Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Внутренний Сад и Розарий. 5


Дворец Фонтенбло. Внутренний Сад и Розарий. 5

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Вечер, после 22.00 часов.
    2-е апреля 1661.

    В глубине дворца Фонтенбло находился небольшой внутренний сад и розарий. Садовые дорожки, укрытые от посторонних глаз, были излюбленным местом для уединенных прогулок короля и изредка для членов королевской семьи. Единственным, пожалуй, местом, где их не беспокоили взгляды многочисленной придворной знати.

    Сюда можно было попасть из личных апартаментов Его Величества короля, Её Величества королевы, Его Высочества принца Орлеанского и Её Высочества принцессы Орлеанской. Только окна апартаментов Её Величества королевы-матери выходили на противоположную часть дворца, давая прекрасный вид на Большую Лужайку.

2

Отправлено: 08.07.15 19:29. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

    // Дворец Фонтенбло. Зал для Игры в Мяч //

    Путеводная звезда Ласлова, представлявшаяся находчивому шевалье в образе весело смеявшейся над его шутками мадемуазель де Монтале, вела его на удивление точным и коротким маршрутом. Улучив время, когда швейцарский караульный патруль прошел через галерею Дианы, он отыскал уже знакомый ему старинный гобелен, за которым скрывался вход в тайные коридоры. Едва старое полотно гобелена перестало колыхаться за его спиной, как под сводами галереи вновь раздалась чеканная поступь вооруженного отряда, спешившего занять караульные посты на выходах из дворца, чтобы обеспечить порядок при отъезде тех из гостей, для кого не было приготовлено размещение под крышей королевского дворца.

    Облегченно выдохнув, Ласлов подождал с минуту, топчась на месте в неглубокой нише между гобеленом и дверью, чтобы привыкнуть к темноте. Разобрать хоть что-нибудь в кромешном мраке узкого коридора было невозможно. И даже после нескольких минут ожидания глаза мадьяра по-прежнему не разбирали ничего, даже собственной вытянутой руки. Дожидаться не имело смысла и Ласлов осторожно провел ладонью по каменной кладке у выхода, чтобы найти приметные на ощупь знаки, высеченные на камнях. Да, так и есть, высеченный на высоте чуть выше его плеча крест. Он должен был послужить ему знаком по возвращении.

    Теперь вперед! По коридору прямо до самого конца, затем, когда он упрется в тупик, следовало отступить на несколько шагов назад и только тогда свернуть влево. Спешить нельзя, так как не смотря на всю кажущуюся бесшабашность, Ласлов прекрасно понимал, что стоило ему всего единожды свернуть не в том месте, и он рисковал надолго потеряться в лабиринте потайных коридоров, опоясывавших старинный королевский дворец как паутина.

    Вот и тот самый коридор для прислуги, рядом с лестницей, шутливо прозванной Лестницей Четырех Францисков. Ласлов быстро проскользнул через коридор, стараясь не попадать в полосу света, отбрасываемого огнем от факела, горевшего в стене как раз напротив двери в каморку королевского садовника. Тихий скрип несмазанных дверных петель был тут же повторен таким же тихим угрожающим шипением огромного кота, который растянулся прямо перед дверью в сад. Ласлов осторожно прошел через всю каморку, миновав мирно почивавшего за столом садовника.

    В саду было мокро и зябко. Даже подбитый мехом воротник сарматского жупана не спасал от холодного ночного ветерка и капелек воды, которые он стряхивал с веточек ровно остриженных кустов. Ступая по мокрому гравию, шелестевшему под его осторожными шагами, Ласлов прошел по садовой дорожке к самому центру сада, ориентируясь на звук воды, журчавшей в бассейне небольшого фонтана. Трудно было разглядеть не только цвет распустившихся в саду роз, но и сами бутоны, низко склонившиеся под тяжестью воды от недавнего дождя. К счастью для Ласлова из-за туч блеснул серебряный свет луны, осветив ближайший к нему куст, усыпанный крупными раскрывшимися бутонами. Оставалось только вынуть кинжал из-за пояса и срезать цветок, понадеявшись, что он окажется именно того цвета, который указал князь.

    - Черт! - прошипел Ласлов, больно уколовшись об острые шипы срезанной им веточки.

    Он послюнявил ранку на указательном пальце и недовольно посмотрел вокруг себя, опасаясь, как бы его не услышали ненароком из какого-нибудь окна. Пробежавшая по небу туча заволокла собой бледный диск луны, но когда свет понемногу начал пробиваться сквозь нее, Ласлову показалось, что он заметил фигуру человека, взбиравшегося вверх по винтовой лесенке. Зажмурив глаза несколько раз для верности, пеняя на себя за лишний стаканчик вина, выпитый перед уходом, он снова посмотрел в том же направлении. Увиденная им фигура не только не исчезла, но напротив, оказалась вполне зримой в лунном свете. Неизвестный подцепил чем-то острым оконную раму и открыл окно.

    - Матерь божия и святой Иштван, там же комнаты фрейлин Ее Высочества, - прошептал он в изумлении, - И кто бы это мог быть? Для поклонников слишком рано, все сейчас в зале. Или это такой трюк, чтобы оставить весточку кому-нибудь из мадемуазелей... а если это к нашей Смугляночке? Черт подери! - глухо прорычал он, стряхивая ветки можжевельника, зацепившиеся за шнуры, и ступил на мокрую траву газона, чтобы незаметно и бесшумно проследовать за лазутчиком.

3

Отправлено: 11.07.15 17:32. Заголовок: - Спи спокойно милая..

    - Спи спокойно милая красотка, я тебе и сторож и покой.

    Ласлов неловко дернулся, зацепив тяжелую после дождя ветку куста сирени, и попытался скрыться в его тени, но как на зло, садовник решил обойти сад дозором по той же самой дорожке. Пока подвыпивший служитель королевской оранжереи пошатываясь брел от одного розового куста к другом, по очереди приветствуя взращенных его руками красавиц по именам, шевалье осторожно попятился к дворцовой стене, моля святых и архангелов, чтобы в комнатах, окна которых выходили на эту сторону сада, никого не оказалось. Всего минуту назад он следил за неизвестным, проникшим в апартаменты фрейлин Мадам, и уже сам оказался в том же дурацком положении. А может зря он подумал плохое о том человеке? Может быть тот тоже оказался в саду для того, чтобы срезать цветок для своей ненаглядной, а увидев Ласлова поспешил скрыться. Это предположение казалось не таким уж невероятным в свете того, что и самому Ласлову теперь довелось оказаться у нижних ступенек той же самой лесенки.

