Король-Солнце - Le Roi Soleil

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Сервировочная и буфет


Дворец Фонтенбло. Сервировочная и буфет

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Вечер 02.04.1661

    Просторное помещение, где находился буфет и были накрыты столы для того, чтобы лакеи и пажи могли забирать приготовленные на кухне подносы с напитками и закусками.

2

Отправлено: 29.03.15 02:33. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Лестница на Королевский Балкон //

В буфетной зале было шумно, звонко и гулко от звуков хлопающих крышек на блюдах, перезвона бокалов, стука десятков каблуков и грохота передвигаемых массивных столов. Ла Рейни чуть поморщился, остановившись на входе. Ему не нравилось, что вокруг сновали лакеи и кухонная обслуга. Но искать другое место для быстрого опроса свидетелей не было времени. Он жестом указал подбежавшему из угла человечку в сером поношенном камзоле и длинном белом фартуке на стул и кивнул в сторону дверей.

- Очистить помещение. Минут на двадцать нам понадобится.

- Но, месье префект, скоро уже большой перерыв... нам только-только хватает времени для того, чтобы разлить вино по бокалам. А еще необходимо сервировать блюда с закусками.

- Ничего, все успеется, мэтр Сомюр.

- Но граф де Маран велели поднести напитки Их Величествам...

- Я не задержу надолго, - пообещал Ла Рейни и сам придвинул к себе стул, - Ну же, идите, мэтр Сомюр. Проведайте кухни, узнайте, готовы ли пирожные к вечернему празднику. Что, у Вас совсем дел нету? А люди пусть себе прогуляются.

Толпа кухонных служащих вместе с лакеями, пажами и ливрейными слугами с шумом вытекла из распахнутых настежь дверей буфетной, оставив после себя столы, уставленные сверкающими графинами и бокалами, серебряными блюдами под круглыми крышками и высокими вазами венецианского стекла, наполненными композициями из засахаренных фруктов. Внезапная тишина оказалась столь же оглушительной, как и недавний шум. Никола Габриэль пнул ногой соседний с ним стул и с грохотом, отдавшимся гулким эхом, отодвинул его в сторону от себя.

- Давайте их сюда. Ну, кто у Вас за главного? - спросил он, обращаясь к карликам, и тут же повернул лицо к лейтенанту мушкетеров, - Присаживайтесь, пожалуйста, граф. Сержант, подайте-ка нам по стаканчику чего-нибудь. И себе можете плеснуть... что уж там, работа у нас хлопотная. Надо поддерживать и дух и тело в здравии и сытости, как говорится.

Он взял поданный ему стакан с вином, зажав тонкую ножку двумя пухлыми пальцами, и посмотрел на вино в свете свечей стоявшего на столе канделябра.

- Ну-с, господа. Кто мне объяснит, как эта ракетка оказалась у Вас? Кто дал? Где? Когда? Зачем? По порядку. Пусть первым говорит тот, ее первым взял. Итак?

3

Отправлено: 30.03.15 23:39. Заголовок: Грохот посуды, перез..

// Дворец Фонтенбло. Зал для Игры в Мяч //

Грохот посуды, перезвон стеклянных бокалов и серебряных столовых приборов, отрывистые выкрики распорядителя буфетной и глухая ругань поваров ласкали слух Филиппа и успокаивали возбужденные нервы. Он не помнил себя, не помнил, сколько он просидел в кресле в самом дальнем углу сервировочной, не помнил даже того, как де Шатийон, внезапно обнаруживший в себе способность молчать и оказаться полезным, накрыл ему лоб и лицо смоченным в душистой воде платком. Все было позади. Отчаянная борьба, оскорбительные выкрики с трибун, обидные до слез пропущенные мячи и позор поражения на глазах...

- О... нет, - снова простонал Филипп, прикрывая ладонью глаза, укрытые под влажным платком.

- О, только не это, - раздался рядом голос де Шатийона, но то чтобы сочувствующий, а скорее раздосадованный.

- Да, пусть его... подумаешь... нечего беспокоиться, Антуан, я не накладывал пудру... не стечет, - простонал убитым голосом герцог, приняв досаду маркиза на собственный счет.

- Да я не о том, - вдруг зашептал де Шатийон и наклонился к самому уху герцога, - Не шевелитесь, может быть, они и не заметят нас.

- Что? Кто?

Сорвав платок с лица, Филипп выпрямился и с удивлением обнаружил, что причиной внезапно воцарившейся тишины было вовсе не сочувственное уважение к его присутствию. В центре буфетной возле накрытых блюдами с закусками и подносами с напитками для гостей и участников турнира сидели двое мужчин, а перед ними стояли три карлика. Все это мало походило на шутливый розыгрыш или задушевную беседу - один из сидевших мужчин вертел в руках ракетку со сломанной рукоятью, другой, сидел спиной к Филиппу, но по голубому плащу с вышитым на нем серебряным крестом было ясно, что это мушкетер. Еще четверо мушкетеров и швейцарец в гвардейской форме стояли вокруг них. Распорядитель буфетной суетливо собирал поднос, лакеи сновали вокруг него, стараясь каждый прихватить с собой заказанный кем-то из зрителей поднос с напитками. На лицах всех был написан немой ужас перед сидящим в центре зала маленьким человечком в черном камзоле и в смешной круглой шапочке похожей на берет.

