Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

    ГостямСобытияРозыскНавигацияБаннеры
  • Добро пожаловать в эпоху Короля-Солнца!

    Франция в канун Великого Века, эпохи Людовика XIV, который вошел в историю как Король-Солнце. Апрель 1661, в Фонтенбло полным ходом идет празднование свадьбы Месье и Мадам. Солнечные весенние деньки омрачает только непостоянство ветров. Тогда как погода при королевском дворе далеко не безоблачна и тучи сгущаются.

    Мы не играем в историю, мы записываем то, что не попало в мемуары
  • Дата в игре: 5 апреля 1661 года.
    Суета сует или Утро после неспокойной ночи в Фонтенбло.
    "Тайна княжеского перстня" - расследование убийства и ограбления в особняке советника Парламента приводит комиссара Дегре в Фонтенбло.
    "Портрет Принцессы" - Никола Фуке планирует предложить Его Высочеству герцогу Орлеанскому услуги своего живописца, чтобы написать портрет герцогини Орлеанской.
    "Потерянные сокровища Валуа" - секрет похищенных из королевского архива чертежей замка с загадочными пометками не умер вместе с беглым управляющим, и теперь жажда золота угрожает всем - от принцесс до трубочистов.
    "Большие скачки" - Его Величество объявил о проведении Больших Королевских скачек. Принять участие приглашены все придворные дамы и кавалеры, находящиеся в Фонтенбло. Пламя соперничества разгорелось еще задолго до начала первого забега - кто примет участие, кому достанутся лучшие лошади, кто заберет Главный приз?
    "Гонка со временем" - перевозка раненого советника посла Фераджи оказалась сопряженной со смертельным риском не только для Бенсари бея, но и для тех, кому было поручено его охранять.
  • Дорогие участники и гости форума, прием новых участников на форуме остановлен.
  • Организация
    Правила форума
    Канцелярия
    Рекламный отдел
    Салон прекрасной маркизы
    Библиотека Академии
    Краткий путеводитель
    Музей Искусств
    Игровые эпизоды
    Версаль
    Фонтенбло
    Страницы из жизни
    Сен-Жермен и Королевская Площадь
    Парижские кварталы
    Королевские тюрьмы
    Вневременные Хроники
  • Наши друзья:

    Рекламные объявления форумных ролевых игр Последние из Валуа - ролевая игра idaliya White PR photoshop: Renaissance
    LYL Реклама текстовых ролевых игр Мийрон Зефир, помощь ролевым

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Коридоры дворца. 2


Дворец Фонтенбло. Коридоры дворца. 2

Сообщений 21 страница 40 из 115

1

02.04.1661
     Великая Мадемуазель пишет:

Ленты, кружева и перья на шляпе мерно колыхались в такт семенящей походке маршала, неторопливо шествовавшего в туфлях на модных высоких каблуках.
Герцогиня подобрала юбки и кинулась вслед за добычей с азартом взявшей след гончей.
- Месье герцог, - воззвала она к удаляющемуся видению, – Постойте! Да постойте же, прошу Вас!

https://c.radikal.ru/c31/1902/e9/ed920d9f3cd7.png

     Габриэль д`Артуа пишет:

Девушка кокетливо взглянула на спутника, проверяя, не рассердился ли он ее смеху.
- И все же, это хорошо, что Вам есть кого спросить. Не встреть я Вас, не представляю, кто бы мог указать мне дорогу!
-Скажите, мадемуазель, а отчего Вам понадобилось идти в часовню? У Вас несчастье?


https://d.radikal.ru/d19/1902/5d/e636349a13c2.png

21

Отправлено: 02.08.12 17:40. Заголовок: // Фонтенбло. Лужайк..

// Фонтенбло. Лужайка перед дворцом. Большой шатер. //

Оказавшись вдали от колких взглядов и не менее колких язычков женской половины двора, герцог де Невиль сразу же ощутил острую нехватку все того же женского внимания к собственной персоне. Быть он поторопился с ретирадой и следовало остаться чуть дольше на Большой Лужайке, даже под градом прохладных упреков со стороны Ее Величества? Получать шпильки в компании Месье было бы не столь уж хлопотным занятием, зато у него были бы все шансы заручиться одобрением графини де Лафайет. Его Светлость не слишком то обольщался на счет первой статс-дамы Мадам, в том, что ей было по сердцу посвящать маршала в матримониальные планы, устраиваемые хлопотами ее и родственников ее юных подопечных.
Направив стопы к гостевым покоям в поисках маэстро Люлли, герцог де Невиль перебирал в уме имена и лица, наиболее запомнившихся ему дебютанток двора.

Де Шатийон, прехорошенькая, надо сказать, с легкой рыжинкой в волосах и обладательница весьма скромных манер. Кажется, ее родной брат один из любимцев Месье... Юная де Креки... да, по всему видно, что эта мадемуазель привычна к светским собраниям, держится смело, но не вызывающе... хорошо бы узнать о планах ее батюшки на приданное для своей дочери... но она не единственная наследница, нет... хотя, у них в роду множество веток и какой-нибудь из многочисленных дядюшек мог бы осчастливить юную племянницу хорошим приданным и обещанием наследства... Так, хорошо. А вот еще одна... герцог нахмурил лоб, припоминая имя белокурой красавицы, которую одна из подруг позвала по имени - Габриэль... Габриэль... кажется она из семейства Артуа. Да да, дочь графа де Жерве... а она ведь единственная дочь графа. Интересно бы узнать, нет ли у графа де Жерве кузенов или братьев, и к кому перейдет его титул... так, это уже что-то... - Его Светлость неспешно шагал по коридору и по ходу делал мысленные заметки, - Еще дочь герцога де Вьевиля. Хорошенькая собой. Бойкая правда... ну да и наш молодой человек не робкого десятка. А у нее и брат при дворе... граф де Ресто, это же сын герцога? Да да да да... а наследство... впрочем, де Вьевиль наверняка положит приличное приданное за дочерью... да, все упирается в то, кто из них уже сговорен. А как узнать? Но это же не все? - де Виллеруа перебрал имена по пальцем обеих рук, по ходу разглядывая грани сверкающих камней в перстнях, - Там было только восемь... где же еще четыре? Кажется, не было де Тонне-Шарант... да да, еще одна из Мортемаров. Ее старшая сестра, маркиза де Тианж появилась под руку с герцогом, подумать только... я и не знал... а еще одна англичанка... что-то я вчера слышал о ее скорой опале... кажется, уже разослали письма с приглашениями для кандидаток на ее место. Что бы такого могло произойти, бог ты мой? Или скорое замужество? Как странно... да...

Герцог едва не налетел на стоявшего у дверей швейцарца с огромной бесполезной алебардой.

- Прошу прощения, месье, - прогнусавил в бороду гвардеец, но увлеченный своими раздумьями герцог едва обратил на него внимание.

Остаются еще две? Занятно... занятно... и кажется, я видел их вчера... это ведь те самые две фрейлины, которых маркиз дю Плесси-Бельер представил во время обеда королю... ага, сам король отметил их. Одна блондиночка... впрочем, так ли важно? Надо бы побольше узнать о них. Маршал... а почему маршал представлял их? Нет ли в этом какого подвоха?

- Месье герцог! Постойте! Да постойте же, прошу Вас!

Просьба, пробудившая эхо в полупустом коридоре, вовсе не послышалась маршалу. Обернувшись, он увидел едва ли не бегущую к нему на встречу Великую Мадемуазель собственной персоной. Удивление не сразу покинуло лицо герцога, не ожидавшего что станет предметом интереса и розысков кузины Его Величества. Что могло понадобиться от него самой Анне де Монпансье? Следуя привычному ходу своих мыслей, с давних пор занятых матримониальными планами будущности его любимого отпрыска, герцог в момент оценил шансы де Виллеруа младшего завоевать руку и наследство Великой Мадемуазель. Впрочем, он тотчас же отбросил эти крамольные мысли, сказав себе, что принцессы крови не бегают за отцами потенциальных женихов и скорее всего на руку герцогини претендовали и более высокопоставленные особы, к тому же, обеспеченные не только состоянием, но и длинным списком великих предков и влиятельной родни.

- Ваше Высочество, - отвесив подобающий для Первой Мадемуазель Франции поклон, герцог де Невиль склонился к ручке принцессы и запечатлел поцелуй, - Я всецело к Вашим услугам. Чем я могу быть Вам полезен?

22

Отправлено: 02.08.12 22:59. Заголовок: Внучка Генриха IV не..

Внучка Генриха IV не любила преамбул. Покойный герцог Гастон частенько журил Анну Марию за прямоту и отсутствие дипломатической жилки, но его своенравная дочь относилась к дипломатии с презрением, считая ее уделом трусов и людей низких. Вот и сейчас она выдернула руку из цепкой лапы де Невиля, вознамерившегося пристально изучить все кольца, унизавшие ее пальцы. Будь Виллеруа вдовцом, я бы почувствовала свое девичесто в опасности, усмехнувшись про себя, подумала она, но вслух произнесла иное.

- Не мне, дражайший герцог, не мне. Польза, которой я от Вас ожидаю, предназначена всецело Вашей семье. Вы ведь любите своих родных, я знаю. А потому Вам должно быть небезынтересно узнать, что именно в сию минуту жизнь Вашего младшего брата подверглась смертельной – да, да, не побоюсь этого слова, смертельной – опасности. Ваше влияние при дворе велико, Ваше Сиятельство, безмерно больше моего. Да что там говорить, я вовсе не имею здесь никакого веса, и это заставляет меня искать Вашей помощи. Но мы не можем обсуждать столь важное дело посреди коридора, на глазах у всего двора, а потому соблаговолите проводить меня в место более уединенное.

Атака должна быть внезапной, только в этом случае она обречена на успех. Но помимо внезапности нападающему необходимы напор и настойчивость, дабы противник не смог углядеть в его действиях слабину и воспользоваться ею во вред. Эти нехитрые военные премудрости Великая Мадемуазель некогда почерпнула из долгих дискуссий военачальников, объединившихся вокруг истинного бога войны, Блистательного Конде, и теперь намеревалась дать им ход. Маршал уже казался в достаточной мере ошеломленным ее словесной атакой. Надо было брать быка за рога и развивать успех далее, поэтому герцогиня ловко продела руку под локоть де Невиля и, развернув его в ту сторону, откуда пришла, аккуратно повлекла по направлению к выходу из дворца. Верный Рене, должно быть, уже дожидался их возле казарм мушкетеров, и всякое промедление было гибельным.