    - Была ни была, - прошептал сам себе шевалье и, помянув Святого Георгия, своего покровителя, ступил на шаткие ступеньки чугунной лестницы. Гулкий звук его шагов раздался по саду, повторяясь эхом, тогда только Ласлов снова подумал о незнакомце, прошедшем этим путем до него. Его шаги - их то не было слышно вовсе. Но обдумать этот вопрос у шевалье не было времени, так как усилившийся от быстрого подъема грохот его шагов привлек внимание садовника.

    - А! Караул! Караул! Воры! Воры в королевских садах! - завопил тот что было мочи и побежал к лестнице.

    К счастью для Ласлова, голова садовника была все еще под винными парами, а ноги едва слушались. Споткнувшись о гравий, он грузно упал на газон и, прежде чем успел подняться на ноги, свалился без памяти, то ли под грузом выпитого им вина, то ли ушибив при падении лоб.

    - Три тысячи чертей, - ругался про себя Ласлов и добрался до ступенек вровень с окном второго этажа.

    Выбора у него не было и пришлось повторить трюк ловкача, проникшего в окно до него. Оконная рама была лишь аккуратно прикрыта, но не заперта. Случайно или на случай отступления? Не долго думая, Ласлов влез внутрь и чисто машинально задвинул щеколду на положенное ей место.

    - Месье Бастиан! Месье Бастиан! Звали? Где вы, месье Бастиан? - раздались крики из сада и Ласлов отпрянул от окна, опасаясь, как бы его не заметили собравшиеся внизу гвардейцы с факелами и внушительных размеров пиками в руках.

    // Дворец Фонтенбло. Коридор в покоях Ее Высочества герцогини Орлеанской //

4

Отправлено: 12.09.15 14:05. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

    // Дворец Фонтенбло. Гостиная в покоях Её Высочества герцогини Орлеанской. 3 //

    3 апреля 1661 года, около часа ночи

    Дверь на потайную лесенку оказалась заперта изнутри, но всего лишь на защелку, к вящей радости Монтале. Фрейлина охнула, когда весьма свежий ночной ветерок лизнул открытую шею и руки, и вихрем скатилась по чугунным ступенькам, стараясь не споткнуться о беспорядочно скачущих спаниелей. Внизу было теплее, и от нагретых за день стен, и от земли, источавшей влажный жар. Собаки с радостным визгом кинулись исследовать колючие кусты, время от времени повизгивая обиженно, когда любопытные носы натыкались таки в темноте на розовый шип.

    Ора немного постояла у лестницы, привыкая к темноте и второй раз за вечер вспоминая, куда вели разбегающиеся в обе стороны дорожки. Условились ли они с князем о конкретном месте? Может, он ждал ее у того же куста, под которым они… Щеки вспыхнули огнем, пробежавшим по телу, и Монтале сделалось жарко несмотря на ночную прохладу. Вместе с жаром вернулся и страх, и в эту минуту девушка уже не была так уверена в том, что решение спуститься в сад одной, без спутников, было таким уж правильным. На мгновение Орой даже овладела паника и острое желание взлететь вверх по лестнице, бросив на произвол судьбы любимцев Мадам, запереть за собой дверь и снова оказаться в тепле и безопасности герцогских покоев.

    - Трусиха! – заклеймила она саму себя шепотом. – Монтале не бегут, Монтале встречают опасность лицом к лицу и побеждают.

    Или умирают, дурочка, - шепнул внутренний голос, без сомнения, не хуже самой Оры помнящий фамильный девиз «Vincere aut mori». Фрейлина немедля затолкала внутренний голос поглубже и решительно двинулась вперед, навстречу… пока всего лишь темноте, еще более глубокой, чем в прошлый раз, потому что сейчас большая часть выходящих в розарий окон была не освещена. Замок спал, не разделяя любовь молодого двора к ночным проказам и пирушкам.

    - Ваше Высочество! - на всякий случай окликнула девушка негромко в надежде, что князь отзовется и избавит ее от необходимости углубляться в лабиринт из стриженного самшита. Звать Ракоши по имени она не рискнула, мало ли кто мог оказаться в этом укромном месте кроме нее.

    Гравий шелестел под ногами, в кустах возились и тявкали спаниели. Часы на замковой башне гулко пробили один раз.

5

Отправлено: 12.09.15 15:37. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

    // Дворец Фонтенбло. Буфетная в покоях герцогини Орлеанской //

    - Ваше Высочество! - негромкий голос почти слился с шелестом потревоженной ночным ветерком листвы. Был ли это голос Оры на самом деле или это воображение заставило его услышать голос той, кого он нетерпеливо дожидался?

    Приложив ладонь к болевшей щеке, князь прислушался к тишине, царившей в саду и тогда только расслышал тихий шелест гравия и шаги на одной из дорожек лабиринта из самшитовых кустов и роз. Он уже собрался бежать навстречу эти шагам, но поскуливающий собачий лай заставил его застыть на месте. А если это была не Ора, а кто-то другой? Кто-то, кто выгуливал собачек герцогини Орлеанской? И тогда этот призыв мог относиться вовсе не к нему, а к герцогине.

    - Черт, - прошептал князь, отходя назад, чтобы прижаться к сырой стене в надежде, что свет из освещенных окон второго этажа не выдаст его там.

    Не встретив никого на Лестнице Четырех Францисков и даже в каморке садовника, Ференц уже решил было, что удача была на их стороне и все препятствия к встрече в саду были отметены напрочь. Ему и в голову не могло прийти, что герцогине вздумалось бы выгуливать своих собачек среди ночи. Но, может быть это была вовсе и не она сама?
    В сердце тоскливо защемило. Непрошеные сомнения были отметены прочь, будь что будет! Если он встретит вместо Оры кого-то еще, то и не покажется из темноты. Но если это Ора, то невозможно было заставлять ее ждать ни секундой дольше! Разве не ради того, чтобы поскорее сбежать в сад, он затеял драку с кузеном Филиппом, вместо того, чтобы дать ему время выговориться и растолковать ему, что оказался в буфетной случайно и вовсе не искал встречи с Ее Высочеством.

    Шаги все приближались, а вместе с тем и уверенность в том, что особой, выгуливавшей весело повизгивавших из кустов собачек, была именно мадемуазель де Монтале собственной персоной. В самом деле, разве это не простейший способ отвести все подозрения от себя и преспокойно выйти в сад, пусть и в неурочное для юной фрейлины время?

    - Ора! - позвал князь и еще решительнее двинулся напролом через мокрую лужайку и ограждавшие ее кусты, - Я здесь, Ора! - чуть громче позвал он и тут же получил хлесткий удар мокрой веткой по тому же месту под глазом, с которым недавно соприкоснулся кулак Филиппа Орлеанского, - Ой... черт, - не удержался от нового вскрика князь, прижав ладонь к месту ушиба.

