Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Королевская канцелярия. 4


Дворец Фонтенбло. Королевская канцелярия. 4

Сообщений 1 страница 20 из 31

1

02.04.1661

https://a.radikal.ru/a43/1902/6d/9937c48d5cf8.png

2

Отправлено: 06.04.13 20:18. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Покои Его Высочества Принца Филиппа. 3 //

Сказать что господин де Ла Рейни был в скверном расположении духа было равносильно тому, чтобы не сказать ничего вообще. Начальник Тайной Канцелярии Его Величества разве что не рвал в клочья подсовываемые ему на ходу бумаги и донесения.

- Что еще? В топку, Марвель, все это вздор! Пропавшие левретки мадам де Лефевр? Да Вы издеваетесь надо мной, месье? Прикажите пажам разыскивать их, пусть хоть чем-то займут свои ленивые... - тут лицо раздраженного префекта мгновенно преобразилось и расплылось в благодушной улыбочке, адресованной к ожидавшему в приемной секретарю маркиза де Сент-Иллэра, - И здрассте, месье Лесаж, как нынешнее утро Его Милости? Нет, нет, шутники уже пойманы и наказаны. Более никакой пальбы по ночам.

- Очень надеюсь, месье, маркиз человек уже в годах и такие встряски, Вы понимаете.

- Никаких возражений, так и передайте от меня Его Милости, - все так же благодушно отвествовал префект уже в спину удалявшемуся секретарю, тогда как выражение его лица заново приняло выражение крайнего недовольства, - Что еще Марвель?

- Секретарь от Ее Величества ожидает Вас в кабинете.

- Испанец? - пренебрежительный тон вопроса указывал скорее на неверие префекта неожиданному известию, - А что ему то нужно от нас? Пропавших левреток что ли искать всей канцелярией по приказу Ее Величества? Марвель, за каким дьяволом Вы впустили его в мой кабинет?

- Дело срочное, господин префект. Я даже послал за Вами в розыск двух агентов. У месье Эскобарро имеется письменный приказ об аресте... я только мельком взглянул и понял, что дело плохо. Тут надо бы без шуму чтобы обошлось.

- Да что там такое стряслось, Марвель? - оттерев испарину со лба, Ла Рейни с сожалением глянул на небольшие часики, украшавшие письменный стол секретаря и поманил Марвеля к себе, - И все-таки пошлите кого-нибудь на кухню. На сытый желудок и осел побежит галопом. А я, сударь мой, с раннего утра на ногах. И более никого не принимать.

Захлопнув за собой двери, префект вошел в кабинет, но не обычной своей хозяйственной походкой, а семеня маленькими шажками, старательно выверяя по лицу посетителя степень важности цели его визита. Дон Эскобарро был молчалив и сдержан, как было свойственно его соплеменникам, на смуглом овальном лице не читалось ровным счетом ничего, так что Никола Габриэлю не оставалось ничего кроме как ожидать, когда секретарь королевы соизволит сам высказать причину своего появления.

- Сеньер Ла Рейни, я здесь по приказу Ее Величества королевы, - начал испанец, старательно выговаривая каждое слово, - Извольте ознакомиться с этим приказом незамедлительно.

Он подал префекту бумагу, сложенную втрое но не запечатанную.

"Господину префекту" - имя Ла Рейни было вписано неаккуратно и префект мог и с закрытыми глазами представить себе, как дон Эскобарро прервался на несколько секунд для того, чтобы вспомнить имя главы тайной канцелярии, - "Милостивый государь, нам известно, что в ведении Вашем имеются приказы за королевской подписью и печатью, надобные для ареста людей, кои свершили деяния, противные королевской воле и опасные для государства. Повелеваю Вам немедля вручить такой приказ подателю сего, ибо по причине отъезда Его Величества из Фонтенбло не имею возможности просить супруга моего о сем самолично"

- Арест? И кого же, позвольте полюбопытствовать? - спросил Никола Габриэль, не поднимая глаз от приказа и заново перечитывая строки продиктованные судя по всему в состоянии крайнего гнева.

- Ее Величество пожелали самолично вписать имя, - безо всякого выражения ответствол испанец.

- Ах вот как... стало быть Вам надобен только сам приказ? - тянул время префект, пытаясь расставить в уме заключения, которые само собой напрашивались, - А позвольте спросить, месье, отчего Ее Величеству понадобилось лично отдавать приказы об аресте? Могу ли я как-то посодействовать?

- Нет, сеньеор префект. Ее Величество пожелали получить документ. И только это.

- Понимаю, конечно же... приказ королевы, это святое, - потирая подбородок, проговорил Ла Рейни, соображая про себя, что вдруг могло стать известным испанской инфанте, что не было сообщено ему самому, может быть девица Долорэс заговорила и выдала имена сообщников своего покойного ухажера? А может и впрямь де Лоррен оказался не так прост, как все верили. Однако то, что он услышал заставило его раскрыть рот от удивления.

- Поторопитесь, сеньер Ла Рейни. Я не желаю, чтобы маршал дю Плесси-Бельер успел скрыться от ареста по Вашей милости.

- Маршал? - сглотнув переспросил Ла Рейни и удивленно воззрился на испанца.

- Да, маршал. Оскорбление Величества является тягчайшим грехом даже в этой стране, сеньер префект. Его Светлость только что оскорбил королеву и обязан понести наказание.

- Без ведома Его Величества? - недоверчиво спросил Ла Рейни, обдумывая, стоило ли тянуть время с таким несговорчивым собеседником.

- Приказа Ее Величества должно быть довольно Вам, сеньер префект, - сам дон Эскобарро по-видимому не желал терять ни минуты более, - Приказ об аресте, сеньер. Прошу Вас подчиниться требованию королевы. Незамедлительно.

- Пожалуй, - с видим согласием ответил Ла Рейни, - Вы правы, приказ есть приказ... вот и бланк у меня остался... думаю, что Вам нет нужды так спешить, дон Эскобарро, ведь маршал лежит в своих покоях с тяжким ранением.

- Это решать королеве, - сухо ответил секретарь Ее Величество буквально выхватывая из рук префекта бланк с королевским приказом об аресте.

- Пожалуй, - повторил Ла Рейни и с пренебрежительной усмешкой склонил голову на бок, провожая насмешливым взглядом удалявшегося испанца, - Ступай, голубок.

Не собираясь потратить ни минуты драгоценного времени, Ла Рейни тут же поспешил прочь из канцелярии, как только убедился, что секретарь королевы вышел из приемной. Если королева пожелала ареста несносного маркиза дю Плесси, то вряд ли можно было помешать тому без громкого скандала и последующих оправданий перед королем. Положение было шатким, ведь Никола Габриэль в один момент оказался между молотом и наковальней - с одной стороны разгневанная супруга короля, с другой изворотливый королевский фаворит. Но с другой стороны, у него вдруг появился шанс найти общий язык с несговорчивым маршалом и этим следовало воспользоваться покуда посланные королевой гвардейцы или мушкетеры не отыскали его местонахождение. Сам Ла Рейни по счастливой случайности знал, что маршала поместили не в его собственных покоях, располагавшихся рядом с опочивальней Его Величества, а в покоях его матери, вдовствующей герцогини де Руже.

- Марвель, к черту обед. Меня нет ни для кого, - крикнул Ла Рейни на ходу, пулей вылетев из Канцелярии и устремившись по коридорам в сторону восточного крыла.

// Дворец Фонтенбло. Покои маркизы Сюзанны дю Плесси-Бельер. 2 //

3

Отправлено: 17.11.13 20:28. Заголовок: Дворец Фонтенбло. Оп..

