Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Опочивальня Его Величества. 4


Дворец Фонтенбло. Опочивальня Его Величества. 4

Сообщений 1 страница 20 из 37

1

Утро 04.04.1661

    https://a.radikal.ru/a34/1902/d2/9c9633848ecf.png

2

Отправлено: 13.02.16 00:13. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход. //

Бесшумно отворенная дверь всколыхнула висевший на стене гобелен с фривольной сценой из охотничьих забав древнегреческих богов. Бонтан сдавленно чихнул, наглотавшись пыли, и быстро засеменил по густому ворсу ковра к двери в кабинет. Оттуда уже доносился мелодичный перезвон серебряной и стеклянной посуды, расставляемой на столе для королевского завтрака.

Выглянув из двери опочивальни, Бонтан потянул носом, уловив запах укропа, петрушки и базилика, за которыми угадывался аромат только что сваренного куриного бульона. О да, скромный первый завтрак Его Величества всегда отличался воистину спартанской диетой - бульон, черный хлеб и небольшой стакан вина разбавленного водой. Чтобы господа министры, а вслед за ними и придворные мемуаристы недоумевали, как молодой мужчина в расцвете сил мог протянуть до обеда на такой то диете и при его активном расписании. И только королевским камердинерам и королевскому повару были известны истинные масштабы аппетита Его Величества и то, что ежедневное меню королевского завтрака отличалось разнообразием как пиршество какого-нибудь из библейских царей.

- Его Величество уже поднялись? - поинтересовался главный распорядитель кухни, приветствуя первого камердинера низким поклоном, - Я распорядился принести бульон в двойной чаше, чтобы он не остыл.

- Подите-ка сюда, месье Шаперон, - поманил кулинара Бонтан и приоткрыл дверь в опочивальню чуть шире, - Сейчас же распорядитесь, чтобы с кухни принесли завтрак для Его Величества.

- Как, завтрак? А это что же? - округлил глаза Шаперон, не сразу сообразив, что от него требовалось.

- А я говорю, велите, чтобы принесли фрукты, какие есть, бисквиты... вино. Так, еще сыру и ветчины побольше. Булки свежие чтоб были, -
Бонтан ткнул указательным пальцем в грудь Шаперона, - Вина. Два кувшина, пожалуй. И что там из жаркого поспевает?

- Так это для месье де Грамона. Они изволят завтракать сразу же плотно, чтобы потом к обеду не беспокоить. Барашек. Третьего дня зарезали, мариновали... я собственно сам и готовил его.

- По-бретонски, небось? - не удержался Бонтан, глаза которого блеснули при мысли о сочном бараньем боку под густым соусом на сливках.

- Мой собственный рецепт, месье Бонтан - немножко дать мясу прожариться, поливая гусиным жиром, а потом нарезать и кусочки потомить под...

- Ясно ясно, значит, и жаркое пусть подадут, - скомандовал Бонтан, прикрыв ладонью рот кулинара, чтобы тот не изводил его рассказом, - И пусть несут скорее. Я сам все накрою. Его Величество будет завтракать у себя в опочивальне.

- О... так... завтрака было недостаточно? Но, месье Бонтан, я же сам собирал самые лучшие... самые свежие, - по лицу месье Шаперона пробежала вся гамма чувств от удивления до смертельного отчаяния, но Бонтан дружески похлопал его по заломленным в молитвенном жесте рукам.

- Полно полно, дело молодое, Его Величество голоден больше обычного. И да, приборы... распорядитесь, чтобы принесли сразу несколько... да хоть бы и на трех персон.

- У Его Величества будут гости за столом? - заинтересовался Шаперон, сощурив глаза, - Может быть понадобится помощь в обслуге?

- Я сам, месье Шаперон, я сам. Велите нести. Живо! - приказал Бонтан, услышав голоса спускавшихся по лестнице короля и приглашенных им гостей, - Я сам все накрою.

- Иду, месье Бонтан! Спешу! Уже бегу!

// Дворец Фонтенбло. Приемная Его Величества. 4 //

3

Отправлено: 13.02.16 23:14. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход. //

Немедленное разбирательство в деле о его аресте не входило в планы князя. Больше всего он хотел выспаться после двух бессонных ночей, а хищное урчание в животе не давало ему забыть про голод, который одолевал его еще с вечера. Он уже задумался о том, как бы поделикатнее отказать Людовику и отправиться в свои покои, где его наверняка ждал и горячий завтрак, и не менее горячий прием истосковавшихся по нему товарищей. Но тут король сам помянул про завтрак, пригласив их разделить его с ним в королевских покоях. От такого приглашения не отказываются, будучи в здравом уме.

- Это честь для нас, Ваше Величество, - проговорил Ференц и сжал локоть Ласлова, чтобы тот не вздумал возражать ни словом, ни каким-нибудь действием.

Он пошел вверх по истертым каменным ступенькам следом за королем, гадая про себя, сколько времени потребовалось Людовику, чтобы угадать, насколько скверно они провели эту ночь и утро. Неужели он выглядел настолько неряшливо? В таком случае, ему следовало возблагодарить Небеса за то, что по пути им повстречался только кузен. Судя по тому, как небрежно он был одет,  Его Величество также не успел еще привести себя в должный вид для официального выхода. Но куда же он направлялся? Кажется, Ласлова занимал этот же вопрос, на его смуглом лице можно было читать как в открытой книге, и взгляды, которые он то и дело бросал в сторону королевской персоны, были более чем пытливыми.

Указания Бонтана оказались весьма кстати, так как никто из всей троицы понятия не имел, куда направить стопы после того, как они оказались без сопровождения в длинном узком коридоре с множеством ответвлений, о существовании которых Ференц только догадывался, при том совершенно не имея понятия, куда они могли вести. Ах, если бы месье Бонтан не спохватился третьего дня и не забрал у них чертежи дворца, которые князь вырвал у неизвестного...

- Постойте... Ба! Да ведь мы же не одни, кто знает про эти коридоры! Черт подери, кузен, как я только мог позабыть про тот случай! - воскликнул князь, пребольно хлопнув себя ладонью по лбу, - Ведь в тот день, когда Вы уехали... мы обедали вместе с маркизом де Виллеруа... я вышел в оранжерею, - ему пришлось прервать свое повествование, так как новый спуск по винтовой узкой лестнице с ужасающе крутыми ступеньками требовал его внимание целиком и полностью.

Едва не скатившись по истертым ступенькам вниз, Ракоши успел притормозить только упершись в плечо кузена, шедшего впереди него.

- Черт бы побрал эти ступеньки, - не выдержал князь и наградил неудачно расположенный спуск крепким выражением на мадьярском.

Они оказались в королевской опочивальне, настолько большой, что даже огромная постель под высоким балдахином с вышитыми на нем лилиями и ангелами занимала всего лишь четверть всего пространства. Месье Бонтан уже приводил его в эту комнату и тоже утром. Только вместо Людовика в королевской постели спасался от притворной головной боли маркиз де Виллеруа. Ференц усмехнулся, вспомнив про ту мальчишескую проделку короля и первого танцмейстера, чем обман так и остался нераскрытым. В следующую минуту память напомнила ему о неожиданной встрече тем же утром в маленькой деревушке. Случай столкнул их на перекрестке дорог с королем, закутанным до неузнаваемости в дорожный плащ, и таинственной незнакомкой, чье лицо было невозможно угадать под дорожной маской. Об этом случае князь умолчал, помня данное им слово если не позабыть, то никогда не напоминать о той встрече.

В опочивальне царили сумерки, так как никто еще не позаботился раздвинуть плотные гардины, так что, увидев свое отражение в зеркале, Ференц едва сумел разглядеть себя. Руки машинально потянулись к перевязи, чтобы поправить саблю в драгоценных ножнах, подаренных ему перед отъездом из Трансильвании.

- Черт... а сабля то осталась у Ла Рейни! -
возмущенно воскликнул Ференц, позабыв из-за досады про то, что являлся гостем и не кого-нибудь, а самого короля.

4

Отправлено: 14.02.16 00:13. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход. //

Восклицание Ракоши заставило Людовика отвлечься от собственных мыслей и он невольно насторожился, вглядываясь в едва различимое темное пятно вдалеке, где коридор оканчивался еще одной лестницей, уводившей на несколько ступенек вверх к комнате, примыкавшей к Красному кабинету. Что мог означать возглас князя - удивление или оправдание?

