Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Красная комната. 3


Дворец Фонтенбло. Красная комната. 3

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

4 апреля 1661 г.

    Тайная комната, избранная королем и графиней де Суассон для их личных свиданий.

https://c.radikal.ru/c28/1902/b0/7739c5a1e2bd.png

2

Отправлено: 17.01.16 00:43. Заголовок: 4 апреля 1661 года. ..

Дворец Фонтенбло. Красная комната. 2

    4 апреля 1661 года.
    Шесть утра

    Солнечный луч нагло щекотал веки, норовя забраться под сомкнутые ресницы. Сопротивление было бесполезным – осознание того, что она проснулась, было отчетливым и неотвратимым. К тому же, мучительно хотелось… встать. Что она и сделала, не видя смысла отказывать себе в немедленном исполнении желаний.

    Выскользнув из под измятой до неприличия простыни (одеяло еще в ночи было впопыхах сбито куда-то в ноги и так и не найдено к тому времени, когда они, наконец, сдались на милость сна), Олимпия на цыпочках добежала до ширмы, за которой скрывалась дверь в крошечную комнату, служившую туалетной и умывальной. Здесь на деревянном комоде чьей-то заботливой рукой (Лионель или Симонетта?) уже были сложены свежие сорочки, стопка льняных полотенец и куски душистого мыла в серебряной чашке. Фаянсовые кувшины с горячей водой были заботливо укутаны в стеганные чехлы, перехваченные кокетливыми атласными лентами, а дно двух серебряных тазиков для умывания покрывал толстый слой розовых лепестков. Причем свежих.

    Улыбаясь праздным мыслям о том, как хорошо быть королем или королевой – как, впрочем, и лицом, приближенным к королевской особе – Олимпия щедро плеснула горячей воды в тазик. В отличие от большинства французов и француженок, она не питала никакого уважения к весьма распространенному среди придворных «сухому туалету», который ограничивался кусочком замши или мягкой ткани, смоченным духами, и никогда не упускала случая посмеяться над теми, кто уверял, будто вода, проникая сквозь поры кожи, заражает людей чумой, холерой и другими малосимпатичными болячками.

    Нет, как истинная римлянка, графиня обожала душистое мыло и воду, а богатство дяди, а затем супруга позволяло ей не отказывать себе в королевских удовольствиях. Банный покой отеля Суассон не уступал баням Лувра и Фонтенбло и был отделан с вопиющей итальянской роскошью – мрамор и позолота, расписные потолки и мозаичный пол. Но здесь, в обитых красным штофом покоях для тайных свиданий, не было места для подобных «итальянских извращений», и им с Луи приходилось довольствоваться малым.

    Завершив свой туалет, Олимпия небрежно уронила использованное полотенце на пол и, надев свежую сорочку, которая тут же прилипла к влажному телу, вернулась в спальню, рассеченную надвое ярким лучом, проникшим сквозь неплотно задернутые гардины. Багряный полумрак пах мускусом и фиалками. Она подошла к окну, раздвинула шторы, распахнула створку, впуская в комнату шум листвы и голоса птиц, и вдохнула свежий утренний воздух.

    За ее спиной послышался вздох и звук, напоминающий недовольное ворчанье сонного льва. Олимпия с коварной улыбкой подкралась к кровати и, наклонившись, запустила пальцы в спутанную темную гриву.

    - Ваше Величество, королевский совет в сборе и ждет вашего появления, - прошептала она басом, весьма недурственно имитируя если не голос, то интонацию месье Незаменимого.

3

Отправлено: 17.01.16 03:12. Заголовок: Что он сказал Бонтан..

Дворец Фонтенбло. Красная комната. 2

    Что он сказал Бонтану перед его уходом? О, если бы он мог вспомнить! Нет, если бы мог заставить себя забыть напрочь сосредоточенные лица министров, заглушить голос совести, взывавшей к долгу с той самой поры, как первый робкий луч утреннего солнца коснулся наглухо задернутых портьер! Но нет же, это было невозможной задачей и сколько он ни пытался вновь погрузиться в сладостный сон, в его грезы с утомляющим постоянством врывались видения одно суровее другого, пока наконец не явился сам Бонтан.

    - О нет! Прочь! - промычал он во сне, прогоняя назойливое видение, и поднял руку, в попытке закрыться от света, брызнувшего в комнату вместе с шумом листвы и голосов певчих птиц, приветствовавших новый день в королевском парке.

    Видение ушло, но голос остался. Луи явственно услышал басовитый шепот у самого уха, призывавший его к совести и королевскому совету.

    - Нет, Бонтан! - прорычал сквозь остатки сна король, намереваясь дать немедленную отставку неумолимому камердинеру, когда глаза его открылись и перед невыспавшимся взором возникло улыбавшееся лицо Олимпии.

    - О, сердце мое, - выдохнул он и закинул руки за голову, намереваясь улучить момент, чтобы захватить шутницу врасплох и привлечь к ответу, - Когда же ты успеваешь выспаться? Эта была всего лишь шутка... но я был готов разжаловать Бонтана и сослать в Каркассон, если не дальше.

    Так и не поймав возлюбленную, упорхнувшую от него с легкостью весенней бабочки, Луи сел на постели, пытаясь пригладить всклоченные волосы, вид которых поверг бы в отчаяние королевского куафера.

    - Неужели пора? И ты с легким сердцем напоминаешь мне о совете? Кто бы мог поверить, что мадам де Суассон на самом деле печется о государственных делах больше, чем король, - шутливо ворчал Людовик, натягивая на плечи смятую простыню.

    Из распахнутого настежь окна веяло свежестью утреннего воздуха, вполне еще прохладного, чтобы окончательно пробудить от ночных грез даже самого ленивого и сладострастного из королей. Но, если силам природы и было подвластно вернуть его из мира грез, то даже самому ледяному северному ветру было бы не по силам заставить Людовика забыть о своем намерении увезти Олимпию на утреннюю прогулку, как только он сумеет отделаться от министров.