    Про себя он подумал о том, что ему несказанно повезло, что луна успела закатиться за острый шпиль башенки, и в серой темноте ночного сада Ора вряд ли заметит украшавший его скулу синяк.

    Из-за спины князя послышался звук утробного урчания, очень похожий на предупредительный рык вышедшего на проверку своей территории кота. В туже минуту раздался гулкий звон часов на башне, отмечая час ночи. Вглядевшись в темноту вокруг себя, Ференц наконец заметил одинокий темный силуэт, оказавшийся в полосе света, падавшего от одного из немногочисленных светлых пятнышек окон второго этажа.

    - Вот и Вы! - радостно воскликнул Ференц, бросаясь к девушке прямо по мокрой траве газона.

    Что-то мягкое и повизгивавшее оказалось у него под ногами и, не добежав до Оры нескольких шагов, князь остановился, чтобы ненароком не споткнуться о весело заигрывавшего с ним щенка. Его мохнатый собрат уже мчался с веселым лаем из кустов, а возле подола девичьего платья резвился и играл с шуршащим гравием третий. Грозное урчание полосатого смотрителя королевского сада раздалось еще громче, но покуда Франциск Четвертый лишь присматривался к непрошенным вторженцам в его владения из под нависших над гравиевой дорожкой веток розового куста.

    - Милая Ора! Как же Вам удалось так быстро улизнуть? - воскликнул князь, в порыве радости позабыв про осторожность, - Неужели Вы одна выгуливаете этих маленьких собак? Впрочем, с такой грозной тройкой разве можно чего-то испугаться даже в ночном саду. Разве что... месье Франциска, - он с тихим смехом указал на два ярких огонька, горевших под одним из кустов, - Но Вас-то он знает.

6

Отправлено: 13.09.15 00:38. Заголовок: Единственный удар ча..

    Единственный удар часов прозвучал в ночи так зловеще, что мадемуазель де Монтале тихо ужаснулась и зябко обхватила себя руками за плечи. Но тут же позабыла про свои страхи, едва из темноты послышался знакомый голос.

    - Мой принц! – развернувшись на оклик Ракоши, она едва не рассмеялась, когда шалун Пулу кинулся в ноги князю, остановив стремительный мадьярский порыв.

    - Вы правы, князь, с такими защитниками мне нечего и некого бояться, - весело отозвалась она, подходя к молодому человеку, попавшему в плен трех шустрых собачек, которые сосредоточенно обнюхивали его ноги и виляли хвостами с таким энтузиазмом, что оставалось лишь удивляться, как эти хвостики до сих пор не оторвались.

    - Кстати, если бы не эти милые пушистики, даже не знаю, сколько бы вам пришлось меня дожидаться. А вот Луиза не смогла прийти, да и ваш друг Ласлов так увлекся танцами… - Ора испытующе глянула на возвышающегося над ней князя, пытаясь в темноте угадать, рад ли он тому, что у их свидания не будет свидетелей.

    Одному из спаниелей наконец надоело изучать незнакомца, и он засеменил в сторону, уткнувшись носом в траву и смешно фыркая. Однако его поисковая экспедиция оказалась прискорбно короткой: стоило песику приблизиться к темной полосе кустов, как из темноты раздалось такое злобное рычание, перешедшее в угрожающий вопль, что спаниель замер на месте, попятился, и сконфуженно затряс головой.

    - Боже мой, это Франциск Четвертый такой грозный? – поразилась Монтале и нагнулась, чтобы подобрать напуганную собачку. – Наверное, нам лучше отойти подальше, пока мои защитники не кинулись в бой и не перебудили своим лаем весь замок.

    Теперь, когда у нее были заняты руки, Ора положительно не представляла, как будет целовать князя. Если тому все еще нужны ее поцелуи, конечно же. Пока он ни слова не вымолвил об обещанной ему награде, и девушку мучило смутное подозрение, что Ракоши ждет от нее первого шага.

    Не зная, как следует поступать в таких обстоятельствах искушенной светской львице, она смущенно ткнулась носом в пушистое собачье ухо, пахнувшее, между прочим, вербеной, а вовсе не псиной. Мими (или Лулу?) тут же извернулась и лизнула Монтале в щеку.

    - Фу! Как не стыдно, - возмутилась фрейлина. – Между прочим, тебе я поцелуев не обещала, их еще надо заслужить!

    Прижав покрепче теплую и мягкую защитницу, она робко предложила, не смея поднять глаз на стоявшего рядом мужчину:

    - Давайте попробуем отыскать фонтан, Ваше Высочество. Нехорошо стоять под окнами: мало ли, кто может нас с вами услышать. Мне кажется, что вот эта дорожка…

    Ора не слишком уверенно показала на убегающую в темноту светлую полоску.

7

Отправлено: 13.09.15 03:07. Заголовок: Ему были рады! В воз..

    Ему были рады! В возгласе Оры ему слышалось облегчение и радость. Он знал, он был уверен в том, что Ора также сильно желала этой встречи, и выполненное обещание было для нее вовсе не обязательством.

    - Луиза не смогла прийти... это ничего... и Ласлов... он знает, что делать, где быть, когда он нужен... - проговорил в ответ Ференц и в попытке заглянуть в глаза девушки, он наклонил лицо ниже, еще только чуть-чуть и обещанная ему награда будет его...

    Но очарование момента было нарушено предупредительным рычанием из кустов. Один из шенков поскуливая отпрянул прочь от черной полосы кустов и Ора нагнулась, чтобы подобрать его на руки. Сорвалось! Если бы предательница луна не дремала за часовой башенкой, то милой Монтале представилось бы весьма пикантное зрелище очарованного ею принца с подбитым глазом и величайшим нетерпением во взгляде.

    Но князь тут же взял себя в руки и даже улыбнулся в ответ на шутливый тон Оры.

    - Да уж, этот грозный страж готов распугать всех на свете, лишь бы оставаться единственным в Вашем сердце, милая Ора, - он протянул руку к мохнатому комочку, копошившемуся в руках Монтале и провел пальцем по длинному ушку с шелковистой шерсткой, так отличавшейся от привычных ему легавых, обладавших короткой щетинистой шерстью, вовсе не располагавшей к тому, чтобы гладить их.

    - Это в знак признательности, - с улыбкой в голосе произнес Ференц, когда Ора возмутилась неожиданной смелой ласке со стороны щенка.

    Все еще поглаживая ухо незадачливого щенка, сучившего лапками в явном нетерпении снова присоединиться к своим собратьям в деле изучения огромного и нового для них мира, Ференц приобнял Ору одной рукой, привлекая ближе к себе.

