "А пусть и ей достанется толика внимания," - решил про себя суперинтендант, - "Посмотрим, сумеет ли мазаринетка отказать себе ради пустой обиды."

Сама того не подозревая мадам де Суассон помогла виконту отыскать в зале Сюзанну де Руже, указав на нее и ее старшего сына счастливому отцу невесты генерала. Впрочем, уже через минуту в этой помощи не было бы надобности - генерал сам подошел к герцогу де Невилю для церемонного представления своей матери.

- Сюзон, - сорвалось с губ Никола, против воли, слишком долго задержавшего свой взгляд на лице, точнее, на глубоких синих глазах вдовствующей маркизы.

- Вы снова бледны, виконт, - шепотом заметила ему де Менневиль, - В первых рядах царит такая духота... и так тесно, - она многозначительно посмотрела в сторону королевы-матери, что-то говорившей шедшей подле нее герцогине де Ланнуа, - С Вашего позволения, виконт, я оставлю Вас и перейду ближе к окнам... там воздух свежее.

- Да, пожалуйста, - рассеянно ответил ей Фуке, не обратив внимания на полный ожидания взгляд молодой девицы, решительно ему было не к чему разыгрывать свою роль удачливого кавалера дальше - в глазах Сюзанны де Руже он прочел ту знакомую ему отстраненность, которая свидетельствовала о том, что она уже все поняла и ей все равно.

8

Отправлено: 25.11.16 01:24. Заголовок: Мари-Луиза де Ланнуа..

Мари-Луиза де Ланнуа

- Должно быть, маркиза так и не простила виконту его шутку во время королевской охоты, - едко замечает Ланнуа, и Анна согласно кивает.

«Как жаль, что то была лишь шутка», - вертится у нее на языке, но мелочная язвительность не к лицу Габсбургам, это сугубо французская выдумка, и Ее Величество лишь снисходительно усмехается, давая понять, что тонкий намек ее наперсницы услышан и оценен по достоинству.

- Мадам дю Плесси-Бельер без меры переживает за своих сыновей, так что не вижу ничего странного в том, что ее отношения с суперинтендантом так заледенели. Особенно после ареста маршала. Не удивлюсь, если она винит Фуке во всех бедах, свалившихся на ее любимца, включая его недолгий визит в Бастилию. Ничего, вот женит обоих, и…

Не закончив фразу, Анна горестно поджимает губы. Женатые сыновья, как показывает опыт, не такое уж счастье. Как только в жизни сына появляется другая женщина, мать тут же сходит с пьедестала и теряет привычную власть. Само собой, внуки должны с лихвой вознаградить ее за принесенную жертву, и первого осталось ждать уже недолго. Да и Филипп – добрый мальчик, он тоже постарается порадовать старуху-мать как можно скорее. И все же…

- Правда, свой шанс женить маршала бедная женщина сегодня упустила, и я могу ей только посочувствовать, потому что столь же удобный случай может подвернуться нескоро.

Быстрый взгляд в сторону мадам де Ланнуа подтверждает подозрения: Мари-Луиза вовсе не расстроена тем, что ее крестник остался без выгодной во всех отношениях партии, и, должно быть, потому меняет тему.

- Турок, который не турок? Но кто же он тогда? Воистину, моя дорогая, вы сегодня загадочнее Сибиллы. Кому же это вздумалось рядиться в турецкое платье, хотелось бы мне знать?

Не то, чтобы эта история щекотала любопытство старой королевы, но она достаточно поднаторела в политике под чутким руководством Мазарини и понимает, что, даже ряженый мертвец чреват дипломатическими осложнениями, ведь тот, кто его убил (при условии, что это и впрямь убийство), мог искренне поверить в маскарад.

– Уж не намекаете ли вы, мадам, что поддельный турок был тем самым управляющим? Мне плохо верится в подобное совпадение. Вряд ли Фуке держит у себя на службе дураков, а умный человек, будучи пойманным с поличным, наверняка постарается убежать как можно дальше от места преступления. Этот управляющий наверняка уже в Париже, где его днем с огнем не сыщешь.

Какая жалость, что этикет не позволяет ей сесть до того, как в зал войдет Людовик. Невестке хорошо, у нее ноги молодые, здоровые, а вот Анна с наслаждением опустилась бы в удобное кресло, приготовленное специально для нее. Но король заставляет себя ждать. То есть нет: беглого взгляда на часы, украшающие великолепный мраморный камин, довольно, чтобы убедиться в том, что Людовик не задерживается, это они пришли чуть раньше, чем следовало. Вон и Филиппа с Анриэтт покамест нет, и даже Монпансье не соизволила еще украсить своим явлением двор.

- Душно здесь, - замечает Анна, разворачивая веер, и вокруг нее тотчас раскрывается добрая дюжина вееров, мгновенно создав маленький сквозняк.

9

Отправлено: 26.11.16 01:24. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Покои рядом с Опочивальней Короля. 4 //

Деликатное присутствие служанки компаньонки герцогини де Ланнуа и сдержанность их обоих превратило сватовство и согласие на замужество в обыденный обмен любезностями. Связанные молчаливым согласием душ нареченные почти не говорили друг с другом, словно их помолвка и помощь самого короля не имели никакого значения. Да и стоило ли больше говорить, когда они все знали с того момента, как встретились? Все что им было нужно, всего лишь несколько минут вдвоем, робкое пожатие рук, пока мадемуазель Элоиза де Шанье делала вид, что была занята распутыванием узелков в шитье мадам де Ланнуа. И даже тех минут хватило Арману, чтобы понять, какой огромный груз свалился с его плеч, и еще больше оценить то, что сделал для него его брат. Не случись всей этой суматохи с его арестом и вынужденной помолвкой, как знать, когда бы герцог решился сам заговорить о женитьбе и просить руки маркизы Отрив. Генерал, так и не добившийся армии под своим собственным командованием, придворный без должности и будущего - он и не надеялся на то, что герцог де Невиль согласится отдать свою дочь за него. А спросить саму Франсуазу он не решился бы из опасения, что вынудит ее на неловкий отказ, ведь ему казалось, что жизнь при дворе тяготила ее и отвратила от всякой мысли о повторном браке.

Встреча с матерью прошла еще более скованно. Мадам де Руже приняла сына в будуаре, где она сидела, разбирая письма и счета. Казалось, будто бы в их семье ничего не произошло и за последние три дня ничего не менялось вовсе - вдовствующая маркиза приняла весть об отказе младшего сына жениться даже ради собственного спасения с ледяным спокойствием. Оно сделалось пугающим, когда в синих глазах их матери Арман не нашел отклика на принесенную им новость о его собственной помолвке. Словно лед сковал сердце Сюзанны де Руже, настолько беспристрастным и неподвижным было ее лицо, когда старший сын объявил о своем намерении жениться. И только слова о том, что Франсуаза приняла его предложение и согласилась сделаться герцогиней де Руже, сумели растопить этот лед. После всего того, во что она заставила окунуться бедную молодую вдову, Сюзанна де Руже чувствовала на своих плечах груз ответственности за ее сломанную судьбу. Новость о помолвке и скорой женитьбе, когда оба нареченных желали того и ждали, вернула тепло в материнские глаза. Только в тот момент Арман понял, что слишком рано осудил мать за поспешные и корыстные решения, в которых Франсуазе отводилась роль разменной пешки.