    - Интересно, а помнит ли Бонтан о моем распоряжении относительно охоты? - задался вопросом Людовик, уже за ширмой, перекидывая на руку приготовленное для него полотенце и свежее белье, - К девяти, да? Ведь я велел приготовить все для охоты. Что ж, если господа интенданты успеют с докладами до того времени, я выслушаю их. Если нет, - он выглянул из-за ширмы и, прежде чем скрыться в туалетной комнате, улыбнулся Олимпии, - Мы сбежим от них ровно в девять. Кстати, а кого ты хотела бы пригласить на эту прогулку? Можно послать гонцов... устроим сюрприз - пусть избранные получат приказ собраться во дворе Фонтана к девяти часам.

4

Отправлено: 18.01.16 00:26. Заголовок: - С легким! Как же! ..

    - С легким! Как же! Мое сердце разрывается от горя при одной мысли о том, что придется уступить тебя своре государственных мужей, caro.

    Олимпия надела халат, таинственным образом сменивший в кресле сброшенное ночью платье. Бедняжка Симонетта точно не спала до утра, раз успела не только разобрать багаж и принести ей перемену платья, но и собрать раскиданную по всей спальне одежду. Хотя это, как раз, могло быть заслугой королевских камердинеров, заботливых, молчаливых и бесшумных, как тени.

    - Но поскольку я истинная племянница своего дяди, я просто не могу не думать о благе государства, - она еще раз пробежалась гребнем по наспех причесанным в туалетной кудрям и тряхнула головой, чтобы дать им живописно рассыпаться по плечам. - Тем более, что государство, как известно - это вы, Ваше Величество.

    Графиня улыбнулась своему отражению в большом венецианском зеркале в посеребренной раме и покусала губы, чтобы сделать их еще сочнее и соблазнительнее.

    - А скольких человек ты хочешь пригласить с нами на охоту? Признаться, я думала, что это будет маленькая приватная прогулка на двоих, но, пожалуй, надо взять с собой Его Высочество, иначе он обидится, узнав, что его снова оставили без приглашения. Королеве не до охоты, Мадам... кажется, ты говорил мне, что она нездорова? Возможно, это станет для Его Высочества поводом, чтобы отказаться? Сент-Эньян, Виллеруа, Лозен, Вивонн - с ними всегда весело, даже на охоте. Катрин де Монако. Ну и ее супруг тогда уж. Ба, это уже целый отряд - не хватит ли, amore mio?

    Она обернулась к ширме, из-за которой доносился плеск воды, вопросительно вскинув брови.

    - Надеюсь, я никого не забыла? Можно взять мадам де Бриссак, она прекрасно держится в седле и обожает охоту - тогда нас будет три дамы на дюжину кавалеров, ведь Его Высочество наверняка захватит с собой весь цвет своих миньонов.

5

Отправлено: 18.01.16 20:56. Заголовок: - Твое сердце разрыв..

    - Твое сердце разрывается от горя, любовь моя? - спросил он, чувствуя как в груди разливается приятное горячее волнение от звука ее голоса и еще больше от значения шутливых слов.

    Наскоро ополоснувшись и смыв с себя остатки сна, он сам растер плечи и спину полотенцем, то и дело оглядываясь на неплотно прикрытую дверь. И зачем он только заговорил про гостей на охоте? Неумолимый голос внутри тут же напомнил ему о том, что короли, надолго забывающие о своих обязанностях плохо кончали и оставляли след в истории лишь в качестве свергнутых неудачников, окончивших свои дни в мрачном подземелье или погибнув в сражении за утраченную корону. Призраки смутных лет никогда не отпускали его. Вот и теперь, стоило ему поддаться искушавшей его мысли сбежать во второй раз с любимой подальше от двора, как в памяти всплыло одно имя, некогда заставлявшее трепетать и склоняться в уважении половину, если не большую часть Франции. Монпансье - она была в Фонтенбло. Одна? Или следовало ожидать и появления мятежного принца или сразу всей когорты фрондеров, которые заметно осмелели после смерти кардинала, если верить доносам, поступавшим из Тайной Канцелярии? Хорош король оставляющий свой двор и государственные дела ради единоличного наслаждения с любовницей.

    С тяжелым вздохом Людовик рассеянной рукой взял кувшин с остатками воды и, не думая, опрокинул себе на голову. Лишь когда остывшая вода побежала ручейками по лбу, заливая глаза и стекая на шею и под одетую уже сорочку, он вышел из глубокой задумчивости.

    Олимпия говорила о приглашенных, рассуждая о Филиппе и его неминуемом капризе, если не пригласить его, и еще более неминуемом отказе, если Генриетта откажется поехать с ними из-за своего недомогания. Кого еще назвала графиня? Сент-Эньян, о да, конечно же, молчаливый хранитель всех королевских секретов и гарант соблюдения приличий требуемых этикетом - если с ними будет господин обер-камергер, то никто, даже самая записная моралистка из свиты королевы-матери, не посмеют упрекнуть их в легкомыслии и приверженности к грехам. Виллеруа - с ним весело, к тому же, он будет приятным противовесом холодной вежливости де Сент-Эньяна. Вдвоем они будут как лимонные дольки политые медом, одно из любимых лакомств Олимпии. Кто же еще? Де Вивонн и де Лозен, от их компании будет прок, если охота не задастся или егеря не сумеют поднять зверя, хотя бы они не заскучают, слушая истории маркиза, разносчика свежих новостей и сплетней. Из женщин Катрин де Монако... губы Людовика дрогнули в улыбке, при мысли о том, что князю Монако будет невыносимо скучно в обществе супруги, в открытую пренебрегавшей им ради легкого флирта с другими кавалерами. Но, кузен Луи хорош в охоте, да и к тому же, присутствие других дам помимо супруги могло развеять его рассеянную флегматичность.

    - Надеюсь, я никого не забыла? - спросила Олимпия и Людовик принялся наспех растирать мокрые волосы, лицо и шею, - Можно взять мадам де Бриссак, - продолжала графиня.