Оранжерея? Еще одна недосказанность повисла в воздухе, нагнетая и без того далеко не шуточные настроения в мыслях Людовика. Мало того, что князь не позабыл дорогу в его покои и наверняка еще не раз прогуливался по тайным коридорам, преследуя собственные цели, так он еще и в оранжерее успел побывать. Рассказ был прерван из-за очередного спуска и король был готов высказаться в не менее цветистых выражениях неудовольствия, но не в адрес стертых ступенек и крутого спуска, к которому он уже привык, а в адрес кузена, распалившего его интерес до предела и не торопившегося с разъяснениями.

Выйдя в опочивальню, Людовик первым же делом позаботился о том, чтобы раздвинуть гардины и раскрыть настежь огромное венецианское окно, позволявшее выходить в сад прямо из опочивальни. Свежий воздух был напоен запахом дождя и ароматом роз, особенно сильным после утреннего полива. Людовик с удовольствием выдохнул и вдохнул вновь полной грудью. После прогулки в замкнутом со всех сторон пространстве, где помимо вечной темноты постоянно царил запах плесени и сырости, вдыхать ароматы цветов и весеннего ветерка было особенным наслаждением.

Он обернулся в сторону князя, уже красовавшегося перед высоким напольным зеркалом, и сдержал усмешку.

- Ваша сабля? - он насмешливо приподнял бровь и сделал вид, что крайне озабочен, - А Вам непременно может понадобится оружие, кузен? Не подождет ли это до окончания нашего... завтрака?

Следовало бы напомнить этому дерзкому властителю далеких трансильванских земель, что он находился в покоях короля Франции, но, Людовика куда больше занимала история, которую Ракоши так и не рассказал до конца.

- Так что же Вы увидели, прогуливаясь в Оранжерее, дорогой кузен? -
спросил король и жестом пригласил своих гостей занять места за столом, на котором с легкостью мог уместиться завтрак на компанию из шестерых человек, - Надеюсь, Вы угостите меня этой любопытной историей?

Двери в кабинет то открывались, то закрывались, пропуская Бонтана, вносившего в опочивальню подносы с блюдами и кувшинами, содержимое которых могло бы порадовать целую изголодавшуюся армию. Он расставлял все это на столе с методичностью и точностью, которым позавидовал бы даже самый вышколенный мажордом. Его Величество уловил на себе вопросительный взгляд камердинера, относительно "малого" завтрака и дожидавшихся в приемной министров.

- Бонтан, я выйду к Королевскому Совету после завтрака с князем. Кстати, об этой случайной встрече не стоит никому говорить. Никому, слышите?

5

Отправлено: 15.02.16 01:59. Заголовок: Яркий утренний свет ..

Яркий утренний свет рассеял царивший в комнате сумрак. Через распахнутое настежь окно ворвался свежий ветерок, принеся из сада ароматы распустившихся ранних роз. Невозможно было и думать о тупице Ла Рейни, не позаботившимся как должно о его сабле, ни даже о том, что он собирался рассказать Людовику. Мысли князя с молниеносной скоростью умчались в сторону затерянной в глубине сада дорожки, которую с обеих сторон обрамляли высокие розовые кусты. Туда, где он провел счастливые минуты, держа в объятиях девушку, подарившую ему поцелуй на удачу, девушку с таким утренним именем, что повторяя его, как будто снова и снова видишь пробивающиеся сквозь кроны деревьев солнечные лучи, девушку, чей голос, очаровывал его и вызывал улыбки.

Увлекшись воспоминаниями о встрече с мадемуазель де Монтале, князь не заметил, как господин Бонтан успел накрыть завтрак, который смело можно было предложить в качестве званного обеда для дюжины мужчин. Уловив на себе выжидающий взгляд Ласлова, Ференц подошел к столу и отодвинул один из табуретов. Приглашающий жест короля был расценен им как разрешение и он кивнул Ласлову, чтобы тот следовал его примеру.

- Так вот, о любопытной истории, - заговорил Ференц, после того, как Бонтан поставил перед ним кувшин с красным вином и вышел в кабинет, - Я шел через сад, когда заметил какую-то тень в Вашей опочивальне, кузен. Сначала я не придал тому значения, но подумав, нашел это странным. Ведь Вы уехали в Версаль, а маркиз шел рядом со мной. Кто же мог быть в опочивальне днем? Может быть и слуга, но что-то было в его движениях странное. Крадущееся, что ли.

Не прекращая рассказ, князь поднял крышку с центрального блюда и его взору предстал самый изысканный натюрморт, какой только можно создать из поджаренной до золотистой корочки бараньей ноги, артишоков, зеленых хвостиков петрушки и тонко нарезанного редиса и фаршированных каплунов, рассаженных в точной симметрии. Вооружившись огромной двузубой вилкой и ножом, предусмотрительно оставленным на столе, Ференц отрезал солидные куски для короля, себя и Ласлова. Полив кусочки баранины соусом из фарфоровой соусницы, он снова сел, намереваясь приступить к трапезе. Однако, заинтересованный взгляд Людовика заставил его отложить приборы и вернуться к рассказу.

- Дело было в следующем, кузен. В этой самой комнате хозяйничал неизвестный. Завидев меня, он бросиля к тем дверям. Это кажется туалетная комната? Вот туда и сбежал. Я прыгнул на него и сшиб с ног, заставив выронить то, что он намеревался вынести. Это был сверток с чертежами дворца. Месье Бонтан потом забрал его. Да, на этих чертежах были странные пометки. Похоже на пояснения к маршрутам. Но, для меня это сущая галиматья, - поспешил заверить он короля и захватил огромный кусок мяса в рот, чтобы наконец утолить изводивший его голод.

6

Отправлено: 18.02.16 21:38. Заголовок: При упоминании о чер..

При упоминании о чертежах дворца взгляд Людовика вперился в лицо кузена. Голубые глаза сверлили лицо Ракоши, пока тот расправлялся с куском баранины, нарезая толстые куски от запеченного бока, так что тот очень скоро грозил превратиться в груду костей.

- Месье Бонтан забрал их у Вас? - переспросил Людовик, мысленно кляня кузена за развязную манеру говорить с набитым ртом о крайне важных вещах, - Я полагаю, это те чертежи, которые я потребовал у месье Лево. Господин архитектор должно быть сам заглянул сюда, чтобы оставить их.

Важно было отвлечь Ракоши от мысли о том, что во дворце могло что-то происходить помимо празднеств и любовных интриг. Но прежде надо было выяснить, что именно успел разглядеть князь на злополучных чертежах. Не оттуда ли его познания о расположении коридоров и потайных выходах из дворца?

- Так это благодаря тем чертежам Вы узнали о лестнице, на которой мы с вами столкнулись? - улыбаясь спросил король и поддел на вилку блестящую маслину.

Затем он сорвал с груди салфетку, набросив ее на тарелку перед собой, откинулся на спинку стула, и предоставил гостям расправиться с львиной долей завтрака в надежде, что ему удастся вызвать кузена на откровенность, пока тот поглощен едой.

- Кстати, кузен, как Вы находите это вино? Наверняка Вас удивляет тонкий букет и аромат, совсем не свойственный обычным французским винам? И Вы будете совершенно правы, заподозрив его иноземное происхождение. Вино прибыло из Италии. Покойный кардинал, несмотря на свой аскетизм, прилагал все усилия к тому, чтобы воспитать во мне и в моих подданных вкус к настоящему искусству... даже в виноделии. Прекрасное вино, не так ли? Боюсь, что в придорожных тавернах, даже в Париже, подобная роскошь еще не скоро появится, - он подался вперед всем корпусом и серьезно посмотрел в глаза Ракоши, - Мне очень жаль, что мои люди оторвали Вас от вчерашней трапезы в корчме. Полагаю, Вы оказались там совершенно случайно и сделались невольными участниками какой-то большой игры, затеянной Ла Рейни. Вы кажется сказали, что его люди спутали Вас с кем-то другим? С кем же?

7

Отправлено: 18.02.16 23:36. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Приемная Его Величества. 4 //

Чувствуя себя как минимум канцлером королевского дома, Бонтан с важным видом прошел по на редкость пустынному коридору для прислуги мимо застывших на карауле мушкетеров и вошел в королевскую гардеробную. Из приоткрытой двери в опочивальню доносились голоса самого короля и молодого трансильванского князя. Бонтан недовольно хмыкнул, прикинув в уме, сколько тревог и волнений довелось пережить свите Его Высочества за прошедшую ночь. И ведь наверняка обыскались его во всем дворце и на близлежащих постоялых дворах.

Стряхнув мокрой щеткой пылинки, собравшиеся на новом костюме, предназначенном для утреннего приема и Королевского Совета, Бонтан осмотрел тщательно уложенные одна к одной свежие рубашки для Его Величества, разгладив незаметные морщинки на манжетах. Душенька Соланж была настолько аккуратной и точной - как и обещала, прислала перемену белья точно к семи часам. А ведь еще перед сном Бонтан видел все эти рубашки сваленными небрежной горкой, принесенными от королевских прачек и не ведавшими пресса и лавандовых саше.

