Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Покои архиепископа Лионского. 3


Дворец Фонтенбло. Покои архиепископа Лионского. 3

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Утро 04.04.1661

2

Отправлено: 31.01.16 20:00. Заголовок: Сон архиепископа Лио..

Сон архиепископа Лионского на вторую ночь после пережитых им потрясений был все еще беспокойным и неглубоким. Он прекрасно слышал крадущиеся шаги своего личного камердинера Жерома, когда тот вставал со своей раскладной походной кровати, чтобы задуть начавший чадить огарок и разжечь новую свечу, слышал топот нескольких пар бегущих ног, причем, как наяву видел толпу цыган гнавшихся за ним с целью похищения пресловутой подушечки для моления... застонав во сне нечто похожее на псалом "Веди нас, Господи, к свету" архиепископ проснулся и потребовал воды. Опытный в делах врачевания бессонницы Жером плеснул в кружку щедрую порцию доброго анжуйского вина и не моргнув и глазом подал ее прелату. Его Высокопреосвященство безропотно выпил "вернейшее лекарство" и снова впал в беспокойное беспамятство, заменявшее ему сон.

Действие вина и впрямь оказало благотворное влияние на почтенного прелата, так как сквозь сон он даже не расслышал крики караульных и выстрелы, раздавшиеся откуда-то со стороны парковых аллей. Лишь когда на часах пробило пять утра, архиепископ пришел в себя, после того, как Жером со всем почтением к духовному сану своего господина перепробовал все подручные средства для того, чтобы добудиться его.

- К мессе проспите, Ваше Преосвященство... вот ей же ей, будет тогда архиепископ Реймский главенствовать... а еще Вам нынче в Королевском Совете надлежит появиться... между прочим с докладом по поводу посланий из Рима.

- Уйди... уйди! - архиепископ попробовал было отмахнуться от назойливого видения, но оно не спешило исчезать, материализуясь перед его глазами из невнятного силуэта со страшной седой шевелюрой во вполне узнаваемый образ его слуги, - О, грехи мои тяжкие... Жером, который час уже?

- Пять уже. Как есть к мессе опоздаете, ежели сей же час не оденетесь!

***

Как прошо его утреннее переодевание и сама месса архиепископ не вспомнил бы и на Страшном Суде, ежели б святому Петру Привратнику вздумалось спросить с него про это. Не помнил он и того, как вернулся в свои покои, ведомый под руки заботливым Жеромом с одной стороны и не менее заботливым аббатом де Мелансоном. И только оказавшись усаженным в глубокое кресло перед жарко растопленным камином - роскошью, доступной далеко не каждому пэру и герцогу, гостившему в королевском дворце, архиепископ почувствовал себя вполне земным человек, обладавшим земными же чувствами вроде голода и жажды.

- Жером, завтрак бы, - слабым голосом попросил де Невиль, рассчитывая задобрить камердинера, не в меру усердно следовавшего предписаниям врачей, - Чего-нибудь... подходящего по календарю.

- Вестимо... сейчас же бульону справлю, - ответил Жером и лицо архиепископа обрело выражение из тех, которые мэтры искусства обычно придавали святым мученникам, искавшим пути в рай.

- Совсем меня уморят здесь... хочу в Лион, - пожаловался гостю де Невиль и обратил скорбный взор на языки пламени, плясавшие в камине, - Ах да, Жером, что мой племянник? Вчера я так и не дождался его... а ведь герцог настоятельно просил, требовал, чтобы я его принял и выслушал. Ну, да, и наставил, - архиепископ повернулся к аббату, не спешившему уходить, по-видимому, в надежде на более субстанциальный завтрак, нежели скромный бульон, - Совсем от рук отбился... юноша еще, хрупкий и нестойкий к искушениям... а что же мне прикажете делать? Где же мне угнаться то за молодостью лет.

Из маленькой приемной архиепископских покоев послышалась возня и недовольный окрик Жерома, не желавшего пропустить несвоевременного просителя.

- Здесь обождете. Это Вам не казармы, сударь. Вот доложу Его Преосвященству, тогда и вызовут Вам. А покуда здесь...

От любопытства узнать поскорее, кому он мог понадобиться в столь ранний час, Камиль де Невиль даже приподнялся с кресла. По щекам его разлился почти мальчишеский румянец, а глаза заблестели интересом.

- Тут до Вашего Высокопреосвященства слуга маркиза де Виллеруа явился... докладывает, что к исповеди желают явиться. И немедленно, - отчеканил Жером, с удовольствием разыгрывая роль важного мажордома, какого полагалось держать в архиепископском дворце, а не в простых покоях на три комнаты, - Прикажете принять?

- Исповедь? Франсуа? - от удивления почтенныый дядюшка великовозрастного сорванца даже забыл про голод, - Да скорее же, сейчас же! Зовите его. Месье аббат, Вы же не будете...

Не успели святые отцы переглянуться, как на пороге комнаты показался взволнованный молодой человек, отчаянно сжимавший в трясущихся руках простую фетровую шляпу.

- А... так это... присаживайтесь, сын мой, - не скрывая разочарования, пригласил архиепископ и указал на табурет подле себя.

3

Отправлено: 09.02.16 22:36. Заголовок: И с чего бы он в пер..

И с чего бы он в первую же очередь подумал о племяннике? Его Преосвященство мысленно отругал себя за суетность и перекрестился, бросив извиняющийся взгляд на распятие, и лишь затем покосился на де Мелансона. Почтенный аббат являл собой образец благолепной отстраненности от всего мирского. Он сидел, сложив руки на воздымавшемся при каждом вздохе округлом животе, и благочинно смотрел на носки своих туфель, как будто ничего и не происходило. Лукавые искорки в серых глазах аббата были скрыты под низко опущенными веками, так что, Его Преосвященство и не догадался бы о том, какой интерес возбудил в душе аббата визит слуги маркиза де Виллеруа. Впрочем, аббата одолевало вполне здоровое желание выспаться после несказанно раннего утреннего подъема в четыре утра ради того, чтобы оказаться в первых рядах явившихся к утренней мессе прихожан, так что нос его опускался все ниже и ниже, а круглый подбородок, почти скрылся в пышно взбитом кружевном воротнике.