Дворец Фонтенбло. Опочивальня и личные покои Её Высочества герцогини Орлеанской. 3

Войдя в канцелярию, Жан-Дюк с интересом осмотрел владения всесильного префекта. Приёмная ничем не отличалась от других подобных помещений, в которых пажу случалось побывать. Несколько неудобных, жёстких стульев и узкий стол секретаря.  Сглотнув, Жан-Люк подошёл к мужчине, с усердием что-то писавшего и переписавшего. 
- Здравствуйте, месье. Я хотел бы просить об аудиенции у господина префекта. Когда я могу с ним встретиться? – стараясь чтобы голос звучал как можно спокойнее, спросил паж.
   Секретарь поднял голову и взглянул на Жан-Люка. Его брови взметнулись вверх и на лице появилось искреннее удивление.
- Простите, но месье де Ра Рейни сейчас нет на месте, я могу записать вас или вы предпочтёте дождаться его здесь?
- Да, я подожду, - де Роббер решил, что он должен покончить со всем сегодня или может больше никогда не набраться смелости.
- А по какому поводу, позвольте узнать? – всё так же безукоризненно – вежливо осведомился секретарь.
- По поводу происшествия в Оружейном зале. У меня есть сведенья, которые возможно заинтересуют господина де Ла Рейни, - ответил Жан-Люк. 
  Паж опустился на стул, но он был такой неудобный, что юноша постоянно ёрзал и от этого ещё больше нервничал. В голове даже возникла идея, что возможно господин префект специально подбирал такую мебель для своей приёмной.  И тут в комнату вошёл мужчина с широким лицом и  рыжими волосами. Это и был господин Никола де ла Рейни, наводивший ужас на многих благородных господ. Да и паж не ихбежал этой участи. От страха юноша задержал дыхание и зажмурился. Он был задумчив и как показалось Жан-Люку даже не обратил на него внимание, а быстро прошёл мимо в свой кабинет. Секретарь проследовал за ним, а уже через минуту объявил, что Жан-Люк может пройти.       
    Кабинет напоминал скорее библиотеку, посреди которой стоял стол хранителя. Парень до этого чувствовавший жуткое напряжение во всём теле, теперь расслабился и широко улыбнулся господину де Ла Рейни.

4

Отправлено: 18.11.13 02:17. Заголовок: Собравшись наведатьс..

// Дворец Фонтенбло. Коридоры для прислуги //

Собравшись наведаться в приемную Ее Величества, Никола Габриэль вероятно и последовал бы своему плану, тем более, что из всего окружения королевы его особенно интересовал дон Хуан де Эскобарро, личный секретарь Ее Величества. Но именно ради этой встречи следовало приготовиться. Дон Хуан не какой-нибудь крючкотвор-писака, которого можно к стене припереть всего лишь парой излишне заковыристых вопросов.

- Вот что, месье де Бошан, ступайте сейчас. Я вызову Вас к себе, когда получу разрешение на досмотр карликовой свиты королевы. Без толку идти сейчас туда без доклада.

Надо ли говорить, что лицо молодого человека осветилось радостью при слове "ступайте" и тут же омрачилось при упоминании канцелярии. Будь у Ла Рейни меньше забот на плечах, он бы непременно задался вопросом, а не было ли у этого мушкетера чего за душой. Королевский префект по долгу службы не верил в абсолютную невинность любого человека, а уж если это был молодой кавалер, состоявший на службе в роте королевских мушкетеров, славившихся далеко не благочестивыми традициями и нравами, то тем более.

Войдя в приемную королевской канцелярии, Ла Рейни на ходу махнул рукой в сторону секретаря и отдал ему приказы, даже не оборачиваясь в его сторону.

- Так так... Марвель, бумаги ко мне, живо. Все, что у нас имеется на слуг в свите  королевы. Камеристки, горничные, карлы и карлицы, всех уродцев... всех до единого. Все доносы. И да, протокол допроса... - Ле Рейни бросил взгляд на худощавого юношу, восседавшего на краешке стула в его приемной, - Той камеристочки, что навет принесла. Сами знаете, о ком я.

Он хлопнул дверью, стремительно прошелся по кабинету, сосредоточиваясь на мысли, махнул рукой, сел за стол и с силой хлопнул ладонями по ровным стопкам бумаг. Что за юнец дожидался в приемной? Небось из просителей, а за кого бы? Или с посланием? Не успев разглядеть нашивки с гербами на рукавах камзола юноши, Ла Рейни тем не менее обратил внимание, что одет он был как полагалось пажам. Только из чьей же свиты? Может быть, королева Мария-Терезия уже узнала о смерти своей камеристки и послала справиться о подробностях дела? Или нет, скорее королева-мать... до Ее Величества слухи невесть каким образом долетают едва ли не быстрее всех при дворе. Даже Никола Габриэль нет нет, а завидовал поразительной способности статс-дам королевы-матери узнавать обо всем еще до того, как он, королевский докладчик, успевал поставить Ее Величество в известность.

- Тут до Вашей Милости человечек ждет. По поводу Оружейной залы, говорят, - прошептал в узкую щель приоткрытой двери Марвель, - Прикажете впустить?

- Что? Что за чертовщина с Оружейной? - не сразу понял, о чем речь, Ла Рейни, но вспомнив о неудаче, постигшей его в покоях Месье, замахал рукой, - Зовите, зовите. Пускай войдет. Разберемся, что за новости.

В ожидании, покуда молодой человек явится пред его суровые очи, Ла Рейни подпер подбородок рукой и принялся изучать оставленные на столе бумаги. Это был его излюбленный прием распознавания лиц, являвшихся в его кабинет. Пусть помнутся, обождут, а он краем глаза изучал осанку, посадку головы, выражение лица. И глаза. Особливо глаза. Куда смотрел, на чем взгляд зацеплялся. У всех входивших в королевскую канцелярию были такие разные взгляды. Бегающие. Испуганно вперившиеся в пол. Спокойные и созерцающие. Ищущие выход для побега. И даже были такие, что пытались прочесть документы, лежавшие на столе префекта.

- Ну-те-с, молодой человек, с чем Вы к нам? Позвольте для протоколу Ваше имя звание. Марвель, запротоколируйте показания. Бумаги потом принесете, позднее.

Коротким властным жестом, Ла Рейни указал секретарю на маленький столик с табуретом возле него, за которым тот и устроился для ведения протокола, вооружившись длиннющим гусиным пером. Но при этом, господин префект ни словом ни жестом не показал, что приглашает своего посетителя сесть. Глядя на него в упор, он выжидал, как тот поведет себя и кого из любимцев Месье приведет в качестве своего поручителя.

5

Отправлено: 18.11.13 14:46. Заголовок: - Приветствую! Меня ..

- Приветствую! Меня зовут Жан-Люк де Роббер, - поклонившись вежливо представился паж. Господин префект не предложил ему присесть из чего Жан-Люк сделал вывод, что тот либо очень высокомерен, как управляющий, либо чего-то выжидает.
- Дело в том, что я только сегодня узнал...- осторожно подбирая слова начал паж, - что вы по ужасному стечению обстоятельств слишком серьёзно восприняли нашу с Полем игру, а главное обвинили ни в чём не повинных людей, поэтому я пришёл к вам, что бы честно во всём признаться, - закончил паж.
Всё это время он не отводил взгляда от господина де Ла Рейни. Он осматривал и следил за ним в ответ, хотя со стороны его взгляд казался каким-то неживым, словно у марионетки.
- Как я уже сказал, я решил рассказать правду. Эта дуэль, совсем не была дуэлью. Мы с полем просто состязались, что лучше фехтует, но оба не преуспели в этом искусстве и в результате сильно поранились. Месье сообщил, что вы обвиняете дам пришедших после нас, когда всё уже закончилось и я надеюсь теперь вы понимаете как ошибались, - последняя часть тирады далась довольно тяжело, а закончив Жан-Люк с досадой прикусил губу. Он совсем забыл о том как Месье отзывался о господине префекте. Видимо они друг другу не нравились и Ла Рейни уцепиться за его последнюю фразу как бешеный пёс, но поделать уже ничего нельзя. Осталось только ждать реакции на своё признание. Паж нервно поправил рукав, а затем воротник.

6

Отправлено: 19.11.13 00:26. Заголовок: Марвель тихо поскрип..

    Марвель тихо поскрипывал пером, записывая слово в слово показания юноши. Только изредка он поднимал голову, чтобы поправить спадавшие на лоб пряди волос и обмакнуть перо в чернильницу. Ла Рейни молча выжидал длинную паузу, постукивая пухлыми кончиками пальцев по столешнице. Он ждал, когда юнец не выдержит и разоткровенничается. Со страху они все горазды рассказать больше, чем намеревались. А этот пока еще не боялся. Не достаточно, чтобы сболтнуть лишнего. Все, что услышал от него Ла Рейни, было уже и без того яснее ясного - баловство со шпагами закончилось неудачной царапиной.

    "Ага, знаем это, как же, а бриллиантики то... бриллиантики сверкают. Их такие как вы, недоумки, расшвыривать не станут... нет, не тот полет. Я бы скорее поверил, что это тот недоросль Виллеруа потерял пряжку с банта... с него станется. Вон какие кружева изодрал намедни... а потом и шляпу королевскую на болване оставил... тоже мне..." - недовольно размышлял про себя Ла Рейни, поглядывая то в лицо пажа, то на Марвеля, то на стрелки часов.