- Теперь все готово... - удовлетворенно проговорил Бонтан, послав невидимому образу любимой супруги почтительную улыбку, - Благодарствую, душа моя.

Нарочито скрипнув тяжелыми туфлями, ступая по самым расшатанным дощечкам паркета, известным ему наперечет, Бонтан подошел к двери в опочивальню и осторожно открыл ее, стараясь сделать свой приход как можно более заметным. С одной стороны, ему не пристало слушать приватные беседы Его Величества, с другой же, время неумолимо двигалось вперед, и Людовику не следовало пренебрегать ожидавшими его министрами.

- Я только что видел кавалеров из свиты Его Высочества в приемной, - как бы невзначай проговорил он, наполняя один за другим бокалы молодых людей рубиновым вином с тонким легко узнаваемым ароматом старой вишни, смолы и сладкого винограда. Да, Его Величество, как видно, жаловал своего мадьярского кузена, коли выставил из личного серванта хранившуюся там бутылочку вина со звучным красивым названием Лакрима Кристи.

- Господа министры уже в полном составе у дверей в кабинет Вашего Величества собрались, - продолжал он с совершенно отрешенным видом, сервируя остатки нарезанного тонкими ломтиками сыра на тарелки мадьяр и отметив про себя, что сам Людовик уже ничего не ел и его тарелка была прикрыта салфеткой.

- И маркиз де Курсийон был в зале. Он уже отправился делать записи, - добавил он, напомнив королю о приглашениях к охоте так, чтобы не выдать его ненароком, если князь и его люди не оказались в числе приглашенных.

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход. //

8

Отправлено: 19.02.16 23:54. Заголовок: Все-таки чуткий слух..

Все-таки чуткий слух Людовика уловил что-то подозрительное в признании Ференца о том, что тот мельком взглянул на чертежи. Князю даже не потребовалось смотреть в глаза царственного кузена, чтобы понять это, как и то, что Людовика крайне заботило сохранение тайны существования потайных ходов. Краем глаза князь еще раз окинул небрежный утренний наряд короля, свидетельствовавший о спешке при одевании. Или не только мадьяры провели эту ночь не у себя? Легкий поворот головы в сторону огромной воистину королевской постели, пока Людовик смаковал вино из тонкостенного стеклянного бокала, и Ференц убедился в сделанных им выводах. И для него это было важно - ведь если речь шла всего навсего о свидании с женщиной, то Людовик более чем охотно согласится закрыть глаза на кажущиеся или настоящие проступки кузена, лишь бы только замолчать обстоятельства их встречи.

- Да, теперь я припоминаю, месье Бонтан сказал что-то про архитектора. Ну да, - оживился Ференц, - Но, повторяю, о той лестнице, на который мы встретились, - тут он запнулся, вспомнив, как затолкал короля назад в темноту самым грубым и непочтительным образом, - Об этой лестнице я узнал совершенно случайно. Ночью, позавчера мы с Ласловым собрались выйти... в общем, мы оказались на той лестнице для прислуги. По ней очень легко попасть на третий этаж и к моим покоям. Так вот, когда мы были на втором этаже, то услышали, что позади нас кто-то шел. Верно, Ласлов? - его друг утвердительно кивнул и князь продолжал рассказ, по ходу отпивая большими глотками прекрасное вино, которым их угостил король, - Мы спрятались в нише, под лестницей, собираясь выждать... ну, чтобы меня не спрашивали лишний раз, отчего я ушел с праздника, который Месье устроил в мою же честь. Представьте себе, кузен, то оказались турки. Да. Басурманы. И они направились к двери в покои Мадам. Точнее, к буфетной. Там их поджидал какой-то человек в лакейском платье. Он отпер дверь и провел их внутрь. Через некоторое время, раздались крики. Куда делись турки, я не помню, но из буфетной выскочили мушкетеры. Одни побежали наверх, другие вниз. Мы с Ласловым не успели и глазом моргнуть. И вот тогда то я нечаянно навалился на стену и открыл ее. Это оказалась та потайная лестница. Ну, а потом Вы уже знаете, что было. Если конечно же господин префект докладывал Вам про это происшествие.

Он осушил бокал, с сожалением воззрившись на просвечивавшее дно, и грустно усмехнулся.

- Вино прекрасное, кузен. Итальянское, если я не ошибаюсь? Мне давно не доводилось пить такое. Австрийский император не жалует итальянцев и соответственно все итальянское. Он поил меня жуткой кислятиной, стараясь привить вкус. Еще подшучивал о судьбе мадьяр, если Венгрия останется под властью турок - басурманы и вовсе не жалуют вино. Но... о чем это я? Так да, той же ночью я видел, как из дворца сбежал какой-то человек. Он воспользовался каретой герцога де Руже весьма воровским способом - забравшись под сундуки. Вот мы с Ласловым, - он кивнул головой другу, чтобы тот разделил с ним бремя героической славы, - Решили последовать за ним. Мы взяли лошадей. Точнее, нам их отдал помощник конюха, принявший нас за тех, кто дал ему щедрую плату за двух лошадей из Вашей конюшни. Правильно я его понял или нет, но кажется, это были все те же турки, которые проникли ночью в покои Мадам. В общем, мы увели лошадей, за которых они заплатили, и поехали следом за герцогской каретой. Мы бы схватили того человека на постоялом дворе, как-то он назывался... "Лилии" или что-то вроде того. Но, люди Ла Рейни схватили нас. Ничего не спрашивая и не объясняя свои действия, они затолкали нас в тюремную карету и привезли в Фонтенбло. Так что, я могу только догадываться, почему и зачем. Скорее всего, Ла Рейни решил, что раз я ношу сарматское платье, то я и есть тот турок, который нарушил покой в апартаментах Мадам. Три тысячи чертей, кузен! Нас схватили как каких-нибудь беглых каторжников! - вдруг он хлопнул кулаком по столу, а обернувшись, заметил преспокойно стоявшего за спиной месье Бонтана, готового налить вина в его пустой бокал.

- Вы видели Каринти и Шерегия в приемной? - спросил князь, подняв свой бокал выше, чтобы не упустить ни капли драгоценного вина, - И что же? Черт... простите, кузен, но мне нужно увидеть моих людей. Они целый день томились в догадках... если оставить их в неведении еще хотя бы на час, они могут натворить бед... броситься вызволять меня или что еще хуже, ворвутся в покои турецкого посла. Ведь всем известно, что Фераджи прибыл к Вашему двору не о торговле беседовать. Точнее, о торговле, но всего навсего за один предмет, - Ференц снял с голову подбитую соболиным мехом шапку и склонил голову, - За вот эту голову.

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход. //

9

Отправлено: 21.02.16 23:40. Заголовок: Пока кузен рассказыв..

Пока кузен рассказывал о своих приключениях, Людовик оставался неподвижным и внимал ему с кажущейся беспристрастностью. Это было нелегко, так как его то и дело подмывало переспросить или уточнить какой-нибудь особенно двусмысленный момент из истории князя.Почему вместо того, чтобы праздновать свой триумф вместе со всеми придворными в покоях Филиппа, ему вздумалось гулять по дворцу, да еще в столь подозрительной близости от буфетной в покоях Мадам? Не странно ли, что князь и его шевалье оказались в злосчастную минуту в самом что ни на есть подходящем месте для того, чтобы скрыться от погони? И кстати, отчего им было бояться встречи с мушкетерами, если за душой у князя нет никаких прегрешений против закона или против короля? Эти вопросы и множество других заставляли Людовика то и дело одергивать самого себя, чтобы не выказать больше интереса, чем это полагалось королю.

- А ведь то верно, кузен, - проговорил Людовик, поглядывая на золотые шнуры, украшавшие камзолы сарматского кроя на его гостях, - Ваше платье и впрямь один в один похоже на турецкое... правда, вы не носите чалму. Но в остальном. Посудите сами, что могут подумать малообразованные люди, нанятые Ла Рейни при виде ваших людей в этих длиннополых камзолах, да еще и с кривыми саблями за поясом. Вам бы следовало подумать о смене фасона, - полу-шутя полу-серьезно посоветовал Людовик, когда из туалетной комнаты к ним вошел Бонтан.

На лице камердинера была написана тревожная озабоченность, но чем именно, он не стал уточнять, представив три возможные причины для беспокойства королю и его сотрапезникам.