Приглашение на королевский обед нисколько не удивило и не взволновало мадам де Руже. Она приготовилась к выходу за то короткое время, которое понадобилось Арману для того, чтобы переодеться с дороги и привести себя в порядок. На ее лице он видел торжественную решимость. Но к чему же? Этот вопрос он задавал себе до того самого момента, когда они вошли в обеденный зал через боковые двери. Де Руже увидел все ответы в глазах матери, обращенных к толпе, собравшейся напротив королевского обеденного стола. Там в первом ряду стояли маршал де Невиль. а по правую руку от него Никола Фуке. Во взгляде, который его мать обратила на Фуке, не было и толики былой дружбы или хотя бы снисхождения. Холод и безразличие.

- Пройдемте к маршалу де Невилю, -
предложил Арман, понимая, что не мог избегать прилюдно встречи с со своим будущим свекром только из-за того, что рядом с ним стоял человек, которого его мать, справедливо или нет, считала средоточием всех бед, свалившихся на головы ее сыновей.

Церемониймейстер объявил о выходе обеих королев и вместе со всеми придворными герцог де Руже и его мать склонились в почтительных поклонах, чувствуя на себе взгляды королев и дам их свиты, следовавших за ними. Следовало перейти к де Невилю тотчас же, прежде чем в зал войдет сам король и любые передвижения будут сочтены за непочтительность к его присутствию.

- Идемте, мадам, - шепнул де Руже и постарался придать своему лицу ту живость и шарм, которыми несомненно обладал его младший брат. О, если бы он умел так же ловко лавировать между штормовыми валами в этом океане людских страстей, как это делал Анрио. С какой остротой Арман вдруг почувствовал, что ему не хватало присутствия маркиза, его насмешливых реплик, шуточек и неуловимой улыбки в синих глазах.

- Надеюсь, что маркиз вскоре появится тоже. Он задержался, чтобы отдохнуть. Таков был приказ короля, -
счел за необходимое пояснить де Руже, хотя прекрасно понимал, что их матери лучше всех известно, что маркиз дю Плесси-Бельер никогда не опаздывал без причины - будь то его легкомысленная прихоть или в самом деле приказ короля.

- Дорогой герцог, - тихо, но достаточно внятно приветствовал Арман де Невиля и отвесил короткий поклон, - Позвольте представить мою матушку. Вы наверняка знакомы, но мадам де Руже не так давно вернулась ко двору. Могу ли я рассчитывать на Ваше согласие как отца мадам Отрив, месье? - еще тише спросил он, хотя, довольный и сияющий вид, с каким встретил его де Невиль, свидетельствовали о полном и безоговорочном согласии выдать дочь за него.

10

Отправлено: 27.11.16 02:26. Заголовок: Пока Марии-Терезии н..

Пока Марии-Терезии не требовались ее «услуги» за обеденным столом, Олимпия отошла к окну, откуда удобно было наблюдать за всем залом. Собственно зал ее особо не интересовал, а вот Фуке с Виллеруа, увы, с этой во всех прочих отношениях выгодной точки видны были только со спины. Зато подошедший к ним де Руже в сопровождении матери был как на ладони. Лицо у маркизы было… мертвое. Да, по другому и не скажешь. Мадам де Руже чуть оживилась в ответ на бурное приветствие будущего свата, но это был недолгий всплеск жизни. Странно, Олимпия ожидала увидеть если не радость от столь счастливого разрешения эпизода с Бастилией, то хотя бы облегчение, а по виду маркизы можно было подумать, что ее младшего сына сослали как минимум в Пиньероль, а старшего вынуждают жениться на одной из карлиц королевы. А вот на Фуке вдова не смотрела вовсе – сколько не вглядывалась графиня, ни единого движения ресниц в сторону суперинтенданта разглядеть не удалось.

Но наблюдения за мадам де Руже были прерваны маневрами мадемуазель де Менневиль, которая с появлением маркизы заторопилась оставить общество Фуке. Восхитительная деликатность. Мадам де Суассон улыбнулась пробирающейся в ее сторону фрейлине – если в свите молодой королевы у нее не было ни одной родственной души, только возможная союзница в лице баронессы дю Пелье, то с фрейлинами королевы-матери она была дружна с момента их появления при дворе. И пусть Катрин де Менневиль не была столь же близкой подругой Олимпии, как Бенинь де Фуйю, их отношения до сих пор оставались более чем доверительными. Вот и сейчас в ответ на улыбку графини Менневиль просияла и уже прямиком направилась к ней.

- Надеюсь, ты не с посланием от суперинтенданта? - раскрывая веер, чтобы прикрыть лицо от любопытных глаз, осведомилась Олимпия. – Если он прислал тебя с извинениями, то можешь передать ему, что я возвращаю их нераспечатанными.

- Извинениями? – красивые глаза Менневиль округлились от удивления, но тут же сузились совсем по-кошачьи. – А, ты об этой истории на охоте? Полно, об ней все давно позабыли. Неужели ты все еще дуешься на виконта за эту невинную шутку? Да еще такую лестную – я бы отдала целое состояние за то, чтобы в мои трофеи записали самого дю Плесси-Бельера.

- К несчастью, маршал не интересуется незамужними девицами, способными потащить его к алтарю, так что твоему состоянию ничего не угрожает, - усмехнулась Олимпия, прекрасно знавшая, что Менневиль бедна, как церковная мышь, и живет тем, что продает драгоценности, подаренные ей когда-то престарелым герцогом де Данвилем, пообещавшим красавице жениться на ней в течение года и уже четвертый год не спешившим выполнять обещанное. – И я, в отличие от тебя, отнюдь не нахожу шутку Фуке невинной. Скорее злой, если не хуже. Столь гнусная ложь – и после всего, чем он обязан моей семье!

- Шшш, - Менневиль нервно распахнула веер, словно хотела прохладным ветерком угомонить назревающую бурю. Не стоит так сердиться. Тем более, если виконт солгал. Но неужели он солгал? Это на него не похоже. Виконт слишком умен, чтобы бросаться непроверенными слухами, особенно при короле. И потом, он ведь сказал, что видел…

- Он. Ничего. Не видел, - в голосе мадам де Суассон зазвенела сталь. – А то, что видел, извратил до невозможности, нарочно, чтобы погубить меня в глазах короля и королевы-матери. И ты предлагаешь считать это милой шуткой? Черная неблагодарность, вот чем я это считаю. Причем бессмысленная. Неуклюжую попытку дю Плесси добиться моей благосклонности я понять могу – ему хотелось бы любой ценой избавить Его Величество от моей дружбы и открыть дорогу новым звездам на придворном небосклоне, но он просчитался. Но что выиграл бы Фуке?

Катрин де Менневиль так энергично замахала веером, что на груди у Олимпии зашевелились тонкие кружева. Судя по лицу фрейлины, какая-то мысль беспокоила ее, просясь наружу, но та никак не могла решиться.

- Королева-мать
, - наконец, вымолвила она чуть слышно.

- Что? Фуке сделал это ради королевы-матери? – шепот Олимпии тоже сделался на два тона ниже.

- Не Фуке. Дю Плесси, - Менневиль быстро глянула на нее поверх веера и чуть пожала плечами. – Я слышала, как Ее Величество поручила маршалу скомпрометировать тебя. Так получилось... случайно.

- О, - только и сумела выдохнуть графиня, поднимая собственный веер почти до самых бровей, чтобы спрятать то, насколько глубоко вонзилась эта конкретная стрела.

- Ты… ты ведь не станешь рассказывать об этом? – заволновалась фрейлина, напуганная наступившим (и затянувшимся) молчанием. – Если королева-мать узнает…

Олимпия отрицательно качнула головой, не находя в себе сил произнести вслух хотя бы слово. Так что же, все объяснялось так просто? Поручением королевы-матери? Так может, и пропажа курьера, якобы отосланного за ней из Фонтенбло, была делом рук дю Плесси…

Улыбаться. Что бы ни случилось.