- Думаю, для Вас не секрет, что Ваш младший брат девять лет назад был весьма близок к одному известному принцу, имевшему несчастье прогневить королевский дом и вынужденному надолго покинуть Францию и воевать в стане наших врагов испанцев, - даже в пустом коридоре Анна Мария не рисковала называть вслух имени опального Конде, как будто эти пять звуков могли обрушить на них с герцогом все кары небесные. - Вам также ведомо, что брак Его Величества позволил этому принцу возвратиться на родину, но немилость короля не дает ему появиться при дворе. Этот принц поручил мне дело великой важности, назвав Вашего брата в числе лиц, которым неуспех моего предприятия грозит в лучшем случае тюрьмой или ссылкой, а в худшем смертной казнью. Как человек умный, Вы наверняка понимаете, что есть секреты, открытие которых чревато не только для лиц, в них замешанных, но и для их близких и друзей. Скажите мне, герцог, как на духу, на что Вы готовы ради своего брата, монсеньора архиепископа Лионского?

Последний вопрос был задан таким тоном, будто герцогиня вовсе не сомневалась в готовности де Невиля жертвовать ради младшего брата всем на свете. Холодный взор ее, устремленный на маршала, не умолял, но звал в бой. У нее было золото, у де Невиля связи и влияние. Вместе они могли бы свернуть горы, и Великая Мадемуазель ни на минуту не допускала мысли о том, что Невиль откажет ей в помощи. Это было бы вопиющей трусостью, а трусости она не понимала и не принимала никогда.

// Парк Фонтенбло. Сад Дианы. //

23

Отправлено: 03.08.12 13:01. Заголовок: - Вас беспокоит моя ..

- Вас беспокоит моя семья? - вскинул брови де Невиль и первый кто пришел ему на ум, был его недоросль сын, успевший всего за один вечер дважды угодить под арест, - Что еще натворил этот негодник? Я только сегодня утром узнал о его аресте. Какая наглость! Попасть под арест без моего ведома, это право же... - но Великая Мадемуазель не была настроена выслушивать отеческие сетования герцога, напротив, она тотчас же развеяла опасения герцога относительно очередной неудачи его сына.

Любезное выражение на лице де Виллеруа старшего постепенно уступало место возраставшему удивлению, а то в свою очередь смешанному чувству брезгливости и нетерпения. Ну конечно же, этот ветрогон, Луи-Франсуа, взявший при облачении в духовный сан имя в честь великого Камилло Боргезе, успел натворить немало дел и не столько на духовной стезе, сколько на авантюрной. Романы и дуэли. Если бы Мольер искал для себя прототип авантюриста, игрока и бретера, со склонностью искать во всем земном духовные подоплеки, а во всем духовном земные истоки, смешавшего в себе несопоставимое - неуемную тягу к жизненным наслаждениям и стремление заслужить себе и родне открытый путь к Небесам, то Его Преосвященство, архиепископ Лионский был бы для того лучшей кандидатурой.

- Мой младший брат... я полагаю, речь идет о монсиньере Камиле де Виллеруа? Но что же еще? Идемте, Ваше Высочество, идемте же скорее... - впрочем, поспешность герцога была запоздалой, так как Великая Мадемуазель уже сама продела руку под его локоть и повела его к выходу из дворца.

- Да, я знал о его связях с... с известными нам лицами, - осторожно подтвердил де Невиль, выбеленные щеки которого начали покрываться багровыми пятнами, - Но что же от меня требуется? Господи Святый, не ввязался же принц... простите, известное нам лицо в новый заговор? - громкий шепот герцога не слышали разве что мраморные статуи в саду Дианы, через который лежал их путь, чтобы не оказаться на обозрении у всех, собравшихся на Большой Лужайке придворных.

Возбужденный и взволнованный Никола де Невиль едва ли не вскрикивал, тут же понижая голос до свистящего шепота, так что его собеседнице приходилось всякий раз прислушиваться, чтобы уловить окончание его фраз.

- Если я правильно Вас понял, Ваше Высочество, есть некие документы, которые в случае попадания в неверные руки, уготовят печальную участь моему брату и неким лицам, упомянутым в них? Как на духу, я готов покляться на Библии, что за все авантюры моего брата, я был бы готов собственноручно придушить его, как некогда это сделал Каин со своим братом Авелем, - прошипел герцог, прекрасно понимая, что мог быть предельно откровенным с Мадемуазель, не прибегавшей к дипломатическим уверткам, - Но на карте стоит доброе имя моей семьи, мое положение, карьера моего сына в конце-концов! Не ради своего брата, но ради семейной чести я готов на все.

Ему бы не следовало бросаться подобными заявлениями, но порывистость де Невилей общеизвестна, а когда дама просит о помощи, хотя и привлекая к тому его собственные интересы, ни один мужчина из почтенного рода де Виллеруа не уступит в рыцарской чести и готовности пожертвовать всем. К тому же, у Великой Мадемуазель был бесспорный дар убеждения, и той харизмы, которая вполне возмещала очарование и прелесть, которыми природа пожелала обделить Ее Высочество в пользу большей доли мужественности и решительности.

- Что мы можем сделать? - с готовностью хоть сейчас же бежать на штурм спросил маршал, впрочем, галантно уступая право военных решений и стратегий самой герцогине де Монпансье.

// Парк Фонтенбло. Сад Дианы. //

24

Отправлено: 18.09.12 15:24. Заголовок: Фонтенбло. Лужайка ..

    // Фонтенбло. Лужайка перед дворцом. Большой шатер //

    Габриэль пребывала в самом отвратительном настроении. Мало того, что мадам де Лафайет отослала ее с лужайки в тот самый миг, когда герцог Бэкингем и принцесса обратили внимание на фрейлин Ее Высочества, так еще, и где искать Ору с Луизой, она не представляла. Мадемуазель с трудом ориентировалась в дворце, вечно путаясь в этих лестницах и коридорах.

    - Ну попадитесь вы мне! Это неслыханно, так пропадать, да еще и не сказав ни слова! А еще подруги…

    Злясь на всех вокруг, фрейлина понуро брела прочь от лужайки. Даже дворец Фонтенбло, так поразивший ее своей красотой при первом взгляде, сейчас уже не казался таким чудесным. Стоило только подумать, сколько мест ей предстоит обойти, как девушка начинала скучать пусть не по такому роскошному, но такому родному и уютному замку в Пуату. Уж там-то от нее никто бы не скрылся, она знала каждый закоулок, каждый тайный проход. Вспомнив дом, мадемуазель улыбнулась, воспоминания словно придали ей сил. Подняв юбки, Габриэль заспешила вверх по лестнице.

    После ясного солнечного дня, коридоры Фонтенбло показались фрейлине совершенно темными и холодными. Она поежилась и осмотрелась по сторонам. Если на лужайке жизнь в этот день кипела, то здесь она словно замерла. Настроение портилось с каждым мгновением все больше. Дойдя до лестницы, ведущей на второй этаж, Габриэль остановилась, чтобы отдышаться и решить, откуда начать свои поиски. Она смахнула с лица выбившийся локон и нахмурилась.

    - Думай, мадемуазель, думай, куда они могли запропоститься… Ах да, мадам де Лафайет, кажется, говорила что-то про часовню! Конечно, маловероятно, что фрейлины там, но проверить стоит.

    Габриэль наморщила лоб, что, впрочем, никак не помогло ей вспомнить дорогу к часовне. В отчаянии она облокотилась на лестничные перила и закусила губу. Черт бы побрал ее память! Пока она здесь стоит, лакеи, пожалуй, давно отыскали пропавших фрейлин. Перед глазами девушки предстала мадам де Лафайет, укоризненно поджавшая губы.

    - Я так на Вас рассчитывала, моя дорогая, - закатив глаза, пробубнила себе под нос Габриэль, точно копируя манеру статс-дамы говорить.

    Только тут она обратила внимание на молодого человека, стоявшего неподалеку. Юноша оперся на одну из колон у лестницы и с нескрываемым интересом наблюдал за фрейлиной. Пляшущие в его глазах смешинки не оставляли сомнений, что поведение юной мадемуазель его несказанного забавляет.

    Габриэль тут же смутилась. Ее щеки заалели ярче розы на корсаже принцессы. Однако, собравшись все же с духом, она заставила себя поднять глаза на кавалера.

    - Месье, позвольте мне узнать, что Вас так веселит?

25

Отправлено: 18.09.12 19:52. Заголовок: Минуты безделия текл..

    Минуты безделия текли томительно долго и скучно, все были заняты обсуждениями последних событий на Лужайке и появлением на королевском пикнике английского посланника. Луи было до смерти любопытно взглянуть на герцога Бэкингема, хотя бы для того, чтобы убедиться, что милорд и в самом деле не столь же хорош собой, как Месье, его кузен, и его костюм не вызывал ничего кроме сожаления о том, что лондонские портные обходятся старыми давно вышедшими из моды лекалами. Но, поскольку не гоже князьям подсматривать за посланниками, даже если по слухам этот английский посол был весьма тепло принят самой королевой-матерью, Луи де Монако старался делать максимально безучастный вид и оставался в тени одной из колонн возле королевской лестницы. Придворные из его свиты достаточно громко озвучивали все происходившее под шатром на пикнике у королевы-матери, так что Его Высочеству не было нужды наблюдать за действием самому.

    - О, вот это подарки! Вы только взгляните, синьеры, это всего навсего розы! - насмешливо воскликнул кто-то из толпы, но был тоточас же зашикан остальными зрителями.

    - Вы ничего не понимаете в цветах, синьер Паолуччи, а уж следовало бы Вам занть, что розы это самый дорогой цветок нынче. А с легкой руки милорда Вильерса они теперь сделаются и самыми модными.

    - А я то думал, что розы в апреле цветут только в королевских оранжереях.

    - Правильно думали, месье, эти розы тоже из королевской оранжереи... только по ту сторону Ла Манша.

    Луи слушал реплики своей свиты с легкой усмешкой на губах, когда в поле его зрения попала одинокая фигура придворной дамы, явно чувствовавшей себя потерянной среди дворян свиты князя Монако. Она нерешительно оглядывалась то в одну то в другую сторону, явно не решаясь, куда именно направиться. Пойманный на беззастенчивом разлядывании платья молодой особы, принц смутился, но вместо того, чтобы покраснеть, как это обычно с ним происходило в присутствии его блистательной супруги Катрин де Монако, он еще шире улыбнулся и приблизился к девушке.

    - Я прошу прощения, мадемуазель, если мое веселье задело Вас, - ответил Луи, стараясь растягивать слова на манер своего царственного кузена, он снял шляпу, с удовольствием оценивая эффект сверкающих на пряжке бриллиантов в глазах обернувшихся к ним придворных, - Луи Гримальди, князь Монако, к Вашим услугам, мадемуазель. Могу ли я быть полезным Вам? Мне показалось или Вы в самом деле ищете кого-то?