- Министры сегодня явились раньше обычного, - усмехнулся король и поднялся из-за стола, - Нет нет, сидите, господа, прошу вас, - он дружеским жестом коснулся плеча кузена, и прошел в глубину комнаты, где стоял туалетный столик.

Новость о мадьярах, дожидавшихся в приемной аудиенции, обеспокоила не столько Людовика, сколько самого Ракоши. И не мудрено, он то знал своих людей лучше и прекрасно знал то, о чем они могли подумать, не увидев своего князя второе утро подряд. Людовик обернулся к столу и посмотрел в лицо Ракоши. Тот снял свою меховую шапку и склонил голову, как будто готовый принять свою судьбу.

- Нет, кузен. Решительно нет, - возразил ему Людовик, - Я не позволю моим министрам затрагивать в переговорах с турками вопросы, касающиеся Вас лично и Ваших притязаний на корону. Это не обсуждалось и впредь не будет. Поверьте, у посла султана Мехмеда есть и другие более острые вопросы на повестке. Ему не дают покоя Габсбурги с обеих сторон - Испания и Австрия всячески мешают его планам на Средиземноморье, венецианцы нарушают достигнутые договоренности о перемирии. Франция нужна Порте как гарант стабильности в этом регионе. На большее я не готов подписаться, так как и сам я связан договором.

Он прошелся по комнате. Ноги его, обутые в мягкие туфли без каблуков, утопали в ворсе ковра. делая шаги совершенно бесшумными. В задумчивости Людовик теребил шнурки от воротника рубашки, едва не затянув их в узел. На губах его мелькнула улыбка, когда он вспомнил, с каким озорством его возлюбленная развязывала этот узелок в Версале, притворяясь, что это было невозможной задачей для нее. О, невозможным было для него держать себя в руках в ожидании, когда все фанты, точнее. все узелки и ленты на нем не были развязаны.

- Да, да, кузен, ступайте к Вашим людям. Пожалуй, не следует заставлять их слишком долго ждать новостей от Вас. Я крайне обязан Вам за те сведения, что Вы мне сообщили, - глаза Людовика сузились, когда он задумался, отчего они с Олимпией решили не приглашать Ференца Ракоши на охоту, только ли из-за турок? Или все-таки, дело кроется в любви кузена прогуливаться у покоев Мадам, и Олимпия если не знает, то предчувствует что-то, связанное с этим?

- Да, прошу Вас, не держите зла на Ла Рейни. Его можно винить, но только в излишнем рвении. Я сам сделаю ему выговор и передам ему то, о чем он вероятно и не подозревает еще. Этот беглец, сдается мне, что это тот самый человек, которого господин префект искал со времени нашего приезда в Фонтенбло, -
добавил король и крепко пожал княжескую руку вместо того, чтобы принять от него формальный поклон, - Нет, кузен, нет, между нами не может быть поклонов, - с этими словами он дружески похлопал кузена по плечу и величаво кивнул его другу, черноволосому мадьяру с непроизносимым, но таким звучным именем.

- Бонтан, проводите Его Высочество через тот же потайной ход.Так будет быстрее. И удобнее для всех. А потом вызовите моего куафера... впрочем, это слишком долго. Побрейте меня сами. И одеваться. Господа министры собрались сегодня раньше обычного и все же не следует заставлять их ждать слишком долго. Мало ли какие мысли могут появиться в их мудрых головах, пока они топчутся в приемной.

10

Отправлено: 23.02.16 01:26. Заголовок: Завтрак у короля ока..

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход. //

Завтрак у короля оказался достойным вознаграждением за голодную ночь, проведенную в холодном подвале. Даже вопросы, которым засыпал князя Его Величество, не умалили аппетита, с которым Ласлов набросился на предложенные им закуски. Он так увлекся сочной бараниной и поданным к ней вином, что не заметил того, как разговор кузенов от чертежей и подозрительных личностей, замеченных в королевских покоях перешел к событиям, приведшим их аресту на злополучном постоялом дворе, гордо именуемом "Королевские Лилии". Ярость, с которой князь хватил по столу кулаком, в ту же секунду отрезвила задремавшее под винными парами сознание Ласлова. И надо же было тому случиться, что именно в тот момент в разговор встрял камердинер короля. А ведь у Ласлова тоже было, что сказать королю о храбрости и хваленой чести гвардейцев, лишивших их всякой возможности защитить свое доброе имя - ни саблями, ни доводами разума. О нет, куда проще было заткнуть им рты кляпами и связать как каких-нибудь воришек. Глаза мадьяра вспыхнули гневом, ах, зачем же он не взял с собой пистолет из седельной кобуры, подчинившись требованию князя.

Впрочем, гнев Ласлова на гвардейцев и королевскую канцелярию был ничтожен как высохший под июльским солнцем ручей в сравнении с весенним разливом на Дунае. Едва только в разговоре прозвучало упоминание о турках, как рука шевалье сжалась на рукояти столового ножа, а в глазах заиграли опасные молнии. Торговать головой князя - этого он не позволит никому, даже королю Франции!

К счастью для отношений кузенов и дипломатии французского королевства в целом, горячность Ласлова уступила перед спокойствием, с которым держался сам князь. Шевалье опустил нож на пустую тарелку и лихо осушил наполненный до краев бокал вина. Он тряхнул головой, так что меховая шапка съехала на ухо, и громко хмыкнул, перехватив укоризненный взгляд месье Бонтана.

Пока король и князь прощались, Ласлов топтался перед старинным гобеленом, скрывавшим потайную дверь, выводившую в уже знакомый им коридор. Рисунок, изображавший сценку из охоты, заинтересовал его. Он был готов поклясться, что гобелен в галерее Дианы, за которым скрывалась такая же потайная дверь, был один в один похож на этот. Случайное ли это совпадение или кто-то намеренно велел изготовить одинаковые гобелены для обозначения таинственных дверей во дворце?

- Да, прошу Вас, не держите зла на Ла Рейни. Его можно винить, но только в излишнем рвении.

- Это вряд ли, - глухо проворчал Ласлов и хмуро посмотрел в сторону дверей в королевский кабинет, - Этот мерзкий слизняк оскорбил честь и достоинство крон-принца. И к тому же, нам так и не вернули наши сабли.

У него было что сказать этому самодовольному государю, чьими заслугами покуда были только организованные им балеты да пустые развлечения. И все-таки, умел он загладить вину, пусть и не лично свою. Когда король отказался принять поклон князя, назвав его равным себе, лицо шевалье просветлело и он был готов простить Людовику грехи его ищеек и даже медлительность, с которой его дипломаты вели дела князя. Он отвесил французскому королю такой поклон, какого не удостаивались прежде ни венецианский дож, ни эрцгерцог в Аугсбурге, ни сам австрийский император.

- Мы всегда к Вашим услугам. Ваше Величество, - заявил шевалье на прощание, чтобы не остаться в долгу перед вежливостью, оказанной ему Людовиком, - С Вашего позволения, мы сами отыщем того беглеца и предоставим его в руки господина префекта. Пусть господин Ла Рейни будет уверен, мадьярам не нужны доносчики и соглядатаи для того, чтобы поймать негодяя.

Может быть он сказал лишнее, а может быть князь просто подумал о своем, о светлом и совсем далеком от погони за беглецами и турками, когда смотрел в сторону окна, выходившего во внутренний двор и оранжерею. О да, это же был тот самый сад, где князь встречался с мадемуазель де Монтале.

- Честь имеем, Ваше Величество! - сказал Ласлов на прощание за себя и за князя, направив его за плечи к потайной двери, - Если Вам понадобится наша помощь, Сир, мы всегда в Вашем распоряжении!

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход. //

11

Отправлено: 02.03.16 01:46. Заголовок: Серебряный перезвон ..

Серебряный перезвон колокольчиков на каминных часах в кабинете объявил о времени выхода. Людовик с нетерпением повел плечами, на которых все еще болтались незавязанные атласные ленточки небесно голубого цвета, и тряхнул головой. Густые волнистые волосы разметались по плечам, скрывая от ловких рук камердинера банты, которые он едва успел завязать.

- Достаточно, Бонтан. Королевский облик важен, но еще важнее королевская точность. Нам следует появиться в приемной не позднее, чем закончат бить колокола на башенных часах. Кстати, а отчего это Вы заняты моим гардеробом сегодня? Где Лионель?