Она сложила веер и улыбнулась мадемуазель де Менневиль. Вот так. Отлично. А теперь – голос.

- Спасибо. Само собой, я не стану кричать об этом на всех углах, но ты мне очень, очень помогла. Кстати, мой парфюмер прислал мне свежую партию помады, притираний и румян – вам с де Фуйю надо непременно заглянуть ко мне на чашечку шоколада.


- И партию в карты,
- чуть не захлопала в ладоши Менневиль.

- И карты, - вздохнула Олимпия, понимая, что одной помадой ей не отделаться, придется проиграть еще и десяток-другой пистолей за драгоценные сведения. Само собой, ничего случайного в том, что Менневиль, как и другие фрейлины, подслушивала все подряд, не было - вот только успела ли она поведать об этом еще и Фуке, который явно подарил ей дорогой веер не за красивые глаза? Скорее всего, успела, и господин суперинтендант решил перехватить инициативу у дю Плесси и лично угодить Анне Австрийской. Звезды, что за мерзавцы - оба!

11

Отправлено: 29.11.16 21:36. Заголовок: - Мадам дю Плесси-Бе..

- Мадам дю Плесси-Бельер без меры переживает за своих сыновей, так что не вижу ничего странного в том, что ее отношения с суперинтендантом так заледенели. Особенно после ареста маршала. Не удивлюсь, если она винит Фуке во всех бедах, свалившихся на ее любимца, включая его недолгий визит в Бастилию. Ничего, вот женит обоих, и…  - Ее Величество не договорила то, что собиралась сказать, а герцогиня деликатно отвела взгляд в сторону, сделав вид, что не заметила эту внезапную паузу, в словах королевы.

- Боюсь, что да, Ваше Величество, - согласилась герцогиня, так же обратив взгляд на бледное и несколько осунувшееся лицо маркизы де Руже. Поразительно, как всего за несколько дней переживания и горе, испытанные из-за несчастий младшего сына, заострили четы ее лица, в ней с трудом можно было узнать прекрасную музу, вдохновлявшую поэтов и литераторов, обласканных Фуке.

- Вопрос только, хотела ли мадам де Руже действительно женить маршала, -
тихо проговорила мадам де Ланнуа, решившись на откровенность, - Мне показалось, что это был скорее шаг, сделанный из отчаяния, ради спасения его от Бастилии. Все-таки, хорошо, что этот брак не был допущен. Бедной Франсуазе дОтрив этот союз был совершенно не по сердцу. Она согласилась уступить сватовству только из расположения к герцогу де Руже, а не из любви к его брату. К счастью, все это уже дело прошлого.

Она все-таки не удержалась от новых попыток выгородить Франсуа-Анри. Но зачем? Кого она пытается убедить в его благонадежности, не саму ли себя? Мари-Луиза невольно обратила взор к одному из гобеленов, украшавших стены обеденного зала, одному из немногих во дворце Фонтенбло, на которых была изображена сцена из Писания, а не полунагие наяды, дианы или прочие греческие небожители. Верила ли она сама в благородство и надежность своего крестника или каждый раз повторяла самой себе и подспудно королеве-матери слова в его защиту, чтобы убедить себя? Чем на самом деле был вызван гнев Марии-Терезии? Скрытность маршала оказывала плохую услугу не только ему самому, но и тем немногим, кто хотел бы помочь ему. Но, полно мыслей о неблагодарном мальчишке, позабывшем о манерах и приличиях - мадам де Ланнуа поджала губы, напомнив себе, что не смотря на всю ее нежную любовь и заботу о маршале, он даже не соблаговолил прислать записку с пожеланиями здоровья, не говоря уже о том, чтобы заглянуть к почтенной крестной хоть на минутку.

- Ах да, турок, - Мари-Луиза быстро оглянулась, оценивая степень громкости раздававшихся в зале разговоров, и тихо зашептала, повернув лицо к королеве-матери, - То, что этот человек был переодет в турецкое платье, уже доказано. Маршал дю Плесси и лейтенант дАртаньян лично заняты этим делом. Есть подозрения, что это управляющий, - голос герцогини понизился до едва слышного шепота, - Но, лично мне кажется, что это не он. Но и в то, что он рискнул бы отправиться в Париж, когда на всех дорогах выставлены посты, я не верю, Ваше Величество. Этот человек где-то здесь. Во дворце. Или может быть в окрестностях. Ведь в парке есть несколько павильонов, которые собирались реставрировать, но так и забросили. Может быть он скрывается в одном из них? Вы слышали о том, что господин, - в выдохе, сделанном герцогиней можно было лишь с трудом уловить имя суперинтенданта, она тут же обернулась назад, заметив лакея, раскладывавшего на треножнике столовые приборы, - Частенько наведывался в один из этих павильонов. И даже не один. А часом раннее мне удалось услышать крайне любопытную вещь, - тут мадам де Ланнуа не удержалась от легкой усмешки, - Люди префекта пытались обыскать один из павильонов, кажется, тот, который называется Павильон Леды. Они не застали там самого господина Ф, зато, наткнулись на компанию мадьяр, обедавших там на правах гостей. Они сказали гвардейцам, что месье Ф передал павильон в распоряжение князя для его свиданий. Это конечно же пустяк. Но, вот что странно, Ваше Величество, я не замечала особенной симпатии между князем и господином Ф. Скорее очень даже наоборот.

Холодный ветерок, поднявшийся из-за колыхавшихся вокруг них вееров, обдал щеки герцогини приятной прохладой, но тут же заставил загореться в румянце. В зале и правда становилось душно. Не потому ли графиня де Суассон предпочла отойти к распахнутому окну? Или для того, чтобы переговорить с новой пассией суперинтенданта? А ведь они были давними подругами с де Менневиль. Неистребимое любопытство заставило герцогиню де Ланнуа обратить все внимание к беседовавшим у окна дамам, но расстояние и неумолчный гомон голосов не позволили ей услышать ни слова.

- Надеюсь, что кроме этих новостей все остальные будут более определенными. И уж точно положительными, - проговорила мадам де Ланнуа, перебирая в уме, не забыла ли она упомянуть еще о чем-то важном. Ах, эта суетная жизнь придворной дамы с постоянной необходимостью спешить и все равно никогда не успевать загодя. Что-то важное она явно упустила, но что же? И главное, что привезли из Парижа оба брата де Руже? Герцогине хватило всего одно взгляда в лицо Армана, когда тот заглянул в комнату к мадам Отрив на минуту, чтобы почувствовать, что случилось нечто еще более важное, чем их помолвка. Но что же?

12

Отправлено: 29.11.16 23:53. Заголовок: Милостивая улыбка, о..

Милостивая улыбка, обращенная к нему вдовствующей королевой, окрылила де Невиля и вознесла бы его гордость небывалых высот, если бы к ней присоединилась и молодая королева. Но, почтенный маршал так и не дождался даже снисходительной улыбки от Марии-Терезии. Зато, этот существенный недостаток был с лихвой возмещен дружеской любезностью со стороны самой графини де Суассон.

"Мой дорогой герцог!" -
это обращение прозвучало медом на уши не стареющего душой царедворца и поклонника женской красоты, он расплылся в улыбке и галантно ответил поклоном на приветствие королевской фаворитки, подметя пол вокруг себя перьями великолепного плюмажа своей шляпы.