    Людовик снова выглянул из-за ширмы в надежде увидеть возлюбленную в мокрой сорочке, прилипшей к телу столь же эффектно сколь и соблазнительно, но Олимпия уже успела накинуть на себя халат и расчесывала кудри, даже не подозревая степень его разочарования. Желанная и в то же время недосягаемая. Задуманная шутка с утренним сражением оказалась на грани срыва. Он бросил взгляд на разворошенную постель и подумал было о запасном плане под секретным названием "похищение сабинянки", но в тот самый момент Олимпия снова заговорила о Филиппе, окончательно вернув королевские мысли от желаемого к государственному. Да, Филипп должен быть в числе приглашенных. С приездом ко двору герцогини де Монпансье, ему следовало позаботиться о прочности отношений, связывавших его с Единственным Братом, которые могли дать изрядную трещину после скандальной шутки с похищением невесты.

    - Да, мы должны позвать Филиппа, - согласно кивнул Людовик, выходя из-за ширмы с полотенцем на плечах, - И других тоже. Хорошо было бы, если бы вместе с Филиппом поехала и его супруга. Но тогда должны поехать и дамы из ее свиты. И цвет свиты герцога Орлеанского... не слишком ли большая партия для маленького выезда? Пусть с Филиппом и Генриеттой едут по двое... нет, по три человека из свиты. Сент-Эньян, Виллеруа и де Лозен... с де Вивонном? Это четыре... хорошо, пусть будет по четыре. Катрин и Луи де Монако, мадам де Бриссак... может, еще кто-нибудь? И того, двадцать человек, не считая мушкетеров. Боюсь, что граф дАртаньян даже обсуждать не станет, ехать или нет. Этот упертый гасконец и ночью то не дал мне выехать навстречу к тебе одному. Ходит за мной по пятам, как нянька.

    Людовик постучал пальцем по столу, накрытому для легкого завтрака.

    - А куда же делись чернила и бумага? Пошлем приглашения устно или запишем с королевским вензелем и печатью? О... вот и государственное дело для твоих ручек, любовь моя - ты же поможешь мне записать приглашения... для Катрин де Монако и ее супруга, а также для мадам де Бриссак. И кто-нибудь еще... на твое личное усмотрение, любовь моя.

6

Отправлено: 18.01.16 23:54. Заголовок: - О нет, amore mio, ..

    - О нет, amore mio, ты же не станешь рассылать принцам и принцессам приглашения, написанные моим ужасным почерком! - рассмеялась графиня, но, тем не менее, подошла к бюро, достала лист бумаги и перо и открыла крышечку чернильницы. - С вашего позволения, сир, я ограничусь списком приглашенных, а приглашениями пусть займутся ваши многоопытные и скоропишущие секретари под мудрым бессменным руководством маркиза де Куайе.

    Олимпия, никогда не забывавшая о том, что родилась в бедной, но весьма благородной - да что там, патрицианской! - семье, всегда намеренно величала Туссена Роза, личного секретаря Людовика, купленным им лет пять тому назад дворянским титулом, умудряясь произносить его таким двусмысленным тоном, что даже самые тонкие толкователи скрытых смыслов не могли бы наверняка назвать его издевательским. Но и утверждать обратное тоже не рискнули бы.

    Кто-нибудь еще! Как трудно придумывать избранных, когда хочется свести к минимуму число лишних глаз. Она бы с удовольствием вписала Бенинь де Фуйю, фрейлину Анны Австрийской, с которой графиню связывали давние узы дружбы, но Фуйю была не замужем, несмотря на долгий и беспросветный роман с маркизом де Аллюй.

    - Насколько политичной мне следует быть, любовь моя? - быстро окончив краткий список, повернулась она к королю. - Я бы пригласила герцога Бэкингема по дипломатическим соображениям, чтобы сделать приятное английской королеве, но это чревато оказаться неприятным герцогу Орлеанскому. Мадьярский князь? Но от его людей всегда столько шума! Турецкий посол? Интересно, турки охотятся? Если нет, подобное приглашение может быть дурно истолковано. Ба, видите, из меня скверный дипломат, Ваше Величество! Я всегда разрываюсь между "за" и "против" там, где не могу взвесить их с уверенностью, а это случается почти всегда.

    Олимпия с деланной досадой отшвырнула испачканное чернилами перо и, подхватив лист бумаги двумя пальцами, подала его государю, не забыв про улыбку, выгодно подчеркивающую соблазнительные ямочки на щеках.

    - Прошу вас, сир, примите сей скромный набросок - и если я имела глупость упустить кого-то важного, смиренно жду ваших повелений.

    Зря она помянула Ракоши - как бы ни был мил трансильванский принц, графине вовсе не хотелось видеть его на охоте. Она вообще старалась пересекаться с ним как можно реже, потому что взгляд молодого князя, останавливаясь на ней, порой принимал слишком странное и беспокоящее фаворитку выражение. Но, как говорится, слово не воробей - топором не зарубишь.

7

Отправлено: 19.01.16 23:57. Заголовок: - Приглашения, напис..

    - Приглашения, написанные твоей рукой будут ценнейшими автографами в их коллекциях, моя дорогая. Но, раз ты скромничаешь, мне придется посадить за эту работу секретарей.

    Он хмыкнул, представив себе лицо Туссена Роза, прикидывающего в уме преамбулы витиеватых выражений, в которых следовало писать приглашения на имя Высочеств и Светлостей.

    - Пожалуй, для месье де Куайе найдется другая работа, - сказал он после короткого размышления, - Я поручу это дело маркизу де Данжо. Ты помнишь его, любовь моя? Он служил секретарем при нашем посольстве в Мадриде и прослыл весьма остроумным переписчиком посольских донесений, благодаря любопытным ремаркам, оставленным им на полях... о, если бы историки обладали сведениями не только из скучных донесений к царям Афин или Спарты, а письмами их секретарей! Поверь мне, изучение античной истории было бы куда менее скучным.