    - У фонтана будет сыро и прохладно, а Вы уже продрогли и дрожите, Ора, - прошептал он, наклоняя лицо, чтобы отыскать губы девушки, но вместо желанных ответных поцелуев, его губы нашли прохладную щеку, которую тут же захотелось согреть нежным дыханием и столь же нежными поцелуями.

    - Подождите... я сейчас все придумаю, - сказал князь, после того как они простояли с минуту, прижавшись друг к другу с маленьким щенком, смешно елозившим между ними.

    Он быстро расстегнул петли своего жупана и сняв его, накинул на плечи Монтале, так что длиннополый камзол сарматского кроя укрыл девушку едва ли не до щиколоток.

    - Теперь можно и к фонтану... если Вы хотите, моя милая Ора, - проговорил он, тщетно пытаясь заглянуть в глаза, следившие за суетливой возней длинноухого щенка, - Только... пусть сперва будет поцелуй, - снова зашептал он, с большей настойчивостью привлекая к себе девушку.

    Щенок затеребил лапками, пискнул, вырвался из рук и побежал к собратьям, весело помахивая хвостом. Ференц лишь на секунду отвлекся, чтобы посмотреть на него и проводить смеющимся взглядом. Он обнял Ору теперь уже обеими руками и снова заглянул в ее лицо. Наконец-то сонная луна выскользнула из-за своего укрытия за башенкой и осветила сад бледным серебряным светом.

    Поцелуи при луне, так ли они волшебны, как описывают в романах и поэмах? Ференц не целовал еще Ору при свете солнца, но был уверен, что вкус ее поцелуев при луне и в пыльном закутке под лестницей, был таким же сладостным и бесконечно упоительным. Он прижимал к груди свою милую, все крепче обнимая ее, и целовал. Требовательно и жадно, получая долгожданную награду и вызывая ответные поцелуи, которые тут же возвращал с пылкой щедростью.

8

Отправлено: 14.09.15 01:17. Заголовок: Ракоши был не прав, ..

    Ракоши был не прав, крошка спаниель совсем не годился на роль защитника. Вместо того, чтобы оборонять девичью честь от посягательств всяческих Францисков, он с возмущенным тявканьем вывернулся у нее из рук и сбежал, оставив Монтале на произвол судьбы и милость победителя. Чем победитель тут же и воспользовался, не дав Оре времени на возражения и протесты. Да и глупо было бы возражать, раз она сама пообещала князю поцелуй. Вот только один или несколько?

    Надо было оговорить число поцелуев сразу же, запоздало подумала жертва собственной недальновидности, но думать и целоваться одновременно оказалось решительно невозможно, и поскольку во втором случае у нее не было выбора, пришлось отказаться от первого и перестать думать вовсе. Что, кстати, далось Монтале без всякого труда.

    Они так и остались стоять на газоне, в мокрой траве, но в жарких мужских объятиях Ора в буквальном смысле не чувствовала под собой ног и уж тем более не замечала, как ее бархатные туфельки, не предназначенные для прогулок, все сильнее пропитываются ночной росой.

    Чуть слышно застонав от удовольствия, она послушно запрокинула голову, когда горячие губы отыскали чувствительное место за ушком, а потом и вовсе заскользили вниз по шее, но сладкое очарование момента вмиг улетучилось, едва ладонь князя накрыла левую грудь, то ли для того, чтобы заглушить бешеный стук девичьего сердечка, то ли с иным, неведомым Монтале, но без сомнения, недобрым намерением. Не ожидавшая столь смелой ласки фрейлина ахнула, испуганно сжалась и рванулась прочь, едва не раздавив гревшегося у ее ног песика. Тот, видно, тоже испугался и залился истошным тоненьким лаем.

    - Ой нет, - зашептала Ора, упав на колени, чтобы поймать и заставить умолкнуть разволновавшуюся собачку. – Молчи, молчи, глупенькая! Нельзя шуметь, фу!

    По сравнению с музыкой, доносившейся из окон второго этажа, лай спаниеля был почти не слышен, но девушке он показался громче труб, обрушивших иерихонские стены.

9

Отправлено: 14.09.15 22:32. Заголовок: Истошный лай щенка с..

    Истошный лай щенка слился с приглушенным смехом князя. Вот только что, всего секунду назад он обнимал девушку, даря ей поцелуи и ласки, наслаждаясь тем, как волнующе близко билось ее сердечко. Но стоило ему лишь на миг потерять голову, как все волшебство сладостных поцелуев под луной оборвалось. Резко и сразу.

    Холодные брызги с качнувшейся над их головами ветки щедро окатили княжеские плечи, облаченные лишь тонкой белой сорочкой. Встряхнувшись от неожиданной влаги и холода, Ференц совсем по-кошачьи помотал головой, разбрызгивая вокруг себя сверкающие в лунном свете брызги, и тихо рассмеялся. Он был счастлив и внезапное бегство Оры из его объятий вовсе не обидело и не смутило его. Он наклонился и присел на корточки рядом с Орой. Попытка помочь Оре утихомирить лающего защитника девичьей чести окончилась усилившимся тявканьем подоспевших на шум возни двух других щенков. Вислоухие и смешные, они возились вокруг князя и Оры, так что невозможно было разобрать кто из них производил больше шума.

    Схватив наугад первого попавшегося спаниеля за шкирку, Ференц поднял его над землей, намереваясь спрятать у себя на груди, покуда тот не угомонится, но был тут же атакован в ответ. Перепугавшийся чужих мужских рук щенок прикусил княжеский палец и вырвался обратно на землю, заливаясь громким лаем и помахивая при этом смешным хвостом, словно для него все происходящее было всего навсего игрой.

    - Ну чертяка! Ну погоди ж! - шутливо пригрозил разыгравшемуся малышу Ференц и позабыв об осторожности метнулся за щенком.

    Тонкие подошвы его сапог заскользили по мокрой траве и, едва успев подняться с корточек, князь поскользнулся и растянулся на лужайке, окруженный весело повизгивавшими щенками, прямо у ног милой Оры.

    - Я собирался сказать, что я у Ваших ног, моя милая Ора, но не настолько буквально, - смеясь над собственной неуклюжестью, сказал Ференц, вольготно раскинув руки и ноги в стороны, не проявив никакого желания принять более вертикальное и соответствовавшее его высокому титулу положение, - Ах, только взгляните! Посмотрите, Ора, какие же там звезды! Ничего себе! Скоро погаснут все огни в окнах и мы увидим целый океан звезд! Смотрите же... вот отсюда видно Медведицу... вон ковш... видите? - он вытянул вверх руку, указывая на звезды и тут же снова рассмеялся, атакованный осмелевшим щенком, принявшим поднятую руку мужчины за призыв к новой игре.