    - Ну так и что же, сударь мой, правду то, правду говорить будем? Давайте так, начистоту расскажете мне, что у вас там было, кто пришел, кто ушел, а я так и быть, вот энтот самый протокол, - он ткнул пальцем в сторону секретаря, - Заверну в закрытое дело.

    С грохотом отодвинув от себя кресло, Ла Рейни встал из-за стола и прошелся по кабинету. Остановился за спиной молодого человека, выжидая, чтобы тот обернулся, но не дождавшись, прошелся еще раз, отмерив шесть шагов до двери и обратно к столу. Опершись руками о столешницу, господин префект оперся спиной о стол, и вперил угрожающий взгляд в лицо юноши.

    - Месье де Роббер, известно ли Вам, что не далее как вчера, я здесь же, на этом самом месте беседовал с Вашим другом. Он мне тоже признался... кое в чем. И у меня здесь уже целый роман. Вот, в этой самой папке. Говорите, месье де Роббер, кого Вы так усердно выгораживаете? Кто те дамы, которые пришли после Вас? В чем я так сильно ошибся?

    Не желая оставлять ни малейшего шанса для дальнейших попыток солгать ему, Ла Рейни подошел к секретеру, звякнул связкой ключей, методично перебрал их на цепочке, отыскивая нужный, и открыл неглубокий ящик, где хранились самые ценные улики.

    - Вот, взгляните-ка, сударь. Эти безделицы мои люди нашли как раз на месте Ваших так сказать упражнений... кто из вас, пажей, мог обронить такую дорогую вещь? А? Да еще и признанную королевским ювелиром, как часть того самого украшения, которое было заказано ему маршалом де Грамоном.

    На пухлой ладони префекта сверкнули найденные в Оружейной зале бриллианты. Он поднес их ближе к лицу шевалье, чтобы тот мог сам оценить ценности находки.

    - Не думаю, что господин маршал отличает пажей такими подарками. Это принадлежала Тому, - он повысил голос, - Или Той, кто действительно был в Оружейной зале после Вас. После Вас, молодой человек. И размахивали шпагами там не только Вы с Вашим другом. Иначе, как, скажите на милость, эти камешки могли оказаться рассыпанными на полу?

    Вернув драгоценности в секретер, Ла Рейни аккуратно запер его, позвенел ключами в воздухе, заставив тем самым Марвеля дернуться на месте и задрать голову, отвлекшись от дремы.

    - Ну-те-с, сударь мой, давайте еще раз. И теперь уже так, как оно было на самом деле. Вы и Ваш друг, некий Поль...

    - Полагаю, это был шевалье де Ланжевен, - подсказал Марвель, обладавший завидной памятью на имена.

    - Ага.. вот этот месье де Ланжевен и поведал нам, что был в Оружейной зале. С другом. Полагаю, что с Вами, сударь. С кем же еще, да? Вы решили устроить для себя маленький банкет, прихватив из буфетной корзинку с едой и вином. Две дамы, имена которых месье де Ланжевен никак не мог вспомнить, прогнали вас оттуда, избрав Оружейную залу для своих целей. Свидание? Или нечто иное? - Ла Рейни сверлил лицо де Роббера своими глазами как буравчиками, - Или нечто иное, - повторил он, хлопнув в ладоши, - Так что же Вы, месье, желаете рассказать мне о том, что видели в Оружейной зале? Кто еще был там? Кто, месье?

7

Отправлено: 19.11.13 20:48. Заголовок: Господин Ла Рейни яв..

    Господин Ла Рейни явно не поверил словам Жан-Люка, но в этот раз паж был к этому готов, потому он спокойно описал «что произошло в Оружейном зале»
    - Ну, пришли, что бы пообедать, а это было очень нелегко. Всё таки не каждый день мне приходится лазить по карнизам, хотя если бы я знал, чем это кончится, никогда бы так не сделал. В общем, потом я открыл дверь изнутри и впустил поля с едой, а он увидал всё это оружие и принялся хвастаться, что владеет шпагой лучше меня. Вот я его и проучил! Правда, сам тоже попался! Он мне так по бедру скользнул, что я до смерти перепугался. Потом мы сели, чтобы отдышаться. Я заткнул рану носовым платком и решил перекусить, но кровь не останавливалась. Я уже собирался уйти, когда появились две дамы в масках, но я не знаю кто это. Может Поль их и рассмотрел, но мне не до этого. Тут бы о себе позаботиться! И я никого не выгораживаю. Зачем мне это по вашему может быть нужно?
    Известие о бриллиантах, тоже не произвело никакого эффекта ибо о них ранее уже упомянул Месье и Жан-Люк успел придумать более-менее правдоподобный ответ. Паж даже сказал бы правдивый ибо этой самой правды в его словах было точно больше половины.
    - Я не знаю, Господин префект, как эти камни оказались на месте нашего неудачного соревнования. Могу только предположить, что их действительно обронила одна из дам, видимо испугавшись вида окровавленных шпаг на полу. Дамы они такие чувствительные. Не далее как сегодня я был у Мадам по поручению моего господина и представляете, она чуть не расплакалась, потому что её фрейлина задержалась с выполнением поручения! – доверительно наклонившись к господину де Ла Рейни сообщил Жан-Люк.
    И тут неожиданно, словно снег в середине июля ему на голову упало известие о том, что господин префект уже разговаривал с Полем. Больше всего поразило, то что друг не сказал об этой «беседе» ему, а ведь они можно сказать делят и кров и пищу.
    С досады прикусив губу парень заставил себя успокоится и мыслить логически. «Если Поль так же дословно и четко пересказал префекту, что было в оружейной, то я бы уже был на гауптвахте. Господин де Ла Рейни не стал бы даже слушать меня, но раз слушает, значит всё ещё можно поправить!» - решив так, Жан-Люк перевел взгляд с замершего пера в руке секретаря на лицо господина префекта.
    - Я рассказал вам чистую правду и не могу добавить ничего более, кроме разве что некоторых деталей, которые вы пожелаете узнать. Если же вы сомневаетесь в моих словах, то я могу показать вам рану, а любой врач скажет, что она совсем свежая да это и на глаз видно.

8

Отправлено: 19.11.13 23:33. Заголовок: По крайней мере этот..

По крайней мере этот юнец подтвердил рассказ своего друга про вылазку по карнизу. У Ла Рейни как камень с души сняло, когда он услышал, что дверь открыли изнутри. Значит, ключи от Оружейной по-прежнему были в ведении маршала двора и то, что Месье заполучил их для своих утренних эскапад с миньонами, было скорее забавы ради и не стоило внимания префекта.

- Залезли по карнизу? - переспросил префект, чтобы быть полностью уверенным, что не услышал того, что ему хотелось вместо настоящей и столь же приятной правды, - И ключи от Оружейной Залы Вам никто не передавал, молодой человек? - испытующий взгляд префекта потеплел и он даже ободряюще ухмыльнулся пажу, поощряя его искреннее и чистосердечное признание.

А вот то, что бриллианты могли быть рассыпаны одной из дам, было неожиданным фактом для Ла Рейни. Он едва не хлопнул себя по лбу. Сдержав столь неподобающее проявление досады, он заложил руки за спину, тщетно пытаясь сцепить пальцы, и принялся расхаживать из стороны в сторону, заставляя допрашиваемого и секератря вертеть головами, чтобы уследить за ним. А ведь разгадка была столь проста и лежала все это время у него буквально на ладони! Под самым носом! Ювелир первым подсказал ему это решение, но он так крепко ухватился за мысль, что виновным в закончившейся кровопролитием дуэли был Арман де Гиш, что не обратил внимания на простейшую истину - бриллиантовых гарнитура было два, совершенно идентичных. И владелицей второго была Катрин де Грамон, принцесса де Монако. И судя по незатейливым описаниям пажей, она и могла быть одной из тех "фурий", которые прогнали юнцов из Оружейной Залы. Это превращало всю историю в куда более опасную, не предвещавшую ничего хорошего никому, кто был в ней замешан. Из докладов уже было известно, что на маскараде мадам де Грамон пользовалась успехом у нескольких кавалеров, среди которых были граф де Сент-Эньян и сам король. Дознание делалось похожим на раскрытие свадебных подарков не в меру любопытной Пандорой - за каждым новым откровением юного пажа могло последовать признание, которое выпустит в свет самые нежелательные истины, от которых будет уже не так просто отмахнуться и закрыть глаза.