26

Отправлено: 23.09.12 14:32. Заголовок: Луи де Монако Луи ..

    Луи де Монако

    Луи Гримальди, князь Монако, к Вашим услугам, мадемуазель. Могу ли я быть полезным Вам? Мне показалось или Вы в самом деле ищете кого-то?

    Разумеется, Габриэль была знакома с одной из первых красавиц двора блистательной Катрин де Монако, грофейстериной и близкой подругой принцессы Генриетты. Веселя, всегда с иголочки одетая княгиня, врядли могла оставаться для кого-то незамеченной. А вот ее супруга, Луи де Гримальди, фрейлина ранее не встречала, хоть тот по слухам, был вхож к Монсеньору.
    С первого взгляда на князя было ясно, что любовь к роскоши, присуща не только женской половине четы де Монако. Габриэль поймала себя на мысли, что подобно толпившимся вокруг зевакам, с восторгом разглядывает костюм князя. Не будучи сама стеснена в средствах, мадемуазель все же не сдержала вздоха
    восхищения при виде сверкающих бриллиантов и безумно дорогих тканей. Среди мужчин такие наряды она раньше видела, разве что у принца Филиппа.

    - Габриэль де Жевре д’Артуа, фрейлина Ее Высочества герцогини Орлеанской. – Кокетливо улыбнулась девушка. – Рада встрече с Вами, господин князь. Верно, сам Господь послал мне Вас!

    Она распахнула веер и доверительным голосом продолжила:

    - Вы не представляете, насколько Вы правы. Мадам де Лафайет доверила мне одно дело, - Габриэль на секунду замялась. – Так, маленькое поручение. Но, при всей его незначительности поручение это требует знания дворца, с чем у меня, признаться не очень.

    Мадемуазель сокрушенно опустила голову, напустив на себя крайне расстроенный вид. Казалось, девушка вот-вот расплачется.

    - Потому, прошу меня извинить, месье, я не хотела упрекать Вас в веселье или уж тем более показаться Вам грубой! – Она подняла на собеседника растерянные зеленые глаза. – Не буду таиться перед Вами, месье, я была бы Вам безмерно благодарна, покажи Вы мне дорогу до часовни!

    Последние слова девушка произнесла почти скороговоркой, и тут же щеки ее вновь покрылись румянцем. Застенчиво сложив руки за спиной, Габриэль с надеждой смотрела на князя Монако. Прямо спросить видел ли он Ору или Луизу, девушка не решилась. Во-первых, Габриэль, совершенно не была уверена, что такой господин как Луи де Гримальди мог обратить внимание на таких дам, как Монтале и Лавальер, стой они даже у него перед носом. А во-вторых, ей отчего-то показалось неправильным сообщать во всеуслышание (а в том, что окружающие прислушиваются к их разговору, Габриэль нисколько не сомневалась) об исчезновении фрейлин принцессы. Мадам де Лафайет предупреждала ее, что любое сказанное слово может быть истолковано совершенно иначе, нежели оно значило изначально. Как бы то ни было, теперь Габриэль оставалось лишь надеется на доброту князя и отсутствия у него дел более важных, чем проводить экскурсию по дворцу заблудившейся фрейлине.

27

Отправлено: 23.09.12 18:17. Заголовок: Луи перекинул шляпу ..

    Луи перекинул шляпу из одной руки в другую, отвесив легкий и тем неменее безупречно галантный поклон и небрежно встряхнул головой, как будто бы и не было тех полутора часов перед утренним завтраком, в течении которых куафер князя старательно укладывал роскошную шевелюру отпрыска рода Гримальди в подобие художественного беспорядка. Ему льстили завистливо оценивающие взгляды толпы придворных, роившихся вокруг него за неимением других знаменитостей высокого ранга. Но еще больше ему было по нраву то, как на него смотрела молоденькая мадемуазель, представившаяся фрейлиной герцогини Орлеанской. Несомненно, кто бы не подбирал свиту молодой герцогини, вкусом этот человек обладал безупречным. Впрочем, такие мысли Луи произносил про себя, всего навсего старательно изучая роль придворного ловеласа-ценителя. На деле же на его лице нарисовалась едва ли не робкая улыбка-извинение. Девушка то и в самом деле нуждалась в помощи, а он повел себя с ней едва ли не вызывающим образом. Еще немного и его окружение, которым только дай повод, поднимет на смех юную мадемуазель, задев тем самым не только ее собственную гордость, но и честь Орлеанского дома, которому девушка служила.

    - Простите меня, мадемуазель. Отойдемте. Здесь слишком много скучающего народу. Они уже принимают наше знакомство за флирт, - прошептал князь девушке и подал ей руку, - Не оборачивайтесь. Идемте же.

    Прежде всего надо было отойти подальше от этих ротозеев. А еще вот так с полуоборота глянуть на них рассерженным ястребом, как это делает кузен Людовик. Вот так, по-королевски едва повернув голову в сторону своей свиты, Луи де Монако принял самое пренебрежительное выражение лица, на какое был способен, насмешливо приподнял левую бровь, и сузил глаза.

    - Господа, оставайтесь здесь и развлекайте себя как сможете. Я провожу мадемуазель д'Артуа.

    После такого взгляда и сопровожденного им приказа, ни один из господ придворных князя Гримальди не посмел сделать и шагу чтобы последовать за ним. Но это вовсе не означало их молчания. Как только князь и мадемуазель д'Артуа скрылись за дверьми длинного коридора, за их спинами послышались смешки и передразнивающие реплики.

    - Не обращайте внимания, мадемуазель, - проговорил князь, про себя же подумав, что любил свою охотничью свору куда больше чем свиту оплачиваемых его дедом придворных подхалимов, готовых броситься на любую подачку, брошенную им, но также скорых на острое и порой обидное словцо за его спиной.

    - Так Вы ищете часовню? Эх, если бы я действительно знал дворец как свои пять пальцев. Но не расстраивайтесь. Я знаю, у кого спросить, а это куда сподручнее для нас. Для Вас.

    Дойдя до лестницы, Луи галантно поддержал девушку под руку, стараясь идти размеренными шагами и не слишком торопиться. Еак часто Катрин полушутя упрекала его в излишней поспешности, особенно в его любви перескакивать через ступеньки, чтобы поскорее забраться по лестнице.

    - Спросим у месье Виллэма, управляющего господина суперинтенданта. Он знает дворец, - Луи нахмурилася и серьезно посмотрел в глаза девушки, - Скажите, мадемуазель, а отчего Вам понадобилось идти в часовню? У Вас несчастье?

28

Отправлено: 28.09.12 14:23. Заголовок: Девушка благодарно у..

    Девушка благодарно улыбнулась, принимая руку князя. Стоило ей встать рядом с ним, как насмешки и двусмысленные реплики придворных перестали ее волновать. Габиэль еще раз мысленно поблагодарила Бога за столь удачную встречу. Страшно и представить, каково бы пришлось фрейлине среди этих разодетых и напыщенных франтов, не окажись здесь Луи де Гримальди.

    - Благодарю Вас, - прошептала девушка, с восхищением взглянув на князя. – Не представляю, что бы я делала без Вас.

    Габриэль всегда восхищали люди, умеющие повелевать, а потому, она чуть ли не с детским восторгом следила, как де Гримальди приказывает своей свите оставаться на месте. И пусть на лице его не было и капли суровости, а голос оставался самым что ни на есть пренебрежительным, ни один человек из его окружения не тронулся с места, чтобы последовать за князем и его спутницей. В этот момент Габриэль вспомнился король, та же властность, тот же дерзкий величественный взгляд. Что ни говори, а королевская кровь всегда чувствуется. Ведь, помнится, Катрин говорила, что ее супруг приходятся королю родней.
    Стоило им с князем Монако отойти чуть дальше от толпы, как тут же раздались смешки и реплики, от которых девушка залилась краской до самых волос. И пусть Габриэль не была столь застенчива, как та же Лавальер, но она едва сдержалась, чтобы не закрыть уши. Было неловко и стыдно за то мнение, которое создалось у прихвостней князя. Девушка глубоко вздохнула, успокаивая себя.

    - Не обращайте внимания, мадемуазель.

    Габриэль подняла глаза на спутника, ожидая увидеть улыбку или иронию на его лице, однако князь выглядел вполне серьезным. Похоже, ему и самому немало надоело подобное поведение собственной свиты. Габриэль виновато опустила глаза.
    - Ах, мне так жаль, что я доставляю Вам столько хлопот! Право, господин де Гримальди, я и представить не могла, что мое появление может вызвать подобную реакцию. Знай я это… - Она на секунду замолчала, а затем тряхнула головой, отгоняя смущение и досаду. - А, впрочем, ладно! Вы правы, верно, не стоит обращать внимания. И позвольте еще раз выразить Вам мою благодарность, месье.
    У лестницы князь галантно подал фрейлине руку, от чего та вновь смутилась: что не говори, а последнее время она общалась исключительно с представительницами прекрасного пола, а потому внимание мужчины, пусть даже официальное, заставляло девушку нервничать.
    Услышав, что князь также не имеет представление, где находится часовни Габриэль не сдержала смеха:

    - И Вы не знаете? Ах, месье, прошу простить мое веселье, но, право, я думала, я одна так плохо ориентируюсь в этом дворце! Что ж, теперь я знаю, что нас таких, по меньшей мере двое.

    Девушка кокетливо взглянула на спутника, проверяя, не рассердился ли он ее смеху.

    - И все же, это хорошо, что Вам есть кого спросить. Не встреть я Вас, не представляю, кто бы мог указать мне дорогу!

    -Скажите, мадемуазель, а отчего Вам понадобилось идти в часовню? У Вас несчастье?

    Габриэль на секунду замерла от удивления: неужели и вправду в голосе Луи де Гримальди было неподдельный интерес и сочувствие? Или ей показалось. С трудом, верилось, что при дворе есть люди, способные на искренний интерес к бедам других.

    - Нет, слава Богу, нет. Хотя, - Габриэль усмехнулась. – Если мы не встретим в часовне двух очаровательных мадемуазелей, боюсь, у меня и вправду будут неприятности. Если честно, - продолжила девушка доверительным голосом, - две девушки из свиты Мадам потерялись. Но это полбеды! Дело в том, что их отсутствие на Лужайке вызвало отчего-то интерес высочайших особ. Мадам де Лафайет полагает, что они могли направиться в часовню… И хороши бы они там и были, иначе мои поиски грозят затянуться!