10

Отправлено: 17.09.15 01:46. Заголовок: - Вы же промокнете! ..

    - Вы же промокнете! – только и успела охнуть Монтале, когда Ракоши, словно ценный приз, рухнул к ее ногам. Но тут же вспомнила купания князя в ледяных водах озера и засмеялась вслед за ним: ну в самом деле, что лихому мадьяру ночная роса?

    Повинуясь его жесту, она послушно подняла голову, вглядываясь в мерцающие над головой звезды, но тут же опустила ее снова. Любоваться звездами ей приходилось неоднократно, пусть и не таким странным, больше похожим на сказку образом, сидя на сырой траве в компании трех собак и одного принца. Звезды никуда не денутся, они так крепко прибиты к небу, что будут сверкать в ночи и завтра, и послезавтра, и годы спустя, чего уж точно нельзя было сказать про ветреного князя. Кто знает, кому он будет показывать Большую Медведицу завтра вечером? Даме-на-Единороге или герцогине де Монпансье? А может, кому-нибудь еще, мало ли в Фонтенбло красавиц.

    Отважная Мими весело трепала Ракоши за рукав, и Ора затрясла упрямого песика, уговаривая его разжать зубы, прежде чем тонкий батист превратится в лохмотья. Трясла не слишком убедительно, впрочем, потому что возня со спаниелем была таким удобным поводом смотреть не на небо, а на распростертого у ее ног мужчину, со смехом отбивавшегося от наседавших на него собачек.

    - Берегитесь, князь, эти страшные маленькие хищники норовят растерзать вас в клочки, - шутливо предупредила фрейлина, не решаясь сказать Ракоши, что к тому времени, когда погаснут все огни, ее в розарии уже не будет. Ведь он и сам должен был понимать, что она не сможет остаться в саду до утра. Но еще немного, хотя бы четверть часа, ведь песикам надо было как следует нагуляться перед сном...

    - Мадемуазель де Монтале, - будто в насмешку над ее просьбой к мирозданию послышалось откуда-то из-за кустов, с той стороны, где, по догадкам Оры, должна была быть дверь в комнату садовника. – Сударыня, я принес вам плащ. Сударыня?

    - Ой, это за мной, - девушка оторвалась от созерцания мужественного профиля князя и крикнула в темноту. – Я сейчас, только соберу собак.

    Вставать ужасно не хотелось, и вместо того, чтобы бежать на зов, Ора отпустила спаниеля, обхватила колени руками и огорченно вздохнула.

    - Милая Луиза, она и вправду прислала мне плащ и сворку для собак. Но как же скоро!

    Спохватившись, что Ракоши истолкует ее горестный возглас, как нежелание его оставить (и будет прав), она испуганно взглянула на повернувшегося к ней молодого человека. Заморгала и всмотрелась внимательнее.

    - Ну вот, эти озорники измазали вам всю щеку! Дайте, я вытру, – нагнувшись, Монтале коснулась темного пятна на скуле князя, но оно и не подумало стираться под ее пальцами. Наверное, следовало потереть сильнее.

11

Отправлено: 17.09.15 21:23. Заголовок: - Сдаюсь, сдаюсь! - ..

    - Сдаюсь, сдаюсь! - смеясь проговорил князь и попытался раскинуть руки в стороны, но вцепившаяся за его рукав собачка, не желала так просто отпускать свою добычу, - А они и впрямь решительно настроены защищать Вас, милая Ора. Придется мне клятвенно пообещать что-нибудь взамен на мое освобождение, не так ли?

    Из глубины сада донесся шорох гравия и тихий окрик, призывавший мадемуазель де Монтале. Веселье вмиг закончилось, хотя, щенки, далекие от человеческих глупых правил, продолжали игривую возню вокруг Ференца.

    - Это Луиза? - удивился князь и хотел было подняться, но, поскольку Ора не спешила собирать своих маленьких защитников, остался лежать на траве, повернув к ней лицо с такой веселой улыбкой, словно все счастье мира было сейчас перед ним, - Как хорошо, что у Вас есть Луиза, моя дорогая Ора. Но как же скоро... а я хотел рассказать Вам о Большой Медведице, о том как ярко сияют ее звезды в ночной Пуште. И еще я хотел... ай.

    Прикосновение пальцев Оры к его щеке вызвало болезненные воспоминания о кулаке Филиппа и неприглядной стычке в буфетной, произошедшей прямо на глазах у одной из фрейлин Мадам.

    - Ай-яй, - поморщился он от тупой боли в скуле и задержал ладонь Оры, накрыв ее своей рукой, - Не надо вытирать... это пройдет. Завтра уже и следа не останется. Само пройдет. Ведь уже почти незаметно? - неловко улыбаясь, князь выпрямился и сел рядом с Орой, отпустил ее ладонь и посмотрел в ее глаза, - Не видно, да? Нехорошо вышло. Его Высочество вспылил. Я ответил. Мы едва не подрались. Чертовщина какая-то. Он страшно зол, но не знает, на кого ему злиться. И мне кажется, Ее Высочество тоже была недовольна...

    Тут только до его сознания дошло, какое чудовище был он сам, отвлекая Ору на пустое легкомыслие и совершенно позабыв о том, что и она сама оказалась косвенно замешанной в скандале.

    - Господи, какой же я осел! Ора, простите меня. Простите! Я должен рассказать Вам, что произошло. Но я увидел Вас такой счастливой здесь, в саду, и обо всем забыл, - он в сердцах ударил себя по колену и, оглянувшись на повторившийся окрик со стороны дверей в каморку садовника, быстро заговорил, - Они были в буфетной. Я оказался там в самый разгар ссоры и, кажется, Филипп решил, что я пришел на свидание с Ее Высочеством. Это и стало последней каплей. Генриетта... Ее Высочество... Она ушла, но перед уходом выкрикнула, что-то о шпионах и упомянула Вас, Ора. Филипп накинулся с обвинениями ко мне, а я потребовал объяснений у него. Я не потерплю, чтобы Вас называли шпионкой или еще как-то! - в глазах Ференца блеснул недобрый огонек, - Даже если это брат короля! Мы почти подрались, но вошла одна из Ваших подруг. Белокурая, но не такая как Луиза. Более надменная что ли... другая, в общем.

12

Отправлено: 23.09.15 23:30. Заголовок: Ну как, спрашивается..

    Ну как, спрашивается, мадемуазель де Монтале могла ожидать, что в ответ на ее робкую ласку Ракоши охнет от боли? Не могла, и потому сама чуть не вскрикнула, попытавшись отдернуть неловкую руку. Ссадина или синяк от мяча? Но почему она ничего не заметила, когда они возвращались в покои Мадам?