- Это префект. Всех выставил вон, покуда Вы дремали, мой принц, - шепнул де Шатийон, осторожно ступив в тень огромного комода с фарфоровой посудой.

- Что им, черт возьми нужно? - не заботясь о том, что его услышат, воскликнул герцог и поднялся с кресла, - Кто допустил? Кто позволил беспокоить меня?

Он стряхнул с себя мокрый платок и подошел к столу, крайне недовольный и раздраженный.

- Господин префект, я что же, без Вашего ведома теперь и в лакейской не могу посидеть спокойно? Какого дьявола, месье?

Сверкнув глазами в сторону Ла Рейни, Филипп на секунду запнулся, подбирая более хлесткие выражения, чтобы уж если бить, то бить наотмашь, разом выстрелив в противника всем арсеналом накопившейся досады. Но тут у самых дверей он заметил знакомое лицо, привлекшее его внимание.

- Вот черт... Шатийон, - он наклонил голову и сделал бровями знак маркизу, чтобы тот посмотрел в сторону дверей, - Мне это кажется?

- И мне тоже, - проговорил маркиз и, воспользовавшись тем, что все внимание присутствовавших было обращено на персону Его Высочества, выскользнул к дверям, где стоял де Роббер, зачем-то одетый в лакейскую форму.

- Месье, выйдем на минутку, -
шепнул де Шатийон де Робберу и потянул его в коридор.

- Итак, месье Ла Рейни, -
еще громче заговорил Филипп, всем своим видом показывая, что назревавшая в его душе буря была готова выплеснуться на голову префекта, - Извольте объясниться, милейший, что Вы здесь делаете и почему эти несчастные находятся под стражей?

4

Отправлено: 01.04.15 22:11. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Лестница на Королевский Балкон //

Ободрившись было после того, как Гожье указал мушкетерам на его новое звание, Баркароль гордо выпятил грудь и выставил ножку, чтобы покрасоваться яркими ленточками, подвязанными на его панталонах, но никто из мушкетеров не обратил ни малейшего внимания ни на новый крой его костюма, ни на переливавшуюся на свету муаровую ленту щеголеватой перевязи. Напротив, господин лейтенант велел вести его и двух его товарищей в буфетную для разбирательств, будто они были воришками пойманными на горячем.

В буфетной было так много народу, что у Баркароля возникла мысль о побеге. Стоило лишь дернуть плечом и вырваться из грубых лап мушкетеров, а уж затеряться среди лакеев и поваров, сновавших между длинных накрытых столов, можно было в два счета. И снова ему помешали! Как будто предвидя дерзкую попытку сбежать, префект без обиняков потребовал от распорядителя буфетной очистить зал, при этом ведя себя как полноправный хозяин.

Глядя на зарвавшегося чиновника исподлобья, Баркароль снова втянул голову в плечи, предчувствуя неладное. Зачем расспросы, ежели не для того, чтобы упечь их в тот страшный подвал, откуда они с Мирелой вытащили бедняжку Долорэс. Но тогда с ним была Мирела, да и тот цыган, который был заперт вместе с камеристкой королевы, тоже был не робкого десятка. А что же будет с Баркаролем теперь? Он посмотрел на Гожье, но тот от страха не мог даже головы поднять, вперив мертвенный взор в мраморные плиты полов, как-будто ожидая, что из-под них появится таинственный избавитель. Повернувшись в сторону второго своего товарища, малыша Петипа, Баркароль несчастно вздохнул. Тот хоть и был смышленым малым и даже мог обыграть в карты здоровенных караульных из швейцарской гвардии, на потеху скучающей толпе, обыкновенно ожидавшей в приемной милостивого внимания королевы, но вряд ли он решится на сопротивление.

- Ну-с, господа. Кто мне объяснит, как эта ракетка оказалась у Вас? Кто дал? Где? Когда? Зачем? По порядку. Пусть первым говорит тот, ее первым взял. Итак?

Гожье промычал что-то нечленораздельное, но Баркароль подтолкнул его в бок и приготовился уже отвечать по всем правилам этикета, предписывавшим вести себя с людьми в черных камзолах осмотрительно и ни в коем случае не дружески.

- Гожье нашел эту ракетку, сударь. А я хотел взять ее взаймы, чтобы поиграться. А Петипа хотел помочь мне, - сказал Баркароль, теряя дух по ходу своей речи, так что последние слова остались чуть слышными.

- Что что, простите? -
переспросил сержант Дезуш и Баркаролю показалось, что швейцарец как-будто бы на память повторял его слова.

- А Петипа хотел помочь мне, - промямлил Баркароль, чувствуя жар на затылке и спине. Ему уже казалось, что позади него стоят люди Ла Рейни с раскаленными щипцами, готовые пытать его до смерти. Но тут допрос был прерван самым невероятным образом.

Помощь пришла как ни странно вовсе не с Небес, то есть, не с потолка, хотя, Баркароль уже несколько раз обращал молитвенный взор к пухлоногим ангелочкам, изображенным на высоком плафоне буфетной залы. К вящему удивлению трех карликов, да и господ мушкетеров и судейских также, помощь пришла из дальнего угла, куда никто не удосужился посмотреть за все то время. Его Высочество герцог Орлеанский снова явился на помощь Баркаролю, на этот раз являя собой праведное негодование при виде истязания невинных.