Он говорил, стоя перед огромным напольным зеркалом, критически оглядывая себя в отражении. Его брови были недовольно сведены к переносице, а в уголках рта появились чуть заметные ямочки усмешки. Он заставлял себя ждать не только просителей и провинциалов, искавших королевской милости и возможности быть лично представленными ему ради придворной карьеры или передачи прошений. Важнее всего было то, что с недавних пор он ввел за правило собирать Королевский Совет в своем личном кабинете ранним утром, когда многие из тех, кто претендовал на роль советника или даже интенданта, и не помыслили бы о выходе в свет. Таким образом, Людовик заставлял уважать себя и свою волю - если он назначал Королевский Совет, то это было непреложно и никто из тех, кто дорожил своим положением и интендантством, не посмел бы пропустить назначенную королем встречу, сколь бы ранней она не была.

- Ну ладно, бог с ним, -
прервал едва начатые объяснения Людовик, расправляя кружевные манжеты на правой руке, - Если у месье Лионеля оказались столь важные дела, что он пропустил свое дежурство, то пусть так. Сегодня я не намерен высказывать свое неудовольствие ни к кому из тех, кто был со мной в Версале. Вы меня понимаете, Бонтан?

Понимал ли Бонтан или нет, по его лицу все равно было трудно прочесть что-то кроме сосредоточенного внимания к королевскому платью. Людовик взмахнул рукой, так что пена кружев на его манжетах взмыла вверх прозрачным облачком и развернулся на каблуках.

- Пора явить наш царственный лик пред господами министрами и моими придворными, - торжественно заявил он четким чеканным шагом прошествовал через кабинет к дверям в приемную, успевая как раз к последнему бою больших башенных часов.

Дежуривший у дверей лакей тут же распахнул обе створки настежь, а церемониймейстер двора хорошо поставленным голосом объявил вовсеуслышанье:

- Король!

// Дворец Фонтенбло. Приемная Его Величества. 4 //

12

Отправлено: 23.04.16 02:05. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Приемная Его Величества. 4 //

"Не отвлекайте Совет от более важных дел" - брови Никола Габриэля иронично взметнулись вверх после слов Его Величества, но он тут же поспешил склонить голову, чтобы скрыть еще более ироничную ухмылку.

Не проведя и пяти минут на заседании Королевского Совета, король удалился в свои покои, оставив господ министров в крайне противоречивых чувствах. Ла Рейни не даром получал свой хлеб как префект полиции - по лицам собравшихся он с лету определил разочарование смешанное с оправданными "наихудшими опасениями" в адрес молодого монарха. О да, из всех присутствовавших в Совете, пожалуй, только старик де Лионн разделял веру покойного кардинала в то, что посеянное в уме Людовика разумное и доброе даст благие всходы. Знали бы все эти люди, чем на самом деле был озабочен король! Впрочем, при этой мысли Никола Габриэль смиренно опустил взгляд в пол и поспешил следом за юным де Невилем, приглашенным в личные покои короля. Кто знает, что на самом деле руководило помыслами Людовика - господин префект покуда мог быть уверенным только в том, что Его Величество был далеко не так прост, чтобы позволить читать себя и свои намерения.

- Кольбер, дождитесь здесь. Нам нужны глаза и уши... особенно уши, - шепнул Ла Рейни, проходя мимо человека в черном камзоле.

Тот лишь кивнул в ответ, оставаясь безмолвным свидетелем жаркой баталии, тут же разыгравшейся между интендантами, не успели караульные мушкетеры закрыть двери в королевскую опочивальню.

- Сир, - начал было Ла Рейни, но тут же умолк, вспомнив о неписанном правиле не заговаривать с королем, пока он сам не пожелает обратиться к вам. Он склонил голову, ожидая позволения начать и нервно поглаживал бархатную обложку черной папки, которую держал все то время. Досье из личных архивов Фуке, полученное путем, быть может и нелицеприятным, жгло не только пальцы, но и язык Никола Габриэля - ему не терпелось поскорее поведать королю о новом компромате на суперинтенданта. Но, с первого же взгляда в лицо Людовика, он понял, что был вызван для личной беседы вовсе не ради новых открытий о редкостных удачах и махинациях величайшего финансиста своего времени.

"Неужели Ракоши успел уже нажаловаться на меня?"
- задавался вопросом префект, поглядывая искоса на цветущего счастливой улыбкой Виллеруа, являвшего собой полную ему противоположность.

13

Отправлено: 23.04.16 22:08. Заголовок: - Молчите, Ла Рейни!..

// Дворец Фонтенбло. Кабинет Его Величества. 4 //

- Молчите, Ла Рейни! - процедил сквозь зубы Людовик и повернулся к префекту спиной.

Ему потребовалась вся выдержка и заученные с годами убеждения, чтобы напомнить себе - он король, властитель, а значит, не должен был и не мог позволить себе опуститься до низменной ругани. Как бы ему не хотелось примерно отчитать господина префекта за неумеренность в его рвении, в том, что как он подозревал, было ничто иное, как жажда выслужиться за счет любого, кто попадется ему на пути.

Выдох. Долгий, протяжный выдох, призванный не только к успокоению души, но и к тому, чтобы заставить затаивших дыхание Виллеруа и Ла Рейни уловить его гнев без того, чтобы изливать его в потоке громкой брани. Вдох. И еще один выдох, на этот раз для себя - решимость, не смотря на необходимость сдерживаться, внутри него должен быть несгибаемый железный стержень - нельзя допустить, чтобы этот чрезвычайно преданный ему и предприимчивый человек вздумал воспользоваться кажущимся спокойствием и принять его за мягкотелость.

- Месье, я сделал Вас префектом полиции, -
заговорил Людовик, повернувшись лицом к Ла Рейни, - Я возвел Вас в эту должность, поставив над всеми комиссарами Шатле, даже над комендантом Бастилии. Я дал Вам власть применять ресурсы полиции и Канцелярии для того, чтобы изыскать факты и доказательства по совершаемым в столице, а теперь и при моем дворе, преступлениям против моего закона.

Он говорил спокойно. Твердым голосом. Четко выговаривая каждое слово. Никакой скороговорки, никакой спешки. И тихо. Да, вот так, чтобы заставить себя слушать, внимая каждому звуку, слетавшему с его губ, даже каждому их движению.

- Но я не давал Вам полномочий решать виновность или невиновность людей, даже тех, кого Вы могли бы подозревать, - вот тут голос короля чуть повысился, а в голубых глазах появился холодок гнева.

Высказав эту тираду, Людовик вновь замолчал. Но лишь на несколько секунд, чтобы взять себя в руки и не вывести все до театрального фарса. "Нет, господа, король Франции не таков, чтобы рвать и метать," - подумал Людовик и посмотрел в лицо притихшего и сделавшегося необычайно серьезным Виллеруа. Пусть смотрит - он друг, он заметит фальшь там, где его креатура, обязанный ему и чином, и положением, и властью, проморгает или предпочтет не заметить.

- Месье, меня огорчает тот факт, что я сделался предметом Ваших изысканий, - прежним тихим голосом проговорил Людовик, мысленно послав улыбку своей возлюбленной, о да, она бы не стала льстить ему, попроси он ее оценить его выступление, но он был уверен, что заслужил бы в ответ такую же улыбку из-под опущенных ресниц - "Ты все делаешь как надо, любимый" И он знал это и сам, наблюдая за сменой выражений на лицах юного маркиза и повидавшего жизнь префекта.

14

Отправлено: 24.04.16 22:18. Заголовок: Тихий щелчок и после..

Тихий щелчок и последовавшее за ним потрескивание механизма каминных часов отвлекли Никола Габриэля от зачарованного внимания к голосу короля. Он медленно отвел взгляд в сторону камина и отметил последнее движение минутной стрелки перед тем, как крохотные колокольчики, спрятанные внутри литых фигурок, пробили три четверти.

Выдохнув, Ла Рейни внутренне подобрался и снова взглянул в лицо Людовика. Тихий выговор сам по себе был куда лучше громовых раскатов, который иной раз позволял себе молодой король, когда не сдерживал свои душевные порывы. И все-таки, надо было быть последним невеждой, чтобы не услышать скрытую грозу в этом тихом голосе. И отчего-то Его Величеству понадобилось отчитывать его в присутствии этого юного шалопая де Виллеруа. Неужто юноша оказался столь мягкотелым, что нажаловался королю?

И тут прозвучало оно, самое главное и самое страшное. Еще не до конца осознав все значение произнесенных Людовиком слов, Ла Рейни почувствовал холод на затылке и шее, будто бы от ледяного дыхания. Не видя своего отражения в зеркале, висевшем на стене позади него, он, тем не менее, был уверен в том, что лицо его изменилось до цвета омытой дождями штукатурки - не серой еще, но и не сохранившей свежесть белого цвета.