- Сын мой, подойдите ближе и садитесь. Не бойтесь, -
подозвал молодого человека архиепископ, величественным жестом отослав прочь Жерома, на чьем лице было написано откровенное любопытство.

- Я не смею... -
пролепетал Жеди, но послушно подошел ближе к креслу де Невиля и в нерешительности покосился на похрапывавшего напротив аббат.

- Вы можете поведать мне обо всем без утайки, сын мой. Как лицо духовное, аббат де Мелансон также, как и я наделен правом отпущения грехов.

- Я... просто, мне решительно нужно. Только Вам. Скажите им, что меня здесь нет! - вскрикнул он, резко обернувшись, когда скрипнула дверь.

В комнату вернулся Жером, неся ритуальное облачение и маленькую шкатулку со святой водой и облатками для причастия. На лице Жеди мелькнул свет надежды при виде святых даров и он благоговейно опустился на колени перед креслом архиепископа. Некоторое время он так и сидел со склоненной головой, что-то бормоча про себя. Архиепископ позволил Жерому облачить себя в ритуальный шелковый шарф, сам открыл шкатулку и капнул несколько капель драгоценной жидкости в золотой потир, прежде чем поставить его рядом с маленьким блюдцем с облатками на переносном столике.

- Благословите меня, отче, - тихий шепот Жеди был едва различим из-за громкого всхрапа де Мелансона. Молодой человек боязливо повернул голову в сторону аббата, но тот не шевельнулся, мирно посапывая в глубоком кресле.

- Продолжайте, сын мой, - терпеливо приказал де Невиль, украдкой бросив взгляд на часы, указывавшие на четверть к семи часам.

- Благословите меня, отче, ибо я согрешил, -
снова заговорил Жеди чуть громче, - Я не был на исповеди с Крещения, Ваше Высокопреосвященство.

- Это непохвально, сын мой, но ты будешь прощен. Продолжай, - бесцветным голосом проговорил архиепископ, и не надеясь уже услышать хоть что-нибудь значительное, что оправдало бы упущенное время его завтрака.

- Я грешил, но все это было... человеческое... ну, мало ли что... да кто не совершал такое... -
не зная, как перейти к самому главному, твердил Жеди под непрерывные рулады аббата.

- Кто без греха, - устало поддакнул де Невиль, чувствуя, как его веки начинали наливаться свинцом.

- Но я не делал того, в чем меня обвиняют, Ваше Высокопреосвященство! Я не крал!

- Что не крал? - вздрогнув от неожиданно повысившегося голоса исповедуемого, спросил де Невиль и подался вперед, чтобы взглянуть в его глаза, - Что Вы не крали, сын мой?

- Меня обвиняют. Это напраслина... да, я стянул у юного господина две серебряных монетки, когда чистил его камзол... но я верну, клянусь Пресвятой Девой...

- Не поминайте всуе, сын мой. Говорите же, говорите.

Дверь снова издала протяжный скрип и приоткрылась. Взволнованное лицо Жерома показалось архиепископу пугающе бледным. Он даже привстал со своего кресла, намереваясь самолично узнать, что еще стряслось в его скромной обители.

- Там... в коридоре мушкетеры короля. Говорят, что ищут... -
Жером многозначительно скосил взгляд на коленопреклоненного Жеди, - Слугу маркиза де Виллеруа.

- Но здесь только кающийся грешник, Жером... скажи, что я занят отправлением духовных обязанностей. Пусть явятся позже, - ответил де Невиль с неожиданной для самого себя твердостью духа, ему во что бы то ни стало было необходимо выслушать исповедь Жеди о кражах, в которых его винили, а вдруг это касалось тех злополучных документов из шкатулки?

4

Отправлено: 12.02.16 23:15. Заголовок: Утро для лейтенанта ..

Утро для лейтенанта второй роты королевских мушкетеров началось с обычной рутины - смотр и перекличка во дворе казармы, дружеские упреки тем из мушкетеров, кто отличился прошлым вечером в кабачках Барбизона и явились в казармы после комендантского часа. Это и упреками назвать можно было только с натяжкой, ведь еще пол-года назад лейтенант де Ресто сам был не прочь составить компанию господам мушкетерам, разнося один за другим мелкие забегаловки и таверны в парижских предместьях. Но тогда он был всего лишь кадетом в роте лейтенанта дАртаньяна, только что выпущенным на волю учеником Академии. Если бы его отец не нажал на своего старого друга герцога де Креки, помянув о какой-то важной заслуге, а тот в свою очередь не замолвил словечко, кому следовало, патент на лейтенантскую должность никогда не оказался бы подписанным на имя графа де Ресто. Как знать, может быть он так и носил бы голубой с серебряным крестом плащ, но стоял бы вместе с товарищами в одном строю на перекличке. И слушал бы настоящие выволочки в исполнении их обожаемого лейтенанта дАртаньяна.

После переклички и короткого завтрака Гастону де Ресто едва только достало времени, чтобы успеть переодеться для утреннего приема у короля. Парадный мундир в честь несения караулов во дворце был специально вычищен и отпрессован его ординарцем. Высокие кавалерийские ботфорты пришлось сменить на мягкие туфли, чтобы не исцарапать шпорами и кавалерийскими каблуками драгоценный паркет во дворце. Пусть из казарм, хоть и не столь далекий, пришлось проделать в легкой карете на двух пассажиров, чтобы не испортить туфли, шагая по гравию парковых аллей.