    Габриэль помрачнела от одной мысли, что Луизы и Оры может там и не оказаться. Где искать их тогда? Идти в парк? Или бегать по коридорам дворца, проверяя каждые нишу и закоулок?

    Не стоит предаваться унынию, мадемуазель! У тебя такой провожатый, что ты Ору и Луизу и из-под земли достанешь!

29

Отправлено: 29.09.12 16:31. Заголовок: Общество неискушенно..

    Общество неискушенной в придворном флирте девушки было приятнее вдвойне, ведь Луи не приходилось лезть из шкуры вон, чтобы разыгрывать из себя знатока женских слабостей, подражая примерам своего царственного кузена и его фаворитов. И к тому же, в глазах фрейлины герцогини Орлеанской был такой неподдельный интерес к любому оброненному им слову, что де Гримальди видел себя едва ли не голову выше обычного. Это не был тот насмешливый взгляд, которым обычно награждала его супруга, давно уставшая от молодого мужа и его мальчишеской скромности. Как бы ни менялся князь после приезда ко двору короля Людовика для Катрин де Монако он навсегда остался неловким подростком, попрекаемым на каждом шагу своим властным дедом и многочисленными тетушками попечительницами. К собственному счастью и спокойствию их супружеской жизни на самом деле Луи не понимал этого и принимал насмешливое отношение к себе со стороны супруги как привычное и должное.

    - А для меня это приятное разнообразие и спасение от скуки, - признался Луи в ответ и улыбнулся восхищенному взгляду девушки, - Я не люблю сидеть взаперти день деньской. Вчерашняя охота была великолепна. Хотя бы тем, что можно было удрать в лес.

    В коридорах и залах второго этажа было меньше народу, так как все предпочитали если не кружить по лужайке в надежде быть замеченными кем-нибудь из дам и приглашенными на устраиваемый королевой-матерью пикник, то хотя бы находиться поблизости от единственного занятного события в тот день. С внезапной болезнью короля, казалось бы и весь двор мгновенно поник и зачах, на лицах многих придворных рисовалось выражение глубокой скорби, движения были вялы, а походка многих даже военных чинов из спортивной и энергичной в подражание королю, вдруг сделалась шаркающей и вялой, как будто всех охватил неизвестный вирус повальной усталости.

    - Посмотрите-ка, стоило Его Величеству прихворнуть и уже не слышно разговоров об охоте или верховых прогулках, - заметил Луи и подмигнул своей спутнице, - Теперь на смену развлечениям придут благочестивые беседы. Так что, Ваше веселье, мадемуазель нисколько не обижает меня, скорее наоборот. Развлекает.

    Проходя по коридору, который как он знал, должен был привести его к покоям суперинтенданта Фуке, князь выискивал глазами управляющего виконта, некоего де Виллэма, фламандца по происхождению. Этот человек словно швейцарские часы был точен и исполнителен, работал как взводе и Луи заметил его усердие и исполнительность, когда Их Высочествам представляли штат лакеев нанятых специально для обслуживания княжеской четы на время их пребывания в Фонтенбло. Виллэм был сух в разговоре, но обходителен и что важнее всего, не позволял себе снисходительного тона с молодым князем, что и снискало ему расположение Луи.

    - Да вот же он! Ну, слава богу, наши плутания по дворцу не обернутся путешествием к краю земли, - князь пожал руку девушки в порыве радости, но тут же смутился вольности такого жеста, как хорошо, что девушка как раз с увлеченным видом рассказывала ему о своих поисках и наверное не успела обратить внимания, - Так эти фрейлины... ох, простите мне мое невежство, Габриэль, можно я буду Вас так называть? На самом деле я тоже далеко не так хорошо ориентируюсь при дворе, как моя супруга, мадам де Монако. Ее Высочество состоит статс-дамой в свите герцогини Орлеанской, я уверен, что она знает наперечет всех девушек фрейлин. А я вот только начинаю свое знакомство.

    Пока они говорили, Виллэм что-то втолковывал долговязому гвардейцу, вальяжно опиравшемуся на старинную алебарду, скорее служившую декоративным дополнением к его костюму, и маленькому человечку, которого легко было бы принять за одного из карликов из свиты Ее Величества, если бы не строгий костюм и выражение лица, такое суровое и вместе с тем сосредоточенное на разговоре, что вряд ли нашелся бы кто-то, кто принял бы его за одного из недоумков-карликов из Маленькой Свиты. Получив указания управляющего гвардеец не спеша вразвалку направился в сторону выхода. А маленький человечк... Луи зажмурился и открыл глаза снова - странно, ему наверное просто показалось. Никакого человечка рядом с управляющим не было.

    - Вот наваждение... у Вас бывает так, Габриэль, что Вам кажется, что Вы кого-то видели, а на самом деле там никого нет? - проговорил Луи, все еще не зная, верить ли своим глазам или принять действительное за факт - никакого коротышки не было и быть не могло, - Ах да, идемте же. Этот месье Виллэм весьма занятой человек. Нам лучше поспешить. Месье! Месье Виллэм! Сударь, окажите мне любезность.

    - Ваше Высочество, мадемуазель, - фламандец поклонился, сняв шляпу и отступил на шаг, оказывая уважение прицу, - Я всецело к Вашим услугам, принц. Только скажите, - по глазам де Виллэма любой другой прочел бы обратное, но князь был слишком увлечен желанием поскорее помочь девушке отыскать ее подруг, чтобы заметить что-либо иное в лице управляющего кроме как желание помочь его высочайшей особе.

    - Мы ищем часовню, месье. Не проводите ли Вы нас.

    - Часовню? - удивление Виллэма было хорошо замаскировано под угодливым выражением лица, он не позволил себе лишних вопросов, вполне принимая желание молодого князя уединиться с хорошенькой девушкой покуда остальной двор занят созерцанием пикника или ожиданием новостей из королевской приемной, - Сию же минуту, Ваше Высочество. Полагаю, Вы ищете дворцовую часовню? Не королевскую? - в глазах фламандца мелькнул подозрительный блеск.

    - Королевскую? А... а сколько же их во дворце? Габриэль? - князь повернулся всем корпусом к девушке, - А в какой именно часовне Ваши подруги? - шепотом спросил он, не решаясь давать указания Виллэму, не зная как следует, что именно они искали.

30

Отправлено: 04.10.12 21:40. Заголовок: Как это обычно бывае..

    Как это обычно бывает, нежелание встретить ничем не приятного ему человека с каждым шагом обращалось в тяжеленные гири, вроде тех, что подвязывали к ногам сказочного скорохода, чтобы он на всем скаку не перемахнул лишних три сотни лье. Проходя по анфиладе залов Филипп все меньше и меньше чувствовал тот энтузиазм, с которым он покинул Большую Лужайку и пикник у матушки. Вместо него путь к его переменчивому сердцу находили все новые сомнения и вопросы.

    - А стоит ли нам вообще идти к префекту? - спросил он самого себя и в то же самое время оглядываясь на свою поредевшую свиту, - Катрин, душа моя, не таитесь, скажите мне как на духу, вот Вы стали бы привлекать этого маленького противного парижского хорька к нашему делу? Нет. Я вижу по глазам, что не стали бы. Нет нет, не отговаривайте меня, я не стану перекладывать эту миссию с больной головы на здоровую, - Филипп закачал головой, рассыпая по плечам золотистые локоны, - Я сам разберусь с этой дуэлью, будь она не ладна. Да. Арман и мой друг тоже. Он мне... - не подыскав эпитета более подходящего к приливу внезапной братской нежности, принц испустил тяжелый театральный вздох и похлопал холеной рукой по запястью руки княгини де Монако, все еще опиравшейся на его руку, - Он мне так же дорог, как и Вам душа моя. А посему, я сам разберу это дело, дело о бриллиантах де Грамонов. Обещаю Вам, Катрин.

    Произнося эту нисколько не наигранную тираду, Его Высочество остановился у одного из окон в галерее и боковым зрением следил за продвигавшейся по лужайке процессией.

    - Ба! А это не милорд Бэкингем случаем? Вон там... идет к шатру... Что это там несут позади него? Ящики... хм... с этих англичан станется принести с собой на пикник и свое вино, и фазанов...

    - Кажется это те самые розовые кусты, - брякнул де Шатийон, от радости, что им не придется предстать пред очи грозного и ужасного Ла Рейни, позабывший о приличиях и том, что не полагалось встревать в разговоры сильных мира сего не будучи приглашенным.

    - Те самые? Какие это "те самые"? - сузил глаза Филипп, снова поддавшись отхлынувшей было волне раздражения, которое вызвала у него еще во время утреннего приема злополучная роза, - Так, дорогой мой, выкладывайте, что Вы там скрываете от меня? Что значит "те самые" розовые кусты? Вы уже видели их?

    - Кусты нет, Ваше Высочество, не видел, - простодушно ответил де Шатийон, не успев еще уловить новую перемену в настроении герцога.

    - А что же Вы тогда имели в виду?

    - Я слышал, что королева Англии привезла с собой розовые кусты. А сегодня утром мой знакомый, - мило улыбнувшись шевалье скосил глаза в сторону окна, - Мы просто прогуливались в парке и наблюдали первых...

    - Да да, первых жаворонков, это меня не интересует, - нетерпеливо перебил его Филипп и отошел к окну, чтобы распахнуть створки и понаблюдать за происходящим на лужайке, - И что там с розами то? Шатийон, не тяните, а то я велю позвать кого-нибудь из канцелярских, у них ловко получается вытянуть правду из упрямцев и недо... - он не докончил, поскольку как раз в ту самую минуту герцог Бэкингем кланялся и целовал руки по очереди обеим королевам и его супруге, герцогини Орлеанской, - Что-то он там говорит им?

    - Ну так мне этот Стэнли и сказал, что розы привезли в дар обеим королевам и герцогине Орлеанской. А еще он сказал... вот же черт, я совсем позабыл о том... - шлепнул себя по голове де Шатийон и улыбнулся, - Этот Стэнли торопился в сад, чтобы срезать розы... я и не подумал, что это могли быть те самые. Он просто сказал что-то о правильном ухаживании за ними, там подрезании веток и тому подобной чуши.

    - Наивный Вы мой, - заговорил Филипп, сжав ладонями кудрявую голову своего миньена, - Так это и были те самые розы? А Вы позволили мне винить де Гиша? И не говорите, что не понимали. Вернемся на пикник. Катрин, ей-богу, что нам слоняться по дворцу в такой прекрасный день, когда такое солнышко сияет... я провожу Вас, мой друг, к шатру. И нет, не благодарите меня, - добавил герцог, с горячностью беря Катрин под руку, как будто бы Ее Высочество собралась рассыпаться в благодарностях за перемены его намерений одно на другое и затем на третье и следом за тем на пятое всего за каких-то четверть часа.