- Ах, дорогая графиня, Вы первая, кого я хотел бы видеть на венчании моей дочери, - цепко ухватившись за кончики пальцев одной из протянутых к нему рук, де Невиль умудрился зажать шляпу под мышкой и подхватил вторую руку графини, чтобы запечатлеть далекий от скромности поцелуй, - Но увы, молодые слишком скромны, оба. Что поделать, они оба желают провести тихое венчание в семейной часовне. Только семья, - вздохнул герцог так, словно это решение отнимало у него половину его состояния, - Ну, конечно же, архиепископ Лионский будет венчать их... это несколько скрашивает дело. Все-таки, да. Я непременно же передам Франсуазе Ваши поздравления, дорогая мадам.

В глубине души герцог и не подозревал, что наилучшие пожелания графини могли и не быть созвучны поздравлениям, но разве счастливые родители склонны видеть хоть маленькое облачко на небосклоне семейного счастья своих чад. В ту самую минуту к ним подошли герцог де Руже и вдовствующая маркиза дю Плесси-Бельер. Завертев головой, чтобы успеть одарить вниманием, а точнее, заполучить его, герцог сделался похожим на куклу из ярмарочного балаганчика, которой вертит невидимая рука кукловода. Он смешно до нелепости пожимал плечами, качал головой и улыбался, стремясь приобщить всех собравшихся к своей радости, щедро одаряя улыбками каждого, кто попадался ему на глаза.

- Но я надеюсь, дорогая графиня, что Вы еще почтите нас Вашим вниманием. Помните, де Виллеруа всегда были и остаются Вашими самыми преданными друзьями, - заверил герцог удалявшуюся графиню, даже не подозревая о том, насколько правдивы его слова - в отношении его младшего сына уж точно.

Он едва расслышал ответ суперинтенданта, но не успел ничего сказать, так как появление будущего зятя и свояченицы захватило его целиком. Одарив Фуке лишь снисходительной улыбкой, де Невиль затряс руку подошедшего к нему герцога де Руже, потянувшись было к его щеке, чтобы расцеловать как полагалось.

- А, дорогой мой герцог, какие могут быть вопросы! Я уже все знаю, да да, Вам и моей дорогой Франсуазе я даю свое полнейшее благословение, - голос маршала зазвенел так громко, что к нему тут же обратились взоры не только близстоящих, но даже тех, кто были вынуждены толпиться у дверей, - Его Величество лично просил меня за Вас, дорогой герцог, - продолжал вещать счастливый отец невесты, делая вид, будто сообщал де Руже нечто конфиденциальное, - Я никогда не отказал бы своей дочери в ее просьбе, и уж конечно же Вам. Но если за Вас ее руки просил сам король, о, какие тут могут быть вопросы! Дорогой мой!

Тут его взор скрестился с холодным и сдержанным взглядом синих глаз Сюзанны де Руже. Лицо де Невиля тут же приняло прежнюю суровость и он склонился перед вдовой в уважительном поклоне.

- Дорогая маркиза, я так рад за наших детей. Ах, счастье то какое! Надеюсь, мадам, Ваше здоровье позволит Вам остаться при дворе на дольше? -
совсем тихо поинтересовался де Невиль, про себя строя планы, как бы привлечь мадам де Руже к более тесному общению с бедняжкой Франсуазой, лишенной общества из-за своего нелепого и крайне несвоевременного падения на лестнице, - Моя дочь часто спрашивает о Вас, - проговорил он, оставив скромное прикосновение губами к кончикам перчаток маркизы, - Она так ценит Вашу доброту к ней. Да-с.

Сдержанность мадам де Руже наверняка объяснялась еще и тем фактом, что рядом с ними стоял Никола Фуке, с которым, как известно, ее связывала более чем тесная дружба, однако же де Невиль опасался за то, что у маркизы были свои виды на старшего сына и потому она не отвечала на его приветствия с ожидаемым энтузиазмом. А что, иначе с чего бы ей было просить саму королеву благословить брак Франсуазы с младшим сыном, этим вертопрахом дю Плесси-Бельером? А вдруг маркиза все еще лелеяла надежду женить герцога де Руже на ком-то еще? От этой опасной и крайне нежелательной мысли у герцога загорелись кончики ушей, скрытые под пышным париком. Он нервно передернул плечами и еще сильнее ухватился за руку де Руже.

- Герцог, - улыбнулся он ему, словно тот был его родным сыном, - Поверьте, я не желал бы себе лучшего зятя!

13

Отправлено: 01.12.16 01:51. Заголовок: Мари-Луиза де Ланнуа..

Мари-Луиза де Ланнуа

Услышав имя Ракоши, Анна поджимает было губы, но потом не выдерживает, усмехается. В то, что Фуке добровольно предоставил князю собственное любовное гнездышко для приватных увеселений, могут поверить разве что служаки Ла Рейни, мало разбирающиеся в хитросплетениях придворных симпатий и антипатий. Скорее уж, мадьяры взяли павильон на шпагу, вот только зачем?

- Озорники, - вздыхает она, вспоминая времена, когда Мари де Шеврез шепотом рассказывала ей о сладостных мгновениях, проведенных в павильонах Фонтенбло, пока королеве приходилось сидеть в замке под присмотром более строгих нравами дам. Господи, сколько лет… сколько слез!

- Что ж, если захват павильона Леды мадьярской конницей – самая волнующая новость этого утра, я рада. Пусть молодежь развлекается, лишь бы ничего не взрывали и ни в кого не стреляли. Признаться, я начинаю уставать от всех этих смертей и краж. И вам, дорогая моя, пора перестать заниматься всеми этими мрачными историями. Если Людовик не ошибся и действительно сумел отыскать в Версале Ту Самую Шкатулку, мы с вами можем, наконец, вздохнуть спокойно и оставить ловлю воров и убийц тем, кто обязан делать это по долгу службы, включая вашего крестника.

Анна чуть морщится. Полагаться на дю Плесси-Бельера даже в самом пустячном начинании кажется ей сущим безумием, но раз Людовику угодно было назначить этого вертопраха маршалом двора со всеми вытекающими обязанностями, пусть ими и занимается. В меру способностей. Само собой, герцогиня все равно будет помогать своему любимчику, с этим ничего не сделать, лишь бы не рисковала более собой. Не в нашем возрасте, увы…

- Но ваше предположение касательно этого беглого управляющего кажется мне весьма разумным, - королева-мать на минуту умолкает, устремив взгляд на забавную пару: сдержанного, молчаливого де Руже и суетливо-радостного Виллеруа.

– Полагаю, вам лучше поделиться им с кем-нибудь. Герцог де Руже, должно быть, уже сложил с себя полномочия, наложенные на него в связи с арестом брата, но раз господин дю Плесси заставляет себя ждать, - в голосе Анны Австрийской нетрудно расслышать неприкрытую иронию, - герцогу волей-неволей придется остаться при исполнении. Тем более, что сейчас такой удобный момент для поздравлений. Ступайте к счастливому жениху, мадам, и кто знает, какие еще новости вам удастся узнать под предлогом бескорыстной помощи следствию. А я вполне довольствуюсь обществом Ее Величества и не буду испытывать угрызений совести от того, что говорю с невесткой по-испански, а не по-французски.

Ласково пожав руку мадам де Ланнуа и благостно кивая толпящимся вокруг дамам, Анна медленно плывет по паркету – черная тень на пестром весеннем лугу – чтобы присоединиться к Марии-Терезии, одиноко застывшей у предназначенного ей кресла.

14

Отправлено: 01.12.16 22:21. Заголовок: Королевских мушкетер..