    Наблюдая из-за плеча Олимпии за кончиком пера, скользившим по гладкой поверхности белоснежного листа, Людовик протянул руку к вазе и снял салфетку, скрывавшую грозди спелого винограда и пару засахаренных груш. Он оторвал для себя несколько ягод и, как только проглотил первую из них, перед его глазами оказался готовый список приглашенных.

    - Хм... да... мадьярский князь или турецкий посол? Вряд ли они обрадуются возможности встретить друг друга, даже в самом блистательном обществе, - задумчиво проговорил он, проглотив еще одну ягоду, - Я чертовски голоден, сердце мое, - виновато улыбнулся он, прекрасно зная, что за маленькую покражу со стола его возлюбленная никогда не лишит его поцелуя и не упрекнет, - К тому же, турки еще не принесли свои верительные грамоты... формальность, но весьма важная. А господа дипломаты тянут с назначением даты приема. Их можно понять - они все еще готовят меморандум, такой, который устроил бы наших соседей с Пиренеев, но и дал бы достаточно просторные горизонты для обещаний султану.

    Он отложил список и захватил возлюбленную в объятия, обняв ее за талию. Стрелки каминных часов неумолимо двигались вперед, напоминая о времени, а столько еще не сказано! Ведь они не виделись целый день, а со времени их встречи как будто бы и получаса не прошло.

    - Мадьярский князь или английский герцог? О, если учитывать пожелания нашего всеми обожаемого принца, то следует пригласить только дам, - смеясь проговорил Людовик, шутливо пытаясь поймать поцелуем порхавшие возле его щеки пальчики Олимпии, - Позавчера вечером, точнее, уже в ночи, Филипп устроил настоящую сцену ревности в своих покоях. Я не знаю подробностей, но, по словам де Лозена, виновной стороной на этот раз оказался никто иной как наш мадьярский кузен. И ревновал Филипп вовсе не из-за проигрыша на турнире, который он затеял, а из-за якобы повышенного внимания Ракоши к Ее Высочеству.

    Послышалось ли ему или в дверь действительно кто-то стучал? Людовик умолк на минуту, но, не услышав повторного стука, продолжал.

    - Так что, из двух претендентов, скорее всего наиболее неприятным окажется князь, а не герцог. Правда, с герцогом приключилась какая-то беда на турнире. Он занемог и не показывался вчера целый день... но, может быть все дело только в изнеможении. Ты представляешь, они разыграли пять или шесть туров к ряду в один же вечер. Воображаю, как должны были устать те, кто прошел хотя бы три матча.

    Отпустив возлюбленную, король подошел к столу и взял перо, чтобы собственноручно вписать имя счастливчика, которому предстояло присоединиться к кавалькаде на Малой Охоте.

    - Значит, не турецкий посол, не мадьярский князь... тогда пусть будет английский герцог. И в таком случае никто не упрекнет нас в недостатке дипломатического такта. Впишем герцога... ты не возражаешь, любовь моя? Когда-то он недурно пел, помогая своему королю в ухаживаниях за нашей неприступной бесценной кузиной... - усмехнулся Людовик, выводя имя Бэкингема в конце списка, - Подумать только, а ведь герцогиня де Монпансье могла бы оказаться английской королевой. Интересно, зачем она прискакала ко двору именно сейчас? Новое сватовство, о котором мне еще не известно? - спросил он и чуть тише добавил, - Или новые интриги?

8

Отправлено: 20.01.16 00:45. Заголовок: - Князь Ракоши и Мад..

    - Князь Ракоши и Мадам? Вот это новость. Хотя мне следовало бы догадаться раньше, учитывая то, с каким азартом твой мадьярский гость кинулся вслед за мной на поиски украденной невесты, - как можно беспечнее заметила Олимпия, накручивая на палец прядь королевских волос, что позволяло ей смотреть в лицо возлюбленному, ловя все, даже самые мимолетные, оттенки чувств. Расстроен ли он тем, что новобрачная, на которую мужчины по странности слетались, будто мотыльки на свечку, приобрела себе очередного воздыхателя, да еще и умудрилась, судя по всему, скомпрометировать себя с ним до такой степени, что спровоцировала душечку Филиппа на настоящую сцену ревности?

    Надо будет расспросить Лозена, насколько серьезны и, главное, обоснованы подозрения Месье - и если дело и впрямь попахивает рогами, сделать все возможное, чтобы поводы для ревности не переставали быть на языках у придворных. В чем Луи нельзя было отказать, так это в крайней щепетильности - чужие объедки его не интересовали никогда, и в прошлом году она весьма удачно сыграла на чувстве оскорбленной королевской гордости, раскрыв ему глаза на интрижку между "добродетельной" сестрицей Марией и наследником лотарингского герцога.

    Фаворитка еще даже не успела порадоваться успеху - причем незапланированному - своего дипломатического маневра, исключившего Ракоши из числа охотников, так занята она была попыткой угадать, продиктовано ли это решение Людовика заботой о брате или безотчетным (ба, безотчетным ли?) желанием отомстить неожиданному сопернику за внимание тощей англичанки, а с уст короля уже сорвалось имя, которое графиня меньше всего ждала услышать.

    - Герцогиня де Монпансье здесь? В Фонтенбло? Но... разве ей посылали приглашение? - нахмурилась она, вспомнив события месячной давности, о которых не рассказывала никому, даже брату.

    В этом февральском свете последнее предположение короля прозвучало особенно зловеще, но Олимпии вовсе не хотелось омрачать так хорошо начавшееся утро. Долой интриги! Что бы ни задумала герцогиня, сейчас не время для того, чтобы говорить об этом.

    - Ммм... быть может, твоя кузина тоже кусает локти при мысли об английской короне? - она отобрала у Людовика перо, чтобы дерзко пощекотать королевский подбородок. - Не исключено, что ей хочется еще раз испытать судьбу, пока король Карл не заключил брачный договор с португальской инфантой, которую ему сватал покойный кардинал. В любом случае, ничто не мешает нам вывести ее на чистую воду расспросами - прямыми и не очень. Кстати, а не пригласить ли на охоту и ее? Она наверняка оценит шанс снова послушать Бэкингема и, быть может, спеть ему что-нибудь отличное от тех язвительных куплетов, на которые она была такой мастерицей в пору, когда английский двор был всего лишь печальным Двором-в-изгнании.