    // Фонтенбло. Лужайка перед дворцом. Большой шатер. //

31

Отправлено: 07.10.12 17:31. Заголовок: В этой части дворца ..

    В этой части дворца Габриэль бывать ранее не приходилось. Все же фрейлинами Ее Высочества было положено находиться подле принцессы, а не исследовать дворцовые коридоры. Хотя, как уже стало ясно, последнее также имело смысл. Девушка немного успокоилась, смущение понемногу отпускало ее, вновь уступая место хорошему настроению и веселью. Те немногие придворные, встречающиеся им на пути, не уделяли князю со спутницей внимания большего, чем того требовали приличия, что так же радовало мадемуазель д’Артуа, все еще находившуюся под впечатлением от поведения свиты Луи де Монако.

    - Месье, Вы действительно можете здесь скучать? – Совершенно искренне удивилась фрейлина. – Вы – первый, от кого я слышу подобное! Разве двор Его Величества такое уныло место?

    Габриэль внимательно посмотрела на спутника, она и допустить не могла, что такой знатный, богатый и красивый молодой человек может чувствовать себя во дворце столь неуютно, что предпочтет изысканным приемам охоту. Сама девушка ненавидела это действо всей душой. Ее отец, старый граф, был заядлым охотником и не раз брал с собой дочь. Но юная Габриэль так и не смогла оценить увлечения родителя. Ее страшно раздражали собачий лай, крики людей и кровь, вид который Габриэль не переносила. А предсмертные хрипы загнанных животных и вовсе слышались ей ни одну ночь после.

    - Вы любите охоту? Это меня удивляет, я привыкла у себя дома видеть охотников, - Габриэль замялась, - несколько другого склада… Не поймите меня неправильно, но я с трудом могу представить Вас, преследующим зверя!

    Чтобы сгладить сказанное, Габриэль улыбнулась самой трогательной из своих улыбок, ей совершенно не хотелось обижать или расстраивать князя. Он оказался одним из тех немногих людей, к которым Габриэль начинала испытывать приязнь с первой встречи. И, казалось, сам князь тоже расположен к ней. Когда Луи де Гримальди назвал ее по имени, Габриэль вновь не удержалась и покраснела.

    - Ну разумеется, месье Гримальди! Вы можете так называть меня, все же, мне так уже надоело это сухое «мадемуазель д‘Артуа! А, что касаемо фрейлин, то я ищу мадемуазель Монтале и мадемуазель Лавальер. – Припомнив, сколько она уже натепрелась из-за не воворемя пропавших Оры с Луизой, Габриэль нахмурилась. – Впрочем, это не самые видные дамы свиты Ее Высочества, так что не удивлюсь, если Вы их ранее не видели…

    От размышлений о поведении Монтале и Лавальер, Габриэль отвлек месье Виллэм. Пока он разговаривал с князем, девушка внимательно рассматривала управляющего. Под угодливостью и расположением ей угадывалось какое-то презрительное высокомерие и равнодушие. Бесспорно, Виллэм был не из тех слуг, которые стремятся всей своею душой угодить господам.

    Ну кто бы мог подумать, что в слуге может быть такое достоинство! Многие, непременно, сочли бы это оскорбительным... – Усмехнулась про себя Габриэль.

    - Королевскую? А… а сколько же их во дворце? Габриэль? А в какой именно часовне Ваши подруги?

    Глаза мадемуазель д’Артуа расширились. Ну вот, только еще этого не хватало. Пресвятая Мадонна, ей то уж откуда знать, сколько во дворце часовен и в которую из них отправились замаливать грехи Ора с Луизой! Она на миг растерялась, в нерешительности переводя глаза с де Гримальди на Виллэма.

    - О, Господи, месье, я право не знаю… - Извиняющимся шепотом произнесла Габриэль. – Но, мне кажется, вряд ли фрейлинам место в королевской часовне? Вы так не думаете? Давайте проверим дворцовую? – Она вопросительно посмотрела на спутника. – Впрочем, как Вы решите! Я последую любому Вашему совету. Право, месье, я в такой растеренности…

32

Отправлено: 08.10.12 19:29. Заголовок: Дерзкая усмешка в гл..

    Дерзкая усмешка в глазах фламандца ускользнула от внимания князя, поскольку тот всем корпусом развернулся к своей спутнице, вопрошая о более точных указаниях касательно цели их совместной прогулки по дворцу.

    - Мы не знаем точно, месье, - Луи развернулся обратно и развел руками, он простодушно повторил следом за мадемуазель д'Артуа, - Давайте начнем с дворцовой.

    - М-да, занятно, - качнул головой Виллэм, но усмехаться более не стал, по-видимому, наглость его не была столь безграничной, и дерзить принцу крови в лицо он не посмел бы, - Извольте же, я проведу Вас и Вашу даму к дворцовой часовне, Ваше Высочество. Но не обессудьте, если это будет не то место, которое Вам требуется. Насколько мне известно, фрейлины редко заходят в ту часть дворца... без сопровождения, - выдал свой острый слух управляющий суперинтенданта, не слишком церемонясь с тем, чтобы не показать, что слышал разговор принца с мадемуазель, впрочем, не показавшийся ему столь важным, чтобы принимать к сведению своему и тем более своего патрона. Ну, ищет князь Монако уединения с фрейлиной Мадам, а кто свят при дворе короля Франции? Маленький флирт на стороне это еще не заговор, тем более что сама княгиня де Монако только четверть часа назад промелькнула в этом же самом коридоре под ручку с герцогом Орлеанским и целым сонмом почитателей... герцога и самое себя.

    Де Гримальди снова предложил руку мадемуазель дАртуа, которую про себя и вслух уже именовал дружески по имени - Габриэль. Девушка была мила и оказалась интересной собеседницей, сразу же поставив князя в тупик своими категорическими суждениями об охоте. До сей поры Луи никогда не задумывался о другой стороне охотничьего спорта - разве было что-то предосудительное в том, чтобы загонять оленей, волков, кабанов или лисиц в честном преследовании? Да, убийство... но разве в своем собственном мире животные не поступают точно также по отношению к своим же сородичам? Он то хотя бы не преследует и не убивает никого из людей.

    - А отчего же Вам трудно представить меня преследователем зверя, мадемуазель? Вообще-то, за исключением королевской охоты, когда всем управляет Людовик, я предпочитаю сам поднимать и загонять зверя до самого финала. Это гораздо интереснее и азартнее, чем дожидаться, пока за тебя это сделают егеря... да, я не люблю когда за тщедушным оленем малолетком несется стая некормленных гончих, готовых растерзать его на куски. Это скорее похоже на убийство, чем на благородный спорт, коим является охота...

    От рассуждений князя на тему охотничьего азарта и его любимых видах охотничьих забав его спутницу освободил управляющий Виллэм, уловивший в ответах смущенной девушки нежелания затрагивать тему жестокую саму по себе.

    - Мадемуазель наверное впервые в Фонтенбло, не так ли? Прошу прощения, Ваше Высочество, я позволю себе обратить Ваше внимание и внимание Вашей спутницы на эти прекрасные картины. Их собрал в этой галерее еще король Франциск I-ый. Он был настоящий знаток красоты и почитатель искусств. А вот эти золотые канделябры, обратите внимание, - фламандец указал на две отлитые из золота фигуры державшие факелы, на концах которых крепились свечи, - Это работы самого Бенвенуто Челлини. Непревзойденный мастер. Спустя сотни лет, даже если золото перестанет быть столь же ценным как сейчас, эти статуи будут стоить несметных богатст только благодаря руке своего автора.

    - Да... благодарю Вас, Виллэм, - ответил Луи, невольно замедляя шаг, чтобы позволить Габриэль внимательнее разглядеть указанные фламандцем канделябры и картины. Сам он нисколько не интересовался интерьерами Фонтенбло, да и собственно дворцом Гримальди в Монако. Это Катрин была любительницей всяких украшений, что для своей собственной персоны, что для дворцов, и то и дело приобретала новые безделицы под видом поощрения дарования талантливых живописцев и ювелиров. Причем, последние требовали все большие и большие контрибуции за свои шедевры, что несколько волновало деда князя де Монако, но нисколько не трогало самого супруга ветренной попечительницы изящных искусств.

    - Вы находите это интересным? - позволил себе не слишком тактичный вопрос де Гримальди.

33

Отправлено: 09.10.12 09:56. Заголовок: Чудесная, кудрявая г..

    Чудесная, кудрявая головка принцессы де Монако буквально шла кругом. Идя под руку с герцогом Орлеанским, она отставала от принца на шаг или два, но опомнившись, догоняла Филиппа, сетуя на непривычную рассеянность. Однако такие новости, такие подозрения в отношении её брата, могли, так или иначе, привести дорожку вездесущего префекта не только к её шкатулке с драгоценностями, но к странному эпизоду, накануне ночью обратившему княгиню Монако и графиню Суассон в близких подруг. «Но до чего дорогая цена, за искренность дамского приятельства, при дворе Лучезарного» - с иронией подумала Катя, когда их кортеж миновал коридор, ведущий в покои фрейлин герцогини Орлеанской.

    Позади осталась значительная часть запутанных коридоров и залов, а цитадель доносчиков и соглядатаев казалась неотвратимой будущностью, как вдруг Дева Мария вняла молитвам княгини, пытавшейся придумать повод, который станет достаточным для того, чтобы потребовать у отца новое украшение, по странному совпадению, дублирующее предыдущий парный подарок нерадивым чадам.
    - А стоит ли нам вообще идти к префекту?
    Её корсет почти слышно издал совершенно неприличное потрескивание, когда Её Высочество, едва не теряя самообладание, задохнулась радостным восклицанием. Коль скоро вопрос был решен самим Месье и даже от его свиты не требовалось какое-либо подтверждение светлейшей из мыслей, Катрин лишь одобрительно кивнула, слегка сжав пальчики на локте принца. Ну, можно ли было надеяться на силу небес, когда сам венценосный упрямец менял желания скорее испачканных перчаток?!

    - Хотя Арман, безусловно, не достоит Вашего Высочайшего благоволения и снисхождения к своим мальчишеским проступкам, Ваша ..дружеская поддержка небесное благословение, Ваше Высочество. – наверное, всё сказанное прозвучало излишне подобострастно, но и кинуться на шею единственному брату короля с воплем благодарности, казалось непозволительным.
    - Не сомневаюсь, что у Вас получится разобраться не хуже, а то и скорее нашего «дорогого префекта» - подбодрила браваду Месье Катя, в тайне лелея надежду что и в этом вопросе решимость уступит фамильной лени, а ей при уместном совете Олимпии, или хотя бы содействии графа де Сент-Эньна, удастся сгладить углы этой головоломки и пустить Ла Рейни по кругу бесплодных поисков.