Королевских мушкетеров, которые обычно появлялись в главных дверях зала перед самым приходом короля, все еще не было видно. Церемониймейстер объявлял имена входивших в зал сановников и придворных, тех, кому посчастливилось оказаться в списках особо приглашенных лиц. Фуке несколько раз неврно оборачивался, когда ему казалось, что средь гула голосов он слышал обращение к себе с неизменным фламандским акцентом. В груди у него холодело при мысли о том, что он совершенно не знал, чего мог ожидать от Виллэма. Они были связаны и, пока над управляющим висело обвинение в попытке хищения из королевской гардеробной, на Фуке, как на его патрона, смотрели с тем же подозрением. Иначе как же объяснить эту холодность со стороны королевы-матери? Рассудительный и спокойный внутренний голос твердил, что это могло быть просто следствием усталости и той обычной апатии, которая захватывает женщин, когда их дети покидают их ради собственных семей или увлечений.

Но, отчего же так холодна к нему Сюзон? Ведь она уверяла его в том, что не верила наветам и не принимала всерьез наговоры о том, что он якобы пытался ввергнуть в немилость ее младшего сына. Отчего вдруг возникла эта холодная отчужденность, слишком похожая на враждебность, чтобы этого не могли не заметить другие?

Она стояла буквально в трех шагах от него, но так и не обратила на него ни взгляда, ни даже легкого поворота головы - словно его и не было. Ненавидя играть на публику, если роль отвергнутого поклонника досталась ему, Фуке развернулся спиной к провозглашавшему семейные новости герцогу де Невилю и высмотрел для себя путь к отступлению. Тактика скрыться из глаз толпы, чтобы уйти от нежелательного внимания к себе, была отработана им за долгие годы. Ему следовало подумать об этом еще раннее, а не высовываться в первом же ряду, так что он оказался на глазах у всего двора. Теперь, когда обе королевы не одарили его даже хоть сколько-нибудь заметным вниманием, у всех на языках будут одни и те же вопросы - падение это или лишь временная немилость, связанная с тем злополучным веером, который королеве пришлось уступить своей карлице. А что если все дело в том, что он позволил себе сделать немыслимо дорогой подарок? Кто-то мог надоумить эту глупую карлицу позариться на драгоценную безделушку, чтобы досадить королеве. И кто же?

Направляясь к задним рядам в сторону окон, Фуке успел заметить стоявшую рядом с де Менневиль графиню де Суассон. Ответы были слишком даже очевидны, стоило ему лишь на секунду перехватить мрачный взгляд черных очей, когда графиня явно не задумывалась о том, что за ней могли наблюдать.

Если угроза исходила от первой гофмейстерины двора, то и поддержку следовало искать там же. Когда положение графини было неясным и шатким из-за внезапного интереса Людовика к своей невестке, можно было пренебречь ее расположением. Но король вот уже целое утро не упускал случая показать всему двору, кто была истинной хозяйкой его сердца, а значит, и истинной хозяйкой при дворе. О, Фуке не первый год наблюдал закулисные игры и прекрасно знал, что сколько бы мудры не были все сановники и министры молодого короля, он все равно обращал свой слух прежде всего к тем, к кому благоволила его фаворитка. Разве не так это было в то время, когда он увивался за Марией Манчини? И сколько усилий стоило покойному кардиналу вести свою политику, когда нашептываемые юной девицей Манчини идеи будоражили ум Людовика, настраивая его против воли Мазарини. Олимпия де Суассон отличалась от младшей сестры тем, что не была замечена в открытом желании управлять королевской волей хоть сколько-нибудь, однако, не следовало упускать из виду возможность того, что она могла действовать исподволь. И та злая шутка с карлицей в покоях королевы была как раз в ее духе.

Однако же, сколь бы огромен не был обеденный зал, Фуке успел подойти к окну, возле которого стояли обе дамы, привлекавшие его интерес, прежде чем составил расчет, как действовать и говорить. Эта спонтанность была опасна в случае, если графиня решит действовать наперекор, но виконт делал ставку на свое обаяние и на то, что у него был верный и преданный союзник в стане врага в лице де Менневиль.

- О, милые дамы! К столь желанному глотку свежего воздуха господь даровал мне и еще более желанное - возможность встретиться с двумя самыми очаровательными и прекрасными дамами при дворе Его Величества!

Он говорил открыто и громко, так чтобы их могли слышать все, даже те, кто стояли к ним спиной и ловили малейшие признаки появления короля со стороны главных дверей.

- Дорогая Катрин, Вы непременно должны замолвить словечко и за меня, - тоном снисходительного наставника, заметившего учениц за легкомысленной болтовней, проговорил он, склонившись к ее руке, чтобы тут же выпустить ее и с поклоном повернуться к де Суассон, - Дорогая графиня, Вы словно и не уезжали вовсе! Подумать только, а ведь все думали, что свежий воздух царит здесь, в Фонтенбло, а вовсе не в Париже. Поездка сотворила чудо, моя дорогая мадам, Вы были прекрасны, а стали еще прекраснее. Не корите меня слишком строго, я хотел высказать Вам это еще при первой нашей встрече утром, но время, о, оно безжалостно. Вот только сейчас перед приходом Его Величества у меня есть минутка другая.

Скорбно возведенные вверх брови, честный и открытый взгляд - да вот же он, без забрала и даже без перчатки на правой руке стоял перед Великой Графиней готовый ко всему - от гневного смеха до шутливых упреков в забывчивости.

- Мне не показалось или Вы вновь решили собирать знаменитые вечера за карточными столиками, дорогая графиня? О, я как раз обещал одному из новых интендантов, назначенных Его Величеством, что непременно же представлю его Вашей Светлости. Вы позволите мне привести его? Этим вечером? Если только, - он таинственно улыбнулся, как будто был посвящен в заговор, - Не намечается сугубо женский вечер. Ведь я уверен, что в любом другом случае общество в Ваших покоях будет самое блистательное, настолько, что проигрыш пары сотен или даже тысячи экю не станет заметным ущербом в сравнении с полученным удовольствием.

Оставалось закрепить натиск, о если бы эта пустышка де Менневиль не хлопала глазами, а вступилась за него! Чего она успела сказать, что выболтала о том, что на самом деле интересовало виконта. Под пристальным взглядом Фуке Катрин де Менневиль присела в коротком реверансе и повернулась к графине, готовая умолять ее дать приглашение настойчивому, но такому галантному кавалеру.
"Теперь только бы не появился король, пока она не даст согласия," - думал про себя Фуке и перевел потеплевший взгляд с лица де Менневиль к графине де Суассон.

15

Отправлено: 01.12.16 22:46. Заголовок: Анна Австрийская На..

Анна Австрийская

Настроение, в котором Ее Королевское Высочество Анна-Мария де Монпансье входила в набитый битком обеденный зал, трудно было назвать радужным. В другой день сознание собственной ослепительности, без всякого сомнения, окрасило бы предстоящие герцогине испытания в насыщенно розовые тона, но только не сегодня. Больше того, будь ее воля, Анна развернулась бы на полпути, чтобы забиться в тишину собственных апартаментов, но кузен Людовик велел быть и блистать, и назад ходу не было.

Мадемуазель шествовала по залу, выпрямившись во весь свой немалый рост, величаво кивая приседающим перед ней дамам и кланяющимся кавалерам, хотя в глубине души ежилась от каждого пристального взгляда в ее сторону. Тщетно она напоминала себе, что эти взгляды прикованы к ее жемчугам и бриллиантам, все равно всякий раз ей казалось, что их привлекает маленький прямоугольник записки, спрятанной за кружевами корсажа.