Выдохнув с облегчением, все три карлика приготовились к представлению. Гожье и Петипа даже позабыли, что все еще находились под присмотром мушкетеров.

- А, вот вам, вот вам, противные! -
заулыбался щербатым ртом Гожье, покручивая кулачками так, будто намеревался оттузить стоявшего рядом с ним мушкетера.

- Тихо ты, - шикнул на него Петипа и подал пример, изобразив на лице благостную мину и вперив взгляд под носки туфлей.

5

Отправлено: 06.04.15 20:25. Заголовок: - Это еще что такое?..

- Это еще что такое? - Никола Габриэль обернулся всем корпусом, так что хлипкий стул под ним возмущенно заскрипел, - Кто посмел?

Даже славившийся своей великолепной памятью на лица и умением разглядеть легко узнаваемые черты даже под слоем актерского грима, Ла Рейни не сразу распознал в высоком молодом человеке, одетом в простые панталоны, подвязанные широким поясом и срамно расхристанную рубаху, единственного брата короля. Мокрая шевелюра закрывала лоб и глаза Месье, его щеки, обычно бледные и тщательно вымазанные белилами с розовым как у фарфоровых кукол румянцем, эти самые щеки пылали самым что ни на есть деревенским румянцем, под которым легко угадывался гнев и переживаемая досада. Рыжеволосый молодой человек, которого Ла Рейни привык видеть рядом с принцем всякий раз при их встрече, тенью мелькнул за спиной префекта и что-то шепнул одному из слуг, все еще стоявших в дверях. Префекта так и подмывало шикнуть на ротозеев, чтобы немедля убирались прочь, но разгневанный Брат
короля требовал объяснений.

- Монсиньор, -
Ла Рейни поспешил встать пред ликом герцога и, скрывая досадливую усмешку, поклонился, - Мы не ожидали...

- Гожье нашел эту ракетку, сударь. А я хотел взять ее взаймы, чтобы поиграться. А Петипа хотел помочь мне, - заговорил вдруг осмелевший карлик и префект хотел уже шикнуть и в его сторону, чтобы не болтал лишнего.

- Что что, простите? -
переспросил сержант Дезуш, меж тем как Ла Рейни скривил губы, давясь от желания бросить что-нибудь вроде - "Да помолчите уж, несносный Вы человек!".

- А Петипа хотел помочь мне, - пояснил карлик и умолк, сжавшись под испытующими взглядами присутствовавших, ожидавших продолжения рассказа.

Поиграв костяшками пальцев, как будто разминая руки перед тем как замешивать сдобное тесто, Ла Рейни с умильной ухмылочкой склонил голову на бок и заговорил с принцем тем самым елейным тоном, к которому обыкновенно прибегал в общении с сильными, но далеко не мудрейшими мира сего.

- Вашему Высочеству должно быть неизвестно, что не далее как нынче вечером из личной часовни Ее Величества королевы-матери была похищена шкатулка с драгоценностями. Нам стало известно о краже незамедлительно и я распорядился о том, чтобы мои агенты рассредоточились по всем дворцу, - нетерпеливый жест Филиппа заставил Никола Габриэля опустить длинный список подробностей и сразу же перейти к делу, - Эти карлики игрались с ракеткой, вот этой ракеткой, - пояснил он, демонстрируя принцу обломки ракетки, лежавшие на столе перед ним, - И в ней были спрятаны драгоценности из похищенной шкатулки. Все, что нам требуется сейчас, - натянутым тоном говорил Ла Рейни и глаза его выражали далеко не самое почтительное: "Это чтобы Вы не совали свой нос не в свое дело, Монсиньор", - Так это чтобы эти личности рассказали нам без утайки, откуда они взяли эту ракетку и при каких обстоятельствах. Как видите, здесь далеко не все драгоценные камни, а лишь малая доля их. Где остальные драгоценности? Их наверняка где-то припрятали. Но где? И с какой целью эту часть поместили в ракетку... да еще в вечер большого турнира. Не находите, что это несколько странно? Кстати, кое-какие из пропавших сокровщ мы обнаружили в тайнике в дворцовой часовне. И представьте себе, Ваше Высочество, именно там и именно после кражи шкатулки, на том самом месте наш благонадежный свидетель застал того дерзкого юношу, пажа из свиты Вашего Высочества. Мне очень жаль, Монсиньор, но Вы доверили весьма почетную должность человеку, запятнавшему свою честь... увы, увы.

6

Отправлено: 09.04.15 01:52. Заголовок: // Дворец Фонтенбло...