    Неловкий вопрос, уже готовый соскользнуть с язычка, так и не был задан по причине ненужности: Ракоши сознался сам, будто спешил оправдаться в глазах фрейлины за очередной учиненный им дебош. А дебош на сей раз был воистину с размахом, ведь князь замахнулся на самого Месье. Это было настолько невероятно, что Ора охнула еще раз, но уже возмущенно, ведь Ракоши сознался чуть ли не в святотатстве.

    - Его Высочество вспылил, и в-в-вы... ответили, мой принц? – слабым голосом пискнула она, в красках представляя себе эту невозможную картину. – Но как? Но зачем?

    Нет, в то, что Месье мог вспылить, оказавшись наедине с обыгравшим его противником, Оре верилось вполне. Но чтобы драка? (До которой, чтобы там не говорил князь, все таки дошло, судя по синяку на его скуле.) Уже успев познакомиться с горячим (читай: «вспыльчивым») и воинственным (читай: «задиристым») нравом Ракоши в натуре, девушка немедля решила, что зачинщиком мордобития (применимо ли к принцам столь грубое и простонародное слово, она не знала, но ничего более возвышенного на ум не приходило) был именно он, а Месье, томный, изнеженный Месье сделался жертвой своего широкоплечего кузена.

    Вот только версию с ссорой из-за проигрыша пришлось тут же отбросить, как неверную: чем дальше заходил торопливый и путанный рассказ князя, тем очевиднее делалось, что поводом для… (нет, подобные слова не стоит поминать даже в мыслях) стала ревность не к ракетке, а к новобрачной.

    - Неужели Его Высочество решил, что вы и Мадам… что Мадам могла… что… - пролепетала Монтале, растерянно хлопая ресницами, но тут же ухватилась за более опасную мысль.

    – Но вы ведь не сказали принцу, с кем у вас свидание, правда? – начала было она, но тут Ракоши заговорил о шпионах и о ней, и девушка снова притихла, уставившись невидящими глазами в темноту.

    Так вот оно что, вот в чем дело: Мадам считает ее шпионкой! Зачем и для кого она могла бы шпионить, Ора не знала, но само слово жгло похлеще пощечины. Пожалуй, ни Гиш, ни Шатийон не сумели бы задеть ее так же больно, как это короткое обвинение, объясняющее странную неприязнь, которую молодая герцогиня Орлеанская уже даже и не пыталась прятать. Драка между Ракоши и Месье сразу утратила всякую важность, уйдя на задний план.

    - Белокурая фрейлина это, должно быть, Артуа или Тонне-Шарант, - рассеянно уточнила она, когда князь заговорил о свидетельнице его стычки с братом короля. – Хотя Артуа вы уже знаете. Значит, вас разняла Франсуаза. Поздравляю, Ваше Высочество, вам удалось дважды учинить дебош на глазах у сестер Мортемар.

    И навсегда заработать клеймо грубого варвара в глазах двух утонченных красавиц. В ушах Монтале так и звенел мелодичный голос Тонне-Шарант: «Ну и знакомства ты водишь, дорогуша». Голос маркизы де Тианж не хотелось и представлять, ее мнение на сей счет наверняка будет еще менее снисходительным и более предостерегающим. А что они обе скажут, узнав, что Мадам считает Ору шпионкой…

    - Ой, господи, что же я сижу тут! – ахнула Монтале и резво вскочила на ноги, едва не запутавшись в юбках. – Мне же надо бежать. Увидеть Мадам, объяснить ей. Немедля, пока не поздно. Это какая-то страшная ошибка!

    Она завертелась было на месте, собирая собак, но тут же схватила начавшего подниматься Ракоши за плечо и попыталась толкнуть обратно, на траву.

    - Нет, нет, князь, не вставайте, вам нет нужды идти со мной. Нельзя, чтобы нас… ну вы же понимаете, да? Я сама. Вот, держите, ваш камзол, он мне больше не понадобится. Лулу, Мими, ко мне, ко мне, мои славные! Домой, домой!

    Услышав знакомую команду, все три спаниеля радостно кинулись к ней, тявкая и подпрыгивая в надежде снова оказаться на руках.

13

Отправлено: 24.09.15 19:34. Заголовок: - О нет, я ни слова ..

    - О нет, я ни слова не сказал о том, куда я собирался! - горячо заверил Ференц, услышав в вопросе Оры тревогу, - Да и не стал бы я отчитываться перед кузеном, куда направляюсь, - тут же добавил он, бросив гневный взгляд в сторону единственного освещенного окна на втором этаже, словно именно там в полутемной комнате заперся герцог Орлеанский и злопыхал на весь свет в обиде на двойное поражение - сначала от ракетки князя, а затем и от его кулака, - Мы... мы повздорили с ним, то да. Но я сказал ему, чтобы он не смел привлекать к своим играм...

    Он запнулся, и умоляюще посмотрел на Ору, словно все счастье мира оказалось заключено в ее глазах и только в ее воле было вернуть ему его или же навсегда лишить.

    - Да, я потребовал от принца ответа. Ведь я же знаю, что Вы ни в чем не замешаны. А герцогиня ошибается. И ошибается из-за Филиппа. Я знаю. И да, там была эта белокурая мадемуазель. Де Мортемар? - он потер затылок, энергично и быстро, как кот, а потом бросил долгий взгляд в сторону застекленной дверцы возле винтовой лесенки, по которой Ора спускалась в сад, - Возможно, что это и была она. Но, куда же Вы?

    Не успел он протянуть руку к девушке, как она уже оказалась на ногах и почти силой заставила его остаться на траве.

    - Нам нельзя остаться дольше? - удивленно и почти с тоской в голосе спросил князь, совершенно забыв о том, что маленькой фрейлине было дано всего навсего поручение прогулять собачек герцогини, а вовсе не разрешение на свидания при луне, - Но когда же я снова увижу Вас, милая Ора?

    Он поймал одной рукой брошенный Орой камзол и накинул на одно плечо, поднявшись с травы несмотря на запрет, и пошел позади Оры, чтобы проводить хоть немного, хотя бы еще несколько шагов до того места, где тропинка попадала в полосу яркого света, падавшего из окон, где за минуту до того разожгли свечи.

    - Я буду ждать встречи, Ора. Нет, я пришлю к Вам нарочного. Утром же. Я буду ждать Вас здесь. Или... или лучше в парке. Помните озеро? Там тихо и совсем никого не бывает по утрам. Нас не увидят. Я пришлю Ласлова или Шерегия к садовнику... за запиской. Я буду ждать, Ора! - приглушенным голосом говорил князь, обращаясь к девушке.