Смотр и смена караулов были поручены сержанту де Сен-Пьеру, тогда как сам де Ресто намеревался сразу же отправиться в Большую приемную и дожидаться приказов от короля. Но не тут то было. Не успел де Ресто выслушать отчет о ночных происшествиях во дворце, как в караульный зал постучался один из лакеев королевского дома и доложил о том, что видел подозреваемого в кражах коридоре на втором этаже. Он даже успел проследить, куда тот направлялся. Решив действовать лично, де Ресто отрядил себе в помощники троих мушкетеров из тех, кто только что сменились с караульной службы, и направился к указанному коридору.

По дороге он успел задуматься о том странном факте, что лакею было известно, кого именно подозревали в совершении краж, а также то, что он якобы случайно столкнулся с тем человеком в коридорах дворца.

- А вы сами, сударь, у кого на службе состоите? - спросил уже на ходу де Ресто.

- Как же, я числюсь лакеем королевского дома, господин лейтенант. Служу при господине обер-камергере.

- А разве вам не полагается быть на первом этаже?

- Полагается по службе, господин лейтенант. Но, живу то я на третьем этаже в служебном крыле. Там я... там я и увидел того подозрительного типа.

- А откуда вы взяли, что это именно он? - допытывался де Ресто, по ходу замечая, что лакей вел их в сторону покоев архиепископа Лионского.

- А так это ж слух прошел, что это слуга маркиза де Виллеруа. Да каждый скажет вашей милости... все во дворце только и говорят о том.

Часы где-то далеко пробили семь и лакей начал суетливо озираться, как будто беспокоясь из-за опоздания.

- Ваша милость, вот туда он прошел, в те самые покои. А мне уж позвольте откланяться. Мне надобно еще к господину обер-камергеру на службу.

Воспользовавшись тем, что мысли и внимание де Ресто были сосредоточены на двустворчатых дверях, на которых гордо красовалась табличка "Его Высокопреосвященство архиепископ Лионский" лакей выскользнул из коридора еще до того, как его успели хватиться. Махнув рукой на доносчика, к которому у него не было никакой симпатии, хоть он и направил их по нужному следу, де Ресто поправил шляпу и перевязь, оправил манжеты на рукавах и сдержанно постучал в дверь.

- Именем короля, - начал он, когда в дверях появилось круглое лицо слуги архиепископа, - Нам необходимо убедиться... - он сочинял на ходу, не желая ни словом, ни даже намеком не оскорбить святого человека, - Может ли Его Высокопреосвященство принять меня сейчас же?

- А вам зачем? Заняты Их Высокопреосвященство. Духовное таинство ведут, -
ответил слуга с такой важностью, написанной на его лице, что трое мушкетеров, стоявших за спиной де Ресто перекрестились и скромно отступили в тень.

- Мы ищем слугу маркиза де Виллеруа. Мне требуется задать ему несколько вопросов, -
пояснил де Ресто, и сам чувствуя, что вот вот раскается в допущении мысли о том, что преступник мог скрываться под сенью покоев священнослужителя, - Мне доложили, что этот человек здесь.

5

Отправлено: 15.02.16 23:49. Заголовок: Из приемной послышал..

Из приемной послышались громкие голоса и характерное звяканье амуниции и шпор. Жером твердым и хорошо поставленным голосом бывшего хорового певчего убеждал вошедших в неотложности дел Его Преосвященства, но его оборона явно дала трещину, так как голос лейтенанта мушкетеров раздался почти у самой двери в архиепископские покои.

- Не погубите, Монсеньор! - взмолился Жеди, не вставая с колен.

Разбуженный от дремоты аббат Мелансон удивленно воззрился на неизвестно откуда появившегося кающегося грешника и подавил зевок, наскоро перекрестив рот крестным знамением. Де Невиль посмотрел на дверь, затем на окно и решительно поднялся. Очень редко в нем просыпалась легендарная кровь де Невилей, потомственных военачальников, ведших к победам знамена лучших воинов королевства, и это был как раз тот самый момент. Он указал Мелансону на Жеди, а затем взглядом обратил его внимание на дверь, которая уже сотрясалась под тяжестью спины Жерома, защищавшего подступы к священным покоям, что называется грудью и горящим сердцем.

Не прошло и минуты, как дверь распахнулась во всю ширь, явив крайне взволнованного Жерома с трясущейся челюстью и широко раскрытыми глазами, а также нескольких вооруженных до зубов мушкетеров во главе с самим лейтенантом де Ресто.

- Господа? - в голосе архиепископа Лионского прозвенели гневные нотки, как если бы он намеревался прочесть обличительную проповедь перед грешниками, вступавшими на путь покаяния, - И как прикажете это называть? Вы прерываете духовное таинство, да будет Вам известно, господин де Ресто.

Взгляд архиепископа сверкал праведным негодованием, так что, не ожидавшие застать его в своих покоях мушкетеры попятились назад в немом почтении, один за другим срывая с себя шляпы.

- А где же... -
заметив распахнутые створки окна, Жером не договорил. Его губы беззвучно прошептали молитву и он осенил себя крестным знамением, подумав о погубленной душе бедняги Жеди.

- Вы кого-то искали, господин де Ресто? Боюсь, что кроме нас с аббатом Мелансоном Вы никого здесь не увидите. Потрудитесь оставить нас и не беспокоить впредь.

Один из мушкетеров подошел к окну, опасливо озираясь на сидевшего в кресле аббата и возвышавшегося как Статуя Судии архиепископа. Он выглянул в окно и посмотрел по сторонам, как будто все еще надеясь увидеть порхавшего в воздухе беглеца.

- Выпрыгнул, как пить дать, -
сказал он, обернувшись к де Ресто, - Второй этаж, не мудрено... здесь и кусты есть. Как же Ваше Преосвященство это назовете? Вы дали сбежать подозреваемому.

- Я повторяю, здесь вы никого не видите кроме меня и господина аббата. Что еще вы ждете от меня? - голос де Невиля звенел металлическими нотками гнева и готов был сорваться на крик, - Потрудитесь оставить нас в покое.

6

Отправлено: 17.02.16 00:40. Заголовок: Обычно мягкий и неза..