9

Отправлено: 20.01.16 23:59. Заголовок: - Князь Ракоши и Мад..

    - Князь Ракоши и Мадам? Вот это новость. Хотя мне следовало бы догадаться раньше, учитывая то, с каким азартом твой мадьярский гость кинулся вслед за мной на поиски украденной невесты, - прозвучало возле его уха и Людовик улыбнулся чарующему голосу Олимпии.

    - А он бросился? - поинтересовался он, но тут же отбросил всякое желание узнать больше о событиях Той ночи, когда он столь безрассудно поставил на карту не только свое собственное счастье, но и, что уж там, супружеское счастье родного брата. А ведь Она была там! Он увел герцогиню Орлеанскую с бала на глазах у своей возлюбленной и даже не подозревал о том. Неприятный липкий жар охватил его плечи и спину, как будто позади него вспыхнуло пламя пожара.

    - Герцогиня де Монпансье, она самая, - поспешил он ответить, ухватившись за новую тему в разговоре, как утопающий хватается за соломинку в надежде выбраться из затягивающего его водоворота, - Я так и не получил вразумительного ответа относительно ее пребывания в Фонтенбло, - заметил Людовик, хотя, на самом деле именно он отклонил совет королевы-матери, пригласить кузину де Монпансье к ужину накануне вечером, сославшись на неотложные дела в королевском совете, - Было приглашение или нет, но она явилась с поздравлениями на свадьбу. Если я отошлю ее сейчас, это будет объявлением открытой вражды. А я намерен... - он куснул кончик пера, щекотавшего его подбородок, - Сохранять мир и спокойствие в семье - это залог порядка и в государственных делах, - проговорил он, серьезным тоном и строго посмотрел на неоконченный список имен, - Нам важен плохой мир. Так что, впишем имя кузины. Пусть это будет нашим знаком благоволения к ее приезду. Тогда не понадобится назначать ей официальный прием. Остается придумать, как разговорить ее. Ты же знаешь, я не силен в разговорах... это чисто женские уловки, - его взгляд вновь сделался игривым и он перехватил руку Олимпии, державшую перо, - Вот видишь, мне необходима твоя рука в самых важных делах, любовь моя. И для начала, впиши, пожалуйста имя нашей Великой Мятежницы в этот список, - попросил он, мягко прикусив губами тонкие пальчики фаворитки.

    Предоставив графине довершить список приглашенных лиц, Людовик отшвырнул в сторону салфетку, накрывавшую тарелку с ломтиками мяса и сыра и подхватил на вилку несколько кусочков. Он ел жадно и не скрывая аппетита, ведь во время своего обычного "королевского" завтрака он едва успеет перехватить несколько ложек бульона и кусок ветчины, а все остальное время ему придется отвечать на вопросы господ министров и диктовать срочные депеши с ответами интендантам отдаленных провинций, ежедневно бомбардировавших его запросами и просьбами о высочайшем внимании к их бесконечным проблемам.

    - Ну как, готово? - он захватил веточку, усыпанную спелыми ягодами винограда, и поднес ее к щеке Олимпии, щекоча ее прохладными ягодами, источавшими аромат летнего зноя, - Ты ведь позавтракаешь со мной, любовь моя? И все оставшееся нам время, посвятим только нам двоим, - и он вкрадчивым голосом прошептал на самое ушко, очень похоже копируя обязательную формулу, которую святые отцы церкви произносили после принесения брачных обетов, - Пока Месье Незаменимый не разлучит нас.

10

Отправлено: 25.01.16 00:16. Заголовок: - Разумеется, мир пр..

    - Разумеется, мир прежде всего, - без особой уверенности в голосе согласилась мадам де Суассон. - Особенно в семье. Поэтому мы немедленно добавим Ее Королевское Высочество к списку приглашенных.

    Она отобрала у Людовика лист бумаги с неуклонно разраставшимся списком охотников и вновь макнула перо в чернильницу.

    - Но вот насчет того, чтобы разговорить твою кузину..., - Олимпия вздохнула. Те несколько встреч с опальной принцессой, с присущим ей высокомерием снисходившей до итальянской выскочки, осмелившейся породниться с семейством савойских герцогов, не внушали никакой надежды. - Ты же знаешь, как она относилась к моему дяде и всем нам за компанию. Эти уничижительные взгляды, презрительный тон сквозь зубы и манера отворачиваться и отходить прочь с таким видом…

    Она вздохнула, не видя необходимости продолжать дальше. Если Луи хочет, чтобы кто-то выведал у Анны де Монпансье, что она ищет при дворе, придется что-нибудь придумать. Быть может, Катрин сумеет ей помочь – у дочери герцога всяко больше шансов найти общий язык с Внучкой Франции.

    Хмурясь, Олимпия сердито нажала на перо, которое противно заскрипело по бумаге, выводя хитроумную завитушку у заглавного «М». На память пришла февральская ночь и высокая особа в костюме богини охоты, в которой теперь, по прошествии времени, было совсем нетрудно угадать наследницу Гастона Орлеанского. Зачем они встречались с Конде? Этот тревожный факт время от времени всплывал в памяти, холодком пробегая по коже – две «персоны нон грата» в масках явно сошлись в доме куртизанки Ланкло не просто так. И если герцогиню де Монпансье можно было заподозрить в том, что она просто соскучилась по парижским балам, то Господин Принц явно не за развлечениями явился из своего загородного плена. Интересно, что сказал бы об этом Луи? Ах, если бы она могла рассказать!