- Ага ага, - замахал пухлой рукой Ла Рейни, - Да да, этот пассаж про дам в масках я уже слышал, сударь мой. Слышали... слово в слово. Не утруждайте себя повторением. Что Вы говорите, Мадам была расстроена из-за задержки ее фрейлин? Занятненько... да-с... а отчего же это? Неужто фрейлины Ее Высочества такие нерасторопные? - задал он вопрос де Робберу, пробуя прозондировать почву на предмет того, что в свите Месье и Мадам могло быть известно о происшествии на лестнице для прислуги.

Перо Марвеля протяжно скрипнуло, издав такой неприятный звук, что у Ла Рейни скривилось лицо как от зубной боли. Он резко обернулся к секретарю, махнув тому ладонью. Коментарии и поправки были излишни. Естественно, префекту было доподлинно известно, что в свиту герцогини Орлеанской попали только лучшие из лучших девиц, рекомендованные едва ли не первыми лицами двора. И вовсе не было нужды напоминать ему, префекту, о том, что на самом деле могло задержать двух девиц, посланных герцогиней за цветами.

- Марвель, заточите Ваше перо, бога ради, - неприязненным тоном приказал Ла Рейни и вернулся к своему креслу.

Он так и не сел, оставшись стоять, опираясь на резную спинку кресла.

- Вы отдаете себе отчет, месье, что у меня есть ровно столько же оснований верить Вам, сколь и не верить? - спросил он тоном судьи, готового вынести самый суровый приговор, - Какие еще детали Вы можете добавить? Ну же? Что же мне их из Вас клещами тянуть прикажете? Меня уверять не нужно, сударик мой. Девушек уверяйте, им это необходимо как воздух. А мне надобны факты. И все детали. Итак, кивайте и отвечайте только да или нет. Вы проникли в Оружейную Залу, перелезши по карнизу в окно, так? И сами отворили двери без ключа? Побаловавшись вином, разгорячились и решили выяснить, кто ловчее управляется с рапирой. Так? И при этом выбрали боевые рапиры с незащищенными наконечниками... хм... хм... какая нелепость. Далее, вас застали за этим делом две дамы. Их лица были под масками и вы оба, и Ваш друг, и Вы сами, не можете поручиться, что узнаете их. Уступив зал дамам, Вы оставили рапиры валяться на полу. А ваш скромный... кхе... хм... ужин также остался там, в зале? Покуда все совпадает... Совпадает. Понимаете, сударь мой? Ведь все могло быть и не так, вовсе не так.

Надавить ли на этого малого? Но что это даст? Он упорно желает выставить себя виноватым, хотя и не понимает, насколько при этом рискует. Но вряд ли удастся выжать из него имена замешанных в этом деле дам. И тем более тех, кто на самом деле дрался до первой ли крови или до того, как им успели помешать.

- Ведь могло быть и по-другому? А? Вы нашли этот Зал открытым, и валявшиеся на полу рапиры и капли крови. А также двух дам, просивших вас умолчать об увиденном и взять вину на себя? И возможно, повторяю, возможно, вы даже застали там и тех, кто на самом деле намеревались решить свои разногласия путем кровопролития противного закону Бога и закону королевскому! - вскричал Ла Рейни, похлопывая ладонью по спинке кресла в такт своим словам.

- Что мне Ваша рана, месье? Что? - ледяной испытующий взгляд вперился в лицо молодого человека, - А ну как я вызову врача. Марвель! Бушера сюда. Немедля!

- Так он... того еще... - оправдывая продолжительную борьбу казарменного эскулапа с последствиями тяжелого похмелья, забормотал секретарь, - Месье Бушер еще не появлялся во дворце... но как только... так и сразу же пригласим.

Ла Рейни молча смотрел на де Роббера, проверяя, не дрогнет ли хоть один мускул на его лице, выдавая волнение. Внезапно он сел за стол, чиркнул что-то в своем бюваре и захлопнул его, не дожидаясь, пока чернила просохнут.

- Вот что, месье, я человек не злой и не в моих правилах осложнять жизнь тех, кто готов верой и правдой служить Его Величеству и своему господину. Можете быть свободны. Но, имейте в виду, ежели мне придется еще раз беседовать с Вами... любая оплошность, сударь мой, малейший проступок, и я тотчас вспомню об этой нашей беседе. Как я уже сказал, есть две версии, в которые я готов поверить. Есть и третья. То, что это Вы дрались на дуэли. И как следствие получили ранение. И если это так, сударь мой, то путь Ваш окончится далеко не столь славно, как Вы мечтаете. Кандалы, дорогой мой, а не орденские ленты, будут звенеть у Вас в ушах. Попомните мое слово, впредь. Прежде чем совать свою голову куда не следует. Вы можете быть свободны.

Марвель удивленно поднял голову и посмотрел на префекта, тот только помахал рукой, обращаясь к обоим.

- Свободны! Марвель, документы на всех, кто состоит в свите королевы. Слуги, камеристки... карлы, уродцы... на всех. Сюда. Живо! - он обратил взор на де Роббера, - Ну, что же Вы? Ступайте. Нет у меня времени на ваши мальчишеские шалости и браваду.

// Фонтенбло. Казармы королевских мушкетеров. 4 //

9

Отправлено: 20.11.13 07:46. Заголовок: -Да, я точно залез п..

-Да, я точно залез по карнизу ибо, когда находишься на такой высоте, очень уж сложно потом позабыть. Я в какой-то момент подумал, что сейчас умру, - кивнул Жан-Люк. Он сам не понял почему эта фраза так порадовала господина префекта. Но потом вспомнил про истинное назначение Оружейной залы и всё встало на свои места. Но затем он снова разозлился, как могло показаться с первого взгляда, на тупое перо секретаря, но Жан-Люк был достаточно наблюдателен, чтобы заметить и странный вопрос качающийся Мадам, столь не свойственный характеру префекта и скрежет прозвучавший так вовремя.
"Видно пока я был в гостиной что-то действительно произошло на лестнице. Этот грохот. Интересненько... "
Вслух же он ответил просто:
- Да, очень медлительны. Даже слишком, я бы сказал.
Злость возникшая у господина де Ла Рейни тут же перекинулась с секретаря на пажа. Тут начался настоящий допрос. Правда говорил больше господин префект, а Жан-Люк только кивал в ответ. Лишь после предположения о том, что они с Полем пришли в Оружейную залу после, а не до дуэли, он решился заговорить.
- Ваша версия, месье, очень похожа на правду, так же как и моя, но мая правда, а ваша предположение. Из фактов я могу предоставить, только наши рапиры и кровь на них. А ещё сказать, что дамы никак не могли придти в этот зал раньше нас, иначе им пришлось бы либо так же как и я лезть по карнизу, что довольно затруднительно в бальном платье, либо искать хранителей ключей, что на маскараде заняло бы много времени. Вы так не считаете? Плюс вы в конечном счёте можете найти у кого сейчас ключ и лично убедится, что они были у них всю ночь?
  Когда же господин префект изволил отпустить, Жан-Люк поспешил воспользоваться этим разрешением. Теперь он знал, куда направиться. Прямиком в их с Польем комнату. Друг должен очень многое ему рассказать. Так сказать из забытого. Но уже на выходе из кабинета Жан-Люк столкнулся с рослым, полным человеком. Его волосы уже тронула седина, но лицо всё ещё оставалось молодым.
- Месье Бушер прибыл, - сообщил секретарь, протиснувшись в кабинет с какими-то бумагами в руках.
- Приветствую вас, господин де Ла Рейни, чем могу быть полезен в вашем нелегком деле? - поклонившись спросил врач и после получения осмотрел рану Жан-Люка. - Могу сказать, что это ранение совсем свежее. Не больше одного, двух дней. Не знаю, кто зашивал вам её, но сделал он это довольно не аккуратно, хотя довольно сносно. Рана не глубокая. Скоро совсем заживет.
  Удовлетворённый этими словами, Жан-Люк понадеялся, что теперь господин префект поверит в правдивость его слов и поспешил удалится. Следующим пунктом в списке мест куда надо было заглянуть значилась их с Польем комната. Друг должен был многое объяснить.

Дворец Фонтенбло. Комната пажей герцога Орлеанского

10

Отправлено: 31.01.14 18:32. Заголовок: Никто так и не удосу..