Обычно мягкий и незаметный архиепископ Лионский возвышался перед ним в своей лиловой сутане, вселяя священный трепет и страх. Сминая поля дорогой шляпы в руках, Гастон поклонился перед де Невилем, насколько это позволяло узкое пространство, оставшееся между ними, и был готов идти на попятную. Но один из его мушкетеров ввалился в комнату, минуя их с архиепископом, и подошел к окну. Тогда только и сам де Ресто заметил, что в жарко натопленной комнате, где все еще горел камин, окно было распахнуто настежь.

- Выпрыгнул, как пить дать!

- Ч... - встретив грозный взгляд Его Преосвященства, де Ресто поправился и глухо проговорил, - Что бы ему пятки жгло, - смущенный до крайности тем обстоятельством, что перед ним стоял не кто-нибудь, а сам глава французского католичества, отец церкви в полном облачении для духовного таинства, де Ресто указал своим мушкетерам на постель и тоном, не допускавшим возражений, скомандовал, - Проверьте за постелью. И внизу тоже.

Он повернулся к аббату, все то время тихо дремавшему в глубоком кресле перед камином. Необъятная фигура святого отца свидетельствовала о донельзя мирной жизни, проводимой им в каком-нибудь затерянном в глуши аббатстве среди виноградников, ну не постами же он нажил себе такие то мощи. Крамольные по своей сути мысли заставили де Ресто усмехнуться, но не более того. Воспитанный в строгости иезуитского коллежа еще мальчишкой Гастон привык скрывать свое истинное отношение к святым отцам, призывавшим юнцов к смирению плотских желаний и покаянным молитвам.

- Нет, здесь никого. Сбежал как есть, -
доложили мушкетеры, методично осмотревшие все уголки комнаты и даже заглянувшие в банный покой, роскошь, позволенную далеко не всем гостям королевского дворца.

- Мы оставляем Вас в покое, Ваше Преосвященство, -
ответил де Ресто, стараясь смотреть в лицо де Невиля с наибольшим смирением, - Но я считаю своим долгом предупредить Вас, укрытие подозреваемого в преступлении суть есть соучастие в оном преступлении. Я прошу Вас, если Вам известно хоть что-нибудь, - по лицу архиепископа пробежала тень негодования и лейтенант счел за лучшее ретироваться до того, как у Его Преосвященства закончится мера терпения, - Честь имею, Ваше Преосвященство, аббат. Господа, вниз! Мы догоним его!

// Дворец Фонтенбло. Покои и приемная Ее Величества Марии-Терезии. 3 //

7

Отправлено: 17.02.16 01:53. Заголовок: Тонкие брови архиепи..

Тонкие брови архиепископа взлетели над переносицей, едва только молодой лейтенант мушкетеров вознамерился озвучить свое разочарование вслух. К счастью, до слуха Его Преосвященства так и не долетело оскорбительное упоминание лукавого, наводнившего земной мир греховными соблазнами. Де Невиль выпрямился, выпятив украшенную весьма скромным для его положения и звания крестом грудь, и с едва заметной улыбкой проследил за маневрами мушкетеров.

- Если бы Вы соблаговолили объяснить нам суть дела, господин де Ресто, быть может, я сумел бы помочь Вам. Но, чего нет, того нет. Точнее, кого нет - того нет, -
архиепископ величественным жестом благословил пятившихся спиной к дверям молодых людей, милостиво дав им разрешение удалиться без приличествующей случаю отповеди, - Благослови вас бог, господа. Господин де Ресто, я надеюсь, что Вам никогда впредь не взбредет в голову проверять покои священнослужителя.

О, он бы сказал еще больше этому молодому строптивцу! Герцог де Вьевиль, вложивший изрядную сумму для покупки патента на чин лейтенанта мушкетеров для своего сына, как видно, не поскупился на образование и должное воспитание своего наследника. На лице Камиля де Невиля появилось то печально сочувственное выражение, с которым он обычно выслушивал жалобы престарелых матрон, сбившихся с ног в поисках подходящих партий для своих племянниц, крестниц и прочих родственниц. "Да, обмельчали нынче молодые кавалеры," - говаривал он с глубокомысленным видом.

Как только двери захлопнулись и грохот мушкетерской амуниции и шпор затих, архиепископ подскочил к креслу аббата и без всякого намека на деликатность поднял подол широченной сутаны.

- Ну, голубчик, вылезайте. И теперь, как на духу, все мне рассказывайте. Дело серьезное и не терпит лукавства.

Де Невиль сел на прежнее место в кресле возле камина, а Жеди, едва передвигая затекшие ноги,  на четвереньках вылез из под кресла, в котором сидел Мелансон. Он попытался подняться, но занемевшие колени подкосились и он снова оказался на полу, теперь уже у ног архиепископа.

- Я не виновен. Это наговор. Я к девушке заглядывал. Было такое. Каюсь, Ваше Высоко...

- Да да да, это я знаю. Дальше что? - перебил его де Невиль, нетерпеливо дернув четками, так что нить, связывавшая их между собой, едва не разорвалась.

- Я приходил к одной девушке, к камеристке в свите Мадам. Только раз. Или два. И все. А теперь говорят, будто я вор. Будто бы это я крал драгоценности из шкатулок мадемуазелей. Но это не я, Ваше Высокопреосвященство!

- Ну, то, что не Вы, голубчик мой, знаем только Вы и я.

- И я, - вставил де Мелансон, пробудившись от дремы, - Спрятать бы этого малого. А то ведь эти молодцы скоры на расправу.

- Да, пожалуй, - задумался де Невиль, - Но, если не Вы, то значит, кто-то другой. Так так так. А больше ни в чем покаяться не желаете, дорогой мой? - он строго посмотрел в глаза Жеди, но у того на лице был написан такой искренний страх перед карой Господней и королевской, что будь на его душе еще какой грех, немедленно выложил бы как на духу, - Ну да что там. Спрятать Вас надобно. До поры. Вот только где ж? Господа мушкетеры нынче в праве везде обыски учинять. И сюда могут вернуться.