    Олимпия виновато глянула через плечо на короля, методично расправлявшегося с завтраком с такой решительностью, будто это были испанские укрепления где-нибудь под Мардиком, и присыпала законченный (слава богу!) список песком, чтобы не потекли чернила. Сильная рука обвила ее за талию, и фаворитка тихо охнула, когда щеки ее коснулось что-то прохладное, гладкое, как…

    - Ммм… насчет завтрака… мне кажется, я уже слышу месье Незаменимого в соседней комнате, amore, - она чуть повернула голову, ловя губами тугие виноградины, все еще не согревшиеся после нескольких месяцев в леднике. – Ну да, кто еще может с таким шумом передвигать безупречно расставленную мебель, чтобы не дай бог, не остаться незамеченным. Но ведь он подарит нам еще минут пять? Зная бесконечную деликатность синьора Бонтана… и его уважение к аппетиту Вашего Величества…

    Удерживаемая обвившей талию рукой, искусительница изогнулась еще сильнее, предлагая возлюбленному сладкий от виноградного сока рот в качестве королевского десерта

11

Отправлено: 25.01.16 23:50. Заголовок: О да, он не мог не з..

    О да, он не мог не знать, как относилась кузина де Монпансье и примкнувшие к партии ее покойного отца мятежники к кардиналу-министру и всей его родне. Скандальная выходка Конде, прежде чем он окончательно порвал с королевской партией и умчался возглавлять армию Фронды, оставила глубокий отпечаток в сердце Людовика. Оскорбление было нанесено старшей из сестер Манчини, но король принял это на свой счет. Никто из тех, кто заявлял свои права на кровное родство с Бурбонами, по прямой ли ветви или боковой, не смел объявлять о своем праве дать благословение или запретить брак одного из Бурбонов. Будучи еще мальчиком, Людовик уже тогда твердо знал, что он единственный имел право на корону в разделенной междоусобицей стране и был старшим в своих правах из всех живущих Бурбонов. Конде нанес глубокую обиду лично ему, а не министру и его племяннице.

    Скрипнуло перо, царапнув бумагу на месте завитка возле заглавной буквы. Людовик сурово сдвинул брови и едва не потребовал отдать ему лист без имени Великой Мадемуазель. Он следил за рукой Олимпии, выводившей имя Монпансье, и твердил себе о необходимости быть снисходительным к мятежной принцессе, хотя бы ради пресловутого мира в семье. Как бы фальшиво это звучало. Но вот составление списка завершено, их завтрак красовался на столе прекраснейшим натюрмортом, какой только изображали полотна знаменитых голландцев. Но ни спелый прохладный еще после долгого хранения в леднике виноград, ни сочные ломтики мяса, ни тонкое вино не занимали мыслей короля и его фаворитки. Они были увлечены друг другом, наслаждаясь каждым мгновением, проведенным наедине. Еще можно улыбаться, открыто и искренне глядя в глаза с янтарным огоньком, еще можно шептать милые глупости на ушко, не таясь и не скрываясь, а понижая голос лишь затем, чтобы дыханием щекотать оливковую кожу на ее шее. Еще есть время... еще есть время?

    - Ты тоже слышишь этот нарочито громкий шорох? - усмехнулся Людовик, - Значит, мне не показалось, это Бонтан... но, он не зайдет, ведь я не велел ему приносить мои туфли. Надеюсь, он простит нам маленькую задержку... еще только минуту, нет, пять... нет, - сладкие губы отвечали на его поцелуй, ловя его последние слова, вздох наслаждения и упоения временем, которому нельзя было предъявить счет - его было бы бесконечно мало.

    Что-то громко ударилось, упав на пол, покатился звеня пустой бокал, блестящие ягоды винограда остались на голой скатерти, окрашивая место под собой багровыми пятнышками... Бонтан вздохнет и ничего не скажет, но как вздохнет, о да, он умел доставить Его Величеству невыразимые муки совести одним лишь движением кустистых бровей. И все-таки, он деликатно сделает вид, что ничего не произошло... ведь это могли быть мыши.

    - Нам пора, любовь моя, - прошептал после долгого поцелуя Людовик, не находя в себе достаточно воли, чтобы ослабить объятия, - Этот чертов совет... они ждут меня в надежде, что я снова сбегу и предоставлю им управление делами. Не дождутся.

    Последние слова он произнес достаточно твердо. Поцеловав руку Олимпии, он удержал ее в своей и обернулся к двери:

    - Месье Бонтан, Вы можете войти, - приказал он, обращаясь к незримому источнику шума в соседней комнате, - Кстати, а ты не подумала о княгине де Монако, любовь моя? - он посмотрел в глаза Олимпии и улыбнулся ей, склонив голову, - Ну конечно же, эта мысль уже пришла тебе на ум. Я же знал, что ты найдешь способ, любовь моя. Я верю в тебя!

12

Отправлено: 26.01.16 21:50. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

   // Дворец Фонтенбло. Приемная Его Величества. 4 //

    Поднявшись по винтовой лестнице с узкими стертыми по середине ступеньками на второй этаж, Бонтан оказался перед дверью, ключ от которой всегда висел у него на особенной цепочке и с которым он не расставался, даже во время мытья в ванной. Он нашарил рукой замочную скважину и попробовал вставить в нее ключ, чтобы открыть дверь.

    - Ох ты, господи Иисусе, отперто, - пробормотал камердинер и спрятал так и не пригодившийся ключ под пышный бант, служивший дополнением к безупречно белому воротнику, - А да, это же Лионель, я же дал ему указания... или это была мадемуазель Симонетта?

    Он оглядел маленькую комнатку, служившую приемной и одновременно гардеробной, где личная прислуга короля и графини оставляли приготовленную к утру одежду и все те мелочи, которые могли понадобиться для приведения себя в порядок, в случае если утро в Красной комнате затягивалось до времени официального выхода короля к своим министрам.

    Стараясь произвести как можно больше шума, чтобы влюбленные могли его услышать и проснуться, Бонтан передвинул табуреты, опустил на пол медный таз для умывания, невесть зачем оставленный там, позвенел связкой ключей и наконец уже отчаялся пробудить совесть Его Величества, из комнаты послышался голос Людовика:

    - Месье Бонтан, Вы можете войти!

    Случилось совершенно обратное ожидаемому, впрочем, как и всегда - Бонтан покраснел до корней волос, тут же обнаружив в себе глубочайшее раскаяние, что так рано заставил короля и графиню подняться. Он нерешительно подошел к двери, причем, проделал это на цыпочках, едва касаясь тяжелыми каблуками башмаков гладкого паркета.