    Пока Кэт, мысленно потирать влажные ладошки, праздную маленькую победу, зоркий на события взгляд Филиппа привлек герцог Бэкингем, шествовавший со своей свитой к королевам, расположившимся на лужайке. Катя неосознанно притаилась около принца так, что глядя с лужайки угадать можно было разве что очертания её аккуратного профиля.
    -Этот Стэнли торопился в сад, чтобы срезать розы... я и не подумал, что это могли быть те самые. Он просто сказал что-то о правильном ухаживании за ними, там подрезании веток и тому подобной чуши.
    Охо, дорогая Анриетт, выходит Ваш тайный даритель, вовсе и не тайный и хотя он мене скромен в проявлении симпатии, нежели генерал де Руже, попавший под подозрение в самом начале, манеры его не уступаю в изысканности и самому изящному из французов. С легкой усмешкой на алых губах, Катя осмотрела негодующего принца с ног до головы. Кто же мог представить, что ревность переменит его, так сильно исказив прекрасные и нежные черты лица недовольством истинного мавра?!

    - Ах, дорогой Филипп Ваша учтивость и внимательность, разве возможно оставить это без внимания. Но полноте. К чему такая горячность, вы вновь перепугаете свою невестку, а ведь она и без того совсем бледна – не слишком искренне сокрушалась принцесса. Ей, конечно, и дела не была до здоровья скучной инфанты, смотревшей на неё едва ли не тем же тяжелым взглядом, которым её тётка осуждала добрую половину придворных.

    - Извольте же представить перед своей прекрасной супругой видом истиной терпимости и той королевской гордости, что озаряет Ваше чело таким притягательным светом, - смешав совет с лестью, Катя "подала изысканейший десерт" его Высочеству, прошептав слова ему на ухо так, что слышать их мог лишь Шатийон с неизменной улыбкой шедший ближе всех к своему господину. Кэт заговорщически подмигнула миньону, который одобрительно кивнул. Никому в это утро, даже ради развлечения не хотелось свидетельствовать супружескую ссору на глазах у королевы и Бэкингема.

34

Отправлено: 13.10.12 13:53. Заголовок: Только лишь князь Мо..

    Только лишь князь Монако взял инициативу в поисках часовни в свои руки, как Габриэль немедленно успокоилась. Растерянность и беспомощность, еще миг назад владевшие ее душой, испарились без следа. Беззаботно улыбнувшись, она приняла предложенную ей руку и последовала за управляющим господина суперинтенданта.

    - Ах, месье де Гримальди, Вы ставите меня своими вопросами в тупик! – Она рассмеялась. – Как можно сказать, почему мы не представляем бабочку птицей или дерево цветком? Это невозможно. Просто я не могу поверить, чтобы такой человек как Вы был способен на ту жестокость, которая присуща всем охотникам без исключения! – Мадемуазель стала серьезной. – Многие при дворе, наверняка, не поймут меня. Ведь, охота стала сейчас обязательной частью жизни при дворе! Но, поверьте, я всей своей душой желаю никогда не слышать охотничьего рога… Думайте, что я слишком чувствительна, но однажды я видела глаза затравленного волка… Вы знаете, Луи, - в волнении Габриэль не заметила, что обратилась к спутнику по имени, - ни у единого живого существа не видела я таких глаз ни до ни после…

    В зеленых глазах мадемуазель д‘Артуа появилась печаль, навеянная далеким воспоминанием из детства. Чтобы окончательно не раскиснуть, девушка заставила себя прислушаться к лекции месье Виллэма о достопримечательностях Фонтенбло. Не сказать, что это было ей интересно, но снисходительный тон управляющего фрейлине определенно не нравился.

    - Месье Виллэм, Вы определенно правы, Фонтенбло – настоящая сокровищница! Красота многих вещей поражает, но – мадемуазель назидательно подняла вверх указательный палец. – Если уж говорить о заслугах Его Величества Франциска I, то я предпочла бы Шамбор. Отражение его башен в водах Луары трогают мое сердце больше, нежели итальянская роскошь Фонтенбло. Да и история у Шамбора куда как более романтичная.

    Виллэм с усмешкой повернулся к фрейлине. Было видно, что до суждений юной мадемуазель ему нет никакого дела. Однако, видно, решив быть вежливым, он учтиво склонил голову.

    - Как Вам угодно, мадемуазель. Но, позвольте заметить, во всей Франции не найдется и десятка согласных с Вами.

    - Пусть так. – Девушка пожала плечами и обернулась к князю. – А что скажите Вы, месье де Гримальди?

    Скучающее выражение лица князя Монако не оставляло сомнений, что разговоры об искусстве и архитектуре для него ничуть не интереснее проповедей священников.

    - Вы находите это интересным?

    Габриэль вновь не могла сдержать смеха.

    - Признаться, месье, - негромко начала она. – Меньше всего мне сейчас хочется говорить о дворцах и их интерьерах. Да и кроме того, я думаю, мы достаточно уже наслушились про это от наших учителей в детстве.

    Она секунду остановилась у одной из картин, описываемых Виллэмом, но, сочтя ее не слишком занятной, поспешила дальше.

    - Месье, Вы знаете, многие сочли бы таких черствых к искусству людей, как я и, осмелюсь предположить Вы, людьми, лишенными вкуса. – Она усмехнулась. – Что скажете? А, знаете, что еще! – Глаза Габриэль загорелись. – Когда мы найдем моих подруг, я непременно устрою им экскурсию по дворцу с подробнейшими рассказами об истории создания здесь каждой ступеньки! Останется только найти им подходящего провожатого!

    Такого же малоприятного в общении зануду как Виллэм, - добавила девушка уже про себя, опасаясь хорошего слуха управляющего.

35

Отправлено: 14.10.12 15:36. Заголовок: Жестокость? Не смотр..

    Жестокость? Не смотря на свою молодость, Луи был далеко не таким наивным юнцом, каким казался, благодаря своей мальчишеской внешности. Ему приходилось сталкиваться с жестокостью, но то, что делал охотник со своей добычей в охотничьих лесах будь то Фонтенбло или их маленького княжества в Монако, не вязалось у него с представлением о жестокости. Тот же волк, загнанный охотниками в тупик в расщелине скал, вчера с такой же неумолимой настойчивостью гнался за молодой косулей, и кто бы осудил матерого хищника за то, что он тем самым добывал себе пропитание? Жестокость... о, стены этого дворца знают более точное определение этому слову, и кажется, это прекрасно знает и месье де Виллэм, так ловко повернувший русло их беседы.

    - Шамбор? - Луи был рад перевести предмет разговора на что-нибудь менее спорное и с радостью откликнулся на возражение Габриэль, нашедшей чем ответить управляющему, - Да, он прекрасен. Мы с княгиней были там. Но совсем недолго, не столь долго, чтобы насладиться его красотой.

    Но вместе с тем князь не был настроен быть арбитром в споре о архитектурных достоинствах дворцов и замков построенных давно ушедшими в историю королями. Он не уделял столь же пристальное внимание изучению легенд правдивых и выдуманных, в которых воспевался тот самый король Франциск, чтобы соглашаться или нет. Романтика? Да разве ее не достаточно в Фонтенбло? Луи недоумевающе смотрел в лицо девушки, не совсем понимая, чем именно не нравился ей дворец королей и чем он мог отличаться в ее глазах от любого другого? Разве что Шамбор на его памяти был запущенным и опустевшим, годами, если не десятилетиями не слышавшим шума праздничных пиров под своими сводами.

    - Я не думаю, что мы с Вами лишены вкуса, мадемуазель, - возразил Луи и тут же сообразил, что и сама Габриэль не согласилась бы с подобным утверждением, - Вы хотите устроить Вашим подругам экзекуцию подобную этой? - рассмеявшись князь не заметил, что слишком громко высказался, чем заставил де Виллэма наконец замолчать.

    - Извольте пройти сюда за мной, Ваше Высочество.

    Виллэм отворил перед ними дверь, которую сам князь принял бы за одну из многочисленных деревянных панелей с резной рамкой, украшавших стены галереи.

    - Что это? Не хотите же Вы сказать, Виллэм, что дворцовая часовня находится за потайными дверьми?

    - Нет, Ваше Высочество. Это всего лишь коридор, соединяющий между собой галереи. Так мы быстрее достигнем часовни и Вам не придется проходить по всем этим скучным залам, - ответил фламандец, с нескрываемой прохладцей в голосе, - Эти стены пусты и выглядят несколько мрачнее. Но, поверьте мне, в каждом дворце есть свои тайные коридоры. Фонтенбло далеко не первый.

    - Да я и не сомневаюсь в этом, - пробормотал де Гримальди, в родовом дворце которого потайных галерей было куда больше чем парадных комнат, а все из-за постоянных войн и заговоров, которыми изобиловал даже маленький двор князя Монако, - Только идите впереди, сударь. И было бы хорошо обзавестись хотя бы свечей... здесь темно как в склепе.

    Но его совет оказался ненужным, так как управляющий уже чиркнул кремнем и разжег наполовину сгоревший огарок свечи. Луи протянул руку Габриэль, не решаясь еще переступить порог странного коридора. Стоило ли настолько доверяться этому фламандцу, бывшему себе на уме?

    - Здесь недалеко, князь, - позвал Виллэм из глубины коридора, как будто угадав нерешительность Гримальди.

    - Если Вы не против, Габриэль, - сказал Луи, стараясь не вспыхнуть гневным румянцем в ответ на дерзость управляющего, - Я знаю, что часовня где-то недалеко.

36

Отправлено: 20.10.12 11:31. Заголовок: Девушка напряженно в..

    Девушка напряженно вглядывалась в темноту открытого Виллэмом коридора. Затхлый запах заставил ее поморщиться. Тайные проходы, скрытые от глаз обывателя двери – все это, безусловно, волновало ее воображение. Но сейчас она предпочла бы, пусть и более долгий, путь через залы Фонтенбло. Объяснений этому было множество, начиная, с нелюбви мадемуазель к темноте и сырости, заканчивая простым желанием продлить общение с князем.

    - Месье, - негромко обратилась Габриэль к спутнику. – Знали бы вы, насколько я не люблю все эти потайные коридорчики! Стыдно признаться, но с детства меня мучает страх перед темнотой!