- Бежать бы ему, - снова вставил де Мелансон, - Может быть в аббатство отправить его?

- А как же мой племянник без камердинера? Нет, это не годится, -
возразил де Невиль, - Вот если бы герцог помог советом. Да он и авторитет имеет должный. Послать ли за ним? Жером! Жером, входи, я знаю, что ты все слышал. Поди за герцогом де Невилем. Даже если он уже в королевской приемной, все равно зови его сюда. Скажи, дело семейное. Он сразу придет.

8

Отправлено: 13.03.16 23:56. Заголовок: Ах, не время, не вре..

// Дворец Фонтенбло. Приемная Его Величества. 4 //

Ах, не время, не время было уходить, когда на пути у короля оказалась вдова ДэзЭссар со своим прошением. И когда она только успела явиться ко двору и выхлопотать себе место в приемной! А главное, кого, кого из всех приближенных короля она просила об этой услуге? Уж точно не его, да герцог и не стал бы хлопотать за вакантное капитанство в гвардейской роте для другого - у него были все виды на этот патент для собственного сына и наследника!

Едва не позеленев от досады, он повернулся к Жерому, камердинеру архиепископа, но тот, как будто угадав его намерение, проворно прошмыгнул между какими-то провинциалами, глазевшими на короля словно это была диковинная статуя святого, выносимая на улицы в честь праздника. Волей неволей де Невилю-старшему пришлось поспешить следом за юрким, не смотря на солидное сложение, камердинером, и едва ли не бегом подняться по лестнице, успев пройти на второй этаж до того, как его заполонили сменившиеся с караула мушкетеры из роты графа де Ресто.

Протискиваясь сквозь строй молодых военных, неприлично громко выражавших свою радость по поводу освобождения от караула вплоть до самой ночи, и делившихся планами на дружную попойку, герцог старался не упустить из виду лиловую ливрею Жерома. Потеряться в коридорах Фонтенбло можно было в два счета, а ведь он надеялся застать архиепископа, решить все неотложные семейные дела и успеть вернуться, чтобы пробиться в кабинет Его Величества как раз во время Королевского Совета. Быть полезным или делать вид, что являешься таковым - вот была основная стратегия многоопытного маршала.

- Жером, голубчик, не так быстро! - пропыхтел де Невиль, когда они почти достигли дверей покоев архиепископа.

- Да уж пришли. Теперь же входите, Ваша Светлость. Их Преосвященство ждут Вас у себя, - не замечая неудобств запыхавшегося от бега маршала, ответил Жером и распахнул двери перед ним.

- А! Камиль... Ваше Преосвященство, - отвесив формальный поклон Преосвященству, маршал тут же упал в пустовавшее кресло перед камином и вытянул усталые ноги, - Ну, и что же такое стряслось на этот раз, что Вы вызвали меня, между прочим, почти из кабинета короля? Что? Говорите. Я же знаю. Опять эти нелепые выходки Франсуа? Я уже отчитал его за неподобающий для дворянина вид. И отчитаю еще, уж помяните мое слово. Вам не нужно за него беспокоиться. Впрочем. строгое назидание с Вашей стороны было бы нелишним.

Откинувшись на спинку кресла, герцог поморщился и приподнял корпус над сиденьем, вытащив из под себя оставленный кем-то фолиант. Книга тут же нашла для себя новое пристанище на каминной полке, а Его Светлость с блаженным лицом устроился поудобнее, ожидая, что как и всегда камердинер младшего брата проявит сообразительность и поднесет чего-нибудь промочить горло и укрепить страждущую плоть.

- Кстати, а это кто же... Люк? А он то что здесь делает? - спросил он, заметив наконец слугу своего сына, прятавшегося в тени высокого балдахина архиепископской постели.

9

Отправлено: 14.03.16 23:10. Заголовок: - О, наконец-то Вы п..

- О, наконец-то Вы пришли! - всплеснул руками архиепископ и едва не выскочил из кресла, чтобы броситься на встречу старшему брату. Однако, извиняющийся многозначительный взгляд Жерома, стоявшего за спиной герцога, напомнил Его Преосвященству о приличествовавшем его сану уважении, так что он только позволил себе податься всем корпусом вперед, вытянув украшенную аметистовым перстнем руку для приветственного поцелуя. Сухие губы герцога едва лишь коснулись его пальцев, а дальше все формальности были отброшены в сторону.

- Увы, мой дорогой брат, увы, я разочарую Вас еще больше, нежели Вы были готовы разочароваться, - скорбным тоном начал свою речь архиепископ и возвел очи к потолку, чтобы не замечать солдафонских манер старшего брата, не замедлившего устроиться в только что освобожденном кресле у камина.

- Нет, это не касается нашего дорого Франсуа. Не напрямую, - подбирая выражения, в которых следовало поведать щепетильному до крайности де Невилю-старшему весь ужас, перед которым оказалось их семейство, архиепископ умолк на некоторое время, тогда как герцог с уверенностью бывалого воспитателя разглагольствовал о назиданиях для подраставшего поколения.

- Люк? Ну конечно же, это Люк! А кому же еще здесь быть? Кстати, именно он и связан с главной причиной всех наших неприятностей. То есть, с грозящими нам неприятностями. Позвольте, я поясню.

Архиепископ сложил между собой длинный тонкие персты и дождался, пока его камердинер, верный своим обязанностям не смотря ни на какие семейные потрясения, накрыл небольшой столик между ним и герцогом де Невилем. Скромный завтрак должен был смягчить потрясение, на это и рассчитывал Камиль де Невиль, велев подать к завтраку все лучшее, что был только способен произвести гений кулинара в лице личного распорядителя празднеств виконта де Во. Мэтру Вателю были заказаны помимо обычных блюд к завтраку, жаркое из оленины в соусе из грибов, пирог с потрошками и великолепный образчик новомодной кухни - рагу из овощей, тушеных под паром в медовом соусе.