    - Ваше Величество! - прошептал он, приоткрывая дверь ровно настолько, чтобы свет из Красной комнаты упал ярким лучем на пол полутемной комнатки, - Доброго утра, Ваше Величество... сожалею. Будут ли у Вашего Величества указания? - убедившись, что силуэты у стола оказались на расстоянии полусогнутой руки друг от друга, он уже более уверенно прошел внутрь и аккуратно затворил за собой дверь.

    - В Большой Приемной необычайно много народу собралось. Господа министры уже там. Был и господин префект. Но его вызвали по срочному делу. Арест, - доложил он и вопросительно посмотрел в лицо короля, ожидая, когда его попросят дать более подробный отчет или же отпустят с поручениями.

13

Отправлено: 27.01.16 01:57. Заголовок: Олимпия сдержала взд..

    Олимпия сдержала вздох и улыбнулась уверенности - твердой и неколебимой - в голосе возлюбленного.

    - Ради тебя я найду все, что угодно, caro, - пообещала она, на деле мало веруя в успех подобного предприятия. Мадемуазель была опытным воином по части интриг, и расколоть этот орешек без серьезных усилий не получится, если получится вообще.

    Но королевская воля была законом для всех, не так ли?

    Нехотя высвободившись из объятий Людовика, мадам де Суассон скромно шагнула назад и сделала вид, что изучает останки завтрака - те из них, что не оказались на полу. Свеженарезанное мясо выглядело на диво соблазнительно, и она ловко подцепила ломтик двумя пальцами, уложила на тонкий кусочек хлеба, чудом оставшийся не у дел, и, подумав, добавила сверху еще один ломтик ветчины, пока за ее спиной Бонтан докладывал свежие дворцовые известия.

    - Арест? - это слово, достаточно неожиданное, заставило Олимпию повернуться, отбросив в сторону попытки изображать собой предмет королевской обстановки, не имеющий отношения к важным государственным делам. - Ба, да в этом сезоне только и делают, что арестовывают всех подряд, как я погляжу. Камергеры Месье, маршалы... кто же на сей раз? Судя по нарастающим аппетитам господина Ла Рейни, это должен быть как минимум герцог. Или - герцогиня?

    Монпаньсе, радостно екнуло сердце. Но итальянка не позволила этой злой радости выплеснуться наружу. Во-первых, потому что открыто злорадствовать несчастью других было дурно, а во-вторых, чтобы не выглядеть глупо, если догадка ее окажется неверной. Но как хорошо бы было, если бы префект и вправду отыскал что-нибудь, способное хоть ненадолго отправить опасную смутьянку в Венсен, так полюбившийся высокородным арестантам!

    Нет, это было маловероятно. Скорее, префект таки ж арестовал де Гиша из-за злополучных бриллиантов. Кстати, надобно срочно передать Катрин привезенные из Парижа драгоценности, которые ее беспутный братец проиграл графу де Суассону. А заодно и разработать план кампании по втиранию в доверие к Монпансье.

    - Впрочем, простите мне мое неуместное любопытство, сир, - Олимпия присела в реверансе и тут же выпрямилась, запахнув потуже халат, накинутый на сорочку. - Не смею более отвлекать вас от дел государства. Зажгите мне свечу, господин Бонтан, мне следует поспешить к себе, чтобы успеть приготовиться к предстоящей охоте до того, как изволит проснуться Ее Величество. Сир?

    Она вопросительно посмотрела на Людовика, ожидая дозволения удалиться - не любовница, но послушная подданная короля Франции.

    // Дворец Фонтенбло. Апартаменты графини Олимпии де Суассон. 3 //

14

Отправлено: 27.01.16 23:44. Заголовок: Ради тебя... на все ..

    Ради тебя... на все что угодно... caro... сказанные шепотом обещания любимой им женщины имели гораздо больший вес для него, чем клятвы всех пэров Франции вместе взятых. Проведя рукой по груди, словно в попытке унять громкий стук сердца, Людовик поднял ладонь к губам, собираясь ответить воздушным поцелуем. Эта маленькая вольность была допущена им под невидящим взором Бонтана, скромно остановившегося в дверях ровно до той минуты, пока влюбленные не отошли друг от друга.

    - Слушаю, Бонтан, - со всем королевским снисхождением обратился к камердинеру Людовик, словно господин Незаменимый вовсе и не оказывал ему и графине услугу, так во-время прервав их уединение.

    - Арест? - почти одновременно с фавориткой переспросил король и вскинул брови. Нет, рвение господина Ла Рейни не удивляло его, скорее наоборот, он ожидал подобную реакцию на его приказ утроить силы в расследовании убийств, совершенных в Фонтенбло, особенно тех, которые были связаны с пропажей шкатулки королевы-матери. Но, отчего это месье Бонтан придал этому событию такое значение, что включил его в свой немногословный и обычно скупой на слухи и недостоверные сплетни отчет?

    - Продолжайте, месье Бонтан, что это за арест? Вы полагаете, что это заслуживает нашего внимания, а значит, так оно и есть.

    Он низко наклонил голову, глядя в упор в лицо в камердинера, но тут его внимание отвлекло божественное видение, точнее, реверанс, которым его одарила Олимпия, не позаботившись, заблаговременно запахнуть халат. Прикрыв глаза, чтобы их лукавый блеск не выдал его истинные желания, Людовик поднял голову и склонил ее набок, как это делают художники, изучая свою модель, прежде чем запечатлеть ее на полотне.

    - Мадам, - проговорил Его Величество голосом, способным растопить силой своего искушения даже мраморную статую, - Я не смею задерживать Вас дольше. Я сам расскажу Вам обо всех новостях, - он улыбнулся, поклонившись графине с вежливостью, столь широко известной даже за пределами его двора, - Позднее. Ведь у нас еще будет время. Во время охоты. Бонтан, я прошу Вас, возьмите канделябр и проводите Ее Светлость. Я не желаю, чтобы графиня гуляла одна по коридорам этого лабиринта. Я подожду. И Совет также подождет.