    Подул ветерок, и кусты заколыхались, тяжело встряхиваясь от ночной росы. Потревоженный кот выскочил прочь из своего укрытия и метнулся в сторону князя, застывшего в тени высокого самшита, подстриженного в форме конуса. Наткнувшись на уже знакомый ему сапог, Франциск Четвертый издал утробный звук, похожий на сдавленное рычание, и молнией понесся прочь, к двери в садовничью каморку впереди Монтале.

14

Отправлено: 26.09.15 16:47. Заголовок: Хрусть-хрусть, - пос..

    Хрусть-хрусть, - поскрипывал гравий под тонкими подошвами бархатных туфелек. Тяф-тяф, - переговаривались семенящие у ее юбки малыши-спаниели. Голос князя звучал взволнованно и проникновенно, уговаривая… нет, констатируя неизбежное, будто ему и в голову не приходило усомниться в том, что она с радостью прибежит к нему в сад, парк, на озеро или на край света. Собственно, не так уж сильно он и ошибался, печально думала девушка, стараясь не прислушиваться к внутреннему голосу, который на сей раз звучал до ужаса похоже на голос королевы-матери. Даже интонации были те же самые, неуловимо чужестранные, чеканные. И пока Ракоши нашептывал ей в одно ухо инструкции назавтра, внутренняя Анна Австрийская с непередаваемой иронией в голосе повторяла в другое ухо:

    - Cоюз между короной Франции и короной Венгрии… хорош ли ваш избранник… союз между…

    Снова хотелось плакать. Как все импульсивные натуры, Монтале с легкостью переходила от бурной радости к бурному же отчаянию, благо что соотношение радости и отчаяния обыкновенно было в пользу первой. Но сейчас, вслед за волной чистого, незамутненного (и, без сомнения, греховного) счастья, к горлу подступала безнадежность, мешая говорить. Вот только до полосы света, пересекшей дорожку, оставалось всего несколько шагов, и молчать дольше она не могла. Проводив взглядом летящего к гостеприимно распахнутой двери кота, Ора остановилась, склонив кудрявую головку и не решаясь поднять глаз на ждущего ответа мужчину, словно боялась, что улыбка Прекрасного Принца заставит ее передумать, а затем, когда пути назад уже не будет, пожалеть об этом.

    - О какой встрече вы говорите, князь? – шепнула она, опасливо косясь на льющийся из двери свет фонаря. – Я обещала вам поцелуй в награду, вы выиграли турнир, и я исполнила обещание. Чего же еще вы ждете от меня? Я не рискну писать вам и не могу получать записок, мадам де Лафайет следит за нами, будто сыч. И потом…

    Монтале запнулась, нерешительно ковырнув носком туфельки блестящие камешки. Следовало ли говорить Ракоши, что ей известно о его планах на герцогиню де Монпансье? Планах, против которых ей было нечего возразить, настолько хорошо она сознавала мотивы князя и пользу, которую он должен был извлечь из этого союза.

    - При дворе не бывает секретов, Ваше Высочество, - выдавила она наконец. – Рано или поздно о наших встречах узнают, и что тогда? О, я понимаю, что у вас не может быть серьезных намерений в отношении девушки без связей и приданого, что вы ищете более ценную партию, союз между коронами Франции и Венгрии, так нужный вашей родине. Скромным барвинкам не след соперничать с багровыми розами, князь, и я не хочу ни расстроить ваши планы, ни сделаться врагом известной вам особы, которой ничего не стоит раздавить меня, будто блошку. Доброй ночи, Ваше Высочество, и до случайных встреч в покоях Фонтенбло.

    Как водится, трагический тон не давался Монтале дольше пары-тройки минут, и, выдохнув после того, как самое трудное было все таки сказано, она тут же улыбнулась с присущим ей лукавством.

    - Ой, я же не сказала шевалье Ласлову, что он зря переживал за данное вами поручение! Роза попала по адресу, просто адресат решил, что она более уместна в руках королевы турнира. А бедный шевалье так огорчился! Но я непременно его утешу.

    Выстрел был наудачу, хотя Ора почти не сомневалась, что угадала, и бордовая роза, присланная герцогине де Монпансье неизвестным дарителем, и была тем «поручением князя», по поводу которого сокрушался Ласлов.

15

Отправлено: 26.09.15 19:48. Заголовок: Обескураженный неожи..

    Обескураженный неожиданным вопросом Ференц так и остался стоять в тени. Он и сам не задавался вопросом - чего же более он ждал от девушки, каждая встреча с которой грела его сердце, а ее улыбки были настолько же светлыми, как сияние родного солнца. Что же больше? Но она и сама не дала ему времени на раздумья, напомнив о строгой мадам де Лафайет, которая и впрямь была похожа на сыча или большую сову, следившую за своими подопечными с редкостной бдительностью.

    - Записки... их не следует писать. Да, - рассеянно потирая занывшую с новой силой скулу, повторил он, - Это я не подумав сказал.

    Но вот следующий пассаж, выданный Орой заставил князя вспыхнуть. Кровь мгновенно прилила к его вискам. Он вскинул поникшую было голову и в темноте блеснул огонек отсвета от факельного пламени, отраженный в глазах князя.

    - Союз между коронами Франции и Венгрии заключается на основе родственного долга. Христианского. Но не по принуждению. Черт подери, мы не варвары какие-нибудь, чтобы сговаривать людей жениться ради политических союзов. Не бывать тому у мадьяр!

    Опомнившись, что вспылил почем зря, Ференц рванулся из тени в сторону Оры, чтобы задержать ее еще на минуту. Она должна знать одно и самое важное. К черту всех, кто бы ни подглядывал за ними из темных глазниц окон верхних этажей, разве могло это сравниться по важности с тем, что говорила ему Ора, что собирался сказать ей он.

    - Барвинки и розы? Но... бог ты мой, Ора... - хлопнув себя ладонью по лицу, князь глухо простонал от боли, а вот не нужно было бить куда не следовало, - Эти розы... да, я послал их с Ласловым к моей кузине. Но это потому, что она одна из всех при французском дворе отнеслась ко мне не как к потенциальному подарку судьбы - титул и корона, пусть и призрачная, не выглядят приманкой в ее глазах. Я не жених ей. И потому мы дружны. Герцогиня вольна выбирать себе жениха по сердцу, а не ради политики. И слава богу, - лукавая улыбка блеснувшая на лице де Монтале, смутила молодого человека, но тут же вызвала ответную такую же лукавую улыбку, - Я отчаянно завидую Ласлову... боже, как я ему завидую!