- Месье, меня огорчает тот факт, что я сделался предметом Ваших изысканий, - повторил голос в глубине его сознания и Никола Габриэль встрепенулся, почувствовав неприятный липкий пот, проступивший на ладонях и висках - страх и ответственность вызывали его.

- Сир, я не смею... я не смел бы просить Ваше Величество пояснить Ваши слова, если бы не был уверен в том, что я далек от понимания, -
заговорил он наконец под пристальным взглядом холодных голубых глаз, - Вы - предмет изысканий? Но, помилуйте, я никогда... нет же, по знанию и даже по малейшему подозрению, что какое-то дело могло коснуться лично Вас или кого-то из Вашего ближнего круга, я никогда не вел бы никаких изысканий. Нет. Только не преднамеренно. Я умоляю Ваше Величество высказаться более определенно, чтобы я мог сейчас же отдать распоряжения пресечь неугодные Вам действия... чтобы я мог...

От звуков собственного голоса, сделавшегося вдруг неуверенным, Ла Рейни едва не перекосило во второй раз. Да нет же, он не мог ошибиться ни в чем и все было подотчетно королю. Быть может, такая постановка вопроса была просто напросто проверкой? Розыгрышем? Опасливо подняв взор, он снова встретился со взглядом короля, но убедился лишь в том, что шуткам и проверкам в этой беседе места не было.

- Сир, могу ли я узнать, что именно вызвало Ваше огорчение?

15

Отправлено: 24.04.16 23:52. Заголовок: Накал беззвучного гн..

Накал беззвучного гнева был доведен до предела. Видя, как посерело лицо префекта, Людовик почувствовал внутреннее удовлетворение, теперь то месье Ла Рейни мог на собственной шкуре оценить всю прелесть так называемых "дознаний". А ведь с него еще не спросили ровным счетом ни за что и ни за кого определенно.

- Месье, - не выдержав потока бессвязных оправданий, Людовик прервал префекта и взмахом руки приказал замолчать, - Довольно, месье. Вы задели не меня лично, это так. И даже не самых близких мне людей, упаси Вас бог. Но Вы сделали меня посмешищем. Как, скажите на милость, мне оправдывать Ваши методы и действия, если я и сам перестаю верить в их необходимость?

Взгляд Ла Рейни сделался бегающим и затравленным, как будто он уже видел перед собой призрак Шатле. И все-таки, стоило сделать всего минутную паузу, чтобы услышать наконец членораздельный и резонный вопрос! Удовлетворенный проведенным экспериментом, Людовик щелкнул пальцами, привлекая внимание Виллеруа, который явно был занят более своими фантазиями, нежели происходившим у него на глазах.

- Месье маркиз, я прошу прощения, не будете ли Вы любезны заглянуть в кабинет и принести оттуда папку с документами, которая лежит на моем личном бюро. Я по рассеянности забыл ее.

Дождавшись, когда маркиз вышел за дверь, Людовик кивнул префекту. Его лицо сделалось светлее, а в уголках губ появилась улыбка. Однако же, тон его тихого голоса оставался прежним.

- Месье Ла Рейни, я имею в виду вмешательство в дела моих приближенных. А точнее, моего кузена князя Ракоши. Мне было крайне неприятно, даже более того, неудобно, понимаете, сударь? Неудобно оправдывать действия Ваших агентов и гвардейцев сержанта Дезуша. Я чувствовал себя так же скверно, как егерь, чьи собаки вывели охоту по ложному следу. Нет, пожалуй, еще более скверно. Знаете этот привкус после того, как Вам приходится оправдываться? Думаю, Вам это знакомо. Так вот мне тоже пришлось испытать это прескверное чувство. Я не хочу слышать никаких оправданий с Вашей стороны, сударь. Думаю, что случившееся и впрямь было делом нелепой случайности, а не намеренного вымещения чьих-то обид. Но на будущее, месье префект, я хочу, чтобы Вы твердо зарубили себе на носу - дела моих гостей, дипломатические вопросы, а также моя личная свита и двор остаются в моем личном ведении. У меня есть люди, чье происхождение и заслуги равнозначны и кому я доверяю. В Вашем ведении и без того немало дел, за которые я и хочу спрашивать с Вас отчеты. Да вот хотя бы кражи. И недавние убийства. Полагаю, что месье дю Плесси-Бельер и его брат, генерал де Руже не смогли продвинуться далеко вперед. По известным нам обоим причинам.

Пристальный взгляд заставил бы и камень обратиться в воск. Людовик сцепил пальцы рук между собой и еще тише процедил:

- Полагаю, Ее Величество воспользовалась подписанным мной приказом об аресте из тех, который я выдал Вам для ведения дознаний по делу о взрыве? Скажите, месье, Вы уступили воле королевы или же каким-то другим резонам, отдав эту бумагу? Может быть у Вас были личные причины для того, чтобы избавиться от Его Светлости? А позднее Ваши агенты проявили завидную прыть, преследуя князя Ракоши и его шевалье едва ли не до самых ворот Парижа. Эти два факта, конечно же, не связаны между собой, нет? - он подошел ближе к префекту и угрожающе нагнул голову, глядя сверху вниз, - Берегитесь, месье префект. Ведь может показаться, что между этими фактами на самом деле есть вопиющая связь. Не окажитесь пешкой в чужой игре.

16

Отправлено: 25.04.16 01:38. Заголовок: Его похвалили! И не ..

Его похвалили! И не просто перед кем-то из смотревших на него свысока фаворитов, а перед самим герцогом! Да еще и в присутствии всего Королевского Совета. От взгляда Франсуа не укрылось то, как горделиво взметнулся орлиный нос герцога де Невиля после того, как король при всех назвал маркиза героем. А еще, Ора высказала Его Светлости такую тираду, что тот даже позабыл про свой обычный набор язвительных колкостей в адрес младшего сына. Это ли не победа! Ну, может быть герцог де Невиль не самый страшный из всех драконов, которых Франсуа и побаивался, и желал поразить, но лиха беда начало! Витая в радужных мыслях, он даже не заметил ни то, что в королевской опочивальне они остались втроем с королем и господином префектом, ни то, что тон беседы с первого же слова сделался жестким. Это осознание пришло несколько позднее, когда, не смотря на то, что окна в опочивальне были распахнуты настежь, маркиз почувствовал духоту, как будто бы надвигалась новая гроза. Тихий голос короля никак не вязался с тем, что он говорил, и даже увлеченный собственными мыслями о предстоящей охоте и встрече с Орой, Франсуа не мог не расслышать отголоски гнева. Вот только что именно разгневало короля, он так и не узнал, так как внезапно Людовик вспомнил о его присутствии и отправил его с поручением в кабинет.

Слова "я не давал Вам полномочий решать виновность или невиновность людей, даже тех, кого Вы могли бы подозревать" запали в памяти Виллеруа и он невольно повторял их про себя, гадая, кого же на самом деле имел в виду король. Наверное, Его Величество решил положить конец деятельности Канцелярии на поприще арестов придворных в королевском дворце. А может быть не в меру энергичные ищейки Ла Рейни схватили кого-то из личной свиты короля? Ведь арестовали же маршала дю Плесси-Бельера и, по слухам, отправили в Бастилию, воспользовавшись одним из бланков на арест, подписанным рукой короля.

Но, кого еще кроме господина дю Плесси отправили в застенки, маркиз не успел расслышать, так как разговор продолжился только тогда, когда дверь за его спиной захлопнулась и щелкнула щеколда.

- Господа... - увидев перед собой лица обернувшихся как по команде министров, в том числе дядюшки и отца, Франсуа стушевался и смущенно развел руками, - Я прошу прощения. Мне поручено, - сказал он и огляделся, ища указанный королем предмет.

"Черт, где же она?" - спросил он самого себя, не решаясь задать этот вопрос секретарю Его Величества, вставшему перед ним с вопросительным выражением на лице.

- Месье маркиз, Вы что-то ищете? Позвольте, я, - за пренебрежительный тон к сыну маршала месье Туссен Роз вполне мог бы схлопотать церемониальный вызов на дуэль, но говорил он так тихо, что до ушей герцога де Невиля наверняка не долетело ни звука.

- Мне... Его Величество приказал принести ему папку с документами, - проговорил Франсуа и завертел головой. Где же могла лежать искомая папка, если не на письменном столе, но там были лишь чистые листы бумаги, гербовые бланки для указов и пучок заточенных перьев рядом с фарфоровой чернильницей.

- Ах да, вот та, что на бюро! - вспомнил маркиз и подбежал к бюро, чтобы схватить нужную папку.