- Так вот, мой дорогой брат, - повторил архиепископ после того, как был накрыт стол и прочтена короткая молитва, - Так вот, этого молодого человека обвиняют в кражах. И не каких-нибудь там мелких шалостей вроде утащенных корзинок из буфетной или пары бутылочек анжуйского из погребов. Нет, его обвиняют в краже драгоценностей. Благословение Пресвятой Деве, пока речь идет только о безделушках из шкатулок фрейлин, состоящих на службе у герцогини Орлеанской. Но, и это не утешает. За пол-часа до Вашего прихода здесь были мушкетеры во главе с молодым де Ресто. И Вы представляете себе, герцог, этот неоперившийся еще юнец возомнил себя выше самого папского нунция, подвергнув сомнению мое слово. Мое слово! Даже аббат де Мелансон, духовник королевы, был глубоко шокирован происходившим. Но, не суть, - с напускной скромностью оборвал собственные сетования де Невиль-средний, - Нам нужно что-то предпринять. Этот человек безусловно грешен и грехов его счесть. Да да, - он укоризненно посмотрел на притихшего молодого человека, - Когда Вы были на исповеди в последний раз? До, сегодняшнего дня?

- Но, я же... да я же всегда, каждую субботу захожу в часовню Святого Сатурналия и оставляю свечку перед образом, - прошептал уличенный Жеди чуть слышным голосом.

- Как же, каждую субботу... мы здесь всего то без трех дней неделя, -
упрекам святого отца казалось не будет пределов, но внезапно Его Преосвященство обратил свое внимание на часы, а затем на пританцовывавшего у дверей Жерома, - Однако же, нам следует поспешить. Я был приглашен от духовенства на Королевский Совет нынче утром. Точнее. на вторую его часть. Я не хотел отправляться туда, не поставив Вас в известность, герцог. Проблему надо решать. Проблему, герцог!

10

Отправлено: 15.03.16 00:24. Заголовок: Помимо прочих весьма..

Помимо прочих весьма полезных для придворной карьеры привычек, военная служба одарила маршала де Невиля умением сосредоточенно слушать доклады любого даже самого катастрофического характера, не отрываясь от еды. Он с завидным аппетитом и скоростью поглощал жаркое и нарезки из ветчины, сыров, лишь изредка отвлекаясь от них, чтобы дотянуться до блюда с пирогом или перехватить что-нибудь с блюда с овощами на закуску. Его бокал с вином почти не пустел, герцог был прекрасно знаком с содержимым запасов вин, привезенных по приказу Фуке из его личных хранилищ, но не спешил отдать им должное, готовясь к нелегким маневрам в Королевском Совете.

- Так, так, - вставлял он во время редких пауз, которые позволял себе архиепископ, чтобы перехватить хоть кусочек чего-нибудь съестного, прежде чем все это изобилие исчезнет, благодаря стараниям маршала, - Кражи? Опять? - за этими восклицаниями последовал долгий глоток воды, герцог медленно отдышался и впервые за все время внимательно посмотрел в лицо младшего брата, - Вы не изволите шутить, Монсеньор? Опять кражи? И что же... - он повернул голову в сторону камердинера и покачал ей, - Нет, этот разгильдяй больше по части девичьих прелестей охотник, чем до драгоценностей... да он же не знает, что и делать то с этим добром, а, Жеди?

- Нет, не знаю, Ваша Светлость, - согласно закивал головой последний, краснея от посыпавшихся на него упреков, - Я не крал... вот ей-богу, клянусь Святым Лукой, апостолом, не крал.

- Ну, ты это брось... не перед святым отцом, - осадил его герцог, отрезая себе еще порцию оленины, - И молодой де Ресто ищет вора, значит? Хм... хм... видать, украли что-то у его сестрицы, не иначе. Да-с... а ведь у дочери герцога де Вьевиля завидное приданное должно быть. Да-с... так что же, все подозрения пали на этого проходимца? Нет, клянусь душой, это какая-то дурная шутка. Или, - бровь герцога сурово сдвинулись к переносице, - Или чьи-то козни? Не иначе кто-то пытается оговрить Франсуа. Да да, не иначе!

- Проблему надо решать. Проблему, герцог! - призвал его ко вниманию архиепископ, когда де Невиль-старший с прежним увлечением принялся разжевывать мясо.

- Проблема? О нет, мой дорогой брат, это не проблема, -
возразил герцог, делая паузы перед каждым словом, - Это, дорогой мой, расходы, - заявил он, отпил вино из высокого бокала и отложил в сторону вилку и нож, - И между прочим немалые расходы. Прежде всего нам нужно спрятать этого малого, пока все не утихнет. Нужно нанять человека, чтобы проследил за покоями фрейлин Мадам... лучше всего кого-нибудь из камеристок. Кто же должен знать что-то в этом дворце! - вскричал герцог и ударил ладонью по подлокотнику, - Придется поговорить с Ла Рейни. Этот прохвост наверняка идет по следу и он то знает, куда он ведет. Но ему удобнее держать мушкетеров на расстоянии от своего расследования. Как ловко он заставил всех поверить в виновность того же шевалье де Лоррена, меж тем как провел дознание сам и под шумок, между прочим, арестовал еще нескольких человек. Да-с... сударь мой, мы не позволим, чтобы камердинера нашего сына сделали козлом отпущения. Нет нет. И нет, - задумчиво похлопывая ладонью, продолжал герцог, - Я переговорю об этом деле с Ла Рейни. А потом поставлю в известность короля. Но, тебе, любезный, следует пока исчезнуть. Не хочу, чтобы нам пришлось вытаскивать тебя из кандалов. Даже если ты невиновен, королевская тюрьма красит только маршалов и пэров Франции, остальных же она превращает в персон нон грата. Так то вот.

- В кого? - боязливо вжав голову в плечи, переспросил Жеди.