// Дворец Фонтенбло. Лестница на Королевский Балкон //

Будь на то его воля, Гастон велел бы своим мушкетерам как следует встряхнуть карлов и заставить их выложить все как на духу. Подумаешь, свита Ее Величества, они ведь тоже не ищейки какие-нибудь, а королевские мушкетеры. И если им поручено охранять дворец, так они никому спуску давать не должны. Хоть бы то и королевская свита. Думая так про себя, де Ресто не спешил, однако, высказываться вслух, прекрасно понимая, что разница между долгом службы и личным долгом перед королевой была велика. Арест и высылка в Бастилию маршала дю Плесси-Бельера были прекрасным примером того, что может сделаться с теми, кто перестает замечать эту разницу. А посему, граф молча последовал за префектом и постарался сделать вид, что его не касались ни изгнание из буфетной всей прислуги, ни перехваченная Ла Рейни инициатива в ведении допроса.

Он устало оперся локтями о стол, застеленный белоснежной скатертью, и посмотрел в сторону карликов, наперебой пытавшихся доказать, что каждый из них значил больше другого и при этом не знал ничего о злополучной ракеткой. Когда же перед его взором оказалась высокая фигура полураздетого молодого человека с полотенцем на голове, с которого по его лицу стекали ручейки воды, де Ресто встрепенулся и с грохотом отодвинул от себя стул. Сидеть в присутствии принца крови ему не позволила военная выучка и этикет, впитанный им с молоком кормилицы, с детства рассказывавшей байки о старых временах, когда даже служанкам во дворце короля подавали руку, ежели тем приходилось подниматься по ступенькам. Еще до того, как он успел окончательно признать перед собой брата короля, плечи и спина его уже согнулись в вежливом поклоне.

- Вашества, - мушкетеры, стоявшие за его спиной хором ответили приветственным салютом, сняв шляпы еще до того, как герцог Орлеанский разразился гневной тирадой, в основном метя в пухлую приземистую фигурку префекта.

У самого де Ресто не было ни малейшего шанса вставить хоть одно слово в оправдание их беспримерного вторжения в обитель горечи проигравшего свой турнир принца. Он молча смотрел в глаза Филиппа, не прерывая речь префекта, ловко подводившего все происходящее под ответственность самого принца. Как будто ему не было известно, что должности при дворе доверялись вовсе не теми, кому должны были служить, а теми, кому в их жадные лапы перепало солидное поощрение за правильный подбор "доверенных лиц".

- Черт подери... и этот все-таки попался, - прошептал де Ресто, вспомнив молодого человека, явившегося в Канцелярию префекта с повинной, - Не может этого быть, - уже громче сказал он, прерывая Ла Рейни, - Вы же знаете, что тот паж невиновен, господин префект. У него на лице написана наивность монастырского послушника. С чего ему красть драгоценности, да еще и в покоях самой королевы-матери?

7

Отправлено: 09.04.15 21:45. Заголовок: Насладившись великол..

Насладившись великолепием бытия в роли Всемогущего и Всемилостивого хотя бы в глазах ошалелых от происходящего карликов, Филипп медленно стянул с головы полотенце и вытер им лицо. Эта попытка отстраниться от откровений префекта не привела ни к чему. В горле и на языке у него осталось солоноватое чувство досады и такой гадливости, которую ощущаешь, когда ненароком перевернешь старый лежачий камень, обнажив под ним жизнь копошащихся слизняков.

И все-таки, он выждал, заставив себя выслушать скользкие объяснения Ла Рейни, не упустившего шанс тут же помянуть кражу драгоценностей королевы-матери, не позабыв и о самом де Роббере. Лишь тогда и всего то на секунду на лице Филиппа мелькнуло подобие насмешливой улыбки, ведь обвиняемый префектом в краже драгоценностей паж, судя по всему благополучно сбежал и оставил его с носом.

- Ракетка себе и ракетка, -
небрежно процедил сквозь зубы Его Высочество, намеренно провоцируя Ла Рейни на возражения, чтобы ему не вздумалось обернуться и заметить выходивших из буфетной де Шатийона и де Роббера.

- Хотя, Вы правы, господин префект, -
медленно и растягивая слова протянул Филипп, вертя обломок ракетки в руке, - Я бы за такую безвкусицу тоже велел бы арестовать и немедля. Вы только посмотрите, что эти негодяи сделали с благородным спортивным орудием! Нет, решительно, некоторым умельцам я бы руки сковал кандалами, чтобы им невозможно было творить чудовищные глупости ими. Как можно играть эдакой деревяшкой?

Пустившись в разглагольствования, герцог с наслаждением изливал собственную досаду, благо, публика вокруг была самая подходящая - судя по вытянутым лицам мушкетеров и людей в черных камзолах, им было невдомек, о каких преступлениях толковал Единственный Брат короля.

- Ни баланса, ни легкости... а камешки... фи... безвкусица какая-то. Это все нынешние новые богачи, доложу я вам, господа. Да да, купили себе титулы, получили место при дворе, - он отшвырнул обломок на стол, при этом сбив несколько драгоценных бокалов из тонкого темно синего стекла, - Но, скажите мне на милость, дорогой префект, с чего Вы решили, что эти камешки были взяты из матушкиной шкатулки? - он взял один из камешков, выпавший из рукояти, и повертел на свету, - Аметист... да. Но он далеко не столь ценен, чтобы лезть за ним в личные покои королевы. Или Вы отыскали нечто большее? - янтарные глаза принца сузились и угрожающе сверкнули, - Отыскали? И как это Вы сразу определили в них именно пропавшие драгоценности? И я полагаю, при аресте моего пажа с Вами был тот же ювелир, который распознал камешки де Грамонов в той россыпи на полу в Оружейной зале? Скажите на милость, какое удобство всегда иметь под рукой знающего ювелира. Да еще и не какого-нибудь там, - тонкий палец принца взлетел вверх, - Это ведь должен быть королевский ювелир. А? Разве не так? Я что-то не припоминаю, чтобы встречал во дворце мэтра Монтона. Он уже прибыл в Фонтенбло? Что? - приложив ладонь к уху, Филипп сделал вид, что прислушивается к ответам Ла Рейни, тогда как в поддержку де Роббера внезапно выступил лейтенант мушкетеров.