Какого дьявола посланцу кузена Конде понадобилось вручать ей это послание прямо посреди людного коридора, ведущего к парадным залам, и на глазах у ее маленькой, но чрезвычайно любопытной свиты, Анна не понимала: мужская логика всегда казалась ей до невозможности нелогичной. Но дело было сделано: не успев усмотреть подвоха, она приняла письмо, вскрыла под взволнованное перешептывание своих статс-дам Фьеск и Фронтенак и, не имея времени вернуться к себе, вынуждена была сунуть в самое укромное из доступных женщине мест.

Конде, как водится, был по армейски лаконичен. «Я близко. Нам нужно встретиться. Ваш Л.Б.» Близко – это как? Мадемуазель поймала себя на том, что пристально изучает мелькающие вокруг лица в надежде, то есть, нет, в боязни увидеть посреди этой толпы знакомый хищный профиль. Само собой, Конде не был безумцем, но – и очень жирное «но»! Февральская эскапада месье принца была весьма жива в памяти Анны. Опять же, как понимать это «нужно встретиться»? Где и когда? Жаль, что ей не удалось расспросить посланца, тот умудрился раствориться в воздухе еще до того, как сургучная печать поддалась ее пальцам. А она осталась – в смятении, тревоге и раздражении на неуместную смесь безрассудства и таинственности. В конце концов, если кузену надо было обставлять их неминуемую встречу таким секретом, отчего бы не оставить послание, скажем, у нее на столе, в шкатулке с косметикой, на подушке, в конце концов?

Герцогиня почувствовала, что с уст ее вот-вот сорвется (и будет привратно истолковано приветствующей ее мадам де Бриссак) весьма неприличное, но подходящее случаю словцо, и взяла себя в руки. До цели в виде мило воркующих королев оставались считанные шаги, и надо было срочно менять озабоченную мину на сияющую.

- Ваши Величества! – с преувеличенным раз в шесть энтузиазмом вскричала Мадемуазель и, дождавшись ответных (не менее неискренних) возгласов, промурлыкала. – Тетушка, вы положительно обворожительны сегодня. А вот Ее Величество выглядит не лучшим образом. Ну ничего, говорят, на четвертом месяце все неприятности проходят.

Пусть знают, что она всегда режет правду-матку. И неправду-батьку тоже, но только в качестве тактических уловок, а там уж пусть сами отличают, что и где. Однако Анне срочно требовалась тема, достаточно нейтральная, чтобы не озадачить королев и не выдать ее собственного беспокойства. К счастью, такая тема немедленно нашлась, и герцогине даже не пришлось прибегать к актерствованию, которого она страсть как не любила.

- Кхм, наш очаровательный герцог де Виллеруа всегда отличался светлым характером, но сейчас он просто таки сияет от радости. Сияет и бурлит, как свежепроснувшийся вулкан. На месте этого красивого молодого человека я бы отошла от него подальше, того и гляди, задушит объятьями от избытка чувств,
- небрежно заметила она, с интересом вглядываясь в того, кто рисковал стать жертвой герцогского энтузиазма. Фигура и лицо мужчины были явно ей знакомы, но приложить к ним имя никак не получалось.

16

Отправлено: 01.12.16 23:27. Заголовок: Никола Фуке Обмахи..

Никола Фуке

Обмахиваясь веером – в зале с каждой минутой делалось все более душно от витающей над придворными чудовищной смеси парфюмерных запахов, которую маэстро Люлли назвал бы какофонией ароматов и был бы прав – Олимпия краем глаза наблюдала за подкрадывающимся суперинтендантом. Должно быть, почуял, что они говорили о нем, и решил самолично выяснить, что именно. А может, решил извиниться наконец?

Однако вступительная речь Фуке пусть и источала мед, ни слова извинения не содержала. Мадам де Суассон чуть приподняла брови, молча выслушав слащавый комплимент, и смерила льстеца таким взглядом, что будь господин суперинтендант натурой чувствительной, непременно вспыхнул бы.

Но увы, негодяи не горят. И не краснеют.

Вот и Фуке не покраснел, отнюдь. И даже продолжил разглагольствовать в том же развязно-дружелюбном духе, который бесил гордую римлянку еще при жизни покойного кардинала. Быть на равной ноге с этим зарвавшимся выскочкой, купившим свой дворянский герб за золото? Ну нет.

- Довольно, сударь, - обронила, наконец, Олимпия, стараясь не замечать немую просьбу в томных очах де Менневиль. – Ваше бесстыдство, как всегда, восхитительно и бесконечно, но оно уже начинает меня утомлять. И да, вы угадали, я не намерена отказываться от карт в Фонтенбло, тем более, что Ее Величество весьма пристрастна к этой маленькой забаве, и мы с мадемуазель де Менневиль говорили именно об этом.

«А вы, должно быть, читали по губам, как и подобает гнусному шпиону»,
- добавили ее пылающие гневом глаза.

- Но как вы верно заметили, милостивый государь, мои вечера предназначены для блистательного общества, и я приглашаю на них исключительно людей достойных. Вы поняли меня? Достойных. Клеветникам и неблагодарным, забывшим, чем они обязаны моему дяде, в моих покоях делать нечего.

Мадемуазель де Менневиль тихо ахнула, прижав к губам кулак, но графиню не волновало, что ее слова могут быть истолкованы, как объявление войны. Война уже была развязана без объявления, и Фуке оставалось либо сдаться на ее условиях, либо принять вызов – и быть погубленным. Уж в этом-то она преуспеет, сомневаться не приходилось.

17

Отправлено: 02.12.16 01:54. Заголовок: Первый выстрел оказа..

Первый выстрел оказался промахом, досадным еще более из-за того, что контрудар графини содержал не только завуалированную неприязнь, а практически вызов. Ах, как же не во-время ей вздумалось разыгрывать из себя оскорбленную невинность! Острый взгляд черных глаз буквально испепелял, но настоящее опасение внушала решительность, с какой графиня отмахивалась от предложенного ей перемирия. Открытая война - нет, вот этого подарка Никола Фуке вовсе не собирался делать ни фаворитке короля, ни кому бы то ни было. Его врагам незачем знать, что они враги на самом деле, тогда как своим друзьям и союзникам Фуке был готов не раз доказывать свою лояльность, конечно же, ожидая взамен вполне ощутимых заверений и с их стороны.

Желая спасти ситуацию, Фуке тонко улыбнулся. Так, словно они только что разыграли сценку из модного спектакля, работая на публику. Развлечения - вот до чего жадна эта не отказывающая себе ни в чем женщина, и в число таковых входила и вражда, открытая и непримиримая.

- Помилуйте, дорогая графиня, могут подумать, что мы с Вами сделались непримиримыми врагами, -
с тихим смехом проговорил суперинтендант, разводя руками как настоящий балаганный актер - ведь после ловко сыгранного отрывка из пьесы полагалось отвесить поклоны почтенной публике, - Все что угодно, но не это, моя дорогая. И к тому же, ведь некоторые могут подумать, что моя недавняя шутка, неудачная, не стану отрицать, действительно касается Вашей Светлости, - он опустил взор со всем видимым смирением, - Но ведь это же не так? И у Вас нет никаких оснований принимать ту шутку на свой счет? О нет нет, я первый, кто отрицает, что таковые основания имели место.

Улучив момент, когда графиня повернула к нему лицо, он заглянул в ее глаза и на секунду, всего лишь на миг его серые глаза блеснули холодной сталью - он видел поцелуй в лесу, видел ее и маршала встрепенувшихся, как застигнутые врасплох любовники, и только от самой графини зависело подтверждение того факта или же напротив его полное отрицание.