    Никто так и не удосужился помочь Кольберу с ответом на вопрос, кто посылал ему записку с просьбой о встрече и зачем. Страшные подозрения о покушении на его жизнь успели развеяться, покуда он бродил по заполненным народом коридорам дворца, слыша беззаботные шутки и смех придворных дам и кавалеров, наблюдая за суетой приготовлений к приему послов и последующему турниру. Ничто казалось бы не подтверждало догадок, которые пришли ему на ум там, на лестнице для прислуги. Видение безжизненного тела, которое пронесли мимо него, уже успело уступить более ярким и жизнеутверждающим образам. Бегущий мальчик паж, догоняющий левретку, сорвавшуюся с рук своей хозяйки, смеющаяся девушка с розовыми от смущения щеками завязывала ленточку на руку своему кавалеру, седеющий франт, оправляющие широкий кружевной воротник, отголосок моды десятилетней давности. Казалось, что в Фонтенбло было две реалии, та, случайным свидетелем которой он сделался на лестнице для прислуги, и та, что протекала в главных коридорах и залах дворца. Не слишком-то жалуя любителей философии, Жан-Батист ловил себя на том, что и сам начинал задаваться вопросами о извечном и важном - что же было настоящей жизнью в этом дворце, и кто по-настоящему был хозяином этой жизни?

    Не потому ли Кольбер был благодарен герцогине де Ланнуа, давшей ему поручение, небольшое, но судя по ее лицу и ее голосу, весьма важного свойства? Это отвлекло его от собственных мыслей, которые угнетали его больше, чем все задачки, найденные им в гроссбухах суперинтенданта, и кроме того послужило поводом явиться к Ла Рейни.

    - Мадам, Вы можете во всем положиться на меня, - заявил Кольбер, отвешивая глубокий поклон первой статс-даме Ее Величества, - Я отыщу месье Ла Рейни и как только он будет готов явиться к Вашей Светлости с отчетом для королевы, я пришлю за Вами. Мы будем в Ваших покоях, мадам, когда Вам будет угодно принять нас.

    Опрометчиво давать обещание привести префекта, когда нет никакой уверенности в том, где его искать и, чем он может быть занят в то самое время, но Кольбер понадеялся на свое умение делать выводы. А из того, чему он был свидетелем, проистекал неминуемый вывод, если Ла Рейни и мог искать что-то или кого-то во дворце, то делал это скорее всего не сам, а через своих агентов, и для того, чтобы не упустить ни одного ценного доклада, он должен был постоянно находиться в одном и том же месте. Это не какой-нибудь там молодой лейтенант де Ресто, который сновал то там, то здесь у всех на виду.

    - Марвель, Его Милость у себя? - спросил Кольбер, войдя в приемную Канцелярии.

    Заспанный секретарь рассеянно посмотрел в сторону вошедшего и молча кивнул. В глубине души у Кольбера икнуло сочувствие к бедняге, не ведавшему покоя не по собственной воле и тем более не в силу неодолимой любви к работе. Ла Рейни не давал себе ни сна ни покоя с тех пор как получил должность префекта парижской полиции и вместе с тем кресло в Королевской Канцелярии, а когда работал он, работать были обязаны и все его подчиненные, независимо от чина и назначения.

    - Доложите обо мне, Марвель, я подожду, - сказал Кольбер, намереваясь занять одну из грубо сколоченных скамеек, но секретарь покачал головой.

    - Вы входите сами, месье Кольбер. Господин префект примет Вас без докладу. Они сейчас в настроении, - шепотом пояснил он в ответ на удивленный взгляд Кольбера, - И этого фельдшер от мушкетеров пригласить изволили. Ужинать изволят. А у меня, прости господи, несварение... эти трупы... лазарет в казармах, понимаете ли, месье Кольбер, не лучшее место для аппетита.

    Ответив понимающим взглядом на жалобы Марвеля, Кольбер подошел к дверям кабинета Ла Рейни и негромким, но уверенным стуком дал знать о себе, прежде чем отворить.

    - Добрый вечер, господа! Надеюсь, я не помешаю? Как продвигается следствие? Вы уже узнали что-нибудь об авторе той записки, дружище?

11

Отправлено: 31.01.14 22:35. Заголовок: Вряд ли можно было..

// Фонтенбло. Казармы королевских мушкетеров. 4 //

Вряд ли можно было подыскать более скверную компанию за ужином, чем военного хирурга, потерявшего свою ученость по мнению парижской гильдии медикусов и подвизавшегося в качестве фельдшера-костоправа при роте королевских мушкетеров. На любую попытку Ла Рейни отвлечься от дел и тем более их так сказать загробной составляющей и поговорить о приятнейшем и сокровенном - о кулинарии и сотне известных ему способов приготовить соус для нежнейшего мяса барашка, маринованного по его личному рецепту, Бушер с радостью отвечал перечислением ему одному известных сотни признаков насильственного умервщления жертвы. Как только долготерпимый господин префект прерывал тягостное для себя молчание ради попытки снова ввести застольную беседу к непосредственной его причине - ароматному куриному бульону, настоянному на травах и специях добрых два часа прежде чем попасть на стол главы королевской канцелярии, Бушер с неистребимым энтузиазмом выдвигал свою теорию десяти важнейших первичных признаков, по которым он был способен отличить смерть от неумеренного потребления вин от отравления вследствие того же потребления спирта.

- Есть важное различие, друг мой, наиважнейшее, - декламировал Бушер, между прочим, не отвлекаясь и от содержимого своей тарелки, которое таяло с той же скоростью, с которой почтенный медикус перечислял обнаруженные им признаки.

- Полноте, доктор, полноте, - Ла Рейни тщетно пытался убедить Бушера в том, что не был намерен оспаривать его правоту, собственно, фельдшеру того и не требовалось, он доказывал свои убеждения ради любви к искусству доказывать, а не ради победы в споре, в коей он был полностью уверен.

- Кольбер! Дружище! - воскликнул Ла Рейни, завидев на пороге интенданта финансов, в его голосе звучала неподдельная радость, а проворство, с каким он пикнул обеденный стол, был пожалуй даже чрезмерным, - Пожалуйте к нашему скромному столу, дорогой Кольбер. Вы не голодны? Впрочем, я уже тоже... заморил червячка, - Никола Габриэль не без обиды покосился на Бушера, с аппетитом обсасывавшего мозговую косточку.

- Да, кстати о червячках, весьма и очень даже полезные существа... - перескочил на любимого конька Бушер, собираясь посвятить сотрапезников в тайны медицины, - Так вот как только вы обнаруживаете их...

- Дорогой мой Бушер, Вы кажется, еще не знакомы с месье Кольбером? - прервал неаппетитные рассуждения фельдшера Ла Рейни и легонько подтолкнул Кольбера к незанятому табурету за столом, - Рекомендую, очень уважаемый человек и восходящая звезда. Да, если бы все финансисты с таким же тщанием подходили к своим обязанностям... хотя, пожалуй, не стоит, иначе мое ведомство лишится своего хлеба. Ведь, что скрывать, три четверти всех совершаемых краж и убийств происходят на почве финансов, а вовсе не любви, как это пытается доказать месье де Сент-Эньян. Придворный романтизм, оно конечно же понятно. Но увы увы... но что же мы за столом и все о делах?

Он сделал знак прислуживавшему им лакею с бледным изможденным лицом, что свидетельствовало о том, что малоприятные для слуха и для желудка темы обсуждались там как минимум около часа. Пошатываясь и едва передвигая дрожащие колени, лакей поднес супницу к месье Кольберу и чисто механически принялся наливать в его тарелку густой бульон, расхваливаемый по ходу самим хозяином застолья.

- Попробуйте, непременно попробуйте, Кольбер. Не пожалеете. Мой репцет. Да да. О, если бы не вся эта рутина с пропажами и убийствами... я бы занял место Вателя, уж поверьте мне. С радостью бы. Но, Вы спросили меня о записке. Так ее у меня забрал лейтенант де Ресто, да. Он нашел какие-то улики, связанные со шнурком, который был протянут над ступеньками. Да... и кажется у него возникли идеи по поводу авторства этой записки. Но, я так понимаю, это не записка привела Вас к нам? - блестящие глаза Ла Рейни остановились на лице Кольбера и лицо его из радушного в одно мгновение преобразилось в сосредоточенное и внимательное, - Я слушаю Вас, друг мой. Не волнуйтесь за доктора, - проговорил он, прикрыв рот ладонью, - После второго кувшина моего превосходного анжуйского он вряд ли вспомнит то, о чем говорилось за столом, кроме разве что его любимых червяков. Итак, чем я могу быть полезен Вам, друг мой? Или... - сузив глаза, Никола Габриэль попытался угадать по лицу собеседника, чьи именно интересы он представлял, - Или это кто-то еще? Короля нет в замке... это королева? - он приподнял брови, - Выше? Вот как... и что же от меня ожидают?

12

Отправлено: 01.02.14 23:27. Заголовок: Бурный восторг по по..