- Вы же знаете, что тот паж невиновен, господин префект. У него на лице написана наивность монастырского послушника. С чего ему красть драгоценности, да еще и в покоях самой королевы-матери?

- О, - стирая полотенцем стекавшие по виску капли, поддакнул Филипп и кивнул де Ресто, - Лучше и не скажешь. Монастырский служка и тот коварнее нашего де Роббера. А Вы, господин префект, - с наигранной укоризной подытожил свое выступление принц, направляясь к дверям, - И этих тоже не задерживайте. Ну что они Вам скажут, право слово? Я могу за них ответить, клянусь Богородицей, - сказал он, уже стоя в дверях, - Ракетку эту выбросили за ненадобностью. С ней на поле выйти себе же во зло. Они и подобрали ее. Лучше отпустите их по-хорошему, покуда Ее Величество не хватилась своего идальго, - внезапно добрая усмешка была адресована притихшему Баркаролю, которого Филипп запомнил со времени их столкновения на Лужайке, - И лучше бы Вам отпустить моего пажа, месье Ла Рейни... пока я не заскучал по нему окончательно.

Сказал, распахнул обе створки дверей и тут же захлопнул их за своей спиной.

- Монсеньор, Ваше Высочество! - тут же накинулся с просьбами мэтр Сомюр, - Это же попустительство какое-то! Нам закуски собирать, напитки...

- Да? Так что же вы стоите. господа? - высокомерным тоном спросил герцог и смерил караульного швейцарца, охранявшего двери в буфетную, уничижительным взглядом, - Или вы ждете, что сам Брат короля откроет двери для вас?

Дважды требовать и не пришлось, мэтр Сомюр собственноручно распахнул двери и вошел в буфетную. Следом за ним армия лакеев и поваров ринулись к столам с закусками и вином, чтобы поскорее собрать заказы, которых ожидали около дюжины пажей и лакеев из личной прислуги.

// Дворец Фонтенбло. Лестница на Королевский Балкон //

8

Отправлено: 10.04.15 21:35. Заголовок: - Дамы и господа, я ..

- Дамы и господа, я представляю вам Его Высочество, - торжественно произнес Никола Габриэль вослед захлопнувшейся двери.

- А этих что же, отпустить? - не понял сарказма сержант Дезуш и ткнул пальцем в поникшее плечо одного из карликов, - Боюсь, что вынужден согласиться с Месье. Ее Величество не будет обрадована известиям об аресте своих карликов.

- А мы их и не арестовывали. Не так ли, господа?

Ла Рейни потер ладони друг о друга и взглянул на расставленные на столе бокалы с напитками. За дверьми послышался шум и суматоха, а уже в следующую минуту в буфетную осторожно заглянул мэтр Сомюр. Он нерешительно посмотрел в сторону префекта, но вошел, как будто подгоняемый кем-то из коридора.

- А, входите, входите, господа, -
излучая доброжелательность, пригласил Ла Рейни, - Только оставьте нам этот стол, - он приподнял брови и обвел жестом собранные перед ним блюда с закусками и херес, разлитый в бокалы, - Присаживайтесь, господа, - на этот раз приглашение относилось к карликам, чьи лица вытянулись едва ли не вдвое из-за неописуемого удивления, - Месье де Ресто, позвольте соблазнить Вас бокальчиком хереса... по моим сведениям, это из личных запасов месье суперинтенданта. Отменное вино, доложу я Вам.

Он со снисходительной улыбкой проследил за тем, с какой быстротой со стола исчезали булки с паштетом и ломтики ветчины, обернутые в сыр. Малой Свите Ее Величества не требовалось повторного приглашения - едва ли бедняг кормили с королевского стола каждый день в их праздной жизни при дворе. Двое из них ели с такой быстротой и жадностью, что впечатлили даже суровых швейцарцев, не наблюдавших подобные чудеса аппетита даже среди своих товарищей. Ла Рейни жестом подозвал к себе Сомюра и что-то прошептал ему. Тот понимающе кивнул и сделал знак своим помощникам, чтобы те сменили опустошенные карликами блюда и поставили перед ними корзинки со сдобой и отдельный кувшин с молодым вином.

- Итак, месье... как Вас по имени то? -
обратился Ла Рейни к сидевшему напротив него карлику, на которого указали, что именно он вынес из зала драгоценную ракетку.

- Гожье... -
с трудом проглотив недожеванный кусок, ответил тот и с неподражаемым хлюпаньем запил вином, - Гожье, месье королевский префект.