    Девушка неуверенно теребила в руках веер. Разумеется, она могла отказаться последовать за управляющим, и вряд ли бы князь Монако осудил ее, но Виллэм… Уж-то не преминет высказаться по этому поводу, а еще, чего доброго, разболтает другим слугам, что мадемуазель д’Артуа трусиха! Ладно еще усмешки и ужимки напыщенных придворных, избалованных своим положением и богатством, но не хватало только подобного отношения слуг! Что не говори, а слуги в Фонтенбло позволяли себе слишком многое. Страшно представить, что сделал бы со столь дерзким слугой старый граф д’Артуа!
    Фрейлина нахмурилась, наблюдая, как управляющий зажигает огарок свечи.

    - Неужели у Вас не найдется целой свечи для нас? – Недовольно бросила она фламандцу и, не дожидаясь ответа, обратилась к князю. – Ах, месье, при всей моей нелюбви к подобного рода приключениям, я начинаю находить положительные стороны в предложении этого слуги.

    Девушка преднамеренно указала на положение месье Виллэма. Она с нескрываемым удовольствием наблюдала за реакцией управляющего на ее слова. И было похоже, что мадемуазель удалось пошатнуть уверенность Виллэма. Последний обернулся и смерил Габриэль презрительным взглядом, но фрейлина ничуть не смутилась, глядя в ответ ясными зелеными глазами.

    - Что-то не так? – Спросила она голосом таким мягким и участливым, что сама удивилась его звучанию.

    Девушку начинала забавлять ситуация, она прекрасно понимала, что чувствует человек, связанный приличиями. Сколько раз, что дома, что уже при дворе она попадала в ситуацию, в которой не могла ответить достойно человеку, пошатнувшему ее самолюбие.

    Удивительно, почему князь не поставит на место этого выскочку!

    Через миг управляющий уже скрылся в темноте коридора, оставив князя Монако со спутницей в нерешительности стоять у входа. Габриэль еще раз опасливо заглянула в проход, а затем глубоко вздохнула.

    - Месье де Гримальди, поверьте мне, будь моя воля, я бы в жизни туда не пошла! Но слишком долгое ожидание мадам де Лафайет может обернуться для меня последствиями столь неприятными, что уж лучше я пойду за Виллэмом! Только прошу Вас, не отходите от меня в коридоре ни на шаг! Увы, но мое зрение в темноте оставляет желать лучшего!

    Слова ее прозвучали так жалобно, что девушка сама не выдержала и рассмеялась. Она осторожно переступила порожек и последовала за князем Монако и управляющим.

37

Отправлено: 21.10.12 22:48. Заголовок: Сам Гримальди не был..

    Сам Гримальди не был уверен в том, что им с мадемуазель д'Артуа следовало принимать приглашение Виллэма и следовать за ним по полутемному коридору, скверно пахнущему сыростью и плесенью. Но не говорить же молодой особе, что он не любит темноту и еще больше сырость? Что бы она подумала о нем? Поскольку Луи де Монако привык мерять все по своим меркам, а точнее, по тем, что были ему навязыны его воинственным дедом, он сам решил за девушку, что назвал бы это трусостью. Что могло быть хуже в глазах молодого человека, привыкшего к военной муштре в родовом замке?

    - В самом деле, Вас ожидает мадам де Лафайет, нам не следует разочаровывать Ее Сиятельство и заставлять ждать Вас. Виллэм, держите свечу повыше, чтобы нам не пришлось ненароком споткнуться в темноте!

    То как Габриэль удалось осадить зарвавшегося управляющего празднествами, понравилось принцу и придало смелости. Если даже скромная фрейлина позволила себе поставить на место этого фламандца, то что же он, князь и принц крови, будет терпеть его пренебрежительное услужение? Расправив плечи и выпрямившись несмотря на то, что в темном коридоре потолок был на несколько саженей ниже обычного, Луи прошел несколько шагов. Убедившись, что никаких ловушек их не ожидало и огарок свечи в руке Виллэма достачно ярко освещал сужавшийся коридор, он протянул руку девушке.

    - Сюда, Ваше Высочество... осторожнее, когда будете ступать вот здесь, тут маленький спуск, - бормотал себе под нос фламандец, шагая впереди таким уверенным шагом, что можно было легко догадаться, что ему не впервой было шагать по этому коридору.

    Покуда они шли, Гримальди слышал голоса, ему даже показалось, что кто-то успел шепнуть ему на ухо что-то невнятное. Нервно дернув плечом, князь обернулся, но никого не увидел. Он решил принять этот случай на счет собственного страха перед темнотой, если бы точно такой же шепот не раздался во второй раз всего через несколько шагов от того места. Он протянул правую руку в сторону и наткнулся к своему удивлению не на холодную твердь каменной кладки, а на теплую шерстяную ткань, колыхнувшуюся от его прикосновения. Вот это открытие! Неужели это гобелен, украшающий одну из стен в каком-нибудь из залов?

    - Вот здесь я прошу вас повернуть... будьте осмотрительны, старые плиты в некоторых местах треснули, - голос Виллэма послышался как будто из далека, и князь, подняв голову, заметил, что свет от свечи в руках управлящего исчез.

    От сердца отлегло, когда через несколько шагов сделанных практически наугад, они вышли к повороту, о котором говорил фламандец. И да, повернуть можно было в две стороны - они последовали за Виллэмом, тогда как позади них зияла пустота другого коридора.

    - Мы почти пришли, Ваше Высочество. Вот взгляните сами... вот сюда.

    - Зачем это? Где мы? - недовольно спросил Луи, которому была непонятна просьба их провожатого, но все-таки движимый любопытством взглянул в маленький просвет, на который тот указал Виллэм.

    Его взору открылась огромная зала с мраморными колоннами и многочисленными маленькими банкетками, обтянутыми темно-зеленым бархатом. В зале никого не было, если не считать мушкетеров, стоявших по двое у нескольких дверей с резными позолоченными панелями. По икрустированным на них вензелям "АР" князь понял, что это были покои королевы Анны Австрийской.

    - Но нам нужна часовня, сударь! - прошептал Гримальди и тут же зажал себе рот, заметив, как один из мушкетеров повернулся в его сторону.

    - Часовня прямо перед Вами, принц. Выход вот здесь... это всего навсего гобелен, отодвиньте его и Вы окажетесь в приемной королевы-матери.

    - Но месье...

    Не успел он возразить и потребовать от Виллэма проводить их к дворцовой часовне, как тот задул свечу и исчез из поля его зрения.

    - Прошу меня простить, Ваше Высочество, но у меня есть неотложные дела... - раздался свистящий шепот откуда-то издалека.

    - Я не уверен, - прошептал князь и обернулся к девушке, не видя ее позади себя, но слыша по дыханию, - Что же... давайте выйдем здесь, раз уж мы набрели сюда.

    Откинув гобелен, князь де Монако выступил из темноты потайного коридора и помог выйти своей спутнице прямо на глазах у мушкетеров. Прием, который им оказали с мушкетами наперевес, показался не самым уважительным к его титулу и Луи гневно взмахнул рукой.

    - Господа, побойтесь бога! Вы готовы напасть на принца крови!

   // Дворец Фонтенбло. Приемная Её Величества Анны Австрийской //

38

Отправлено: 20.11.12 21:30. Заголовок: // Фонтенбло. Конюшн..

    // Фонтенбло. Конюшни и каретный двор. 3 //

    Около 2 часов дня

    После суеты и шума конюшен коридоры замка казались безлюдными. Стук каблуков гулким эхом отражался от высоких потолков, дробясь в бесконечных кессонах. Вынырнувший из ниоткуда лакей взглянул на нарушителя тишины с таким возмущением, будто собирался воскликнуть: «Вы, сударь, не на параде!». Антраг невольно замедлил шаг, коря себя за то, что по рассеянности сбился с изящной семенящей походки, принятой при дворе, на размашистую квалерийскую рысь, которая как-то уж слишком быстро привела его к покоям, занимаемым королевской семьей.

    Спешить ему как раз не стоило, совсем. Тем более, что порадовать Вилькье известием о том, что шутник, подрезавший ему подпругу, обнаружен и примерно наказан, все равно не удастся, так что вместо благодарности ждут его язвительные комментарии касательно полезности занимаемой маркизом должности. Вивонн, тот хотя бы туфли королю подает, а какой, скажите, прок от шталмейстера, когда в вверенных ему сферах творится полнейшее безобразие?

    Голодный, злой и до крайности раздраженный беседой со свалившимся ему невесть откуда на голову сержантом мушкетеров, меньше всего Леон желал сейчас попасть под обстрел своих остроумных приятелей из королевской приемной. А потому, процесс замедления шага как-то сам собой, совершенно незаметно, закончился полной остановкой. Вынужденной, вестимо: в тишине коридора куда проще принять решение, а сделать это следовало безотлагательно. Маркиз развернул бумагу, врученную ему с кислым видом распорядителем конюшен, и еще раз пробежал пышущие возмущением строки. Перечень лошадей, в подковах которых была выявлена недостача гвоздей, завершала гневная тирада о вреде допуска к королевским конюшням лиц сомнительного происхождения и занятия, явившихся с рекомендацией маркиза дю Плесси-Бельера. Фамилия маршала повторялась буквально через строчку, и у Леона даже мелькнула совсем уж кавалеристская мысль, уж не женат ли господин распорядитель на какой-нибудь легкой на подъем юбок красотке, и нет ли у него личного повода точить на Его Превосходительство длиннейший зуб.

    Так или иначе, перечитав наспех составленный рапорт, не отличающийся литературным совершенством, но насквозь пронизанный желанием переложить всю тяжесть вины на чьи-нибудь более широкие плечи, Антраг мысленно вручил себе орденскую ленту за то, что не велел сдать рапорт в канцелярию. Собственно, с этой писулькой даже к герцогу де Руже соваться было зазорно. Во-первых, потому что ни одного виновного он так и не нашел, никто из кузнецов не признал в порченных подковах своей работы, а про то, что жеребец капитана де Вилькье была оседлан святым духом, даже и поминать не стоило. Ни один из конюхов и конюшенных мальчиков даже близко не подходил к этому животному, не говоря уж о том, чтобы водрузить седло на его спину! Недоуменные глаза и разведенные руки. Кровь Христова!

    Взбесившись при одном воспоминании, Леон чуть было не смял рапорт в комок, но взял себя в руки. Если все это было чьей-то злой шуткой, призванной позлить придворных, дело одно. Но вдруг не шутка? Десять лошадей в королевской конюшне и пять из конюшни суперинтенданта. Не многовато ли для трех цыганских кузнецов, решивших подосолить парижским щеголям? А ведь были еще курьеры, не вернувшиеся из Парижа, и загадочная история с мадьярским графом, уехавшем на королевской лошади, а вернувшемся на скакуне Фуке. И это всего лишь на третий день пребывания двора «на лоне природы».