- Но, кто же я, чтобы спорить? Увольте меня от сражений и войны, мадам. Я меценат, чувствительный к красоте и к тонкостям искусства и высокой литературы. Но я отнюдь не маршал. Я не умею враждовать и воевать. Достоин ли я Вашей благосклонности? Но ведь Вы же сами только что сказали, насколько я обязан Вашему дяде. Мог ли я забыть? О, Вы можете обвинить Вашего покорного слугу во всех смертных грехах, кроме забывчивости, моя дорогая графиня. Я готов смиренно просить прощения, если Вам привиделась неблагодарность в моих поступках.

Пока он говорил, голос его из вкрадчивого и угрожающего снова сделался елейным и убедительным, а глаза источали столько тепла, что растопили бы ледяную глыбу, в которой мэтр Ватель держал замороженные с осени фрукты, прежде чем подать их в качестве десерта с взбитыми сливками.

- Мир, дорогая моя графиня, - просительным тоном произнес Фуке, склоняясь перед Олимпией де Суассон в намерении перехватить ее руку для поцелуя, - Во имя нашего короля, которому мы служим с одинаковым рвением.

18

Отправлено: 04.12.16 23:31. Заголовок: Слова королевы-матер..

Слова королевы-матери вызвали улыбку в душе мадам де Ланнуа и эта улыбка тут же отразилась в ее глазах, заблестевших в обрамлении тонкой сеточки морщинок. Ее губы тихонько дрогнули и в уголках их образовались неглубокие ямочки, свидетельствовавшие об улыбке. Да, в самом же деле, если бы все новости этого дня и всех последующих были бы настолько же легкомысленными и волнующими, как та, что касалась захвата павильона Леды. Все-таки была и практическая польза в присутствии мадьяр во главе с молодым князем при дворе короля. Придворная молодежь была слишком чопорной и вряд ли бы кто-нибудь, даже ее крестник, решился бы штурмовать принадлежавший всесильному суперинтенданту павильон ради свиданий.

Мари-Луиза так увлеклась этой мыслью, что не уловила даже тот момент, когда она успела задаться вопросом - а с кем же было свидание у этого неугомона в княжеской короне. Была ли это одна из тех дебютанток из свиты юной герцогини Орлеанской или кто-то из придворных дам? Но кто же? И успеет ли эта особа появиться на королевском обеде, чтобы не вызвать подозрений? Мысли мадам де Ланнуа продолжали свой полет, пока она отметала одно предположение за другим, попутно разглядывая лица собравшихся в зале дам. А тем временем с уст Анны Австрийской слетело короткое и казалось бы самое безобидное слово - шкатулка. Мадам де Ланнуа тут же обратила на королеву-мать вопросительный взор, напрягшись настолько, что тонкие руки, затянутые в сеточку перчаток похолодели как на январском морозе.

- Шкатулка? Ее нашли? Но боже правый, отчего же снова в Версале? Как же она туда попала? - прошептала мадам де Ланнуа и от волнения шепот ее был настолько глухим, что даже Ее Величество едва могла расслышать ее.

- Вы полагаете, что мой скромный ум опередил умы молодых? - с легким недоверием спросила герцогиня, придя в себя после первого шока, - Но, может статься, что так оно и есть. Ведь у них на руках столько дел. Не мудрено запутаться во всех этих находках и предположениях. Я уверена, что господин префект больше не решится побеспокоить никого из подчиненных господина Ф... да и к князю он более ни на шаг не подступится.

Прежде чем отойти, мадам де Ланнуа не отказала себе в возможности поделиться маленькой сплетней, которая пока еще не стала достоянием всего двора, да и вряд ли станет - ведь она касалась напрямую Его Величества.

- Я узнала от моей камеристки, а она случайно услышала, проходя мимо, как главный королевский истопник рассказывал о разговоре, который имел место в личных покоях короля, - она потупила взор, прекрасно понимая, что такие разговоры не должны были быть услышаны вообще никем, даже камнями в стенной кладке, - Его Величество дал такой суровый разнос господину Ла Рейни из-за инцидента, приключившегося с князем Ракоши. Он даже пригрозил префекту отставку, если подобная ошибка повторится еще раз, - мадам де Ланнуа понизила голос, - Князя Ракоши и одного из его кавалеров арестовали вчера где-то в одном из придорожных трактиров. Их приняли то ли за турок, то ли еще за кого-то, и продержали под арестом всю ночь до сегодняшнего утра. А сегодня князь решил, что с него хватит и сбежал из-под стражи прямиком к Его Величеству. Кажется, все так и произошло. Или почти так. Но, как результат, гвардейцы из швейцарской роты и сам префект теперь на добрую милю будут обходить мадьяр.

Время шло, а если никому из участвовавших в расследовании побега управляющего празднествами так и не пришло в голову снова обыскать павильон Леды, то следовало поспешить.

- Пожалуй, я воспользуюсь Вашим советом, Ваше Величество, и принесу мои поздравления герцогу, - сказала мадам де Ланнуа и присела в глубоком реверансе перед обеими королевами и отошла на несколько рядов в сторону, чтобы без помех пройти к герцогу де Руже, минуя толчею, образовавшуюся в первых рядах. Подойти к самому маршалу де Невилю было практически невозможно, так как вокруг него уже стоял плотный кружок поздравителей и желающих приобщиться к светлому семейному счастью де Невилей, но, к счастью, сам счастливый жених оказался вытесненным из этого кружка. Мадам де Ланнуа приблизилась к нему и тихонько тронула за рукав.

- Ее Величество королева-мать шлет Вам свои поздравления и пожелания счастья, мой дорогой, - заговорила она, стараясь не привлекать к себе внимание герцога де Невиля, - А еще, - она чуть надавила на локоть молодого генерала, чтобы тот прислушался к ее словам, - Нам кажется, что тот, кого все ищут, вероятнее всего скрывается в одном из павильонов в старом парке. Гвардейцы по приказу Ла Рейни заглядывали в павильон Леды. Но они даже не удосужились обыскать его. А вдруг князю и его людям даже невдомек, что в павильоне прятался кто-нибудь еще? Понимаете, дорогой герцог? Им следует вернуться туда, - внимательный взгляд мадам де Ланнуа отметил следы усталости в лице де Руже, - Боже мой, герцог, Вы должно быть провели бессонную ночь. Где Вы остановились в Париже? Надеюсь, не у маркиза де Монлезена? - она покачала головой, стараясь отмести самые невероятные и страшные предположения, - Вы должно быть целый день провели в пути и даже не успели толком ни выспаться... ни узнать что-то новое?

19

Отправлено: 06.12.16 23:51. Заголовок: Наверное он слишком ..

Наверное он слишком резко отстранился от попыток герцога де Невиля облобызать его в обе щеки, но в том движении не было ни капли холодности или неуважения к почтенном отцу семейства, с которым ему предстояло породниться. Де Руже никогда не разделял любовь своих соотечественников к излишней церемонности и выражал свои личные эмоции крайне скупо. Вот и теперь, пока де Невиль тряс его руку, во-всеуслышание объявляя его своим дорогим зятем, Арман де Руже отвечал ему лишь короткой улыбкой одними уголками губ. Да и что можно было сказать отцу Франсуазы, когда сама она лежала без возможности подняться и пройтись хотя бы по комнате?

- Я очень рад, дорогой герцог, - произнес де Руже сквозь сжатые губы и оглянулся на мать, ожидая, что та по своему обыкновению проявит недостающую ему теплоту и доскажет все остальное, как и полагалось счастливой матери жениха.