- Так так, милый... так так так, -
все с той же любезностью повторил Ла Рейни, кивнув Марвелю, делавшему записи в маленькую книжечку, - И, позвольте узнать, откуда Вы принесли эту ракетку?

- Я... я не украл ее. Если месье префект имеет это против меня, так я скажу, что не крал. И вообще, я честный человек, хоть и малый. Но честный. Вот за меня Баркароль слово даст. И Франтишек. И Дуэнде дал бы слово, мир праху его.

- Воистину, аминь, - вежливо подтвердил свое согласие со сказанным префект и перекрестился при упоминании о погибшем карлике королевы, - Но вопрос мой вот в чем - откуда эта ракетка? Ведь кто-то ее дал Вам? Ну, или она где-то лежала? - продолжал он задавать наводящие вопросы, проявляя воистину ангельское терпение тогда как швейцарец Дезуш был готов сжевать собственные усы от досады.

- Так и лежала. Да, да, она лежала, сударь. На скамеечке. А я только взял ее. Поиграться.

- И где же? Где же она лежала? - сузив глаза, спросил Ла Рейни, отсчитывая про себя до двадцати, чтобы не повысить тон.

- Так ведь у этих смешных людей, что по-нашему не говорят. У них и лежала, - ответил Гожье, потянувшись к дальней от него корзинке с румяными булочками.

- Турки что ли? - буркнул Марвель, дописывая услышанное, - По-нашему не говорят... одеты что клоуны ярмарочные и драгоценностями швыряются... как есть турки! И я видел их в зале. Они угощения посылали для дам из королевской свиты.

Вместо ответа Ла Рейни поднял на своего помощника взгляд и тихим голосом, разделяя слова по слогам, произнес:

- Какие к дьяволу турки! Отправьте человечка присмотреть за Монсеньором. Землю мне чтобы рыли... - сощурив взгляд, он еще тише добавил, передразнивая манеру герцога Орлеанского, - И лучше бы Вам отпустить моего пажа, месье Ла Рейни... пока я не заскучал по нему окончательно. Окончательно, Марвель. О-кон-ча-тель-но!

- И что же?

- А то, что Его Высочество уже не столь бурно переживает по поводу обвинений в адрес своего драгоценного пажа. Подозрительно мне это, вот что. А этих с глаз долой. Месье лейтенант, я полагаю, что не говорящие по-нашему люди в зале это по Вашей части... деликатное это дело, видите ли, с вопросами к иностранным господам ходить. А у Вас на этот счет кое-какой опыт имеется, не так ли?

9

Отправлено: 11.04.15 22:26. Заголовок: Внезапная перемена в..

Внезапная перемена в обращении с ними королевского префекта насторожила Баркароля. Жизнь в Маленькой Свите королевы нисколько не притупила его подозрительность, а напротив, приучила быть настороже в особенности с теми, кто источал в его адрес медовые речи и пытался приманить сладостями и подарками. Из всех Большеногих людей, встреченных им при дворе, Баркароль был склонен доверять только самой королеве и ее фрейлине, даме Отрив с чудесными волосами медного оттенка. Сам не понимая, отчего, новоиспеченный идальго едва не боготворил свою госпожу и, поскольку так доверяла своей фрейлине, он унаследовал это доверие к маркизе д'Отрив от нее. А вот Господин в Черной Шапочке неизменно вызывал у Баркароля страх и подозрительность. То не было похоже на леденящий душу ужас, который он, как и другие карлики, испытывал всякий раз перед Черным Человеком королевы. Всякая даже случайная встреча с королевским префектом заставляла Баркароля вспомнить прошлое, оставленное на парижских улочках. Бежать! Искать убежища и не показываться на глаза. И даже новый его титул и подаренный королевой камзол с иголочки не помогали бедняге избавиться от страха быть схваченным и заточенным за решетку за любой даже пустячный поступок.

- Молчи, - шепнул он Гожье, который за угощение и любезности, расточаемые префектом, был готов выложить все как на духу.

- Ешь лучше, -
Петипа толкнул ногу Баркароля под столом и придвинул ближе корзинку с булочками, - Смотри какие румяные! Горяченькие еще.

- Оставьте, -
буркнул Баркароль, которого не подкупали соблазнительные истекавшие топленым маслом бока свежеиспеченных пышек, - Нас и так хорошо кормят.

- А еще лучше, чем плохо? - заметил ему Петипа, хватая булочки сразу обеими руками, - Щас дослушают Гожье и прогонят пинками, вот увидишь. А тогда попробуй вот так запросто сюда пробраться.

- Гожье говорит, что у турок нашел ракетку? Врет же, - тихо проговорил про себя Баркароль, знакомый с привычкой друга приврать за ради красного словца, - Ему лишь сболтнуть.

Баркароль прислушался краем уха к разговору префекта с одним из людей в черных камзолах, который все время делал какие-то пометки в маленькой книжице, похожей на молитвенник, только чуть поменьше размером - с ладонь, не более того. Они говорили о его высочестве и, кажется, Господин в Черной Шапочке хотел, чтобы за герцогом следили. Но он так и не успел дослушать, что именно приказал префект, когда мушкетеры, повинуясь его новому распоряжению, выпроводили всех троих карликов прочь из буфетной.