    Хорошо, что сержант явился, когда проверка уже подошла к концу, и все плохо подкованные лошади отправились в конюшню. Одного воспоминания о наглом бретере, пучившем на него глаза и грозно крутившим ус с непрошибаемым «приказ Его Величества» было довольно, чтобы схлопотать разлитие желчи. С другой стороны, как смачно они вдвоем распотрошили господина распорядителя конюшни, да еще в присутствии половины конюшенной прислуги. Пустяк, а приятно. После этого все пятнадцать лошадей немедленно нашлись, и Антраг даже успел лично проследить за тем, как их седлали, и проверить все седла и подпруги. Одна не в меру умная кобыла вздумала было надуть бока, но, получив от господина шталмейстера ощутимый тычок кулаком под ребра, обиженно выдохнула с возмущенным фырком и позволила затянуть подпругу еще на пару дырок под хохот конюшенных мальчишек.

    Осталось убедиться, что старания его были не впустую, и странный приказ действительно исходил из королевской опочивальни, ведь сержант - кажется, Гарнье или нечто в этом духе – имел наглость явиться на конюшню без бумаг. Не то, чтобы Леон подозревал сержанта в желании без спроса прокатить пятнадцать фрейлин из свиты королев, но просьба не вписывать лошадей в реестр попахивала дурно. Как будто Его Величество собрался тайно вывезти из Фонтенбло… но кого же? Выглянув в окно, откуда доносились возгласы на не знакомом маркизу языке, он попытался припомнить, сколько дворян было в свите трансильванского наследника, потому что другого кандидата на секретное бегство из замка придумать у него не получалось.

    Синий плащ мелькнул на лестнице, и Леон, мигом позабыв о мадьярах, выскочил из оконной ниши и кинулся к лестничной площадке, едва успев, чтобы разглядеть знакомый профиль и черные с проседью кудри сбегающего по ступенькам мушкетера.

    - Граф! Ваша Светлость, постойте. На минуту! – перегнувшись через перила, крикнул он в надежде, что лейтенант д’Артаньян (если это действительно был он), соблаговолит дать ему хотя бы малую толику недостающих разъяснений.

39

Отправлено: 21.11.12 18:01. Заголовок: Спасительная темнота..

    // Дворец Фонтенбло. Аппартаменты маркизы Жаклин де Лурье. 2 //

    Спасительная темнота коридора скрыла лицо д'Артаньяна, пока он проходил мимо приоткрытых дверей комнат фрейлин королевы. Следившие за ним глаза могли бы узреть разве что голубой плащ с серебряным крестом, но не лицо, а мало ли мушкетеров охраняли в те дни королевский дворец и особенно покой королевы. Граф не сомневался, что любоптные служанки примут его за одного из молодых повес его же роты, улучившего минутку для тайной встречи с одной из них.

    - Граф, Вы понадобитесь мне, - ответил д'Артаньян на привественный салют мушкетеров во главе с лейтенантом де Ресто, - Не покидайте приемную, покуда я не вернусь. У меня есть еще несколько незавершенных дел. И да, господа, будьте особенно бдительны. Чтобы ни одна мышь не проскользнула незамеченной. Поверьте мне, я бы с большим спокойствием отдал Вам под охрану весь парижский арсенал и сокровищницу Лувра впридачу.

    Не обращая внимания на веселье сквозившее в недоверчивых взглядах молодых людей, граф размашистым шагом направился по коридору к лестнице. Встреча с маэстро Люлли не предвещала быть спокойной, если верить тому же Гарнье, который успел пересказать графу со слов одного из караульных о том, как расстроенный до крайности маэстро ворвался в опочивальню короля, требуя справедливости и признания. Не иначе как лихорадка в купе с крепким коньяком, которым талантливый музыкант обыкновенно целительствовал свои душевные раны.

    Лестничные пролеты были на удивление пустынны, как впрочем и коридоры дворца, что означало одно - либо все ринулись поглазеть на зрелище восточного цирка, который представлял собой эскорт турецкого посла, либо воспользовались свободной минутой-часом, чтобы отдать должное дворцовой кухне, коль скоро сам Ватель поражал любителей гастрономии своими изысками. Надо бы и этого удальца припереть к стене, не зря, не зря де Вард на него указывал, не все там тишь да гладь на дворцовой кухне... но черт возьми, когда все успеешь!

    - Граф! Ваша Светлость, постойте. На минуту!

    Гасконец не сразу обратил внимание на крик, не восприняв его в отношении себя, но будучи единственным графом на лестничном подъеме, невозможно было подумать иначе.

    - Кто меня зовет и зачем? Поторопитесь с объяснениями, сударь, ибо я спешу, - ответил д'Артаньян, пытаясь разглядеть из-за лестничных перил лицо звавшего его, - А, месье де Малерб, это Вы! Да, я посылал за Вами. Неужели мой сержант не нашел Вас? Погодите минутку я сам спущусь.

    Огласив звоном шпор и грохотом кованных каблуков кавалерийских ботфорт как минимум четверть всего дворца, лейтенант спустился по мраморным ступенькам лестницы вниз. Если Гарнье до сих пор не разыскал королевского шталмейстера и не передал ему приказ короля, то ему бы следовало выдать примерную выволочку. Хотя, утро и полдень не обошлись даром никому из его подчиненных, трижды за день поднятых по тревоге, Д'Артаньян не любил, когда его мушкетеры мешкали с приказами, особенно теми, которые касались непосредственно королевской воли.

    - Месье маркиз, - лейтенант поднял руку в коротком привественном жесте в ответ на такое же лаконичное и непретенциозное привествие маркиза. Слава богу, д'Антраг был из той военной молодежи, которой не требовалось презентовать себя галантными подскоками и полупоклонами в купе с подметанием полов плюмажем собственной шляпы в качестве вежливых привествий.

    - Я надеюсь, Вас не озадачит столь несвоевременная просьба, если я добавлю, что это приказ короля. Нам нужно пятнадцать лошадей, месье. И немедлено, - докончив свою просьбу этим коротким словом, гасконец не мигая смотрел в глаза маркиза, оценивая степень готовности последнего исполнить приказ короля без того, чтобы броситься в обсуждения своевременности его и возможностей исполнения.
    Нет, этот не подведет, мысленно решил про себя д'Артаньян, удовлетворяясь первым впечатлением полного отсутствия удивления на лице д'Антрага.

40

Отправлено: 22.11.12 21:08. Заголовок: - Я поднимусь к Вам,..

    - Я поднимусь к Вам, граф, - откликнулся Леон, не желая задерживать лейтенанта мушкетеров долее необходимости, но звон шпор по мраморным ступеням красноречиво говорил о том, что предложение его было либо не услышано, либо оставлено графом без внимания.

    - Право же, не стоило, - сдержанно кивнул он д’Артаньяну, гадая про себя, считает ли мушкетер его таким же безнадежным инвалидом, как добрая половина королевской свиты. – Ваши лошади оседланы и ждут седоков, граф. Сержант Ваш был более чем настойчив, хоть и неразговорчив до крайности. Более того, они записаны на мое имя, так что если дело это и вправду настолько секретное, как уверил меня Гарнье, Его Величеству нет нужды беспокоиться, что имена господ, желающих совершить конный променад, окажутся вписаны в реестр.

    Умолкнув, он взглянул на бумагу, которую все еще держал в руках. Стоило ли? Но ведь граф д’Артанъян был в числе тех, кто отвечал за безопасность двора и наверняка пользовался доверием как короля, так и маршала дю Плесси-Бельера. Вздохнув поглубже, Леон посмотрел в усталое лицо мушкетера, у которого и без того забот было, судя по его виду, выше головы.

    - Возможно, я трачу Ваше время попусту, сударь, но я окликнул Вас не для того, чтобы доложиться о выполненном приказе Его Величества. Есть кое-что еще. Пустяк, возможно, но мне хотелось бы, чтобы Вы были о нем осведомлены на всякий случай. Кто-то шалит сегодня на королевской конюшне. Точнее, не только на королевской. За нынешнее утро имело место несколько инцидентов с дурно подкованными лошадями. А у лошади капитана королевской гвардии оказалась не только сбитая подкова, но и перерезанная подпруга. Хорошо, что обошлось без сломанной шеи. Разумеется, - добавил он поспешно, увидев, как темнеет и без того хмурый взгляд лейтенанта, - разумеется, я велел проверить всех лошадей и самолично проследил за тем, как их седлали, но мне не удалось пока обнаружить ни одного из этих… шутников, поэтому я советую Вам, граф, перед отъездом еще раз убедиться, что с седлами все в порядке. Сержант Ваш отправился в казарму исполнять остальные поручения, поэтому за лошадьми присматривает конюх из числа тех, что прибыли в Фонтенбло с королевской свитой, но…

    Антраг поморщился. Признаваться в том, что он не доверяет людям, пусть формально, но находящимся в его подчинении, было по его глубокому внутреннему убеждению так же позорно, как докладывать, что вверенная ему рота не годна к сражению.

    - И вот еще, - нехотя добавил он, чувствуя, что ступает на совсем уж скользкую почву. – Есть у меня ощущение, что шутку эту, которая сама по себе дурного свойства, пытаются повесить на маркиза дю Плесси-Бельера. Якобы, во всем виноваты цыганские кузнецы, которых он прислал на конюшню. Но нам ли с Вами не знать, что лучших кузнецов, чем цыгане, нигде не сыщешь. Если только им не заплатили. Кто-то.

    Кем был этот неведомый кто-то, маркиз не знал, но при дворе было немало богатых остряков, способных на шуточки такого рода без особого раздумья о последствиях. Как, впрочем, и тех, кто готов был насолить молодому дю Плесси за внезапное маршальство и прочие невоенные подвиги, не гнушаясь любыми способами. Про себя Леон уже решил, что после обеда надо бы вернуться на конюшни и устроить кузнецам и конюхам допрос если не с пристрастием (на то у него не было полномочий), то как минимум со всей возможной суровостью. Кто-нибудь наверняка не выдержит и назовет имя.

    - Собственно, это все, граф, и я не смею более Вас задерживать. Когда господину маршалу будет лучше, - королевская приемная полнилась слухами о том, что дю Плесси пребывает буквально на смертном одре, но Антраг надеялся, что слухи эти серьезно преувеличены, поскольку никто из королевской свиты не удосужился повидать раненного самолично, - я намерен доложить и ему об этой шутке. На всякий случай.

    Позавчерашний взрыв на лужайке тоже с виду казался чьей-то злою шуткой, подумал он, но придержал этот глубокомысленный вывод при себе, чтобы не заработать от лейтенанта обидный упрек в паникерстве.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Коридоры дворца. 2