- Но, месье! - зашипел на него Туссен Роз, сделавшись похожим на разозленного гусака, - Вы уверены, что Его Величество не приказывал Вам вызвать меня? Это папка с бланками о должностных назначениях. И я еще не просмотрел те вакансии, которые поступили на королевское рассмотрение.

- Видимо, Его Величество желает лично рассмотреть их, - с истинно мальчишеской дерзостью выпалил Виллеруа и поспешил назад в королевские покои, чувствуя на затылке пристальные взгляды собравшихся на Королевский Совет царедворцев.

- Какая дерзость...

- Неужели теперь даже вакансии будут раздаваться сугубо с милости короля?

- Господа, господа, продолжим! - послышался голос Юга де Лионна, сопровождаемый тревожным перезвоном стеклянного бокала, по которому он постучал серебряной вилочкой, оставленной на столе вместе с завтраком, к которому Его Величество так и не успел притронуться в то утро.

- Вот! Папка! - выпалил Виллеруа и захлопнул за собой двери немного громче, чем следовало, - Кажется, я нашел ту, которую Вы просили, Сир? - смущение и нерешительность уступили энергии и задору - служить королю, вот все что он желал в ту самую минуту, ну, еще конечно же, порадовать Ору каким-нибудь новым ярким подвигом.

17

Отправлено: 27.04.16 23:18. Заголовок: Значит, все-таки реч..

Значит, все-таки речь идет о мадьярском принце, с неожиданным облегчением подумал Ла Рейни, скосив опасливый взгляд на неплотно закрытую дверь в кабинет. Оттуда доносился бодрый тенорок Виллеруа, доложившего о своем поручении и неприятный каркающий голос мэтра Роза, предлагавшего свою помощь. Ла Рейни поморщился при мысли о том, что ему еще предстояло сообщить королю о истинном положении вещей во дворце, буде у Его Величества желание его выслушать.

И все-таки хорошо, что хотя бы о слуге юного маркиза король услышит не из третьих рук и тем более не от старого маршала, матера переворачивать факты, как ему вздумается. Но кто-то успел уже пролить свет на скандальную историю с мадьярами - губы префекта сжались в узкую полоску, не предвещавшую ничего доброго тому, кто посмел проболтаться.

- На будущее, месье префект, я хочу, чтобы Вы твердо зарубили себе на носу - дела моих гостей, дипломатические вопросы, а также моя личная свита и двор остаются в моем личном ведении. У меня есть люди, чье происхождение и заслуги равнозначны и кому я доверяю. В Вашем ведении и без того немало дел, за которые я и хочу спрашивать с Вас отчеты.

Никола Габриэль вскинул очи горе и развел руками, тогда как сам король договорил за него же.

- Да, Сир. Именно о кражах я и хотел доложить Вашему Величеству. Если бы Вы дали мне возможность высказаться, -
но нет, ни о какой возможности и речи быть не могло - Людовик продолжал свою речь, не обращая внимания на протестующие попытки префекта вставить хоть единое слово, если не в оправдание, то хотя бы ради того, чтобы внести ясность. Ледяной и непререкаемый тон короля не оставлял сомнений в том, что он был готов даже пересмотреть кандидатуру на должность главы создаваемого им нового ведомства государственной полиции, если Ла Рейни не оправдает возлагаемых на него надежд. Тем паче, если окажется, что им играли как пешкой в разыгрываемой партии дворцовых интриг.

- Сир, если бы у меня возникло хоть малейшее подозрение, что волей королевы двигал чей-то злой умысел, я никогда не уступил бы приказу и не отдал бы летр-каше для ареста маршала дю Плесси-Бельера. Кстати, Его Светлость сам же и предупредил меня о намерении королевы. Нет, я не знаю, право, что там произошло, но, если Вашему Величеству будет угодно призвать маршала ко двору...

Их разговор, ведшийся на приглушенных тонах, дабы не быть услышанными случайно оказавшимися у дверей ушами, был прерван. Влетевший в опочивальню маркиз радостно помахивал папкой с документами и с нетерпением в глазах ждал следующего поручения.

- Этот энтузиазм, право же, - улыбнулся Ла Рейни, чтобы хоть как-то загладить уже сложившееся у юноши мнение о себе, как о крайне неприятном типе, - Однако же, Сир, я должен был сообщить Вашему Величеству еще несколько важных новостей. И одна из них, - скорбно возведя брови Ла Рейни подыскивал подходящие выражения, в которые можно было облечь обвинение слуги маркиза де Виллеруа в кражах.

Его снова прервали, на этот раз нежданная оказия явилась в лице мушкетера, ворвавшегося в опочивальню короля через гардеробную комнату, дверь которой выходила в коридор для прислуги.

- Сир! Ищут префекта. Срочное дело! - выпалил мушкетер без каких-либо приветствий, - Господин префект! Скорее. Там... -
он вытаращил глаза и по взволнованному выражению его лица Ла Рейни сам догадался, что именно могло стрястись.

- Ваше Величество, боюсь, что промедление будет катастрофическим. С Вашего позволения я немедленно отправляюсь. Но, позвольте мне оставить Вам эту папку. Здесь есть несколько документов, которые могут заинтересовать Вас. если Вам будет угодно взглянуть. На досуге. Надо ли говорить, что эти бумаги весьма ценны, - он скосил глаза в сторону секретера, выдвижные ящики которого были снабжены замками, - Их не следует оставлять без надзора.

// Дворец Фонтенбло. Лестница для прислуги //

18

Отправлено: 28.04.16 01:10. Заголовок: Виллеруа скоро верну..

Виллеруа скоро вернулся, даже слишком скоро. Все еще хмурясь после данной префекту отповеди, Людовик взял из рук маркиза папку, подумав при этом, что следовало отослать молодого танцмейстера с поручением более дальнего прицела - ведь он не успел высказать Ле Рейни и десятой доли того, что у него накипело.

- Благодарю, маркиз. Да, это та самая папка, - проговорил Людовик и невольно усмехнулся, невозможно было продолжать беседу с префектом в том же суровом духе, когда рядом весело и беззаботно улыбался Виллеруа, наверняка уже предвкушавший новые приключения.

- Важные новости? - вскинув подбородок вверх переспросил Людовик, расценив желание префекта перейти к отчету, как отступление, - И с какой же новости Вы хотели начать, господин префект?

Влетевший в опочивальню мушкетер нарушил все планы короля - выговор префекту явно пришлось бы отменить или перенести до полудня, но самое неуместное было то, что караульный вовсе не спешил доложить о причинах, позволивших ему вламываться без доклада в королевские покои.

- Если Вы полагаете, что промедление вызовет очередную катастрофу, то, что ж, ступайте, месье Ла Рейни, - холодно ответил Людовик, злясь про себя, что так и не сумел поставить себя выше ситуаций - выше чего бы то ни было. Волей или неволей молодой мушкетер только что оказался наглядным тому доказательством.

- Что это за бумаги, которыми Вы размахиваете перед моим носом как приманкой, месье префект? Хорошо, хорошо, я взгляну на них. Возможно, у меня найдется для этого время.

Черная сафьяновая папка была неприятно холодной и скользкой на ощупь. Если бы не любопытство, Людовик в ту же минуту запер бы ее в секретере и позабыл бы напрочь. Однако же, сразу после того, как мушкетер и префект покинули его комнату, Его Величество раскрыл папку и бегло пробежал глазами по записям на первой странице. Это был список имен со скупыми пометками напротив каждого - цифры, по-видимому, означали денежные суммы, а возле некоторых имен были еще и короткие ремарки. Заинтересовавшись еще больше содержимым документов, король отошел к секретеру, забыв даже о присутствии Виллеруа. Он положил папку на крышку маленького столика и принялся перебирать листы дрожавшей от волнения рукой - было ли среди всех имен, записанных там, Одно, самое главное для него. Зато, были имена обоих де Невилей - маршала и архиепископа, было даже имя герцога де Грамона с пометкой в виде жирного минуса "Хм, значит ли это, что герцог слишком высоко ценит свою преданность нам или же вовсе отказался от денег господина Фуке?" То, что список был составлен рукой Фуке, Людовик не сомневался ни на минуту - об этом более чем красноречиво свидетельствовали точные и порой язвительные ремарки, которые он нередко слышал из уст суперинтенданта. Вторая страница, третья, шестая уже, он переворачивал их, откладывая в сторону, опасаясь с каждой новой страницей увидеть имя Олимпии первым же. Но нет, и снова нет... наконец, он перелистнул последнюю страницу, так и не отыскав имени графини во всем списке.