- Фу, повезло, -
сказал Гожье, вытирая с губ и подбородка пролитое в спешке вино, - И совсем не плохой это человек.

- Держи карман шире. Это герцог неплохой человек, - перебил его Баркароль, отряхивая с новенького камзола хлебные крошки, - Если бы не он, так нас бы увели в подвалы да так бы и оставили там. Надо бы узнать, что им нужно от герцога. Зачем это за ним следить?

- Вот ты и следи. А я наверх пойду. Рядом с королевой спокойнее. И никто не обидит, - Гожье деловито поправил беретку, съехавшую на левое ухо, - Смотри, идальго, угодишь в подвалы и сам не рад будешь. Герцогу то что? За него король вступится. А за тебя кто ж?

- Моя королева не оставит меня, - гордо ответил Баркароль, - А я не оставлю ее. И тех, кого она привечает. А герцог, между прочим, ее ленточку сегодня носит на рукаве. Значит, он такой же идальго королевы, как я. Так то.

Сказав это, Баркароль и вовсе почувствовал себя настоящим собратом принца в почетном служении королеве Марии. Он выпятил подбородок и расправил плечи, сделавшись в собственных глазах на целый аршин выше, и прошелся по коридору, стараясь не попадаться под ноги сновавшим взад и вперед лакеям с подносами. У него не было еще конкретного плана действий, но он точно знал, что тот, кому было поручено следить за Монсеньором, выдаст себя.

10

Отправлено: 15.04.15 22:37. Заголовок: Все-таки королевская..

Все-таки королевская кровь давала о себе знать - с какой легкостью и пренебрежением к изложенным перед ним фактам Филипп Орлеанский разбил в пух и прах все доводы префекта. Гастон ухмыльнулся и посмотрел вслед удалившемуся принцу, да, не будь Филипп настолько изнеженным и капризным, то завоевал бы уважение и преданность не только своих миньонов, но и королевских мушкетеров, которым импонировали прямолинейность и бесстрашие. А уж в глазах карликов Его Высочество несомненно сделался героем дня. Или может быть недели? Усмехнувшись невысказанным вслух шуткам, де Ресто молча наблюдал за тем, как Ла Рейни пытался загладить свое поражение и лебезил перед карликами королевы с тем же пылом, с каким всего несколькими минутами раньше пытался припугнуть их.

- Месье де Ресто, позвольте соблазнить Вас бокальчиком хереса... по моим сведениям, это из личных запасов месье суперинтенданта. Отменное вино, доложу я Вам.

Ну не отказываться же от вина из личных и лучших запасов самого Фуке. Гастон бросил насмешливый взгляд на шапочку префекта, тогда как тот склонил голову к одному из карликов, прислушиваясь к его сбивчивой речи со вниманием достойным самого архиепископа. Затем лейтенант бросил приглашающий взгляд в сторону своих людей, и мушкетеры, ни минуты не раздумывая, подхватили стаканы с вином в то время как люди в черных камзолах угрюмо мялись в углу. Вряд ли любезность Ла Рейни распространялась на его горе-доносчиков, просчитавшихся в очередной раз.

Изредка прислушиваясь к рассказу карлика, назвавшегося Гожье, Гастон сделал вывод, что не слишком много потерял бы, если бы в то же время прошел в зал для игры в мяч и понаблюдал за очередным матчем - карлик не сказал ровным счетом ничего важного и нового. Эка невидаль, взял ракетку поиграть - так что с того! Де Ресто нетерпеливо опустил пустой стакан на стол и поднялся.

- Так ведь у этих смешных людей, что по-нашему не говорят. У них и лежала, - выговорился наконец Гожье, и лейтенант почувствовал жар в затылке, как бывает, когда чувствуешь подступающую опасность.

- Месье лейтенант, я полагаю, что не говорящие по-нашему люди в зале это по Вашей части... деликатное это дело, видите ли, с вопросами к иностранным господам ходить. А у Вас на этот счет кое-какой опыт имеется, не так ли?

Понимал ли Ла Рейни, о ком говорил карлик? Турки или же мадьяры? В отношении последних де Ресто был уверен, что они не только не были причастны к краже драгоценностей, но и могли оказаться жертвой чьей-то дрянной игры. Тех же турок, быть может? Но эти свои соображения граф решил оставить при себе и дождаться возвращения лейтенанта д'Артаньяна. Господин префект мог сколько ему угодно арестовывать и допрашивать прислугу или карликов, но наводить его на след дворян де Ресто никогда бы не стал. Будь они французы или иноземцы, чувство долга и чести заставляло де Ресто спрятать все свои рассуждения и подозрения, оставляя этот вопрос для человека благороднее Ла Рейни и по крови, и по чести.

- Я выясню, - коротко ответил он префекту и, звеня шпорами, направился к дверям, - Полагаю, эту ракетку Вы пожелаете сохранить в Канцелярии в качестве улики? Я доложу Ее Величеству, что часть ее драгоценностей благополучно обнаружена. Надеюсь, что и остальное вскоре найдется. Господа, за мной, - скомандовал он своим мушкетерам и вышел прочь, как только убедился, что карликам дали беспрепятственно уйти.

// Дворец Фонтенбло. Зал для Игры в Мяч, Королевский Балкон //

11

Отправлено: 21.04.15 23:28. Заголовок: - Смешные люди, - по..