- Я рада за наших детей, герцог, -
сдержанно и совершенно не похоже на себя проговорила Сюзанна де Руже и Арману показалось, что ей стоило велико труда вернуться мыслями и душой в эту огромную и тесную залу, - Я останусь при дворе, сколько это будет необходимым для устройства этого брака, - заверила он герцога и сдержанно улыбнулась, не одарив его и толикой ответного тепла, - Я очень признательна Вашей дочери, герцог. И Вам.

О, если бы счастливый отец невесты знал, какой именно смысл вкладывала в свою благодарность вдовствующая маркиза, но к счастью для него самого и для жениха с невестой, де Невиль не задавался этими вопросами, увлеченный впечатлением, которое произвели на все двор помолвка дочери и неожиданный взлет карьеры сына.

Рассеянно слушая велеречивые излияния герцога де Невиля и скупые ответы матери, Арман поймал на себе изучающий взгляд Великой Мадемуазель. Он ответил Ее Высочеству в своей обычной спокойной манере - вежливый поклон и такой же внимательный взгляд глаза в глаза - отчего она так долго смотрела в его сторону? Была ли это простая задумчивость или же... непрошенное подозрение внезапно и остро врезалось в его раздумья, выудив из памяти недавние события на постоялом дворе возле Барбизона. А не связана ли кузина короля с тем заговором? Быть может, не в роли участницы, а как невольной жертвы шантажа, который был устроен с целью привлечь сторонников даже против их воли? Он не успел как следует обдумать этот вопрос, когда слева от него послышался тихий и знакомый голос герцогини де Ланнуа.

- Мадам, - де Руже тут же поклонился названной тетушке и так и остался стоять, склонив голову, чтобы расслышать ее тихую речь, - Я благодарен Ее Величеству, мадам, - ответил он, понимая, что поздравительные приветы от королевы-матери были всего навсего вступлением, настойчивое прикосновение к его локтю призывало к предельному вниманию, - Тот кого все ищут?

Непонимающий взор Армана должно быть огорчил герцогиню, но она и виду не подала, мягким тоном втолковав ему то, что собиралась сказать.

- Павильон Леды? Вы полагаете? Да, это вполне резонно. Франсуа-Анри намеревался что-то разузнать, - он сказал это только затем, чтобы по давешней мальчишеской привычке выгородить младшего брата, явно занятого далеко не государственными заботами, - Но я напомню ему и о павильоне тоже. Вы правы, дорогая герцогиня, мы оба очень устали за эти три дня, - короткая улыбка осветила усталое лицо де Руже - о, быть гостем маркиза де Монлезена было куда как забавнее, чем это может показаться с первого взгляда, но и утомительно, особенно, если ты заменяешь в камере отсутствующего арестанта, - Гостеприимство господина де Монлезена не имеет себе равных. Он умудрился уболтать нас до полусмерти нынче утром, прежде чем отпустил из... из Парижа.

Уловив на себе несколько любопытствующих взглядов, де Руже решил воздержаться от подробностей, но все-таки, по лицу мадам де Ланнуа он понял, что та ждала новостей не только любопытства ради. Но и ради королевы-матери.

- В Париже кое-что произошло, - прошептал герцог, наклонив голову как будто бы для поцелуя руки, - Были выкрадены бумаги из луврского архива рекомендательных грамот. И эти бумаги касались свиты королевы. Маршал уже доложил об этом Его Величеству, - он снова коротко улыбнулся, давая понять герцогине, что не имел права рассказывать о своих приключениях более того, что считал необходимым открыть его брат - маршал двора, - Поверьте, это путешествие было далеко не столь романтичным. Вы принимаете сегодня после четырех, дорогая тетушка? - спросил он герцогиню, выказывая намерение напроситься на визит, - Я передам Франсуа-Анри, что его ждут более всех остальных... на чашку Вашего знаменитого отвара.

Если он хотел успеть выйти из зала до появления короля, чтобы не нарушать заведенный при дворе протокол, то следовало идти тот же час. Де Руже почтительно поклонился герцогине де Ланнуа и взглянул в лицо матери, пересилившей себя настолько, чтобы хотя бы сделать вид, что она была увлечена разговором с неугомонным герцогом де Невилем.

- Мне надо идти, - коротко пояснил он свой уход и поспешил раствориться в толпе, прежде чем де Невиль или кто-нибудь еще успел бы перехватить его и задержать.

20

Отправлено: 08.12.16 02:09. Заголовок: Никола Фуке А ведь..

Никола Фуке

А ведь Фуке ей угрожал! Невероятно, но чуткий к малейшим оттенкам голоса слух не мог обмануть Олимпию - этот зарвавшийся безумец и впрямь пытался ее запугать. И чем же, боже правый?

- Что это, милостивый государь, шантаж? - с вежливым любопытством осведомилась она, выслушав скверно завуалированный намек на близость с королем, рискующую пострадать от неудобных слухов. - Помилуйте, но это же просто смехотворно. Его Величеству и без того известно, что вы солгали, но даже возьмись вы распускать клевету и далее, что с того? Как метко заметила только что Катрин, таким трофеем, как дю Плесси-Бельер, впору хвастать на зависть придворным жеманницам, и мне, пожалуй, даже немного жаль, что ваша выдумка - всего лишь выдумка. Будь я уверена в том, что маршал посмотрит на эти слухи благосклонно, то с удовольствием не стала бы их отрицать, но эти военные...

Взгляд графини скользнул по шитому золотом камзолу суперинтенданта и задержался на короткой придворной шпаге, украшенной драгоценными камнями. Красивая, но бесполезная игрушка.

- Надеюсь, вы хорошо владеете шпагой, дорогой виконт? Если дю Плесси или, не приведи господь, моему супругу вздумается напомнить вам, что дворянский титул сопряжен с некоторыми обязательствами, обыкновенно именуемыми делами чести, вам волей неволей придется вспомнить эту чуждую вам науку нападений и защиты, иначе король рискует лишиться столь усердного слуги. Хотя мне отчего-то кажется, - глаза Олимпии вновь по кошачьи сузились, - что вы куда усерднее служите королеве-матери, чем своему государю. И если я угадала, и вы и впрямь сделали ставку на королев, то берегитесь, сударь - вы ошиблись. Время Анны Австрийской прошло без возврата, а время Марии-Терезии не наступит никогда.

Она ободряюще улыбнулась девице де Менневиль, которая явно чувствовала себя не в своей тарелке, оказавшись между графиней и суперинтендантом. Не следовало говорить при ней о королевах столь уничижительно, наверняка ведь побежит докладывать обо всем старой испанке. Но Олимпия уже закусила удила, и никакие запоздалые (да и своевременные тоже) призывы к осторожности уже не удержали бы ее от боевых действий. Сражения с Фуке обещали быть не менее увлекательными и азартными, чем с маршалом, и не в последнюю очередь потому, что суперинтендант был в сотню раз опаснее - пока.

"Но не долго, синьор Грызун", - мысленно пообещала итальянка, безмятежно обмахиваясь веером под наведенными на нее вражескими пушками. Кстати, Мадемуазель сегодня утром назвала Фуке как-то иначе, но тоже презабавно - ах да, месье Белкин! Прелестно - надо будет непременно пустить эту шутку в оборот. К примеру, с помощью Лозена. Этот кичливый нищий гасконишка всегда с азартом набрасывался на одворянившихся богачей, и новое прозвище должен был оценить по достоинству. К тому же, если что - вся вина будет не на ней, а на Мадемуазель. А уж как будет веселиться двор...


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Обеденный Зал. 3