Бурный восторг по поводу его появления очень скоро нашел свое объяснение, стоило только Кольберу услышать вступительную речь ротного фельдшера, грузного краснолицего человека с характерными синими прожилками на щеках и на носу, выдававшими любителя вина и даже более крепких напитков. Кольбер вежливо кивнул гостю господина префекта и сел на предложенный ему табурет, мгновенно оценив его удобство в том, что теперь он мог преспокойно пересказать Ла Рейни все, что просила его передать мадам де Ланнуа.

- Нет, нет, прошу Вас, не велите накладывать мне ничего. Я довольно плотно обедал, а столь обильный поздний ужин вызовет у меня раннюю сонливость, - протестующим жестом Жан-Батист попытался отстранить от себя невесть откуда появившуюся тарелку.

- Есть прекрасный рецепт, сударь, от ранней сонливости... в юности я неизменно пользовался им. А теперь продаю господам мушкетерам. Им горемычным все нипочем, никакие раны и хвори не берут, но вот стоит выпить лишнего перед караульной службой и тут уж труби панихиду. А ведь нынче то как строго все, за сон на карауле по голове то не погладят, а прямиком разжалование и в направление в какой-нибудь приграничный гарнизон. Эта напасть по своим последствиям даже хуже чем шальная дуэль...

- Дружище, королева-мать желает видеть Вас, но по известным причинам, она не может принять Вас лично нынче же вечером, - заговорил вполголоса Кольбер, пользуясь тем, что для просветительских речей Бушеру вовсе не требовалось внимание публики, - Мадам де Ланнуа назначила встречу в ее комнатах и просила послать за ней, как только Вам будет возможно. Дело нешуточное. Я не встречал еще эту даму настолько встревоженной.

- А вот интерес вызывает еще и то, что в рецептах, которые я предлагал молодым военным, были только сугубо растительные компоненты, да да. Никаких вам толченых камней, зубов дикого кабана или медвежьих когтей. Нет нет, все можно раздобыть вполне себе в аптекарском саду...

- Речь пойдет о пропаже драгоценностей из покоев королевы-матери. И сдается мне, это далеко не все. Мадам де Ланнуа намекнула, что вор скорее всего был подослан кем-то и целью похищения были не сами по себе драгоценности, а...

- И вот взгляните, да да, взгляните, не бойтесь, - над лицом Кольбера возникло одутловатое лицо Бушера, перегнувшегося через стол, чтобы показать шрам на своем запястье, - Это только кажется на первый взгляд порезом, господа... а на самом деле я проделывал медицинский опыт... это было еще на заре моего обучения... о те времена... мы школяры не чурались проводить опыты на себе. Не то что нынешние медики, они то ради науки огромные кладбища населяют трупами своих пациентов... а мы вот все на себе испытывали. Бывало конечно и худшее...

- Возможно, и это только моя догадка, что убийство на лестнице было как-то связано с этой кражей. Но, безусловно, я тут человек сторонний и могу только предполагать. Ведь на самом-то деле мне на этой лестнице и делать то нечего было. Да и к чему бы этому прохвосту Виллэму было отвлекать меня? Уж его то господин скорее пожелал бы, чтобы я попал на место... ну Вы сами понимаете, на чье место. Вряд ли та записка приведет господ мушкетеров к чему-то вразумительному.

Кольбер вежливо кивнул фельдшеру, с энтузиазмом демонстрировавшему сотрапезникам отрезанный на две фаланги мизинец левой руки и старые порезы от ланцетов на запястье. Хмыкнув про себя, он поблагодарил Небо за то, что обед его уже давно благополучно переварился и ему не грозило несварение желудка из-за застольных бесед с фельдшером.

13

Отправлено: 02.02.14 19:58. Заголовок: Разглагольствования ..

Разглагольствования Бушера как ни странно не только не мешали Никола Габриэлю сосредоточиться на речи Кольбера, но даже в какой-то мере помогали ему отвлечься на размышления по поводу уже известных ему фактов о краже драгоценностей из покоев королевы. Он молча кивал в ответ Кольберу, не проронив ни слова, чтобы не отвлечь его от и без того скудного по содержанию рассказа. То, что похищение произошло буквально под носом у господ мушкетеров да еще и средь бела дня, говорило либо о крайней безмозглости похитителя, либо о крайней же самоуверенности. Скорее всего, тот, кто проник в покои королевы-матери, не только прекрасно ориентировался в сети тайных переходов между разными коридорами и залами замка, но и знал наверняка, когда Ее Величества не могло быть в ее покоях, чтобы помешать ему. Кроме того, префекта уже давно мучило маленькое, но весьма существенное совпадение - драгоценности были похищены после того, как мушкетеры роты господина д'Артаньяна вернулись из Барбизона. Ла Рейни не знал, что именно произошло на пустыре, где была стоянка цыганского табора, но из донесений своих соглядатаев, понял, что было обнаружено нечто очень важное. Настолько важное, что это заинтересовало саму герцогиню де Ланнуа. Ведь не корзинку со свежими булочками для господ мушкетеров повезла первая статс-дама Ее Величества средь бела дня? И именно после того, как герцогиня де Ланнуа провела несколько минут, запершись одна в покоях королевы-матери, был совершен грабеж. Дерзкий и небывалый. Что не давало покоя Ла Рейни, так это то, что сразу же после того, как похищение было обнаружено, на место преступления были вызваны опять же мушкетеры, а не он и никто из его ведомства. И когда позднее, Никола Габриэль попытался предложить свои услуги в расследовании, герцогиня де Ланнуа весьма уклончиво ответила, что следствием уже занят граф де Ресто. Этот молодой остолоп, прохлопавший все на свете! Да что он мог отыскать кроме красивых девичьих глаз в приемной у Ее Высочества Генриетты-Анны? Одна беда с этими молодыми придворными, мнящими себя военными чинами и крадущими у него все важные нити расследования.

- Мадам де Ланнуа желает видеть меня от имени Ее Величества? - Ла Рейни не был удивлен этим приглашением, разве что не проворчал по своему обыкновению на то, что женщины слишком мнительны и не торопятся призвать на помощь профессионала тогда как время не терпит отлагательств.

- Ну что же, у меня покамест нет никаких неотложных дел, а эта кража и в самом деле затейлива... В чем-то Вы правы, дорогой Кольбер. Эта кража может быть связана с тем, что произошло на лестнице, - он покосился на внезапно затихшего фельдшера и обнаружил, что тот, выговорившись всласть, устроился щекой на сложенной вчетверо салфетке и преспокойно спал, - Пожалуй, мы уже закончили с ужином. Можете послать за герцогиней, друг мой. Я готов встретиться с ней тот час же.

Он встал из-за стола, сделал знак Кольберу и прислуживавшему им за столом слуге не шуметь, прошел к двери и тихо приоткрыл ее.

- Марвель, подите-ка сюда. Помогите лакею перенести нашего фельдшера в приемную. Пусть выспится на диване. Под Вашу ответственность, Марвель. И стерегите двери моего кабинета как зеницу ока. Уж слишком много по замку бродит убийц и грабителей. Не желаю стать следующим в списке обворованных.

- Да что Вы, господин префект! Как можно же! - зашептал Марвель, понижая голос до почти неслышимого под угрожающим взглядом Ла Рейни.

- В Ваших же интересах, Марвель, чтобы месье Бушер спал как можно крепче и дольше.

- Ох, в этом вся Ваша правда, господин префект, - поспешил согласиться Марвель.

- Кольбер, дружище, пойдемте скорее, если Вы не желаете услышать третью часть "воспоминаний военного хирурга". Такие как Бушер непробиваемы - могу поставить десять экю, что как только он проснется, то продолжит свой рассказ ровно с того же места, на котором уснул, - шутливо заметил Ла Рейни и на цыпочках выскользнул из приемной Королевской Канцелярии.

// Дворец Фонтенбло. Апартаменты герцогини Мари-Луизы де Ланнуа. 4 //

14

Отправлено: 13.10.14 20:19. Заголовок: Раскатистые звуки, п..

Восемь часов вечера.

// Дворец Фонтенбло. Галерея Дианы //

Раскатистые звуки, похожие на отдаленное эхо залпов артиллерийских орудий, были слышно еще на подступах к Канцелярии. Ла Рейни недовольно хмыкнул и вынул из внутреннего кармашка камзола часы-луковицу.

- Хм, время то уж позднее. Турнир скоро.

- А вы на кого поставить изволили, месье префект? - поинтересовался сержант швейцарец, и, нисколько не церемонясь в присутствии пажа из свиты герцога Орлеанского, похвалился собственной предусмотрительностью, - Я вам так скажу, англичане то хоть и сильны в этом виде развлечений, но у французов рука то крепче, хоть и твердости духа порой не достает. Тут ведь игра то на выносливость, кто первый упустит шанс, так сказать.