- В нежелательных лиц, любезный. И в том, что моему сыну грозит эта незавидная участь, виновен будешь именно ты, - ответил герцог и поднялся, грубо отодвинув ногой стол с остатками завтрака, - Я отправляюсь к приемную Его Величества. Нынче утром, если вы хотите кого-нибудь отыскать, то это первейшее место. Я видел там префекта. Если Вы хотите успеть на Королевский Совет, идемте вместе.

11

Отправлено: 14.09.16 23:01. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Гостевые покои, комната маркиза де Виллеруа //

Говоря о неукоснительном соблюдении долга, герцог де Невиль вовсе не кривил душой. В его напутствиях сыну не было и тени лукавства, особенно же в той части, которая касалась королевского обеда. К этому издавна заведенному при королевском дворе ритуалу Его Светлость готовился с особенным тщанием и неукоснительно соблюдал все собственные предписания вплоть до мелочей. Вот и теперь, убедившись в том, что оставил наследника заботам опытного королевского камердинера, герцог поспешил позаботиться о собственной персоне и о том, чтобы соблюсти все приличия, равно как и исполнить свой долг перед королем, появившись на королевском обеде в самом подобающем и цветущем виде.

Именно поэтом он велел своему камердинеру поспешить с переодеванием, выбрав для своего обеденного выхода самый помпезный и яркий камзол из дорогой парчи лазурного цвета, чуть более близкого к серому, чем ноябрьское небо в Париже. В дополнение к длиннополому камзолу, который он одел поверх жилета, расшитого золотыми веточками виноградных лоз, был пышный шарф из тончайшего шелка с пришитыми к его концам кружевами, которые ложились пышными волнами на его груди. Короткие по моде панталоны были подвязаны голубыми атласными лентами, превращенными ловкой рукой его камердинера в пышные бутоны цветов. Туфли герцога были украшены бриллиантовыми пряжками, пристегнутыми поверх таких же бантов голубого атласа, только чуть меньшего размера, чтобы не мешать свободному передвижению. В довершение костюма безупречного и по своей роскоши, и по крою, голову, точнее пышные локоны русого парика, покрывала широкополая шляпа из фетра, выкрашенного в цвет парчи, из которой был сшит камзол. Два голубых пера цапли свисали по обе стороны полей шляпы, повторяя точь в точь силуэт одной из охотничьих шляп Его Величества.

- Безупречно, - с подчеркнутым восхищением прошептал камердинер, тогда как герцог не спускал строгого оценивающего взора с манжет, один из которых слегка морщил, - Это легко поправимо, месье, - поспешил добавить камердинер и подтянул кружева манжета на левой руке маршала, - Это поправимо. Теперь - безупречно.

- Н-да... пожалуй, лучшего ожидать не приходится, - произнес свой вердикт де Невиль и щелкнул каблуками, - Бенедикт! Бенедикт! Тысяча чертей, готово или нет?

- Готово, Ваша Светлость. Обед уже несут в покои архиепископа. Пожалуйста, следуйте за мной, -
отозвался мажордом герцога, стоявший в коридоре.

- Ну что же, готово так готово. Время, господа! Время не ждет.

Отправившись следом за мажордомом, герцог де Невиль явился к покоям архиепископа Лионского уже через несколько минут. В приемной прелата он застал до крайности смущенного камердинера.

- Его Преосвященство... занят, понимаете ли. Им не докладывали о Вашем приходе, господин маршал.

- Вздор. Я велел принести сюда обед для меня и для архиепископа. Пусть поторопятся накрыть его, - де Невиль старший обернулся, услыхав в коридоре шум торопливых шагов, - Окаянные... так опаздывают! Время, господин Жером, время не ждет. Немедленно доложите обо мне архиепископу.

- Но, Его Преосвященство изволят... - Жером затряс пухлыми щеками, безуспешно подбирая слова, - Трапезничать изволят.

- Ну так в чем же дело? Я присоединюсь к нему, - отрезал маршал и решительно отодвинул камердинера в сторону, - Приятнейшего аппетита, брат мой! - провозгласил он, распахивая перед собой дверь, и тут же обернулся к вошедшей в приемную прислуге, - Несите блюда, все сюда. Накрывайте на стол.

Он прошел в просторные покои архиепископа и сдержанно кивнул хозяину покоев, не спеша отдать должное его сану.

- О, господин аббат, и Вы здесь, - в приветственном обращении герцога не было тени почтения к сану аббата Мелансона, разделившего не отличавшуюся скромностью трапезу архиепископа, - Ну, так я присоединюсь к вашей компании, святые отцы, - заявил герцог и, не оборачиваясь назад, сел в мигом подставленное для него кресло.

12

Отправлено: 16.09.16 22:45. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Кабинет Его Величества. 4 //

Всякий раз, когда архиепископу Лионскому случалось покинуть стены тихой обители в Лионе, его словно выбрасывало на огромные беспрестанно крутившиеся механические жернова. Время изменяло свои свойства, становясь жидким и летучим, неуловимым как сам воздух и всегда недостаточным ни для чего. Архиепископу не удавалось сосредоточиться ни на чем без того, чтобы ему не докладывали, что его немедленно ожидают то на заседании Королевского Совета, то требуют его мнения в покоях кого-нибудь из важных вельмож, кому он не мог отказать в визите, то его присутствия дожидались страждущие в дворцовой часовне, потому что, о Господи Святый, он едва не пропустил время торжественной мессы по какому-нибудь церковному празднеству, обретшему внезапно совершенно важное значение всего навсего от того, что в Фонтенбло находился сам архиепископ Лионский. Вот и теперь, стоило почтенному прелату устроиться поудобнее в глубоком кресле за столом, накрытым к скромному обеду на двоих, как из приемной донеслись грубые голоса новых просителей. Легко узнаваемое ворчание Жерома было встречено бурей негодования и Его Преосвященство буквально утонул в подушках своего кресла, различив голос своего старшего брата.