15

Отправлено: 28.01.16 20:10. Заголовок: - Да, арест, - ответ..

    - Да, арест, - ответил Бонтан, несколько удивленный тем, как король и графиня отреагировали на эту новость, воскликнув практически в унисон, - Да, Сир. Да, мадам, - он кивнул, показывая всем своим видом, насколько безрадостной для него была обязанность сообщать о новых беспорядках в королевском дворце, - Опасаюсь, что на этот раз дело касается новых краж. Я не слышал, кто именно на этот раз оказался под пристальным вниманием Канцелярии Вашего Величества, но, судя по всему, скандал будет громким. Месье Ла Рейни был очень обеспокоен. Очень. Именно поэтому я сделал вывод, что это заслуживало Вашего внимания, Сир. К тому же... впрочем, это уже не столь важно.

    Отложив дальнейший пересказ новостей, Бонтан взял с каминной полки кремень и высек искры, чтобы разжечь свечу для графини де Суассон.

    - Бонтан, я прошу Вас, возьмите канделябр и проводите Ее Светлость, - распорядился король.

    Не зная точно, насколько хорошо мадам де Суассон была осведомлена о недавних ужасающих происшествиях в коридорах лабиринта, Бонтан молча разжег свечи на большом канделябре, украшавшем стол, и направился к узкой двери, ведущей к такому же узкому и извилистому коридору, которые соединял апартаменты свиты королевы и ту часть дворца, где располагалась Красная комната.

    - Прошу Вас, мадам, - с поклоном сказал Бонтан и вышел первым, чтобы освещать путь впереди себя.

    Им не потребовалось и десяти минут, чтобы добраться до коридора, где одна из дверей выходила к комнате графини.

    Бонтан осторожно повернул ручку над замочной скважиной и удовлетворенно выдохнул, Симонетта оставила дверь открытой для своей госпожи. Похвальное внимание к деталям. Не то что бездельник Лионель, как-то позабывший вынуть ключ из замочной скважины в королевских покоях, из-за чего Его Величеству пришлось провести четверть часа в темноте потайного коридора с погасшей свечой в руке и в компании мышей, вознамерившиеся поточить зубки о носки его туфель.

    - Дверь открыта, мадам, - доложил Бонтан, на этот раз пропуская хозяйку небольшой комнаты впереди себя, - Я слышал, что мадам де Ноайль выразила обеспокоенность, что эта комната пустовала во время Вашего отъезда, и даже обращалась к интенданту квартирмейстеру с просьбой передать эту комнату одной из ее протеже... слава богу, месье интендант мой старинный друг и не помнил, чтобы я говорил что-то определенное о Ваших планах относительно поездки в Париж. Он отказал мадам де Ноайль.

    Мелочь, но весьма значительная, если смотреть с точки зрения придворных интриг и бесконечных закулисных войн, так что, Бонтан счел ее заслуживавшей внимания графини.

    - Если я больше не нужен Вашей Светлости, я удаляюсь.

    Он поклонился насколько это позволял тяжелый канделябр в его правой руке и отступил назад в глубь темного коридора.

    // Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход. //

16

Отправлено: 05.02.16 22:39. Заголовок: Она ушла и комната в..

    Она ушла и комната вмиг опустела и сделалась тусклой и тесной. Настолько тесной, что ожидание становилось тягостным, а мысли, зарождавшиеся в его душе, тревожными. Эта комната не была создана для одиночества, не потому ли он не любил появляться в ней, когда Ее не было во дворце?

    - Я подожду. Совет подождет, - проговорил Людовик, теребя свисавшие с карниза кисточки гардин, связанные из золотой нити, - Нет, Совет подождет, а я нет!

    Стоять у окна и наблюдать за прохаживавшимися ленивой походкой мушкетерами было совершенно неинтересно и гораздо больше утомляло и сердило, чем он был готов признаться себе. Сплетая золотые нити кисточки в замысловатые узоры, король постоял еще некоторое время, прислушиваясь, не послышатся ли вновь торопливые шаги со стороны коридора, по которому Бонтан провожал графиню в ее апартаменты. Сердце простукивало дважды каждый раз, когда ему казалось, что он услышал знакомый шорох платья... нет, зачем же? Они ведь не расстались вновь. Каких-то два часа за утренними сборами - это же не день! И не даже не неделя и не целый месяц.

    Все еще раздумывая над тем, проявить ли чуть больше терпения или нет, Людовик мягко нажал на ручку двери в маленькую прихожую и вышел из Красной комнаты. На душе сделалось спокойнее, как только нога его переступила порог оставленного ими прибежища любви, где они были так счастливы вдвоем и где, как оказалось, ему было невыносимо оставаться одному.

    - Совет подождет, - снова повторил Людовик про себя и направился к двери в потайной коридор, - А я нет. Месье Бонтан, догоняйте!

    Свернув в трубочку, написанный рукой Олимпии список приглашенных на Охоту лиц, король решительным шагом направился по коридору к лестнице. По мере того, как он отдалялся от двери, в коридоре делалось все темнее и темнее, но, даже вспомнив о забытом в комнате канделябре, король не повернул назад. Он помнил каждый шаг в этом коридоре, мог наизусть произнести все мысли, которые теснились в его груди, когда он шел на встречу с любимой, узнавая на ощупь холодные каменные стены. Нет, решительно, он пройти этот путь и с закрытыми глазами - так даже быстрее, ведь сколько раз он спешил к Ней, отсчитывая от нетерпения шаги... вот уже десять шагов... вот, вот та зарубка в стене, которой касалась его ладонь всякий раз, когда в том конце коридора начинал брезжить свет сквозь неплотно закрытую дверь. И пусть на этот раз он возвращался из Красной комнаты один, Людовик был уверен в том, что верно отыскал дорогу.

    // Дворец Фонтенбло. Лужайка перед дворцом и потайной ход. //


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Красная комната. 3