- Ну и? - нетерпеливо прервал рассуждения бородача Ла Рейни, не сильно интересовавшийся придворными играми.

- Ну и? - не понял тот и как ни в чем не бывало продолжил свои рассуждения, - Ну и понятное дело, ставить на того, у кого более всех заинтересованность. Понимаете, кому есть что терять при проигрыше. Это же понятное дело, кто станет защищать свое право на первенство до конца.

- Так и кто же по-вашему?

- Я поставил на двух герцогов, - самодовольно похвалился швейцарец с таким видом, будто собственноручно вскрыл коробочку с предсказаниями Сивиллы.

- Да там три или четыре герцога будут участвовать, в турнире этом. На которых двух вы поставили? - сам не желая того, Ла Рейни оказался втянутым в дискуссию и уже хотел высказать свое веское мнение по поводу, но процессия подошла к дверям Канцелярии.

- Ого, а я то думал, что королевская полиция не дремлет, - усмехнулся сержант, когда из-за двери раздался раскатистый храп.

- Нет, это дремлет медицина, - констатировал Ла Рейни после того, как заглянул в приемную, - М-да... да. Господа, ждите нас здесь. У меня есть несколько вопросов к месье де Робберу. Думаю, что ваше присутствие при допро... при дознании не суть важно.

Оставив швейцарцев караулить у дверей, Ла Рейни открыл двери в приемную настежь и пропустил де Роббера вперед себя.

- Проходите сразу же в кабинет, сударь, - направил он молодого человека и приложил палец к губам, - Не стоит будить господина Бушера. Думаю, что его храп послужит нам на пользу, - заговорщически добавил он, проходя следом за шевалье и осторожно запер за собой двери в кабинет.

- Садитесь. В ногах правды нет. Садитесь, садитесь.

15

Отправлено: 13.10.14 21:18. Заголовок: Дворец Фонтенбло. Г..

Дворец Фонтенбло. Галерея Дианы

Поклонившись всем, Жан-Люк молча последовал за господином де Ла Рейни. Один из швейцарцев что-то говорил про турнир, но паж его совершенно не слушал. В уме он прокручивал сотни вариантов их разговора с господином префектом. Определённо странный аббат уже успел наговорить всяких небылиц, но Жан-Люк не знал о чём именно идёт речь и подкреплено ли это какими- либо доказательствами, но если аббат действительно имеет что-то общее с господин суперинтендантом Фуке, то об убедительных доказательствах уже позаботились. "Но доказать этого никак нельзя," - горестно заметил про себя Жан-Люк, ему оставалось только надеяться, что господин префект не настолько глуп, чтобы клюнуть на такую очевидную наживку.

Второй вопрос, который должен был решить паж, это рассказывать де Ла Рейни о зажигательном стекле или умолчать, но тут всё зависело от аббата, если он без утайки поведал об обстоятельствах сведших его с пажом герцога, то скрыть стекло будет тяжело. Жан-Люк решил действовать по обстоятельствам.

Сев на стул в кабинете префекта, он некоторое время молчал и внимательно смотрел на мужчину:

- Итак, о чём же вы хотели поговорить со мной, да ещё так срочно?     
В тишине ночи слышался храп врача за стеной. Этот звук успокаивал. Паж несколько раз моргнул и подумал, что и сам бы мог заснуть, если бы не был так возбуждён предстоящим словарным поединком.

16

Отправлено: 14.10.14 20:09. Заголовок: Осторожно прикрыв дв..

Осторожно прикрыв дверь, Ла Рейни подошел к огромному секретеру из красного дерева, доставшемуся ему от его предшественника мэтра Россиньоля, некогда занимавшего этот кабинет. Не то чтобы со смертью кардинала Мазарини дела в королевской канцелярии претерпели существенные изменения, но для королевского префекта предоставилась возможность получить расширенные полномочия для ведения следствия, а вместе с тем и расширенные покои в королевских резиденциях.

Ла Рейни открыл боковую крышку секретера и взял с полки бутылек темно зеленого стекла. Откупорив крышку с характерным щелчком, он с блаженным видом поднес горлышко к носу и принюхался к запаху арманьяка, настоянного на мяте и имбирном корне по собственному рецепту семейства Ла Рейни.

- Не желаете пару глоточков, друг мой? - гостеприимно предложил он, наливая в серебряный миниатюрный кубок величиной чуть больше наперстка жидкость цвета темного янтаря, - Ну и славненько... а я вот приму несколько капель. Превосходное средство, доложу я Вам. От нервов. От простуды. От дрожи в коленях, - он многозначительно посмотрел в глаза пажа, - Для храбрости, то есть.

Он явно не спешил задавать столь интересовавшие его вопросы и делал все с такой медлительностью, что можно было подумать, что он пригласил де Роббера к себе на рюмочку арманьяку, а не для допроса. Известная тактика довести допрашиваемого до изнеможения, чтобы затем задать самый решающий вопрос в лоб, когда ничего не подозревающая жертва наименее всего готова к тому.

- Срочности никакой, абсолютно никакой. Но вот конфиденциальность, это да. Это важно в нашем деле. Видите ли, господин де Роббер, против Вас складываются весьма занятные факты. И люди, даже не знающие друг друга лично, винят Вас в совершении престранных проступков. Но я не спешу делать выводы. При дворе всяк сам за себя. По большей мере. Кому-то хочется выслужиться в глазах своего господина, кому-то хочется перевести подозрения с больной головы на здоровую. Ну а Вам, Вам чего хочется? Да бросьте, месье, я же вижу, что Вы грудью готовы встать под удар. Только вот не пойму, ради кого? Друга Вашего уже нет. Убит. А между прочим, я его хотел допросить по полной строгости. Вам известно, что на него был доносец? Ну да, откуда ж, если не Вы его писали. Но ведь не Вы? Нет?

Ла Рейни взял рюмку и сел в свое кресло за столом, оказавшись напротив де Роббера. Он медленными глотками осушил содержимое рюмки, ни разу при этом не прервавшись. Затем лениво прикрыл глаза и блаженно сложил руки со сцепленными пальцами себе на грудь. Он молча ожидал реакцию пажа на сказанное им, следя за выражением его лица из-под полуприкрытых век.

17

Отправлено: 14.10.14 21:28. Заголовок: Отказавшись от предл..

    Отказавшись от предложенного арманьяка, Жан-Люк продолжил внимательно наблюдать за де Ла Рейни, но префект вместо того, чтобы перейти к главному начал задавать совершенно посторонние вопросы и всячески делать вид, что у него нет и не было никаких причин арестовывать пажа чуть ли не с боем и противостоять в этом графу де Гишу.

    - Чего я хочу? - Жан-Люк задумался,- Я хочу работать в королевской библиотеке. Думаю, это и есть моя заветная мечта, но пока она не осуществилась, я хочу просто честно служить Месье. Этому учил меня отец, этого хотела бы моя мать и я не имею права посрамить доброе имя моих покойных родителей, - Жан-Люк замолчал, чувствуя на себе внимательный взгляд из-под полуприкрытых век, - А чего хотите вы, месье? Вы уже так много добились. Чувствуете себя удовлетворённым или вы из тех, кто всегда жаждет большего?

    Следующий ответ был таким же искренним как и предыдущий. Жан-Люк впервые слышал, что бы кто-то писал на Поля донос.

    - Если бы мне стало известно о чём - нибудь, что противоречит законам короля или чести дворянина, то я бы пришёл к вам лично, а не стал бы писать анонимные записки. Так делает только тот, кто боится или что-то скрывает. Кстати, если не секрет в чём обвиняли Поля? Может это как-то связано с его гибелью?

    Во взгляде Жан- Люка появилась жажда, жажда новых знаний. Новое предположение настолько захватило воображение пажа, что он даже задумался на некоторое время, не замечая тишины, которая воцарилась в кабинете.

18

Отправлено: 15.10.14 21:33. Заголовок: В полутьме кабинета ..

В полутьме кабинета царило спокойствие и даже некоторый уют. Ла Рейни слушал откровения де Роббера, внимательно разглядывая лицо молодого человека, освещенное светом свечей, стоявших на невысоком серванте за его спиной, и огня в камине. Он замечал как менялось лицо пажа по мере того, как он успокаивался и продолжал рассказывать о себе. Ни малейшего движения бровей или подергивания уголков губ, которые свидетельствовали бы о выдумываемых на ходу ответах. Нет, де Роббер говорил искренне. Или же свято верил в то, что говорил, не иначе.