- Но, отчего же? -
прошептал он, снова пересматривая все листы, - Ведь здесь упомянуты даже те, кто отказался принять деньги... ах вот же... да, я вижу, здесь не хватает одной страницы. Вот! - воскликнул он, взбудораженный открытием, и тут же замолчал, вглядываясь в числа, стоявшие у последнего имени на третьей страницы и первого имени на четвертой, следовавшей за ней, - Нет одного листа. Что же это значит? Совпадение? Но кто мог похитить ее? Зачем?

Заметив отчаянные попытки Виллеруа показать все свое невнимание, Людовик усмехнулся и сделал тому знак подойти.

- Так значит, Вы готовы к выезду, маркиз? Прекрасно, прекрасно, -
говорил он, аккуратно собирая листы в папку, прежде чем запереть их в секретере, - А я дам Вам поручение. Храните для меня вот этот ключ, Франсуа. У меня он может пропасть из кармана... или случайно выпасть. Так что, вот Вам первое важное поручение в качестве лейтенанта роты гвардейцев. Нет нет, я не отдаю Вас под начало капитана де Варда. Вы будете командовать бывшей ротой господина дез'Эссара, маркиз. Надеюсь, Вы справитесь и с этим поручением. По важности они равнозначны, - с полной серьезностью сказал король и передал ключ новоиспеченному лейтенанту, - Надеюсь, Вы уже прошли экзамены на офицерский чин в Академии и Вам не придется повторять эту рутину. В папке, которую Вы принесли мне, лежит патент на чин. Остается только вписать Ваше имя и поставить мою подпись и королевскую печать.

19

Отправлено: 29.04.16 22:30. Заголовок: Что-то произошло, чт..

Что-то произошло, что-то страшное, иначе за префектом не послали бы прямо в личные покои короля. Франсуа смотрел в лицо мушкетера с широко раскрытыми глазами, ожидая, когда же тот расскажет, что стряслось, но тот, как назло ничего не добавил. Только лицо его - бледное и взволнованное, словно он увидел саму... смерть? Неужели?

Резко обернувшись к двери в гардеробную, откуда появился мушкетер, маркиз попытался воспроизвести расположение покоев - гардеробная сообщалась с коридором для прислуги, а коридор вел к парадному Приемному залу с одной стороны и к лестнице для прислуги мимо каморки садовника с другой. Где же произошло несчастье? Чувствуя неприятное волнение, нараставшее в груди, Франсуа был готов кинуться следом за префектом и мушкетером, только бы увидеть, только бы увериться, что ничего страшного не произошло в покоях на втором этаже, там, где Ора. Сердце его билось так часто, что было готово вырваться из груди, но по странности его ноги стояли как влитые в бронзовый постамент, не двигаясь ни на сантиметр. На смену горячей волне жара по спине пробежал холодок и маркиз ощутил легкий озноб в руках, словно его обдало ледяным ветром.

Король внимательно изучал содержимое переданной ему папки и, кажется, вовсе не замечал присутствие маркиза. Виллеруа даже подумал, что мог бы успеть отлучиться на минутку - только туда и обратно, а вернувшись, застать Его Величество за чтением поданных ему бумаг. Но тут Людовик заговорил с ним. Внезапно и без вступлений он передал ему ключ от секретера.

- Так я же, -
засомневался в собственной надежности молодой человек и повертел маленький ключ в руках, - Ну, разве что я его на цепочку вместе с крестиком надену, - неловко улыбнулся он и потянул за тонкую цепочку, висевшую на шее под пышными волнами кружевного шарфа, - Что? Я, лейтенантом?

До его сознания не сразу докатилась мысль, что его только что произвели в военный чин, более того, его сразу же назначили лейтенантом гвардейской роты! Вспыхнув алым цветом на щеках, маркиз тряхнул головой и был готов упасть на колено перед королем. Как еще следовало принять из рук государя столь почетное назначение!

- Сир, я предан Вашему Величеству и без чинов. И как лейтенант Ваших гвардейцев я оправдаю Ваше доверие. Вам не придется пожалеть, клянусь! -
выпалил он как на духу, не расслышав ни слова из того, что король сказал о печати и подписи - да и важно ли это, если намерение было уже озвучено, - Экзамен? - вдруг ошарашенно переспросил он, выхватив ненавистное еще со времен короткой учебы в Наваррском коллеже слово, - А это обязательно, Сир? Но, можно я сначала узнаю, что стряслось... право же, я очень волнуюсь, за то, - придумывать на ходу благие предлоги для скорой отлучки было куда как сложнее, когда в его глаза смотрел сам король и речь шла не о прогулке в парк, а самом что ни на есть производстве в офицеры, и все же, волнение в сердце не желало улечься, Франсуа выпалил первое, что пришло ему в голову, - Я хочу увериться, что ничего не грозит Вашему Величеству.

20

Отправлено: 30.04.16 00:17. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход. //

Это уже ни на что не походило - очередное убийство под крышей королевского дворца! Громкий свистящий шепот ответственного за гардероб Его Величества оглушал Бонтана как колокольный набат в Пасхальное Воскресенье. Он гневно воздел густые брови и прошептал молитву за упокой души неизвестного, а затем перекрестился, услыхав, что неизвестный мог оказаться турком - а ну как Господь не признает его? Впрочем, Бонтан тут же одернул себя, мысленно отругав за малодушие - какое было дело там, наверху, до того, какого исповедания веры был несчастный, другое дело - кто был его убийца, вот это наипервейшее, что должно было волновать и тех, кто сверху взирал на все с неизменным безразличием, и тех, кто суетился в коридоре для прислуги. Бонтан слышал, как протопали тяжелые ботфорты мушкетеров, спешивших к месту происшествия, слышал отрывистые голоса швейцарцев, бранно ругавших обитателей королевского дворца и особенно же ротозеев из роты королевских мушкетеров, в чье дежурство свершилось очередное убийство. Дальше прошагали тяжелые и уверенные, но также поспешные шаги в туфлях. Каблуки еще долго цокали по мраморным полам, а Бонтан гадал про себя - был ли вызван лекарь из королевского консилиума или же мушкетеры успели дозваться своего фельдшера, извечно пьяного бывшего хирурга Бушера, славившегося любовью к вину и нелюбовью к живым пациентам.

- Теперь и господин префект там, -
говорил гардеробмейстер, с проворством мыши, успевший побывать в самом центре событий и вернуться еще до того, как подняли тревогу, - Я же и говорю, беда с этими басурманами. Убитый то из них будет.

- Ну и что? - не понял его Бонтан, но тут же решительно приложил палец ко рту и одарил болтуна зловещим взглядом из-под бровей, - А я говорю, сударь, молчать. Ни единой душе об этом. Ясно? Ежели нужно будет, так господин Ла Рейни обо всем оповестит. Кого надо будет.

- Так то да... но королю бы сказать?

- Вы уже приготовили охотничий костюм Его Величества? - холодно спросил Бонтан, проигнорировав попытку гардеробмейстера выслужиться перед королем столь сомнительным образом, - А где же шляпа? Вы что, хотите сказать, что Его Величество должен отправляться на охоту со всей своей свитой в поношенной шляпе? Эта не подходит. Ни цветом. Ни фасоном. Ищите замену. Сейчас же.

Отяготив и душу, и руки гардеробмейстера таким поручением, Бонтан поправил шарф и ливрею, взял в руки приготовленные для переодевания части охотничьего костюма для короля и пошел к двери в опочивальню.

- Как только отыщите, потрудитесь войти и помочь. Его Величество будет переодеваться сейчас же, - распорядился он и хмыкнул, прочищая горло, прежде чем обратиться к королю.

- Куда это Вы, месье? - спросил он молодого Виллеруа, едва не столкнувшись с ним нос к носу, - Вы зря волнуетесь, Ваша Светлость, Его Величеству ничего не грозит.

Он прошел к постели и с методичностью, которой позавидовал бы величайший художник королевского двора, разложил живописную картину из жилета, жюсткора, камзола, панталон, чулок, рубашки и шейного платка для верховой езды. Все это он делал, не прекращая отчет, о котором пусть и не спросили, но, который, он был уверен, ожидал от него король.

- У лестницы для прислуги нашли тело мертвого турка. Говорят, шею свернул. Там мушкетеры уже, швейцарцы подоспели. Кажется, фельдшер уже подоспел, Бушер. Но, может быть за кем-нибудь из лекарей из королевского консилиума позвали, все ж таки мертвец из непростых оказался - поговаривают, что из советников или личных слуг посла турецкого.

Подготовив все к перемене туалета Его Величества, Бонтан повернулся к Людовику и красноречиво посмотрел в сторону часов.

- Уже изволите переодеваться, Сир? Все уже давно готово. Скоро и приглашенные прибудут.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Опочивальня Его Величества. 4