- О, мой дорогой Мелансон, - сокрушенно проговорил Камиль де Невиль, воздев глаза к расписному потолку, - Если бы Вы только знали, сколько неудобств душевно и морально может доставить родство с таким человеком как маршал де Невиль. Недомолвки и кажущееся душевное беспокойство Ее Величества покажутся Вам сущим пустяком, страданиями пансионерок в монастырской школе.

- Это герцог? -
с опасением покосившись на дверь, спросил аббат и тут же с сожалением посмотрел на расставленные на столе блюда с запеченным карпом, кое-какой зеленью и о, манна небесная, его любимым гарниром из запеченной в горшочке фасоли, приправленной душистым базиликом и веточками розмарина.

Маршал вошел в покои прелата как некогда германский император Оттон вошел в Святой Город - гремя шпагой и декоративными шпорами, украшавшими его туфли ради блеска и мелодичного звона, отдавая приказы своим наемникам и намереваясь захватить главенство за столом.

- Доброго дня и Вам, герцог, - проговорил архиепископ, придав своему лицу то благостное выражение, которое подобало святым отцам, отрешившимся от всего мирского, - Я нисколько не против, если Вы разделите с нами нашу скромную трапезу. Право же, здесь хватило бы и на пятерых, зачем же Вы приказали принести еще блюда? Или Вы готовитесь к королевскому обеду, брат мой? - голубые глаза среднего де Невиля сощурились в доброй усмешке, он прекрасно знал привычки своего старшего брата и то, что тот скорее съел бы кожаные ножны от своей шпаги, нежели остался голодать хотя бы один лишний час.

- Дорогой аббат, я прошу Вас, оставайтесь, Вы столько же наш друг, сколько и часть нашей семьи, разве нет? Маленький дружеский обед стараниями герцога превращается в семейное торжество, - от глаза архиепископа не ускользнула наличие корзинки с пузатыми бутылками, заботливо укутанными в солому, - Вы намерены отпраздновать вступление юного Франсуа в гвардию, дорогой братец?

// Дворец Фонтенбло. Покои Ее Высочества герцогини де Монпансье. 4 //

13

Отправлено: 26.09.16 23:14. Заголовок: Нисколько не смущаяс..

Нисколько не смущаясь тем, что только что потревожил беседу двух отцов церкви, герцог не только занял место во главе обеденного стола, стараниями его мажордома превращенного в пиршественный, но и возглавил саму трапезу, а точнее, сопровождавшую ее беседу. Он так красочно и ярко живописал получение юным маркизом патента на лейтенантский чин, что даже архиепископу, видевшему все своими глазами, могло показаться, что он продремал все событие от начала до конца. Великолепие церемонии подписания патента и его вручения было передано герцогом в тысячах мельчайших подробностях. Детальность его рассказа могла повергнуть в стыд самого Гомера, описавшего великий поход греков под стены легендарной Трои.

- Если бы Вы только видели лицо герцога де Креки, господа! - со смехом разглагольствовал маршал, прожевывая солидный кусок сочной бараньей ляжки, - Этот старый плут намеревался просить Его Величество передать эту вакансию одному из своих племянников. Да да. Но, на то наш король и великий человек, чтобы помнить все, даже самые малые заслуги своих верноподданных.

Последнее конечно же относилось к самому герцогу и он для приличия умолк и даже скромно опустил глаза, чтобы отрезать себе еще один кусок. Проделав несложную операцию окунания баранины в густой соус, де Невиль тут же поглотил целиком весь кусок, прожевал до половины и продолжил рассказ, нисколько не гнушаясь пережевывать мясо, будто бы пережевывал злопыхательства бедного герцога де Креки.

- И да, я уже беседовал с Франсуа. О, какой молодчина, а! Весь в меня пошел, -
расхваливая на все лады новоиспеченного офицера из дома де Невилей, маршал позабыл о недавних сетованиях о том, что порой он не узнавал "кровь де Невилей" в своем непутевом отпрыске. Все было позабыто в блеске славы и величия их родового герба, которому, он был уверен, еще не раз предстояло красоваться в числе маршальских гербов.

- Так вот, не успел король вручить ему этот чин, как он тут же дал Франсуа секретнейшее поручение государственной важности, -
отпив глоток вина, от которого святые отцы скромно отказались в его пользу, де Невиль подался вперед и многозначительно прошептал, - Это настолько секретное поручение, что я не имею права рассказать о нем даже Вам, дорогой брат.

Перейдя от жаркого к супу, герцог был готов также перейти и к следующей части своего рассказа о героических подвигах своего наследника, когда в комнате появился его слуга и доложил о срочном вызове в приемную Его Величества.

- Как, уже? - скорее с удовольствием, нежели с удивлением спросил де Невиль и заставил вестника повторить приказ короля громче.

- Да, Ваша Светлость, Его Величество будет ждать Вас в кабинете тот час же после переодевания к обеду. Вас просят пройти в приемную, чтобы быть в распоряжении короля.

Торжествующий взгляд де Невиля-старшего был настолько красноречив, что других пояснений важности предстоявшей ему аудиенции и не требовалось. И все-таки, поднявшись из-за стола, он с важностью приличествовавшей моменту произнес на прощание:

- Дорогой брат, мы на пороге великих свершений. Позабудьте все наши волнения и беспокойства, прошлое это прошлое. Наш маленький маркиз уже обеими ногами твердо стоит на фундаменте будущего. Да здравствуют де Невили! -
поднятый им тост был торжественно выпит им же самим, - Честь имею, господа. Благодарю за приятнейшее общество и обед.

Откланявшись, герцог де Невиль вышел из покоев архиепископа и в сопровождении внушительной свиты из слуг, секретаря, мажордома и ординарца направился к главной лестнице, чтобы войти в королевскую приемную через парадные двери.

// Дворец Фонтенбло. Приемная Его Величества. 4 //


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Покои архиепископа Лионского. 3