- Смешные люди, - повторил Ла Рейни, уже не опасаясь быть услышанным из-за шума переставляемых кастрюлек с соусами для дичи и блюд, перезвона бокалов и многоголосия лакеев, выкрикивавших названия требуемых вин и закусок. Де Ресто ушел со своими мушкетерами, а следом за ними вышел и сержант Дезуш, на лице которого была написана крайняя озабоченность. В сервировочной остались только сам префект и тот, к кому он обращался, незаметный человечек неопределенного возраста, сухопарый и сутулый. Отчасти похожий на ювелира, привыкшего изо дня в день разглядывать под толстым стеклом мельчайшие грани драгоценных камней и завитушки ажурных украшений, а отчасти на аптекаря, имеющего дело с точными мерами и четким алгоритмом действий и рецептур.

- Смешные люди, так сказал этот карлик, а? - повторил Ла Рейни и человек кивнул ему, приподняв левую бровь в знак того, что следил за его мыслью, - Что Вы на это скажете, мэтр Жером? Любопытно, на кого подумал наш молодой лейтенант? На его лице было написано такое нетерпение поскорее сбежать отсюда, будто ему хотелось предупредить кого-то из друзей. А кто может быть в друзьях у одного молодого дворянина ежели не другой молодой дворянин? Смешные люди... да-с, сударь мой, не густо у нас фактов. Не густо.

- Смешными я бы не назвал тех, на кого так хотел обратить наше внимание молодой де Ресто, - ответил мэтр Жером, соскребывая длинным ногтем грязное пятно со столешницы, - Его Милость не проронил ни слова, но мне кажется, что он прежде всего направит поиски в сторону турок. А в то время, как все будут заняты дипломатичным расшаркиванием перед послом и его янычарами, он предупредит тех, других смешных людей, говорящих на инородном языке.

- Верно. То верно, мэтр Жером. И нам следовало бы опередить его, - взгляд Ла Рейни остановился на молодом человеке, стоявшем в дверях буфетной.

То был высокий дворянин с русыми волосами и лицом несколько более загорелым, чем у обычного придворного, держался он свободно и легко, но взгляд его был скорее внимательным, нежели надменным. Он постоял некоторое время в дверях, потом спросил что-то у проходившего мимо лакея и, видимо, удовлетворенный ответом, отпустил его. Ла Рейни сделал вид, что сосредоточенно рассматривал лежавший перед ним обломок ракетки, но краем глаза продолжал наблюдать за молодым человеком, который в свою очередь так же внимательно смотрел в его сторону.

- А вот и эмиссар предводителя тех людей, что говорят на инородном языке, - проговорил мэтр Жером, - Желаете, чтобы я задал ему несколько вопросов касательно этой находки?

- Пожалуй, он сам желал бы задать нам вопросы, - ответил Ла Рейни и поднялся из-за стола, - Следует проявить учтивость и не заставлять дворянина Его Высочества ждать в дверях. Пойдемте, Жером, побеседуем с этим молодым человеком.

Он взял обе части ракетки в руки и кивнул двум агентам, которые без лишних слов и приказов следовали за ним повсюду как тени. Подойдя к дверям, Ла Рейни остановился и поклонился молодому человеку, словно собирался попросить его уступить дорогу.

- Месье, я не имел чести быть представленным Вам. Никола Габриэль де Ла Рейни, префект парижской полиции Его Величества. Я прошу прощения, что представляюсь сам, без церемоний. И я прошу Вашего прощения еще раз, поскольку хочу задать Вам несколько вопросов и прежде всего прошу Вас назвать Ваше имя.

- Шевалье Янош Каринти, сударь. Состою на службе у Его Высочества крон-принца Ференца Ракоши, - ответил молодой человек.

Никола внимательно следил за лицом шевалье, отмечая мельчайшее подрагивание век и ресниц, блеск в глазах и легкую усмешку в уголках губ. Нет, этого не впечатлить громкими титулами, да и перспектива душевной беседы в Канцелярии нисколько не озадачила его.

- Вот, несу в Канцелярию находку. Занятная вещица, не правда ли? - произнес Ла Рейни, вертя обломками ракетки перед Каринти и продолжая внимательно вглядываться в его лицо, - Не соблаговолите ли пройти вместе со мной, месье? Здесь слишком людно и шумно, а мне бы не хотелось как какому-нибудь старикану прислушиваться к каждой произнесенной фразе.

- Я к Вашим услугам, месье префект, - ответил мадьяр, выходя в коридор первым, - Если этот разговор не задержит меня слишком долго. Мой князь желает узнать новости обо всех событиях на турнире и я не должен пропустить слишком много.

- О, я вполне это понимаю, шевалье. Ваш князь узнает все новости из первых же рук. И я смею надеяться, что Вы не упустите слишком много, - заверил его Ла Рейни, отмечая про себя столь не типичную для мадьярской вольницы сдержанность молодого человека и рассудительность в его речи.

// Дворец Фонтенбло: Королевская канцелярия. 4 //


Вы здесь » Король-Солнце - Le Roi Soleil » Фонтенбло. » Дворец Фонтенбло. Сервировочная и буфет