- Королевская библиотека? В Академии, я полагаю? Как это занятно, однако, - комментировал Ла Рейни, выказывая заинтересованность рассказом молодого человека, - Вас совершенно не прельщает придворная карьера, шевалье? Я бы сказал, что работа в библиотеке не сравнится с той бурной жизнью, которая обычна при дворе. Но Ваши родители вряд ли упрекнули бы Вас за то, что Вы поступились собственными мечтами и вместо того, чтобы преследовать их, поступили на службу в свиту Месье. Думаю, это было непросто. Ведь в свиту Его Высочества попадают молодые дворяне только с самыми лучшими рекомендациями, отнюдь не каждый, кто жаждет подвизаться при дворе, может даже мечтать о месте пажа при особе Брата Короля. Это честь. И это достижение, - многозначительная похвала прозвучала с долей уважения в голосе и Ла Рейни даже приоткрыл глаза, глядя собеседнику в лицо, - У Вас должно быть очень влиятельные связи при дворе, раз уж Вам удалось обойти стольких претендентов на это место даже помимо Вашего собственного на то желания.

Что это, молодой человек пытается вывести его на ответную откровенность? Ну да отчего же, Ла Рейни был в том благодушном настроении, когда капелька правды о нем самом не была помехой разговору.

- Я всего навсего скромный слуга Его Величества. Да да, именно так, месье. И никак не иначе. Чего мне желать? Спокойствия при дворе и как можно меньше вот таких вот дел, - он похлопал ладонью по пухлой стопке бумаг, лежавших на углу стола, - Я нахожу удовлетворение в работе, точнее, в ее выполнении. Вывести на белый свет преступника, покарать виновного, спасти невинно осужденного, да да, я тоже, отчасти идеалист.

Рассуждения пажа о лицах, пишущих анонимные записки, в полной мере соответствовали сложившемуся о нем мнению. Ла Рейни уже успел заметить в де Роббере неисправимого идеалиста, одного из тех, кто заседает в литературных кружках в салонах богатых парижанок и разглагольствуют о несостоявшейся свободе в Англии, утраченных ценностях невесть кого и невесть где и в общем прожигают время зря за сочинением бездарных виршей, которые ему, королевскому префекту приходилось штудировать долгими ночами, дабы быть в курсе всего, о чем сплетничают в Париже.

- О, какие могут быть секреты, - добродушно ответил префект, складывая кончики пухлых пальцев перед собой, - Месье Поль обвинялся в соглядатайстве. Там даже был намек на то, что именно с ним были связаны пропажи некоторых ценностей. Пропажи, о которых в моем ведомстве покуда не было никаких сведений. Я бы и не обратил внимания на эту писульку, мало ли таких попадает в Канцелярию, но в свете недавних событий, Вы сами понимаете, шевалье, я не могу позволить себе упустить даже такую мелочь. Вот теперь-то я и задаюсь мыслью, а может быть в этой анонимке есть доля правды? Как Вы думаете, шевалье?

19

Отправлено: 16.10.14 08:14. Заголовок: Жан-Люк внимательно ..

Жан-Люк внимательно смотрел на префекта, когда тот рассуждал о трудностях, которые возникают перед желающими вступить в свиту Месье.

"Что это? Простые рассуждения или намёк? Господин де Ла Рейни прощупывает почву?"

Так как прямой вопрос так и не прозвучал, Жан-Люк решил сделать вид, что это всего лишь размышления префекта. Он всё не решался открыто заявить, кто его настоящий отец и с чьей помощью он занял место пажа.

- Я нахожу удовлетворение в работе, точнее, в ее выполнении. Вывести на белый свет преступника, покарать виновного, спасти невинно осужденного, да да, я тоже, отчасти идеалист.   

- Я не идеалист, месье. Я просто хочу делать всё на совесть, а не как мне нравиться. И пусть все остальные живут по-другому, - Жан-Люк вспомнил де Гиша, намекнувшего об наклонностях Месье, только чтобы произвести впечатление на де Лафает и её подругу, - но я не обязан быть подобным им. 

Жан-Люк замолчал и продолжил, только после некоторого молчания.

- А вам никогда в вашей работе не приходилось сталкиваться со случаями, когда вина очевидна, а обвиняемый в качестве доказательств может предоставить только собственное слово? Как бы вы поступили в такой ситуации? 

Услышав предположение о том, что Поль был вором, Жан-Люк с жаром бросился на защиту друга.

- Это совершенно не возможно! Поль никогда не опустился бы до воровства, да и сами подумайте. Мы в Фонтенбло не так уж долго, если бы он был вором, то прятал бы свою наживу в нашей комнате, ведь найти укромное местечко за такой короткий срок не так уж просто. Поль не был вором! Он был не из обедневшей семьи, но я могу сказать, что не обязательно быть богатым, чтобы быть счастливым. Я сам вырос в такой обстановке.   

20

Отправлено: 16.10.14 19:44. Заголовок: Нежелание молодого ч..

Нежелание молодого человека пуститься в такие же откровения относительно его рекомендателя при дворе короля привлекло внимание Ла Рейни. Пожалуй, даже больше нежели праздное любопытство, какими путями этот наивный мечтатель умудрился оказаться при дворе, да еще и в столь завидной должности при особе герцога Орлеанского. Кто же этот влиятельный поручитель, благодаря которому перед мальчишкой, ни разу еще не проявившему хоть какие-нибудь амбиции, открылись двери личных покоев Месье, равно как и протекция Его Высочества? Но, задавать этот вопрос вслух Ла Рейни не стал, дабы не настораживать своего собеседника. Все также, лучась благодушием и расположением к шевалье, Никола Габриэль выслушивал его ответы. В них слышались нотки возраставшей осторожности,  или все-таки это была настороженность стрелянного воробья? Много ли надо пережить всего за один день, чтобы с недоверием относиться к любому, а тем более к представителю королевского закона.

- Интересная формулировка, право же, - промурлыкал Ла Рейни, про себя улыбаясь наивности вопроса, - Дело в том, шевалье, что в Шатле и Консьержери мне никогда еще не доводилось встречать узника, который признавал бы свою вину. И что же прикажете делать? Верить на слово - это привилегия дворян, шевалье. Честь, благородство - это понятия устаревшие и давно уже остались прерогативой вельмож. Мне же, простому королевскому чиновнику, служителю закона, а не чести, надобно нечто более весомое, чем просто слова. Даже от такого располагающего к себе и да, не скрою того, симпатичного лично мне молодого человека, как Вы. Что же я могу сделать? Ведь и господин аббат дал мне свое слово. И поверьте, мне совсем не улыбается перспектива выбора между Вашим словом и словом святого отца. Мне даже кажется, что вы оба правы. По-своему. Но все же, не смотря на мои симпатии и желание доверять, я обязан прежде всего следовать букве королевского закона. И фактам. А факты пока что, увы, складываются не в Вашу пользу.

Он наклонился над столом и испытующе посмотрел в глаза пажа. Обыскать бы его, да представить несомненный факт его вины, но спокойствие де Роббера и та смелость, с которой он бросился защищать честь погибшего друга, указывали на то, что он наверняка успел уже избавиться от опасной улики. Вопрос только, куда он дел то несчастное стеклышко. Передал кому-то из приятелей? Может быть графу де Гишу? То-то тот так рьяно защищал его. Наверняка дело было не в задетой чести рода де Грамонов, о нет, все было куда проще. Вот только следовало дернуть за правильную ниточку, чтобы распутать этот клубок.

- Ну полноте, полноте, шевалье, - с прежним дружелюбием осадил он молодого человека и снова откинулся на спинку кресла, - Я бы отнесся с подозрением, выкажи Вы полнейшее безразличие к тому, что говорят о Вашем друге. Ведь вы были друзьями с тем беднягой, не так ли? Я задаю вопросы не ради праздного любопытства, не забывайте, - назидательным тоном добавил он, - И уж мне как никому другому известно, что и в тихом омуте бесы водятся. О, и еще какие. А что до того, что в Вашей комнате не было ничего обнаружено, так это дело простое. Тайник можно устроить в любом другом месте. Было бы глупостью прятать краденное в собственном сундуке или под подушкой. Но вот в чем дело то, если кому-то захотелось очернить Вашего друга, то почему этот недруг не пошел до конца? Отчего не подложил в его вещи что-нибудь из краденного, хоть какую мелочь, чтобы бросить на него тень? А? Вы следите за моей мыслью, шевалье?


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Королевская канцелярия. 4