    Рассмеявшись, он сорвался с места и догнал девушку почти у самой двери в садовничью каморку. Там он как умел мягко, но вместе с тем настойчиво, удержал ее за руку и остановил, обхватив за талию. Копошившиеся у ног щенки смешно тявкали и поскуливали от нетерпения, мечтая поскорее вернуться в теплые покои своей хозяйки и свернуться калачиками на уютных перинках после сытного и обильного ужина.

    - Я не знаю, о чем ходят слухи. Я и только я сам за себя решаю. Никаких партий я для себя не искал, - прошептал он, от того лишь приглушенным голосом, что опасался, как бы испугавшись его признаний и еще больше того, что их могли услышать изнутри, Ора не станет слушать и сбежит прочь, - Вы просили меня не говорить Вам о моем сердце. И я как умею, буду хранить данное слово. Но я буду искать встречи с Вами. Случайные и намеренные. Мельком, даже на один миг. Буду пристально следить... Никто не посмеет запретить мне. Только Вы, милая Ора. Если Вы не захотите больше видеть меня. Если наши встречи навредят Вам, - договорил он, глядя в глаза де Монтале так близко, что чувствовал каждый вздох, слетавший с ее губ, - Вы подарили мне поцелуй. Могу ли я ответить Вам взамен? Если же нет, то я остался бы навеки должником перед Вами, милая Ора. А я не люблю быть в долгу, - тихий шепот почти у самых губ девушки затих, и поцелуй остановил все возражения.

    // Дворец Фонтенбло. Чуланчик с садовым инструментом //

16

Отправлено: 27.09.15 20:47. Заголовок: Уступая сильным рука..

    Уступая сильным рукам, озорная фрейлина, впервые открывшая для себя упоительную игру в бегство, погоню и сдачу, послушно опустила ресницы, чтобы ее захватчик не прочел по ее глазам, какое удовольствие доставляют ей несколько сумбурные, но оттого еще более убедительные объяснения и признания. Тщеславие ли начинающей кокетки было тому причиной, или что другое, но слова князя, горячо отрицавшего матримониальные планы и чуть ли не в открытую сознавшегося в любви к замершей в его объятиях девушке, подняли упавший было градус счастья в душе Оры на невиданную, пьянящую высоту, кружа голову и заставляя забыть о таком важном деле, как дыхание.

    Но боже, боже, как плохо Ракоши знал людей, точнее, женщин, если и впрямь считал, что старая дева вроде Мадемуазель не станет смотреть на него, как на потенциальный подарок, и титулы с коронами будут в ее глазах последним из достоинств принца. Нет, положительно, мужская логика не выдерживала никакой критики, особенно если дело доходило до подсчета поцелуев, число которых явно склонялось в пользу Ракоши, и если кто и был должником, то лишь сама Монтале. Но слабые попытки протеста замирали на губах, стертые новыми поцелуями.

    - Нечестно! – пискнула она в конце концов, улучив секундную передышку. – И кто у кого теперь в долгу? Да я теперь с вами никогда не расплачусь, милостивый государь.

    Сдавленный смешок за спиной.

    Ора испуганно застыла, глядя округлившимися глазами в склонившееся к ней лицо князя, охнула, отпихнула его и, развернувшись на каблучках, кинулась в распахнутую дверь, чуть не сбив с ног пожилого слугу, который с невозмутимым видом пристегивал поводки к украшенным драгоценными камнями ошейникам, каждый из которых стоил больше, чем его годовое жалование.

    - Мадемуазель, мадемуазель, куда же вы? А плащ? – неслось ей вслед, но Монтале вихрем пролетела сквозь крошечную каморку и остановилась только у нижней ступеньки лестницы для прислуги, с которой уже успела сродниться за этот долгий день. Вцепившись одной рукой в перила, а вторую прижав к пылающей щеке, она с опаской воззрилась на дверь в сад, подобно преследуемой сатиром нимфе с трепетом (и, что скрывать, надеждой) ожидая, что Ракоши вновь попытается ее догнать. Но вместо мадьяра на пороге садовничьей появился седой слуга с перекинутым через руку плащом, влекомый тремя резво рвущимися домой собачонками.

    - Ваш плащ, мадемуазель, - вежливо повторил он, сделав вид, что не замечает разочарования, омрачившего на миг живое личико Оры.

    - Но он мне больше ни к чему, - отмахнулась она, забирая поводки у лакея. – Я вовсе не собираюсь возвращаться в сад.

    И, потупившись, быстро добавила, будто извиняясь за сцену, свидетелем которой пришлось стать почтенному служителю замка:

    - Нам говорили, что в королевском розарии не бывает посторонних, однако…

    - Это все старина Бастиан, не обессудьте, - сокрушенно покачал головой лакей. – Бывает, забывает он дверь запереть, отправляясь на покой. Годы, знаете ли. Но вы уж, пожалуйста, не говорите никому. Будь садовник на месте, он бы и вас в сад не выпустил. Негоже собачек в королевском саду выгуливать-то. Неровен час, нагадят где на дорожке, а Его Величество уж больно любит ранние прогулки. Конфуз может выйти, вот так-то.

    Эта незатейливая отповедь ничуть не смутила Монтале, но она все же пообещала не выдавать садовника, к вящему облегчению его адвоката.

    - А плащ отнесите обратно, - милостиво разрешила фрейлина, поднимаясь на пару ступенек, и тут вдруг почувствовала, что дрожит от холода, которого раньше не чувствовала, согретая волнениями тайного свидания. – Ой нет, дайте его сюда. Я так замерзла и хочу согреться.

    - Как вам будет угодно, мадемуазель,

    Слуга послушно укутал плечи девушки плащом и отступил в темноту вестибюля, а Ора бодро заспешила наверх в надежде застать хоть краешек танцев. Но едва она проскользнула в буфетную вслед за нетерпеливо поскуливающими спаниелями, как дверь гардеробной распахнулась, и камеристка Мадам всплеснула руками при виде весело прыгающих вокруг Монтале песиков.

    - Надо же, и впрямь собачки Мадам! – окрысилась суровая Мэри и засуетилась, доставая из буфета печенье и накрытую салфеткой миску с собачьей едой. – С чего это вам вздумалось вести их в сад в такую позднотень, мисс? Ее Высочество спрашивали-с про них ужо. Сокровища мои, вам баиньки давно пора, а вы вон все мокрые, да грязные какие!

    Она так грозно покосилась на Ору, что та виновато стушевалась и, пробормотав что-то про «естественные надобности» невыгулянных песиков, бросила сделавшийся вдруг жарким и тяжелым плащ на спинку стула и бочком, бочком двинулась к выходу из буфетной.

    // Дворец Фонтенбло. Гостиная в покоях Её Высочества герцогини Орлеанской. 3 //


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Внутренний Сад и Розарий. 5